Выборы в Мариуполе. Как строится второй Донецк для АхметоваВыборы в Мариуполе. Как строится второй Донецк для Ахметова

Николай Мельник, для «Главкома».

Вопреки опасениям некоторых представителей власти и оппозиции (хотя природа этих опасений у них разная), местные выборы в Мариуполе всё же состоятся. Если, конечно, этому не помешает очередная провокация российско-террористических войск. Проведение выборов городского головы и депутатов в горсовет одобрил лично Президент Порошенко. Даже американский посол в Украине Джеффри Пайетт не разделил опасений главы Донецкой ОГА Павла Жебривского, лоббировавшего отмену голосования в прифронтовом городе.

Но предвыборная кампания еще не успела начаться, как в городе прогремел скандал спровоцированный конкуренцией между различными силами. СМИ запестрели новостью о том, что один из кандидатов в мэры Мариуполя Юрий Тернавский, известный в городе бизнесмен, якобы дал взятку в размере 5 миллионов долларов за то, чтобы выступить на выборах городского головы от президентской партии БПП «Солидарность». Об этом шёл разговор депутата от БПП Артёма Герасимова со своими помощниками, согласно информации донецкого блоггера Дениса Казанского. Масла в огонь подлило «опровержение» акта предвыборной коррупции из уст экс-председателя БПП «Солидарность» в Мариуполе Сергея Нестерова. Дескать, Юрий Тернавский не имеет никакого отношения к партии власти и ведёт деструктивную политику, направленную на дискредитацию БПП «Солидарность». Подобно лавине, в сети стали разрастаться слухи о том, что власть слила Мариуполь Ринату Ахметову, продав должность городского головы «его человеку» – Юрию Тернавскому.

Можно ли на все сто процентов утверждать, что Юрий Тернавский человек Рината Ахметова?

Бытует мнение, что Юрий Тернавский, гендиректор пищевого холдинга ТМ «Азов продукт» и сети аптек «Азовфарм» (бывшая «Ильич Фарм»), является достаточно сильным кандидатом в мэры и предварительно его поддерживает около 20% избирателей Мариуполя. Однако, после перехода металлургического комбината им. Ильича в состав Группы Метинвест в 2010 г., предприятия пищевой, фармацевтической и аграрной промышленности стали собственностью Тернавского и перестали иметь отношение к заводу.

Тернавский пытается позиционировать в качестве проукраинского волонтёра, придерживается умеренной равноудалённой позиции от левых и правых партий. Снабжение украинской армии и добровольческих батальонов провиантом в секторе М. Волонтёрские копилки для пожертвований военным и вынужденным переселенцам в его аптеках. В своей риторике «главный интендант» Мариуполя поддерживает средний и мелкий бизнес, который сетует на засилье интересов крупных промышленников в органах власти и монополизацию городской экономики.

Достаточно критично Тернавский относится к идее Группы Метинвест создать «Фонд развития Мариуполя», считая, что инвестирование в реформирование и развитие города меткомбинатами должно было происходить задолго до предвыборной кампании. Это подчёркивает его попытки позиционировать себя как компромиссного кандидата, которому могут доверять широкие слои населения города.

Скорее всего, Ринат Ахметов делает ставку на местных выборах на другого человека. Таковым является кандидат в мэры от Оппозиционного блока – Вадим Бойченко, директор по персоналу и социальным вопросам меткомбината им. Ильича (Группа Метинвест). Мариуполь уже пестрит его портретами. Начинающий политик в своей риторике подражает манере общения Рината Ахметова. Он обещает основать «Фонд развития Мариуполя», восстановить повреждённые от российских обстрелов дома в микрорайоне Восточный и посёлке Сартана. Свежий асфальт появился на месте выбоин на дорогах и тротуарах в канун выборов. Оппозиционный блок, который продолжает линию Партии Регионов в отстаивании интересов мариупольских меткомбинатов Рината Ахметова, не жалеет средств на формирование имиджа молодого и перспективного мэра в лице Вадима Бойченко.

Лоббисты Бойченко рассчитывают, что у него приблизительно одинаковый рейтинг с Юрием Тернавским и благодаря частым выступлениям на местном телевидении, перед общественностью города он имеет шансы стать основным фаворитом.

Почему именно Бойченко? Ринат Ахметов как никогда нуждается в усилении своего влияния в Мариуполе. Ведь именно мариупольские заводы ММК им. Ильича и Азовсталь являются последним оплотом металлургии Метинвеста. Тут же есть возможность выхода на внешние рынки через местный порт. Ну а ранее подконтрольный Донецк, у руля которого много лет стоял «свой» мэр Александр Лукьянченко, нынче находится в запустении «русского мира» и распиливается на металлом сепаратистами «ДНР», которые идут на поклон исключительно хозяину Кремля.

В отличие от Донецка, Мариуполь сложно назвать городом, где Ринат Ахметов свой человек. В городе сильны позиции других представителей бизнеса, включая ПАО «Азовмаш», «Азовинтекс» Сергея Таруты, бизнес Юрия Тернавского. Мариуполь всегда конкурировал с Донецком по своей значимости в Донецкой области. На сегодняшний день Мариуполь невольно оказался в роли индустриальной столицы Украины, морскими воротами восточных областей, альтернативой крымским портам. Чтобы укрепить свои позиции в Мариуполе, Ахметову нужен свой человек в городе, который отвечает запросам времени – молодой, интеллектуально подкованный, незапятнанный связями с одиозными регионалами и донбасскими сепаратистами. Бойченко, которого ранее вообще никто не знал, соответствует этим критериям.

Но такими преимуществами сложно похвастаться Юрию Тернавскому. Никто не забыл его фото с «народными мерами» Братьями Кузьменко в период оккупации Мариуполя ДНР и о связах со старой гвардией Партии Регионов. В 2012 г. Юрий Тернавский был доверенным лицом у депутата Алексея Белого, экс-гендиректора ММК «Азовсталь». Это стало одним из поводов для антипатии со стороны оппонентов Оппоблока. Не лучшим образом на репутации кандидата в мэры сказывается имидж «пораженца». На местных выборах 2010 г. Юрий Тернавский проиграл предвыборную гонку ныне действующему мэру города Юрию Хотлубею, который набрал свыше 50% голосов избирателей.

Кстати, несколько слов о действующем градоначальнике. Хотлубей, который уже 17 лет бессменно занимает свою должность, – теперь член партии «Наш Край». Парадоксом является то, что несмотря на многочисленную критику местных жителей относительно нерешённых проблем коммунального хозяйства, неблагоприятной экологической ситуации в городе, потакании крупному бизнесу в ущерб интересов малого, большинство мариупольцев отдавали голоса именно в его пользу, не видя «других альтернатив».

Доля правды в этом есть. Нынешний мэр достаточно гибок и умеет сглаживать конфликты, что стало одним из факторов сравнительно мягкой оккупации Мариуполя ДНР. Город не стал вотчиной сепаратистов и не повторил трагическую судьбу Славянска и Краматорска. Но поскольку местные выборы в Мариуполе состоятся, Юрий Хотлубей вероятно не угоден ни кому. Откровенно «региональное» прошлое и подозрения в участии в коррупционных схемах не устраивают местных патриотов. Попытки найти общий язык с боевиками ДНР и договориться о сохранении города в целости и сохранности в обмен на возможность занять здание горсовета, сформировали у центральной власти подозрения в потакании сепаратизму. Вопреки этому, что на новостных ресурсах сепаратистов мэр Мариуполя обвиняется в пособничестве «неонацистам» и «киевской хунте». Так, что причиной отказа действующего мэра баллотироваться снова является не только преклонный возраст. Желание достойно уйти под флагом партии «Наш Край» в городские депутаты это способ сохранить свой авторитет и избавить себя от имиджа мэра «хамелеона». Хотя Юрий Юрьевич при желании мог бы с уверенностью составить конкуренцию двум фаворитам предвыборной гонки – Юрию Тернавскому и Вадиму Бойченко.

В общем итоге чрезмерную предвыборную активность в городе проявляют лишь бывшие регионалы, зависящие от Ахметова. Основную ставку наследник Партии регионов Оппозиционный блок делает на «админресурс» олигарха в городе. Работники двух металлургических заводов Ахметова традиционно проголосуют «за своих», надеясь на улучшение социально-экономической ситуации. «Работа и стабильность» — главная мантра, рассчитанная на простого металлурга. По разным источникам, кандидаты в депутаты в горсовет от Оппоблока имеют шансы собрать от 45 до 80% голосов избирателей.

Вот только в борьбе за кресло мера возникает интрига. В отличие от действующего мэра, а также Юрия Тернавского, Вадим Бойченко не настолько известен среди мариупольцев. Последнее публичное выступление кандидата в мэры собрало чуть более 10 человек. И вряд ли кто-то поистине оценил его намерение открыть минеральные источники в городе с непростой экологической обстановкой.

Кандидату в мэры от Оппозиционого блока нужны дополнительные аргументы в свою пользу. Возможно, упомянутая в начале материала информация о коррупционном скандале с участием Юрия Тернавского и представителей БПП «Солидарность» и является попыткой испортить репутацию основных конкурентов ахметовского кандидата на местных выборах.

У Президента нет интересов в Мариуполе?

Порошенко заинтересован сохранить город в качестве проукраинской «витрины» Донбасса. Это особенно важно на случай реинтеграции Донбасса в состав Украины. Мариуполь — это пример русскоязычного города, население которого вопреки активности пророссийских сепаратистов выбрало проукраинский вектор развития. В последнее время город демонстрирует свою патриотичность. В «параде вышиванок», по случаю дня города, в этом году участвовало 12 тыс. человек. Это определённое достижение для аполитичного в своей массе города. Хотя БПП «Солидарность» пророчат низкие рейтинги на выборах (не более 7% голосов избирателей), не исключен вариант, что вокруг данной партии объединится большая часть горожан, не разделяющих ценности Оппозиционного блока.

Другие же партии из условного демократического лагеря, включая «Батькивщину», Радикальную партию, «Самопомич» вряд ли преодолеют 5%. Оскорбительные высказывания лидера «радикалов» Олега Ляшко в адрес грузинских реформаторов, коррупционная деятельность нардепа Игоря Мосийчука не вызывают доверия у мариупольцев. Старый лозунг «Батькивщины» «контрактная армия» на бил-борде одной из основных улиц города вызывает иронию в условиях конфликта, который докатился до окраин Мариуполя. Бессменный кандидат в мэры от «Батькивщины» врач-венеролог Ярошенко, судя по результатам местных выборов 2010 г. (11,67%), пока не пользуется сильными симпатиями горожан. «Партия простых людей», «Союз левых сил», «Наш край», «Укроп» также еще не достаточно раскручены в медиа-пространстве Мариуполя.

БПП «Солидарность» осознаёт то, что в Мариуполе преимущество на выборах будет иметь Оппоблок, где значительная часть электората работники заводов Рината Ахметова. В то же время действующая власть рассчитывает на формирование мощной депутатской фракции от БПП «Солидарность» в мариупольском горсовете. Для действующей власти Ахметов выполняет функцию соединительного звена в диалоге с сепаратистами. Ахметовские гуманитарные конвои существенно помогают жителям оккупированных районов Донбасса. Это способствует развенчиванию насаждаемого Россией мифа о враждебности Украины.

Противники бывших регионалов скорее предпочтут проголосовать за БПП «Солидарность» как за «меньшее зло», по сравнению с Оппоблоком, электорат которого наверняка пополнят местные коммунисты и сторонники Андрея Федая (действующий секретарь горсовета Мариуполя от Партии регионов).

А обвинение Сергея Нестерова об участии членов президентской партии в коррупции рассчитано на то, чтобы вызвать разочарование мариупольцев в БПП «Солидарность». Сторонников партии президента просто склоняют не явиться на избирательные участки. Альтернатив же ахметовским проектам нет. Мариупольские волонтёры выпали из политического процесса, не желая выступать в качестве кандидатов от какой-либо партии, после соответствующих изменений в избирательном законодательстве. Исключением является Инициативная Группа «Вместе», которая создала собственную партию «Сила людей», движимой идеями Максима Бородина, мариупольского проукраинского волонтёра и активиста-эколога.

Благодаря чёрному пиару против своих конкурентов, Оппозиционный блок рассчитывает обеспечить своим кандидатам доминирование в горсовете. То же касается и мэрской гонки: Юрий Тернавский и Вадим Бойченко куда более раскручены в СМИ, чем кандидат в мэры от БПП «Солидарность» Александр Романюк – новый председатель президентской партии в Мариуполе.
Николай Мельник, для «Главкома».

Вопреки опасениям некоторых представителей власти и оппозиции (хотя природа этих опасений у них разная), местные выборы в Мариуполе всё же состоятся. Если, конечно, этому не помешает очередная провокация российско-террористических войск. Проведение выборов городского головы и депутатов в горсовет одобрил лично Президент Порошенко. Даже американский посол в Украине Джеффри Пайетт не разделил опасений главы Донецкой ОГА Павла Жебривского, лоббировавшего отмену голосования в прифронтовом городе.

Но предвыборная кампания еще не успела начаться, как в городе прогремел скандал спровоцированный конкуренцией между различными силами. СМИ запестрели новостью о том, что один из кандидатов в мэры Мариуполя Юрий Тернавский, известный в городе бизнесмен, якобы дал взятку в размере 5 миллионов долларов за то, чтобы выступить на выборах городского головы от президентской партии БПП «Солидарность». Об этом шёл разговор депутата от БПП Артёма Герасимова со своими помощниками, согласно информации донецкого блоггера Дениса Казанского. Масла в огонь подлило «опровержение» акта предвыборной коррупции из уст экс-председателя БПП «Солидарность» в Мариуполе Сергея Нестерова. Дескать, Юрий Тернавский не имеет никакого отношения к партии власти и ведёт деструктивную политику, направленную на дискредитацию БПП «Солидарность». Подобно лавине, в сети стали разрастаться слухи о том, что власть слила Мариуполь Ринату Ахметову, продав должность городского головы «его человеку» – Юрию Тернавскому.

Можно ли на все сто процентов утверждать, что Юрий Тернавский человек Рината Ахметова?

Бытует мнение, что Юрий Тернавский, гендиректор пищевого холдинга ТМ «Азов продукт» и сети аптек «Азовфарм» (бывшая «Ильич Фарм»), является достаточно сильным кандидатом в мэры и предварительно его поддерживает около 20% избирателей Мариуполя. Однако, после перехода металлургического комбината им. Ильича в состав Группы Метинвест в 2010 г., предприятия пищевой, фармацевтической и аграрной промышленности стали собственностью Тернавского и перестали иметь отношение к заводу.

Тернавский пытается позиционировать в качестве проукраинского волонтёра, придерживается умеренной равноудалённой позиции от левых и правых партий. Снабжение украинской армии и добровольческих батальонов провиантом в секторе М. Волонтёрские копилки для пожертвований военным и вынужденным переселенцам в его аптеках. В своей риторике «главный интендант» Мариуполя поддерживает средний и мелкий бизнес, который сетует на засилье интересов крупных промышленников в органах власти и монополизацию городской экономики.

Достаточно критично Тернавский относится к идее Группы Метинвест создать «Фонд развития Мариуполя», считая, что инвестирование в реформирование и развитие города меткомбинатами должно было происходить задолго до предвыборной кампании. Это подчёркивает его попытки позиционировать себя как компромиссного кандидата, которому могут доверять широкие слои населения города.

Скорее всего, Ринат Ахметов делает ставку на местных выборах на другого человека. Таковым является кандидат в мэры от Оппозиционного блока – Вадим Бойченко, директор по персоналу и социальным вопросам меткомбината им. Ильича (Группа Метинвест). Мариуполь уже пестрит его портретами. Начинающий политик в своей риторике подражает манере общения Рината Ахметова. Он обещает основать «Фонд развития Мариуполя», восстановить повреждённые от российских обстрелов дома в микрорайоне Восточный и посёлке Сартана. Свежий асфальт появился на месте выбоин на дорогах и тротуарах в канун выборов. Оппозиционный блок, который продолжает линию Партии Регионов в отстаивании интересов мариупольских меткомбинатов Рината Ахметова, не жалеет средств на формирование имиджа молодого и перспективного мэра в лице Вадима Бойченко.

Лоббисты Бойченко рассчитывают, что у него приблизительно одинаковый рейтинг с Юрием Тернавским и благодаря частым выступлениям на местном телевидении, перед общественностью города он имеет шансы стать основным фаворитом.

Почему именно Бойченко? Ринат Ахметов как никогда нуждается в усилении своего влияния в Мариуполе. Ведь именно мариупольские заводы ММК им. Ильича и Азовсталь являются последним оплотом металлургии Метинвеста. Тут же есть возможность выхода на внешние рынки через местный порт. Ну а ранее подконтрольный Донецк, у руля которого много лет стоял «свой» мэр Александр Лукьянченко, нынче находится в запустении «русского мира» и распиливается на металлом сепаратистами «ДНР», которые идут на поклон исключительно хозяину Кремля.

В отличие от Донецка, Мариуполь сложно назвать городом, где Ринат Ахметов свой человек. В городе сильны позиции других представителей бизнеса, включая ПАО «Азовмаш», «Азовинтекс» Сергея Таруты, бизнес Юрия Тернавского. Мариуполь всегда конкурировал с Донецком по своей значимости в Донецкой области. На сегодняшний день Мариуполь невольно оказался в роли индустриальной столицы Украины, морскими воротами восточных областей, альтернативой крымским портам. Чтобы укрепить свои позиции в Мариуполе, Ахметову нужен свой человек в городе, который отвечает запросам времени – молодой, интеллектуально подкованный, незапятнанный связями с одиозными регионалами и донбасскими сепаратистами. Бойченко, которого ранее вообще никто не знал, соответствует этим критериям.

Но такими преимуществами сложно похвастаться Юрию Тернавскому. Никто не забыл его фото с «народными мерами» Братьями Кузьменко в период оккупации Мариуполя ДНР и о связах со старой гвардией Партии Регионов. В 2012 г. Юрий Тернавский был доверенным лицом у депутата Алексея Белого, экс-гендиректора ММК «Азовсталь». Это стало одним из поводов для антипатии со стороны оппонентов Оппоблока. Не лучшим образом на репутации кандидата в мэры сказывается имидж «пораженца». На местных выборах 2010 г. Юрий Тернавский проиграл предвыборную гонку ныне действующему мэру города Юрию Хотлубею, который набрал свыше 50% голосов избирателей.

Кстати, несколько слов о действующем градоначальнике. Хотлубей, который уже 17 лет бессменно занимает свою должность, – теперь член партии «Наш Край». Парадоксом является то, что несмотря на многочисленную критику местных жителей относительно нерешённых проблем коммунального хозяйства, неблагоприятной экологической ситуации в городе, потакании крупному бизнесу в ущерб интересов малого, большинство мариупольцев отдавали голоса именно в его пользу, не видя «других альтернатив».

