Победа Трампа доказывает, что США не исключениеПобеда Трампа доказывает, что США не исключение

Леонид Бершидский

Не стоит лить слезы и заламывать руки, дорогие друзья из Соединенных Штатов. То, что произошло в этот вторник, не крах вашей демократии — просто мощный удар по американской исключительности и неуместному высокомерию элит.

Дональд Трамп выиграл, воспользовавшись комбинацией, с начала века доказывающей свою эффективность в Восточной Европе: сочетанием национализма и программы по борьбе с коррупцией.

В одной из гостиниц в пригороде Орландо (штат Флорида) в семь часов вечера во вторник дюжина республиканцев округа Осеола собралась вокруг телевизора, настроенного на Fox News. Они были первыми, кто пришел на мероприятие, объявленное торжеством в честь победы партии — Республиканская партия Осеолы собиралась праздновать несколько скромных побед — но этих людей больше интересовала президентская гонка.

Они дерзко и самонадеянно отзывались о достижениях Трампа. «Он возглавит таблицу», — уверял седой джентльмен в кепке военно-воздушных сил, как только появились первые результаты. Они чокнулись пивными кружками. «Выпьем за стену», — произнесла смуглая женщина, пояснившая, что сама она — иммигрантка из Румынии.

На самом деле эти люди не испытывали той уверенности, которую желали продемонстрировать. По мере того как на экране менялись цифры, выражение их лиц становилось более напряженным, жесты говорили о тревоге. Сторонники Трампа доставали из карманов смартфоны и просматривали различные онлайн-карты выборов, обсуждая пути их кандидата к победе, которая на тот момент по-прежнему не была очевидна.

Через три часа женщина в ковбойской шляпе взобралась на стул и прокричала: «Только что объявили, что Флорида проголосовала за Дональда Трампа!» И она принялась размахивать резиновой маской Хиллари Клинтон в образе ведьмы, как будто это была отрезанная голова кандидатки от демократов. Тут началось безудержное веселье. В конце концов победа партии оказалась настоящей победой.

Многие скажут, что победа Трампа подогревалась расизмом и ксенофобией. Все гораздо сложнее.

В толпе сторонников Трампа в Орландо были не только белые мужчины. За день до этого, консультант Орландо по связям с государственными службами Бертика Кабрера Моррис (Bertica Cabrera Morris), представительница Трампа, сказала мне, что на самом деле республиканцы вовсе не напортачили с латиноамериканским электоратом и могут рассчитывать на большое число голосов в пользу их кандидата. И она оказалась права: в этом зале слышалась и испанская речь. И женщин тоже было достаточно. Было очевидно, что многие латиноамериканцы и женщины не считают слова Трампа, сказанные в их адрес, столь уж оскорбительными.

Разумеется, это лишь отдельные примеры, равно как и тот факт, что во время моих поездок по США в этом году я встречал гораздо больше людей, восторгавшихся Трампом, нежели Клинтон. Но, с другой стороны, есть ли у нас вообще что-то кроме отдельных свидетельств?

Ясно, что большинство социологических центров и экспертов по опросам общественного мнения были настолько не правы, что на все, что они говорили в течение года, можно было не обращать внимания. Я жалею, что у меня не хватило смелости сделать это, в отличие от некоторых людей, которых я знаю — например, адвоката из Лас-Вегаса Роберта Барнса (Robert Barnes), который начиная с праймериз последовательно предсказывал победу Трампа и который теперь заработал сотни тысяч долларов для себя и своих клиентов, которым советовал делать ставки на Трампа у европейских букмекеров. Признаки, которые видел он и другие игроки (многие из которых носят довольно ненаучный характер) оказались более значимыми, чем самонадеянные оценки и казавшиеся авторитетными расчеты социологов, ученых, политтехнологов и опытных комментаторов.

Мне следовало прислушаться к мнению Барнса и десятков простых американцев, которые объясняли мне, почему они предпочли Трампа, а не Клинтон. Лишь немногие из них говорили о ксенофобии. Большинство же было недовольно экономической ситуацией, в частности, ростом стоимости страховки ObamaCare и шаткостью доходов, и все они считали Клинтон коррумпированной. Как сказал вчера один из сторонников Трампа в Орландо: «Я скорее предпочту, чтобы правительством США управляла мафия, чем Хиллари Клинтон: они хотя бы не такие продажные».

Все это должно было донести до меня что-то важное — или, вернее, подтвердить то, что я уже знал по опыту из другой части мира.

Вероятно, Трамп выиграл потому, что к концу своей кампании он был не просто популистом с националистическими взглядами, вроде тех, что в последнее время пользуются все большим успехом в Европе, хотя и не занимают командные высоты. Он также выступил в роли рыцаря-борца с коррупцией. Он искусно воспользовался возможностью, предоставленной ему WikiLeaks, написавшей во вторник вечером в Twitter: «Американский народ не любит коррупцию».

Наибольший успех антикоррупционных партий на выборах наблюдался в Центральной и Восточной Европе, в 2000-е годы они присоединились к правящим коалициям или возглавили их в целом ряде стран: Польше, Словакии, Эстонии, Латвии, Болгарии. Правда, далеко не все они пережили свои вторые, не говоря уже о третьих выборах. Наиболее успешная из них — польская партия «Право и справедливость» (PiS) — правит сегодня страной, поскольку сумела мастерски соединить в своей программе борьбу с коррупцией и националистический популизм.

Такое сочетание также было соблазном для многих постсоветских политиков. Экс-президент Грузии Михаил Саакашвили оттачивал его после «Революции роз» 2003 года, а затем, когда после значительных перемен в стране его отстранили от власти, принес его на Украину. На этой неделе Саакашвили подал в отставку с поста губернатора Одесской области, чтобы строить сильную партию и бороться на досрочных парламентских выборах. Он объявил о своей отставке, выступив с речью в стиле Трампа, исполненной злопамятства и жалости к себе. Он обвинил коррупцию администрации и кабинета президента Петра Порошенко в собственной неспособности реформировать таможенные и коммунальные службы в регионе. Он заверил, что президент лично поддерживал коррумпированные «криминальные кланы» в Одессе, и пообещал «начать новый этап борьбы».

«Я тот солдат, который идет сколько может, а потом столько, сколько надо, — сказал Саакашвили. — Сколько надо для полной победы, чтоб избавить Украину от этих мразей, от этой коррупционной грязи».

Слушая его выступление, я все ждал, что аудитория начнет скандировать «Drain the swamp», как это делали толпы на недавних митингах Трампа. Правда, украинцы еще могут научиться скандировать по ходу кампании Саакашвили.

Будет смешно, если именно Россия снабжала Трампа «оружием» WikiLeaks. Именно там националист, популист и борец с коррупцией Алексей Навальный, вероятно, является самой сильной фигурой осажденной оппозиции режима. Владимиру Путину не свойственен нативизм, а его близкое окружение, как всем известно, глубоко коррумпировано, и именно он является заклятым врагом националистических антикоррупционных движений в непосредственной близости от России, и он их цель номер один. PiS в Польше тоже настроена против Путина.

Выиграв президентские выборы, отчетливо следуя восточно-европейскому рецепту, Трамп показал, что нет такой уж большой разницы между, скажем, американцами и поляками, или американцами и грузинами. Здесь так же легко воззвать к национальной гордости, связав ее с экономическим дискомфортом, да и американское понимание коррупции очень схоже.

В августе Навальный опубликовал пост, где сравнил с каждым разом все более дорогие резиденции Клинтон с намного более впечатляющими дворцами российских чиновников. Он сделал важное наблюдение, но для избирателя, голосующего против коррупции в Восточной Европе, воспитанного на политике, где за расследованием следует обвинение, Клинтон по-прежнему выглядит коррумпированной. Ее непомерные гонорары на Украине или в Грузии порицались бы как форма мошенничества. Неспособность Клинтон провести четкую границу между благотворительным фондом и частным бизнесом (который подозрительно напоминает лоббизм) запятнала бы ее репутацию в этих странах, вероятно, еще больше, чем в США

Не важно, была ли Клинтон действительно настолько коррумпирована или она в этом отношении была примерно на уровне постсоветских политиков: здесь все дело в оптике. «Если они всю свою жизнь были государственными служащими, то почему они так богаты?» — этот вопрос был бы мощным оружием против них у молодых демократий. На Украине, где националистическая антикоррупционная революция в 2014 году свергла предыдущего президента, этот вопрос поднимается прямо сейчас вслед за кампанией по подаче деклараций о доходах и имуществе, в результате которой оказалось, что местные чиновники припрятали в закромах сотни миллионов долларов наличными.

США никогда не сравнивают с молодыми демократиями Центральной и Восточной Европы, поскольку та самая надменная американская элита, которая в этом году с треском провалилась, испытывала такую гордость за политические традиции США. А когда эти традиции рухнули, некоторым ученым мужам пришлось признать, что они на самом деле не понимают свою страну. «Америка, по сути мы тебя не знали, — написал в своем твиттере экономист Пол Кругман. — Определенно, я недооценивал свою страну».

Пора оставить гордыню. В наиболее важных аспектах США — такая же страна, как и многие другие. Все, что может случиться в другом месте, может произойти и здесь. Трамп тому пример.

BloombergЛеонид Бершидский

Не стоит лить слезы и заламывать руки, дорогие друзья из Соединенных Штатов. То, что произошло в этот вторник, не крах вашей демократии — просто мощный удар по американской исключительности и неуместному высокомерию элит.

Дональд Трамп выиграл, воспользовавшись комбинацией, с начала века доказывающей свою эффективность в Восточной Европе: сочетанием национализма и программы по борьбе с коррупцией.

В одной из гостиниц в пригороде Орландо (штат Флорида) в семь часов вечера во вторник дюжина республиканцев округа Осеола собралась вокруг телевизора, настроенного на Fox News. Они были первыми, кто пришел на мероприятие, объявленное торжеством в честь победы партии — Республиканская партия Осеолы собиралась праздновать несколько скромных побед — но этих людей больше интересовала президентская гонка.

Они дерзко и самонадеянно отзывались о достижениях Трампа. «Он возглавит таблицу», — уверял седой джентльмен в кепке военно-воздушных сил, как только появились первые результаты. Они чокнулись пивными кружками. «Выпьем за стену», — произнесла смуглая женщина, пояснившая, что сама она — иммигрантка из Румынии.

На самом деле эти люди не испытывали той уверенности, которую желали продемонстрировать. По мере того как на экране менялись цифры, выражение их лиц становилось более напряженным, жесты говорили о тревоге. Сторонники Трампа доставали из карманов смартфоны и просматривали различные онлайн-карты выборов, обсуждая пути их кандидата к победе, которая на тот момент по-прежнему не была очевидна.

Через три часа женщина в ковбойской шляпе взобралась на стул и прокричала: «Только что объявили, что Флорида проголосовала за Дональда Трампа!» И она принялась размахивать резиновой маской Хиллари Клинтон в образе ведьмы, как будто это была отрезанная голова кандидатки от демократов. Тут началось безудержное веселье. В конце концов победа партии оказалась настоящей победой.

Многие скажут, что победа Трампа подогревалась расизмом и ксенофобией. Все гораздо сложнее.

В толпе сторонников Трампа в Орландо были не только белые мужчины. За день до этого, консультант Орландо по связям с государственными службами Бертика Кабрера Моррис (Bertica Cabrera Morris), представительница Трампа, сказала мне, что на самом деле республиканцы вовсе не напортачили с латиноамериканским электоратом и могут рассчитывать на большое число голосов в пользу их кандидата. И она оказалась права: в этом зале слышалась и испанская речь. И женщин тоже было достаточно. Было очевидно, что многие латиноамериканцы и женщины не считают слова Трампа, сказанные в их адрес, столь уж оскорбительными.

Разумеется, это лишь отдельные примеры, равно как и тот факт, что во время моих поездок по США в этом году я встречал гораздо больше людей, восторгавшихся Трампом, нежели Клинтон. Но, с другой стороны, есть ли у нас вообще что-то кроме отдельных свидетельств?

