Квартирные мошенники из прокуратуры. Как прокуроры зарабатывают на украинцахКвартирные мошенники из прокуратуры. Как прокуроры зарабатывают на украинцах

Иван Землянский

За годы независимости предусмотренное в законодательстве право прокуроров на внеочередное получение жилплощади превратилось в прибыльную схему квартирных афер и махинаций.
Для сотен тысяч украинских семей квадратные метры от государства на грани фантастики. Можно десятилетиями стоять в очереди в надежде получить бесплатное жилье. В то время, как правоохранителям, судьям, прокурорам ежегодно пачками достаются дармовые квартиры.

Сложившаяся система распределения бесплатного жилья дает простор для манипуляций. Дело в том, что выдача бесплатного жилья регулируется по разным спискам: общим, первоочередным, внеочередным. И какой «сорт» очередников получает преимущество, очевидно.

Из нормативных актов советских времен осталось в числе действующих немного, но в вопросах распределения бесплатного жилья для чиновников почти все по-прежнему. Способы, как оперативно завладеть квадратными метрами, есть.

Существует старая практика ротации кадров (причем не единичная), когда прокурор переезжает с места на место, предыдущая квартира остается детям или другим родственникам, а прибывший в столичный регион назначенец вновь претендует на жилье. Его дают в виде исключения, вне очереди, или в первую очередь. Жилье можно получить «в пользование» и перевести в постоянное. Служебную квартиру можно превратить в частную, а еще — «выбить» бесплатно землю для ведомственного строительства, или отхватить весомую долю уже построенного на средства инвесторов жилья, опять-таки, за счет других.

Самой распространенной схемой получения государственного жилья прокурорами в собственность является получение «служебного» жилья от прокуратуры с его последующим переведением в разряд «государственного», что, в свою очередь, открывает возможность для приватизации. Подобную схему используют на всех уровнях: от руководства ГПУ и до прокуроров местных прокуратур.

При этом, прокуратуры работают в полном взаимодействии с органами местного самоуправления. В частности, они обеспечивают «крышу» для сомнительных строек в обмен на «долю» в новостройках. Если учесть, что реально подобное распределение жилья толком не фиксируется — это открывает прекрасные возможности для махинаций. Если же местная власть «упирается» и не хочет делиться с прокуратурой, то последняя может припомнить ей разнообразные преступления из прошлого.

В погоне за дармовыми квадратными метрами некоторых законников не останавливает ничто. Например, зафиксированы случаи, когда прокуратура сама выступает «застройщиком», а также собирает данные о недвижимости, которая остается после смерти собственников, чтобы и на неё наложить «лапу».

При этом, даже после увольнения прокуроров, приватизированная ими жилплощадь никуда не девается. Соответственно, проведённая не так давно «люстрация» была компенсирована для многих «законников» полученными ранее квартирами.

Несмотря на то, что квартирные махинации в прокуратуре не являются ни для кого секретом, сами «законники» свято блюдут свои тайны, и всячески скрывают информацию, ссылаясь на те или иные причины. Впрочем, это не отменяет факта массовости «афер с недвижимостью» под крышей прокуратуры.

Основания «жилищного коммунизма» для прокуроров

С развалом Советского Союза, десятилетиями формировавшаяся система распределения соцжилья между очередниками, первоочередниками, внеочередниками, различными категориями льготников и государственными работниками, казалось бы, канула в Лету, но только не для «государственных мужей», для которых «коммунизм» в жилищной сфере продолжается до сих пор.

После провозглашения независимости, жилую очередь поделили на три потока: общую, первоочередную и внеочередную.

Право на первоочередное получение квартиры имеют, прежде всего, участники боевых действий, которые получили ранения или увечья в ходе этих действий, — для них предусмотрен срок два года со времени взятия на учет. В этой же категории — инвалиды первой и второй групп, лица, которые имеют особые заслуги перед Родиной. На отдельные квадратные метры должны расселять и граждан, которые имеют тяжелые хронические недуги. По закону, первоочередное жилье также должны предоставлять семьям и матерям-одиночкам с тремя и больше детьми, а также в случае рождения близнецов или детей-инвалидов.

Параллельно, согласно закону Украины «О прокуратуре», прокуроры и следователи тоже обеспечиваются жилой площадью в первоочередном порядке. Более того, местные органы власти должны обеспечить их жилыми помещениями в течение полгода. Т.е., другие категории граждан, которые имеют право на первоочередное получение помещение, могут ждать годами, а прокуроров нужно обеспечивать немедленно.

Квартиры для прокуроров, судей, правоохранителей являются своеобразнойвзяткой со стороны местной власти силовикам. Когда строительная фирма сдаёт дом, то передает местной власти определенное количество квартир, чтобы не иметь хлопот с подписанием акта о сдаче дома в эксплуатацию. А уже мэрия эти квартиры передает прокурорам.

Такая схема удовлетворяет и застройщиков, и власть, и силовиков. Городская власть предоставляет квартиру не лично прокурору, а прокуратуре или суду. А уже руководство этих структур самостоятельно решает, кому выделить это помещение.

Есть ещё одна схема. Например, горсовет выделяет бесплатно земельный участок под строительство жилья для суда или милиции. Те находят строительную фирму, которой предлагают на этом участке возвести дом, часть квартир в котором продать по рыночной цене, вместе с тем, квартиры для судей будут безвозмездными. Такая схема подходит всем. Ведь строительная фирма экономит на купле земельного участка для строительства, а владельцы этого участка получат квартиры даром. Да и проблем со сдачей в эксплуатацию судейского или милицейского дома не будет.

Например, в 2003 году решением сессии Киевского городского совета впервые было узаконено обязательство застройщиков передавать в пользу Главного управления жилищного обеспечения исполкома высчитываемый по соответствующей формуле процент квадратных метров от построенных домов — от 5 до 15% квартир, в зависимости от близости строящегося жилья к центру столицы.

Само собой, это помимо уплаты застройщиком денежных средств в местный бюджет в виде паевого взноса на создание социальной и инженерно-транспортной инфраструктуры города. Далее чиновники на своё усмотрение распределяли квартиры, что, в свою очередь, лишь поощряло коррупцию.

В 2011 году были приняты Радой и подписаны Президентом два закона, имеющих непосредственное отношение также и к проблемам взаимоотношений власти и застройщиков. Закон «О регулировании градостроительной деятельности» запретил требовать от застройщика какое-либо имущество или услуги за исключением предусмотренных законодательством паевых взносов. Следом за ним вступил в силу закон «Об основах предотвращения и противодействия коррупции», который вообще запретил органам государственной власти и местного самоуправления получать что-либо от физических и юридических лиц на бесплатной основе.

Тем не менее, результат от введения таких благих законодательных новшеств оказался практически нулевым. Если не считать того, что схемы присвоения дармовой недвижимости чиновниками стали более незаконными, наглыми и циничными. И, как это не парадоксально, гораздо упростились.

Едва ли не первой и главной заботой людей, от мала до велика, дорвавшихся до власти в Украине становится стремление, во чтобы то ни стало, разжиться дармовой недвижимостью за счет государства. Все они прекрасно понимают, насколько скоротечна власть в условиях участившейся в последние годы досрочной смены политических элит у руля страны. Отсюда — весьма распространенная сегодня практика перевода государственных (общественных) квартир в категорию служебных, с последующим восстановлением их прежнего статуса, имеет под собой более чем конкретную подоплеку. Более того, все эти рокировки являются основой успешного проведения махинаций с недвижимостью. Недаром в одной лишь столице перестают быть служебными сотни квартир ежегодно.

Схемы мошенничества просты и разнятся лишь в некоторых несущественных нюансах. Департамент строительства и жилищного обеспечения КГГА передает квартиру, допустим, прокуратуре. Затем прокуратура обращается в одну из районных администраций в Киеве с просьбой назначить квартире статус служебной, чтобы вселить в неё своего работника. В свою очередь, РГА выполняет пожелание «законников». При этом данное жилье не то чтобы не принадлежит прокуратуре, а даже не числится на балансе в КГГА. Ведь застройщик передал квартиру департаменту простым актом приема-передачи, без каких-либо отметок в Государственном реестре вещественных прав на недвижимое имущество! Проходит полгода-год, и прокуратура снова обращается в райгосадминистрацию, но уже с ходатайством о снятии статуса служебной с той же самой квартиры, которая тут же приватизируется прописанным в ней лицом. Причем, чаще всего бывает, что тот самый счастливый получатель квартиры прописывается в ней со всей своей семьей, а потому, квартира приватизируется, как правило, даже не им, а кем-то из его близких. Сам же госслужащий начинает охоту за очередной недвижимой халявой, в то время, как простые смертные десятилетиями продолжают стоять в очереди.

