Как Петр Порошенко пиарит пленки ОнищенкоКак Петр Порошенко пиарит пленки Онищенко

Анастасия Рафал

Иностранным редакциям угрожают судебными исками, а украинским журналистам советуют «думать о себе и о семье»

— Честно говоря, в американских политических и околополитических кругах едва ли найдешь 10 человек, которые слышали о пленках Онищенко, — рассказывал автору в среду Леонид Аврашов, республиканец, принимавший участие в избирательной кампании Дональда Трампа, и близко знакомый с его окружением.

Очевидно, Петр Алексеевич решил восполнить этот досадный пробел. Адвокаты Порошенко разослали письма в ряд иностранных редакций, угрожая журналистам судебными исками в случае, если они опубликуют пленки Онищенко. Об этом 9 декабря написал в своем Twitter британский журналист Максим Такер (фрилансер изданий The Times, Politico Europe и ВВС).

И немного позже добавил, что он, увы, — не единственный иностранный журналист, получивший письмо счастья.

Блогеры в соцсетях встретили эту новость с иронией.

— А то що? Порошенко нападе? — поинтересовалась Nadij Cosev.

— Британія під загрозою? — вторит ей Владимир Чугуй.

— А кто-то говорил, что он умнее Януковоща, — констатировал Vladislav Kondus.

Сторонникам Петра Алексеевича пришлось яростно отбиваться.

— Не публикуйте х..ю.

— Это фейк.

— Эту новость разгоняют прокремлевские СМИ, — писали поклонники ПАПа в соцсетях.

Однако вскоре все споры вокруг подлинности письма сняла сама Администрация президента, указав на некую компанию Atkins Thomson, которая «защищает интересы Украины».

«Это дело давно вышло за пределы личной кампании против Петра Порошенко и стало элементом информационной войны России против Украины. В этих условиях Atkins Thomson, одна из известнейших в сфере медиа-права юридических компаний, защищает интересы Украины», – добавили в АП.

При этом сама Atkins Thomson подтвердила, что рассылает подобные письма-предупреждения.

«Не уничтожайте репутацию окончательно»

В самой компании также подтвердили, что писали письмо в адрес The Times и других зарубежных изданий.

Адвокаты заявили, что представляют «Блок Петра Порошенко», его руководство и украинское правительство. Они добавили, что получили задание предпринимать все необходимые меры, чтобы не допустить публикации этих обвинений, которые они считают не правдивыми.

В письме также речь идет о том, что при необходимости компания будет подавать иски за любую публикацию клеветнических, по мнению адвокатов, обвинений Онищенко.

— Очередной fuck-upp БПП. Если юристы представляют интересы правительства, то где тендер на эти услуги? А также его условия? — вопрошает журналист Александр Дубинский. — Если адвокатам платит руководство БПП, то кто именно? Кононенко? Александр Грановский? Но тогда каким образом они представляют интересы Украины и какое отношение имеют к правительству? И самое главное. Если публикации и заявления Александр Онищенко не правдивы — то выиграйте суд у него, а не угрожайте прессе. Не уничтожайте свою репутацию в глазах зарубежных журналистов окончательно.

Подписчики Дубинского тоже недоумеваю, почему репутацию Первого отбеливают за их счет?

«Думайте о себе и вашей семье»

Между тем, письма с угрозами пришли и в украинские редакции. Правда, без подписи.

Письмо выложил на своей страничке в Facebook редактор РБК-Украина Валерий Калныш. И судя по комментариям под его постом, РБК — не единственная редакция, куда пришли такие угрозы. «О, у нас теж таке в пошті було», — пишет Ivanna Kostina из «Европейской правды».

Комментаторы разошлись во мнениях, как воспринимать подобное письмо.

Многие советуют Калнышу подавать в суд. И пишут, что «давно не видели такого коленкора».

Другие подозревают, как руку Минстеця, так и руку Кремля.

— Как неожиданно, Грицак и Стець с утюгом и паяльником 🙂 — иронизирует Юрий Кравцов.

— Тут может быть только два варианта, а именно:
а) от президентской Ко, поскольку они дали чётко понять, что они в теме;
б) от «вірних друзів» Петра Алексеевича, которые воспользовались первым вариантом. Касательно первого варианта, то, я немного сомневаюсь, но всё же, — пишет Elena Bronitskaya.

— Что это так паленым потянуло? А это москали палятся, — предполагает, откуда ноги растут Сергей Кузнецов.

— Це доволі банальна технологія — підсилити до абсурду і, тим самим, дискредитувати попередній меседж на цю тему (лист адвокатів по Оніщенку), — уверен Дмитро Сіманський.

Напомним, в последнее время об украинской власти все чаще пишут иностранные СМИ, и все чаще — в негативном ключе. Так, британская The Independent недавно рассказала своим читателям о коррупционном скандале Онищенко-Порошенко. BBC сообщило о шокирующих масштабах коррупции в оборонной сфере Украины. А Европейский суд аудиторов признал Украину самой коррумпированной страной Европы.

И только о том, когда нам дадут безвизовый режим, никто из иностранных изданий не пишет. В свою очередь, Петр Алексеевич уже третий год обещает, что это случится совсем скоро.

СтранаАнастасия Рафал

Иностранным редакциям угрожают судебными исками, а украинским журналистам советуют «думать о себе и о семье»

— Честно говоря, в американских политических и околополитических кругах едва ли найдешь 10 человек, которые слышали о пленках Онищенко, — рассказывал автору в среду Леонид Аврашов, республиканец, принимавший участие в избирательной кампании Дональда Трампа, и близко знакомый с его окружением.

Очевидно, Петр Алексеевич решил восполнить этот досадный пробел. Адвокаты Порошенко разослали письма в ряд иностранных редакций, угрожая журналистам судебными исками в случае, если они опубликуют пленки Онищенко. Об этом 9 декабря написал в своем Twitter британский журналист Максим Такер (фрилансер изданий The Times, Politico Europe и ВВС).

И немного позже добавил, что он, увы, — не единственный иностранный журналист, получивший письмо счастья.

Блогеры в соцсетях встретили эту новость с иронией.

— А то що? Порошенко нападе? — поинтересовалась Nadij Cosev.

— Британія під загрозою? — вторит ей Владимир Чугуй.

— А кто-то говорил, что он умнее Януковоща, — констатировал Vladislav Kondus.

Сторонникам Петра Алексеевича пришлось яростно отбиваться.

— Не публикуйте х..ю.

— Это фейк.

— Эту новость разгоняют прокремлевские СМИ, — писали поклонники ПАПа в соцсетях.

Однако вскоре все споры вокруг подлинности письма сняла сама Администрация президента, указав на некую компанию Atkins Thomson, которая «защищает интересы Украины».

«Это дело давно вышло за пределы личной кампании против Петра Порошенко и стало элементом информационной войны России против Украины. В этих условиях Atkins Thomson, одна из известнейших в сфере медиа-права юридических компаний, защищает интересы Украины», – добавили в АП.

При этом сама Atkins Thomson подтвердила, что рассылает подобные письма-предупреждения.

«Не уничтожайте репутацию окончательно»

В самой компании также подтвердили, что писали письмо в адрес The Times и других зарубежных изданий.

Адвокаты заявили, что представляют «Блок Петра Порошенко», его руководство и украинское правительство. Они добавили, что получили задание предпринимать все необходимые меры, чтобы не допустить публикации этих обвинений, которые они считают не правдивыми.

В письме также речь идет о том, что при необходимости компания будет подавать иски за любую публикацию клеветнических, по мнению адвокатов, обвинений Онищенко.