Ясно, что большинство социологических центров и экспертов по опросам общественного мнения были настолько не правы, что на все, что они говорили в течение года, можно было не обращать внимания. Я жалею, что у меня не хватило смелости сделать это, в отличие от некоторых людей, которых я знаю — например, адвоката из Лас-Вегаса Роберта Барнса (Robert Barnes), который начиная с праймериз последовательно предсказывал победу Трампа и который теперь заработал сотни тысяч долларов для себя и своих клиентов, которым советовал делать ставки на Трампа у европейских букмекеров. Признаки, которые видел он и другие игроки (многие из которых носят довольно ненаучный характер) оказались более значимыми, чем самонадеянные оценки и казавшиеся авторитетными расчеты социологов, ученых, политтехнологов и опытных комментаторов.

Мне следовало прислушаться к мнению Барнса и десятков простых американцев, которые объясняли мне, почему они предпочли Трампа, а не Клинтон. Лишь немногие из них говорили о ксенофобии. Большинство же было недовольно экономической ситуацией, в частности, ростом стоимости страховки ObamaCare и шаткостью доходов, и все они считали Клинтон коррумпированной. Как сказал вчера один из сторонников Трампа в Орландо: «Я скорее предпочту, чтобы правительством США управляла мафия, чем Хиллари Клинтон: они хотя бы не такие продажные».

Все это должно было донести до меня что-то важное — или, вернее, подтвердить то, что я уже знал по опыту из другой части мира.

Вероятно, Трамп выиграл потому, что к концу своей кампании он был не просто популистом с националистическими взглядами, вроде тех, что в последнее время пользуются все большим успехом в Европе, хотя и не занимают командные высоты. Он также выступил в роли рыцаря-борца с коррупцией. Он искусно воспользовался возможностью, предоставленной ему WikiLeaks, написавшей во вторник вечером в Twitter: «Американский народ не любит коррупцию».

Наибольший успех антикоррупционных партий на выборах наблюдался в Центральной и Восточной Европе, в 2000-е годы они присоединились к правящим коалициям или возглавили их в целом ряде стран: Польше, Словакии, Эстонии, Латвии, Болгарии. Правда, далеко не все они пережили свои вторые, не говоря уже о третьих выборах. Наиболее успешная из них — польская партия «Право и справедливость» (PiS) — правит сегодня страной, поскольку сумела мастерски соединить в своей программе борьбу с коррупцией и националистический популизм.

Такое сочетание также было соблазном для многих постсоветских политиков. Экс-президент Грузии Михаил Саакашвили оттачивал его после «Революции роз» 2003 года, а затем, когда после значительных перемен в стране его отстранили от власти, принес его на Украину. На этой неделе Саакашвили подал в отставку с поста губернатора Одесской области, чтобы строить сильную партию и бороться на досрочных парламентских выборах. Он объявил о своей отставке, выступив с речью в стиле Трампа, исполненной злопамятства и жалости к себе. Он обвинил коррупцию администрации и кабинета президента Петра Порошенко в собственной неспособности реформировать таможенные и коммунальные службы в регионе. Он заверил, что президент лично поддерживал коррумпированные «криминальные кланы» в Одессе, и пообещал «начать новый этап борьбы».

«Я тот солдат, который идет сколько может, а потом столько, сколько надо, — сказал Саакашвили. — Сколько надо для полной победы, чтоб избавить Украину от этих мразей, от этой коррупционной грязи».

Слушая его выступление, я все ждал, что аудитория начнет скандировать «Drain the swamp», как это делали толпы на недавних митингах Трампа. Правда, украинцы еще могут научиться скандировать по ходу кампании Саакашвили.

Будет смешно, если именно Россия снабжала Трампа «оружием» WikiLeaks. Именно там националист, популист и борец с коррупцией Алексей Навальный, вероятно, является самой сильной фигурой осажденной оппозиции режима. Владимиру Путину не свойственен нативизм, а его близкое окружение, как всем известно, глубоко коррумпировано, и именно он является заклятым врагом националистических антикоррупционных движений в непосредственной близости от России, и он их цель номер один. PiS в Польше тоже настроена против Путина.

Выиграв президентские выборы, отчетливо следуя восточно-европейскому рецепту, Трамп показал, что нет такой уж большой разницы между, скажем, американцами и поляками, или американцами и грузинами. Здесь так же легко воззвать к национальной гордости, связав ее с экономическим дискомфортом, да и американское понимание коррупции очень схоже.

В августе Навальный опубликовал пост, где сравнил с каждым разом все более дорогие резиденции Клинтон с намного более впечатляющими дворцами российских чиновников. Он сделал важное наблюдение, но для избирателя, голосующего против коррупции в Восточной Европе, воспитанного на политике, где за расследованием следует обвинение, Клинтон по-прежнему выглядит коррумпированной. Ее непомерные гонорары на Украине или в Грузии порицались бы как форма мошенничества. Неспособность Клинтон провести четкую границу между благотворительным фондом и частным бизнесом (который подозрительно напоминает лоббизм) запятнала бы ее репутацию в этих странах, вероятно, еще больше, чем в США

Не важно, была ли Клинтон действительно настолько коррумпирована или она в этом отношении была примерно на уровне постсоветских политиков: здесь все дело в оптике. «Если они всю свою жизнь были государственными служащими, то почему они так богаты?» — этот вопрос был бы мощным оружием против них у молодых демократий. На Украине, где националистическая антикоррупционная революция в 2014 году свергла предыдущего президента, этот вопрос поднимается прямо сейчас вслед за кампанией по подаче деклараций о доходах и имуществе, в результате которой оказалось, что местные чиновники припрятали в закромах сотни миллионов долларов наличными.

США никогда не сравнивают с молодыми демократиями Центральной и Восточной Европы, поскольку та самая надменная американская элита, которая в этом году с треском провалилась, испытывала такую гордость за политические традиции США. А когда эти традиции рухнули, некоторым ученым мужам пришлось признать, что они на самом деле не понимают свою страну. «Америка, по сути мы тебя не знали, — написал в своем твиттере экономист Пол Кругман. — Определенно, я недооценивал свою страну».

Пора оставить гордыню. В наиболее важных аспектах США — такая же страна, как и многие другие. Все, что может случиться в другом месте, может произойти и здесь. Трамп тому пример.

Bloomberg

Bloomberg View о мосте в Крым: фашистская предыстория и рок РотенбергаBloomberg View о мосте в Крым: фашистская предыстория и рок Ротенберга

Леонид Бершидский

Колумнист Bloomberg Леонид Бершидский — о мосте между Краснодарским краем и Крымом, который станет дорогостоящим памятником путинскому проекту возрождения советской империи

Российская аннексия Крыма должна завершиться постройкой 19-километрового моста, который соединит российский Краснодарский край с крымским городом Керчь. В начале этого месяца с установлением первой опоры моста началась заключительная фаза этого проекта, который дает понять многое о том, как работает путинская Россия и как она работала веками, достигая поразительных результатов путем хаотичных, плохо продуманных усилий.

Первыми, кто попытался построить мост через Керченский пролив, были в 1943 году нацисты — они создавали инфраструктуру для продвижения вглубь территории СССР. Планы заказал и одобрил персональный архитектор Гитлера и рейхсминистр Альберт Шпеер.

Строительство началось тогда, когда советские войска уже перешли в наступление, оттесняя нацистов. Немцам пришлось бомбить то, что они успели построить. Мост завершили в 1944 году уже Советы, но это была временная деревянная конструкция, и на следующий год мост был разрушен плавучими льдами.

С тех пор обсуждали строительство постоянного моста. Длинные очереди на паромы, курсирующие между Керчью и российской территорией, свидетельствовали о большом спросе на железнодорожное и автомобильное сообщение. Россия и Украина в 2008 году договорились о постройке моста, но дорогостоящий проект застопорился. Договоренность, достигнутую в 2014 году за месяц до украинской «революции достоинства», расторгло новое украинское правительство после аннексии Крыма.

Но для России проект стал срочной необходимостью. Крым получает воду и газ из Украины, железные дороги и шоссе тоже связывают его только с ней. Это быстро стало проблемой, когда украинские и крымскотатарские активисты установили транспортную блокаду полуострова и взорвали линии электропередачи на границе — все с негласного одобрения Киева. В то же время экономика Крыма, во многом зависимая от туризма, пострадала из-за прекращения потока украинских отдыхающих и невозможности перевезти на полуостров достаточное количество туристов из России.

Это заставило российское правительство ускорить подготовку к строительству моста. Как обычно, компания, принадлежащая бывшему спарринг-партнеру Путина по дзюдо Аркадию Ротенбергу, выиграла тендер на проектирование и строительство моста стоимостью в 384 млрд рублей ($5,8 млрд).

Это произошло меньше чем через две недели после сфальсифицированного референдума в Крыму о присоединении к России. Компания, выигравшая тендер, входила в «Стройгазмонтаж» — группу, специализирующуюся в основном на строительстве нефте- и газопроводов.

Этот бизнес, связанный с заказами преимущественно от государственных компаний, сделал Ротенберга миллиардером.

Все это выглядело смехотворно. Строительство мостов никогда не было специализацией «Стройгазмонтажа». К тому же в январе 2015 года правительство уменьшило оценочную стоимость до 212,5 млрд рублей; к тому времени счастливые для России времена высоких нефтяных цен кончились и даже самые важные политически проекты нужно было реализовывать как можно дешевле. Срок завершения строительства, который требовал Путин и назначило правительство, — 2018 год — выглядел недостижимым. В нормальных условиях только проектирование и геологические исследования — по дну Керченского пролива проходит тектонический разлом — заняли бы несколько лет.

Украинцы заявили, что проект — либо фантазия, либо средство, с помощью которого Ротенберг получит очередную порцию государственных денег. «Не будет там моста никакого. Не будет! — сказал в марте 2016 года представитель Украины в группе по урегулированию восточноукраинского конфликта Роман Бессмертный. — Россияне будут эти сваи вбивать еще не одно десятилетие. Был только один человек, который план подготовил и имел реальные, достоверные механизмы строительства там моста, — это министр строительства Германии Альберт Шпеер».

Ротенберг увяз в поставленной перед ним задаче. В интервью «Коммерсанту» он сказал, что Керченский мост будет его последним большим проектом, тем, благодаря чему ему хотелось бы остаться в памяти, и он даже не будет пытаться сделать на этом проекте деньги. Учитывая чувствительную природу проекта — кроме всего прочего, он должен стать осязаемым свидетельством заботы России о Крыме и его жителях, — Путин после таких заверений мог смело доверить строительство моста своему старому другу. Он публично дал понять, что отвечает за все Ротенберг.

Фотографируясь со строителями моста на острове Тузла, президент позвал миллиардера: «Аркадий, идите сюда, не прячьтесь. Если что, спрашивать будем с вас».

В феврале российское правительство одобрило окончательный проект, заказанный Ротенбергом на стороне, и новую оценку стоимости проекта, снова сокращенную, теперь до 211,9 млрд рублей. Над проектом какое-то время работали 800 инженеров и технических экспертов — вполне в советских традициях авральных работ, которые необходимо завершить к политически мотивированному сроку.

В видеопрезентации проект выглядит величественно, но Ротенберг здесь явно рискует, действуя наудачу. Ничего подобного этому мосту — самому длинному в России и потенциально самому длинному комбинированному автомобильно-железнодорожному мосту в Европе — никогда еще не строили. Дно Керченского пролива покрыто пятидесятиметровым слоем ила. Проект предполагает, что каждая из 595 опор моста будет держаться на пустотелых стальных трубах, вбитых в морское дно под илом с помощью особо мощных копров. Трубы длиной от 70 до 80 метров должны быть установлены под углом к плоскости дна, таким образом их потребуется меньшее количество.

Поскольку их придется сваривать на месте из более коротких труб — ни одно российское предприятие не может изготовить трубы полной требуемой длины, да и доставить их невозможно, — технические трудности для строителей становятся почти непреодолимыми.

К тому же Ротенберг, попавший под западные санкции как близкий друг Путина, не может приобрести достаточное количество копров, которые в России не выпускают.

В конце марта Ротенберг подключил к проекту единственную в России компанию, которая может попытаться осуществить проект, — «Мостотрест». Это советское предприятие, основанное в 1930 году, построило большую часть больших и сложных мостов в России. Против нее не вводили санкции, так что она имеет право закупать необходимое оборудование. Компания, в 1990-х годах приватизированная ее сотрудниками, не могла справиться с долговым бременем, и в прошлом году 94% ее акций консолидировал пенсионный фонд, принадлежащий государственной железнодорожной монополии.

