Изжить фальшивую элиту Украины, или исчезнутьИзжить фальшивую элиту Украины, или исчезнуть

Павел Солод

Что отличает инфантильное и слабое общество от зрелого? Нежелание разрушать успокаивающую ложь, которая так удобно объясняет мир, разделяя его на хороших и плохих парней.

Обозревая ленту новостей, дискуссию экспертов и политиков по вопросам текущей повестки, ловишь себя на мысли о том, что украинское общество неизбежно проходит заколдованный цикл очарований кем-то / чем-то и неизбежных разочарований. Мы либо жертва чужих информационных атак, заговоров, равнодушия, либо вот-вот должны быть спасены, опять-таки кем-то (Трампом, МВФ, Меркель, Порошенком, Бетменом?). Потому-то ключевой вопрос у наших горе-политиков после победы Трампа, а не перестанут ли нас спасать???

Когда получение очередного транша от МВФ становится делом чести первых лиц государства, начинаешь понимать, что от Украины попросту устали… Для многих очарованных граждан стало холодным душем прагматичное требование Европейского союза, уступить в вопросе экспорта древесины в обмен на помощь, за которую мы опять таки будем должны. Прагматичность ЕС объясняется рациональной бизнес логикой и тем пространством приемлемых решений, которые мы сами позволяем по отношению к себе.

Истинное положение вещей состоит в том, что как с Востока, так и с Запада мы окружены теми, кто хочет скорее «помогать» нам, чем договариваться с нами. Чем раньше мы поймем что, несмотря на все разговоры о высоких идеалах демократии, Украина для бюрократических элит ЕС будет оставаться страной третьего мира, тем лучше.

Политическое руководство страны должно демонстрировать здоровый национальный эгоизм и большую меру субъектности в отстаивании стратегических интересов Украины с прицелом не на «дотянуть бы до тепла», а в перспективе следующих поколений. Следует четко определиться с той ценой, которую мы готовы платить за лояльность существующих и будущих союзников, будь-то Запад или другие страны.

Кто-то из классиков говорил, что женщины никогда ничего не делают просто так, тоже могу перефразировав, сказать о всех наших стратегических партнерах и донорах.

Показателен пример того, как мы сами становимся заложниками нашего же желания привлечь инвестора. Инвестор воспринимается нами не более как «лох», который будет для нас же за свои деньги строить заводы и запускать пароходы на нашей благодатной земле. Святая простота, та, что определенно хуже воровства, так как обкрадываем мы нашей недальновидностью только себя. Так вот, понимая нашу национальную специфику, многие китайские псевдоинвесторы, хлебосольно встречаемые, сканировали вдоль и поперек украинские предприятия. После этого мы с удивлением обнаруживали что, вместо того чтобы вложить свои юани в нашу модернизацию, китайцы строили такие же заводы, только лучше и не у нас, а у себя. Можем видеть, что все кто имеют дело с нами, просчитывают все риски наперед, и «лохами» к нашему удивлению оказываются не они.

Наша слабость, разобщенность и неспособность опираться на собственные силы – это исключительно наша внутренняя национальная проблема. Это проблема наших избирателей с их инфантильной верой в непогрешимость кумиров. И это проблема, так называемых элит, играющих роль одноразовых спасателей на определенном этапе истории страны. «Ось Юля прийде і всіх порятує» или вот станет Порошенко и заживем в шоколаде. Не зажили и не спаслись, а скорее повелись и оказались там и с теми результатами, на которые сами же заслуживаем. Не декларации делают действующих представителей украинских политических элит, элитами, но суть, вес и значимость принимаемых либо не принимаемых решений. Все целеполагание этих людей подчинено желанию подчеркнуть собственный авторитет с помощью еще большего поместья или сверхэксклюзивных моделей часов. В мире кажущихся элит работают только внешние атрибуты успешности. И дело не в том, что огромные суммы лежат, что называется, под подушкой и в тревожных чемоданчиках, и скорее всего не с одним честным паспортом какой-нибудь банановой республики. Весь драматизм заключается в том, что эти случайные люди отожествляют свои личные интересы с интересами всего украинского общества, увлеченно противостоят друг другу, саботируют любые реформы, конвертируют свое положение в конкретные сумки с наличными, о которых упоминал беглый Онищенко.