— Очередной fuck-upp БПП. Если юристы представляют интересы правительства, то где тендер на эти услуги? А также его условия? — вопрошает журналист Александр Дубинский. — Если адвокатам платит руководство БПП, то кто именно? Кононенко? Александр Грановский? Но тогда каким образом они представляют интересы Украины и какое отношение имеют к правительству? И самое главное. Если публикации и заявления Александр Онищенко не правдивы — то выиграйте суд у него, а не угрожайте прессе. Не уничтожайте свою репутацию в глазах зарубежных журналистов окончательно.

Подписчики Дубинского тоже недоумеваю, почему репутацию Первого отбеливают за их счет?

«Думайте о себе и вашей семье»

Между тем, письма с угрозами пришли и в украинские редакции. Правда, без подписи.

Письмо выложил на своей страничке в Facebook редактор РБК-Украина Валерий Калныш. И судя по комментариям под его постом, РБК — не единственная редакция, куда пришли такие угрозы. «О, у нас теж таке в пошті було», — пишет Ivanna Kostina из «Европейской правды».

Комментаторы разошлись во мнениях, как воспринимать подобное письмо.

Многие советуют Калнышу подавать в суд. И пишут, что «давно не видели такого коленкора».

Другие подозревают, как руку Минстеця, так и руку Кремля.

— Как неожиданно, Грицак и Стець с утюгом и паяльником 🙂 — иронизирует Юрий Кравцов.

— Тут может быть только два варианта, а именно:
а) от президентской Ко, поскольку они дали чётко понять, что они в теме;
б) от «вірних друзів» Петра Алексеевича, которые воспользовались первым вариантом. Касательно первого варианта, то, я немного сомневаюсь, но всё же, — пишет Elena Bronitskaya.

— Что это так паленым потянуло? А это москали палятся, — предполагает, откуда ноги растут Сергей Кузнецов.

— Це доволі банальна технологія — підсилити до абсурду і, тим самим, дискредитувати попередній меседж на цю тему (лист адвокатів по Оніщенку), — уверен Дмитро Сіманський.

Напомним, в последнее время об украинской власти все чаще пишут иностранные СМИ, и все чаще — в негативном ключе. Так, британская The Independent недавно рассказала своим читателям о коррупционном скандале Онищенко-Порошенко. BBC сообщило о шокирующих масштабах коррупции в оборонной сфере Украины. А Европейский суд аудиторов признал Украину самой коррумпированной страной Европы.

И только о том, когда нам дадут безвизовый режим, никто из иностранных изданий не пишет. В свою очередь, Петр Алексеевич уже третий год обещает, что это случится совсем скоро.

Страна

Британский журналист о громких интервью Яценюка и Саакашвили и цели войны на ДонбассеБританский журналист о громких интервью Яценюка и Саакашвили и цели войны на Донбассе

Артем Дехтяренко.

Корреспондент изданий The Times и Politico Europe, экс-координатор кампаний Amnesty International в Украине МАКСИМ ТАКЕР за последнее время сделал несколько резонансных интервью с украинскими политиками, некоторые из которых те даже пытались частично «откорректировать» после выхода. В разговоре с «Апострофом» британский журналист рассказал, почему Арсений Яценюк отказался от своих слов об отставке министра образования Сергея Квита, как возник спор о намерении Михаила Саакашвили стать премьером, а также по каким причинам Давид Сакварелидзе не захотел обвинять главу правительства в коррупции. Кроме того, специализирующийся на республиках бывшего СССР Такер пояснил причины аннексии Крыма и войны на Донбассе.

— В последнее время вы сделали несколько резонансных интервью с высокопоставленными украинскими политиками и чиновниками. После публикации материалов Яценюк, Саакашвили и Сакварелидзе, высказывания которых были опубликованы, отказывались от части своих слов. Почему, по-вашему, они это сделали, зная, что были неправы?

— В каждом из этих случаев есть свои причины. Но в целом политики в этой части мира привыкли обвинять журналистов в совершении какой-то ошибки. Зачастую это происходит, когда они сказали больше, чем изначально намеревались, или же сообщили о том, что впоследствии оказалось непопулярным. С другой стороны, я считаю, что украинские СМИ приложили недостаточно усилий для того, чтобы узнать правду перед публикацией статей о каждом из этих интервью. Они ввели свою аудиторию в заблуждение. Сначала они просто перевели части моего материала и сделали об этом новость. Потом они взяли комментарии политиков к этой новости и сделали еще одну новость. По моей реакции на все это вышел третий материал. Никто из журналистов не связался со мной — хотя я записываю каждое свое интервью и был бы рад поделиться этой записью с каждым, кто попросил бы меня об этом. Я предполагаю, что многие журналисты даже не спросили у соответствующих политиков или представителей их пресс-служб, насколько правильными были цитаты в моем материале. Они написали, что каждый из политиков «отрицает» эту информацию. При этом они даже не проверили, в отношении какой части материала идут споры.

— Можете рассказать о каждом из случаев подробнее? Начнем с премьер-министра Арсения Яценюка (в начале ноября издание Politico опубликовало интервью Такера с Яценюком, в котором последний анонсировал ряд отставок в Кабмине. Среди прочих, речь шла о министре образования Сергее Квите. Впоследствии глава правительства опроверг эту информацию, заявив, что его неправильно поняли: услышали слово «образование» вместо «экология». Однако потом Такер выложил в сеть аудиозапись интервью, которая подтвердила правоту журналиста — Яценюк говорил о Минобразования).

— В случае с Яценюком я опубликовал в интернете часть сделанной мною аудиозаписи. Я поступил так потому, что это было нечестно, когда он заявил, что я неправильно понял его слова о том, что уволят министра не образования (англ. education, — “Апостроф”), а экологии (англ. ecology, — “Апостроф”). Яценюк просто понял, что его предложение об увольнении одного из «президентских министров» оказалось непопулярным, и решил выкрутиться таким образом.

— А что было с Михаилом Саакашвили (глава Одесской ОГА после интервью Такеру опроверг появившуюся в брюссельском издании Politico информацию о том, что он якобы готов сменить Арсения Яценюка на посту премьера)?

— Если бы СМИ более внимательно прочитали и перевели то, что я написал, а также пост Саакашвили в Facebook, они бы поняли, что мы оба могли быть правы. Чтобы избежать спекуляций или неправильного перевода, он уточнил, что не заявлял мне о своем ЖЕЛАНИИ стать премьер-министром. Но он сказал мне, что он СМОЖЕТ справиться с этими обязанностями, когда я поставил ему соответствующий вопрос. Мне кажется, что никто не связался с его пресс-службой, чтобы выяснить, правдива ли цитата: «Я хотел бы принять участие в больших переменах и реформах. Я могу это сделать в любом качестве». Но все начали опровергать мой материал, заявляя, что Саакашвили такого не говорил. Журналисты, которые освещали это, могли заметить, что я написал следующее: «Он подчеркнул, что не «стремится» к премьерству, а также что он не будет присоединяться к каким-либо политическим партиям, покуда они будут иметь связи с отечественными бизнесменами-миллиардерами: «Это не та работа, о которой я мечтаю».

— А последняя история с Давидом Сакварелидзе (в интервью Максима Такера, опубликованном в британском издании The Times, заместитель генерального прокурора — прокурор Одесской области Давид Сакварелидзе сообщил, что в результате обыска была обнаружена причастность премьер-министра Арсения Яценюка к коррупционным схемам с Одесским припортовым заводом)?