Сейчас «Мостотрест» выполняет большую часть работ по строительству моста. Как рассказал мне бывший главный инженер «Мостотреста», компанию подключили к проекту на его завершающей стадии победители тендера с хорошими связями, когда они поняли, что могут потратить или украсть деньги, но так и не выполнить работу. Такое уже случалось с «Мостотрестом» на нескольких проектах в Москве, после того как он проигрывал тендеры друзьям мэра. Теперь компания энергично взялась за крымский проект.

Так же, как и гигантские инфраструктурные проекты для сочинской Олимпиады, особо важный мост строят, не обращая внимания на разумные сроки, под большим политическим давлением, финансирование контролирует близкий друг Путина, а работы выполняет контролируемая государством компания, сохранившая остатки своего наследия с советских времен.

При Путине в стране не создали ничего нового и оригинального, за исключением теневых финансовых схем. Когда нужен инженерный талант и технологии, приходится обращаться к предприятиям советской эры, которые как-то выжили в бурные 90-е годы; многие из них с тех пор были снова национализированы.

Как и инженер «Мостотреста», я считаю, что мост в конце концов будет построен. Это вряд ли удастся сделать в срок. Ввод в строй железнодорожной части теперь запланирован на 2019 год. Стоимость проекта, по-видимому, будет больше, чем ожидается, и не исключено, что Ротенбергу придется покрыть ее часть из своего кармана. Путинские пропагандистские СМИ будут петь оды героическим подвигам рабочих и инженеров, строивших мост, как когда-то делала советская пресса. Мост будет стоять, как памятник путинскому проекту возрождения советской империи и как неприятное эхо проекта нацистских оккупантов, который они начали, но не смогли закончить.

BloombergЛеонид Бершидский

Колумнист Bloomberg Леонид Бершидский — о мосте между Краснодарским краем и Крымом, который станет дорогостоящим памятником путинскому проекту возрождения советской империи

Российская аннексия Крыма должна завершиться постройкой 19-километрового моста, который соединит российский Краснодарский край с крымским городом Керчь. В начале этого месяца с установлением первой опоры моста началась заключительная фаза этого проекта, который дает понять многое о том, как работает путинская Россия и как она работала веками, достигая поразительных результатов путем хаотичных, плохо продуманных усилий.

Первыми, кто попытался построить мост через Керченский пролив, были в 1943 году нацисты — они создавали инфраструктуру для продвижения вглубь территории СССР. Планы заказал и одобрил персональный архитектор Гитлера и рейхсминистр Альберт Шпеер.

Строительство началось тогда, когда советские войска уже перешли в наступление, оттесняя нацистов. Немцам пришлось бомбить то, что они успели построить. Мост завершили в 1944 году уже Советы, но это была временная деревянная конструкция, и на следующий год мост был разрушен плавучими льдами.

С тех пор обсуждали строительство постоянного моста. Длинные очереди на паромы, курсирующие между Керчью и российской территорией, свидетельствовали о большом спросе на железнодорожное и автомобильное сообщение. Россия и Украина в 2008 году договорились о постройке моста, но дорогостоящий проект застопорился. Договоренность, достигнутую в 2014 году за месяц до украинской «революции достоинства», расторгло новое украинское правительство после аннексии Крыма.

Но для России проект стал срочной необходимостью. Крым получает воду и газ из Украины, железные дороги и шоссе тоже связывают его только с ней. Это быстро стало проблемой, когда украинские и крымскотатарские активисты установили транспортную блокаду полуострова и взорвали линии электропередачи на границе — все с негласного одобрения Киева. В то же время экономика Крыма, во многом зависимая от туризма, пострадала из-за прекращения потока украинских отдыхающих и невозможности перевезти на полуостров достаточное количество туристов из России.

Это заставило российское правительство ускорить подготовку к строительству моста. Как обычно, компания, принадлежащая бывшему спарринг-партнеру Путина по дзюдо Аркадию Ротенбергу, выиграла тендер на проектирование и строительство моста стоимостью в 384 млрд рублей ($5,8 млрд).

Это произошло меньше чем через две недели после сфальсифицированного референдума в Крыму о присоединении к России. Компания, выигравшая тендер, входила в «Стройгазмонтаж» — группу, специализирующуюся в основном на строительстве нефте- и газопроводов.

Этот бизнес, связанный с заказами преимущественно от государственных компаний, сделал Ротенберга миллиардером.

Все это выглядело смехотворно. Строительство мостов никогда не было специализацией «Стройгазмонтажа». К тому же в январе 2015 года правительство уменьшило оценочную стоимость до 212,5 млрд рублей; к тому времени счастливые для России времена высоких нефтяных цен кончились и даже самые важные политически проекты нужно было реализовывать как можно дешевле. Срок завершения строительства, который требовал Путин и назначило правительство, — 2018 год — выглядел недостижимым. В нормальных условиях только проектирование и геологические исследования — по дну Керченского пролива проходит тектонический разлом — заняли бы несколько лет.

Украинцы заявили, что проект — либо фантазия, либо средство, с помощью которого Ротенберг получит очередную порцию государственных денег. «Не будет там моста никакого. Не будет! — сказал в марте 2016 года представитель Украины в группе по урегулированию восточноукраинского конфликта Роман Бессмертный. — Россияне будут эти сваи вбивать еще не одно десятилетие. Был только один человек, который план подготовил и имел реальные, достоверные механизмы строительства там моста, — это министр строительства Германии Альберт Шпеер».

Ротенберг увяз в поставленной перед ним задаче. В интервью «Коммерсанту» он сказал, что Керченский мост будет его последним большим проектом, тем, благодаря чему ему хотелось бы остаться в памяти, и он даже не будет пытаться сделать на этом проекте деньги. Учитывая чувствительную природу проекта — кроме всего прочего, он должен стать осязаемым свидетельством заботы России о Крыме и его жителях, — Путин после таких заверений мог смело доверить строительство моста своему старому другу. Он публично дал понять, что отвечает за все Ротенберг.

Фотографируясь со строителями моста на острове Тузла, президент позвал миллиардера: «Аркадий, идите сюда, не прячьтесь. Если что, спрашивать будем с вас».

В феврале российское правительство одобрило окончательный проект, заказанный Ротенбергом на стороне, и новую оценку стоимости проекта, снова сокращенную, теперь до 211,9 млрд рублей. Над проектом какое-то время работали 800 инженеров и технических экспертов — вполне в советских традициях авральных работ, которые необходимо завершить к политически мотивированному сроку.

В видеопрезентации проект выглядит величественно, но Ротенберг здесь явно рискует, действуя наудачу. Ничего подобного этому мосту — самому длинному в России и потенциально самому длинному комбинированному автомобильно-железнодорожному мосту в Европе — никогда еще не строили. Дно Керченского пролива покрыто пятидесятиметровым слоем ила. Проект предполагает, что каждая из 595 опор моста будет держаться на пустотелых стальных трубах, вбитых в морское дно под илом с помощью особо мощных копров. Трубы длиной от 70 до 80 метров должны быть установлены под углом к плоскости дна, таким образом их потребуется меньшее количество.

Поскольку их придется сваривать на месте из более коротких труб — ни одно российское предприятие не может изготовить трубы полной требуемой длины, да и доставить их невозможно, — технические трудности для строителей становятся почти непреодолимыми.

К тому же Ротенберг, попавший под западные санкции как близкий друг Путина, не может приобрести достаточное количество копров, которые в России не выпускают.

В конце марта Ротенберг подключил к проекту единственную в России компанию, которая может попытаться осуществить проект, — «Мостотрест». Это советское предприятие, основанное в 1930 году, построило большую часть больших и сложных мостов в России. Против нее не вводили санкции, так что она имеет право закупать необходимое оборудование. Компания, в 1990-х годах приватизированная ее сотрудниками, не могла справиться с долговым бременем, и в прошлом году 94% ее акций консолидировал пенсионный фонд, принадлежащий государственной железнодорожной монополии.

Сейчас «Мостотрест» выполняет большую часть работ по строительству моста. Как рассказал мне бывший главный инженер «Мостотреста», компанию подключили к проекту на его завершающей стадии победители тендера с хорошими связями, когда они поняли, что могут потратить или украсть деньги, но так и не выполнить работу. Такое уже случалось с «Мостотрестом» на нескольких проектах в Москве, после того как он проигрывал тендеры друзьям мэра. Теперь компания энергично взялась за крымский проект.

Так же, как и гигантские инфраструктурные проекты для сочинской Олимпиады, особо важный мост строят, не обращая внимания на разумные сроки, под большим политическим давлением, финансирование контролирует близкий друг Путина, а работы выполняет контролируемая государством компания, сохранившая остатки своего наследия с советских времен.

При Путине в стране не создали ничего нового и оригинального, за исключением теневых финансовых схем. Когда нужен инженерный талант и технологии, приходится обращаться к предприятиям советской эры, которые как-то выжили в бурные 90-е годы; многие из них с тех пор были снова национализированы.

Как и инженер «Мостотреста», я считаю, что мост в конце концов будет построен. Это вряд ли удастся сделать в срок. Ввод в строй железнодорожной части теперь запланирован на 2019 год. Стоимость проекта, по-видимому, будет больше, чем ожидается, и не исключено, что Ротенбергу придется покрыть ее часть из своего кармана. Путинские пропагандистские СМИ будут петь оды героическим подвигам рабочих и инженеров, строивших мост, как когда-то делала советская пресса. Мост будет стоять, как памятник путинскому проекту возрождения советской империи и как неприятное эхо проекта нацистских оккупантов, который они начали, но не смогли закончить.

Bloomberg

Кто стоит за публикацией Панамских документов? Это уже неважноКто стоит за публикацией Панамских документов? Это уже неважно

Леонид Бершидский

На прошлой неделе один уважаемый американский эксперт по России высказал предположение, что за публикацией так называемых Панамских документов — огромного количества данных об офшорных счетах, которые указывают на причастность многих чиновников из разных стран к сомнительным сделкам — может стоять Россия. В четверг, 14 апреля, президент России Владимир Путин обвинил в утечке данных США.

Публикация Панамских документов уже привела к отставке премьер-министра Исландии (чьей супруге принадлежал какой-то банковский долг, который правительство пыталось реструктурировать) и министра промышленности Испании (который солгал, заявив, что у него нет никаких офшорных счетов). Вполне возможно, этим дело не кончится: миллионы обнародованных документов пока еще не были полностью изучены. Тем не менее, сейчас уже можно говорить о том, что в России не будет никаких отставок, увольнений и уголовных расследований.

Информация о российских чиновниках, содержащаяся в Панамских документах, не требует принятия каких-либо мер. В них есть данные, касающиеся оффшорной деятельности банка «Россия» — финансового института, который принадлежит близким друзьям Путина. Компании, связанные с этим банком и с друзьями Путина, по всей видимости, извлекли немалую выгоду из сомнительных биржевых сделок и из гигантских штрафов за невыполнение контрактов. Эти компании также получили чрезмерно большое количество денег за свои консультации и услуги по лоббированию. Тем не менее, все их трансакции вполне легальны, и по крайней мере в России никто не собирается заниматься их расследованием. Все, что сейчас остается делать друзьям Путина, это закатывать глаза: большинство из них — и банк «Россия» тоже — находятся под действием западных санкций, и им угрожает конфискация имущества. Между тем, в Панамских документах имя Путина нигде не упоминается.

Путин, который не отрицает подлинность этих документов, сделал акцент на отсутствии в них имен. «Ведь они конкретно никого ни в чем не обвиняют, — сказал он в ходе своей ежегодной прямой линии в четверг, 14 апреля. — В этом то все и дело – они просто наводят тень на плетень».