Красноречивым выражением коллапса государственной институциональной структуры служит недавняя ситуация с ограблением Директора Департамента международных программ Елены Тригуб в аэропорту Брюсселя. То, что эта чиновница, не являясь ставленницей более высоких покровителей, родственницей в иерархии чиновничьих кланов, столкнулась с полным равнодушием других своих коллег из департаментов и украинских представительств в Брюсселе, следствие того, что существует недоверие и враждебность ко всем, чья мотивация не может быть объяснена привычным образом. Эффективность этой представительницы Правительства, отстаивающей равноправный диалог с нашими донорами, выражается в сэкономленных для бюджета средствах. А в чем выражается эффективность клерков из украинского консульства в Брюсселе? В том, что они как их коллеги из других институций и министерств, привыкли держать нос по ветру, прогибаться перед теми, кто может повлиять на личное профессиональное будущее, либо травить тех, кого они не могут вписать с матрицу собственных меркантильных ценностей.

Парадоксальность ситуации в том, что общество в подавляющем большинстве своем считает сложившуюся ситуацией нормальной. Какой выход? Перестать лгать себе и называть этих случайных людей политиками, чиновниками. Они кто угодно, но не политики и подавно не элиты. Эти люди терпят презрение масс лишь для того чтобы с еще большей беспринципностью вписать правильных людей на хлебные посты и проворачивать бизнес с помощью механизмов государственных институтов. Даже маленькая толика власти может быть употреблена ими к собственному обогащению. Это то, что уяснили сегодняшние квазиэлиты и то, чему они учат своих детей, которые уже формируют династии и кланы на различных уровнях власти.

Каждый час пребывания у власти этих дельцов уменьшает наши шансы на построение сильного и по-настоящему успешного государства. Чем раньше мы вырвемся из кокона тщетных иллюзий и пустых надежд, тем больше будет шансов у тех, кто не ищет корень наших неудач и побед на Западе или на Востоке, а предложит меняться самим, быть прагматичнее, настойчивее и сообща брать ответственность за свое будущее процветание.

ХвыляПавел Солод

Что отличает инфантильное и слабое общество от зрелого? Нежелание разрушать успокаивающую ложь, которая так удобно объясняет мир, разделяя его на хороших и плохих парней.

Обозревая ленту новостей, дискуссию экспертов и политиков по вопросам текущей повестки, ловишь себя на мысли о том, что украинское общество неизбежно проходит заколдованный цикл очарований кем-то / чем-то и неизбежных разочарований. Мы либо жертва чужих информационных атак, заговоров, равнодушия, либо вот-вот должны быть спасены, опять-таки кем-то (Трампом, МВФ, Меркель, Порошенком, Бетменом?). Потому-то ключевой вопрос у наших горе-политиков после победы Трампа, а не перестанут ли нас спасать???

Когда получение очередного транша от МВФ становится делом чести первых лиц государства, начинаешь понимать, что от Украины попросту устали… Для многих очарованных граждан стало холодным душем прагматичное требование Европейского союза, уступить в вопросе экспорта древесины в обмен на помощь, за которую мы опять таки будем должны. Прагматичность ЕС объясняется рациональной бизнес логикой и тем пространством приемлемых решений, которые мы сами позволяем по отношению к себе.

Истинное положение вещей состоит в том, что как с Востока, так и с Запада мы окружены теми, кто хочет скорее «помогать» нам, чем договариваться с нами. Чем раньше мы поймем что, несмотря на все разговоры о высоких идеалах демократии, Украина для бюрократических элит ЕС будет оставаться страной третьего мира, тем лучше.

Политическое руководство страны должно демонстрировать здоровый национальный эгоизм и большую меру субъектности в отстаивании стратегических интересов Украины с прицелом не на «дотянуть бы до тепла», а в перспективе следующих поколений. Следует четко определиться с той ценой, которую мы готовы платить за лояльность существующих и будущих союзников, будь-то Запад или другие страны.

Кто-то из классиков говорил, что женщины никогда ничего не делают просто так, тоже могу перефразировав, сказать о всех наших стратегических партнерах и донорах.