— Сакварелидзе был недоволен, что мои редактора в заголовке к статье использовали слово «обвинил». Потому что для него как представителя прокуратуры этот термин имеет специфическое значение. Если бы он действительно обвинил Яценюка, это значило бы, что он обошел юридическую процедуру. Вот о чем был его пост в Facebook. Там не говорилось о содержании материала. По моему мнению, ему следовало бы просто выйти со мной на контакт, а не писать сбивающий с толку пост. Когда мы с ним поговорили, издание The Times изменило заголовок, а он позже изменил свой пост. Но в это время СМИ все больше раздували историю. Высококачественная журналистика не должна основываться на постах в Facebook. Я полагаю, что журналисты не спрашивали у него, правильные ли были цитаты в материале. Он бы сказал им, что они правдивы. Генеральная прокуратура действительно расследует роль премьер-министра в коррупционных схемах на Одесском припортовом заводе. Просто пока она ни в чем не обвинила господина Яценюка. В любом случае, я надеюсь, что наши коллеги-журналисты будут следовать примеру, который сейчас показывает «Апостроф» — нужно докапываться до правды. Хотя это должно было произойти еще во время возникновения первой истории.

— Вы согласовывали тексты интервью перед их публикацией с Яценюком, Сакварелидзе и Саакашвили?

— Конечно же, нет. Мне не нужно было этого делать, поскольку я сделал аудиозапись их слов. Работа журналиста заключается не в том, чтобы рассказать миру то, что хотят сообщить политики, а в том, чтобы ставить сложные вопросы, которые позволят узнать их истинный порядок дня и поделиться этой информацией. Зачастую, когда вы задаете сложный вопрос или добиваетесь настоящего ответа, политик вынужден сказать больше, чем он хочет. Они должны нести ответственность перед журналистами, а не журналисты перед ними.

— Несут ли, в таком случае, украинские политики ответственность за свои слова? Можно ли им доверять (помимо ваших интервью мы помним обещания руководства Украины, например, о предоставлении нам безвизового режима еще в мае 2015 года)?

— По моему мнению, во всем мире не так много политиков, которым можно доверять. В Великобритании есть шутка, что во время проведения интервью мы всегда должны думать: «Почему этот негодяй мне врет»? Такой стиль сбивает с толку многих политиков в этом регионе, не только в Украине. Я помню, как мне удалось расстроить нынешнего президента Грузии Георгия Маргвелашвили в первый же день его пребывания на посту. Тогда он был вовсе не готов к конфронтации. Но если не проявлять сильного стремления к правде, то ее не получить.

— Вы работаете фрилансером для многих западных изданий. Насколько в западных СМИ востребована тема Украины?

— Для них тема Украины все еще довольно актуальна. В основном это обусловлено тем, что именно Украина определяет развитие отношений между Западом и Россией. Конечно же, особый интерес возникает, когда идет нагнетание конфликта. Разные СМИ интересуются разными вещами в Украине — например, The Times и их британской аудитории интересно узнать о событиях в Украине, которые имеют влияние на геополитику или международный бизнес. Тем временем, брюссельская аудитория Politico Europe более заинтересована в информации о внутриукраинских событиях. Это обусловлено тем, что Евросоюз вложил в Украину много денег, пытаясь поспособствовать ее развитию.

— Мои знакомые журналисты из США говорят, что им очень нравится работать в Киеве, потому что жизнь в Украине насыщена громкими событиями. Согласны ли вы с этим? Вам нравится работать в Украине?

— Да, нравится. Но Украина — не единственная страна, в которой интересно работать. На самом деле, Украина очень важна лично для меня. Впервые я приехал сюда в 2011 году, когда работал в правозащитной организации Amnesty International. Я сразу увидел, что у этой страны есть огромный потенциал, который растрачивается политической элитой. Мне захотелось помочь изменить это. Я помог в наборе команды Amnesty International в Украине, боролся против злоупотребления украинскими правоохранителями своими полномочиями, а также смотрел за тем, чтобы полиция (на тот момент милиция, — «Апостроф») обеспечила безопасность в ходе первого в Киеве гей-парада в 2013 году. Только после этого я стал журналистом. Как и многие мои друзья, которые провели недели на акциях протеста Майдана, я хочу, чтобы Украина осознала свой потенциал, стала страной, где у всех одинаковые права, царит буква закона. Пока что этого достичь не удалось. Развитие Украины стимулирует меня как корреспондента. Ранее я хотел писать о том, что Россия делает, чтобы остановить развитие Украины, а теперь я хочу раскрывать политиков, которые больше заботятся о том, как разбогатеть, чем о том, как выполнить свой долг перед теми, кто погиб на Майдане и все еще гибнет на востоке (на Донбассе, — «Апостроф»).

— Существуют разные мнения о причинах российского военного вторжения в Украину. Что по этому поводу думаете вы? Почему, по-вашему, президент РФ Владимир Путин пошел на такие шаги?

— Путин считал, что если в Киеве сформируется прозападное правительство, в один день он потеряет российские военные базы в Крыму. Он действовал, чтобы не допустить этого. Потом он осуществил военное вторжение на восток Украины, чтобы усилить свою позицию на переговорах. Сейчас мир не говорит о том, как заставить Россию вернуть Крым, все сконцентрированы на том, как остановить войну на Донбассе. Кроме того, Путин хочет сохранить при власти в Украине олигархов, потому что с ними он и его окружение могут вести дела. У всех у них общая цель — стать неприлично богатыми. Путин надеется, что его действия по дестабилизации Украины не позволят стране стать по-настоящему демократичной. Потому что когда это случится, потенциальные богатства Украины придется делить на всех граждан страны, а значит — меньше денег достанется олигархам в обоих государствах. Более того, когда россияне увидят демократическую Украину, они сами могут захотеть стать такими. Поэтому война отвлекает украинцев от стараний по отстаиванию демократии, она дала местному правительству оправдание, почему в стране не проходят реформы или проходят очень медленно. В это же время люди при власти используют старые и коррумпированные системы, чтобы набивать себе карманы.

— Как вы думаете, каким образом сейчас будут развиваться события на Донбассе? Что будет с так называемыми ДНР и ЛНР?

— Ни одно из этих формирований не является жизнеспособным в качестве независимого государства. При этом их аннексия будет значить для Москвы еще больше санкций и еще больше проблем. Я считаю, что нынешняя ситуация продлится еще в течение многих лет — так называемые ДНР и ЛНР будут существовать при российской поддержке. Конфликт не удастся урегулировать, но он не перерастет в крупномасштабную войну.

— Есть ли вероятность, что Владимир Путин пойдет на какие-либо уступки по Украине?

— Путин пойдет на дальнейшие уступки, только если Европейский союз займет более жесткую позицию по санкциям. А это выглядит все менее вероятным ввиду других вызовов международной безопасности, с которыми сейчас разбираются мировые лидеры.

— Сейчас все больший резонанс приобретает вопрос выплаты Украиной так называемого «кредита Януковича» (долга в $3 млрд перед РФ). Сам бывший президент Украины выступил по этому поводу и, среди прочего, заявил о готовности вернуться в политику. Каким образом Кремль может использовать Виктора Януковича в дальнейшем?

— Я думаю, что никак. В Украине у Януковича будущего нет. Я думаю, что такого же мнения придерживается Кремль. Даже Донбасс его не хочет.

— Вы сейчас находитесь в Эстонии. Существует ли в прибалтийских государствах прошлогодний страх, что Россия может напасть на них?

— Я думаю, что люди переживали по этому поводу, когда война в Украине была на пике. Сейчас эти опасения приутихли. Тем не менее, они об этом все еще думают и говорят.

— В одном из своих материалов вы написали, что Украина может использовать российско-турецкий конфликт себе на пользу: для того, чтобы вернуть Крым. Насколько реален такой сценарий, каким способом и при каких обстоятельствах Киев действительно сможет вернуть полуостров?