На практике данный процесс можно продолжать до бесконечности. Ведь мошенническая схема абсолютно не прослеживается в госреестрах, а, значит, очередной счастливый обладатель новенькой недвижимости просто не светится. Как я говорил выше, профильный департамент КГГА изначально не регистрирует право собственности на полученные им от застройщика квартиры, а, значит, попросту раздает их кому вздумается.

Необходимо отметить, что в своем отказе регистрировать вышеупомянутые операции с недвижимостью Департамент жилищного обеспечения ссылается исключительно на нормы Жилищного кодекса, которым, мол, «не предусмотрено принятие полученных от застройщика квартир в собственность с оформлением свидетельств о праве собственности на них и проведение государственной регистрации».

Но возникает вопрос: а почему тогда столь дорогостоящий актив, как квартиры, не ставится, к примеру, на бухгалтерский учет, как того требует Бюджетный кодекс? Ведь, руководствуясь логикой киевских чиновников, любое предприятие отныне может отказаться от регистрации недвижимости, избегая хотя бы той же уплаты налогов.

Впрочем, «любовь» местных властей к «прокурорским» более чем понятна. Именно последние должны «отмазывать» чиновников от ответственности. Мэры знают: дадут силовикам квартиру — и при необходимости могут надеяться на их помощь. В первую очередь, предоставляют квартиры и милиционерам, и судьям.

По мнению известного адвокатаТатьяны Монтян,предоставление силовикам квартир от городской власти — это пережиток прошлого. Ни в одной другой стране Европы такого нет. Адвокат утверждает, что квартира прокурору — это взятка от власти, которая позволяет просить «закрыть глаза» на противоправную деятельность. Например, на незаконное отчуждение земли или объектов недвижимости. Поэтому, пока это будет длиться — ни прокуратуры, ни суды у нас не будут независимыми.
Как в прокуратурах «квартирные списки» чистили

При этом, в последние годы сами «законники» несмело признают наличие проблемы, и выражают ( на словах) готовность с ней бороться. В частности, в апреле этого года после очередного скандала, связанного с квартирными аферами, в ГПУ устами прокурора Владислава Куценко было торжественно обещано осуществить масштабные проверки прокурорского служебного жилья. Он подчеркнул, что проверены будут «абсолютно все». Впрочем, результаты этой «проверки» до сих пор остаются неизвестными.

А вот попытка скрыть списки «облагодетельствованных квартирой» прокуроров вызвала скандал, о котором «Прокурорская правда» писала еще в марте этого года.

Тогда наше издание обратилось в ГПУ с просьбой предоставить информацию о количестве квартир, предоставленных сотрудникам Генеральной прокуратуры в качестве служебных с 2011 по 2015 года с разбивкой по регионам. Редакция просила уточнить площадь и статус этих квартир, количество приватизированных, а также перечень счастливчиков, которые там поселились.

Однако в надзорном ведомстве отказались предоставить такую информацию, сославшись на ее неполноту в наличии у распорядителя. В ГПУ пояснили, что по результатам служебной проверки установлено — по некоторым годам информации вообще не оказалось, а по остальным она сохранилась лишь частично. Утраченные сведения будут пытаться восстановить в ходе досудебного расследования, которое уже начато. В частности, ответственным за выделение «лишнего» жилья светит санкция ст. 367 УК Украины (служебная халатность), а чрезмерно ушлым законникам — ст. 190 УК Украины (мошенничество).

В апреле и.о. Генпрокурора Юрий Севрук подтвердил, что часть документов, касающихся получения служебных квартир сотрудниками органов прокуратуры, исчезла.

По его словам, для выявления возможных нарушений во время распределения жилья отдельным сотрудникам ГПУ была организована служебная проверка. Отметим, что в своем интервью исполняющий обязанности генпрокурора заявил, что речь идет только о столице Украины, и заранее анонсировал ряд уголовных производств по фактам мошенничества.

Вскоре появилась информация, что пятеро работников органов прокуратуры Киева и Киевской области фигурируют в уголовных производствах относительно махинаций со служебным жильем.

В частности, прокурор ГПУ Владислав Куценко заявлял, что производство касается как нынешних, так и бывших работников прокуратуры, пообещав рассказать больше деталей позже, на брифинге. По словам Куценко, на данный момент расследование проводится только по Киеву и Киевской области.

Отметим, что кроме дел в отношении прокуроров, которые могли приватизировать служебное жилье, 20 апреля в ГПУ начато уголовное производство по факту неправомерных действий должностных лиц прокуратуры Киева, которые допустили нарушения при выделении жилья своим сотрудникам.

Как уточнялось на сайте ГПУ, уголовное производство по факту неправомерных действий должностных лиц прокуратуры Киева, допустивших распределение жилья с нарушениями, а также самих сотрудников органов прокуратуры (в том числе бывших), которые незаконное получили «квадраты», расследуется по ч.2. ст.367 и ч.4 ст.190 УК Украины.

Куценко привел несколько примеров из фабул расследуемых производств. Первый эпизод касается специалиста 2 категории прокуратуры Киева, которая в 2005 года получила на состав семьи из 3 человек квартиру общей площадью свыше 77 м2 в столице. Однако уже в 2012 году она предоставила заранее оформленную справку о проживании совместно с сыном в общежитии и отсутствии собственного жилья, и была вновь поставлена на квартирный учет. В результате, в 2013 году работая в профкоме прокуратуры Киева, женщина снова получила на состав семьи из двух человек двухкомнатную квартиру площадью более 70 м2.

Кроме того, в ходе проверки установлено получение неоднократного получения жилья бывшими сотрудниками прокуратуры Киева, ныне работающими в структуре ГПУ. «Одно из этих лиц получило на протяжении 2005-2012 годов 2 квартиры», — резюмировал Куценко.

Новый этап борьбы с прокурорскими «приватизациями жилья» объявил уже Генпрокурор Юрий Луценко в начале июля 2016 года.

По его уверениям, руководителям всех прокуратур Украины запретят приватизировать предоставленное им служебное жилье.

По его словам, все прокуроры, «кто злоупотреблял правом на приватизацию, то есть приватизировал больше, чем одну служебную квартиру, будут лишены права быть прокурором».

Впрочем, пока что о прецедентах «наказания» прокуроров-квартирных мошенников «при Луценко» пока что ничего не слышно.

Необходимо отметить, что скрывают данные о выделяемом «законникам» жилье на всех уровнях прокуратуры. В частности, когда «Прокурорская правда» направила ряд запросов в области, в ряде случаев ответов или не последовало, либо же они были сделаны исключительно с целью скрыть реальное положение дел.

Например, в Донецкой области сослались на утрату данных после захвата боевиками областной прокуратуры.

Они выделили с 2014 года лишь одну квартиру — замначальника отдела областной прокуратуры Роману Штенде. У последнего в электронной декларации зафиксирована одна квартира – 65 кв. м., которая находится в частной собственности его жены и сына.

Аналогично сослались на утрату доступа к данным за прошлые годы в Луганской области.

Дескать, выделили с 2014 года 5 квартир, но данных об их площади почему-то не имеют.

Хитро подошли к ответу в Волынской области. Там указали, что выделили 30 квартир. В сумме -710 кв. м. жилой площади. Но конкретизировать «разбивку» не стали.

Аналогично поступили в прокуратуре Ивано-Франковской области. Указали общее число квартир, жилую площадь (более 1 тыс. кв. м.), фамилии некоторых прокуроров, но без конкретики.

Никак не мотивируя, отказали в предоставлении информации в Черновицкой области. Дескать, ничего не знаем, учет не ведем, и вообще — сами смотрите в реестре.

Так что, как бы не говорили в прокуратуре об «открытости» и «декларировании», данные о распределения жилья – это все тот же «страшный секрет», которым никто не спешит делиться.