Именно это и заставило Клиффорда Гэдди (Clifford Gaddy), старшего научного сотрудника Брукингского института и ведущего американского эксперта по России, высказать свои подозрения. В своей статье, опубликованной на сайте института, Гэдди назвал информацию о друзьях Путина данными, которые в конечном итоге принесут Путину пользу. Географический охват обнародованных документов позволит ему заявить, что «этим занимаются все», поэтому на него лично публикация этих данных никак не повлияет. Именно поэтому возникает предположение о том, что Россия сыграла некую роль в этом скандале с Панамскими документами. Гэдди пишет:

«Фактический ущерб репутации Путина или России, нанесенный публикацией Панамских документов, на самом деле довольно незначителен. За эту невысокую цену Россия 1) разоблачила коррумпированных чиновников в самых разных странах, в том числе в «образцовых» западных демократиях, и 2) спровоцировала серьезную дестабилизацию в некоторых западных государствах. В связи с этим у меня возникает вопрос: могло ли все это быть подстроено? Россия забросила наживку, а США жадно проглотили ее. Данные из Панамских документов скатились с Путина, как с гуся вода. Однако они оказали негативное влияние на стабильность Запада».

Тем не менее, Гэдди не хочет становиться участником процесса распространения очередной теории заговора. Как он написал мне в своем электронном письме, «это был вопрос к тем, кто публикует эту информацию и делает на основе нее выводы, не считая нужным задать себе вопрос: публикуя эти данные, уверены ли мы в том, что они достоверны? Уверены ли мы, что эта информация полная и несфабрикованная и что она не была специально создана, чтобы послужить чьим-либо интересам?»

С точки зрения Гэдди, заявление Путина о том, что информация в панамских документах точная, тоже выглядит подозрительным: «Было бы забавно, хотя, по-моему, и не слишком продуктивно, спросить его: Неужели? А откуда вы это знаете?»

Проблема этой гипотезы заключается в том, что это всего лишь гипотеза. У Путина, к примеру, столько же оснований полагать, что публикация Панамских документов – это дело рук США, сколько у Гэдди утверждать, что за ней стоит Россия. Тем не менее, президент России сказал:

«Мы знаем, что там есть сотрудники американских официальных учреждений, а написали статью, она впервые где появилась – я вчера у Пескова спрашивал, у пресс-секретаря, — в Sueddeutsche Zweitung. Sueddeutsche Zweitung входит в медийный холдинг, а этот медийный холдинг принадлежит американской финансовой корпорации «Голдман Сакс», то есть везде торчат уши заказчиков — они торчат, но даже не краснеют. И мы не должны ждать от них какого-то раскаяния, они все равно будут этим заниматься, и, чем ближе к выборам, тем больше будет таких вбросов».

В пятницу, 15 апреля, Дмитрий Песков принес извинения за высказывание Путина о газете Sueddeutsche Zweitung: этот немецкий ежедневник не имеет никакого отношения к корпорации Goldman Sachs. Как сказал пресс-секретарь, это была его ошибка. Однако эта ошибка весьма показательна: бывший агент спецслужб Путин искал зацепки, которые могли бы связать эту утечку с США — потому что кто еще мог быть заинтересован в том, чтобы провоцировать смуту незадолго до сентябрьских выборов в парламент и перед президентскими выборами 2018 года?

Гэдди отверг гипотезу Путина: «Разумеется, он не мог сказать ничего другого».

Любая утечка информации о коррупции подобных масштабов может принести выгоду или нанести ущерб множеству сторон. Поэтому в данном случае есть смысл применить принцип бритвы Оккама, прежде чем делать какие-либо выводы об источниках этой утечки. Их можно будет установить лишь в том случае, если разоблачитель сам заявит о себе или будет пойман.

Но лично я считаю, что, в конечном счете, источник не слишком важен: важна лишь степень точности и достоверности информации.

Путин подтвердил, что документы, касающиеся россиян, точны. Разумеется, эта информация влечет за собой несколько больший ущерб, чем признает Путин, потому что она демонстрирует работу внутренних механизмов российского кланового капитализма. Материалы, касающиеся чиновников из Испании, Исландии, Соединенного Королевства и других стран, тоже оказались достоверными. Так зачем уделять столько внимания поискам их источника? Сейчас скорее стоит оценить по заслугам работу журналистов, которые проверили и подготовили данные к публикации. Мы имеем дело с удивительной коллективной работой постоянно критикуемого профессионального сообщества, которому удалось представить убедительные доказательства того, что оно все еще играет важную социальную роль.

Bloomberg, СШАЛеонид Бершидский

На прошлой неделе один уважаемый американский эксперт по России высказал предположение, что за публикацией так называемых Панамских документов — огромного количества данных об офшорных счетах, которые указывают на причастность многих чиновников из разных стран к сомнительным сделкам — может стоять Россия. В четверг, 14 апреля, президент России Владимир Путин обвинил в утечке данных США.

Публикация Панамских документов уже привела к отставке премьер-министра Исландии (чьей супруге принадлежал какой-то банковский долг, который правительство пыталось реструктурировать) и министра промышленности Испании (который солгал, заявив, что у него нет никаких офшорных счетов). Вполне возможно, этим дело не кончится: миллионы обнародованных документов пока еще не были полностью изучены. Тем не менее, сейчас уже можно говорить о том, что в России не будет никаких отставок, увольнений и уголовных расследований.

Информация о российских чиновниках, содержащаяся в Панамских документах, не требует принятия каких-либо мер. В них есть данные, касающиеся оффшорной деятельности банка «Россия» — финансового института, который принадлежит близким друзьям Путина. Компании, связанные с этим банком и с друзьями Путина, по всей видимости, извлекли немалую выгоду из сомнительных биржевых сделок и из гигантских штрафов за невыполнение контрактов. Эти компании также получили чрезмерно большое количество денег за свои консультации и услуги по лоббированию. Тем не менее, все их трансакции вполне легальны, и по крайней мере в России никто не собирается заниматься их расследованием. Все, что сейчас остается делать друзьям Путина, это закатывать глаза: большинство из них — и банк «Россия» тоже — находятся под действием западных санкций, и им угрожает конфискация имущества. Между тем, в Панамских документах имя Путина нигде не упоминается.

Путин, который не отрицает подлинность этих документов, сделал акцент на отсутствии в них имен. «Ведь они конкретно никого ни в чем не обвиняют, — сказал он в ходе своей ежегодной прямой линии в четверг, 14 апреля. — В этом то все и дело – они просто наводят тень на плетень».

Именно это и заставило Клиффорда Гэдди (Clifford Gaddy), старшего научного сотрудника Брукингского института и ведущего американского эксперта по России, высказать свои подозрения. В своей статье, опубликованной на сайте института, Гэдди назвал информацию о друзьях Путина данными, которые в конечном итоге принесут Путину пользу. Географический охват обнародованных документов позволит ему заявить, что «этим занимаются все», поэтому на него лично публикация этих данных никак не повлияет. Именно поэтому возникает предположение о том, что Россия сыграла некую роль в этом скандале с Панамскими документами. Гэдди пишет:

«Фактический ущерб репутации Путина или России, нанесенный публикацией Панамских документов, на самом деле довольно незначителен. За эту невысокую цену Россия 1) разоблачила коррумпированных чиновников в самых разных странах, в том числе в «образцовых» западных демократиях, и 2) спровоцировала серьезную дестабилизацию в некоторых западных государствах. В связи с этим у меня возникает вопрос: могло ли все это быть подстроено? Россия забросила наживку, а США жадно проглотили ее. Данные из Панамских документов скатились с Путина, как с гуся вода. Однако они оказали негативное влияние на стабильность Запада».

Тем не менее, Гэдди не хочет становиться участником процесса распространения очередной теории заговора. Как он написал мне в своем электронном письме, «это был вопрос к тем, кто публикует эту информацию и делает на основе нее выводы, не считая нужным задать себе вопрос: публикуя эти данные, уверены ли мы в том, что они достоверны? Уверены ли мы, что эта информация полная и несфабрикованная и что она не была специально создана, чтобы послужить чьим-либо интересам?»

С точки зрения Гэдди, заявление Путина о том, что информация в панамских документах точная, тоже выглядит подозрительным: «Было бы забавно, хотя, по-моему, и не слишком продуктивно, спросить его: Неужели? А откуда вы это знаете?»

Проблема этой гипотезы заключается в том, что это всего лишь гипотеза. У Путина, к примеру, столько же оснований полагать, что публикация Панамских документов – это дело рук США, сколько у Гэдди утверждать, что за ней стоит Россия. Тем не менее, президент России сказал:

«Мы знаем, что там есть сотрудники американских официальных учреждений, а написали статью, она впервые где появилась – я вчера у Пескова спрашивал, у пресс-секретаря, — в Sueddeutsche Zweitung. Sueddeutsche Zweitung входит в медийный холдинг, а этот медийный холдинг принадлежит американской финансовой корпорации «Голдман Сакс», то есть везде торчат уши заказчиков — они торчат, но даже не краснеют. И мы не должны ждать от них какого-то раскаяния, они все равно будут этим заниматься, и, чем ближе к выборам, тем больше будет таких вбросов».

В пятницу, 15 апреля, Дмитрий Песков принес извинения за высказывание Путина о газете Sueddeutsche Zweitung: этот немецкий ежедневник не имеет никакого отношения к корпорации Goldman Sachs. Как сказал пресс-секретарь, это была его ошибка. Однако эта ошибка весьма показательна: бывший агент спецслужб Путин искал зацепки, которые могли бы связать эту утечку с США — потому что кто еще мог быть заинтересован в том, чтобы провоцировать смуту незадолго до сентябрьских выборов в парламент и перед президентскими выборами 2018 года?

Гэдди отверг гипотезу Путина: «Разумеется, он не мог сказать ничего другого».

Любая утечка информации о коррупции подобных масштабов может принести выгоду или нанести ущерб множеству сторон. Поэтому в данном случае есть смысл применить принцип бритвы Оккама, прежде чем делать какие-либо выводы об источниках этой утечки. Их можно будет установить лишь в том случае, если разоблачитель сам заявит о себе или будет пойман.

Но лично я считаю, что, в конечном счете, источник не слишком важен: важна лишь степень точности и достоверности информации.

Путин подтвердил, что документы, касающиеся россиян, точны. Разумеется, эта информация влечет за собой несколько больший ущерб, чем признает Путин, потому что она демонстрирует работу внутренних механизмов российского кланового капитализма. Материалы, касающиеся чиновников из Испании, Исландии, Соединенного Королевства и других стран, тоже оказались достоверными. Так зачем уделять столько внимания поискам их источника? Сейчас скорее стоит оценить по заслугам работу журналистов, которые проверили и подготовили данные к публикации. Мы имеем дело с удивительной коллективной работой постоянно критикуемого профессионального сообщества, которому удалось представить убедительные доказательства того, что оно все еще играет важную социальную роль.

Bloomberg, США

Папа Франциск обеспечил Путину дипломатическую победуПапа Франциск обеспечил Путину дипломатическую победу

Леонид Бершидский.

Российские государственные СМИ освещали первую в истории встречу Папы Франциска и Патриарха русской православной церкви Кирилла как историческое событие. Официальное информационное агентство ТАСС даже публиковало подробный отчет в режиме реального времени. Значение встречи заключалось не в том, что она стала каким-то выдающимся шагом в церковных вопросах: Папа Римский — надо полагать, невольно — сыграл свою роль в пропагандистском маневре Кремля.

Пути католической и православной церквей разошлись после раскола христианской церкви в 1054 году вследствие разногласий по вопросам канонического, догматического и литургического характера. Сегодня для верующих обеих церквей не столь уж и важно, исходит ли Святой Дух лишь от Отца (как учит православная церковь) или же от Отца и Сына (как утверждают католики). Вопрос о том, существует ли чистилище (католики в него верят, а православные нет), тоже вызывает споры, но это не мешает обеим церквям признавать друг друга законными ветвями христианской традиции, а в некоторых случаях даже совершать совместные священнодействия.

Самой главной причиной разногласий между католиками и православными, как и тысячу лет назад, является папский примат или главенство Папы. Католическая церковь считает Папу главой вселенской церкви, а духовенство православной церкви признает за папой лишь право на особый почет, считая, что епископ римский должен быть «первым среди равных», но власти над всей церковью не имеет.

Подготовка к пятничной встрече между Папой Франциском и Патриархом Кириллом на нейтральной территории в Гаване длилась два года, но она даже не стала первым шагом к решению этого главного разногласия, которое привело к борьбе за сферы влияния между двумя церквями и из-за которого подобные встречи прежде были невозможны. Эта же встреча стала возможной лишь потому, что в 2013 году Папа Франциск встретился с Патриархом Константинопольским Варфоломеем I — «первым среди равных» в православной церкви. И Патриарху Кириллу, обладающему в восточном христианстве наибольшей реальной властью, стало труднее оправдывать свое уклонение от встречи с Папой, что его предшественник Алексий II делал на протяжении всего своего пребывания во главе РПЦ.