Доля правды в этом есть. Нынешний мэр достаточно гибок и умеет сглаживать конфликты, что стало одним из факторов сравнительно мягкой оккупации Мариуполя ДНР. Город не стал вотчиной сепаратистов и не повторил трагическую судьбу Славянска и Краматорска. Но поскольку местные выборы в Мариуполе состоятся, Юрий Хотлубей вероятно не угоден ни кому. Откровенно «региональное» прошлое и подозрения в участии в коррупционных схемах не устраивают местных патриотов. Попытки найти общий язык с боевиками ДНР и договориться о сохранении города в целости и сохранности в обмен на возможность занять здание горсовета, сформировали у центральной власти подозрения в потакании сепаратизму. Вопреки этому, что на новостных ресурсах сепаратистов мэр Мариуполя обвиняется в пособничестве «неонацистам» и «киевской хунте». Так, что причиной отказа действующего мэра баллотироваться снова является не только преклонный возраст. Желание достойно уйти под флагом партии «Наш Край» в городские депутаты это способ сохранить свой авторитет и избавить себя от имиджа мэра «хамелеона». Хотя Юрий Юрьевич при желании мог бы с уверенностью составить конкуренцию двум фаворитам предвыборной гонки – Юрию Тернавскому и Вадиму Бойченко.

В общем итоге чрезмерную предвыборную активность в городе проявляют лишь бывшие регионалы, зависящие от Ахметова. Основную ставку наследник Партии регионов Оппозиционный блок делает на «админресурс» олигарха в городе. Работники двух металлургических заводов Ахметова традиционно проголосуют «за своих», надеясь на улучшение социально-экономической ситуации. «Работа и стабильность» — главная мантра, рассчитанная на простого металлурга. По разным источникам, кандидаты в депутаты в горсовет от Оппоблока имеют шансы собрать от 45 до 80% голосов избирателей.

Вот только в борьбе за кресло мера возникает интрига. В отличие от действующего мэра, а также Юрия Тернавского, Вадим Бойченко не настолько известен среди мариупольцев. Последнее публичное выступление кандидата в мэры собрало чуть более 10 человек. И вряд ли кто-то поистине оценил его намерение открыть минеральные источники в городе с непростой экологической обстановкой.

Кандидату в мэры от Оппозиционого блока нужны дополнительные аргументы в свою пользу. Возможно, упомянутая в начале материала информация о коррупционном скандале с участием Юрия Тернавского и представителей БПП «Солидарность» и является попыткой испортить репутацию основных конкурентов ахметовского кандидата на местных выборах.

У Президента нет интересов в Мариуполе?

Порошенко заинтересован сохранить город в качестве проукраинской «витрины» Донбасса. Это особенно важно на случай реинтеграции Донбасса в состав Украины. Мариуполь — это пример русскоязычного города, население которого вопреки активности пророссийских сепаратистов выбрало проукраинский вектор развития. В последнее время город демонстрирует свою патриотичность. В «параде вышиванок», по случаю дня города, в этом году участвовало 12 тыс. человек. Это определённое достижение для аполитичного в своей массе города. Хотя БПП «Солидарность» пророчат низкие рейтинги на выборах (не более 7% голосов избирателей), не исключен вариант, что вокруг данной партии объединится большая часть горожан, не разделяющих ценности Оппозиционного блока.

Другие же партии из условного демократического лагеря, включая «Батькивщину», Радикальную партию, «Самопомич» вряд ли преодолеют 5%. Оскорбительные высказывания лидера «радикалов» Олега Ляшко в адрес грузинских реформаторов, коррупционная деятельность нардепа Игоря Мосийчука не вызывают доверия у мариупольцев. Старый лозунг «Батькивщины» «контрактная армия» на бил-борде одной из основных улиц города вызывает иронию в условиях конфликта, который докатился до окраин Мариуполя. Бессменный кандидат в мэры от «Батькивщины» врач-венеролог Ярошенко, судя по результатам местных выборов 2010 г. (11,67%), пока не пользуется сильными симпатиями горожан. «Партия простых людей», «Союз левых сил», «Наш край», «Укроп» также еще не достаточно раскручены в медиа-пространстве Мариуполя.

БПП «Солидарность» осознаёт то, что в Мариуполе преимущество на выборах будет иметь Оппоблок, где значительная часть электората работники заводов Рината Ахметова. В то же время действующая власть рассчитывает на формирование мощной депутатской фракции от БПП «Солидарность» в мариупольском горсовете. Для действующей власти Ахметов выполняет функцию соединительного звена в диалоге с сепаратистами. Ахметовские гуманитарные конвои существенно помогают жителям оккупированных районов Донбасса. Это способствует развенчиванию насаждаемого Россией мифа о враждебности Украины.

Противники бывших регионалов скорее предпочтут проголосовать за БПП «Солидарность» как за «меньшее зло», по сравнению с Оппоблоком, электорат которого наверняка пополнят местные коммунисты и сторонники Андрея Федая (действующий секретарь горсовета Мариуполя от Партии регионов).

А обвинение Сергея Нестерова об участии членов президентской партии в коррупции рассчитано на то, чтобы вызвать разочарование мариупольцев в БПП «Солидарность». Сторонников партии президента просто склоняют не явиться на избирательные участки. Альтернатив же ахметовским проектам нет. Мариупольские волонтёры выпали из политического процесса, не желая выступать в качестве кандидатов от какой-либо партии, после соответствующих изменений в избирательном законодательстве. Исключением является Инициативная Группа «Вместе», которая создала собственную партию «Сила людей», движимой идеями Максима Бородина, мариупольского проукраинского волонтёра и активиста-эколога.

Благодаря чёрному пиару против своих конкурентов, Оппозиционный блок рассчитывает обеспечить своим кандидатам доминирование в горсовете. То же касается и мэрской гонки: Юрий Тернавский и Вадим Бойченко куда более раскручены в СМИ, чем кандидат в мэры от БПП «Солидарность» Александр Романюк – новый председатель президентской партии в Мариуполе.

Украина: Игры прокурорских престоловУкраина: Игры прокурорских престолов

Николай Мельник, «Главком»/

Шокин или Касько? Этот вопрос накануне сентября не задает себе только ленивый читатель политических новостей. Новостей, которые в последнее время больше напоминают цитаты из романов Марио Пьюзо, чем скучную официальную хронику будней надзирающего органа. Виновниками этого праздника с явлением народу бриллиантов, кокаина, автоматов и неизбежных чемоданов с долларами в суровом учреждении на Резницкой стала команда молодых руководителей прокуроры Давида Сакварелидзе и Виталия Касько.

«Дешевые брилианты»

Напомним, 6 июля в рамках спецоперации, которой руководил Давид Сакварелидзе, по подозрению в вымогательстве взятки в особо крупных размерах были задержаны первый замглавы следственного управления ГПУ Владимир Шапакин и заместитель прокурора Киевской области Александр Корниец. В здании ГПУ и в других помещениях прокуроров найдены средства на сумму около $500 тысяч, а также ценности и оружие. Тогдашний первый замгенпрокурора Владимир Гузырь инициировал открытие уголовного производства в отношении Сакварелидзе из-за «захвата помещения». Однако после вмешательства в разгоревшийся скандал президента Гузырю пришлось заявить, что «уголовного производства и конфликта в ГПУ нет и быть не может», а позже – и вовсе уйти в отставку. Еще одним скорее репутационным, чем кадровым, ударом, нанесенным «младореформаторами» по «старой гвардии» стало задержание с поличным за торговлю наркотиками в особо крупных размерах прокурора Киевской области Алексея Куца. Впрочем, «старая гвардия» сдаваться не собиралась. Дело Гузыря успешно продолжил назначенный на его место Юрий Севрук, который начал расследование законности проводимой Давидом Сакварелидзе реформы по созданию местных прокуратур. Сопротивление, оказываемое оппонентами Сакварелидзе и Касько, выглядело столь мощным и системным, что в конце июля с Виктором Шокиным решили пообщаться представители посольства США Кристофер Смит и Джеймс Прайс. На этой встрече генпрокурор заявил о своей поддержке реформ, и пообещал перераспределить полномочия между своими заместителями, отдав Виталию Касько управление по расследованию коррупционных преступлений, совершенных высокопоставленными лицами.

«Кто на новенького?»

На первый план вышел экс-прокурор Тбилиси. Некоторым наблюдателям его кандидатура представлялась уже как альтернатива Виктору Шокину. Он уже достиг многого. На конкурсной основе Сакварелидзе сформировал два департамента Генпрокуратуры — по вопросам реформ и по расследованиям деятельности прокурорских работников (так называемая Генеральная инспекция). Главным же детищем Сакварелидзе должна стать реформа по сокращению работников прокуратуры и числа прокуратур – с 700 до 200, и формирование местных прокуратур на базе оставшихся подразделений. Реализация этой задачи, по сути, означает создание новой прокуратуры. Или, как минимум, образование внутри старой прокуратуры мощного анклава, независимого от центрального и регионального руководства, и способного стать ресурсом для полной замены старого руководства в дальнейшем.

Сакварелидзе, как он и сам это неоднократно признавал в интервью, ожидал ожесточенного сопротивления системы.Также экс-замгенпрокурора Грузии отдавал себе отчет в том, что сопротивление будет направлено против него лично, как против главной формальной угрозы. Выход был один – нанести удар первым и захватить инициативу. Результат — «бриллиантовый скандал», пожалуй, наиболее громкий и результативный за всю историю украинской прокуратуры. Его следствием стала отставка Владимира Гузыря – мощной фигуры из числа старой прокурорской гвардии.

Однако провести такую операцию и осуществлять свою деятельность в ГПУ в будущем Сакварелидзе в одиночку не смог бы. Был необходим союзник внутри ГПУ, достаточно влиятельный и в то же время не обремененный обязательствами перед старыми прокурорскими кадрами.

Именно так на сцене появился Виталий Касько. Из второстепенных героев он быстро переместился на первый план. Этому в немалой степени способствовали активность Касько в СМИ, удачно выбранный образ честного прокурора, а также сотрудничество с общественными организациями, в частности, Центром противодействия коррупции Виталия Шабунина. И, конечно же, собственные связи Виталия Касько на западе, в частности в США. О том, что США делают ставку именно на Касько, свидетельствует встреча Виктора Шокина с представителями американского посольства, на которой, по нашей информации, генпрокурор был вынужден фактически отчитываться о сохранении Касько в штате ведомства.

Выяснилось, что кандидатура Касько отвечает всем актуальным вызовам и требованиям. Так, например, Виталий Касько не запятнал себя сотрудничеством с режимом Януковича, уволившись в 2010 году из прокуратуры и занявшись адвокатской практикой. У Касько был обширный международный опыт в сфере права. В 2004 году он был назначен консультантом Совета Европы и ряда других организаций международного уровня по вопросам уголовной юстиции и отстаивания прав и свобод человека. Касько также занимал пост старшего прокурора отделов правовой помощи и международного сотрудничества международно-правового управления Генеральной прокуратуры Украины и начальника международно-правового управления ГПУ. Собственно, по этой деятельности и по адвокатской практике в юридической компании «Арцингер» заместитель генпрокурора был хорошо знаком для официальных представителей США в Украине. У Касько достаточно скромная декларация, но в то же время в привычной для прокурорских роскоши замечен он не был. Таким образом, в сентябрь Касько уже входит в статусе главного претендента на должность генерального прокурора.

Однако в настоящее время Касько и Сакварелидзе остаются на своих должностях лишь благодаря поддержке вне стен ГПУ. Касько и Сакварелидзе пока не на кого опереться в центральном аппарате прокуратуры, и тем более в городских и областных прокуратурах, где Сакварелидзе только планирует кадровую перезагрузку. Поэтому назначение Касько в ближайшее время наверняка приведет к тому, что ему придется уже в течение года расписаться в неспособности достичь сколь-либо значимых результатов – из-за саботажа, провокаций и подстав, умение устраивать которые «старая гвардия» активно демонстрирует уже сейчас.

«Свой — Чужой»

Другая часть верхушки ГПУ уже сейчас пытается пустить под откос проведение Давидом Сакварелидзе реформы по формированию местных прокуратур. Первый замгенпрокурора Юрий Севрук заявил, что организация и содержание конкурса для отбора руководства этих прокуратур не соответствуют необходимым стандартам. Это заявление и расследование законности процедуры тестирования – не только попытка блокирования реформы, но и плацдарм для обжалования ее в будущем. А также сигнал потенциальным кандидатам на посты руководителей местных прокуратур о нелегитимности их полномочий. США, финансирующие реформу, уже выразили свое возмущение по официальным и неофициальным каналам, однако как это повлияет на ее ход – пока неясно.

Не менее показательна и история с перераспределением полномочий в ГПУ. На первый взгляд, Касько получил карт-бланш на борьбу с коррупцией среди высокопоставленных чиновников. Но процессуальным руководителем Виктор Шокин назначил Олега Залиско, руководившего Главным следственным управлением ГПУ во времена генпрокурора Виталия Яремы и обвиняемого общественными активистами в развале дел соратников Януковича и содействии им в осуществлении мер по уходу от международных санкций. После вступления в силу нового Уголовно-процессуального кодекса ключевой фигурой в следственном процессе является не следователь, а процессуальный руководитель, который может заблокировать любое расследование. То есть фактически Шокин назначил Касько ответственным за борьбу с коррупцией, а все рычаги влияния на проведение расследований отдал Залиско. За результат будет отвечать Касько, а быть результату или нет, будет решать Шокин руками Залиско.

Если Президент решит сменить Шокина на Касько в ближайшие месяцы, то результативность нового генпрокурора наверняка будет ниже ожидаемого. Противодействие коллег сделает свое дело, и Касько вряд ли сумеет продержаться на своем посту дольше трех своих последних предшественников. Следует отметить, что результативности Касько не продемонстрировал даже в деле возврата заграничных активов Януковича и его людей. А ведь именно эту задачу назвал Махницкий, комментируя назначение Касько своим заместителем.

В то же время, если Президент решит отложить ротацию, то у Шокина появится время — минимум полгода-год, чтобы тем или иным образом вывести Касько из статуса претендента на должность генпрокурора.

Президент, в свою очередь, заинтересован в управляемости и лояльности ГПУ. Не секрет, что прокуратура продолжает оставаться инструментом политического влияния. Спектр этого влияния весьма широк – от лишения неприкосновенности и уголовного преследования депутатов непослушных фракций и до открытия производств против доноров и лидеров конкурирующих политических сил.

Также Петр Алексеевич наверняка опасается, что ГПУ могут использовать для раскачки политической ситуации в стране. Недавние события вокруг отставки главы СБУ Валентина Наливайченко свидетельствуют о том, что такие опасения небезосновательны.

Очевидно, Порошенко куда комфортнее работать с Виктором Шокиным, чем с Виталием Касько. Последний чересчур независим от Президента. У них разная история становления, Касько ничем не обязан Порошенко, с Шокиным, напротив, Порошенко связывает давняя история отношений. В 2006 году Игорь Коломойский свидетельствовал в Лондонском суде, что «Шокин работал в службе безопасности Порошенко в течение полутора лет до своего перехода на нынешнюю работу». И Шокин, и Порошенко работают в понятной им обоим политической традиции договоренностей и противовесов, по принципу «ты мне, я тебе».

Среди негативных результатов деятельности Виктора Шокина есть вполне конкретные факты – бегство Сергея Клюева, плавающий в бассейне хронический арестант Александр Ефремов, поставляющий продукты украинской армии Юрий Иванющенко, отправляющие уголь из оккупированного Донбасса на украинские ТЭС Александр Янукович и Александр Клименко, полное отсутствие системного преследования соратников Януковича и их бизнеса в Украине и за рубежом т.д. В то же время Шокин профессионал, он имеет авторитет в прокуратуре и достаточно решителен для запуска и ведения резонансных обвинительных процессов, чем не могли похвастать Ярема и Махницкий. А это дает возможность Порошенко демонстрировать, что расследование резонансных дел и лиц не стоит на месте.

Есть еще один фактор, делающий повышение Касько сомнительным. Это вероятность связи Касько с группой «Приват», в частности с одним из наиболее одиозных ее представителей Геннадием Корбаном. В июле СМИ обнародовали переписку Геннадия Корбана и Александра Дубинина (экс-депутат БПП, один из организаторов создания партии «Укроп» Игоря Коломойского). В переписке обсуждается ход сбора подписей за отставку Виктора Шокина, и при этом упоминается некий Виталик и договоренности по поводу его участия в ток-шоу Савика Шустера 17 июля. Переписка велась 14 июля, а 17 июля в программе Шустера выступил Виталий Касько. Корбан наверянка искал способ обезопасить себя от уголовных дел, так уже в начале июля не был уверен в своей победе на округе. Связующим звеном между Корбаном и Касько, мог выступить сокурсник Касько Андрей Богдан. Богдан является одним из помощников Корбана по юридическим и судебным вопросам. Он также был внештатным советником Игоря Коломойского как экс-главы Днепропетровской ОГА, а до 2014 года работал заместителем министра Кабинета министров и был доверенным лицом Николая Азарова по работе с судами. Трудно говорить о фобиях других людей, но думается, что генпрокурор от «Привата» был бы не последним сюжетом в рейтинге ночных кошмаров Порошенко.

В то же время Касько может и сам не хотеть занять место Шокина. Ему всего 38 лет, и он уже находится в шаге от профессиональной вершины. Однако в нынешней в прямом и переносном смысле взрывоопасной ситуации в стране и прокуратуре сделать шаг на вершину будет куда легче, чем удержаться на ней. А неуспех на посту генпрокурора поставит крест на будущей политической карьере.Гораздо выгоднее и дальше оставаться молодым, но уже хорошо узнаваемым реформатором с небольшой ответственностью и нераскрытым потенциалом. Выгода такой позиции – очевидна. И поэтому вполне вероятно, что сказанные Касько слова о нежелании быть генпрокурором – вполне искренние.

Наиболее вероятно, что ГПУ в течение ближайшего года проживет со схемой разделения управления между Шокиным и Касько-Сакварелидзе. За это время Касько либо проявит способность управлять прокуратурой хотя бы в зоне своей ответственности и достигать конкретных результатов, либо выпадет из списка претендентов на роль нового генпрокурора.

Однако могут существовать факторы, о которых нам не известно. Если отставка Шокина произойдет, значит, есть некий более важный процесс, и его организаторам нужны быстрые результаты.
Николай Мельник, «Главком»/

Шокин или Касько? Этот вопрос накануне сентября не задает себе только ленивый читатель политических новостей. Новостей, которые в последнее время больше напоминают цитаты из романов Марио Пьюзо, чем скучную официальную хронику будней надзирающего органа. Виновниками этого праздника с явлением народу бриллиантов, кокаина, автоматов и неизбежных чемоданов с долларами в суровом учреждении на Резницкой стала команда молодых руководителей прокуроры Давида Сакварелидзе и Виталия Касько.

«Дешевые брилианты»

Напомним, 6 июля в рамках спецоперации, которой руководил Давид Сакварелидзе, по подозрению в вымогательстве взятки в особо крупных размерах были задержаны первый замглавы следственного управления ГПУ Владимир Шапакин и заместитель прокурора Киевской области Александр Корниец. В здании ГПУ и в других помещениях прокуроров найдены средства на сумму около $500 тысяч, а также ценности и оружие. Тогдашний первый замгенпрокурора Владимир Гузырь инициировал открытие уголовного производства в отношении Сакварелидзе из-за «захвата помещения». Однако после вмешательства в разгоревшийся скандал президента Гузырю пришлось заявить, что «уголовного производства и конфликта в ГПУ нет и быть не может», а позже – и вовсе уйти в отставку. Еще одним скорее репутационным, чем кадровым, ударом, нанесенным «младореформаторами» по «старой гвардии» стало задержание с поличным за торговлю наркотиками в особо крупных размерах прокурора Киевской области Алексея Куца. Впрочем, «старая гвардия» сдаваться не собиралась. Дело Гузыря успешно продолжил назначенный на его место Юрий Севрук, который начал расследование законности проводимой Давидом Сакварелидзе реформы по созданию местных прокуратур. Сопротивление, оказываемое оппонентами Сакварелидзе и Касько, выглядело столь мощным и системным, что в конце июля с Виктором Шокиным решили пообщаться представители посольства США Кристофер Смит и Джеймс Прайс. На этой встрече генпрокурор заявил о своей поддержке реформ, и пообещал перераспределить полномочия между своими заместителями, отдав Виталию Касько управление по расследованию коррупционных преступлений, совершенных высокопоставленными лицами.