Киевские квартирные истории

В июле журналисты программы «Чрезвычайные новости» провели расследование на тему получения прокурорами жилья в Киеве.

В ответе на запрос в столичном Департамент строительства и жилищного обеспечения говорится, что с 2010 года по настоящее время ведомство передало в органы прокуратуры 137 квартир общей площадью 11 768 кв.м.

Дальнейшей судьбой квадратных метров распоряжались районные администрации.

С 2010 года самой щедрой была Голосеевская РГА — предоставила прокурорам 18 квартир, Днепровская — 14 Печерская — 12 Дарницкая и Деснянская — по 11 каждая, Соломенская — 10 Подольская — 6, Святошинская — 3, Шевченковская и Оболонская выделили по две. В сумме — 89 квартир.

Однако, что-то не сходится. На бумагах куда-то исчезают 48 квартир, о которых отчитывался Департамент строительства и жилищного обеспечения КГГА. А четыре района вообще отказываются называть фамилии прокуроров, которым выделили жилье за средства налогоплательщиков.

Списки вызывают, по меньшей мере, сомнения. Голосеевская РГА почему-то не отметила в своем отчете «бриллиантового» прокурора Александра Корнийца, о котором подробно будет рассказано ниже.

Список прокурорских бездомных пополняется после повторных запросов. На Печерске было 12, а становится — полсотни. Оказывается, документы на прокурорские квартиры хранятся кое-как и могут быть где угодно, без единой электронной базы.

Так же — в Голосеевском районе, где обнаружили 17 дополнительных прокурорских помещений.

В рейтинге квартирной щедрости лидирует Печерский район, но и в нем итоговые цифры не сходятся.

Впрочем, путаница и утеря документов не помешали составить итоговый рейтинг «удачливых» прокуроров, получивших недвижимость от государства.

Возглавляет его Юрий Ударцов, прокурор г. Киев в 2010-2011 гг.

В органах прокуратуры работал с апреля 1987-го. Занимал должности прокурора Славянска Донецкой области, заместителя прокурора Донецкой области, первого заместителя прокурора Днепропетровской области, прокурора Сумской, Луганской и Донецкой областей. 2 марта 2010 года приказом Генерального прокурора Украины Александра Медведько назначен на должность прокурора города Киева. С июня 2010-го по февраль 2014-го — заместитель Генерального прокурора Украины — прокурор Киева.

Именно Ударцова называют причастным к «ремонтной афере», в ходе которой было разворовано 69 миллионов гривен бюджетных денег, выделенных на ремонт зданий ГПУ, он был главой комитета по организации конкурсных торгов.

На должности прокурора Киева он «отхватил» квартиру площадью 99 кв. м.

Кресло прокурора столицы унаследовал Анатолий Мельник. Печерский район «поздравил» нового главу прокуратуры служебной квартирой в 89 квадратных метров жилплощади. Прокурор возбудил несколько уголовных дел против СМИ и 2012-го уехал в Луганск — управлять тамошней прокуратурой. Столичную квартиру — приватизировал.

Преемник Мельника — прокурор Николай Бескишкий также получил традиционный бонус при вступлении в должность — новое жилье в центре столицы на 80 квадратных метров. Руководил прокуратурой во времена «Евромайдана» и был освобожден 24 февраля 2014-го. Квартира до сих пор остается за ним.

Уникальный случай связан с новым прокурором Киева — Романов Говдой, который получил квартиру площадью 60 кв. м. «авансом», еще до вступления в должность.

Хорошо обустраиваются в столице и заместители прокуроров. Взять хотя бы донецких друзей Артема Пшонки — сына одиозного экс-генерального прокурора. Максим Могильницкий, Александр Нестеренко и Сергей Софиев вместе с должностями заместителей прокурора Киева получили квартиры в центре площадью 98, 78 и 55 квадратных метров соответственно.

Донецкая троица была освобождена из органов, и служебные квартиры в Голосеевском районе за ними остались. Сергей Софиев свою успел официально присвоить.

Экс-заместитель генпрокурора Пшонки Виктор Войцишен, который контролировал Главное следственное управление ГПУ, приватизировал предоставленную ему служебную квартиру на Печерске в 89 квадратных метров.

Но наибольшую «хваткость» продемонстрировал уроженец Донецка Максим Ленко. За короткую карьеру в столичной прокуратуре — всего полгода — он умудрился получить сразу две квартиры: небольшую в 36 кв. м. в Печерском районе и «приличную» в 85 кв.м. в Голосеевском районе. Затем возглавил Главное следственное управление СБУ. И прокурорское жилье — не освободил.

Присутствуют в списках и некоторые другие интересные фамилии.

Например, Владимир Коцюруба (31,5 кв. м. жилой площади) — начальник отдела надзора за соблюдением законов спецподразделениями и другими учреждениями, которые ведут борьбу с организованной преступностью прокуратуры г. Киев

После окончания Харьковского юридического института с 1987 по 1997 гг. — помощник прокурора в Энергодаре. С 1997 по 2003 гг. — Каменко-Днепровский межрайонный прокурор. С 2003 г. — Бердянский природоохранный межрайонный прокурор. С 2006 г. — Бердянский межрайонный прокурор. В 2010-ом переведен в ГПУ на должность начальника отдела защиты прав граждан и интересов государства при применении законов об административном правонарушении.

В коррупционных скандалах не светился. В нескольких публикациях СМИ о нем только положительные отзывы.

Алексей Тихонов (52,2 кв. м.) — экс-начальник следственного управления прокуратуры г. Киева.

Работу в правоохранительных органах он начал в апреле 1983. В феврале 1995 с должности заместителя начальника следственной части ГУ МВД Украины в Киевской области пошел работать следователем по особо важным делам следственной части отдела надзора за соблюдением законов специальными подразделениями по борьбе с организованной преступностью прокуратуры Киева. В декабре 2004 г. Тихонов возглавил следственное управление прокуратуры столицы. В 2014 году все еще числился в прокуратуре, хоть и непонятно в какой должности. Есть упоминание о нем при вручении передачи воинам АТО от прокуратуры Киева.

Сергей Софиев, экс-заместитель прокурора г. Киев 2011-2014 гг.

Ранее занимал должность прокурора Киевского района г. Донецка. Участник «теневой прокуратуры» сына экс-генпрокурора Артема Пшонки.

Квартиру в 77 кв. м. жилой площади получил бывший заместитель прокурора Киева Александр Нестеренко, уволенный из органов 22 апреля 2014 года. Представитель «донецких», во времена Януковича он сделал просто выдающуюся карьеру, пройдя за несколько лет путь из прокуратуры Макеевки до столицы.

Впрочем, не все «прокурорско-квартирные» истории столь оптимистичны.

Анна Мамонова — сотрудница документально-экспертного отдела прокуратуры. В 2012-ом году она получила ордер на однокомнатную квартиру Киев, ул. Васильченко, 12, кв. 33. Мамонова — мать одиночка, 10 лет работала в прокуратуре, жила с дочкой в общежитии. На момент выдачи ордера, в квартире проживал некто Шапран Николай Иванович, бывший работник прокуратуры из отдела по борьбе с организованной преступностью, пребывающий на пенсии. Он, в свою очередь, должен был переехать в 3-х комнатную, на которую получил соответствующий ордер в прокуратуре. Но Шапран отказался освобождать квартиру, мотивируя это тем, что якобы делает ремонт в своей новой квартире и не может пока туда въехать, позже сообщил что его новая квартира «пропала» и порекомендовал Мамоновой подавать на него в суд с комментарием «ты у меня не выиграешь».

Продолжается эта история до сих пор. Жалобы Мамоновой во все возможные инстанции результата не принесли. По версии прокуратуры, во всем виновато некое ТОВ «Стиль-блюз», якобы нарушившее условия выделения квартир.

«Мелкие и крупные махинации с жилплощадью в районах Киева

«Прокурорская правда» обращалась в Киевскую городскую и местные прокуратуры с запросами по поводу распределения жилплощади.

Из КГГА пришла формальная «отписка» без какой-либо ценной информации, но с «пересылкой» обращения непосредственно в районы столицы.