Но что еще более важно, того, чтобы эта встреча состоялась, хотел российский президент Владимир Путин, который — как никто другой из российских правителей с царских времен — приблизился к тому, чтобы сделать православие государственной религией. «Встреча патриарха с папой нужна Путину сейчас больше, чем раньше, — написал Александр Баунов из Московского Центра Карнеги. — Политический Запад откровенно враждебен России и ему лично. Тем важнее показать, что традиционный религиозный Запад им враждебен меньше». Есть две особые проблемы, отсутствие враждебности в которых показать было особенно важно: Украина и Сирия. Учитывая миролюбие Папы, могло бы показаться, что он осудит жесткие военные действия России в этих странах. Поразительно, что в совместном заявлении, подписанном после встречи в Гаване, Папа Франциск, похоже, разделил мнение русского Патриарха.

Главы церквей согласились, что в Сирии крайне необходимо прекратить вытеснение христиан и установить мир при содействии международной общественности. Разумеется, об участии России в конфликте в документе не упоминается, и пункт о сирийской проблеме, возможно, был написан в министерстве иностранных дел в Москве — по своему ханжескому тону он больше соответствует российской «гибридной дипломатии», нежели христианскому благочестию и пиетету.

Содержание пункта по украинскому вопросу было настолько пророссийским, что принять его некоторым украинцам было трудно. «Папа Римский, очевидно, подписал это под диктовку Кирилла и ФСБ», — написал украинский политик-националист Олесь Доний, имея в виду российскую федеральную службу безопасности.

Украина является основным камнем преткновения между католической и русской православной церквями. Москва считает ее своей канонической территорией и подозревает, что Ватикан вторгается на ее территорию, поддерживая униатскую Украинскую греко-католическую церковь на западной Украине. В совместном заявлении говорится:

«Сегодня очевидно, что метод «униатизма» прежних веков, предполагающий приведение одной общины в единство с другой путем ее отрыва от своей Церкви, не является путем к восстановлению единства. В то же время, церковные общины, которые появились в результате исторических обстоятельств, имеют право существовать и предпринимать все необходимое для удовлетворения духовных нужд своих верных, стремясь к миру с соседями».

Хотя много лет назад католическая церковь признала бесперспективность униатизма, это заявление можно считать уступкой Папы Франциска, согласно которой греко-католической церкви не следует расширять свое влияние и что она должна стремиться к примирению с православной церковью. Как известно, между православными верующими на Украине существует раскол — они разделены между Московским и Киевским патриархатами — но, как говорится в совместном заявлении, они должны объединиться на основе «существующих канонических норм» (излюбленная формулировка Москвы).

В подтверждение пророссийской направленности тщательно проработанного текста в следующем пункте заявления говорится об украинском конфликте так, будто бы России в нем не участвует:

«Мы скорбим о противостоянии на Украине, унесшем уже множество жизней, причинившем бесчисленные страдания мирным жителям, ввергнувшем общество в глубокий экономический и гуманитарный кризис. Призываем все стороны конфликта к благоразумию, общественной солидарности и деятельному миротворчеству. Призываем наши Церкви на Украине трудиться для достижения общественного согласия, воздерживаться от участия в противоборстве и не поддерживать дальнейшее развитие конфликта».

Все это было бы хорошо, если бы Российская православная церковь не была верным союзником российских властей. Подписав это заявление, Папа Франциск, по сути, признал, что она является независимым институтом, а не органом путинской государственной власти и опорой «консервативного» режима, который Путин, по его словам, укрепляет в стране. Это — дипломатический успех, за который Путин должен быть благодарен Патриарху. Иоанн Павел II — Папа польского происхождения, который безуспешно пытался организовать визит в Москву после падения коммунистического режима, но получил решительный отказ по политическим мотивам, скрытым за заявлениями о крайне враждебном отношении православных христиан к католикам, не сделал бы столько, сколько сделал Папа Франциск.

Нынешний Папа имеет репутацию миротворца, но компромиссы и уступки полезны лишь тогда, когда они выгодны обеим сторонам. И неясно, что даст католической церкви эта «историческая» встреча.

В совместном заявлении говорится, что церкви «скорбят об утрате единства, ставшей следствием человеческой слабости и греховности» и подчеркивается упование на достижение единства, однако оно никак не способствует разрешению ни одного из разногласий, целое тысячелетие разделявших две ветви христианской веры. Общее единство по-прежнему остается недосягаемым. В заявлении ничего не говорится о возможных шагах к этому единству — например, о принятии единого календаря церковных праздников. Эта встреча ничего не изменит в жизни христиан в зонах конфликта на Ближнем Востоке, да и вообще в жизни простых православных и католиков.

Единственно, чего достиг Папа Франциск — это дипломатического успеха для путинского консерватизма, который тот использует, чтобы действовать сообща с крайне правыми и религиозными организациями всего мира.

Возможно, Папа в этих вопросах наивен, чего не скажешь о Патриархе Кирилле и его кремлевском покровителе.

Bloomberg, СШАЛеонид Бершидский.

Российские государственные СМИ освещали первую в истории встречу Папы Франциска и Патриарха русской православной церкви Кирилла как историческое событие. Официальное информационное агентство ТАСС даже публиковало подробный отчет в режиме реального времени. Значение встречи заключалось не в том, что она стала каким-то выдающимся шагом в церковных вопросах: Папа Римский — надо полагать, невольно — сыграл свою роль в пропагандистском маневре Кремля.

Пути католической и православной церквей разошлись после раскола христианской церкви в 1054 году вследствие разногласий по вопросам канонического, догматического и литургического характера. Сегодня для верующих обеих церквей не столь уж и важно, исходит ли Святой Дух лишь от Отца (как учит православная церковь) или же от Отца и Сына (как утверждают католики). Вопрос о том, существует ли чистилище (католики в него верят, а православные нет), тоже вызывает споры, но это не мешает обеим церквям признавать друг друга законными ветвями христианской традиции, а в некоторых случаях даже совершать совместные священнодействия.

Самой главной причиной разногласий между католиками и православными, как и тысячу лет назад, является папский примат или главенство Папы. Католическая церковь считает Папу главой вселенской церкви, а духовенство православной церкви признает за папой лишь право на особый почет, считая, что епископ римский должен быть «первым среди равных», но власти над всей церковью не имеет.

Подготовка к пятничной встрече между Папой Франциском и Патриархом Кириллом на нейтральной территории в Гаване длилась два года, но она даже не стала первым шагом к решению этого главного разногласия, которое привело к борьбе за сферы влияния между двумя церквями и из-за которого подобные встречи прежде были невозможны. Эта же встреча стала возможной лишь потому, что в 2013 году Папа Франциск встретился с Патриархом Константинопольским Варфоломеем I — «первым среди равных» в православной церкви. И Патриарху Кириллу, обладающему в восточном христианстве наибольшей реальной властью, стало труднее оправдывать свое уклонение от встречи с Папой, что его предшественник Алексий II делал на протяжении всего своего пребывания во главе РПЦ.

Но что еще более важно, того, чтобы эта встреча состоялась, хотел российский президент Владимир Путин, который — как никто другой из российских правителей с царских времен — приблизился к тому, чтобы сделать православие государственной религией. «Встреча патриарха с папой нужна Путину сейчас больше, чем раньше, — написал Александр Баунов из Московского Центра Карнеги. — Политический Запад откровенно враждебен России и ему лично. Тем важнее показать, что традиционный религиозный Запад им враждебен меньше». Есть две особые проблемы, отсутствие враждебности в которых показать было особенно важно: Украина и Сирия. Учитывая миролюбие Папы, могло бы показаться, что он осудит жесткие военные действия России в этих странах. Поразительно, что в совместном заявлении, подписанном после встречи в Гаване, Папа Франциск, похоже, разделил мнение русского Патриарха.

Главы церквей согласились, что в Сирии крайне необходимо прекратить вытеснение христиан и установить мир при содействии международной общественности. Разумеется, об участии России в конфликте в документе не упоминается, и пункт о сирийской проблеме, возможно, был написан в министерстве иностранных дел в Москве — по своему ханжескому тону он больше соответствует российской «гибридной дипломатии», нежели христианскому благочестию и пиетету.

Содержание пункта по украинскому вопросу было настолько пророссийским, что принять его некоторым украинцам было трудно. «Папа Римский, очевидно, подписал это под диктовку Кирилла и ФСБ», — написал украинский политик-националист Олесь Доний, имея в виду российскую федеральную службу безопасности.

Украина является основным камнем преткновения между католической и русской православной церквями. Москва считает ее своей канонической территорией и подозревает, что Ватикан вторгается на ее территорию, поддерживая униатскую Украинскую греко-католическую церковь на западной Украине. В совместном заявлении говорится:

«Сегодня очевидно, что метод «униатизма» прежних веков, предполагающий приведение одной общины в единство с другой путем ее отрыва от своей Церкви, не является путем к восстановлению единства. В то же время, церковные общины, которые появились в результате исторических обстоятельств, имеют право существовать и предпринимать все необходимое для удовлетворения духовных нужд своих верных, стремясь к миру с соседями».

Хотя много лет назад католическая церковь признала бесперспективность униатизма, это заявление можно считать уступкой Папы Франциска, согласно которой греко-католической церкви не следует расширять свое влияние и что она должна стремиться к примирению с православной церковью. Как известно, между православными верующими на Украине существует раскол — они разделены между Московским и Киевским патриархатами — но, как говорится в совместном заявлении, они должны объединиться на основе «существующих канонических норм» (излюбленная формулировка Москвы).

В подтверждение пророссийской направленности тщательно проработанного текста в следующем пункте заявления говорится об украинском конфликте так, будто бы России в нем не участвует:

«Мы скорбим о противостоянии на Украине, унесшем уже множество жизней, причинившем бесчисленные страдания мирным жителям, ввергнувшем общество в глубокий экономический и гуманитарный кризис. Призываем все стороны конфликта к благоразумию, общественной солидарности и деятельному миротворчеству. Призываем наши Церкви на Украине трудиться для достижения общественного согласия, воздерживаться от участия в противоборстве и не поддерживать дальнейшее развитие конфликта».

Все это было бы хорошо, если бы Российская православная церковь не была верным союзником российских властей. Подписав это заявление, Папа Франциск, по сути, признал, что она является независимым институтом, а не органом путинской государственной власти и опорой «консервативного» режима, который Путин, по его словам, укрепляет в стране. Это — дипломатический успех, за который Путин должен быть благодарен Патриарху. Иоанн Павел II — Папа польского происхождения, который безуспешно пытался организовать визит в Москву после падения коммунистического режима, но получил решительный отказ по политическим мотивам, скрытым за заявлениями о крайне враждебном отношении православных христиан к католикам, не сделал бы столько, сколько сделал Папа Франциск.

Нынешний Папа имеет репутацию миротворца, но компромиссы и уступки полезны лишь тогда, когда они выгодны обеим сторонам. И неясно, что даст католической церкви эта «историческая» встреча.

В совместном заявлении говорится, что церкви «скорбят об утрате единства, ставшей следствием человеческой слабости и греховности» и подчеркивается упование на достижение единства, однако оно никак не способствует разрешению ни одного из разногласий, целое тысячелетие разделявших две ветви христианской веры. Общее единство по-прежнему остается недосягаемым. В заявлении ничего не говорится о возможных шагах к этому единству — например, о принятии единого календаря церковных праздников. Эта встреча ничего не изменит в жизни христиан в зонах конфликта на Ближнем Востоке, да и вообще в жизни простых православных и католиков.

Единственно, чего достиг Папа Франциск — это дипломатического успеха для путинского консерватизма, который тот использует, чтобы действовать сообща с крайне правыми и религиозными организациями всего мира.

Возможно, Папа в этих вопросах наивен, чего не скажешь о Патриархе Кирилле и его кремлевском покровителе.

Bloomberg, США

Будет ли следующая революция на Украине ненасильственной?Будет ли следующая революция на Украине ненасильственной?