«Кто на новенького?»

На первый план вышел экс-прокурор Тбилиси. Некоторым наблюдателям его кандидатура представлялась уже как альтернатива Виктору Шокину. Он уже достиг многого. На конкурсной основе Сакварелидзе сформировал два департамента Генпрокуратуры — по вопросам реформ и по расследованиям деятельности прокурорских работников (так называемая Генеральная инспекция). Главным же детищем Сакварелидзе должна стать реформа по сокращению работников прокуратуры и числа прокуратур – с 700 до 200, и формирование местных прокуратур на базе оставшихся подразделений. Реализация этой задачи, по сути, означает создание новой прокуратуры. Или, как минимум, образование внутри старой прокуратуры мощного анклава, независимого от центрального и регионального руководства, и способного стать ресурсом для полной замены старого руководства в дальнейшем.

Сакварелидзе, как он и сам это неоднократно признавал в интервью, ожидал ожесточенного сопротивления системы.Также экс-замгенпрокурора Грузии отдавал себе отчет в том, что сопротивление будет направлено против него лично, как против главной формальной угрозы. Выход был один – нанести удар первым и захватить инициативу. Результат — «бриллиантовый скандал», пожалуй, наиболее громкий и результативный за всю историю украинской прокуратуры. Его следствием стала отставка Владимира Гузыря – мощной фигуры из числа старой прокурорской гвардии.

Однако провести такую операцию и осуществлять свою деятельность в ГПУ в будущем Сакварелидзе в одиночку не смог бы. Был необходим союзник внутри ГПУ, достаточно влиятельный и в то же время не обремененный обязательствами перед старыми прокурорскими кадрами.

Именно так на сцене появился Виталий Касько. Из второстепенных героев он быстро переместился на первый план. Этому в немалой степени способствовали активность Касько в СМИ, удачно выбранный образ честного прокурора, а также сотрудничество с общественными организациями, в частности, Центром противодействия коррупции Виталия Шабунина. И, конечно же, собственные связи Виталия Касько на западе, в частности в США. О том, что США делают ставку именно на Касько, свидетельствует встреча Виктора Шокина с представителями американского посольства, на которой, по нашей информации, генпрокурор был вынужден фактически отчитываться о сохранении Касько в штате ведомства.

Выяснилось, что кандидатура Касько отвечает всем актуальным вызовам и требованиям. Так, например, Виталий Касько не запятнал себя сотрудничеством с режимом Януковича, уволившись в 2010 году из прокуратуры и занявшись адвокатской практикой. У Касько был обширный международный опыт в сфере права. В 2004 году он был назначен консультантом Совета Европы и ряда других организаций международного уровня по вопросам уголовной юстиции и отстаивания прав и свобод человека. Касько также занимал пост старшего прокурора отделов правовой помощи и международного сотрудничества международно-правового управления Генеральной прокуратуры Украины и начальника международно-правового управления ГПУ. Собственно, по этой деятельности и по адвокатской практике в юридической компании «Арцингер» заместитель генпрокурора был хорошо знаком для официальных представителей США в Украине. У Касько достаточно скромная декларация, но в то же время в привычной для прокурорских роскоши замечен он не был. Таким образом, в сентябрь Касько уже входит в статусе главного претендента на должность генерального прокурора.

Однако в настоящее время Касько и Сакварелидзе остаются на своих должностях лишь благодаря поддержке вне стен ГПУ. Касько и Сакварелидзе пока не на кого опереться в центральном аппарате прокуратуры, и тем более в городских и областных прокуратурах, где Сакварелидзе только планирует кадровую перезагрузку. Поэтому назначение Касько в ближайшее время наверняка приведет к тому, что ему придется уже в течение года расписаться в неспособности достичь сколь-либо значимых результатов – из-за саботажа, провокаций и подстав, умение устраивать которые «старая гвардия» активно демонстрирует уже сейчас.

«Свой — Чужой»

Другая часть верхушки ГПУ уже сейчас пытается пустить под откос проведение Давидом Сакварелидзе реформы по формированию местных прокуратур. Первый замгенпрокурора Юрий Севрук заявил, что организация и содержание конкурса для отбора руководства этих прокуратур не соответствуют необходимым стандартам. Это заявление и расследование законности процедуры тестирования – не только попытка блокирования реформы, но и плацдарм для обжалования ее в будущем. А также сигнал потенциальным кандидатам на посты руководителей местных прокуратур о нелегитимности их полномочий. США, финансирующие реформу, уже выразили свое возмущение по официальным и неофициальным каналам, однако как это повлияет на ее ход – пока неясно.

Не менее показательна и история с перераспределением полномочий в ГПУ. На первый взгляд, Касько получил карт-бланш на борьбу с коррупцией среди высокопоставленных чиновников. Но процессуальным руководителем Виктор Шокин назначил Олега Залиско, руководившего Главным следственным управлением ГПУ во времена генпрокурора Виталия Яремы и обвиняемого общественными активистами в развале дел соратников Януковича и содействии им в осуществлении мер по уходу от международных санкций. После вступления в силу нового Уголовно-процессуального кодекса ключевой фигурой в следственном процессе является не следователь, а процессуальный руководитель, который может заблокировать любое расследование. То есть фактически Шокин назначил Касько ответственным за борьбу с коррупцией, а все рычаги влияния на проведение расследований отдал Залиско. За результат будет отвечать Касько, а быть результату или нет, будет решать Шокин руками Залиско.

Если Президент решит сменить Шокина на Касько в ближайшие месяцы, то результативность нового генпрокурора наверняка будет ниже ожидаемого. Противодействие коллег сделает свое дело, и Касько вряд ли сумеет продержаться на своем посту дольше трех своих последних предшественников. Следует отметить, что результативности Касько не продемонстрировал даже в деле возврата заграничных активов Януковича и его людей. А ведь именно эту задачу назвал Махницкий, комментируя назначение Касько своим заместителем.

В то же время, если Президент решит отложить ротацию, то у Шокина появится время — минимум полгода-год, чтобы тем или иным образом вывести Касько из статуса претендента на должность генпрокурора.

Президент, в свою очередь, заинтересован в управляемости и лояльности ГПУ. Не секрет, что прокуратура продолжает оставаться инструментом политического влияния. Спектр этого влияния весьма широк – от лишения неприкосновенности и уголовного преследования депутатов непослушных фракций и до открытия производств против доноров и лидеров конкурирующих политических сил.

Также Петр Алексеевич наверняка опасается, что ГПУ могут использовать для раскачки политической ситуации в стране. Недавние события вокруг отставки главы СБУ Валентина Наливайченко свидетельствуют о том, что такие опасения небезосновательны.

Очевидно, Порошенко куда комфортнее работать с Виктором Шокиным, чем с Виталием Касько. Последний чересчур независим от Президента. У них разная история становления, Касько ничем не обязан Порошенко, с Шокиным, напротив, Порошенко связывает давняя история отношений. В 2006 году Игорь Коломойский свидетельствовал в Лондонском суде, что «Шокин работал в службе безопасности Порошенко в течение полутора лет до своего перехода на нынешнюю работу». И Шокин, и Порошенко работают в понятной им обоим политической традиции договоренностей и противовесов, по принципу «ты мне, я тебе».

Среди негативных результатов деятельности Виктора Шокина есть вполне конкретные факты – бегство Сергея Клюева, плавающий в бассейне хронический арестант Александр Ефремов, поставляющий продукты украинской армии Юрий Иванющенко, отправляющие уголь из оккупированного Донбасса на украинские ТЭС Александр Янукович и Александр Клименко, полное отсутствие системного преследования соратников Януковича и их бизнеса в Украине и за рубежом т.д. В то же время Шокин профессионал, он имеет авторитет в прокуратуре и достаточно решителен для запуска и ведения резонансных обвинительных процессов, чем не могли похвастать Ярема и Махницкий. А это дает возможность Порошенко демонстрировать, что расследование резонансных дел и лиц не стоит на месте.

Есть еще один фактор, делающий повышение Касько сомнительным. Это вероятность связи Касько с группой «Приват», в частности с одним из наиболее одиозных ее представителей Геннадием Корбаном. В июле СМИ обнародовали переписку Геннадия Корбана и Александра Дубинина (экс-депутат БПП, один из организаторов создания партии «Укроп» Игоря Коломойского). В переписке обсуждается ход сбора подписей за отставку Виктора Шокина, и при этом упоминается некий Виталик и договоренности по поводу его участия в ток-шоу Савика Шустера 17 июля. Переписка велась 14 июля, а 17 июля в программе Шустера выступил Виталий Касько. Корбан наверянка искал способ обезопасить себя от уголовных дел, так уже в начале июля не был уверен в своей победе на округе. Связующим звеном между Корбаном и Касько, мог выступить сокурсник Касько Андрей Богдан. Богдан является одним из помощников Корбана по юридическим и судебным вопросам. Он также был внештатным советником Игоря Коломойского как экс-главы Днепропетровской ОГА, а до 2014 года работал заместителем министра Кабинета министров и был доверенным лицом Николая Азарова по работе с судами. Трудно говорить о фобиях других людей, но думается, что генпрокурор от «Привата» был бы не последним сюжетом в рейтинге ночных кошмаров Порошенко.

В то же время Касько может и сам не хотеть занять место Шокина. Ему всего 38 лет, и он уже находится в шаге от профессиональной вершины. Однако в нынешней в прямом и переносном смысле взрывоопасной ситуации в стране и прокуратуре сделать шаг на вершину будет куда легче, чем удержаться на ней. А неуспех на посту генпрокурора поставит крест на будущей политической карьере.Гораздо выгоднее и дальше оставаться молодым, но уже хорошо узнаваемым реформатором с небольшой ответственностью и нераскрытым потенциалом. Выгода такой позиции – очевидна. И поэтому вполне вероятно, что сказанные Касько слова о нежелании быть генпрокурором – вполне искренние.

Наиболее вероятно, что ГПУ в течение ближайшего года проживет со схемой разделения управления между Шокиным и Касько-Сакварелидзе. За это время Касько либо проявит способность управлять прокуратурой хотя бы в зоне своей ответственности и достигать конкретных результатов, либо выпадет из списка претендентов на роль нового генпрокурора.

Однако могут существовать факторы, о которых нам не известно. Если отставка Шокина произойдет, значит, есть некий более важный процесс, и его организаторам нужны быстрые результаты.

Олег Свирко: Реформы в Минобороны идут, несмотря на противодействие, – с 30 июня начала работу система электронных торговОлег Свирко: Реформы в Минобороны идут, несмотря на противодействие, – с 30 июня начала работу система электронных торгов

Николай Мельник, для «Главкома».
С момента начала АТО на востоке Украины наша армия серьезно окрепла, оснастилась и научилась воевать. В этом мнении единодушно сходятся и западные, и отечественные эксперты, и даже военные специалисты из стана врага. Роль волонтерского движения в возрождении украинского войска сложно переоценить. На плечах волонтеров до сих пор лежит огромная доля в процессе обеспечения украинских солдат самым необходимым – от продуктов до дорогостоящей техники. Часть лидеров волонтерских организаций помогают обороне страны уже на более высоком, стратегическом уровне – они сотрудничают с Минобороны в вопросах реформирования военного ведомства.

Среди них – украинский бизнесмен и основатель волонтерской группы «Мега-Полиграф» Олег Свирко, человек с невероятной личной историей. Уже более 16 лет Олег борется с тяжелым онкологическим заболеванием – В-клеточной лимфомой. Первые шесть лет отечественные врачи даже не могли поставить точный диагноз, удалось это только немецким медикам. Сегодня все еще не существует методик, которые бы позволили излечить эту болезнь полностью. Но все это время Олег Свирко не опускал руки, самоотверженно боролся за жизнь, не терял для себя ее осмысленность: развивал успешный полиграфический бизнес, воспитывал детей. А в критический для страны момент взялся помогать сразу нескольким подразделениям украинской армии. Сейчас на попечении волонтеров «Мега-Полиграф» находятся около 1,5 тыс. бойцов АТО. О том, как началась его волонтерская деятельность, как продвигается реформирование Министерства обороны, и какой результат реформ военного ведомства можно будет считать успешным, Олег Свирко рассказал в разговоре с «Главкомом».

Когда вы начали заниматься волонтерской деятельностью?

Эта история началась еще с Майдана. Мы вместе с братом и партнерами по бизнесу дежурили там ночами, покупали продовольствие для протестующих активистов. Каждый день загружали одну-две машины продуктов и везли туда. Я тогда болел и не мог дежурить постоянно, но когда ситуация накалялась, как это было, например, 18-19 февраля, меня тоже привлекали. А после того, как победил Майдан и началась война… Тогда как раз формировались батальоны территориальной обороны, появился 12-й батальон ТРО «Киев», и у них были большие проблемы с экипировкой. Ко мне заехал военком Оболонского района и попросил помочь. Мы купили некоторое количество бронежилетов. Потом узнали, что в учебном центре «Десна» формируется 11-й батальон территориальной обороны «Киевская Русь», также решили взять над ними шефство. С этого и началась серьезная волонтерская деятельность. Сначала все делали за свои деньги и средства собранные у друзей и близких. Но потом, когда увидели масштабы проблемы, стало ясно, что сами не справимся. Поэтому начали активно собирать деньги и привлекать спонсоров. Вскоре к числу опекаемых нами подразделений добавились «Киев-1», 3-й танковый батальон, 1-й артдивизон 44-й бригады. Я считаю, что все бойцы – наши, и мы не отказывали никому, но системно занимались 4-5 батальонами.

Чтобы вы понимали, учебный центр «Десна» по состоянию на весну-лето 2014 года пребывал в удручающем состоянии. Мы начали активно им помогать, нашли спонсоров, которые уже завершают там капитальный ремонт двух казарм площадью 15 тыс. кв. м. Если говорить о масштабах помощи армии, которую нам удалось привлечь, эта сумма насчитывает порядка 3,5 млн. долларов.

В какой момент вы решили, что активного волонтерства недостаточно и нужно действовать «сверху»?

В процессе работы мы видели, что происходит в армии. Понимали, что волонтеры выполняют функции государства в тот момент, когда государство не в состоянии их выполнить самостоятельно. Но если говорить аллегориями, то невозможно ведром без дна наносить бочку воды. Надо было менять систему, делать ее действенной и эффективной.

Такая идея пришла не только к нам, многие волонтеры стали это понимать. Ведь мы видели случаи, когда после доставки помощи в подразделение, это все потом продавалось на базарах, «уходило налево». Видели беспомощность СБшников, проблемы в организации и дисциплине. Решили, что нам надо работать с Министерством обороны, подсказывать и помогать в решении проблем, которые мы видели в войсках.

Примерно к концу лета – началу осени 2014-го года волонтеры решили объединить усилия с целью наладить системную работу в армии. Ведь сколько не вози на фронт, всегда будет мало. И если не поменять сам принцип обеспечения и распределения материальных ценностей в Вооруженных силах, стратегически ничего не изменится.

Тогда прошел съезд волонтерских организаций, была создана Ассоциация народных волонтеров, куда вошли почти все крупнейшие волонтерские организации. В рамках этой ассоциации мы и начали сотрудничать с Министерством обороны.

Это было еще при Гелетее, потом он ушел и мы начали сотрудничество с новым руководством Минобороны. Надо отдать должное Степану Полтораку – это человек, который действительно стремится изменить систему и оказывает соответствующее давление «сверху» на структуры, которые нужно реформировать.

Сотрудничество с Министерством разворачивалось постепенно. Мы приходили со своими проектами, встречались, выходили на уровни выше и выше. В конце концов, добрались до министра. Он одобрил нашу работу, увидел, что мы умеем работать эффективно, так все и началось.

Чем сейчас вы занимаетесь в Минобороны?

Со второй половины апреля 2015 года я возглавляю тендерный комитет Минобороны. Также передо мной и нашей группой поставлена задача реформировать Департамент госзакупок, чтобы сделать его работу более эффективной и прозрачной.

Реформы в этой сфере – очень тонкая, и, я бы сказал, филигранная работа с высокой степенью ответственности. Могу сравнить ее с ремонтом самолета во время полета. Ведь одновременно с внедрением реформ необходимо ежедневно обеспечивать армию всем необходимым.

Какие вы увидели ключевые проблемы, придя на новую работу?

Прежде всего, существует ментальная проблема: после того, как произошла революция, мы ждем, что изменения придут сами. Так не бывает. У нас только появилась возможность проводить изменения.

Лично я раньше не мог даже представить, что когда-нибудь стану работником Минобороны. Но в какой-то момент понял: или мы, или никто. И надо решаться.

В наследство нам достался полностью разрушенный аппарат госуправления. Убежден, что его разрушение велось целенаправленно и сознательно. Как человек, который пришел из бизнеса, я понял, что классические бизнес-подходы не совсем работают в системе государственного управления. Потому что она ограничена большим количеством разных факторов, которые в нормальном бизнесе сложно представить.

Департамент госзакупок работал очень неэффективно. Например, один из отделов вещевого обеспечения в 2010 году в составе 7 человек работал с объемами закупок около 70 млн. гривен. Сейчас численность этого отдела по штату 5 сотрудников (а фактически их трое), и они работают с объемами в 2,5 млрд. гривен.

Серьезной проблемой являлось отсутствие квалифицированного персонала, профи выдавливались из системы, или были вынуждены работать по ее правилам. Была разрушена система образования и подготовки кадров. Как следствие, у специалистов не было мотивации идти на госслужбу.

В то же время, процесс ротации состава сотрудников очень усложнен, людей, имеющих статус госслужащего, крайне тяжело уволить. Более трети сотрудников Департамента работают по так называемым «защищенным статьям» — их нельзя уволить вообще, хотя многие из них не соответствуют требованиям, которые поставлены перед ними, как специалистами. Процесс приема на работу новых кадров тоже занимает довольно много времени, поскольку разного рода проверки могут длиться до трех месяцев, что сказывается на скорости реформирования.

Кроме того, нужно понимать, что нам досталась система, заточенная под коррупцию. Именно коррупция была главной целью власти Януковича. К сожалению, некоторые элементы коррупционных связей остаются и на сегодняшний день.

Какие конкретные задачи вы решаете в Минобороны со своей командой?

Сейчас Тендерный комитет и Департамент госзакупок одновременно решают несколько задач. В наследство нам досталось совершенно устаревшее законодательство, которое серьезно ограничивает работу Департамента и Тендерного комитета. Приходится работать по инструкциям 70-80 годов, которые не соответствуют нынешним реалиям.

Поэтому мы одновременно занимаемся и реформированием Департамента, в частности, создавая прозрачную систему электронных торгов, и юридической работой: прописываем нормативы, документы и инструкции, которые необходимо выносить на рассмотрение ВР, Минэкономики, Минюста, поскольку существующие документы не позволяют работать эффективно.