Показателен пример того, как мы сами становимся заложниками нашего же желания привлечь инвестора. Инвестор воспринимается нами не более как «лох», который будет для нас же за свои деньги строить заводы и запускать пароходы на нашей благодатной земле. Святая простота, та, что определенно хуже воровства, так как обкрадываем мы нашей недальновидностью только себя. Так вот, понимая нашу национальную специфику, многие китайские псевдоинвесторы, хлебосольно встречаемые, сканировали вдоль и поперек украинские предприятия. После этого мы с удивлением обнаруживали что, вместо того чтобы вложить свои юани в нашу модернизацию, китайцы строили такие же заводы, только лучше и не у нас, а у себя. Можем видеть, что все кто имеют дело с нами, просчитывают все риски наперед, и «лохами» к нашему удивлению оказываются не они.

Наша слабость, разобщенность и неспособность опираться на собственные силы – это исключительно наша внутренняя национальная проблема. Это проблема наших избирателей с их инфантильной верой в непогрешимость кумиров. И это проблема, так называемых элит, играющих роль одноразовых спасателей на определенном этапе истории страны. «Ось Юля прийде і всіх порятує» или вот станет Порошенко и заживем в шоколаде. Не зажили и не спаслись, а скорее повелись и оказались там и с теми результатами, на которые сами же заслуживаем. Не декларации делают действующих представителей украинских политических элит, элитами, но суть, вес и значимость принимаемых либо не принимаемых решений. Все целеполагание этих людей подчинено желанию подчеркнуть собственный авторитет с помощью еще большего поместья или сверхэксклюзивных моделей часов. В мире кажущихся элит работают только внешние атрибуты успешности. И дело не в том, что огромные суммы лежат, что называется, под подушкой и в тревожных чемоданчиках, и скорее всего не с одним честным паспортом какой-нибудь банановой республики. Весь драматизм заключается в том, что эти случайные люди отожествляют свои личные интересы с интересами всего украинского общества, увлеченно противостоят друг другу, саботируют любые реформы, конвертируют свое положение в конкретные сумки с наличными, о которых упоминал беглый Онищенко.

Красноречивым выражением коллапса государственной институциональной структуры служит недавняя ситуация с ограблением Директора Департамента международных программ Елены Тригуб в аэропорту Брюсселя. То, что эта чиновница, не являясь ставленницей более высоких покровителей, родственницей в иерархии чиновничьих кланов, столкнулась с полным равнодушием других своих коллег из департаментов и украинских представительств в Брюсселе, следствие того, что существует недоверие и враждебность ко всем, чья мотивация не может быть объяснена привычным образом. Эффективность этой представительницы Правительства, отстаивающей равноправный диалог с нашими донорами, выражается в сэкономленных для бюджета средствах. А в чем выражается эффективность клерков из украинского консульства в Брюсселе? В том, что они как их коллеги из других институций и министерств, привыкли держать нос по ветру, прогибаться перед теми, кто может повлиять на личное профессиональное будущее, либо травить тех, кого они не могут вписать с матрицу собственных меркантильных ценностей.

Парадоксальность ситуации в том, что общество в подавляющем большинстве своем считает сложившуюся ситуацией нормальной. Какой выход? Перестать лгать себе и называть этих случайных людей политиками, чиновниками. Они кто угодно, но не политики и подавно не элиты. Эти люди терпят презрение масс лишь для того чтобы с еще большей беспринципностью вписать правильных людей на хлебные посты и проворачивать бизнес с помощью механизмов государственных институтов. Даже маленькая толика власти может быть употреблена ими к собственному обогащению. Это то, что уяснили сегодняшние квазиэлиты и то, чему они учат своих детей, которые уже формируют династии и кланы на различных уровнях власти.

Каждый час пребывания у власти этих дельцов уменьшает наши шансы на построение сильного и по-настоящему успешного государства. Чем раньше мы вырвемся из кокона тщетных иллюзий и пустых надежд, тем больше будет шансов у тех, кто не ищет корень наших неудач и побед на Западе или на Востоке, а предложит меняться самим, быть прагматичнее, настойчивее и сообща брать ответственность за свое будущее процветание.

Хвыля

КобзариКобзари

Ефим Фиштейн
Культурная антропология предполагает, что существуют некие объективные законы, по которым складываются народы и их языки. Один из таких законов гласит, что языки одной группы, одного корня, подвержены действию центробежных сил, то есть склонны со временем разбегаться в стороны, набирать неповторимый словарный запас, множить памятники собственной литературы, становиться все менее понятными представителям иных этнических сообществ. Вернуть такой язык в исходное состояние, «закрыть» неправильное наречие, если оно стало языком общения достаточно многочисленного народа и уже сформировало представительную культуру, никогда и никому не удавалось. Даже если кому-то очень хочется. Разве что носителей «нехорошего» языка, грубо говоря, выкорчевать под корень. Но и этого пока никому не удавалось.