Леонид Бершидский.

Самый успешный на Украине министр-реформатор в среду подал в отставку, сославшись на повсеместную коррупцию в украинском правительстве и обвинив главного союзника президента Петра Порошенко в блокировании реформ. Если кому-нибудь еще пока не ясно, что нынешняя власть на Украине такая же совершенно не эффективная, как и прежняя, то случай с министром экономического развития и торговли Айварасом Абромавичусом должен развеять последние сомнения.

Бывший управляющий инвестиционной компании 40-летний Абромавичус по национальности — литовец, немногим больше года назад он принял приглашение Порошенко войти в состав правительства и предложение принять украинское гражданство. Тогда я беседовал с ним, и у него было множество планов — сократить раздутые штаты в своем министерстве, изменить систему государственных закупок и провести приватизацию тысяч украинских государственных предприятий. «Мы не должны напрасно терять время в этот кризис, — сказал он. — Это уникальный шанс для проведения реформ».

У него довольно хорошо получалось. Независимое аналитическое агентство VoxUkraine, в команде которого работают некоторые из наиболее авторитетных экономистов страны, недавно поставило Министерство экономического развития на первое место в рейтинге всех министерств Украины. Оно сократило число необязательных разрешительных документов, ввело электронную систему госзакупок на конкурсной основе, составило опись государственных предприятий и начало процесс замены их руководителей профессионалами из числа представителей частного бизнеса. Кроме того, штат самого министерства был сокращен почти на четверть. Абромавичус популярен, его никто не обвиняет в коррупции, и он является одним из немногих в правительстве, чьи профессиональные качества реформатора не запятнаны.

Однако в среду он созвал пресс-конференцию, чтобы заявить о своем уходе:

«У меня и моей команды нет желания быть ширмой для откровенной коррупции или подконтрольными марионетками для тех, кто хочет в стиле старой власти установить контроль над государственными деньгами. Я не хочу ездить в Давос, встречаться с иностранными инвесторами и партнерами и рассказывать им о наших успехах, в то время как за моей спиной решаются какие-то вопросы в интересах отдельных людей».

Далее он назвал имя одного из этих людей: Игорь Кононенко — влиятельный депутат парламента, который был близким деловым партнером Порошенко до того, как миллиардер и владелец кондитерского бизнеса стал президентом. По словам Абромавичуса, Кононенко ужа давно вмешивается в дела его министерства, пытаясь назначить своих людей руководителями потенциально прибыльных государственных предприятий. Совсем недавно, сказал Абромавичус, появился некий чиновник, который заявил, что его назначение на пост заместителя министра, курирующего госпредприятия — в том числе нефтегазовую компанию «Нафтогаз» — утверждено «на самом верху», и подтверждением тому стал телефонный звонок из администрации Порошенко. Это, по словам министра, и стало последней каплей.

«Я отказываюсь работать в такой системе», — заявил он.

Максим Нефедов, заместитель Абромавичуса, отвечающий за проведение перспективной реформы в сфере госзакупок, заявил, что вслед за своим начальником возвращается в частный бизнес.

Абромавичус — не единственный министр, на которого оказывают подобное давление. Роман Бондарь, консультант, специализирующейся на подборе топ-менеджеров, который помогал Порошенко подбирать кандидатуры на правительственные должности, написал на своей странице в Facebook: «Профессиональное управление коммерческой организацией, министерством или госпредприятием подразумевает независимость в постановке целей, принятии решений и формировании команды. У технократических министров была проблема со всеми тремя буллитами с самого начала».

По неофициальному мнению, украинские министры-реформаторы олицетворяют собой почти не изменившуюся коррумпированную систему, в которой команды Порошенко и премьер-министра Арсения Яценюка поделили между собой контроль над государственными денежными потоками. Но без подтверждения от заслуживающих доверия государственных лиц иностранные доноры и кредиторы Украины могут проигнорировать растущее число фактов, доказывающих, что президент и премьер-министр покрывают коррупцию. Это было удобнее, чем поднимать шум, когда Украина была втянута в гибридную войну с Россией и изо всех сил добивалась осуществления программы антикризисных мер, разработанной Международным валютным фондом.

Даже после публичного выступления Абромавичуса представителям Запада трудно признать, что они помогали лидерам, которые не соответствуют западным стандартам принципиальности, честности и добропорядочности. Десять послов, работающих на Украине, включая представителей США, Канады, Германии, Франции, Великобритании и Японии, опубликовали в среду совместное заявление, в котором выразили свое разочарование в связи с отставкой министра. «Важно, — говорится в заявлении, — чтобы украинские политические лидеры отбросили свои мелочные разногласия, навсегда оставили в прошлом корыстные интересы, которые тормозили развитие страны в течение десятилетий и активизировали проведение необходимых реформ». Проблема этого предложения заключается в том, что украинские лидеры в гораздо большей степени представляют эти корыстные интересы, чем интересы страны — как это было на протяжении всей истории Украины в качестве независимого государства.

Порошенко, явно встревоженный тем, что теряет свою легитимность внутри страны и за рубежом, написал на своей странице в Facebook, что он встретился с министром и попросил его остаться, а Абромавичус обещал подумать. Что же касается Кононенко — то, что в его отношении заявил министр, будет расследовано недавно созданным на Украине Антикоррупционным бюро, и этот депутат Верховной рады — который обвинения отрицает — будет сотрудничать со следствием.

Однако маловероятно, что произойдут какие-то существенные изменения. Украина погрязла в той же трясине, в которой рискует утонуть соседняя с ней Молдавия, где несколько якобы проевропейски настроенных правительств оказались настолько коррумпированными и подотчетными олигархам, что активисты по борьбе с коррупцией теперь проводят массовые протесты совместно с пророссийскими партиями.

На Украине у пророссийских политиков сейчас нет никаких шансов — из-за аннексии Крыма и войны на востоке страны. Но если такие технократы, как Абромавичус, не смогут осуществить свои планы и уйдут, а Порошенко станет такой же ненавистной фигурой, как его свергнутый предшественник Виктор Янукович, то маятник может вновь качнуться в сторону Москвы — что станет оправданием для российского президента Владимира Путина, пытающегося представить Украину как заблудившуюся братскую страну.

Пока технократы рассчитывают на бескровный реванш. Следующая революция, как написал Мустафа Найем — испытывающий все большее недовольство член парламентского блока Порошенко 0 «случится не на улицах, а в коридорах власти и под куполом парламента. И делать ее будут новые политики, уставшие и злые от того, что сначала их толкали в спину, называя технократами и требуя реформ, а потом связали по рукам своим безволием и нежеланием прощаться со старыми схемами».

Найем и некоторые другие молодые политики сейчас все активнее вступают в союз с губернатором Одесской области Михаилом Саакашвили — бывшим президентом Грузии, который на платформе борьбы с коррупцией создает движение, которое он называет «Движением за очищение». Пока он выступает с жесткой критикой в адрес Яценюка и его друзей, обвиняя их в коррупции, но от выступлений с обвинениями против Порошенко воздерживается. Саакашвили и сторонники его «Движения» настаивают на проведении досрочных парламентских выборов, явно рассчитывая получить полный контроль над законодательной властью и сделать президента менее влиятельной фигурой. Похоже, что на данный момент никто, кроме новых сил под руководством Саакашвили, не сможет попытаться предотвратить дальнейшее сползание страны вниз (на манер Молдавии) и, вполне возможно — к новому насилию.

Bloomberg, СШАЛеонид Бершидский.

Самый успешный на Украине министр-реформатор в среду подал в отставку, сославшись на повсеместную коррупцию в украинском правительстве и обвинив главного союзника президента Петра Порошенко в блокировании реформ. Если кому-нибудь еще пока не ясно, что нынешняя власть на Украине такая же совершенно не эффективная, как и прежняя, то случай с министром экономического развития и торговли Айварасом Абромавичусом должен развеять последние сомнения.

Бывший управляющий инвестиционной компании 40-летний Абромавичус по национальности — литовец, немногим больше года назад он принял приглашение Порошенко войти в состав правительства и предложение принять украинское гражданство. Тогда я беседовал с ним, и у него было множество планов — сократить раздутые штаты в своем министерстве, изменить систему государственных закупок и провести приватизацию тысяч украинских государственных предприятий. «Мы не должны напрасно терять время в этот кризис, — сказал он. — Это уникальный шанс для проведения реформ».

У него довольно хорошо получалось. Независимое аналитическое агентство VoxUkraine, в команде которого работают некоторые из наиболее авторитетных экономистов страны, недавно поставило Министерство экономического развития на первое место в рейтинге всех министерств Украины. Оно сократило число необязательных разрешительных документов, ввело электронную систему госзакупок на конкурсной основе, составило опись государственных предприятий и начало процесс замены их руководителей профессионалами из числа представителей частного бизнеса. Кроме того, штат самого министерства был сокращен почти на четверть. Абромавичус популярен, его никто не обвиняет в коррупции, и он является одним из немногих в правительстве, чьи профессиональные качества реформатора не запятнаны.

Однако в среду он созвал пресс-конференцию, чтобы заявить о своем уходе:

«У меня и моей команды нет желания быть ширмой для откровенной коррупции или подконтрольными марионетками для тех, кто хочет в стиле старой власти установить контроль над государственными деньгами. Я не хочу ездить в Давос, встречаться с иностранными инвесторами и партнерами и рассказывать им о наших успехах, в то время как за моей спиной решаются какие-то вопросы в интересах отдельных людей».

Далее он назвал имя одного из этих людей: Игорь Кононенко — влиятельный депутат парламента, который был близким деловым партнером Порошенко до того, как миллиардер и владелец кондитерского бизнеса стал президентом. По словам Абромавичуса, Кононенко ужа давно вмешивается в дела его министерства, пытаясь назначить своих людей руководителями потенциально прибыльных государственных предприятий. Совсем недавно, сказал Абромавичус, появился некий чиновник, который заявил, что его назначение на пост заместителя министра, курирующего госпредприятия — в том числе нефтегазовую компанию «Нафтогаз» — утверждено «на самом верху», и подтверждением тому стал телефонный звонок из администрации Порошенко. Это, по словам министра, и стало последней каплей.

«Я отказываюсь работать в такой системе», — заявил он.

Максим Нефедов, заместитель Абромавичуса, отвечающий за проведение перспективной реформы в сфере госзакупок, заявил, что вслед за своим начальником возвращается в частный бизнес.

Абромавичус — не единственный министр, на которого оказывают подобное давление. Роман Бондарь, консультант, специализирующейся на подборе топ-менеджеров, который помогал Порошенко подбирать кандидатуры на правительственные должности, написал на своей странице в Facebook: «Профессиональное управление коммерческой организацией, министерством или госпредприятием подразумевает независимость в постановке целей, принятии решений и формировании команды. У технократических министров была проблема со всеми тремя буллитами с самого начала».

По неофициальному мнению, украинские министры-реформаторы олицетворяют собой почти не изменившуюся коррумпированную систему, в которой команды Порошенко и премьер-министра Арсения Яценюка поделили между собой контроль над государственными денежными потоками. Но без подтверждения от заслуживающих доверия государственных лиц иностранные доноры и кредиторы Украины могут проигнорировать растущее число фактов, доказывающих, что президент и премьер-министр покрывают коррупцию. Это было удобнее, чем поднимать шум, когда Украина была втянута в гибридную войну с Россией и изо всех сил добивалась осуществления программы антикризисных мер, разработанной Международным валютным фондом.

Даже после публичного выступления Абромавичуса представителям Запада трудно признать, что они помогали лидерам, которые не соответствуют западным стандартам принципиальности, честности и добропорядочности. Десять послов, работающих на Украине, включая представителей США, Канады, Германии, Франции, Великобритании и Японии, опубликовали в среду совместное заявление, в котором выразили свое разочарование в связи с отставкой министра. «Важно, — говорится в заявлении, — чтобы украинские политические лидеры отбросили свои мелочные разногласия, навсегда оставили в прошлом корыстные интересы, которые тормозили развитие страны в течение десятилетий и активизировали проведение необходимых реформ». Проблема этого предложения заключается в том, что украинские лидеры в гораздо большей степени представляют эти корыстные интересы, чем интересы страны — как это было на протяжении всей истории Украины в качестве независимого государства.