При этом нам нужно постоянно осуществлять закупки, потому что нужно снабжать армию, и этот процесс нельзя останавливать.

Что изменилось в работе Департамента после прихода волонтеров?

Мы привлекли достаточное количество серьезных специалистов, которые досконально изучают структуру работы Департамента, все бизнес-процессы, количественный и качественный состав подразделения, осуществляют подбор профессиональных кадров. Мы прописываем бизнес-процессы для создания эффективной работы структуры.

Также ведем работу по технической доукомплектации. Для того, чтобы сделать работу Департамента эффективной, нам понадобилось большое количество оргтехники, которую нам, в том числе, предоставили на бесплатной основе спонсоры, в частности, банк ПУМБ. Стоит отметить, что в последний раз техника обновлялась здесь еще в 90-х годах. Поэтому крайне важным направлением является создание нормальной автоматизированной системе, автоматизации рабочих мест, снятие сдвоенных функций у работников департамента.

Очень хорошо проявила себя группа Артура Переверзева и Андрея Кучеренко, которая работает над внедрением системы электронных торгов и электронного документооборота в ведомстве. Все согласование по поводу запуска системы электронных торгов уже пройдены, и с 30 июня она начала работу. Соответствующий приказ министра обороны был опубликован в «Урядовом курьере». Таким образом, мы полностью перешли на систему электронных закупок в сфере вещевого обеспечения и топлива.

Что касается правовой части реформ – у нас в МО есть юридический департамент, который возглавляет Валерий Коваль. С нами работает группа юристов, в частности, хороший юрист-волонтер Татьяна Доманова, также привлекаем других волонтеров-юристов. Эта группа разрабатывает нормативные документы и техзадания к нормативным документам.

С какими трудностями вам пришлось столкнуться в процессе внедрения этой системы электронных торгов?

До последнего времени масса необходимых товаров закупалась или по устаревшим ТУ, или по описаниям, что создавало огромное поле для злоупотреблений. Как пример: приходит заявка, где написано «100 холодильников белых», и ты понимаешь, что заявка рассчитана на людей, которые «в схеме» и точно знают, какие именно холодильники нужны. Поэтому в рамках Комитета была создана группа, задачей которой является контроль цен и соответствия заявок тыла, а также того, чтобы эти заявки были максимально конкретно прописаны.

Что касается первых шагов по оптимизации работы Комитета, то мы сразу же создали группу мониторинга, чтобы выходя на торги понимать уровень рыночных цен, а также находить максимальное количество производителей нужных нам групп товаров. Потому что одной из основных проблем в связи с острой необходимостью закупки некоторых видов продукции (обмундирования, питания, ремонта техники и т.д. ) были переговорные процедуры, которые проходили в соответствии с 39 статьей Закона «О госзакупках». Механизма опубликования информации о проведении этих процедур не существовало. Служба тыла давала заявку, а мы должны были пригласить на процедуру какие-то структуры, которые могли бы ее реализовать, но мы не знали достоверно, кого приглашать. Из года в год в таких переговорных процедурах участвовали 2-3 предприятия по определенным группам товаров.

Пока создавалась система электронных торгов, мы пошли следующим путем: получили «добро» министра обороны, чтобы редактировать страницу сайта МО, где давали объявления о потребностях в закупке тех или иных товаров. К сожалению, нужно понимать особенности оборонного ведомства — даже после получения согласия министра необходимо было пройти огромное количество согласований и экспертиз.

Также мы создали страничку Департамента в Фейсбук, где вывешивали все объявления о проведении процедур, обращали внимание и просили следить за страничкой, привлекали новых участников — это позволило нам существенно экономить деньги. Как пример: закупали коврики для сидения («каремат», чтобы можно было сидеть на броне, земле и т.д.). Планировалась стоимость 30 грн, а нам удалось закупить по 15 грн. По полевым фуражкам – цены начинались от 70-80 грн, а мы нашли по 41-45 грн. Трусы планировали покупать по 40 грн, а удалось найти по 18-20 грн. Все это дает существенную экономию в виду больших объемов закупаемых товаров.

О каких суммах сэкономленных средств можно говорить в связи с внедрением новых подходов?

Благодаря системе опубликования нам удалось привлечь новых поставщиков почти по всем группам товаров, что позволило сэкономить стране 176,9 млн. гривен только по вещевому и топливному направлению. Еще 51,1 млн. гривен удалось сэкономить на закупке услуг по техническому обеспечению армии и ремонту техники. Таким же образом было сэкономлено около 10 млн. гривен при переходе на новые нормы питания для бойцов.

Всего за два неполных месяца мы сэкономили для государства 238 млн. гривен. Это почти 20% от сумм, которые были выделены за этот период по указанным статьям. И я убежден, что после официального старта системы электронных торгов результаты будут еще весомее.

Наша задача — создать здоровую конкуренцию в сфере госзакупок, сделать процесс публичным и прозрачным. Теперь в связи с запуском системы электронных торгов все априори будут знать, что существуют площадки, которые можно мониторить, и на которых можно конкурировать в сфере госзакупок. Сейчас все заинтересованы в появлении этой открытой процедуры.

В то же время, хочу отметить, что это не только реформы Департамента или Комитета конкурсных торгов – это и реформа службы тыла, которой сейчас занимается группа Кости Лесника. Они работают над созданием Центра обеспечения, который заберет многие функции службы тыла – приемку, экспертизу соответствий образцам. В общем, это комплексная задача, которую не решить исключительно в рамках Департамента и Комитета.

Основные жалобы по поводу обеспечения в армии касаются, как правило, качество питания и обмундирования. Как в МО намерены решать эти проблемы?

Позитивные изменения в этом направлении мы видим уже сейчас, поскольку получаем постоянный «фид-бэк» из военных подразделений. К примеру, нам уже удалось решить вопрос с увеличением нормы довольствия солдат раньше запланированного срока. Существует соответствующее постановление Кабмина, и согласно закону увеличение нормы довольствия должно было начаться с 1 августа. С этой даты заканчиваются действующие договора с поставщиками услуг по питанию и должны начаться процедуры по закупке согласно новым нормативам.

Но нам удалось договориться с поставщиками, чтобы переход на новые нормы довольствия прошел с 1 июня. Причем планировалось увеличение на 6,5-7 грн, но мы договорились так, что в итоге государство потратило всего 3 грн, при сохранении тех же норм. При этом стремимся подтягивать качество питания.

Что касается одежды для солдат, мы также постоянно в процессе поиска оптимального сочетания функционала, цены и качества формы. К слову, в этом направлении есть определенные задержки с обеспечением, они связаны с тем, что были разработаны новые требования к ткани. Но технология производства, к сожалению, очень инерционна, предприятиям сложно настроится по-новому с производственной точки зрения. Но мы решаем эту проблему, и сейчас в качестве эксперимента открыли процедуру закупки ткани непосредственно на склады МО. Таким образом, мы избавляем швейников от необходимости искать нужную ткань для выполнения заказа и существенно упрощаем всю процедуру его выполнения. Как только будет нужно, мы объявим конкурс.

Каким вы видите желаемый результат своей деятельности? Сколько нужно времени, чтобы реформы в украинской армии состоялись?

Как кризис-менеджер, результатом своей деятельности я вижу создание эффективной и прозрачной системы закупок и организации закупок. Сейчас сложно сказать, сколько это может занять времени, спрогнозировать в нынешних условиях невозможно. Но мы ставим перед собой и стратегические, и тактические задачи. Пытаемся достигать тактических успехов и идем дальше. На нынешней должности я ставлю перед собой задачу за 6-9 месяцев организовать работу Комитета и реформировать Департамент, после чего смогу переключиться на другие проекты.

Чувствовали ли вы за время с начала работы в Минобороны, что у вас появились недоброжелатели внутри ведомства?

К сожалению, мы ощущали и ощущаем давление и противодействие, были даже всяческие угрозы, потому что коррупционная система, которая существовала в этой сфере, «кормила» многих людей, участвовавших в разнообразных схемах. Но если нам противодействуют, значит, мы движемся в правильном направлении. И воспринимаем это, как нормальное рабочее состояние.
Источник: http://glavcom.ua/articles/30648.htmlНиколай Мельник, для «Главкома».
С момента начала АТО на востоке Украины наша армия серьезно окрепла, оснастилась и научилась воевать. В этом мнении единодушно сходятся и западные, и отечественные эксперты, и даже военные специалисты из стана врага. Роль волонтерского движения в возрождении украинского войска сложно переоценить. На плечах волонтеров до сих пор лежит огромная доля в процессе обеспечения украинских солдат самым необходимым – от продуктов до дорогостоящей техники. Часть лидеров волонтерских организаций помогают обороне страны уже на более высоком, стратегическом уровне – они сотрудничают с Минобороны в вопросах реформирования военного ведомства.

Среди них – украинский бизнесмен и основатель волонтерской группы «Мега-Полиграф» Олег Свирко, человек с невероятной личной историей. Уже более 16 лет Олег борется с тяжелым онкологическим заболеванием – В-клеточной лимфомой. Первые шесть лет отечественные врачи даже не могли поставить точный диагноз, удалось это только немецким медикам. Сегодня все еще не существует методик, которые бы позволили излечить эту болезнь полностью. Но все это время Олег Свирко не опускал руки, самоотверженно боролся за жизнь, не терял для себя ее осмысленность: развивал успешный полиграфический бизнес, воспитывал детей. А в критический для страны момент взялся помогать сразу нескольким подразделениям украинской армии. Сейчас на попечении волонтеров «Мега-Полиграф» находятся около 1,5 тыс. бойцов АТО. О том, как началась его волонтерская деятельность, как продвигается реформирование Министерства обороны, и какой результат реформ военного ведомства можно будет считать успешным, Олег Свирко рассказал в разговоре с «Главкомом».

Когда вы начали заниматься волонтерской деятельностью?

Эта история началась еще с Майдана. Мы вместе с братом и партнерами по бизнесу дежурили там ночами, покупали продовольствие для протестующих активистов. Каждый день загружали одну-две машины продуктов и везли туда. Я тогда болел и не мог дежурить постоянно, но когда ситуация накалялась, как это было, например, 18-19 февраля, меня тоже привлекали. А после того, как победил Майдан и началась война… Тогда как раз формировались батальоны территориальной обороны, появился 12-й батальон ТРО «Киев», и у них были большие проблемы с экипировкой. Ко мне заехал военком Оболонского района и попросил помочь. Мы купили некоторое количество бронежилетов. Потом узнали, что в учебном центре «Десна» формируется 11-й батальон территориальной обороны «Киевская Русь», также решили взять над ними шефство. С этого и началась серьезная волонтерская деятельность. Сначала все делали за свои деньги и средства собранные у друзей и близких. Но потом, когда увидели масштабы проблемы, стало ясно, что сами не справимся. Поэтому начали активно собирать деньги и привлекать спонсоров. Вскоре к числу опекаемых нами подразделений добавились «Киев-1», 3-й танковый батальон, 1-й артдивизон 44-й бригады. Я считаю, что все бойцы – наши, и мы не отказывали никому, но системно занимались 4-5 батальонами.

Чтобы вы понимали, учебный центр «Десна» по состоянию на весну-лето 2014 года пребывал в удручающем состоянии. Мы начали активно им помогать, нашли спонсоров, которые уже завершают там капитальный ремонт двух казарм площадью 15 тыс. кв. м. Если говорить о масштабах помощи армии, которую нам удалось привлечь, эта сумма насчитывает порядка 3,5 млн. долларов.

В какой момент вы решили, что активного волонтерства недостаточно и нужно действовать «сверху»?

В процессе работы мы видели, что происходит в армии. Понимали, что волонтеры выполняют функции государства в тот момент, когда государство не в состоянии их выполнить самостоятельно. Но если говорить аллегориями, то невозможно ведром без дна наносить бочку воды. Надо было менять систему, делать ее действенной и эффективной.

Такая идея пришла не только к нам, многие волонтеры стали это понимать. Ведь мы видели случаи, когда после доставки помощи в подразделение, это все потом продавалось на базарах, «уходило налево». Видели беспомощность СБшников, проблемы в организации и дисциплине. Решили, что нам надо работать с Министерством обороны, подсказывать и помогать в решении проблем, которые мы видели в войсках.

Примерно к концу лета – началу осени 2014-го года волонтеры решили объединить усилия с целью наладить системную работу в армии. Ведь сколько не вози на фронт, всегда будет мало. И если не поменять сам принцип обеспечения и распределения материальных ценностей в Вооруженных силах, стратегически ничего не изменится.

Тогда прошел съезд волонтерских организаций, была создана Ассоциация народных волонтеров, куда вошли почти все крупнейшие волонтерские организации. В рамках этой ассоциации мы и начали сотрудничать с Министерством обороны.

Это было еще при Гелетее, потом он ушел и мы начали сотрудничество с новым руководством Минобороны. Надо отдать должное Степану Полтораку – это человек, который действительно стремится изменить систему и оказывает соответствующее давление «сверху» на структуры, которые нужно реформировать.

Сотрудничество с Министерством разворачивалось постепенно. Мы приходили со своими проектами, встречались, выходили на уровни выше и выше. В конце концов, добрались до министра. Он одобрил нашу работу, увидел, что мы умеем работать эффективно, так все и началось.

Чем сейчас вы занимаетесь в Минобороны?

Со второй половины апреля 2015 года я возглавляю тендерный комитет Минобороны. Также передо мной и нашей группой поставлена задача реформировать Департамент госзакупок, чтобы сделать его работу более эффективной и прозрачной.

Реформы в этой сфере – очень тонкая, и, я бы сказал, филигранная работа с высокой степенью ответственности. Могу сравнить ее с ремонтом самолета во время полета. Ведь одновременно с внедрением реформ необходимо ежедневно обеспечивать армию всем необходимым.

Какие вы увидели ключевые проблемы, придя на новую работу?

Прежде всего, существует ментальная проблема: после того, как произошла революция, мы ждем, что изменения придут сами. Так не бывает. У нас только появилась возможность проводить изменения.

Лично я раньше не мог даже представить, что когда-нибудь стану работником Минобороны. Но в какой-то момент понял: или мы, или никто. И надо решаться.

В наследство нам достался полностью разрушенный аппарат госуправления. Убежден, что его разрушение велось целенаправленно и сознательно. Как человек, который пришел из бизнеса, я понял, что классические бизнес-подходы не совсем работают в системе государственного управления. Потому что она ограничена большим количеством разных факторов, которые в нормальном бизнесе сложно представить.

Департамент госзакупок работал очень неэффективно. Например, один из отделов вещевого обеспечения в 2010 году в составе 7 человек работал с объемами закупок около 70 млн. гривен. Сейчас численность этого отдела по штату 5 сотрудников (а фактически их трое), и они работают с объемами в 2,5 млрд. гривен.

Серьезной проблемой являлось отсутствие квалифицированного персонала, профи выдавливались из системы, или были вынуждены работать по ее правилам. Была разрушена система образования и подготовки кадров. Как следствие, у специалистов не было мотивации идти на госслужбу.

В то же время, процесс ротации состава сотрудников очень усложнен, людей, имеющих статус госслужащего, крайне тяжело уволить. Более трети сотрудников Департамента работают по так называемым «защищенным статьям» — их нельзя уволить вообще, хотя многие из них не соответствуют требованиям, которые поставлены перед ними, как специалистами. Процесс приема на работу новых кадров тоже занимает довольно много времени, поскольку разного рода проверки могут длиться до трех месяцев, что сказывается на скорости реформирования.

Кроме того, нужно понимать, что нам досталась система, заточенная под коррупцию. Именно коррупция была главной целью власти Януковича. К сожалению, некоторые элементы коррупционных связей остаются и на сегодняшний день.

Какие конкретные задачи вы решаете в Минобороны со своей командой?

Сейчас Тендерный комитет и Департамент госзакупок одновременно решают несколько задач. В наследство нам досталось совершенно устаревшее законодательство, которое серьезно ограничивает работу Департамента и Тендерного комитета. Приходится работать по инструкциям 70-80 годов, которые не соответствуют нынешним реалиям.

Поэтому мы одновременно занимаемся и реформированием Департамента, в частности, создавая прозрачную систему электронных торгов, и юридической работой: прописываем нормативы, документы и инструкции, которые необходимо выносить на рассмотрение ВР, Минэкономики, Минюста, поскольку существующие документы не позволяют работать эффективно.

При этом нам нужно постоянно осуществлять закупки, потому что нужно снабжать армию, и этот процесс нельзя останавливать.

Что изменилось в работе Департамента после прихода волонтеров?

Мы привлекли достаточное количество серьезных специалистов, которые досконально изучают структуру работы Департамента, все бизнес-процессы, количественный и качественный состав подразделения, осуществляют подбор профессиональных кадров. Мы прописываем бизнес-процессы для создания эффективной работы структуры.

Также ведем работу по технической доукомплектации. Для того, чтобы сделать работу Департамента эффективной, нам понадобилось большое количество оргтехники, которую нам, в том числе, предоставили на бесплатной основе спонсоры, в частности, банк ПУМБ. Стоит отметить, что в последний раз техника обновлялась здесь еще в 90-х годах. Поэтому крайне важным направлением является создание нормальной автоматизированной системе, автоматизации рабочих мест, снятие сдвоенных функций у работников департамента.

Очень хорошо проявила себя группа Артура Переверзева и Андрея Кучеренко, которая работает над внедрением системы электронных торгов и электронного документооборота в ведомстве. Все согласование по поводу запуска системы электронных торгов уже пройдены, и с 30 июня она начала работу. Соответствующий приказ министра обороны был опубликован в «Урядовом курьере». Таким образом, мы полностью перешли на систему электронных закупок в сфере вещевого обеспечения и топлива.

Что касается правовой части реформ – у нас в МО есть юридический департамент, который возглавляет Валерий Коваль. С нами работает группа юристов, в частности, хороший юрист-волонтер Татьяна Доманова, также привлекаем других волонтеров-юристов. Эта группа разрабатывает нормативные документы и техзадания к нормативным документам.

С какими трудностями вам пришлось столкнуться в процессе внедрения этой системы электронных торгов?

До последнего времени масса необходимых товаров закупалась или по устаревшим ТУ, или по описаниям, что создавало огромное поле для злоупотреблений. Как пример: приходит заявка, где написано «100 холодильников белых», и ты понимаешь, что заявка рассчитана на людей, которые «в схеме» и точно знают, какие именно холодильники нужны. Поэтому в рамках Комитета была создана группа, задачей которой является контроль цен и соответствия заявок тыла, а также того, чтобы эти заявки были максимально конкретно прописаны.

Что касается первых шагов по оптимизации работы Комитета, то мы сразу же создали группу мониторинга, чтобы выходя на торги понимать уровень рыночных цен, а также находить максимальное количество производителей нужных нам групп товаров. Потому что одной из основных проблем в связи с острой необходимостью закупки некоторых видов продукции (обмундирования, питания, ремонта техники и т.д. ) были переговорные процедуры, которые проходили в соответствии с 39 статьей Закона «О госзакупках». Механизма опубликования информации о проведении этих процедур не существовало. Служба тыла давала заявку, а мы должны были пригласить на процедуру какие-то структуры, которые могли бы ее реализовать, но мы не знали достоверно, кого приглашать. Из года в год в таких переговорных процедурах участвовали 2-3 предприятия по определенным группам товаров.