В начале XX века имела хождение теория «чехословакизма». Она доказывала, что никаких словаков в природе не существует – есть потомки общего западославянского племени чехов, заплутавшие в горах и долинах Верхней Венгрии и сохранившие в силу своей некоторой дикости старинные наречия и местные диалекты. Какое-то – правда, очень недолгое – время, эта теория подводилась даже под прагоцентричную политическую практику: мол, для чего словакам национальные права, раз они рано или поздно станут чехами, получив надлежащее воспитание?

То, что имеет место быть в современной России, –революция двоечников. Двоечник всегда уверен, что законы пишутся для умников и, если есть достаточная сила, их можно как угодно нарушать и даже выворачивать наизнанку
Чем закончился эксперимент, известно. Общий корень отнюдь не означает, что и крона должна быть общая. Есть два народа, живущих в соседних государствах. Отношения между ними сегодня лучше, чем когда-либо в истории. «Дружба народов» таким реальным братством никогда не оборачивалась. Дружба дружбой, а денежки врозь – одной деньгой в двух государствах не заплатишь.

То, что имеет место быть в современной России, – революция двоечников. Двоечник всегда уверен, что законы пишутся для умников и, если есть достаточная сила, их можно как угодно нарушать и выворачивать наизнанку. Реки, если им как следует пригрозить, потекут вспять, а яблоко упадет вверх. Когда Путин поднял Россию с колен и поставил на голову, из уст многих искателей «Русского мира» можно было услышать такую выморочку: никакого украинского народа нет и не предвидится, Украина – сплошное историческое недоразумение, и если бы не хрущевская блажь, были бы и посейчас традиционные края с их заведенными названиями. Русский мир делился бы, как встарь, на Русь Великую, Малую, Белую и Красную (она же Пряшевская). Ну, плюс позднейшие добровольные присоединения – Новороссия, Лужица с Померанией, Прибалтийская Руссия, ошибочно звавшаяся Пруссией, Карловарщина и все, что понадобится впредь. При такой раскладке ни о каком украинском языке, разумеется, говорить не приходится. Вконец испоганенный глумливый диалект великого и могучего, всегда считавшийся южнорусским, названный в надругательство «мовой», должен исчезнуть. Если понадобится – вместе со своими носителями «украми».

Если я и преувеличиваю, то только самую малость. Один из первых геноцидов прошедшего века – сталинский голодомор – имел именно такую сверхзадачу: искоренить значительную часть местного населения. Не случайно области, предназначенные к вымиранию населения, были обнесены колючей проволокой и пулеметными гнездами расстрельных батальонов. Гигантские территории, потерявшие миллионы коренных жителей, заселялись потом приезжими, безразличными к рассказам стариков – да и не было больше рассказчиков, все вымерло голодной смертью, пока в Германию шли во исполнение торговых договоров составы с украинской пшеницей. Тогда и возникло в этих необитаемых местах русскоязычное меньшинство путем распределительного заселения.

Товарищ Сталин смотрел далеко и копал глубоко. Над искоренением злокачественной украинской проблемы он уже тогда работал систематически. Его люди отдавали себе отчет в том, что недостаточно отключить от языкового творчества интеллигенцию – она-то обычно и покупается, и продается. Но есть стихия, которая обращается к народной душе не опосредованно, а напрямую. Это устная традиция, фольклор. На Украине существовал своеобычный институт кобзарей. Эти народные сказители и песенники не вымерли в период XVI-XVIII веков, то есть и тогда, когда Россия нарушила собственные обязательства, вытекавшие из всех соглашений, предусматривавших украинскую автономию, и тогда, когда русские цари Петр и Екатерина последовательно русифицировали Украину (петровский указ «церковныя старыя книги, для совершенного согласия с великороссийскими, с такими же церковными книгами справливать прежде печати дабы никакой разны и особаго наречия в оных не было» и тайная инструкция Екатерины, тоже Великой, Генерал-прокурору Сената князю Вяземскому о том, что Малую Россию и прочих «надлежит легчайшими способами привести к тому, чтобы они обрусели и перестали бы глядеть как волки в лесу»).