— Я написал, что Украина хочет использовать российско-турецкий конфликт себе на пользу. Высокопоставленные источники в украинском правительстве сообщили мне, что они хотят сделать Крым слишком дорогим для России. Но я считаю, что Путин скорее позволит РФ стать банкротом, чем отдаст Крым после всего случившегося.

— Вы много общаетесь с западными политиками. Что они говорят о товарной и энергетической блокаде Крыма? Поддерживают ли эту идею на Западе? Если нет, то может ли Запад принять против Украины какие-то меры, чтобы не допустить прекращения поставок электроэнергии на полуостров?

— Некоторое дипломатическое давление в отношении Украины уже применяется. Многие европейские лидеры не любят, когда страдает гражданское население. При этом ЕС имеет много рычагов давления на Украину в связи с огромным объемом помощи, которую можно отменить или ограничить. Вместе с тем, реальных оснований для карательных мер в отношении Украины нет. Сейчас обязанности по поставкам электроэнергии в Крым лежат на оккупационных властях, а именно — на России.Артем Дехтяренко.

Корреспондент изданий The Times и Politico Europe, экс-координатор кампаний Amnesty International в Украине МАКСИМ ТАКЕР за последнее время сделал несколько резонансных интервью с украинскими политиками, некоторые из которых те даже пытались частично «откорректировать» после выхода. В разговоре с «Апострофом» британский журналист рассказал, почему Арсений Яценюк отказался от своих слов об отставке министра образования Сергея Квита, как возник спор о намерении Михаила Саакашвили стать премьером, а также по каким причинам Давид Сакварелидзе не захотел обвинять главу правительства в коррупции. Кроме того, специализирующийся на республиках бывшего СССР Такер пояснил причины аннексии Крыма и войны на Донбассе.

— В последнее время вы сделали несколько резонансных интервью с высокопоставленными украинскими политиками и чиновниками. После публикации материалов Яценюк, Саакашвили и Сакварелидзе, высказывания которых были опубликованы, отказывались от части своих слов. Почему, по-вашему, они это сделали, зная, что были неправы?

— В каждом из этих случаев есть свои причины. Но в целом политики в этой части мира привыкли обвинять журналистов в совершении какой-то ошибки. Зачастую это происходит, когда они сказали больше, чем изначально намеревались, или же сообщили о том, что впоследствии оказалось непопулярным. С другой стороны, я считаю, что украинские СМИ приложили недостаточно усилий для того, чтобы узнать правду перед публикацией статей о каждом из этих интервью. Они ввели свою аудиторию в заблуждение. Сначала они просто перевели части моего материала и сделали об этом новость. Потом они взяли комментарии политиков к этой новости и сделали еще одну новость. По моей реакции на все это вышел третий материал. Никто из журналистов не связался со мной — хотя я записываю каждое свое интервью и был бы рад поделиться этой записью с каждым, кто попросил бы меня об этом. Я предполагаю, что многие журналисты даже не спросили у соответствующих политиков или представителей их пресс-служб, насколько правильными были цитаты в моем материале. Они написали, что каждый из политиков «отрицает» эту информацию. При этом они даже не проверили, в отношении какой части материала идут споры.

— Можете рассказать о каждом из случаев подробнее? Начнем с премьер-министра Арсения Яценюка (в начале ноября издание Politico опубликовало интервью Такера с Яценюком, в котором последний анонсировал ряд отставок в Кабмине. Среди прочих, речь шла о министре образования Сергее Квите. Впоследствии глава правительства опроверг эту информацию, заявив, что его неправильно поняли: услышали слово «образование» вместо «экология». Однако потом Такер выложил в сеть аудиозапись интервью, которая подтвердила правоту журналиста — Яценюк говорил о Минобразования).

— В случае с Яценюком я опубликовал в интернете часть сделанной мною аудиозаписи. Я поступил так потому, что это было нечестно, когда он заявил, что я неправильно понял его слова о том, что уволят министра не образования (англ. education, — “Апостроф”), а экологии (англ. ecology, — “Апостроф”). Яценюк просто понял, что его предложение об увольнении одного из «президентских министров» оказалось непопулярным, и решил выкрутиться таким образом.

— А что было с Михаилом Саакашвили (глава Одесской ОГА после интервью Такеру опроверг появившуюся в брюссельском издании Politico информацию о том, что он якобы готов сменить Арсения Яценюка на посту премьера)?

— Если бы СМИ более внимательно прочитали и перевели то, что я написал, а также пост Саакашвили в Facebook, они бы поняли, что мы оба могли быть правы. Чтобы избежать спекуляций или неправильного перевода, он уточнил, что не заявлял мне о своем ЖЕЛАНИИ стать премьер-министром. Но он сказал мне, что он СМОЖЕТ справиться с этими обязанностями, когда я поставил ему соответствующий вопрос. Мне кажется, что никто не связался с его пресс-службой, чтобы выяснить, правдива ли цитата: «Я хотел бы принять участие в больших переменах и реформах. Я могу это сделать в любом качестве». Но все начали опровергать мой материал, заявляя, что Саакашвили такого не говорил. Журналисты, которые освещали это, могли заметить, что я написал следующее: «Он подчеркнул, что не «стремится» к премьерству, а также что он не будет присоединяться к каким-либо политическим партиям, покуда они будут иметь связи с отечественными бизнесменами-миллиардерами: «Это не та работа, о которой я мечтаю».

— А последняя история с Давидом Сакварелидзе (в интервью Максима Такера, опубликованном в британском издании The Times, заместитель генерального прокурора — прокурор Одесской области Давид Сакварелидзе сообщил, что в результате обыска была обнаружена причастность премьер-министра Арсения Яценюка к коррупционным схемам с Одесским припортовым заводом)?

— Сакварелидзе был недоволен, что мои редактора в заголовке к статье использовали слово «обвинил». Потому что для него как представителя прокуратуры этот термин имеет специфическое значение. Если бы он действительно обвинил Яценюка, это значило бы, что он обошел юридическую процедуру. Вот о чем был его пост в Facebook. Там не говорилось о содержании материала. По моему мнению, ему следовало бы просто выйти со мной на контакт, а не писать сбивающий с толку пост. Когда мы с ним поговорили, издание The Times изменило заголовок, а он позже изменил свой пост. Но в это время СМИ все больше раздували историю. Высококачественная журналистика не должна основываться на постах в Facebook. Я полагаю, что журналисты не спрашивали у него, правильные ли были цитаты в материале. Он бы сказал им, что они правдивы. Генеральная прокуратура действительно расследует роль премьер-министра в коррупционных схемах на Одесском припортовом заводе. Просто пока она ни в чем не обвинила господина Яценюка. В любом случае, я надеюсь, что наши коллеги-журналисты будут следовать примеру, который сейчас показывает «Апостроф» — нужно докапываться до правды. Хотя это должно было произойти еще во время возникновения первой истории.

— Вы согласовывали тексты интервью перед их публикацией с Яценюком, Сакварелидзе и Саакашвили?

— Конечно же, нет. Мне не нужно было этого делать, поскольку я сделал аудиозапись их слов. Работа журналиста заключается не в том, чтобы рассказать миру то, что хотят сообщить политики, а в том, чтобы ставить сложные вопросы, которые позволят узнать их истинный порядок дня и поделиться этой информацией. Зачастую, когда вы задаете сложный вопрос или добиваетесь настоящего ответа, политик вынужден сказать больше, чем он хочет. Они должны нести ответственность перед журналистами, а не журналисты перед ними.

— Несут ли, в таком случае, украинские политики ответственность за свои слова? Можно ли им доверять (помимо ваших интервью мы помним обещания руководства Украины, например, о предоставлении нам безвизового режима еще в мае 2015 года)?