Из РГА же пришли крайне интересные ответы. Во-первых, большинство местных администраций предпочли «откосить» от предоставления конкретной информации, ограничиваясь количеством выделенных квартир или вообще – общей выделенной жилплощадью. При этом, авторы ответов ссылались на «конфиденциальную информацию личного характера», которую они, дескать, предоставлять не могут. Во-вторых, даже когда данные о квартирах предоставляли, то писали лишь «жилую площадь», которая, как показал опыт, может быть в разы меньше реальной.

Например, вот такой ответ пришел из Голосеевского района.

По информации из Голосеевской РГА, квартиры прокурорам не предоставляются с 2013 года. Предоставленные до этого помещения – преимущественно небольшие. Исключения — квартиры упомянутых выше Ударцова и Ленко, «бриллиантового прокурора» Корнийца и Александра Нестеренко.

В Деснянском районе утверждают, что всего за последние года прокурорам было предоставлено 11 квартир общей площадью 444 кв. м., однако подробности предоставить отказались.

Днепровская РГА заявляет о предоставлении за последние годы 28 квартир общей площадью 776,23 кв. м.

Большинство квартир, указанных в списке – тоже небольшие.

Обращает на себя внимание получение квартиры площадью более чем 47 кв. м. старшим прокурором Людмилой Мухаир. Если обратиться к ее свежей электронной декларации, то видим, что как раз эта квартира в ней не зафиксирована, а лишь комната 18 кв. м. от Киевпастранса и квартира площадью 90 кв. м. от райгосадминистрации. Все – в пользовании. Куда «пропала» полученная раньше квартира – не ясно.

Получила квартиру площадью 41 кв. м. и прокурор Ксения Кольцова, однако, опять-таки, в ее электронной декларации нет. Зато есть «пользование» полученной от Днепровской РГА квартиры площадью 90 кв. м.

И снова похожая ситуация наблюдается у прокурора Татьяны Косяченко, которая якобы получила квартиру 48 кв. м., однако по ее же декларации проживает в квартире 89 кв. м. от РГА.

Все это не позволяет либо ставить официальные данные под вопрос, либо видеть признаки «схемы» с оперативным получением, продажей и получением снова еще большего жилья.

Аналогичные махинации можно проследить и на примере Оболонского района.

Согласно полученному из Оболонской РГА ответу, за последние годы там «раздали» прокурорам 13 квартир.

Впрочем, тут в ответе «скромно» указывают, что речь идет именно о «жилой площади» квартир. В частности, в 2014 году квартиру «жилой площадью» 31,5 кв. м. получила прокурор отдела Юлия Онуфриева.

Если же обратиться к ее последней декларации о доходах, то в ней мы видим уже две квартиры. Одну — площадью 63,9 кв. м., а вторую — 72 кв. м. Обе — в частной собственности, и приватизированы вместе с дочерью и мужем прокурора. Непонятно, какую квартиру она тогда получила еще пару лет назад от государства, и почему ей ее дали, если с жильем в семье — и так полный порядок.

Таким же образом, квартира прокурора Оксаны Комаровой из 10 кв. м. «жилой площади» превращается в ее же декларации в квартиру площадью 21 кв. м. Видимо, столь небольшое жилье показалось ей недостаточным, потому она строит себе дополнительную жилплощадь (36 кв м.).

В Святошинском районе осмотрительно указали лишь на то, что «раздали» 8 квартир площадью более 220 кв. м., но подробности сообщать отказались.

Аналогично поступили в Шевченковском районе, ограничившись указаниями на выделение 32 квартир.

Также «поскромничали» и в Подольском районе, где, по утверждениям РГА, было выделено лишь три квартиры за все последние годы.

Таким образом, в районных администрациях города Киева информацию о «прокурорских квартирах» оберегают как «зеницу ока», скрываясь под надуманными поводами «защиты персональных данных». Хотя все действующие прокуроры и так обязаны эти данные публиковать.
Касько: «реформатор» и квартирный аферист

В очередной раз всеобщее внимание к проблемам прокурорских квартир привлек скандал с жилплощадью, принадлежащей бывшему заместителю Генпрокурора Виталию Касько.

Впервые вопрос о том, что Виталий Касько дважды получал от государства жилплощадь в Киеве, и потом ее приватизировал, поднимался осенью 2015 года, когда сам заместитель Генпрокурора был в числе претендентов на место Антикоррупционного прокурора.

Все «перипетии» войны грантоедов и блогеров тогда подробно описывала «Прокурорская правда». Впрочем, тогда о деле быстро забыли после того, как руководство Антикоррупционной прокуратуры было сформировано, и Касько там не оказалось.

Новая активизация внимания к этой истории началось уже после ухода «младопрокурора» из ГПУ. Касько написал заявление об отставке 15 февраля, через три дня после открытия уголовного производства против него по поводу все той же недвижимости.

В конце марта — начале апреля ГПУ развернула бурную деятельность в режиме шоу, которая включала в себя: зачитывание подозрения вечером в воскресение под стенами театра, публикацию материалов дела в сети Интернет, вызовы подозреваемых на допрос через собственный сайт.

Накануне ухода с должности Генпрокурора, Виктор Шокин добился ареста квартиры Виталия Касько, которая находится на бульваре Дружбы народов, 14-16, в Киеве.

По версии следователей, Касько совершил мошенничество, предоставив недостоверную информацию об отсутствии постоянного жилья в Киеве и завысив при этом фактическое количество членов семьи. Таким образом, он, якобы, незаконно завладел квартирой в столице в 2010-2014 годах.

10 апреля представитель генпрокуратуры Владислав Куценко на специальной пресс-конференции после объявления Касько подозрения заявил, что его преследуют именно из-за квартирного вопроса.

Как писала ранее «Прокурорская правда», в 2002 году тогдашний сотрудник Генпрокуратуры Виталий Касько обзавелся первым служебным жильем, предназначавшимся для него и его матери.

Это была квартира площадью 49,5 кв. м, находящаяся в Киеве по адресу ул. Новгородская, 3. Видимо, как заботливый сын, господин Касько планировал перевезти маму, проживавшую и работающую во Львове, где у них уже была трехкомнатная квартира площадью 82 кв. м, в столицу.

Совладельцами львовской жилплощади были, кроме Виталия Викторовича и его матери, также сестра и дедушка. А сам прокурор и его мама состояли на учете как люди, нуждающиеся в улучшении жилищных условий. В 2004 году по обращению Касько решением районного совета квартира по улице Новгородской была выведена из статуса служебного жилья. А в канун Нового года мама Виталия Викторовича единолично приватизировала данную квартиру.

Касько в этой квартире некоторое время проживал один, а уже с 2006 года сдавал ее в аренду, получая прибыль. Со временем он прописал в квартире свою сестру, которая жила во Львове. При этом Касько с 2005 года уже не работал в Генпрокуратуре, а до 2007-го занимался частной адвокатской практикой.

На первых пятидесяти квадратных метрах «квартирная сага» семейства Касько не закончилась. В 2006 году супруга Касько купила трехкомнатную квартиру в столице по улице Приречной. Спустя год, вернувшись в Генпрокуратуру в статусе начальника международно-правового управления, Касько пишет заявление с просьбой «улучшить жилищные условия» себе, маме, сестре и дедушке.

Так или иначе, но в 2008 году семья Касько получает еще одну служебную квартиру по адресу бул. Дружбы народов, 14/6. На этот раз двухуровневую, площадью 155 кв. м.

В 2010 году, в очередной раз уходя из органов прокуратуры, служебное жилье «младопрокурор» не вернул. Однако в Генпрокуратуре не забыли о своем бывшем сотруднике. И в марте 2014 года тогдашний заместитель генпрокурора Николай Банчук обратился с письменной просьбой в отдел приватизации Печерской райадминистрации. Он просил оформить приватизацию вышеупомянутой квартиры на семью Касько. Свое решение мотивировал тем, что указанное служебное жилье было предоставлено семье работника ГПУ и даже сообщил, что Виталий Касько там по-прежнему трудится.

Однако Николай Банчук подал неправдивые данные, поскольку Касько на тот момент в прокуратуре не работал. Он туда действительно снова вернулся, но только в мае 2014 года. В частности, только 16 мая он был представлен коллективу ГПУ и.о. Генпрокурора Олегом Махницким.

Во всех этих эпизодах нардеп Татьяна Черновол увидела признаки служебного подлога и просила ГПУ провести расследование.