Когда давно исчезли подобные им сказочные русские гусляры, украинские кобзари оставались носителями народной культуры и исторической памяти. Сегодня, в эпоху избыточных информационных потоков, трудно представить себе, какую роль сыграли эти люди в деле становления и сохранения коллективной идентичности преимущественно сельских районов нынешней Украины. Их роль без преувеличения можно назвать ключевой и решающей.

Народ Украины теперь развернут на Запад. У него впереди – неописуемые трудности, но сделано главное: от элементарной борьбы за национальное выживание, от необходимости снова и снова доказывать, что он вообще есть в природе, с собственной культурой и историей, он наконец-то перешел к становлению политического народа, где лояльность к стране важнее происхождения
Задумывая искоренение украинства как такового, Сталин не мог обойти вниманием кобзарей. Зимой 1934-35 годов в Харьков свезли всех мастеров кобзы, каких только смогли разыскать по деревням бойцы особых отделов ЧК. Их оказалось 337 стариков плюс какое-то количество детишек-поводырей. Две трети кобзарей были застрелены на месте, остальные погибли в телятниках по пути в сибирские лагеря. Цитирую по воспоминаниям очевидца, собранным в книге «Свидетельства»: «Я не историк, хоть и мог бы привести немало примеров того, что означает трагическая судьба. Приведу лишь один пример, страшнее которого не знаю. Вспоминать об этом невыносимо, и всякий раз, когда эта история приходит на память, меня охватывает все тот же ужас. Так хочется забыть об увиденном!». Автора мемуаров звали Дмитрий Шостакович.

Тонкий эстет и гиперкультурный человек, Дмитрий Дмитриевич прекрасно понимал, кому и для чего понадобилось это чудовищное злодеяние: «Они были ходячим музеем, живой историей своей страны. В них были все ее песни, вся ее поэзия и музыка. И почти всех их застрелили в упор. Методично по одному – этих беззащитных, убогих, седовласых и слепых старцев».

…В угар торжеств по случаю 62-летия «нацвождя» чего только не было напридумано, каких только подвигов ему не было приписано. Забыто было только главное дело его жизни, абсолютный итог его поистине титанических усилий. Путину удалось круто развернуть в разные стороны два восточнославянских народа – и развести их, скорее всего, навсегда. Народ Украины теперь развернут на Запад. У него впереди – неописуемые трудности, но сделано главное: от элементарной борьбы за национальное выживание, от необходимости снова и снова доказывать, что он вообще есть в природе, с собственной культурой и историей, украинцы наконец-то перешли к становлению политической нации: лояльность к стране важнее происхождения. Украинцы перестали быть этносом и стали обществом – может быть, столь же несовершенным, как любое другое, как соседние поляки или чехи, но европейским, а не евразийским непонятно чем.

Зато свой народ Путин повел иным путем, указал ему другую дорогу жизни – в сибирский скит. Там он будет обливаться ледяной водой, бить соболя и есть жареного сурка, читать предсказания слепой Ванги и вспоминать времена, когда русские писали великие книги и мечтали о полетах в космос.

Ефим Фиштейн – международный обозреватель Радио Свобода

Высказанные в рубрике «Право автора» мнения могут не отражать точку зрения редакции
Источник: http://www.svoboda.org/content/article/26629553.htmlЕфим Фиштейн
Культурная антропология предполагает, что существуют некие объективные законы, по которым складываются народы и их языки. Один из таких законов гласит, что языки одной группы, одного корня, подвержены действию центробежных сил, то есть склонны со временем разбегаться в стороны, набирать неповторимый словарный запас, множить памятники собственной литературы, становиться все менее понятными представителям иных этнических сообществ. Вернуть такой язык в исходное состояние, «закрыть» неправильное наречие, если оно стало языком общения достаточно многочисленного народа и уже сформировало представительную культуру, никогда и никому не удавалось. Даже если кому-то очень хочется. Разве что носителей «нехорошего» языка, грубо говоря, выкорчевать под корень. Но и этого пока никому не удавалось.

В начале XX века имела хождение теория «чехословакизма». Она доказывала, что никаких словаков в природе не существует – есть потомки общего западославянского племени чехов, заплутавшие в горах и долинах Верхней Венгрии и сохранившие в силу своей некоторой дикости старинные наречия и местные диалекты. Какое-то – правда, очень недолгое – время, эта теория подводилась даже под прагоцентричную политическую практику: мол, для чего словакам национальные права, раз они рано или поздно станут чехами, получив надлежащее воспитание?