Пока создавалась система электронных торгов, мы пошли следующим путем: получили «добро» министра обороны, чтобы редактировать страницу сайта МО, где давали объявления о потребностях в закупке тех или иных товаров. К сожалению, нужно понимать особенности оборонного ведомства — даже после получения согласия министра необходимо было пройти огромное количество согласований и экспертиз.

Также мы создали страничку Департамента в Фейсбук, где вывешивали все объявления о проведении процедур, обращали внимание и просили следить за страничкой, привлекали новых участников — это позволило нам существенно экономить деньги. Как пример: закупали коврики для сидения («каремат», чтобы можно было сидеть на броне, земле и т.д.). Планировалась стоимость 30 грн, а нам удалось закупить по 15 грн. По полевым фуражкам – цены начинались от 70-80 грн, а мы нашли по 41-45 грн. Трусы планировали покупать по 40 грн, а удалось найти по 18-20 грн. Все это дает существенную экономию в виду больших объемов закупаемых товаров.

О каких суммах сэкономленных средств можно говорить в связи с внедрением новых подходов?

Благодаря системе опубликования нам удалось привлечь новых поставщиков почти по всем группам товаров, что позволило сэкономить стране 176,9 млн. гривен только по вещевому и топливному направлению. Еще 51,1 млн. гривен удалось сэкономить на закупке услуг по техническому обеспечению армии и ремонту техники. Таким же образом было сэкономлено около 10 млн. гривен при переходе на новые нормы питания для бойцов.

Всего за два неполных месяца мы сэкономили для государства 238 млн. гривен. Это почти 20% от сумм, которые были выделены за этот период по указанным статьям. И я убежден, что после официального старта системы электронных торгов результаты будут еще весомее.

Наша задача — создать здоровую конкуренцию в сфере госзакупок, сделать процесс публичным и прозрачным. Теперь в связи с запуском системы электронных торгов все априори будут знать, что существуют площадки, которые можно мониторить, и на которых можно конкурировать в сфере госзакупок. Сейчас все заинтересованы в появлении этой открытой процедуры.

В то же время, хочу отметить, что это не только реформы Департамента или Комитета конкурсных торгов – это и реформа службы тыла, которой сейчас занимается группа Кости Лесника. Они работают над созданием Центра обеспечения, который заберет многие функции службы тыла – приемку, экспертизу соответствий образцам. В общем, это комплексная задача, которую не решить исключительно в рамках Департамента и Комитета.

Основные жалобы по поводу обеспечения в армии касаются, как правило, качество питания и обмундирования. Как в МО намерены решать эти проблемы?

Позитивные изменения в этом направлении мы видим уже сейчас, поскольку получаем постоянный «фид-бэк» из военных подразделений. К примеру, нам уже удалось решить вопрос с увеличением нормы довольствия солдат раньше запланированного срока. Существует соответствующее постановление Кабмина, и согласно закону увеличение нормы довольствия должно было начаться с 1 августа. С этой даты заканчиваются действующие договора с поставщиками услуг по питанию и должны начаться процедуры по закупке согласно новым нормативам.

Но нам удалось договориться с поставщиками, чтобы переход на новые нормы довольствия прошел с 1 июня. Причем планировалось увеличение на 6,5-7 грн, но мы договорились так, что в итоге государство потратило всего 3 грн, при сохранении тех же норм. При этом стремимся подтягивать качество питания.

Что касается одежды для солдат, мы также постоянно в процессе поиска оптимального сочетания функционала, цены и качества формы. К слову, в этом направлении есть определенные задержки с обеспечением, они связаны с тем, что были разработаны новые требования к ткани. Но технология производства, к сожалению, очень инерционна, предприятиям сложно настроится по-новому с производственной точки зрения. Но мы решаем эту проблему, и сейчас в качестве эксперимента открыли процедуру закупки ткани непосредственно на склады МО. Таким образом, мы избавляем швейников от необходимости искать нужную ткань для выполнения заказа и существенно упрощаем всю процедуру его выполнения. Как только будет нужно, мы объявим конкурс.

Каким вы видите желаемый результат своей деятельности? Сколько нужно времени, чтобы реформы в украинской армии состоялись?

Как кризис-менеджер, результатом своей деятельности я вижу создание эффективной и прозрачной системы закупок и организации закупок. Сейчас сложно сказать, сколько это может занять времени, спрогнозировать в нынешних условиях невозможно. Но мы ставим перед собой и стратегические, и тактические задачи. Пытаемся достигать тактических успехов и идем дальше. На нынешней должности я ставлю перед собой задачу за 6-9 месяцев организовать работу Комитета и реформировать Департамент, после чего смогу переключиться на другие проекты.

Чувствовали ли вы за время с начала работы в Минобороны, что у вас появились недоброжелатели внутри ведомства?

К сожалению, мы ощущали и ощущаем давление и противодействие, были даже всяческие угрозы, потому что коррупционная система, которая существовала в этой сфере, «кормила» многих людей, участвовавших в разнообразных схемах. Но если нам противодействуют, значит, мы движемся в правильном направлении. И воспринимаем это, как нормальное рабочее состояние.
Источник: http://glavcom.ua/articles/30648.html

«Тендерный скандал» на 18 миллионов, или Как выгодно торгует Игорь Еремеев (ДОКУМЕНТЫ)«Тендерный скандал» на 18 миллионов, или Как выгодно торгует Игорь Еремеев (ДОКУМЕНТЫ)

Николай Мельник, для «Главкома»
10 июня Антимонопольный комитет Украины принял решение по «тендерному скандалу», в котором были замешаны высокопоставленные чиновники Госрезерва. На конкурсных торгах по закупке горюче-смазочных материалов за бюджетные средства Госрезерв огласил победителем компанию «Вог Аэро Джет», связанную с народным депутатом Игорем Еремеевым, несмотря на то, что ее предложение оказалось на 18 млн. гривен дороже наиболее выгодной цены из представленных на тендере. Жалоба компании «Трейд Коммодити» (которая и предложила наиболее выгодную цену) касательно нарушений чиновниками Госрезерва законодательства, коллегией АМКУ удовлетворена не была. В результате государство будет вынуждено приобрести топливо по значительно завышенной цене.

«Топливный инцидент», получивший широкую огласку в СМИ еще в конце апреля, стал ярким примером того, что многие государственные ведомства, несмотря на принятие люстрационного закона, по-прежнему остаются заповедниками комфортного существования кадров эпохи Януковича. В связке с успешно пережившими бурю революции олигархами они продолжают действовать по давно накатанным схемам. И пока такие люди остаются на важных должностях, рассчитывать на результативную борьбу с коррупцией, судя по всему, бесполезно. Ключевые одиозные персоны павшего режима давно сбежали из Украины, но сколько еще коррупционеров «второго эшелона» продолжают сидеть на финансовых потоках и откатах, как ни в чем не бывало?

Конкурс для «своих»

2 апреля 2015 года Комитет по конкурсным торгам Государственного агентства резерва Украины опубликовал протокол раскрытия предложений на конкурсных торгах по закупке горюче-смазочных материалов в количестве 5 лотов по 3 600 тонн. О проведении по закупке торгов было объявлено еще 31 декабря 2014 года.

Наиболее экономически выгодная цена по каждому лоту была предложена компанией ООО «Трейд Коммодити» — на общую сумму 413,1 млн.грн. Но победителем торгов по всем лотам стала ООО «Вог Аэро Джет», предложение которого превысило наиболее выгодную цену на 18,36 млн. грн. К слову, претензии в связи с победами в крупных тендерах компании «Вог Аэро Джет», принадлежащей нефтяному олигарху Игорю Еремееву — далеко не единичный случай.

Со стороны Госрезерва организатором и ведущим конкурсных торгов стал зампредседателя Комитета по конкурсным торгам Сергей Варламов, которого в СМИ неоднократно называли «человеком Курченко». В частности, расследование журналистов «Yanukovychleaks» установило, что заместитель главы Госрезерва Сергей Варламов, работающий на этой должности с декабря 2013 года, ранее возглавлял отдел департамента природного газа в группе компаний беглого «кошелька Семьи». Министр внутренних дел Арсен Аваков оценивал степень ущерба от афер Курченко с нефтепродуктами в сумму более 26 млрд.гривен только за 2013 год! Сам Курченко уже более года находится в международном розыске и, по понятным причинам, в Украине заниматься прежними делами не может. Но выходит, что его люди, как и раньше, спокойно занимают «хлебные» должности в опасной близости к закромам госбюджета.

Чем же руководствовались чиновники Госрезерва, принимая решение, которое фактически означает переплату 18 млн. гривен из государственного бюджета? Тем более, что в протоколе отмечено, что по результатам предварительного рассмотрения заявок на участие торгов компания «Трейд Коммодити» предоставила все необходимые документы и очевидных причин отказываться от более выгодной цены у комиссии, возглавляемой Варламовым, не было.

Ранее «Главком» направил информационный запрос на имя заместителя главы Государственного агентства резерва Украины Сергея Варламова по поводу перипетий проведения конкурсных торгов, и довольно оперативно нами был получен ответ. Чиновник заверил, что «рассмотрение и оценка предложений конкурсных торгов участников прошла в полном соответствии с законом», а также посетовал на то, что «в последнее время в интернет-изданиях появляется недостоверная информация, которая является полностью «заказной» и нацелена на дискредитацию Госрезерва и его должностных лиц».

Также Варламов отметил готовность Госрезерва корректировать постфактум цену закупки топлива в сторону уменьшения, в виду снижения цен на топливо к моменту заключения договора. Что, впрочем, не убирает уже заложенную изначально потерю 18 миллионов гривен.

В этом протоколе четко видно, что предложения «Трейд Коммодити» были более выгодными для государства, чем у «Вог Аэро Джет».
Упомянул Варламов и о своих претензиях к «Трейд Коммодити». Чиновник заявил, что причиной такого решения стало несоответствие законодательству поданной документации, а также подозрение организаторов торгов в том, что эта компания вместе с еще одной выброшенной с торгов фирмой – ООО «Нафтахимтрейд», имеют между собой некую связь. С целью проверки своих подозрений, по словам Варламова, Госрезерв даже обратился в АМКУ и СБУ.

В то же время в комментарии «Экономической правде», которая также обратила внимание на подозрительный тендер, Сергей Варламов сообщил, что наиболее выгодное предложение «Трейд коммодити» было отклонено по причине того, что компания предоставила ряд документов, в частности, копии договоров на русском языке.
Предоставлял ли Варламов подобные объяснения по поводу скандального тендера правительству – не известно, но уже 14 мая появилось постановление об его увольнении с должности. Не исключено, что таким образом в Кабмине оперативно отреагировали на опубликованные факты действий чиновника Госрезерва на конкурсных торгах. Так до «человека Курченко» наконец-то добралась люстрационная метла.

В статье, посвященной тендеру от Госрезерва, «Экономическая правда» пишет: «В экспертной среде прошел слух, что менеджеры Госрезерва решили «заработать» на бюджетном потоке». Не исключено, что такие же подозрения вынудили правительство ускорить люстрацию в Госрезерве и убрать Варламова с должности.

АМКУ имени Януковича

Участник торгов, предложивший наиболее выгодную цену, не согласился с результатами конкурса, и 5 мая обратился к Антимонопольному комитету с соответствующей жалобой, в которой попросил АМКУ признать противоправным решение Госрезерва, проверить предложения участников на соответствие документации конкурсных торгов, а также отменить процедуру закупки топлива. К слову, «Трейд коммодити» стала уже третьей компанией за последние четыре месяца, которые подали жалобу на действия должностных лиц Госрезерва во время проведения конкурсных торгов. Все эти обращения Коллегия АМКУ по рассмотрению жалоб оставила неудовлетворенными.

Как видим, даже увольнение чиновника Госрезерва, который проводил скандальный тендер, не поспособствовало разрешению ситуации в пользу государства. Объяснение этому можно найти, если узнать, кто же занимался рассмотрением жалобы на неправомерные действия Госрезерва уже в самом Антимонопольном комитете.

Как удалось выяснить, жалобу «Трейд Коммодити» рассматривали чиновники, которые были назначены Януковичем в Коллегию по рассмотрению жалоб еще в феврале 2012 года. Среди них Светлана Мороз, которая работает на должности государственного уполномоченного АМКУ с 2010 года, Михаил Русинский, работавший с 2011 года заместителем главы АМКУ, а с 2012 – на должности госуполномоченного, а также Сергей Шершун, который на должности госуполномоченного АМКУ находится с 2009 года.

Коллегия к рассмотрению жалобы приступать не спешила: начало слушаний несколько раз откладывалось, и проходили они, по сведениям заявителя, с очевидной предвзятостью. Результат оказался соответствующим: 10 июня для компании «Вог Аэро Джет» был окончательно расчищен путь к получению контракта. Представители жалобщика считают, что действия членов административной коллегии АМКУ свидетельствуют о продолжении ведения коррумпированной политики в сфере госсзакупок, а также в лоббировании интересов людей Курченко. Разумеется, сэкономить для госбюджета 18 млн. гривен теперь тоже не получится.

Подобная ситуация была типичной для тендерных торгов при Януковиче, когда госчиновники, сидящие на солидных бюджетных средствах за откат расчищали дорогу для нужных победителей. Останется ли она типичной и в дальнейшем? Люстрация во многих ведомствах саботируется, в лучшем случае – движется крайне неторопливо. Но и держать на должностях подобных чиновников слишком дорого обходится для страны.
Источник: http://glavcom.ua/articles/30006.htmlНиколай Мельник, для «Главкома»
10 июня Антимонопольный комитет Украины принял решение по «тендерному скандалу», в котором были замешаны высокопоставленные чиновники Госрезерва. На конкурсных торгах по закупке горюче-смазочных материалов за бюджетные средства Госрезерв огласил победителем компанию «Вог Аэро Джет», связанную с народным депутатом Игорем Еремеевым, несмотря на то, что ее предложение оказалось на 18 млн. гривен дороже наиболее выгодной цены из представленных на тендере. Жалоба компании «Трейд Коммодити» (которая и предложила наиболее выгодную цену) касательно нарушений чиновниками Госрезерва законодательства, коллегией АМКУ удовлетворена не была. В результате государство будет вынуждено приобрести топливо по значительно завышенной цене.

«Топливный инцидент», получивший широкую огласку в СМИ еще в конце апреля, стал ярким примером того, что многие государственные ведомства, несмотря на принятие люстрационного закона, по-прежнему остаются заповедниками комфортного существования кадров эпохи Януковича. В связке с успешно пережившими бурю революции олигархами они продолжают действовать по давно накатанным схемам. И пока такие люди остаются на важных должностях, рассчитывать на результативную борьбу с коррупцией, судя по всему, бесполезно. Ключевые одиозные персоны павшего режима давно сбежали из Украины, но сколько еще коррупционеров «второго эшелона» продолжают сидеть на финансовых потоках и откатах, как ни в чем не бывало?

Конкурс для «своих»

2 апреля 2015 года Комитет по конкурсным торгам Государственного агентства резерва Украины опубликовал протокол раскрытия предложений на конкурсных торгах по закупке горюче-смазочных материалов в количестве 5 лотов по 3 600 тонн. О проведении по закупке торгов было объявлено еще 31 декабря 2014 года.

Наиболее экономически выгодная цена по каждому лоту была предложена компанией ООО «Трейд Коммодити» — на общую сумму 413,1 млн.грн. Но победителем торгов по всем лотам стала ООО «Вог Аэро Джет», предложение которого превысило наиболее выгодную цену на 18,36 млн. грн. К слову, претензии в связи с победами в крупных тендерах компании «Вог Аэро Джет», принадлежащей нефтяному олигарху Игорю Еремееву — далеко не единичный случай.

Со стороны Госрезерва организатором и ведущим конкурсных торгов стал зампредседателя Комитета по конкурсным торгам Сергей Варламов, которого в СМИ неоднократно называли «человеком Курченко». В частности, расследование журналистов «Yanukovychleaks» установило, что заместитель главы Госрезерва Сергей Варламов, работающий на этой должности с декабря 2013 года, ранее возглавлял отдел департамента природного газа в группе компаний беглого «кошелька Семьи». Министр внутренних дел Арсен Аваков оценивал степень ущерба от афер Курченко с нефтепродуктами в сумму более 26 млрд.гривен только за 2013 год! Сам Курченко уже более года находится в международном розыске и, по понятным причинам, в Украине заниматься прежними делами не может. Но выходит, что его люди, как и раньше, спокойно занимают «хлебные» должности в опасной близости к закромам госбюджета.

Чем же руководствовались чиновники Госрезерва, принимая решение, которое фактически означает переплату 18 млн. гривен из государственного бюджета? Тем более, что в протоколе отмечено, что по результатам предварительного рассмотрения заявок на участие торгов компания «Трейд Коммодити» предоставила все необходимые документы и очевидных причин отказываться от более выгодной цены у комиссии, возглавляемой Варламовым, не было.

Ранее «Главком» направил информационный запрос на имя заместителя главы Государственного агентства резерва Украины Сергея Варламова по поводу перипетий проведения конкурсных торгов, и довольно оперативно нами был получен ответ. Чиновник заверил, что «рассмотрение и оценка предложений конкурсных торгов участников прошла в полном соответствии с законом», а также посетовал на то, что «в последнее время в интернет-изданиях появляется недостоверная информация, которая является полностью «заказной» и нацелена на дискредитацию Госрезерва и его должностных лиц».

Также Варламов отметил готовность Госрезерва корректировать постфактум цену закупки топлива в сторону уменьшения, в виду снижения цен на топливо к моменту заключения договора. Что, впрочем, не убирает уже заложенную изначально потерю 18 миллионов гривен.

В этом протоколе четко видно, что предложения «Трейд Коммодити» были более выгодными для государства, чем у «Вог Аэро Джет».
Упомянул Варламов и о своих претензиях к «Трейд Коммодити». Чиновник заявил, что причиной такого решения стало несоответствие законодательству поданной документации, а также подозрение организаторов торгов в том, что эта компания вместе с еще одной выброшенной с торгов фирмой – ООО «Нафтахимтрейд», имеют между собой некую связь. С целью проверки своих подозрений, по словам Варламова, Госрезерв даже обратился в АМКУ и СБУ.

В то же время в комментарии «Экономической правде», которая также обратила внимание на подозрительный тендер, Сергей Варламов сообщил, что наиболее выгодное предложение «Трейд коммодити» было отклонено по причине того, что компания предоставила ряд документов, в частности, копии договоров на русском языке.
Предоставлял ли Варламов подобные объяснения по поводу скандального тендера правительству – не известно, но уже 14 мая появилось постановление об его увольнении с должности. Не исключено, что таким образом в Кабмине оперативно отреагировали на опубликованные факты действий чиновника Госрезерва на конкурсных торгах. Так до «человека Курченко» наконец-то добралась люстрационная метла.

В статье, посвященной тендеру от Госрезерва, «Экономическая правда» пишет: «В экспертной среде прошел слух, что менеджеры Госрезерва решили «заработать» на бюджетном потоке». Не исключено, что такие же подозрения вынудили правительство ускорить люстрацию в Госрезерве и убрать Варламова с должности.