«Бриллиантовый прокурор» Корниец: в погоне за квадратными метрами

Ставший известным во всеукраинском масштабе благодаря «бриллиантовому делу» бывший заместитель прокурора Киевской области Александр Корниец тоже оказался совсем не чужд «шаровой жилплощади».

Как писала ранее «Прокурорская правда», он за время работы в органах получил 2 служебные квартиры, пользуясь традиционными для законников схемами оформления «квадратов» с помощью прописки членов своей семьи у родственников в малогабаритном жилье. Помимо квартир Киевсовет выделил «бриллиантовому прокурору» земельный участок возле аэропорта Жуляны, где возводится здание стоимостью более 400 тысяч долларов и планируется открытие отеля.

Интересно, что последнюю операцию с недвижимостью семья Корнийца провела уже после того, как его имущество было арестовано в рамках дела о бриллиантах и деньгах, найденных в его рабочем кабинете, а сам он в период оформления находился в следственном изоляторе.

Итак, в 2007 году прокуратура города Киева обратилась к руководителю управления жилищного обеспечения КГГА с просьбой предоставить служебную квартиру ее сотруднику — отцу троих детей. При этом отмечалось, что предложенное ему ранее жилье — двухкомнатная квартира на улице Саперно-Слободская (непривлекательный удаленный от центра район возле промзоны и метро Выдубичи) — семью не удовлетворяет, потому что дом должен был быть сдан в эксплуатацию в следующем году. Прокуратура просила городскую администрацию предоставить другую квартиру ее сотруднику.

Фамилия прокурора, который нуждался в служебном жилье, следует из следующего документа – письма прокуратуры, в котором говорится об успешно осуществленном обмене и выдаче квартиры сотруднику прокуратуры Корнийцу. Таким образом, в ноябре 2007 года прокурор получил первую служебную квартиру площадью более 70 м2.

Впрочем, как свидетельствуют документы, через пять лет семья прокурора снова оказалась в тяжелых жилищных условиях: шесть человек – Корниец, его жена и уже четверо детей – оказываются прописанными в крохотной однокомнатной квартире жилой площадью 12 м2 на проспекте Науки. Вероятно, семья Корнийцов прописывается у сестры прокурора Ларисы Прокопенко: именно этот адрес она указала во время регистрации частной компании, как свидетельствует реестр юрлиц.

В документе Голосеевской районной администрации утверждается, что с 2012 года прописанный в однокомнатной квартире Корниец стоит в льготной жилищной очереди работников прокуратуры.

Этим письмом за подписью председателя Голосеевской РГА прокурору Корнийцу выдается ордер на трехкомнатную квартиру в самом центре Киева, недалеко от Цирка, по улице Тургеневская, 46/11 жилой площадью 70,6 м2. По данным риелторов, трехкомнатная квартира в этом новом доме стоит под 5 миллионов гривен.

Но, как нынче рассказывает сам Корниец, 2-х комнатная квартира, которая была получена в 2007 году, была обменяна на 3-х комнатную в 2013-м вполне законно, так как родился четвёртый ребёнок.

В 2015 году после того, как 5 июля Корнийца задержали по подозрению в вымогательстве взятки, но находясь в СИЗО, он успевает переоформить элитное жилье на пятилетнюю дочь.

Согласно информации из Государственного реестра вещевых прав на недвижимое имущество, квартира по ул. Тургеневской оказалась в собственности Елизаветы Александровны Корниец утром 22 июля 2015 года. Уже через два дня после этого прокуратура наложила арест на оставшуюся недвижимость Корнийца. Ареста квартиры возле столичного цирка таким образом удалось избежать.

Кроме многочисленных участков и квартир, прокурору принадлежит несколько домов – два задекларированных и еще один, который только строится.

В декларацию Корнийца внесены роскошный трехэтажный дом, на строительство которого он взял кредит в 800 тысяч долларов (именно в нем следователи проводили «шмон» в день задержания законника), а также садовый дом под Киевом.

История третьего дома «бриллиантового прокурора» начинается в 2008 году, когда одновременно со служебной квартирой Корниец попросил КГГА выделить ему земельный участок. В следующем году его просьбу удовлетворяют, о чем свидетельствует государственный акт на землю по адресу Журавлина, 5 за подписью мэра Киева Леонида Черновецкого. Этот участок Корниец указывает в своей декларации в строке №23 – 878 м2. Сейчас на этом участке ведётся активное строительство, проезд и проход к нему перекрыты частной охраной.

Известные прокуроры, позарившиеся на «шаровую» жилплощадь

Любопытно, что главный «обвинитель» Виталия Касько в «квартирном деле», бывший и.о. Генерального прокурора Юрий Севрук сам оказался отнюдь не чужд получению «шаровой недвижимости» от государства.

За Севруком числится квартира площадью 104,5 кв. м., и он также получил указанную квартиру от государства.

Фигурантом «квартирного скандала» был заместитель прокурора Хмельницкой области Александр Мартынюк, который ранее был прокурором Тернопольской области.

Ранее «Прокурорская правда» писала, что Мартынюк был назначен заместителем прокурора Хмельницкой области приказом Луценко 5 июля 2016 июля. При этом еще до этого, 1 июля в ответ на вопросы журналистов о дальнейшей судьбе Мартынюка глава ГПУ заявил, что в отношении Тернопольского законника инициирована служебная проверка фактов, собранных против него «активистами».

Отметим, что Мартынюк в бытность его работы в надзорном ведомстве Изяслава, Шепетовки и Хмельницкого обзавелся в каждом из этих городов по квартире, которые получил от государства и вскоре приватизировал, присвоив таким нехитрым образом 232 кв. м. жилплощади.

После того, как скандал с Мартынюком вышел на всеукраинский уровень, Юрий Луценко 16 июня этого года заявил, что планирует уволить Мартынюка. Дескать, ждет решения внутренней безопасности ведомства, чтобы у Мартынюка не было потом возможности восстановиться на службе рез суд.

Видимо, «внутренняя безопасность» разбирается с этим делом до сих пор, ведь на сайте прокуратуры Хмельницкой области Мартынюк все еще значится замом прокурора.

Назначенный 6 июля прокурором Киевской области Дмитрий Чибисов в декабре 2015 года приватизировал квартиру государственного жилого фонда в Дарницком районе Киева.

Речь идет о квартире площадью 84 кв. м по ул. Григория Ващенко, 7. По этому адресу находится многоэтажка 2014 года. Свидетельство о праве собственности выдано 24 декабря 2015 года сектором приватизации государственного жилого фонда Дарницкой райгосадминистрации. Информация о собственности внесена в реестр имущественных прав 19 февраля 2016 года.

Совладельцами квартиры вместе с Чибисовым числятся его сын и дочь.

В декларации о доходах за 2014 год прокурор указал сумму 161,629 тысяч гривен. При этом в разделе «недвижимое имущество» не указаны никакие объекты, принадлежащие Чибисову. Согласно документу, члены его семьи владеют или арендуют земельный участок площадью 2500 кв. м и квартиру площадью 40,4 кв. м.

Уроженец города Хмельник Винницкой области Дмитрий Чибисов работает в прокуратуре с 2000 года. В 2014-м являлся заместителем прокурора Киевской области, в феврале-апреле 2015 — прокурором Черниговской области.

Назначенный в июле этого года первым заместителем прокурора Львовской области Богдан Подубинский в бытность прокурором Херсонской области тоже «разжился» дармовыми квадратами.

Как писала ранее «Прокурорская правда», решением исполкома Херсонского горсовета от 19 августа 2014 года прокурор Херсонской области Подубинский вне очереди и бесплатно получил квартиру, которая оценивается в 27 тысяч долларов. Жилплощадь на 52 квадратных метра, которая оценивается в 27 тысяч долларов законник получил спустя полгода после своего назначения в должность. Как следует из ордера на квартиру, Подубинский прописал к себе свою пожилую мать, а также жену и сына.

Квартира прокурора находится в доме по улице Смольной, 132-а, где в начале 2000-х годов треснула стена, и жители одного из подъездов были выселены. Долгое время там жили бомжи, а жители боролись за свои права. В 2012 году городская власть заключила договор с «Таврической строительной компанией», которая вложила в реконструкцию около 1,5 миллиона гривен. Согласно заверениям чиновников, в очереди на получение квартир в этом доме должны были состоять самые незащищенные социальные категории граждан, в том числе ветераны, инвалиды.