То, что имеет место быть в современной России, –революция двоечников. Двоечник всегда уверен, что законы пишутся для умников и, если есть достаточная сила, их можно как угодно нарушать и даже выворачивать наизнанку
Чем закончился эксперимент, известно. Общий корень отнюдь не означает, что и крона должна быть общая. Есть два народа, живущих в соседних государствах. Отношения между ними сегодня лучше, чем когда-либо в истории. «Дружба народов» таким реальным братством никогда не оборачивалась. Дружба дружбой, а денежки врозь – одной деньгой в двух государствах не заплатишь.

То, что имеет место быть в современной России, – революция двоечников. Двоечник всегда уверен, что законы пишутся для умников и, если есть достаточная сила, их можно как угодно нарушать и выворачивать наизнанку. Реки, если им как следует пригрозить, потекут вспять, а яблоко упадет вверх. Когда Путин поднял Россию с колен и поставил на голову, из уст многих искателей «Русского мира» можно было услышать такую выморочку: никакого украинского народа нет и не предвидится, Украина – сплошное историческое недоразумение, и если бы не хрущевская блажь, были бы и посейчас традиционные края с их заведенными названиями. Русский мир делился бы, как встарь, на Русь Великую, Малую, Белую и Красную (она же Пряшевская). Ну, плюс позднейшие добровольные присоединения – Новороссия, Лужица с Померанией, Прибалтийская Руссия, ошибочно звавшаяся Пруссией, Карловарщина и все, что понадобится впредь. При такой раскладке ни о каком украинском языке, разумеется, говорить не приходится. Вконец испоганенный глумливый диалект великого и могучего, всегда считавшийся южнорусским, названный в надругательство «мовой», должен исчезнуть. Если понадобится – вместе со своими носителями «украми».

Если я и преувеличиваю, то только самую малость. Один из первых геноцидов прошедшего века – сталинский голодомор – имел именно такую сверхзадачу: искоренить значительную часть местного населения. Не случайно области, предназначенные к вымиранию населения, были обнесены колючей проволокой и пулеметными гнездами расстрельных батальонов. Гигантские территории, потерявшие миллионы коренных жителей, заселялись потом приезжими, безразличными к рассказам стариков – да и не было больше рассказчиков, все вымерло голодной смертью, пока в Германию шли во исполнение торговых договоров составы с украинской пшеницей. Тогда и возникло в этих необитаемых местах русскоязычное меньшинство путем распределительного заселения.

Товарищ Сталин смотрел далеко и копал глубоко. Над искоренением злокачественной украинской проблемы он уже тогда работал систематически. Его люди отдавали себе отчет в том, что недостаточно отключить от языкового творчества интеллигенцию – она-то обычно и покупается, и продается. Но есть стихия, которая обращается к народной душе не опосредованно, а напрямую. Это устная традиция, фольклор. На Украине существовал своеобычный институт кобзарей. Эти народные сказители и песенники не вымерли в период XVI-XVIII веков, то есть и тогда, когда Россия нарушила собственные обязательства, вытекавшие из всех соглашений, предусматривавших украинскую автономию, и тогда, когда русские цари Петр и Екатерина последовательно русифицировали Украину (петровский указ «церковныя старыя книги, для совершенного согласия с великороссийскими, с такими же церковными книгами справливать прежде печати дабы никакой разны и особаго наречия в оных не было» и тайная инструкция Екатерины, тоже Великой, Генерал-прокурору Сената князю Вяземскому о том, что Малую Россию и прочих «надлежит легчайшими способами привести к тому, чтобы они обрусели и перестали бы глядеть как волки в лесу»).

Когда давно исчезли подобные им сказочные русские гусляры, украинские кобзари оставались носителями народной культуры и исторической памяти. Сегодня, в эпоху избыточных информационных потоков, трудно представить себе, какую роль сыграли эти люди в деле становления и сохранения коллективной идентичности преимущественно сельских районов нынешней Украины. Их роль без преувеличения можно назвать ключевой и решающей.