— По моему мнению, во всем мире не так много политиков, которым можно доверять. В Великобритании есть шутка, что во время проведения интервью мы всегда должны думать: «Почему этот негодяй мне врет»? Такой стиль сбивает с толку многих политиков в этом регионе, не только в Украине. Я помню, как мне удалось расстроить нынешнего президента Грузии Георгия Маргвелашвили в первый же день его пребывания на посту. Тогда он был вовсе не готов к конфронтации. Но если не проявлять сильного стремления к правде, то ее не получить.

— Вы работаете фрилансером для многих западных изданий. Насколько в западных СМИ востребована тема Украины?

— Для них тема Украины все еще довольно актуальна. В основном это обусловлено тем, что именно Украина определяет развитие отношений между Западом и Россией. Конечно же, особый интерес возникает, когда идет нагнетание конфликта. Разные СМИ интересуются разными вещами в Украине — например, The Times и их британской аудитории интересно узнать о событиях в Украине, которые имеют влияние на геополитику или международный бизнес. Тем временем, брюссельская аудитория Politico Europe более заинтересована в информации о внутриукраинских событиях. Это обусловлено тем, что Евросоюз вложил в Украину много денег, пытаясь поспособствовать ее развитию.

— Мои знакомые журналисты из США говорят, что им очень нравится работать в Киеве, потому что жизнь в Украине насыщена громкими событиями. Согласны ли вы с этим? Вам нравится работать в Украине?

— Да, нравится. Но Украина — не единственная страна, в которой интересно работать. На самом деле, Украина очень важна лично для меня. Впервые я приехал сюда в 2011 году, когда работал в правозащитной организации Amnesty International. Я сразу увидел, что у этой страны есть огромный потенциал, который растрачивается политической элитой. Мне захотелось помочь изменить это. Я помог в наборе команды Amnesty International в Украине, боролся против злоупотребления украинскими правоохранителями своими полномочиями, а также смотрел за тем, чтобы полиция (на тот момент милиция, — «Апостроф») обеспечила безопасность в ходе первого в Киеве гей-парада в 2013 году. Только после этого я стал журналистом. Как и многие мои друзья, которые провели недели на акциях протеста Майдана, я хочу, чтобы Украина осознала свой потенциал, стала страной, где у всех одинаковые права, царит буква закона. Пока что этого достичь не удалось. Развитие Украины стимулирует меня как корреспондента. Ранее я хотел писать о том, что Россия делает, чтобы остановить развитие Украины, а теперь я хочу раскрывать политиков, которые больше заботятся о том, как разбогатеть, чем о том, как выполнить свой долг перед теми, кто погиб на Майдане и все еще гибнет на востоке (на Донбассе, — «Апостроф»).

— Существуют разные мнения о причинах российского военного вторжения в Украину. Что по этому поводу думаете вы? Почему, по-вашему, президент РФ Владимир Путин пошел на такие шаги?

— Путин считал, что если в Киеве сформируется прозападное правительство, в один день он потеряет российские военные базы в Крыму. Он действовал, чтобы не допустить этого. Потом он осуществил военное вторжение на восток Украины, чтобы усилить свою позицию на переговорах. Сейчас мир не говорит о том, как заставить Россию вернуть Крым, все сконцентрированы на том, как остановить войну на Донбассе. Кроме того, Путин хочет сохранить при власти в Украине олигархов, потому что с ними он и его окружение могут вести дела. У всех у них общая цель — стать неприлично богатыми. Путин надеется, что его действия по дестабилизации Украины не позволят стране стать по-настоящему демократичной. Потому что когда это случится, потенциальные богатства Украины придется делить на всех граждан страны, а значит — меньше денег достанется олигархам в обоих государствах. Более того, когда россияне увидят демократическую Украину, они сами могут захотеть стать такими. Поэтому война отвлекает украинцев от стараний по отстаиванию демократии, она дала местному правительству оправдание, почему в стране не проходят реформы или проходят очень медленно. В это же время люди при власти используют старые и коррумпированные системы, чтобы набивать себе карманы.

— Как вы думаете, каким образом сейчас будут развиваться события на Донбассе? Что будет с так называемыми ДНР и ЛНР?

— Ни одно из этих формирований не является жизнеспособным в качестве независимого государства. При этом их аннексия будет значить для Москвы еще больше санкций и еще больше проблем. Я считаю, что нынешняя ситуация продлится еще в течение многих лет — так называемые ДНР и ЛНР будут существовать при российской поддержке. Конфликт не удастся урегулировать, но он не перерастет в крупномасштабную войну.

— Есть ли вероятность, что Владимир Путин пойдет на какие-либо уступки по Украине?

— Путин пойдет на дальнейшие уступки, только если Европейский союз займет более жесткую позицию по санкциям. А это выглядит все менее вероятным ввиду других вызовов международной безопасности, с которыми сейчас разбираются мировые лидеры.

— Сейчас все больший резонанс приобретает вопрос выплаты Украиной так называемого «кредита Януковича» (долга в $3 млрд перед РФ). Сам бывший президент Украины выступил по этому поводу и, среди прочего, заявил о готовности вернуться в политику. Каким образом Кремль может использовать Виктора Януковича в дальнейшем?

— Я думаю, что никак. В Украине у Януковича будущего нет. Я думаю, что такого же мнения придерживается Кремль. Даже Донбасс его не хочет.

— Вы сейчас находитесь в Эстонии. Существует ли в прибалтийских государствах прошлогодний страх, что Россия может напасть на них?

— Я думаю, что люди переживали по этому поводу, когда война в Украине была на пике. Сейчас эти опасения приутихли. Тем не менее, они об этом все еще думают и говорят.

— В одном из своих материалов вы написали, что Украина может использовать российско-турецкий конфликт себе на пользу: для того, чтобы вернуть Крым. Насколько реален такой сценарий, каким способом и при каких обстоятельствах Киев действительно сможет вернуть полуостров?

— Я написал, что Украина хочет использовать российско-турецкий конфликт себе на пользу. Высокопоставленные источники в украинском правительстве сообщили мне, что они хотят сделать Крым слишком дорогим для России. Но я считаю, что Путин скорее позволит РФ стать банкротом, чем отдаст Крым после всего случившегося.

— Вы много общаетесь с западными политиками. Что они говорят о товарной и энергетической блокаде Крыма? Поддерживают ли эту идею на Западе? Если нет, то может ли Запад принять против Украины какие-то меры, чтобы не допустить прекращения поставок электроэнергии на полуостров?

— Некоторое дипломатическое давление в отношении Украины уже применяется. Многие европейские лидеры не любят, когда страдает гражданское население. При этом ЕС имеет много рычагов давления на Украину в связи с огромным объемом помощи, которую можно отменить или ограничить. Вместе с тем, реальных оснований для карательных мер в отношении Украины нет. Сейчас обязанности по поставкам электроэнергии в Крым лежат на оккупационных властях, а именно — на России.

Тайна богатейшего человека Украины и серия неправдоподобных самоубийствТайна богатейшего человека Украины и серия неправдоподобных самоубийств

Максим Такер | Newsweek.
Украинские олигархи «бьются за сохранение или расширение своего влияния при новом порядке, а их помощников находят мертвыми», пишет Newsweek о подозрительных смертях нескольких людей, которые были связаны с «Партией регионов» и олигархом Ринатом Ахметовым.