Квартиры для «малоимущих прокуроров»

Часто, чтобы получить вожделенную «шаровую жилплощадь», прокурорам приходится, подобно персонажам Ильфа и Петрова, переквалифицироваться в «старушек».

Например, в документах о предоставлении жилья за последние 5 лет в самом дорогом районе Киева среди сирот и матерей-героинь нашли имя Виталия Харченко — бывшего прокурора Печерского района. Он единственный из этого списка, кто в 2011 году получил жилье в многоэтажке.

В реестре прав собственности есть адрес, где прокурор имеет квартиру. Квартиры в доме стоят от 130 тысяч долларов. Действительно ли именно здесь было предоставлено бесплатное жилье — доподлинно неизвестно, однако есть документ, который свидетельствует, что квартиры в этом доме действительно выдавались очередникам на жилье.

Поэтому журналисты решили наведаться в гости к экс-прокурору. Дверь открыла неизвестная женщина и заявила, что арендует квартиру. Чтобы получить квартиру, прокурор Харченко указал, что воспитывает двух детей и живет с родителями. О жене не было указано ничего, поэтому съемочная группа отправилась на ее поиски.

Менее чем в 15 км от Киева журналисты разыскали шикарный особняк. По документам, этот дом был подарен в 2006 году женщине, имя фамилия и отчество которого полностью совпадают с женой прокурора Харченко. Площадь имения — 714 квадратов, здесь есть парк, и здания, похожие на крытый бассейн и сауну. На территории имения ни души, хотя во дворе припаркован «Лексус». Стоимость такой дачи — не менее миллиона долларов.

Кроме этого, у жены прокурора есть еще один дом, только он находится на параллельной улице. Он гораздо скромнее. Здесь вместо парка — ухоженные грядки. Похоже, здесь живут садовники, ухаживающие за особняком экс-прокурора.

В центре Киева есть еще одна квартира семьи экс-прокурора. Там мраморный пол и зеркальный потолок. Журналистам удалось попасть внутрь здания, но дверь квартиры им не открыли. По документам здесь 240 квадратов. Приблизительная стоимость квартиры — 2,5 млн долларов. Жена прокурора купила его в 2011 году. В том самом, когда ему предоставили бесплатное жилье.

Есть у Харченко и еще одна элитная квартира — в том же самом дорогом районе Киева. Ее стоимость около 300 тысяч долларов. Следовательно, собственность бывшего прокурора Харченко и его жены — не менее 4 млн долларов. Почему никто не заинтересовался женой чиновника и не проверил ее состояние — остается только догадываться.

Впрочем, сам Виталий Харченко — очень любопытная личность. В частности, благодаря его семейным связям с одним из самых влиятельных кланов времен Януковича — Калетникам. Он — муж Елены Харченко (в девичестве – Калетник), которая приходится дочерью Григорию Калетнику — основателю «клана».

Любопытно, что Харченко и родственникам тоже помогал в осуществлении квартирных махинаций.

Итак, экс-главный таможенник страны, первый вице-спикер Верховной Рады и, в конце концов, соратник Януковича — Игорь Калетник в своей декларации за 2013 год указал, что получил подарков на сумму почти 70 млн. гривен от отца Григория Калетника.

Оказалось, что сын просто принял от своего отца, Григория Николаевича Калетника, в «дар» депутатскую квартиру в самом центре Киева, чья стоимость составляла 8,5 миллионов долларов США.

Григорий Калетник – экс-нардеп нескольких созывов от Партии регионов, председатель клана Калетников в Верховной Раде, одиозный ректор Аграрного университета в Виннице, а также «спиртовой магнат», получив квартиру от государства на Срибнокильской (в бытность депутатом), выменял ее на жилье на Владимирской, а после подарил квартиру своему сыну — Игорю Калетнику. Тот, в свою очередь, передал право собственности некой Анне Чернези из города Гайсин, что на Винничине. Она оказалась не чужим человеком для Калетников и передарила ее Николаю Харченко. Сын Николая Харченко, уже упомянутый выше экс-прокурор Печерского района Виталий Харченко (зять Калетника-старшего). Именно на его жене, а также дочери Григория Калетника и сестре Игоря Калетника (бывшего народного депутата) — Елене Харченко (Калетник) замыкается круг собственности депутатской квартиры.

Таким образом, бывший прокурор Харченко умудрился за короткий промежуток времени поучаствовать в громких квартирных скандалах за очень небольшой промежуток времени.

«Черниговская схема: прокуратура как застройщик

По информации местной прессы, в Чернигове на протяжении последних лет реализуется схема, в которую вовлечен местный застройщик и областная прокуратура, при «поддержке» со стороны городского совета.

Итак, областная прокуратура, которая, очевидно, выступает инициатором, обращается к застройщику с предложением помочь найти земельный участок для нового дома за определенную «мзду». Вознаграждением же выступает определенное количество квартир в новом доме. Застройщик соглашается, и прокуроры идут «решать вопросы» с местным советом для получения земельного участка под строительство, с чем, естественно, никаких проблем не возникает.

Ярким примером работы такой схемы является строительство четырех очередей домов по ул. Жабинского, 2а в Чернигове.

Решениями Черниговского городского совета от 29.11.2013 и 30.01.2014 прокуратуре области предоставлено разрешение на разработку, а в дальнейшем — утвержден проект землеустройства по отводу в постоянное пользование земельного участка площадью 1,3 га для строительства жилищно-административного комплекса.

Сведения о праве постоянного пользования земельным участком 12.02.2014 внесены в Государственный реестр прав на недвижимое имущество. Декларация о начале строительных работ зарегистрирована 23.09.2014. Исполнителем строительство этого дома является застройщик Григорий Пузан, директор ООО «Жилстройсервис».

Согласно договору №1 от 19.02.2014 о заказе Черниговской областной прокуратурой в ООО Жилбудсервис сооружения четырех очередей домов по ул. Жабинского 2а, прокуратура «решает» застройщику следующие вопросы:

— градостроительные условия и ограничения;

— разрешение государственной архитектурно-строительной инспекции на подготовительные работы по строительству;

— разрешение государственной архитектурно-строительной инспекции на строительство каждой из очередей;

— технические условия по подключению к сетям электроснабжения, газоснабжения, водоснабжения и водоотвода, отвода ливневых вод.

Со своей стороны, застройщик, ООО «Жилстройсервис» обязуется «отблагодарить» прокуроров 4 % от общей построенной площади домов. То есть, это 780 кв. м из 19500 кв. м. Исходя из площади запланированных застройщиком квартир, это 20 — однокомнатных квартир или 15 двухкомнатных.

Интересно, что руководитель Черниговской местной прокуратуры Сергей Розинка на вопрос: «откуда у прокуратуры столько денег, чтобы строить себе жилые дома?», ответил, что прокуратура, хотя и выступает заказчиком, но имеет с ООО «Жилстройсервис» определенные договорные условия, по которым после завершения строительства только определенная часть квартир перейдет в собственность черниговским прокурорам.

Любопытно, что согласно электронной декларации, сам Розинка квартиры не имеет. В его пользовании – лишь дом в г. Городня, принадлежащий местному горсовету.

Бывший пресс-секретарь областной прокуратуры Валерий Литовченко подтверждает, что за решение вопроса с землей застройщик рассчитывается с прокурорами квартирами.

Поскольку последние имеют право на служебное жилье, которое со временем приватизируется, то схема для прокуроров оказывается вообще безубыточной.

Такая схема уже реализована в Чернигове по ул. Кирпоноса 9, где по заказу областной прокуратуры застройщик построил 5-типи подъездный дом в историческом центре Чернигова.

«Прокурорская правда» получила из Черниговской области ответ на запрос о квартирах, которых были там «вручены» прокурорам.

Итак, таких за 6 лет насобиралось 20. Впрочем, Черниговские «законники» предусмотрительно скрыли имена счастливых обладателей недвижимости.