Народ Украины теперь развернут на Запад. У него впереди – неописуемые трудности, но сделано главное: от элементарной борьбы за национальное выживание, от необходимости снова и снова доказывать, что он вообще есть в природе, с собственной культурой и историей, он наконец-то перешел к становлению политического народа, где лояльность к стране важнее происхождения
Задумывая искоренение украинства как такового, Сталин не мог обойти вниманием кобзарей. Зимой 1934-35 годов в Харьков свезли всех мастеров кобзы, каких только смогли разыскать по деревням бойцы особых отделов ЧК. Их оказалось 337 стариков плюс какое-то количество детишек-поводырей. Две трети кобзарей были застрелены на месте, остальные погибли в телятниках по пути в сибирские лагеря. Цитирую по воспоминаниям очевидца, собранным в книге «Свидетельства»: «Я не историк, хоть и мог бы привести немало примеров того, что означает трагическая судьба. Приведу лишь один пример, страшнее которого не знаю. Вспоминать об этом невыносимо, и всякий раз, когда эта история приходит на память, меня охватывает все тот же ужас. Так хочется забыть об увиденном!». Автора мемуаров звали Дмитрий Шостакович.

Тонкий эстет и гиперкультурный человек, Дмитрий Дмитриевич прекрасно понимал, кому и для чего понадобилось это чудовищное злодеяние: «Они были ходячим музеем, живой историей своей страны. В них были все ее песни, вся ее поэзия и музыка. И почти всех их застрелили в упор. Методично по одному – этих беззащитных, убогих, седовласых и слепых старцев».

…В угар торжеств по случаю 62-летия «нацвождя» чего только не было напридумано, каких только подвигов ему не было приписано. Забыто было только главное дело его жизни, абсолютный итог его поистине титанических усилий. Путину удалось круто развернуть в разные стороны два восточнославянских народа – и развести их, скорее всего, навсегда. Народ Украины теперь развернут на Запад. У него впереди – неописуемые трудности, но сделано главное: от элементарной борьбы за национальное выживание, от необходимости снова и снова доказывать, что он вообще есть в природе, с собственной культурой и историей, украинцы наконец-то перешли к становлению политической нации: лояльность к стране важнее происхождения. Украинцы перестали быть этносом и стали обществом – может быть, столь же несовершенным, как любое другое, как соседние поляки или чехи, но европейским, а не евразийским непонятно чем.

Зато свой народ Путин повел иным путем, указал ему другую дорогу жизни – в сибирский скит. Там он будет обливаться ледяной водой, бить соболя и есть жареного сурка, читать предсказания слепой Ванги и вспоминать времена, когда русские писали великие книги и мечтали о полетах в космос.

Ефим Фиштейн – международный обозреватель Радио Свобода

Высказанные в рубрике «Право автора» мнения могут не отражать точку зрения редакции
Источник: http://www.svoboda.org/content/article/26629553.html