Как отмечает автор статьи Максим Такер, «война Украины с действующими при поддержке России сепаратистами — не единственный конфликт в этой стране… Реформисты… с боем пытаются освободить коррумпированные госучреждения из удушающих объятий нескольких чрезвычайно богатых бизнесменов». В марте битва реформистов с олигархами, идущая «в основном за закрытыми дверями», выплеснулась в публичное пространство: бывший губернатор Днепропетровской области, миллиардер Игорь Коломойский организовал захват офисов двух государственных энергетических компаний в Киеве, напоминает журналист.

«За последние три месяца по меньшей мере восемь чиновников, получивших назначения от режима Януковича, (…) умерли при загадочных обстоятельствах, — пишет Newsweek. — И украинские правоохранительные органы не хотят говорить об этих людях». В статье подчеркивается, что все восемь человек были связаны с «Партией регионов».

Один из них — старший прокурор Малиновского района Одессы Сергей Мельничук — в марте «был сброшен» с балкона на девятом этаже жилого дома. «22 марта, когда было обнаружено тело Мельничука, полиция поначалу заявила местным журналистам, что мужчина покончил с собой. Однако вскоре выяснилось, что встревоженные соседи поздно вечером слышали звуки борьбы и вызвали полицию. Патологоанатомы обнаружили, что погибшего перед падением сильно избили. В тот же день одесская прокуратура квалифицировала «суицид» Мельничука как убийство и арестовала бывшего сотрудника полиции, которого называют лишь «гражданином К.».

Newsweek направил в Генеральную прокуратуру Украины запрос о ходе расследования семи других подобных случаев. В ведомстве заявили, что информация по этим делам является «государственной тайной — поразительное утверждение, если учесть, что речь идет о ряде вроде бы не связанных между собой случаев гибели гражданских лиц, которые они сами (служащие Генеральной прокуратуры. — Прим. ред.) в разговоре с журналистами объявили самоубийствами. После вмешательства президентской администрации Генеральная прокуратура сообщила, что по четырем из семи смертей заведено дело об убийстве, а еще по двум случаям статья пока не выбрана. Оставшиеся два дела были закрыты в связи с отсутствием признаков преступления. Больше никакой информации нам не предоставили», сообщает Такер.

По его словам, «главную роль в этой детективной истории» играет богатейший человек Украины Ринат Ахметов. Как говорит журналист Hromadske TV Дмитрий Гнап, «Ахметов был серым кардиналом «Партии регионов». Официальным лидером был Янукович, но именно Ахметов контролировал все финансирование, все политические действия партии». Эти действия стали поводом для возбуждения многочисленных уголовных дел, «но поскольку некоторые из тех, кто больше всего знал о деятельности Ахметова, теперь мертвы, убедить остальных дать показания в суде, возможно, не удастся никогда», говорится в материале.

Автор рассказывает о некоторых из этих убийств. 9 марта от огнестрельного ранения у себя дома скончался бывший депутат от «Партии регионов» Сергей Мельник. При нем нашли предсмертную записку. Мельник был учредителем охранной организации, которая «присматривала за активами созданной Ахметовым управляющей компании Systems Capital Management». Как утверждает Гнап, «Мельник много знал об Ахметове, о том, как он получил в собственность государственное имущество».

Через три дня после смерти Мельника был найден мертвым еще один экс-парламентарий от «Партии регионов» и бывший губернатор Запорожской области Александр Пеклушенко, также «тесно связанный с интересами Ахметова в области бизнеса». В период с 26 января по 28 февраля 2015 года, незадолго до того, как скончались Мельник и Пеклушенко, не стало еще пятерых — Михаила Чечетова, Алексея Колесника, Николая Сергиенко, Сергея Вальтера и Александра Бордюга.

«Все они получали назначения от «Партии регионов», и все при новом правительстве оказались под следствием, — отмечает корреспондент. — Не имея доступа к уликам с места преступления, невозможно понять, что это было: то ли Ахметов заказал покушения на бывших союзников, то ли это сделал кто-то другой, или же девять (выше говорилось о восьми жертвах. — Прим. ред.) состоятельных людей просто не выдержали давления, связанного со статусом подследственного».

Последней версии придерживаются представители предыдущей администрации: «Я все-таки считаю, что это самоубийство. Не думаю, что эти экспертные мнения, что они слишком много знали, серьезны. Они [погибшие чиновники] просто были не слишком глубокими и осмотрительными людьми. Они были слабы и при жизни», — сказал в беседе с корреспондентом Newsweek высокопоставленный чиновник из администрации Януковича (его имя в статье не названо).

«Когда видишь, как главные прокуроры страны выходят из здания Генеральной прокуратуры в стильных костюмах и рассаживаются по блестящим «Порше», «БМВ» и «Лэндроверам», становится ясно, что зарплата государственного прокурора, которая в пересчете составляет 400 евро, не единственный источник их доходов… На кону стоят большие суммы денег, так что правду об этих смертях мы в ближайшем будущем, скорее всего, не узнаем», — заключает Такер.

Источник: NewsweekМаксим Такер | Newsweek.
Украинские олигархи «бьются за сохранение или расширение своего влияния при новом порядке, а их помощников находят мертвыми», пишет Newsweek о подозрительных смертях нескольких людей, которые были связаны с «Партией регионов» и олигархом Ринатом Ахметовым.

Как отмечает автор статьи Максим Такер, «война Украины с действующими при поддержке России сепаратистами — не единственный конфликт в этой стране… Реформисты… с боем пытаются освободить коррумпированные госучреждения из удушающих объятий нескольких чрезвычайно богатых бизнесменов». В марте битва реформистов с олигархами, идущая «в основном за закрытыми дверями», выплеснулась в публичное пространство: бывший губернатор Днепропетровской области, миллиардер Игорь Коломойский организовал захват офисов двух государственных энергетических компаний в Киеве, напоминает журналист.

«За последние три месяца по меньшей мере восемь чиновников, получивших назначения от режима Януковича, (…) умерли при загадочных обстоятельствах, — пишет Newsweek. — И украинские правоохранительные органы не хотят говорить об этих людях». В статье подчеркивается, что все восемь человек были связаны с «Партией регионов».

Один из них — старший прокурор Малиновского района Одессы Сергей Мельничук — в марте «был сброшен» с балкона на девятом этаже жилого дома. «22 марта, когда было обнаружено тело Мельничука, полиция поначалу заявила местным журналистам, что мужчина покончил с собой. Однако вскоре выяснилось, что встревоженные соседи поздно вечером слышали звуки борьбы и вызвали полицию. Патологоанатомы обнаружили, что погибшего перед падением сильно избили. В тот же день одесская прокуратура квалифицировала «суицид» Мельничука как убийство и арестовала бывшего сотрудника полиции, которого называют лишь «гражданином К.».

Newsweek направил в Генеральную прокуратуру Украины запрос о ходе расследования семи других подобных случаев. В ведомстве заявили, что информация по этим делам является «государственной тайной — поразительное утверждение, если учесть, что речь идет о ряде вроде бы не связанных между собой случаев гибели гражданских лиц, которые они сами (служащие Генеральной прокуратуры. — Прим. ред.) в разговоре с журналистами объявили самоубийствами. После вмешательства президентской администрации Генеральная прокуратура сообщила, что по четырем из семи смертей заведено дело об убийстве, а еще по двум случаям статья пока не выбрана. Оставшиеся два дела были закрыты в связи с отсутствием признаков преступления. Больше никакой информации нам не предоставили», сообщает Такер.

По его словам, «главную роль в этой детективной истории» играет богатейший человек Украины Ринат Ахметов. Как говорит журналист Hromadske TV Дмитрий Гнап, «Ахметов был серым кардиналом «Партии регионов». Официальным лидером был Янукович, но именно Ахметов контролировал все финансирование, все политические действия партии». Эти действия стали поводом для возбуждения многочисленных уголовных дел, «но поскольку некоторые из тех, кто больше всего знал о деятельности Ахметова, теперь мертвы, убедить остальных дать показания в суде, возможно, не удастся никогда», говорится в материале.