АМКУ имени Януковича

Участник торгов, предложивший наиболее выгодную цену, не согласился с результатами конкурса, и 5 мая обратился к Антимонопольному комитету с соответствующей жалобой, в которой попросил АМКУ признать противоправным решение Госрезерва, проверить предложения участников на соответствие документации конкурсных торгов, а также отменить процедуру закупки топлива. К слову, «Трейд коммодити» стала уже третьей компанией за последние четыре месяца, которые подали жалобу на действия должностных лиц Госрезерва во время проведения конкурсных торгов. Все эти обращения Коллегия АМКУ по рассмотрению жалоб оставила неудовлетворенными.

Как видим, даже увольнение чиновника Госрезерва, который проводил скандальный тендер, не поспособствовало разрешению ситуации в пользу государства. Объяснение этому можно найти, если узнать, кто же занимался рассмотрением жалобы на неправомерные действия Госрезерва уже в самом Антимонопольном комитете.

Как удалось выяснить, жалобу «Трейд Коммодити» рассматривали чиновники, которые были назначены Януковичем в Коллегию по рассмотрению жалоб еще в феврале 2012 года. Среди них Светлана Мороз, которая работает на должности государственного уполномоченного АМКУ с 2010 года, Михаил Русинский, работавший с 2011 года заместителем главы АМКУ, а с 2012 – на должности госуполномоченного, а также Сергей Шершун, который на должности госуполномоченного АМКУ находится с 2009 года.

Коллегия к рассмотрению жалобы приступать не спешила: начало слушаний несколько раз откладывалось, и проходили они, по сведениям заявителя, с очевидной предвзятостью. Результат оказался соответствующим: 10 июня для компании «Вог Аэро Джет» был окончательно расчищен путь к получению контракта. Представители жалобщика считают, что действия членов административной коллегии АМКУ свидетельствуют о продолжении ведения коррумпированной политики в сфере госсзакупок, а также в лоббировании интересов людей Курченко. Разумеется, сэкономить для госбюджета 18 млн. гривен теперь тоже не получится.

Подобная ситуация была типичной для тендерных торгов при Януковиче, когда госчиновники, сидящие на солидных бюджетных средствах за откат расчищали дорогу для нужных победителей. Останется ли она типичной и в дальнейшем? Люстрация во многих ведомствах саботируется, в лучшем случае – движется крайне неторопливо. Но и держать на должностях подобных чиновников слишком дорого обходится для страны.
Источник: http://glavcom.ua/articles/30006.html

Гизо Углава: Детективы и аналитики Антикоррупционного бюро будут получать зарплату 32 тысячи гривенГизо Углава: Детективы и аналитики Антикоррупционного бюро будут получать зарплату 32 тысячи гривен

Николай Мельник.
Заместитель главы Национального антикоррупционного бюро Гизо Углава отдал работе в прокуратуре 19 лет своей жизни, пройдя путь от стажера до заместителя Генпрокурора Грузии. Еще будучи 16-летним подростком он начал работать в следственных органах на общественных началах. На протяжении 90-х его родную страну раздирали война, лишения и криминальный беспредел. Нынешняя Грузия выглядит совершенно иначе. После прихода к власти Михаила Саакашвили в 2003 году, команда реформаторов смогла обеспечить качественный рывок. Сейчас многие представители той команды помогают Украине. О грузинских рецептах реформ, задачах и принципах работы новосозданного Антикоррупционного бюро, а также о своей личной мотивации для работы в нашей стране и получения украинского гражданства, Гизо Углава рассказал в интервью «Главкому».

Как получилось, что вы в таком раннем возрасте пришли работать в прокуратуру?

В 1992 году я поступил на юридический факультет государственного университета в Тбилиси. В 93 году умер мой отец, пришлось учиться на заочном. Одновременно я работал на общественных началах в прокуратуре, чтобы не терять время.

Тогда в Грузии был очень трудный период. Шла гражданская война, шла война с Россией на территории Абхазии. Прокуратуре приходилось справляться с валом расследований по убийствам, бандитизму, разбойным нападениям, а следователей явно не хватало. Мое поколение, которое работало в прокуратуре на общественных началах, принимало участие в расследовании уголовных дел, в наши обязанности входило все, чем занимались следователи. Конечно, мы не могли еще подписывать документы, но помогали во всем, в основном выполняя техническую работу.

В середине 90-х нам приходилось бороться с незаконными вооруженными формированиями, после 98-го – с поднявшими голову «ворами в законе». Когда в государстве большая коррупция, лучше всех себя чувствует именно криминальные авторитеты, которые тогда фактически контролировали всю жизнь грузинского общества.

Можете рассказать об одном-двух громких делах, которые вам приходилось расследовать?

Однозначно могу сказать, что самые главные события происходили в период с 2003 по 2012 год. Имена и фамилии, по сути, не имеют значения, самым важным результатом для нас было раскрытие коррупционных схем. Например, касающихся контрабанды нефтепродуктов, которую прикрывали чиновники. Тогда мы вернули государству около 20 млн. долларов. Было также дело о присвоении самых лучших земельных участков на курортах Аджарии и других курортных местах. Когда я был прокурором Аджарии, мы вернули государству землю стоимостью порядка 30 млн. долларов.

В любом случае, самым главным в нашей работе было то, что когда ты расследуешь дело, арестовываешь кого-то и поддаешь уголовной ответственности, следствие не заканчивалось пока не будут возвращены украденные деньги. Такая цель была главным показателем успеха — если ты возвращаешь все деньги государству, значит, ты достиг поставленной задачи и принес пользу обществу и государству.

Насколько уменьшилась преступность за это время?

Могу ответственно сказать, что в Тбилиси по сравнению с временами до Революции роз уменьшилась очень значительно. Еще в 2002-2003 годах оставить без присмотра машину на улице было попросту нельзя. В 2003 году было зафиксировано 1230 угонов, а уже в 2010 году – 78. Количество тяжких и особо тяжких преступлений сократилось в 6 раз. И столица Грузии начала считаться самым безопасным городом в Европе. Общество почувствовало себя защищенным, в течение 5-6 лет мы смогли этого достичь. Безусловно, разными способами. Например, раньше в Грузии ОПГ под руководством воров в законе повально занимались кражами автомобилей или запчастей от них. Что мы сделали, чтобы это остановить? Во-первых, была внедрена строгая уголовная политика против преступников, во-вторых, мы закрыли рынки, где они могли это все продавать. Вместе с нами работала и налоговая инспекция. Мы приходили в маленькие лавки, где продавались те же запчасти и говорили: покажите мне документ, откуда у вас все это? Если не было документа, наступали все правовые последствия. Когда ты закрываешь рынок и контролируешь границу, чтобы они не могли это все перевезти, зачем им продолжать воровать? Ведь они не смогут это продать. Мы арестовали тех людей, которые продавали запчасти и ворованные машины. Не стало рынка, осуществлялась строгая уголовная политика — и все закончилось.

Подобная ситуация и с ворами в законе. Почему воры в законе в 90-х годах стали самыми влиятельными людьми в России, Украине, Грузии? Потому что государственная система просто не работала. Вот, например, один бизнесмен начинает какой-то иск против другого. Это тянется два-три года, потом, допустим, он выигрывает суд, потом вступает в действие исполнительная служба, а это еще 2-3 года. А что делал вор в законе? Он выполнял функции арбитра: позвал обоих, сказал: ты виноват или не виноват. Поэтому они и стали влиятельными, ведь государство не исполняло свои функции, их исполнял криминалитет. Но когда судебная система, прокуратура, исполнительная служба нормально заработали, у воров в законе не осталось этой хоть и незаконной, но общепризнанной функции.

Насколько поменялся кадровый состав прокуратуры со времени прихода к власти команды Саакашвили?

На 75-80%. Но такого, чтобы пришли и сказали всем: «Увольняйтесь!» — не было. Я тоже во время Революции роз ведь работал в прокуратуре. Просто были озвучены новые правила игры: хотите по ним работать – работайте, не хотите – не будете работать вообще. Мы сделали тестирование в несколько этапов, потом тренинги сотрудников, потом провели стажировки в течение одного года, во время которых постоянно шли тренинги, тренинги, и еще раз тренинги. Кто проходил этот путь, оставался в системе. Параллельно с этим происходил набор новых сотрудников, причем стаж работы в прокуратуре не был обязательным условием. И вот в течение трех-четырех лет нам удалось поменять кадровый состав ведомства, и таким образом построить качественно новую прокуратуру.

Кто придумывал эту новую логику реформирования?

Конечно, идеи были всегда от Миши (Саакашвили, – «Главком»), он очень креативный. Но Зураб Адеишвили также считается отцом всех этих реформ. У него была очень четкая политика, что кумовства во время назначения сотрудников быть не должно. Мне иногда, не скрою, звонили друзья и родственники с просьбами помочь устроиться на работу. Я им отвечал: как я могу тебе помочь пройти четырехэтапный конкурс, где все решает компьютер? И мне это было легко сказать, потому что я и вправду знал, что не могу этого сделать. Но они иногда этого не понимали: «Ты заместитель Генерального прокурора и не можешь?» (смеется).

Когда вы рассказываете о борьбе с коррупцией и преступностью в Грузии, звучит так, будто в процессуальном плане это было довольно легко. Создается впечатление, что все происходило гораздо быстрее, чем в Украине. К примеру, сейчас у нас мы наблюдаем какие-то одиночные коррупционные процессы, которые очень неторопливо движутся, но потом все упирается в суд, который либо освобождает человека или отпускает под залог. У вас была какая-то особая процессуальная свобода или кодекс действий?

На самом деле, это не было легко. Поначалу когда я встречался со следователями, они всегда говорили, что есть большая бюрократия – чтобы принять решение мы должны согласовывать свое решение, предложение должно пройти где-то 5-6 ступеней для того, чтобы кто-то принял окончательное решение. Что мы сделали? Прописали такие типичные формы, «гайдлайны», где было четко указано, что делать в каждой конкретной ситуации. Вот, например, человек присвоил государственное имущество. Он не судим, и притом возместил ущерб. Если ему по закону полагается 5 лет заключения, с ним можно оформить соглашение на два года. Прокурор это уже знает и ему не нужно спрашивать у вышестоящего начальства, как поступить в данной ситуации. Или, к примеру, арестован коррупционер или криминальный элемент. Его задержали, он сотрудничает со следствием. В гайдлайне прямо прописано: он сотрудничает, возместил ущерб, значит, может подать ходатайство на залог. Если отказывается сотрудничать, не возместил ущерб — прокурор может его арестовать. Все было расписано в такие подробные инструкции, с подписью Генерального прокурора или его заместителя. Да, следователи могли поступить по-другому, но они должны были потом доказать и объяснить, почему так поступили.

Как эти гайдлайны сочетаются непосредственно с законом?

Дело в том, что в законе есть очень большие допуски, при которых ты можешь действовать, как захочешь. В таких условиях не может быть единой практики: если в Тбилиси за такое правонарушение человека арестуют, то в Кутаиси — отпустят.

Разумеется, мы писали гайдлайны по закону. В законе есть те случаи, при которых ты можешь использовать залог, есть те случаи, при которых ты можешь использовать арест. Мы же прописывали все детали, которые ты должен учесть, чтобы вынести свое решение. Это был внутренний документ прокуратуры, который обязателен для исполнения.

Такая практика существует и в Америке, и в европейских странах, причем она касается не только прокуратуры, но и МВД, суды разрабатывали свои гайдлайны. В Грузии она также была внедрена и успешно заработала.

В Украине вы будете продвигать такие же подходы?

В Украине такие гайдлайны тоже будут. В Антикоррупционном бюро — обязательно. Будут также чеклисты для того, чтобы сотрудники понимали, что они должны делать в конкретных случаях. Например, как изучить человека. Это не значит, что следователь не должен проявлять инициативу, но готовый чеклист — это будет минимальный перечень того, что он обязан сделать: проверить первое, второе, третье. А остальное следствие уже зависит от него — чем креативнее, тем лучше.

Кроме того, у нас в Антикоррупционном бюро будет создан соответствующий отдел, который будет давать оценку качества работы наших сотрудников, обобщать уголовные дела, анализировать их, предлагать как решить конкретные проблемы, с которыми можно столкнуться в ходе следствия.

Когда заработает Национальное Антикоррупционное бюро?

Мы понимаем, что люди ожидают от Антикоррупционного бюро результатов уже сейчас, но общество должно понять, что мы хотим сделать современную структуру, которая сможет реально и эффективно работать. Чтобы создать такую современную структуру, надо обязательно пройти этап строительства основы. Сейчас пока проходит набор кадров. Мы уже принимаем документы на вакансии, потом будет 4-х этапный конкурс: на знание законодательства, на логическое мышление, потом психометрические тесты, поскольку люди будут иметь дело с оружием. Потом состоится собеседование. По моему мнению, такой метод набора персонала — оптимальный. После, в зависимости от того, на какие должности претендуют новички, они пройдут 5-ти недельные и 4-х недельные тренинги. Для участия в тренингах мы пригласили и местных практиков, и ученых, и международных экспертов. Они покажут методы расследования антикоррупционных дел, методы допроса, обыска и т.д. И потом начинаем работать.

Думаю, что к октябрю уже будут первые результаты. В течение года рассчитываем набрать всех сотрудников. Далее начнем формировать региональные организации.

Какой уровень зарплат будет в вашем ведомстве? Вам есть что предложить соискателям?

Детективы и аналитики, которые станут ядром нашей структуры, буду получать зарплату 32000 гривен. Причем это прописано в законе.

Кстати, должность детектива – это новинка для Украины. Он будет и следователем, и оперативником в одном лице.

У детективов будет оружие?

Да. Хотя оружие — это самое меньшее, что мы хотим, чтобы они имели. Также у нас будет спецназ примерно в количестве 50 человек. Но мы будем, конечно, сотрудничать и с МВД, и СБУ.

Много ли желающих работать в Антикоррупционном бюро?

На сто вакансий, которые нужны для запуска работы бюро, уже есть 5 тысяч кандидатов. На первые 15 мест, если я не ошибаюсь, претендует 700 человек. Это вспомогательные структуры, которые нужно создавать в первую очередь, чтобы мы смогли располагать бюджетом, организовать правильный набор кадров, это также юристы, которые должны писать положения, приказы, проекты.

Может ли любой человек с улицы, который не имеет опыта работы в прокуратуре, работы следователем прийти и попробовать сдать тесты, о которых вы упоминали?

Для претендентов на должность детектива необходимо иметь опыт работы в юридической сфере не менее двух лет. Они же должны расследовать очень крупные дела. Поэтому мы все-таки решили сделать такое минимальное ограничение.

Будет ли какая-то система фильтрации для действующих следователей прокуратуры и МВД, ведь эти ведомства традиционно считают очень подверженными коррупции?

Да, конечно. После окончания 4-х этапного тестирования, законом предусмотрена специальная проверка в течение 21 дня. Кроме того, у нас будет работать Генеральная инспекция — внутренний орган безопасности, задачей которого является контроль наших сотрудников.

Кто станет главным объектом внимания Бюро?

В законе прямо прописано, что мы занимаемся высшим эшелоном власти, чиновниками 1-2 категории.

У вас нет опасений, что бюро станет политическим оружием в чьих-то руках? Насколько вы уверены в независимости новосозданной структуры?

Помешать нам нет возможности ни у кого. Мы будем независимыми.

Согласно закону, очень трудная схема увольнения главы Бюро, ему фактически гарантированы 7 лет работы.

Что вы будете делать, когда ваши дела начнут попадать в печально знаменитые украинские суды, которые, откровенно говоря, в кадровом смысле остались такими же, как и были?

Думаю, что у нас будет достаточно доказательств и судьи не смогут этому противиться. Мы намерены доводить дела до конца, контролировать с начала возбуждения уголовного дела, во время расследования и до вынесения приговора.

В украинском обществе существуют опасения, что на самом деле главная причина появления НАБ – показать Западу, что у нас готовы бороться с коррупцией, показать, что у нас для этих целей отдельный орган создан. Украинская власть любит внешние «спецэффекты» для западных друзей. При отсутствии реальной работы.

Главное, это показать реальную работу обществу. Показать, что государственные структуры могут бороться против коррупции. Если общество этого не увидит, то делать это для Запада не будет никакого смысла. Все должны увидеть, что в этой стране есть политическая воля, что здесь будут бороться против коррупции.

В Грузии в 2003-2006 годах мы посадили множество полицейских, 20 прокуроров, 30 судей, около 400 человек таможенной и налоговой службы. Но борьба против коррупции не значит только строгую уголовную политику. Это подразумевает и системные реформы, все должно двигаться параллельно. Например, я арестовал начальника какой-то службы, у которого зарплата 50 долларов. Назначили другого на ту же зарплату, в итоге — ни для общества, ни для этого человека ничего не изменится. На государственной службе человек должен иметь достойную зарплату и условия для работы. После этого можно что-то требовать. Чиновник знает, что у него есть хороша зарплата, достойные условия работы, авторитет в обществе, потому что он часть хорошей государственной службы, а на другой стороне – неизбежность наказания, а также осознание того, что ему придется вернуть все, что награбил. Думаю, его выбор в такой ситуации будет вполне очевиден.

Взять, к примеру, поощрение сотрудничества со следствием. Благодаря этому в Грузии мы смогли побороть системную коррупцию. После задержания начальник-коррупционер точно знал, что мы распутаем всю цепочку прохождение взяток снизу и если задержим его подчиненного, который «заносил наверх», то первым делом предложим ему соглашение дать показания на своего вышестоящего начальника.

У нас была такая ситуация, довольно курьезная, с которой мы просто не знали, как реально справляться. Когда начали работать обновленная патрульная служба, в Грузии все уже знали, что нельзя давать взятки патрульным, иначе человек, предлагающий взятку, будет арестован. Но была проблема с соседним государством. Когда из России приезжали люди их останавливали в связи с нарушением ПДД, то часто они прямо предлагали патрульным взятку 10-20 долларов. Патруль согласно закону всех задерживал. Но они искренне не понимали, зачем их задерживают. И это была отдельная коллизия, с которой приходилось разбираться.

Как вы планируете построить работу с медиа, в частности, в отношении реагирования НАБ на журналистские расследования?

У нас будет для этого специальное подразделение – управление аналитиков, которое будет анализировать все открытые и закрытые базы. Например, если зайдешь в Гугл и запишешь какое-то министерство, прочитаешь уйму информации о коррупционных схемах. Одни – фейки, другие – реальные. Но они будут там ранжировать, что реально, а что нет, и потом подавать эти документы детективам. Также у нас будет открытая платформа для дискуссий, куда планируем приглашать заявителей, журналистов, общественные организации. Причем мы намерены не только принимать информацию, но и давать ее по результатам наших расследований.

Вы познакомились с новым главой Бюро, уверены, что сработаетесь?

Конечно. У него очень хороший опыт расследований. Он профессионал своего дела, хорошо знает следствие и как его вести. Он также решительно настроен бороться с коррупцией, и он это сделает.

Это же не он вас выбрал, а вас ему предложили.

Можно так сказать, что выбрал именно он. Я на тот момент работал в группе, которая занималась имплементацией закона об антикоррупционном бюро. У нас были сильные наработки, дорожные карты, структура. Кое-что мы потом немного поменяли, учитывая мнение директора, но у нас заблаговременно были все наработки.

Какая у вас главная мотивация поменять гражданство и работать здесь?

Часто задают мне эти вопросы не только украинцы, но в основном грузины. Первое – я занимаюсь своим любимым делом. Второе — я патриот и Грузии, и Украины. И точно знаю, что если Украина не сможет устоять, не построит сильную демократическую страну, то и Грузия не сможет устоять. Потому что у нас один и тот же внешний враг – Россия. Мы одни никак не сможем победить Россию, а чтобы Украина победила, надо построить реально демократическую страну. Когда страна воюет, а государственные служащие воруют деньги — это не просто преступление, это — измена Родине.