Ущербленное сознаниеУщербленное сознание

Олег Базалук.
Украинский Политик.
Поражает реакция украинской общественности на мирные инициативы Ангелы Меркель. Совдеповский принцип «Кто не с нами — тот против нас» по-прежнему живет в умах большей части украинцев.
Но ведь уже и Крым не наш, и Донбасс пылает благодаря соседней России… Так почему мы продолжаем ущербно мыслить, ничем не отличаясь от российских журналистов и уподобляясь им?
Так и хочется крикнуть — народ, очнись!
Мы уже не в СССР, и русские нам уже не братья!
А в Европе — гражданское общество, там философия индивидуализма и прагматизма. Как ни крути, но когда я спросил у одной известной американской журналистки: «Чтобы делал американский народ, если бы один из штатов захотел отсоединиться?» Ответ был совершенно не похож на нашу реакцию в Восточной Украине: «Пусть отсоединяются. Но воевать с ними мы точно не будем!»
Вот это и есть гражданское общество. Вот в этом и заключена основа европейской политики.
Поэтому, на запад надеяться не стоит. Наши проблемы для них так и останутся нашими!
А еще Европа живет вещим принципом — «Начни с себя!»
НЕ надо искать проблем у соседа — на себя посмотри!
За спиной Майдан и Небесная Сотня. Мы прошли точку невозврата и начали побеждать на Донбассе и Луганщине. А коррупция то остается. Психология униженных и оскорбленных по-прежнему процветает!
Мы требуем от Европы санкций, а в чьих руках находятся предприятия сепаратистов? Вы слышали чтобы их кто-то национализировал в пользу государства и народа?
Все лучшее при Януковиче украли пшонки, захарченки, присяжнюки и т.п. А где это все лучшее? Его вернули назад, в государство?
Мы в соплях и слезах выпрашиваем помощь у Европы, жалуясь на Россию и аннексию Крыма. А сколько предприятий российских миллиардеров у нас в Украине? Почему мы их не национализировали так, как это сделала Россия в Крыму?
Или может кто-то там на верхах, из вновь выплывших руководителей, получил чемоданчик с денюжкой и все спускает на тормоза?
Почему затих вопрос с переизбранием Верховной Рады? Сколько там моральных уродов сидит, а мы вдруг замолчали? Почему добились смены диктатуры Януковича, и вдруг не смогли убрать депутатов-уродов, которые допустили этот режим? Снова ждем поддержки Европы? И здесь Меркель виновата?
Братья и сестры! Научитесь уважать себя! Мы взяли курс на Европу, а в Европе в первую очередь ценится самодостаточность и прагматизм. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих!
Мы спасаем себя — пример наши победы в Восточной Украине! Так продолжаем спасать себя изменяя свой менталитет!
Приучите себя не давать взяток! Не проходите мимо несправедливости — боритесь!!!!!
Никто за вас не будет бороться! НИ Меркель, ни Европа!
Пройдете мимо, проглотите обиду от чинуши, который сам ноль и хочет вас видеть таким же — этот чинуша вновь расправит крылья и похоронит все наши надежды и мечты!
И тогда нам точно не быть ни в Европе, ни в России.
Олег Базалук.
Украинский Политик.
Поражает реакция украинской общественности на мирные инициативы Ангелы Меркель. Совдеповский принцип «Кто не с нами — тот против нас» по-прежнему живет в умах большей части украинцев.
Но ведь уже и Крым не наш, и Донбасс пылает благодаря соседней России… Так почему мы продолжаем ущербно мыслить, ничем не отличаясь от российских журналистов и уподобляясь им?
Так и хочется крикнуть — народ, очнись!
Мы уже не в СССР, и русские нам уже не братья!
А в Европе — гражданское общество, там философия индивидуализма и прагматизма. Как ни крути, но когда я спросил у одной известной американской журналистки: «Чтобы делал американский народ, если бы один из штатов захотел отсоединиться?» Ответ был совершенно не похож на нашу реакцию в Восточной Украине: «Пусть отсоединяются. Но воевать с ними мы точно не будем!»
Вот это и есть гражданское общество. Вот в этом и заключена основа европейской политики.
Поэтому, на запад надеяться не стоит. Наши проблемы для них так и останутся нашими!
А еще Европа живет вещим принципом — «Начни с себя!»
НЕ надо искать проблем у соседа — на себя посмотри!
За спиной Майдан и Небесная Сотня. Мы прошли точку невозврата и начали побеждать на Донбассе и Луганщине. А коррупция то остается. Психология униженных и оскорбленных по-прежнему процветает!
Мы требуем от Европы санкций, а в чьих руках находятся предприятия сепаратистов? Вы слышали чтобы их кто-то национализировал в пользу государства и народа?
Все лучшее при Януковиче украли пшонки, захарченки, присяжнюки и т.п. А где это все лучшее? Его вернули назад, в государство?
Мы в соплях и слезах выпрашиваем помощь у Европы, жалуясь на Россию и аннексию Крыма. А сколько предприятий российских миллиардеров у нас в Украине? Почему мы их не национализировали так, как это сделала Россия в Крыму?
Или может кто-то там на верхах, из вновь выплывших руководителей, получил чемоданчик с денюжкой и все спускает на тормоза?
Почему затих вопрос с переизбранием Верховной Рады? Сколько там моральных уродов сидит, а мы вдруг замолчали? Почему добились смены диктатуры Януковича, и вдруг не смогли убрать депутатов-уродов, которые допустили этот режим? Снова ждем поддержки Европы? И здесь Меркель виновата?
Братья и сестры! Научитесь уважать себя! Мы взяли курс на Европу, а в Европе в первую очередь ценится самодостаточность и прагматизм. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих!
Мы спасаем себя — пример наши победы в Восточной Украине! Так продолжаем спасать себя изменяя свой менталитет!
Приучите себя не давать взяток! Не проходите мимо несправедливости — боритесь!!!!!
Никто за вас не будет бороться! НИ Меркель, ни Европа!
Пройдете мимо, проглотите обиду от чинуши, который сам ноль и хочет вас видеть таким же — этот чинуша вновь расправит крылья и похоронит все наши надежды и мечты!
И тогда нам точно не быть ни в Европе, ни в России.