Порошенко, явно встревоженный тем, что теряет свою легитимность внутри страны и за рубежом, написал на своей странице в Facebook, что он встретился с министром и попросил его остаться, а Абромавичус обещал подумать. Что же касается Кононенко — то, что в его отношении заявил министр, будет расследовано недавно созданным на Украине Антикоррупционным бюро, и этот депутат Верховной рады — который обвинения отрицает — будет сотрудничать со следствием.

Однако маловероятно, что произойдут какие-то существенные изменения. Украина погрязла в той же трясине, в которой рискует утонуть соседняя с ней Молдавия, где несколько якобы проевропейски настроенных правительств оказались настолько коррумпированными и подотчетными олигархам, что активисты по борьбе с коррупцией теперь проводят массовые протесты совместно с пророссийскими партиями.

На Украине у пророссийских политиков сейчас нет никаких шансов — из-за аннексии Крыма и войны на востоке страны. Но если такие технократы, как Абромавичус, не смогут осуществить свои планы и уйдут, а Порошенко станет такой же ненавистной фигурой, как его свергнутый предшественник Виктор Янукович, то маятник может вновь качнуться в сторону Москвы — что станет оправданием для российского президента Владимира Путина, пытающегося представить Украину как заблудившуюся братскую страну.

Пока технократы рассчитывают на бескровный реванш. Следующая революция, как написал Мустафа Найем — испытывающий все большее недовольство член парламентского блока Порошенко 0 «случится не на улицах, а в коридорах власти и под куполом парламента. И делать ее будут новые политики, уставшие и злые от того, что сначала их толкали в спину, называя технократами и требуя реформ, а потом связали по рукам своим безволием и нежеланием прощаться со старыми схемами».

Найем и некоторые другие молодые политики сейчас все активнее вступают в союз с губернатором Одесской области Михаилом Саакашвили — бывшим президентом Грузии, который на платформе борьбы с коррупцией создает движение, которое он называет «Движением за очищение». Пока он выступает с жесткой критикой в адрес Яценюка и его друзей, обвиняя их в коррупции, но от выступлений с обвинениями против Порошенко воздерживается. Саакашвили и сторонники его «Движения» настаивают на проведении досрочных парламентских выборов, явно рассчитывая получить полный контроль над законодательной властью и сделать президента менее влиятельной фигурой. Похоже, что на данный момент никто, кроме новых сил под руководством Саакашвили, не сможет попытаться предотвратить дальнейшее сползание страны вниз (на манер Молдавии) и, вполне возможно — к новому насилию.

Bloomberg, США

Россия и Украина наконец-то расходятсяРоссия и Украина наконец-то расходятся

Леонид Бершидский

Россия и Украина большую часть своей постсоветской истории жили, как сиамские близнецы, но на протяжении последних двух лет им делают хирургическую операцию, разделяя их экономически. Скорее всего, операция эта будет закончена в 2016 году, и хотя обоих близнецов ждут суровые времена, у того из них, кто послабее — Украины — перспективы в некотором отношении получше.

Еще с тех пор, когда в августе 1991 года Украина провозгласила независимость, она стремится сформировать идентичность, отличную от России. Второй украинский президент Леонид Кучма даже написал в 2003 году книгу под названием «Украина — не Россия». Однако на практике Украина продолжала следовать за своим более крупным соседом даже во время своей несостоявшейся вестернизации в период с 2005 по 2010 годы. Она унаследовала ту же самую основу правовой системы и системы управления — советскую бюрократию — и даже предпринимала попытки проведения реформ, часто копировавших действия Москвы. Когда в 2011 году я переехал из Москвы в Киев, никакого дискомфорта я не ощутил: все — от бюрократических процедур до повсеместно распространенной коррупции, выставлявшей их на посмешище — в этих двух странах было в основном одинаковым.

В экономическом отношении Украина оставалась российской колонией. В 2013 году ее товарооборот с Россией, объем которого по официальным данным украинского государственного комитета статистики составлял 31,8 миллиардов долларов, достиг 28% от ее общего внешнеторгового товарооборота. Для Москвы Украина не имела такого значения, но, тем не менее, она была для России пятым по величине торговым партнером. Ее доля в российском внешнеторговом обороте составляла 5%. В тот последний мирный год Россию посетили 6,1 миллиона украинцев (при общем количестве населения 45,5 миллиона), причем примерно две трети из них приезжали туда на работу. Чуть больше украинцев приезжали лишь в Польшу, через которую украинцы едут в страны ЕС.

Российские власти к этому привыкли. Даже в этом году российский президент Владимир Путин признал, что «русские и украинцы — это один народ». Но теперь это не так: за последние два года, прошедшие со времени украинской «революции достоинства», аннексии Россией Крыма и действий повстанческих сил на востоке Украины при поддержке России, произошел, судя по всему, самый серьезный разрыв между этими соседними тесно взаимосвязанными странами за весь период после Второй мировой войны. В 2014 году число приезжих с Украины в Россию составило лишь 4,6 миллиона человек — почти на 70% меньше чем в Польшу. Статистических данных за этот год пока нет, но с высокой долей вероятности можно предположить, что число украинцев приезжавших в Россию было еще меньше. Дело в том, что Москва ужесточает правила с тем, чтобы затруднить для украинских рабочих-мигрантов бессрочное пребывание в стране, а также, начиная с этого лета, между двумя странами отменены прямые авиарейсы. К тому же, с середины 2016 года украинцы смогут ездить в страны Евросоюза без виз, что, скорее всего, сделает поездки в Европу значительно более популярными.

Что же касается двухсторонней торговли, ее объемы резко сократились.

Объемы международной торговли сократились в обеих странах в результате резкого обесценивания национальных валют (в этом году рубль по отношению к доллару потерял 30% своей стоимости, а гривна обесценилась на 34%). Однако сокращение объемов экспорта и импорта между этими двумя странами было более ощутимым по сравнению с торговыми отношениями с остальными странами мира. Например, в течение первых десяти месяцев этого года объем украинского экспорта в Россию составлял 44% от уровня 2014 года, а общий объем экспорта — 67%.

Украинские компании изо всех сил старались поддерживать продажи в Россию, использую свободную экономическую зону в Крыму, которую обе страны негласно сохраняли как окно для поставок дешевых украинских продуктов. Правда, осенью 2015 года крымско-татарские и ультраправые украинские активисты перекрыли движение грузового транспорта, а Киев решил не вмешиваться. Что касается импорта, объем поставок российского газа сократился в связи с тем, что значительная часть украинских предприятий, являющихся активными потребителями энергии, расположены в разрушенной войной восточной части страны, кроме того, зима в этом году теплая, и властям удалось обеспечить альтернативные поставки из Европы.

В следующем году остатки взаимозависимости между Украиной и Россией будут, по-видимому, устранены, поскольку Москва решила закрыть зону свободной торговли с Киевом в ответ на отмену торговых барьеров между Украиной и Евросоюзом. Две страны будут по-прежнему конфликтовать из-за аннексированной территории, статуса регионов, находящихся под контролем повстанцев и из-за долга в 3 миллиардов долларов, который Украина недавно отказалась выплачивать. Но все эти мучительные споры являются лишь последствиями (все менее интересными) процесса, который был более резким, чем любой другой разрыв.

Хирургическая операция по разделу серьезно истощила силы обеих стран.

В экономическом отношении Россия пострадала гораздо сильнее от падения цен на нефть, нежели от экономических санкций, введенных за ее отношение к Украине — эти санкции, главным образом, заставили гигантские госкорпорации уменьшить долю заемного капитала и сократить число бесполезных проектов. Правда, в ответ на санкции путинское правительство само себе навредило, введя продуктовое эмбарго на импорт из западных стран. Это решение привело к серьезным последствиям: импортозамещения так и не произошло из-за неблагоприятного климата для бизнеса, и ограничения на импорт нанесли серьезный удар по сфере розничной торговли. В ноябре объемы розничных продаж сократились по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года на 13%.

По прогнозу агентства Bloomberg, сокращение российского ВВП составит в этом году 3,8%, и неуклюжая реакция Кремля на бойкот из-за Украины, видимо, способствовала этому не меньше, чем дешевая нефть. Это приблизило конец модели экономического роста, основанного на потреблении, за счет которой Россия держалась на протяжении последнего десятилетия.

Украина, в свою очередь, потеряла по сравнению с 2013 годом около 3 миллионов жителей, и главной причиной этого (несмотря на то, что уровень естественного прироста населения в стране один из самых низких в мире) является аннексия Крыма. Кроме того, объем промышленного производства на Украине снизился на 20% — в основном из-за остановки предприятий, расположенных на востоке страны.

Безусловно, это катастрофа для страны, которая была изначально бедной и которая сейчас является самой бедной в Европе. Однако есть достаточное основание полагать, что резкое падение экономики достигло предельной точки: у России больше нет желания предпринимать дальнейшие военные авантюры на Украине. Судя по последним показателям в месячном выражении, начинается умеренный выход экономики из рецессии. Хотя по согласованному прогнозу Bloomberg экономический спад в этом году составит 10,7%, экономисты полагают, что в следующем году рост украинской экономики составит 1,4%, в то время как ВВП России в следующем году сократится на 0,2%.

Российской падающей экономике до дна еще далеко, и правительство не имеет ни малейшего представления о том, как решить экономические проблемы в условиях падения цен на сырье. Ключевыми словами в 2016 году по-прежнему будут «изоляция» и «репрессии», поскольку терпение россиян проходит очередную проверку в условиях спада экономики потребления, к которой они привыкли.

И хотя в 2016 году Россия по сравнению с Украиной по-прежнему останется более богатой и более сильной страной, Украина будет на подъеме, и там начнется относительное развитие — даже при том, что она не может справиться со своей губительной коррупцией и некомпетентностью в руководстве. Киев по-прежнему пользуется поддержкой Международного валютного фонда (несмотря на недавние споры по бюджету на 2016 год и новому налоговому законодательству), а также согласовал с большинством своих кредиторов вопрос о сокращении долга и продлении срока оплаты. Отмена европейских виз также будет способствовать столь необходимому подъему боевого духа.

Бесспорно, положение России далеко не безнадежно: она выходила и из более тяжелых кризисов. Но и Украина вряд ли станет большим победителем: ее политическая и экономическая системы, возможно, слишком прогнили, чтобы обеспечить особые улучшения. Однако у украинцев в 2016 году больше перспектив, чем у русских.

Bloomberg, СШАЛеонид Бершидский

Россия и Украина большую часть своей постсоветской истории жили, как сиамские близнецы, но на протяжении последних двух лет им делают хирургическую операцию, разделяя их экономически. Скорее всего, операция эта будет закончена в 2016 году, и хотя обоих близнецов ждут суровые времена, у того из них, кто послабее — Украины — перспективы в некотором отношении получше.

Еще с тех пор, когда в августе 1991 года Украина провозгласила независимость, она стремится сформировать идентичность, отличную от России. Второй украинский президент Леонид Кучма даже написал в 2003 году книгу под названием «Украина — не Россия». Однако на практике Украина продолжала следовать за своим более крупным соседом даже во время своей несостоявшейся вестернизации в период с 2005 по 2010 годы. Она унаследовала ту же самую основу правовой системы и системы управления — советскую бюрократию — и даже предпринимала попытки проведения реформ, часто копировавших действия Москвы. Когда в 2011 году я переехал из Москвы в Киев, никакого дискомфорта я не ощутил: все — от бюрократических процедур до повсеместно распространенной коррупции, выставлявшей их на посмешище — в этих двух странах было в основном одинаковым.

В экономическом отношении Украина оставалась российской колонией. В 2013 году ее товарооборот с Россией, объем которого по официальным данным украинского государственного комитета статистики составлял 31,8 миллиардов долларов, достиг 28% от ее общего внешнеторгового товарооборота. Для Москвы Украина не имела такого значения, но, тем не менее, она была для России пятым по величине торговым партнером. Ее доля в российском внешнеторговом обороте составляла 5%. В тот последний мирный год Россию посетили 6,1 миллиона украинцев (при общем количестве населения 45,5 миллиона), причем примерно две трети из них приезжали туда на работу. Чуть больше украинцев приезжали лишь в Польшу, через которую украинцы едут в страны ЕС.