Для меня работа в Антикоррупционном бюро — шанс участвовать в исторических процессах. Шанс делать свое любимое дело и шанс помочь украинскому народу. Я очень хорошо помню, когда в 1993 году начал работать в прокуратуре, это было 29 сентября. За два дня до этого, 27 сентября, пал Сухуми и туда вошли российские войска, через Кодорское ущелье из города уходили беженцы. И я никогда не забуду слезы людей, которые рассказывали нам, как украинские бойцы защищали ущелье, чтобы они могли пройти его и спастись. Украинцы защищали ущелье, через которое вышли сотни тысяч беженцев-грузин. Этого нельзя забыть.

Это были добровольцы, их было порядка 400 человек. Как я помню, они отправили нам также самолет, чтобы вывезти из Сухуми людей.

Для украинцев Грузия не была новой Украиной, и для грузин тоже Украина — не новая Грузия. Мы считаем, что стоим на одной платформе. Если хотим выжить, должны быть заодно во всем.
Источник: http://glavcom.ua/articles/29720.htmlНиколай Мельник.
Заместитель главы Национального антикоррупционного бюро Гизо Углава отдал работе в прокуратуре 19 лет своей жизни, пройдя путь от стажера до заместителя Генпрокурора Грузии. Еще будучи 16-летним подростком он начал работать в следственных органах на общественных началах. На протяжении 90-х его родную страну раздирали война, лишения и криминальный беспредел. Нынешняя Грузия выглядит совершенно иначе. После прихода к власти Михаила Саакашвили в 2003 году, команда реформаторов смогла обеспечить качественный рывок. Сейчас многие представители той команды помогают Украине. О грузинских рецептах реформ, задачах и принципах работы новосозданного Антикоррупционного бюро, а также о своей личной мотивации для работы в нашей стране и получения украинского гражданства, Гизо Углава рассказал в интервью «Главкому».

Как получилось, что вы в таком раннем возрасте пришли работать в прокуратуру?

В 1992 году я поступил на юридический факультет государственного университета в Тбилиси. В 93 году умер мой отец, пришлось учиться на заочном. Одновременно я работал на общественных началах в прокуратуре, чтобы не терять время.

Тогда в Грузии был очень трудный период. Шла гражданская война, шла война с Россией на территории Абхазии. Прокуратуре приходилось справляться с валом расследований по убийствам, бандитизму, разбойным нападениям, а следователей явно не хватало. Мое поколение, которое работало в прокуратуре на общественных началах, принимало участие в расследовании уголовных дел, в наши обязанности входило все, чем занимались следователи. Конечно, мы не могли еще подписывать документы, но помогали во всем, в основном выполняя техническую работу.

В середине 90-х нам приходилось бороться с незаконными вооруженными формированиями, после 98-го – с поднявшими голову «ворами в законе». Когда в государстве большая коррупция, лучше всех себя чувствует именно криминальные авторитеты, которые тогда фактически контролировали всю жизнь грузинского общества.

Можете рассказать об одном-двух громких делах, которые вам приходилось расследовать?

Однозначно могу сказать, что самые главные события происходили в период с 2003 по 2012 год. Имена и фамилии, по сути, не имеют значения, самым важным результатом для нас было раскрытие коррупционных схем. Например, касающихся контрабанды нефтепродуктов, которую прикрывали чиновники. Тогда мы вернули государству около 20 млн. долларов. Было также дело о присвоении самых лучших земельных участков на курортах Аджарии и других курортных местах. Когда я был прокурором Аджарии, мы вернули государству землю стоимостью порядка 30 млн. долларов.

В любом случае, самым главным в нашей работе было то, что когда ты расследуешь дело, арестовываешь кого-то и поддаешь уголовной ответственности, следствие не заканчивалось пока не будут возвращены украденные деньги. Такая цель была главным показателем успеха — если ты возвращаешь все деньги государству, значит, ты достиг поставленной задачи и принес пользу обществу и государству.

Насколько уменьшилась преступность за это время?

Могу ответственно сказать, что в Тбилиси по сравнению с временами до Революции роз уменьшилась очень значительно. Еще в 2002-2003 годах оставить без присмотра машину на улице было попросту нельзя. В 2003 году было зафиксировано 1230 угонов, а уже в 2010 году – 78. Количество тяжких и особо тяжких преступлений сократилось в 6 раз. И столица Грузии начала считаться самым безопасным городом в Европе. Общество почувствовало себя защищенным, в течение 5-6 лет мы смогли этого достичь. Безусловно, разными способами. Например, раньше в Грузии ОПГ под руководством воров в законе повально занимались кражами автомобилей или запчастей от них. Что мы сделали, чтобы это остановить? Во-первых, была внедрена строгая уголовная политика против преступников, во-вторых, мы закрыли рынки, где они могли это все продавать. Вместе с нами работала и налоговая инспекция. Мы приходили в маленькие лавки, где продавались те же запчасти и говорили: покажите мне документ, откуда у вас все это? Если не было документа, наступали все правовые последствия. Когда ты закрываешь рынок и контролируешь границу, чтобы они не могли это все перевезти, зачем им продолжать воровать? Ведь они не смогут это продать. Мы арестовали тех людей, которые продавали запчасти и ворованные машины. Не стало рынка, осуществлялась строгая уголовная политика — и все закончилось.

Подобная ситуация и с ворами в законе. Почему воры в законе в 90-х годах стали самыми влиятельными людьми в России, Украине, Грузии? Потому что государственная система просто не работала. Вот, например, один бизнесмен начинает какой-то иск против другого. Это тянется два-три года, потом, допустим, он выигрывает суд, потом вступает в действие исполнительная служба, а это еще 2-3 года. А что делал вор в законе? Он выполнял функции арбитра: позвал обоих, сказал: ты виноват или не виноват. Поэтому они и стали влиятельными, ведь государство не исполняло свои функции, их исполнял криминалитет. Но когда судебная система, прокуратура, исполнительная служба нормально заработали, у воров в законе не осталось этой хоть и незаконной, но общепризнанной функции.

Насколько поменялся кадровый состав прокуратуры со времени прихода к власти команды Саакашвили?

На 75-80%. Но такого, чтобы пришли и сказали всем: «Увольняйтесь!» — не было. Я тоже во время Революции роз ведь работал в прокуратуре. Просто были озвучены новые правила игры: хотите по ним работать – работайте, не хотите – не будете работать вообще. Мы сделали тестирование в несколько этапов, потом тренинги сотрудников, потом провели стажировки в течение одного года, во время которых постоянно шли тренинги, тренинги, и еще раз тренинги. Кто проходил этот путь, оставался в системе. Параллельно с этим происходил набор новых сотрудников, причем стаж работы в прокуратуре не был обязательным условием. И вот в течение трех-четырех лет нам удалось поменять кадровый состав ведомства, и таким образом построить качественно новую прокуратуру.

Кто придумывал эту новую логику реформирования?

Конечно, идеи были всегда от Миши (Саакашвили, – «Главком»), он очень креативный. Но Зураб Адеишвили также считается отцом всех этих реформ. У него была очень четкая политика, что кумовства во время назначения сотрудников быть не должно. Мне иногда, не скрою, звонили друзья и родственники с просьбами помочь устроиться на работу. Я им отвечал: как я могу тебе помочь пройти четырехэтапный конкурс, где все решает компьютер? И мне это было легко сказать, потому что я и вправду знал, что не могу этого сделать. Но они иногда этого не понимали: «Ты заместитель Генерального прокурора и не можешь?» (смеется).

Когда вы рассказываете о борьбе с коррупцией и преступностью в Грузии, звучит так, будто в процессуальном плане это было довольно легко. Создается впечатление, что все происходило гораздо быстрее, чем в Украине. К примеру, сейчас у нас мы наблюдаем какие-то одиночные коррупционные процессы, которые очень неторопливо движутся, но потом все упирается в суд, который либо освобождает человека или отпускает под залог. У вас была какая-то особая процессуальная свобода или кодекс действий?

На самом деле, это не было легко. Поначалу когда я встречался со следователями, они всегда говорили, что есть большая бюрократия – чтобы принять решение мы должны согласовывать свое решение, предложение должно пройти где-то 5-6 ступеней для того, чтобы кто-то принял окончательное решение. Что мы сделали? Прописали такие типичные формы, «гайдлайны», где было четко указано, что делать в каждой конкретной ситуации. Вот, например, человек присвоил государственное имущество. Он не судим, и притом возместил ущерб. Если ему по закону полагается 5 лет заключения, с ним можно оформить соглашение на два года. Прокурор это уже знает и ему не нужно спрашивать у вышестоящего начальства, как поступить в данной ситуации. Или, к примеру, арестован коррупционер или криминальный элемент. Его задержали, он сотрудничает со следствием. В гайдлайне прямо прописано: он сотрудничает, возместил ущерб, значит, может подать ходатайство на залог. Если отказывается сотрудничать, не возместил ущерб — прокурор может его арестовать. Все было расписано в такие подробные инструкции, с подписью Генерального прокурора или его заместителя. Да, следователи могли поступить по-другому, но они должны были потом доказать и объяснить, почему так поступили.

Как эти гайдлайны сочетаются непосредственно с законом?

Дело в том, что в законе есть очень большие допуски, при которых ты можешь действовать, как захочешь. В таких условиях не может быть единой практики: если в Тбилиси за такое правонарушение человека арестуют, то в Кутаиси — отпустят.

Разумеется, мы писали гайдлайны по закону. В законе есть те случаи, при которых ты можешь использовать залог, есть те случаи, при которых ты можешь использовать арест. Мы же прописывали все детали, которые ты должен учесть, чтобы вынести свое решение. Это был внутренний документ прокуратуры, который обязателен для исполнения.

Такая практика существует и в Америке, и в европейских странах, причем она касается не только прокуратуры, но и МВД, суды разрабатывали свои гайдлайны. В Грузии она также была внедрена и успешно заработала.

В Украине вы будете продвигать такие же подходы?

В Украине такие гайдлайны тоже будут. В Антикоррупционном бюро — обязательно. Будут также чеклисты для того, чтобы сотрудники понимали, что они должны делать в конкретных случаях. Например, как изучить человека. Это не значит, что следователь не должен проявлять инициативу, но готовый чеклист — это будет минимальный перечень того, что он обязан сделать: проверить первое, второе, третье. А остальное следствие уже зависит от него — чем креативнее, тем лучше.

Кроме того, у нас в Антикоррупционном бюро будет создан соответствующий отдел, который будет давать оценку качества работы наших сотрудников, обобщать уголовные дела, анализировать их, предлагать как решить конкретные проблемы, с которыми можно столкнуться в ходе следствия.

Когда заработает Национальное Антикоррупционное бюро?

Мы понимаем, что люди ожидают от Антикоррупционного бюро результатов уже сейчас, но общество должно понять, что мы хотим сделать современную структуру, которая сможет реально и эффективно работать. Чтобы создать такую современную структуру, надо обязательно пройти этап строительства основы. Сейчас пока проходит набор кадров. Мы уже принимаем документы на вакансии, потом будет 4-х этапный конкурс: на знание законодательства, на логическое мышление, потом психометрические тесты, поскольку люди будут иметь дело с оружием. Потом состоится собеседование. По моему мнению, такой метод набора персонала — оптимальный. После, в зависимости от того, на какие должности претендуют новички, они пройдут 5-ти недельные и 4-х недельные тренинги. Для участия в тренингах мы пригласили и местных практиков, и ученых, и международных экспертов. Они покажут методы расследования антикоррупционных дел, методы допроса, обыска и т.д. И потом начинаем работать.

Думаю, что к октябрю уже будут первые результаты. В течение года рассчитываем набрать всех сотрудников. Далее начнем формировать региональные организации.

Какой уровень зарплат будет в вашем ведомстве? Вам есть что предложить соискателям?

Детективы и аналитики, которые станут ядром нашей структуры, буду получать зарплату 32000 гривен. Причем это прописано в законе.

Кстати, должность детектива – это новинка для Украины. Он будет и следователем, и оперативником в одном лице.

У детективов будет оружие?

Да. Хотя оружие — это самое меньшее, что мы хотим, чтобы они имели. Также у нас будет спецназ примерно в количестве 50 человек. Но мы будем, конечно, сотрудничать и с МВД, и СБУ.

Много ли желающих работать в Антикоррупционном бюро?

На сто вакансий, которые нужны для запуска работы бюро, уже есть 5 тысяч кандидатов. На первые 15 мест, если я не ошибаюсь, претендует 700 человек. Это вспомогательные структуры, которые нужно создавать в первую очередь, чтобы мы смогли располагать бюджетом, организовать правильный набор кадров, это также юристы, которые должны писать положения, приказы, проекты.

Может ли любой человек с улицы, который не имеет опыта работы в прокуратуре, работы следователем прийти и попробовать сдать тесты, о которых вы упоминали?

Для претендентов на должность детектива необходимо иметь опыт работы в юридической сфере не менее двух лет. Они же должны расследовать очень крупные дела. Поэтому мы все-таки решили сделать такое минимальное ограничение.

Будет ли какая-то система фильтрации для действующих следователей прокуратуры и МВД, ведь эти ведомства традиционно считают очень подверженными коррупции?

Да, конечно. После окончания 4-х этапного тестирования, законом предусмотрена специальная проверка в течение 21 дня. Кроме того, у нас будет работать Генеральная инспекция — внутренний орган безопасности, задачей которого является контроль наших сотрудников.

Кто станет главным объектом внимания Бюро?

В законе прямо прописано, что мы занимаемся высшим эшелоном власти, чиновниками 1-2 категории.

У вас нет опасений, что бюро станет политическим оружием в чьих-то руках? Насколько вы уверены в независимости новосозданной структуры?

Помешать нам нет возможности ни у кого. Мы будем независимыми.

Согласно закону, очень трудная схема увольнения главы Бюро, ему фактически гарантированы 7 лет работы.

Что вы будете делать, когда ваши дела начнут попадать в печально знаменитые украинские суды, которые, откровенно говоря, в кадровом смысле остались такими же, как и были?

Думаю, что у нас будет достаточно доказательств и судьи не смогут этому противиться. Мы намерены доводить дела до конца, контролировать с начала возбуждения уголовного дела, во время расследования и до вынесения приговора.

В украинском обществе существуют опасения, что на самом деле главная причина появления НАБ – показать Западу, что у нас готовы бороться с коррупцией, показать, что у нас для этих целей отдельный орган создан. Украинская власть любит внешние «спецэффекты» для западных друзей. При отсутствии реальной работы.

Главное, это показать реальную работу обществу. Показать, что государственные структуры могут бороться против коррупции. Если общество этого не увидит, то делать это для Запада не будет никакого смысла. Все должны увидеть, что в этой стране есть политическая воля, что здесь будут бороться против коррупции.

В Грузии в 2003-2006 годах мы посадили множество полицейских, 20 прокуроров, 30 судей, около 400 человек таможенной и налоговой службы. Но борьба против коррупции не значит только строгую уголовную политику. Это подразумевает и системные реформы, все должно двигаться параллельно. Например, я арестовал начальника какой-то службы, у которого зарплата 50 долларов. Назначили другого на ту же зарплату, в итоге — ни для общества, ни для этого человека ничего не изменится. На государственной службе человек должен иметь достойную зарплату и условия для работы. После этого можно что-то требовать. Чиновник знает, что у него есть хороша зарплата, достойные условия работы, авторитет в обществе, потому что он часть хорошей государственной службы, а на другой стороне – неизбежность наказания, а также осознание того, что ему придется вернуть все, что награбил. Думаю, его выбор в такой ситуации будет вполне очевиден.

Взять, к примеру, поощрение сотрудничества со следствием. Благодаря этому в Грузии мы смогли побороть системную коррупцию. После задержания начальник-коррупционер точно знал, что мы распутаем всю цепочку прохождение взяток снизу и если задержим его подчиненного, который «заносил наверх», то первым делом предложим ему соглашение дать показания на своего вышестоящего начальника.

У нас была такая ситуация, довольно курьезная, с которой мы просто не знали, как реально справляться. Когда начали работать обновленная патрульная служба, в Грузии все уже знали, что нельзя давать взятки патрульным, иначе человек, предлагающий взятку, будет арестован. Но была проблема с соседним государством. Когда из России приезжали люди их останавливали в связи с нарушением ПДД, то часто они прямо предлагали патрульным взятку 10-20 долларов. Патруль согласно закону всех задерживал. Но они искренне не понимали, зачем их задерживают. И это была отдельная коллизия, с которой приходилось разбираться.

Как вы планируете построить работу с медиа, в частности, в отношении реагирования НАБ на журналистские расследования?

У нас будет для этого специальное подразделение – управление аналитиков, которое будет анализировать все открытые и закрытые базы. Например, если зайдешь в Гугл и запишешь какое-то министерство, прочитаешь уйму информации о коррупционных схемах. Одни – фейки, другие – реальные. Но они будут там ранжировать, что реально, а что нет, и потом подавать эти документы детективам. Также у нас будет открытая платформа для дискуссий, куда планируем приглашать заявителей, журналистов, общественные организации. Причем мы намерены не только принимать информацию, но и давать ее по результатам наших расследований.

Вы познакомились с новым главой Бюро, уверены, что сработаетесь?

Конечно. У него очень хороший опыт расследований. Он профессионал своего дела, хорошо знает следствие и как его вести. Он также решительно настроен бороться с коррупцией, и он это сделает.

Это же не он вас выбрал, а вас ему предложили.

Можно так сказать, что выбрал именно он. Я на тот момент работал в группе, которая занималась имплементацией закона об антикоррупционном бюро. У нас были сильные наработки, дорожные карты, структура. Кое-что мы потом немного поменяли, учитывая мнение директора, но у нас заблаговременно были все наработки.

Какая у вас главная мотивация поменять гражданство и работать здесь?

Часто задают мне эти вопросы не только украинцы, но в основном грузины. Первое – я занимаюсь своим любимым делом. Второе — я патриот и Грузии, и Украины. И точно знаю, что если Украина не сможет устоять, не построит сильную демократическую страну, то и Грузия не сможет устоять. Потому что у нас один и тот же внешний враг – Россия. Мы одни никак не сможем победить Россию, а чтобы Украина победила, надо построить реально демократическую страну. Когда страна воюет, а государственные служащие воруют деньги — это не просто преступление, это — измена Родине.

Для меня работа в Антикоррупционном бюро — шанс участвовать в исторических процессах. Шанс делать свое любимое дело и шанс помочь украинскому народу. Я очень хорошо помню, когда в 1993 году начал работать в прокуратуре, это было 29 сентября. За два дня до этого, 27 сентября, пал Сухуми и туда вошли российские войска, через Кодорское ущелье из города уходили беженцы. И я никогда не забуду слезы людей, которые рассказывали нам, как украинские бойцы защищали ущелье, чтобы они могли пройти его и спастись. Украинцы защищали ущелье, через которое вышли сотни тысяч беженцев-грузин. Этого нельзя забыть.

Это были добровольцы, их было порядка 400 человек. Как я помню, они отправили нам также самолет, чтобы вывезти из Сухуми людей.