Днепровская схема: «выморочные» квартиры для прокуроров

В Днепре бесплатную квартиру, гарантированную 47 статьей Конституции, ждут более 14 тыс. семей, из которых более 3 тыс. имеют право на первоочередное получение жилья, а почти 2 тыс. — на внеочередное. Но, как оказалось, сотрудники прокуратуры иногда обходят всю эту длинную очередь и легко получают бесплатные квартиры.

В июле 2015 года и.о. управляющего делами Днепропетровского горсовета Вадим Шебанов рассказал о замечательной схеме, которая работала в местном горсовете.

По словам Шебанова, схема такая: сотрудники правоохранительных органов, узнав, что где-то умер одинокий человек, не оставив наследников (а они узнают об этом в первую очередь), сообщали об этом горсовету при условии, чтобы квартиру получил человек в погонах.

В июле 2015 года через исполком горсовета попытались провести решения о 19 таких квартирах. Разгорелся скандал, в результате которого прокуроры остались без новых квартир, а депутат горсовета Вадим Гетьман вышел из состава комиссии, которая занимается распределением недвижимости, поступающей в ведение территориальной громады.

Необходимо добавить, что Днепровская прокуратура была и ранее фигурантом «квартирных скандалов».

Так, в 2014 году сотрудников областной прокуратуры обвиняли в присвоении 30 квартир в новостройке в самом центре города. При этом, каждый из прокуроров, задействованных в «схеме», получал по две квартиры, записанные на «мертвые души», являющиеся якобы «малоимущими».

«Прокурорская правда» обращалась с запросом в Днепропетровскую областную прокуратуру по поводу распределения жилья за последние годы. Из полученного ответа следует, что эта область была одной из самых «щедрых» в плане распределения жилплощади.

В 2010-2014 годах «улучшены» условия проживания 88 сотрудников. При этом, утверждается, что с 2015 года жилье для сотрудников не предоставлялось. Кстати, именно к 2015 году относится разоблачение сомнительной «выморочной» схемы, которая была описана выше.

Из предоставленных данных следует, что большинство «розданных» квартир — сравнительно небольшой площади. Обращает на себя внимание разве что жилье прокурора отдела Андрей Химчик (70 кв. м.), который, как свидетельствует информация из МВД, в 2015 году был уже в национальной полиции, где и прошел переаттестацию.

Впрочем, манипуляции с «выморочной» жилплощадью происходят не только в Днепре.

Как свидетельствует информация из Запорожья, там с ним тоже случаются непонятные манипуляции.

Согласно реестру судебных решений, в период со второго полугодия 2008-го по настоящий момент в коммунальную собственность было передано около 50-ти выморочных квартир. Однако есть и случаи, когда представители властей демонстрируют удивительное благодушие.

В частности, 07.10.2008 г. Первая Запорожская государственная нотариальная контора обратилась в суд с просьбой признать конкретную жилплощадь (адрес и размеры в реестре не указаны) выморочной. В соответствии с законодательством, такая квартира должна была перейти в распоряжение мэрии. Однако уже через полтора месяца истец предоставил ходатайство, в котором заявил, что отказывается от всех претензий и просит закрыть дело. Заводский районный суд просьбу удовлетворил.

Аналогичная ситуация в 2008 году наблюдалась в Хортицком районе, где ПРЭЖО-8 также отозвало свой иск. В то же время, от своих требований по признанию наследства выморочным отказались и власти Ленинского района (судья Нестеренко, 15.07.2008 г.).

Непонятная коллизия вновь повторилась в Заводском суде в 2010 году. Тогда та же нотариальная контора совместно с ПРЭЖО-4 вновь заявила иск о признании выморочной квартиры в жилом доме. Судья Владимир Бобрович нашел в документе неточности и дал время для устранения недостатков. Коммунальщики предписание судьи не выполнили. Более того, они обратились с заявлением с просьбой вернуть им исковое заявление.

«Утешительная» квартира для люстрированных прокуроров

Часть квартир, которые предоставлялись как служебные, принадлежат экс-прокурорам, которые были уволены согласно Закону «Об очищении власти».

Наибольшую по площади из 37 квартир, которые были изъяты из числа служебных, приватизировал Андрей Стасив. В 2013 году он стал совладельцем квартиры на улице Бучмы, 22 площадью 164,1 кв. м. Стасив тогда работал прокурором города Львова. Его доход в 2011-2012 годах составил более 400 тыс. грн.

Согласно реестру недвижимости, квартира на Бучмы до сих пор записана на него, его жену и двух детей. В 2014 году его назначили заместителем начальника управления защиты прав и свобод граждан и интересов государства в Генпрокуратуре, и в том же году он был освобожден от занимаемой должности на основании закона «Об очищении власти» (люстрации). Сейчас 42-летний Андрей Стасив является соучредителем адвокатского объединения «Вест Партнерс».

Есть и другие львовские прокуроры, которым удалось получить квартиры от горсовета накануне люстрации. Это – экс-заместитель прокурора Львовской области (на момент люстрации работал начальником организационно-методического отдела управления внутренней безопасности ГПУ) Виктор Вольский, который приватизировал 64,4 кв. м на вул. Мучной, 23.

Или бывший заместитель прокурора Львовщины, экс-прокурор Житомирской области Дмитрий Лубчук. С последней должности его уволили согласно закону «О люстрации». Квартира во Львове площадью 76 кв. м на вул. Зубровской, 32 осталась при нем.

Кстати, на момент получения квартиры в 2009 году он уже владел домом на 369 кв. м в Жидачове, где в свое время был руководителем районной прокуратуры.

Годом позже, в 2010-м, жена Лубчука также зарегистрировала право собственности на объект незавершенного строительства с месторасположением в Моршине. Строится жена бывшего прокурора рядом с гостиницей «Минералы Карпат» в парковой зоне Моршина рядом с лесным массивом на участке площадью 0,02 га.

Бывший заместитель прокурора Львовской области (назначен в декабре 2010 года), экс-начальник управления внутренней безопасности Генеральной прокуратуры Игорь Белецкий за время пребывания во Львове успел получить и приватизировать квартиру площадью 103 кв. м на вул. Черновола, 67 Б.

Он более известен как сын также люстрованого Альфреда Белецкого – экс-заместителя начальника Киевской межрегиональной таможни, близкого друга экс-генпрокурора Святослава Пискуна. Белецкий-младший даже был помощником Пискуна в Верховной Раде V созыва.

О сегодняшнем имущественное состояние экс-законника известно немного. Однако, согласно данным реестра МВД, в марте 2016 года он зарегистрировал право собственности на новенький Volkswagen Passat 2016 г.в. средней стоимостью 1,1 млн грн. Похоже, даже будучи люстрированным, Белецкий может позволить себе дорогие покупки.

Известно также, что с августа 2006 года он является владельцем коттеджа в Крыму, расположен на территории Калиновского сельсовета в урочище «Насыр» – на берегу Азовского моря, в 30 минутах езды от Черного моря.

Интересно, что сейчас в государственных структурах остался еще один Белецкий. Самый молодой из семьи, 35-летний Олег Билецкий, сын Игоря Белецкого. Он работает первым заместителем начальника налоговой инспекции в Деснянском районе в Киеве.

Львовская схема: шантаж местных властей

За последние десять лет Львовский горсовет дала прокуратуре Львовской области 75 служебных квартир. Такой «квартирной» поддержки от мэрии не имела ни милиция, ни СБУ.

Лишь весной 2016-го года мэрия отказалась выдавать ордера на вселение прокуроров в 31 служебную квартиру и даже предложила на сессии отменить решение исполкома о предоставлении этих служебных квартир, однако в этот раз депутаты уже не поддержали чиновников.

Демарш мэрии сразу потерпел крах – прокуратура обратилась в суд, и тот заблокировал счет мэрии. Противостояние, фактически, закончилась победой прокуратуры. 29 решений судов или первой, или апелляционной инстанций по искам прокуроров уже вступили в законную силу, и город будет вынужден выдать ордера на вселение в служебное жилье.

За невыполнение решений судов на чиновников уже открыли ряд уголовных дел, по поводу чего в сети facebook возмущался львовский мэр Андрей Садовой. По его словам, 14 вызовов на допрос сотрудников мэрии связаны с отказом выделить 29 ордеров на получение квартир для «прокурорских».