Российские власти к этому привыкли. Даже в этом году российский президент Владимир Путин признал, что «русские и украинцы — это один народ». Но теперь это не так: за последние два года, прошедшие со времени украинской «революции достоинства», аннексии Россией Крыма и действий повстанческих сил на востоке Украины при поддержке России, произошел, судя по всему, самый серьезный разрыв между этими соседними тесно взаимосвязанными странами за весь период после Второй мировой войны. В 2014 году число приезжих с Украины в Россию составило лишь 4,6 миллиона человек — почти на 70% меньше чем в Польшу. Статистических данных за этот год пока нет, но с высокой долей вероятности можно предположить, что число украинцев приезжавших в Россию было еще меньше. Дело в том, что Москва ужесточает правила с тем, чтобы затруднить для украинских рабочих-мигрантов бессрочное пребывание в стране, а также, начиная с этого лета, между двумя странами отменены прямые авиарейсы. К тому же, с середины 2016 года украинцы смогут ездить в страны Евросоюза без виз, что, скорее всего, сделает поездки в Европу значительно более популярными.

Что же касается двухсторонней торговли, ее объемы резко сократились.

Объемы международной торговли сократились в обеих странах в результате резкого обесценивания национальных валют (в этом году рубль по отношению к доллару потерял 30% своей стоимости, а гривна обесценилась на 34%). Однако сокращение объемов экспорта и импорта между этими двумя странами было более ощутимым по сравнению с торговыми отношениями с остальными странами мира. Например, в течение первых десяти месяцев этого года объем украинского экспорта в Россию составлял 44% от уровня 2014 года, а общий объем экспорта — 67%.

Украинские компании изо всех сил старались поддерживать продажи в Россию, использую свободную экономическую зону в Крыму, которую обе страны негласно сохраняли как окно для поставок дешевых украинских продуктов. Правда, осенью 2015 года крымско-татарские и ультраправые украинские активисты перекрыли движение грузового транспорта, а Киев решил не вмешиваться. Что касается импорта, объем поставок российского газа сократился в связи с тем, что значительная часть украинских предприятий, являющихся активными потребителями энергии, расположены в разрушенной войной восточной части страны, кроме того, зима в этом году теплая, и властям удалось обеспечить альтернативные поставки из Европы.

В следующем году остатки взаимозависимости между Украиной и Россией будут, по-видимому, устранены, поскольку Москва решила закрыть зону свободной торговли с Киевом в ответ на отмену торговых барьеров между Украиной и Евросоюзом. Две страны будут по-прежнему конфликтовать из-за аннексированной территории, статуса регионов, находящихся под контролем повстанцев и из-за долга в 3 миллиардов долларов, который Украина недавно отказалась выплачивать. Но все эти мучительные споры являются лишь последствиями (все менее интересными) процесса, который был более резким, чем любой другой разрыв.

Хирургическая операция по разделу серьезно истощила силы обеих стран.

В экономическом отношении Россия пострадала гораздо сильнее от падения цен на нефть, нежели от экономических санкций, введенных за ее отношение к Украине — эти санкции, главным образом, заставили гигантские госкорпорации уменьшить долю заемного капитала и сократить число бесполезных проектов. Правда, в ответ на санкции путинское правительство само себе навредило, введя продуктовое эмбарго на импорт из западных стран. Это решение привело к серьезным последствиям: импортозамещения так и не произошло из-за неблагоприятного климата для бизнеса, и ограничения на импорт нанесли серьезный удар по сфере розничной торговли. В ноябре объемы розничных продаж сократились по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года на 13%.

По прогнозу агентства Bloomberg, сокращение российского ВВП составит в этом году 3,8%, и неуклюжая реакция Кремля на бойкот из-за Украины, видимо, способствовала этому не меньше, чем дешевая нефть. Это приблизило конец модели экономического роста, основанного на потреблении, за счет которой Россия держалась на протяжении последнего десятилетия.

Украина, в свою очередь, потеряла по сравнению с 2013 годом около 3 миллионов жителей, и главной причиной этого (несмотря на то, что уровень естественного прироста населения в стране один из самых низких в мире) является аннексия Крыма. Кроме того, объем промышленного производства на Украине снизился на 20% — в основном из-за остановки предприятий, расположенных на востоке страны.

Безусловно, это катастрофа для страны, которая была изначально бедной и которая сейчас является самой бедной в Европе. Однако есть достаточное основание полагать, что резкое падение экономики достигло предельной точки: у России больше нет желания предпринимать дальнейшие военные авантюры на Украине. Судя по последним показателям в месячном выражении, начинается умеренный выход экономики из рецессии. Хотя по согласованному прогнозу Bloomberg экономический спад в этом году составит 10,7%, экономисты полагают, что в следующем году рост украинской экономики составит 1,4%, в то время как ВВП России в следующем году сократится на 0,2%.

Российской падающей экономике до дна еще далеко, и правительство не имеет ни малейшего представления о том, как решить экономические проблемы в условиях падения цен на сырье. Ключевыми словами в 2016 году по-прежнему будут «изоляция» и «репрессии», поскольку терпение россиян проходит очередную проверку в условиях спада экономики потребления, к которой они привыкли.

И хотя в 2016 году Россия по сравнению с Украиной по-прежнему останется более богатой и более сильной страной, Украина будет на подъеме, и там начнется относительное развитие — даже при том, что она не может справиться со своей губительной коррупцией и некомпетентностью в руководстве. Киев по-прежнему пользуется поддержкой Международного валютного фонда (несмотря на недавние споры по бюджету на 2016 год и новому налоговому законодательству), а также согласовал с большинством своих кредиторов вопрос о сокращении долга и продлении срока оплаты. Отмена европейских виз также будет способствовать столь необходимому подъему боевого духа.

Бесспорно, положение России далеко не безнадежно: она выходила и из более тяжелых кризисов. Но и Украина вряд ли станет большим победителем: ее политическая и экономическая системы, возможно, слишком прогнили, чтобы обеспечить особые улучшения. Однако у украинцев в 2016 году больше перспектив, чем у русских.

Bloomberg, США

BloombergView: Мир ненавидит Россию, а Россия ненавидит его в ответBloombergView: Мир ненавидит Россию, а Россия ненавидит его в ответ

Леонид Бершидский | текстBloombergView

Пропаганда Путина, адресованная аудитории за пределами России, не срабатывает — как и встречные усилия Запада, адресованные россиянам, полагает обозреватель Bloomberg View Леонид Бершидский, добавляя, что «новое исследование Pew Research Center объясняет, почему так происходит».

Изучив мнение 45435 респондентов в 40 странах с марта по май этого года, Pew обнаружил, что почти везде люди неодобрительно относятся к России. Причем европейцы часто относятся к России даже негативнее, чем американцы. У России мало друзей на Ближнем Востоке и в Латинской Америке.

«В Азии и Африке к России относятся относительно хорошо, но вероятно (по крайней мере, частично) дело в наследии СССР. В остальных частях света отношение к России в последние годы ухудшилось, причем эта тенденция началась еще до вторжения в Крым», — говорится в статье.

Рейтинг Путина в мировом общественном мнении — еще ниже, чем у России. По данным Pew, больше всего доверия Путин вызывает в Африке (32%), а меньше всего — в Европе (15%). «Негативный рейтинг Путина часто превышает 75%. В глазах мира он несомненный злодей. Президент США Обама обгоняет его повсюду, даже на Ближнем Востоке, где наименее популярен», — сообщает Бершидский.

В феврале госсекретарь США Керри сказал, что Россия прибегает к самой открытой и широкой пропаганде, какую он лично видел со времен разгара холодной войны, и что эта пропаганда успешна. Конгрессмен Эд Ройс утверждал: «Россия тратит более полумиллиарда долларов в год на то, чтобы вводить зрителей в заблуждение, сеять раздоры, проталкивать конспирологические теории на телеканале RT».

Бершидский замечает: если верить опросам Pew, эти деньги расходуются попусту. «Пропагандистские усилия сосредоточены не на Азии и Африке, но на Европе и США, где терпят ужасающее фиаско», — поясняет автор.

«Где Путин побеждает в своей пропагандистской войне, так это в России. Там он тратит на эти усилия больше денег и в основном контролирует СМИ с широкой аудиторией», — продолжает автор.

Госсекретарь Керри и его подчиненные, ссылаясь на это, просят ассигнования на усилия в противовес российской пропаганде. «Есть также аморфные европейские планы борьбы с российской дезинформацией», — пишет автор, ссылаясь на статью Петра Померанцева в The Financial Times.

Однако, по мнению Бершидского, «пропагандистские СМИ, финансируемые Западом, так же слабы по сравнению с российскими СМИ, финансируемыми Кремлем, как RT — по сравнению с западными СМИ, которые распространяют настоящие новости».

Есть и другая помеха: «Отношение россиян к западным странам в последнее время ухудшилось даже больше, чем отношение к России на Западе».

В подобной атмосфере россияне воспримут любой медийный проект, финансируемый с Запада, как вражеские козни против отечества и президента, пишет Бершидский.

Опрос Pew показал, как эффективно Путин изолировал свою страну и внушил ей «менталитет осажденного города». «Его неудачные попытки улучшить свой зарубежный имидж в конечном итоге служили той же цели», — считает автор.Леонид Бершидский | текстBloombergView

Пропаганда Путина, адресованная аудитории за пределами России, не срабатывает — как и встречные усилия Запада, адресованные россиянам, полагает обозреватель Bloomberg View Леонид Бершидский, добавляя, что «новое исследование Pew Research Center объясняет, почему так происходит».

Изучив мнение 45435 респондентов в 40 странах с марта по май этого года, Pew обнаружил, что почти везде люди неодобрительно относятся к России. Причем европейцы часто относятся к России даже негативнее, чем американцы. У России мало друзей на Ближнем Востоке и в Латинской Америке.

«В Азии и Африке к России относятся относительно хорошо, но вероятно (по крайней мере, частично) дело в наследии СССР. В остальных частях света отношение к России в последние годы ухудшилось, причем эта тенденция началась еще до вторжения в Крым», — говорится в статье.

Рейтинг Путина в мировом общественном мнении — еще ниже, чем у России. По данным Pew, больше всего доверия Путин вызывает в Африке (32%), а меньше всего — в Европе (15%). «Негативный рейтинг Путина часто превышает 75%. В глазах мира он несомненный злодей. Президент США Обама обгоняет его повсюду, даже на Ближнем Востоке, где наименее популярен», — сообщает Бершидский.

В феврале госсекретарь США Керри сказал, что Россия прибегает к самой открытой и широкой пропаганде, какую он лично видел со времен разгара холодной войны, и что эта пропаганда успешна. Конгрессмен Эд Ройс утверждал: «Россия тратит более полумиллиарда долларов в год на то, чтобы вводить зрителей в заблуждение, сеять раздоры, проталкивать конспирологические теории на телеканале RT».

Бершидский замечает: если верить опросам Pew, эти деньги расходуются попусту. «Пропагандистские усилия сосредоточены не на Азии и Африке, но на Европе и США, где терпят ужасающее фиаско», — поясняет автор.

«Где Путин побеждает в своей пропагандистской войне, так это в России. Там он тратит на эти усилия больше денег и в основном контролирует СМИ с широкой аудиторией», — продолжает автор.

Госсекретарь Керри и его подчиненные, ссылаясь на это, просят ассигнования на усилия в противовес российской пропаганде. «Есть также аморфные европейские планы борьбы с российской дезинформацией», — пишет автор, ссылаясь на статью Петра Померанцева в The Financial Times.

Однако, по мнению Бершидского, «пропагандистские СМИ, финансируемые Западом, так же слабы по сравнению с российскими СМИ, финансируемыми Кремлем, как RT — по сравнению с западными СМИ, которые распространяют настоящие новости».

Есть и другая помеха: «Отношение россиян к западным странам в последнее время ухудшилось даже больше, чем отношение к России на Западе».

В подобной атмосфере россияне воспримут любой медийный проект, финансируемый с Запада, как вражеские козни против отечества и президента, пишет Бершидский.

Опрос Pew показал, как эффективно Путин изолировал свою страну и внушил ей «менталитет осажденного города». «Его неудачные попытки улучшить свой зарубежный имидж в конечном итоге служили той же цели», — считает автор.