Для украинцев Грузия не была новой Украиной, и для грузин тоже Украина — не новая Грузия. Мы считаем, что стоим на одной платформе. Если хотим выжить, должны быть заодно во всем.
Источник: http://glavcom.ua/articles/29720.html

Аграрные миллиарды на «Свободе»Аграрные миллиарды на «Свободе»

Николай Мельник, для «Главкома».
Очевидно, что с приближением местных выборов градус политической риторики повышается, состязательные страсти накаляются. Оно и понятно — для тех, кто понес существенные потери в борьбе за парламентские кресла, так и не получив заветный мандат, местные выборы — последний шанс закрепиться у «руля» и доказать избирателям собственную состоятельность. Поэтому хоть до часа «икс» остается ещё полгода, в борьбу с политическими оппонентами включается весь арсенал средств, а обвинительная риторика уже давно вошла в ежедневный обиход. При этом каждый старается «пастись», то есть пиариться, на так сказать, своей теме. Не стала исключением и тема сельского хозяйства. Похоже, что некоторые политсилы решили «въехать» в местные советы именно на этом аграрном локомотиве.

Нечего на зеркало пенять коли …

Не прошедшее в Верховную Раду ВО «Свобода» свою предвыборную программу решило построить на проверенном методе — критике власти. Это беспроигрышный вариант в нынешней ситуации. В этом контексте для «Свободы» «своей темой» стала аграрная. Ещё в марте, браво рапортуя о 100 днях работы, профильный министр Павленко заявил, что по результатам проверок в крупнейших аграрных госмонополиях, подконтрольных Минагропроду, были выявлены многочисленные нарушения и злоупотребления. Сумма этих злоупотреблений, по словам главы министерства, более 9 млрд грн. Главными кормильцами для коррупционеров стали ГПЗКУ, «Укрспирт», оба «Аграрных фонда» (ПАТ и ДСБУ) и «Украгролизинг». Львиная доля изъятых у государства денег приходится на 2014 год. То есть, нужно понимать, в первые месяцы после Революции Достоинства тогдашний аграрный министр «свободовец» Игорь Швайка не только не пресек коррупционные схемы, а вполне удачно возглавил их. На это, кстати, весьма прозрачно намекнул, и глава МВД Арсен Аваков, который еще в марте 2015-го проинформировал о расследовании деятельности двух экс-министров от «Свободы» Игоря Швайки и Андрея Мохника.

Чиновники Минагропрода уверяли, что по каждому из указанных миллиардов были направлены соответствующие запросы в Генпрокуратуру. Сами запросы не удалось увидеть, а вот ответ Генпрокуратуры министерству подозрения всё же подтвердил. Так, на сегодняшний день по Аграрному фонду расследуется 8 уголовных производств, в суд уже направлено 12, из них 7 даже успели рассмотреть. В лидерах — ГПЗКУ. По фактам нанесения ущерба корпорации открыли 28 уголовных производств, пятерым дельцам уже огласили подозрения. Еще 22 производства коснулись Государственного резервного семенного фонда. Относительно должностных лиц «Укрспирта» в расследовании одно дело, в суде — два. Помимо прочего отменено 18 незаконных постановлений о закрытии уголовных производств.

О «свободовских» махинациях в агросекторе неоднократно писали СМИ. Так, например журналисты еженедельника СМИ писали, что его обвиняют в махинациях неучтенного спирта, растрате более 170 млн грн и неуплате 28 млн грн НДС. Кстати налаженную Лабутиным торговлю контрафактным спиртом на Львовских спиртзаводах, которые крышуют свободовцы, с трудом удалось остановить лишь недавно. Причём с этим пришлось бороться нынешнему замглавы «Укрспирта» Роману Иванюку, молодому амбициозному ставленнику администрации президента.

Непродолжительной оказалась карьера еще одного ставленника Игоря Швайки Петра Вовчука на должности председателя правления ГПЗКУ. Его уволили в декабре после того, как он едва не купил за бюджетные 200 млн грн убыточную стивидорную компанию. Кроме того, на днях группа народных депутатов «Народного фронта», «Батьківщини» и «Самопомочі» направили депутатский запрос в правоохранительные органы с требованием расследовать продажу контрагентам 27 кораблей зерна, деньги за которые на счет ГПЗКУ так и не поступили. Такой нехитрой схемой в 2014 году через 4 оффшора вывели почти 132 млн долл. Не исключено, что продолжающийся на предприятии аудит BDO выявит новые коррупционные следы.

Помимо откровенного воровства, предыдущий менеджмент корпорации поставил под удар китайский зерновой контракт. И чтобы сохранить доверие китайских инвесторов следующий руководитель корпорации Валерий Томиленко в течение месяца изыскивал способы отгрузить в Китай полмиллиона тонн зерна. Три недостающих корабля было закуплено у трейдеров, то есть по рыночной цене.

Недавно нардеп от «Свободы» Олег Осуховский обвинил корпорацию, а заодно и Минагропрод в закупке зерна по завышенной цене. Кроме того, по его версии, цену украинской кукурузы по китайскому контракту снизили на 100 долл. за тонну. В ответ на это Владимир Лапа, замминистра АПК и чиновник-новичок (представляющий в министерстве интересы Украинского клуба аграрного бизнеса), заявил, что покупка зерна на рынке была, во-первых, вынужденной мерой, а, во-вторых, сохранила для Украины миллионы китайских денег. «Когда за два дня тебе нужно купить 50 тыс. тонн зерна, ты вынужден покупать на рынке. Понятно, что существует маржа трейдера, который доставил зерно из линейного элеватора в порт, погрузил его на корабль и хочет заработать. У ГПЗКУ тогда не было выбора, она должна была выполнить годовой контракт за месяц. Вопрос больше к тому, почему до такой ситуации вообще дошло…», — оправдывался Лапа на недавнем заседании рабочей группы ВРУ по проверке фактов злоупотреблений в госсекторе экономики.

Улов на рыбном месте

Не менее внушительный размах нарушений обнаружился в Государственном агентстве рыбного хозяйства. Об этом на днях сообщили Минагропрод. Первый заместитель главы ведомства Олег Николенко — опять же креатура Игоря Швайки, — назначенный в июне 2014 года, самовольно, без согласия на то Кабмина, провозгласил себя исполняющим обязанности руководителя. В том же месяце он назначил и.о. директора государственного Севастопольского морского рыбного порта — некоего некого Шкумата. В начале текущего года, уже после перерегистрации предприятия в Киеве, с банковских счетов порта бесследно пропали свыше 22 млн грн. Его директор, разумеется, пояснять ситуацию не стал и бесследно исчез.

Оригинальную схему провернули и в государственной рыболовецкой компании Fishing company SA. После нелегитимной смены директора (изменения так и не были внесены в реестр директоров), предприятие лишилось доброй части своих активов. Госрыбагентство сдало три судна компании в аренду зарубежному фрахтовщику, при этом владельцем одного из них по непонятным причинам стала кипрская компания. В начале этого года она продала украинское судно за долги (7,2 млн долл.). По доброй воле руководитель Fishing company SA «простил» выплату аренды по двум другим суднам.

Скамью пострадавших пополнил один из лучших в Украине рыбхозов Хаджибейского лимана (Одесская область). В октябре 2014 года Николенко своим указом отменил режим рыбохозяйственной эксплуатации для предприятия, который регламентирует объемы зарыбления и вылова. Озеро передали государственному банкроту, тем самым полностью заблокировав работу рыбхоза, который разводил и поставлял на внутренний рынок больше 1 тыс. тонны рыбы в год. Глава правления рыбопромышленной ассоциации «Хаджибейский лиман» Олег Степаненко говорит, что без работы вот уже больше 3 месяцев 200 рыбаков.

«ШвайкоБайк» — байки от Швайки

Пока на государственных монополистах отрабатывались витиеватые коррупционные схемы, в регионах практиковали откровенный дерибан и рейдерство. Пока экс-министр колесил по стране на «швайкобайке», здание на Крещатике, 24, держали в осаде трудовые коллективы. Уже писали о том, как сотрудники Запорожского института масличных культур просили остановить рейдерский захват предприятия. По их словам, начиная с сентября прошлого года, супруга Игоря Швайки в сопровождении вооруженных людей уже не один раз пытались сместить директора предприятия и поставить на его место «своего» Романа Чехова. Затянувшийся конфликт фактически сорвал полевые работы на предприятии. Представители государственного агрокомбината «Пуща-Водица» ежемесячно протестуют против разворовывания предприятия. По последним данным Минагропрод отправил на комбинат аудиторов, однако непрошенных гостей туда так и не пустили. Повторная проверка все же состоялась, материалы готовят для передачи правоохранителям. Директор Виктор Кириченко, назначенный при Швайке в июле 2014-го, как водится, экстренно взял больничный.

Возможно, бывший министр не зря катается по всей Украине на своём байке, и в скором времени тоже подастся куда-нибудь за пределы Родины. Видимо, правоохранительные органы не на шутку заинтересовались его деяниями на посту министра. И несмотря на то, что сегодня свободовцы активно включились в публичную перепалку своими обвинениями и громкой критикой в адрес аграрных (да и не только) чиновников, расследования правоохранителей будут куда более интересны общественности.

Свобода VS Народный фронт

В своём стремлении «встать грудью» на защиту побратима Игоря Швайки свободовцы уже вступили в затяжной конфликт с самим премьер-министром и его парламентской фракцией. Не так давно, в феврале, из-за обвинительных публичных выпадов Швайки в адрес бывшего министра Кабинета Министров Остапа Семерака фракция в ВРУ «Народный фронт» направила обращение в суд за клевету, а также инициировала создание временной следственной парламентской комиссии по расследованию коррупции в Мианагропроде времён свободовца.

Возможно, инициативным нардепам и партийным функционерам сегодня всё же стоит сосредоточиться на законодательстве и работе над собственными ошибками. Хотя бы потому что возвращать народное доверие, пока аграрные миллиарды на «Свободе», будет непросто.
Источник: http://glavcom.ua/articles/29100.htmlНиколай Мельник, для «Главкома».
Очевидно, что с приближением местных выборов градус политической риторики повышается, состязательные страсти накаляются. Оно и понятно — для тех, кто понес существенные потери в борьбе за парламентские кресла, так и не получив заветный мандат, местные выборы — последний шанс закрепиться у «руля» и доказать избирателям собственную состоятельность. Поэтому хоть до часа «икс» остается ещё полгода, в борьбу с политическими оппонентами включается весь арсенал средств, а обвинительная риторика уже давно вошла в ежедневный обиход. При этом каждый старается «пастись», то есть пиариться, на так сказать, своей теме. Не стала исключением и тема сельского хозяйства. Похоже, что некоторые политсилы решили «въехать» в местные советы именно на этом аграрном локомотиве.

Нечего на зеркало пенять коли …

Не прошедшее в Верховную Раду ВО «Свобода» свою предвыборную программу решило построить на проверенном методе — критике власти. Это беспроигрышный вариант в нынешней ситуации. В этом контексте для «Свободы» «своей темой» стала аграрная. Ещё в марте, браво рапортуя о 100 днях работы, профильный министр Павленко заявил, что по результатам проверок в крупнейших аграрных госмонополиях, подконтрольных Минагропроду, были выявлены многочисленные нарушения и злоупотребления. Сумма этих злоупотреблений, по словам главы министерства, более 9 млрд грн. Главными кормильцами для коррупционеров стали ГПЗКУ, «Укрспирт», оба «Аграрных фонда» (ПАТ и ДСБУ) и «Украгролизинг». Львиная доля изъятых у государства денег приходится на 2014 год. То есть, нужно понимать, в первые месяцы после Революции Достоинства тогдашний аграрный министр «свободовец» Игорь Швайка не только не пресек коррупционные схемы, а вполне удачно возглавил их. На это, кстати, весьма прозрачно намекнул, и глава МВД Арсен Аваков, который еще в марте 2015-го проинформировал о расследовании деятельности двух экс-министров от «Свободы» Игоря Швайки и Андрея Мохника.

Чиновники Минагропрода уверяли, что по каждому из указанных миллиардов были направлены соответствующие запросы в Генпрокуратуру. Сами запросы не удалось увидеть, а вот ответ Генпрокуратуры министерству подозрения всё же подтвердил. Так, на сегодняшний день по Аграрному фонду расследуется 8 уголовных производств, в суд уже направлено 12, из них 7 даже успели рассмотреть. В лидерах — ГПЗКУ. По фактам нанесения ущерба корпорации открыли 28 уголовных производств, пятерым дельцам уже огласили подозрения. Еще 22 производства коснулись Государственного резервного семенного фонда. Относительно должностных лиц «Укрспирта» в расследовании одно дело, в суде — два. Помимо прочего отменено 18 незаконных постановлений о закрытии уголовных производств.

О «свободовских» махинациях в агросекторе неоднократно писали СМИ. Так, например журналисты еженедельника СМИ писали, что его обвиняют в махинациях неучтенного спирта, растрате более 170 млн грн и неуплате 28 млн грн НДС. Кстати налаженную Лабутиным торговлю контрафактным спиртом на Львовских спиртзаводах, которые крышуют свободовцы, с трудом удалось остановить лишь недавно. Причём с этим пришлось бороться нынешнему замглавы «Укрспирта» Роману Иванюку, молодому амбициозному ставленнику администрации президента.

Непродолжительной оказалась карьера еще одного ставленника Игоря Швайки Петра Вовчука на должности председателя правления ГПЗКУ. Его уволили в декабре после того, как он едва не купил за бюджетные 200 млн грн убыточную стивидорную компанию. Кроме того, на днях группа народных депутатов «Народного фронта», «Батьківщини» и «Самопомочі» направили депутатский запрос в правоохранительные органы с требованием расследовать продажу контрагентам 27 кораблей зерна, деньги за которые на счет ГПЗКУ так и не поступили. Такой нехитрой схемой в 2014 году через 4 оффшора вывели почти 132 млн долл. Не исключено, что продолжающийся на предприятии аудит BDO выявит новые коррупционные следы.

Помимо откровенного воровства, предыдущий менеджмент корпорации поставил под удар китайский зерновой контракт. И чтобы сохранить доверие китайских инвесторов следующий руководитель корпорации Валерий Томиленко в течение месяца изыскивал способы отгрузить в Китай полмиллиона тонн зерна. Три недостающих корабля было закуплено у трейдеров, то есть по рыночной цене.

Недавно нардеп от «Свободы» Олег Осуховский обвинил корпорацию, а заодно и Минагропрод в закупке зерна по завышенной цене. Кроме того, по его версии, цену украинской кукурузы по китайскому контракту снизили на 100 долл. за тонну. В ответ на это Владимир Лапа, замминистра АПК и чиновник-новичок (представляющий в министерстве интересы Украинского клуба аграрного бизнеса), заявил, что покупка зерна на рынке была, во-первых, вынужденной мерой, а, во-вторых, сохранила для Украины миллионы китайских денег. «Когда за два дня тебе нужно купить 50 тыс. тонн зерна, ты вынужден покупать на рынке. Понятно, что существует маржа трейдера, который доставил зерно из линейного элеватора в порт, погрузил его на корабль и хочет заработать. У ГПЗКУ тогда не было выбора, она должна была выполнить годовой контракт за месяц. Вопрос больше к тому, почему до такой ситуации вообще дошло…», — оправдывался Лапа на недавнем заседании рабочей группы ВРУ по проверке фактов злоупотреблений в госсекторе экономики.

Улов на рыбном месте

Не менее внушительный размах нарушений обнаружился в Государственном агентстве рыбного хозяйства. Об этом на днях сообщили Минагропрод. Первый заместитель главы ведомства Олег Николенко — опять же креатура Игоря Швайки, — назначенный в июне 2014 года, самовольно, без согласия на то Кабмина, провозгласил себя исполняющим обязанности руководителя. В том же месяце он назначил и.о. директора государственного Севастопольского морского рыбного порта — некоего некого Шкумата. В начале текущего года, уже после перерегистрации предприятия в Киеве, с банковских счетов порта бесследно пропали свыше 22 млн грн. Его директор, разумеется, пояснять ситуацию не стал и бесследно исчез.

Оригинальную схему провернули и в государственной рыболовецкой компании Fishing company SA. После нелегитимной смены директора (изменения так и не были внесены в реестр директоров), предприятие лишилось доброй части своих активов. Госрыбагентство сдало три судна компании в аренду зарубежному фрахтовщику, при этом владельцем одного из них по непонятным причинам стала кипрская компания. В начале этого года она продала украинское судно за долги (7,2 млн долл.). По доброй воле руководитель Fishing company SA «простил» выплату аренды по двум другим суднам.

Скамью пострадавших пополнил один из лучших в Украине рыбхозов Хаджибейского лимана (Одесская область). В октябре 2014 года Николенко своим указом отменил режим рыбохозяйственной эксплуатации для предприятия, который регламентирует объемы зарыбления и вылова. Озеро передали государственному банкроту, тем самым полностью заблокировав работу рыбхоза, который разводил и поставлял на внутренний рынок больше 1 тыс. тонны рыбы в год. Глава правления рыбопромышленной ассоциации «Хаджибейский лиман» Олег Степаненко говорит, что без работы вот уже больше 3 месяцев 200 рыбаков.

«ШвайкоБайк» — байки от Швайки

Пока на государственных монополистах отрабатывались витиеватые коррупционные схемы, в регионах практиковали откровенный дерибан и рейдерство. Пока экс-министр колесил по стране на «швайкобайке», здание на Крещатике, 24, держали в осаде трудовые коллективы. Уже писали о том, как сотрудники Запорожского института масличных культур просили остановить рейдерский захват предприятия. По их словам, начиная с сентября прошлого года, супруга Игоря Швайки в сопровождении вооруженных людей уже не один раз пытались сместить директора предприятия и поставить на его место «своего» Романа Чехова. Затянувшийся конфликт фактически сорвал полевые работы на предприятии. Представители государственного агрокомбината «Пуща-Водица» ежемесячно протестуют против разворовывания предприятия. По последним данным Минагропрод отправил на комбинат аудиторов, однако непрошенных гостей туда так и не пустили. Повторная проверка все же состоялась, материалы готовят для передачи правоохранителям. Директор Виктор Кириченко, назначенный при Швайке в июле 2014-го, как водится, экстренно взял больничный.

Возможно, бывший министр не зря катается по всей Украине на своём байке, и в скором времени тоже подастся куда-нибудь за пределы Родины. Видимо, правоохранительные органы не на шутку заинтересовались его деяниями на посту министра. И несмотря на то, что сегодня свободовцы активно включились в публичную перепалку своими обвинениями и громкой критикой в адрес аграрных (да и не только) чиновников, расследования правоохранителей будут куда более интересны общественности.

Свобода VS Народный фронт

В своём стремлении «встать грудью» на защиту побратима Игоря Швайки свободовцы уже вступили в затяжной конфликт с самим премьер-министром и его парламентской фракцией. Не так давно, в феврале, из-за обвинительных публичных выпадов Швайки в адрес бывшего министра Кабинета Министров Остапа Семерака фракция в ВРУ «Народный фронт» направила обращение в суд за клевету, а также инициировала создание временной следственной парламентской комиссии по расследованию коррупции в Мианагропроде времён свободовца.

Возможно, инициативным нардепам и партийным функционерам сегодня всё же стоит сосредоточиться на законодательстве и работе над собственными ошибками. Хотя бы потому что возвращать народное доверие, пока аграрные миллиарды на «Свободе», будет непросто.
Источник: http://glavcom.ua/articles/29100.html