Автор рассказывает о некоторых из этих убийств. 9 марта от огнестрельного ранения у себя дома скончался бывший депутат от «Партии регионов» Сергей Мельник. При нем нашли предсмертную записку. Мельник был учредителем охранной организации, которая «присматривала за активами созданной Ахметовым управляющей компании Systems Capital Management». Как утверждает Гнап, «Мельник много знал об Ахметове, о том, как он получил в собственность государственное имущество».

Через три дня после смерти Мельника был найден мертвым еще один экс-парламентарий от «Партии регионов» и бывший губернатор Запорожской области Александр Пеклушенко, также «тесно связанный с интересами Ахметова в области бизнеса». В период с 26 января по 28 февраля 2015 года, незадолго до того, как скончались Мельник и Пеклушенко, не стало еще пятерых — Михаила Чечетова, Алексея Колесника, Николая Сергиенко, Сергея Вальтера и Александра Бордюга.

«Все они получали назначения от «Партии регионов», и все при новом правительстве оказались под следствием, — отмечает корреспондент. — Не имея доступа к уликам с места преступления, невозможно понять, что это было: то ли Ахметов заказал покушения на бывших союзников, то ли это сделал кто-то другой, или же девять (выше говорилось о восьми жертвах. — Прим. ред.) состоятельных людей просто не выдержали давления, связанного со статусом подследственного».

Последней версии придерживаются представители предыдущей администрации: «Я все-таки считаю, что это самоубийство. Не думаю, что эти экспертные мнения, что они слишком много знали, серьезны. Они [погибшие чиновники] просто были не слишком глубокими и осмотрительными людьми. Они были слабы и при жизни», — сказал в беседе с корреспондентом Newsweek высокопоставленный чиновник из администрации Януковича (его имя в статье не названо).

«Когда видишь, как главные прокуроры страны выходят из здания Генеральной прокуратуры в стильных костюмах и рассаживаются по блестящим «Порше», «БМВ» и «Лэндроверам», становится ясно, что зарплата государственного прокурора, которая в пересчете составляет 400 евро, не единственный источник их доходов… На кону стоят большие суммы денег, так что правду об этих смертях мы в ближайшем будущем, скорее всего, не узнаем», — заключает Такер.

Источник: Newsweek

Британская фирма обвиняет компанию Порошенко в запугиванииБританская фирма обвиняет компанию Порошенко в запугивании

Обзор прессы | Inopressa.
Корреспондент Newsweek Максим Такер продолжает следить за конфликтом компании «Рошен» с украино-британским архитектурным бюро Jones East8, которое надеется через суд добиться от кондитерской корпорации полной оплаты проекта одного из ее заводов. Директору Jones East8 поступил «загадочный телефонный звонок», после чего женщина «в слезах уволилась и уехала из страны».

Информация о том, что фирма Jones East8 намерена судиться с компанией «Рошен», владельцем которой является украинский президент Петр Порошенко, появилась в Newsweek 19 февраля. Суть спора, по данным журнала, такова: «Архитекторы говорят, что «Рошен» украл их проект молокоперерабатывающего завода в Виннице. В «Рошене» утверждают, что за первичные эскизы Хадсону заплатили, вследствие чего авторские права перешли к ним, а за рабочие чертежи решено было не платить, потому что в них было столько ошибок, что они были непригодны к использованию». Разрешить конфликт в досудебном порядке не удалось, поэтому теперь Jones East8 рассчитывает отсудить у «Рошена» 140 тыс. долларов и компенсацию судебных издержек.

На днях сюжет получил новое развитие. Как сообщается в публикации Newsweek от 5 марта, Хадсон обвинил «Рошен» в угрозах Ханне Никифоровой — до недавнего времени директору Jones East8.

«Мы получили электронное письмо от нашего директора, в котором говорилось, что она хочет подать в отставку из-за судебной тяжбы с «Рошеном» и что она не станет санкционировать судебное преследование, потому что боится», — цитирует Newsweek Хадсона. — Директор сказала, что ей позвонил некий «известный нам» человек и стал насмехаться над нами и нашими попытками дать бой «Рошену» и Порошенко. Директор явно была расстроена и плакала у себя в офисе. Это было в пятницу 27 февраля. «Для спасения своей репутации он пойдет на все», — говорила она. В связи с увольнением нашего директора мы начали процедуру передачи этих полномочий мне. Из-за этого подача судебного иска откладывается».

В публикациях Newsweek приводятся подробности конфликта. «По условиям контракта, говорят в компании, у них было право в одностороннем порядке расторгнуть договор» на том основании, что «работа была исполнена в ненадлежащем качестве и позже крайнего срока». Хадсон же утверждает, что его фирма «приложила массу усилий к тому, чтобы удовлетворить все претензии, о которых было заявлено». По его словам, уже тогда «появилось подозрение, что эти мелочи используются в качестве предлога, чтобы не платить».

К августу 2014 строительство завода в Виннице было завершено. Как утверждается в статье, это было воплощение проекта Хадсона, в котором изменили «несколько элементов». Как пишет Такер, в распоряжении Newsweek имеются копии актов приемки работ, из которых следует, «что «Рошен» принял работу архитекторов без всяких замечаний… Более того, по документам видно, что «Рошен» сорвал сроки предоставления информации архитектурной фирме, после чего был установлен и согласован новый дедлайн».

Кроме того, по словам Хадсона, в сентябре 2012 года президент «Рошена» олигарх Вячеслав Москалевский во время личной встречи в головном офисе компании сказал ему: «Мы верим в мафиозные методы управления и платить не будем». Хадсон отметил, что Москалевский держался с «показным высокомерием» и стремился к тому, чтобы его собеседник «как следует прочувствовал это отношение. Дескать, да, Хадсону был заказан проект, да, они подписали три акта приемки работ, подтверждающих, что работа выполнена, но они просто-напросто не будут платить ничего сверх уже выплаченных 60%». Москалевский, которого Такер называет «правой рукой Порошенко», владеет 9% акций «Рошена», говорится в статье.

Инна Петренко, главный специалист компании «Рошен» по связям с общественностью, охарактеризовала Москалевского как «экстраординарного человека», который «говорит не так, как обычные люди, использует разные выражения, все время шутит, вкрапляет цитаты… Возможно, какие-то слова и были произнесены в его окружении, но прямого указания на Хадсона в них не было».

За плечами у владельца Jones East8 — «25 лет предпринимательской деятельности к востоку от «железного занавеса», и он «успел привыкнуть к агрессивным методам ведения переговоров», однако «надеялся, что работа с компанией под названием «Рошен» пойдет по-другому», говорится в статье. Хадсон был «ошарашен» тем, что «Рошен» «решил прикарманить 40% причитавшихся его компании денег», тем более что НДС его фирме пришлось заплатить с полной суммы контракта.

Владелец Jones East8 отложил подачу иска: сначала он «обдумывал идею поднять шум во время избирательной кампании Порошенко», потом решил «подождать и посмотреть, как пойдут обещанные реформы». «Я был в шоке, не мог в это поверить, — вспоминает бизнесмен. — Мы хорошо потрудились в их интересах, а они решили нам не платить только потому, что чувствуют себя больше и сильнее нас… Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что у них очень хорошие связи в местных судах». В целом новые власти Украины разочаровали Хадсона: «Приток коррупционных денег не остановлен, по всей видимости, он просто перенаправлен в сторону прозападных политиков».

«В стране с функционирующей демократией и независимой судебной системой Хадсон был бы уверен в победе, — полагает Такер. — Но на Украине с момента прихода к власти Порошенко мало что изменилось. Несмотря на то, что он обещал продать [свой бизнес] и конституция Украины явно запрещает президенту иметь доходные предприятия, недавнее расследование показало, что, помимо «Рошена», у Порошенко остается в собственности не менее 10 других компаний стоимостью в несколько миллионов долларов каждая, в том числе холдинг «Богдан-Авто», производящий большую часть украинских маршрутных автобусов». В другой публикации Такер уточняет, что речь идет, в частности, о «двух телеканалах, двух радиостанциях и вещательной корпорации».

«Правительства западных стран превозносят Порошенко как реформатора, однако работающие на Украине правозащитные организации эту точку зрения не разделяют», — продолжает Такер. Он приводит мнение директора Украинского Хельсинкского союза по правам человека Аркадия Бущенко: «Я не вижу каких-либо ощутимых реформ в судебной системе. Все усилия направлены на люстрацию, чистку судейского корпуса. Истинные намерения состоят в том, чтобы судебная система была подконтрольна исполнительной власти и парламенту. Новое правительство и новый президент игнорируют законность точно так же, как и предыдущие».
Источник: http://www.inopressa.ru/article/06Mar2015/inopressa/JonesEast.htmlОбзор прессы | Inopressa.
Корреспондент Newsweek Максим Такер продолжает следить за конфликтом компании «Рошен» с украино-британским архитектурным бюро Jones East8, которое надеется через суд добиться от кондитерской корпорации полной оплаты проекта одного из ее заводов. Директору Jones East8 поступил «загадочный телефонный звонок», после чего женщина «в слезах уволилась и уехала из страны».

Информация о том, что фирма Jones East8 намерена судиться с компанией «Рошен», владельцем которой является украинский президент Петр Порошенко, появилась в Newsweek 19 февраля. Суть спора, по данным журнала, такова: «Архитекторы говорят, что «Рошен» украл их проект молокоперерабатывающего завода в Виннице. В «Рошене» утверждают, что за первичные эскизы Хадсону заплатили, вследствие чего авторские права перешли к ним, а за рабочие чертежи решено было не платить, потому что в них было столько ошибок, что они были непригодны к использованию». Разрешить конфликт в досудебном порядке не удалось, поэтому теперь Jones East8 рассчитывает отсудить у «Рошена» 140 тыс. долларов и компенсацию судебных издержек.

На днях сюжет получил новое развитие. Как сообщается в публикации Newsweek от 5 марта, Хадсон обвинил «Рошен» в угрозах Ханне Никифоровой — до недавнего времени директору Jones East8.

«Мы получили электронное письмо от нашего директора, в котором говорилось, что она хочет подать в отставку из-за судебной тяжбы с «Рошеном» и что она не станет санкционировать судебное преследование, потому что боится», — цитирует Newsweek Хадсона. — Директор сказала, что ей позвонил некий «известный нам» человек и стал насмехаться над нами и нашими попытками дать бой «Рошену» и Порошенко. Директор явно была расстроена и плакала у себя в офисе. Это было в пятницу 27 февраля. «Для спасения своей репутации он пойдет на все», — говорила она. В связи с увольнением нашего директора мы начали процедуру передачи этих полномочий мне. Из-за этого подача судебного иска откладывается».

В публикациях Newsweek приводятся подробности конфликта. «По условиям контракта, говорят в компании, у них было право в одностороннем порядке расторгнуть договор» на том основании, что «работа была исполнена в ненадлежащем качестве и позже крайнего срока». Хадсон же утверждает, что его фирма «приложила массу усилий к тому, чтобы удовлетворить все претензии, о которых было заявлено». По его словам, уже тогда «появилось подозрение, что эти мелочи используются в качестве предлога, чтобы не платить».

К августу 2014 строительство завода в Виннице было завершено. Как утверждается в статье, это было воплощение проекта Хадсона, в котором изменили «несколько элементов». Как пишет Такер, в распоряжении Newsweek имеются копии актов приемки работ, из которых следует, «что «Рошен» принял работу архитекторов без всяких замечаний… Более того, по документам видно, что «Рошен» сорвал сроки предоставления информации архитектурной фирме, после чего был установлен и согласован новый дедлайн».

Кроме того, по словам Хадсона, в сентябре 2012 года президент «Рошена» олигарх Вячеслав Москалевский во время личной встречи в головном офисе компании сказал ему: «Мы верим в мафиозные методы управления и платить не будем». Хадсон отметил, что Москалевский держался с «показным высокомерием» и стремился к тому, чтобы его собеседник «как следует прочувствовал это отношение. Дескать, да, Хадсону был заказан проект, да, они подписали три акта приемки работ, подтверждающих, что работа выполнена, но они просто-напросто не будут платить ничего сверх уже выплаченных 60%». Москалевский, которого Такер называет «правой рукой Порошенко», владеет 9% акций «Рошена», говорится в статье.

Инна Петренко, главный специалист компании «Рошен» по связям с общественностью, охарактеризовала Москалевского как «экстраординарного человека», который «говорит не так, как обычные люди, использует разные выражения, все время шутит, вкрапляет цитаты… Возможно, какие-то слова и были произнесены в его окружении, но прямого указания на Хадсона в них не было».

За плечами у владельца Jones East8 — «25 лет предпринимательской деятельности к востоку от «железного занавеса», и он «успел привыкнуть к агрессивным методам ведения переговоров», однако «надеялся, что работа с компанией под названием «Рошен» пойдет по-другому», говорится в статье. Хадсон был «ошарашен» тем, что «Рошен» «решил прикарманить 40% причитавшихся его компании денег», тем более что НДС его фирме пришлось заплатить с полной суммы контракта.

Владелец Jones East8 отложил подачу иска: сначала он «обдумывал идею поднять шум во время избирательной кампании Порошенко», потом решил «подождать и посмотреть, как пойдут обещанные реформы». «Я был в шоке, не мог в это поверить, — вспоминает бизнесмен. — Мы хорошо потрудились в их интересах, а они решили нам не платить только потому, что чувствуют себя больше и сильнее нас… Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что у них очень хорошие связи в местных судах». В целом новые власти Украины разочаровали Хадсона: «Приток коррупционных денег не остановлен, по всей видимости, он просто перенаправлен в сторону прозападных политиков».

«В стране с функционирующей демократией и независимой судебной системой Хадсон был бы уверен в победе, — полагает Такер. — Но на Украине с момента прихода к власти Порошенко мало что изменилось. Несмотря на то, что он обещал продать [свой бизнес] и конституция Украины явно запрещает президенту иметь доходные предприятия, недавнее расследование показало, что, помимо «Рошена», у Порошенко остается в собственности не менее 10 других компаний стоимостью в несколько миллионов долларов каждая, в том числе холдинг «Богдан-Авто», производящий большую часть украинских маршрутных автобусов». В другой публикации Такер уточняет, что речь идет, в частности, о «двух телеканалах, двух радиостанциях и вещательной корпорации».

«Правительства западных стран превозносят Порошенко как реформатора, однако работающие на Украине правозащитные организации эту точку зрения не разделяют», — продолжает Такер. Он приводит мнение директора Украинского Хельсинкского союза по правам человека Аркадия Бущенко: «Я не вижу каких-либо ощутимых реформ в судебной системе. Все усилия направлены на люстрацию, чистку судейского корпуса. Истинные намерения состоят в том, чтобы судебная система была подконтрольна исполнительной власти и парламенту. Новое правительство и новый президент игнорируют законность точно так же, как и предыдущие».
Источник: http://www.inopressa.ru/article/06Mar2015/inopressa/JonesEast.html