Впрочем, возмущения городского головы не было слышно ни в 2012-м, когда горсовет выдала прокуратуре 29 служебных квартир, ни в 2013-м – тогда прокуратуре досталось еще 34 квартиры. Не было гнева мэра и тогда, когда исполком позволял изымать из числа служебных 37 квартир, которые в результате приватизировали прокуроры.

Не могут пожаловаться на проблемы с жильем еще несколько прокуроров, которые приватизировали служебные квартиры.

Например, Андрей Манькут, который работал начальником управления надзора в уголовном производстве прокуратуры Львовской области, а ныне является заместителем прокурора Закарпатской области, приватизировал квартиру на ул. Плуговая, 4А во Львове. Вместе с тем, его мать, Ульяна Пихурко, владеет «имением» в селе Виднов, в 23 километрах от Львова (больше 2 га).

Кроме некогда служебной квартиры, Манькут вместе с матерью владеют еще одной квартирой площадью 42,8 кв. м и подвалом на 39,8 кв. м. Матери также принадлежит нежилое помещение площадью 16,1 кв. м.

Жилой дом, несмотря на наличие служебной квартиры, скоро будет и у прокурора отдела прокуратуры Львовской области Ульяны Горин. Она приватизировала квартиру площадью 105 кв. м на проспекте Красной Калины, 58 совсем недавно. Согласно реестру недвижимости, право собственности оформила только в феврале 2016-го. В своей декларации за 2015 год она указывает, что квартира еще служебная.

В этой же декларации указано, что ее муж Владимир Горин строит в Яворове жилой дом и гараж с хозяйственными помещениями общей площадью 570 кв. м. Также, согласно реестру недвижимости, с июня 2016 года он владеет небольшим домом площадью 65,4 кв. м.

В 2013 году частный предприниматель Владимир Горин приобрел сразу два автомобиля: Nissan Juke (2013 г.в.) и Honda CR-V (2010 г.в.), а еще раньше, в 2011-м, мотоцикл Suzuki GSX-R600 (2006 г.в.).

Начальник первого следственного отдела прокуратуры Львовской области Ростислав Флис, который с 2009 года владеет домом площадью 282,2 кв. м в Каменка-Бугском районе, не отказался от приватизации квартиры площадью 69,7 кв. м во Львове на проспекте Красной Калины, 58. Его сын Виталий-Иван вместе с Лесей Солудчик являются сособственниками квартиры площадью 130,7 кв. м на ул. Генерала Чупринки во Львове.

Заместитель начальника отдела прокуратуры Львовской области Александр Теличко приватизировал квартиру на проспекте Красной Калины, 58, площадью 69,5 кв. г, которая согласно реестру недвижимости, записана не только на него, дочь и жену, а и на родственников жены.

«Прокурорская правда» получила официальные данные о жилье прокуроров со Львовщины.

Из них следует, что во Львовской области есть несколько прокурорских домов (по пр. Красной Калины 72, 72А, 58), где очень компактно проживают все местные «законники». Это неявно указывает на то, что «отжимают» недвижимость львовские «законники» целыми домами.
Оригинальные «операции»: суд за право покупки квартиры и уменьшение квартирной площади

Распространенной является практика, когда «законники» добиваются получения положенной жилплощади в судебном порядке, подавая соответствующие иски против местных властей.

Довольно скандальная «судебная» ситуация была связана с бывшим прокурором г. Луцк Сергеем Данилиным.

История эта берет начало в 2005-м году, когда Данилина перевели из Волынской области в Одессу, где он занял должность заместителя прокурора региона. Поскольку у мужчины, семья которого насчитывает аж пять человек, не было здесь своей жилплощади, город сделал для него то, что почти не делает для одесских очередников, — выделил «служебную» четырехкомнатную квартиру площадью 150 «квадратов» на ул. Педагогической вне очереди.

В 2006-м году счастливый правоохранитель приступил к обустройству семейного гнездышка. Там появились два санузла с сауной и сверхсовременным душем, оснащенным телевизором и телефоном; две спальни, а также прихожая-студия, обставленная дорогущей мебелью и новейшей бытовой техникой.

Но Данилин умудрился поссориться с городским головой Эдуардом Гурвицем, опротестовав несколько решений горсовета по земельным вопросам. Мэр города распорядился выбросить прокурора из сказочного дворца и заселить туда Галину Мартынову с ее 25-тью детьми. До этого семья ютилась на 47 кв. м в доме по улице Пантелеймоновской, неподалеку от «Привоза».

Мартынова прожила в квартире недолго. В 2010-м она переехала в пригород, а мэрия предложила заселиться на Педагогическую другому детскому дому семейного типа – Валентины Гончаренко. Однако та предпочла остаться в Коминтерновском районе. В 2011-м исполком передал жилплощадь еще одной многодетной семье – Елены Сокур.

Все это время Данилин добивался в судах возврата квартиры, хотя ранее публично обещал «не судиться с детьми». Кроме того, на момент рассмотрения иска законник уже трудился в другой области, так что никаких оснований требовать для себя служебное жилье в Одессе у него не было.

Однако в 2010-м году Приморский райсуд Одессы удовлетворил иск Сергея Данилина и отменил распоряжение Малиновской районной администрации, которым, собственно, прокурора и лишили заветной квартиры. Этот вердикт муниципалитет не обжаловал, и он вступил в силу. Однако недвижимость Данилин не получил, поскольку к тому времени появились решения исполкома о выделении этой квартиры сначала семье Гончаренко, потом Сокур. И пришлось главному защитнику законности города Луцка снова обращаться в суд – с требованием признать незаконными упомянутые акты мэрии.

2 октября 2012-го он добился положительного решения Приморского суда, 12 марта 2013-го выиграл апелляцию. Позже на сторону Данилина встал и ВАСУ.

В 2014 году Данилин вернулся в Одессу. Он был назначен на должность первого заместителя — начальника следственного управления финансовых расследований Главного управления Миндоходов в Одесской области.

Впрочем, не все «законники» занимаются только «сравнительно честным» отбором квартир у государства. Некоторые проворачивают еще более интересные «схемы».

Недавно «Прокурорская правда» писала о руководителе Киевской местной прокуратуры № 5 Дмитрии Справедливом.

Чтобы оформить на себя и свою семью квартиру в элитном новострое-небоскребе на столичном Кловском спуске, 7, он судился с застройщиком и скандальным архитектором дома Сергеем Бабушкиным.

Надзорнику должна была отойти в собственность квартира, которую проинвестировал сам Бабушкин. Справедливому пообещали 4-комнатную квартиру на 182 «квадрата», и прокурорская семья даже успела заказать дизайн-проект квартиры за 96 тысяч гривен. Однако, после сдачи дома в эксплуатацию, законнику предоставили трехкомнатную квартиру, к тому же — на 3 м2 меньше оговоренной квадратуры. Оболонский прокурор не согласился с таким решением, оспорив его в суде — служители Фемиды встали на сторону Справедливого, и, в конечном счете, ему отдали квартиру на 198 кв. м. Рыночная стоимость такого жилья с парковкой на сегодняшний день составляет около 14 миллионов гривен.

Как следует из предоставленных Справедливым документов, квартира с видом на ГПУ в декабре 2013 года обошлась ему в 3,8 миллиона гривен (свыше 400 тысяч долларов по тогдашнему курсу), а паркоместо — всего в 15 тысяч гривен. «Продавалась квартира, а парковка шла в комплекте», — отметил прокурор.

По его словам, 2,8 миллиона гривен на покупку элитной недвижимости он получил от продажи ранее полученной от государства квартиры по улице Дмитриевской. Еще 570 тысяч гривен «налом» Справедливому дала его жена Ольга — частный предприниматель; к тому же, 288 тысяч гривен супруга законника за счет своего взноса в уставный фонд фирмы «Престиж недвижимость» (ею Ольга Справедливая владела совместно с женой бывшего начальника СБУ в Ивано-Франковской области Николая Найдича). Остаток же средств на покупку квартиры на Кловском спуске прокурор якобы взял из личных сбережений.

Отметим, что помимо квартиры в небоскребе на Печерске, Справедливый также является владельцем 3-комнатной квартиры в центре Киева на бульваре Леси Украинки, 23, которую ему подарила мать.

Состоятельным оказались и родители жены оболонского прокурора. В частности, мать Ольги Справедливой подарила ей 2-комнатную квартиру по улице Васильковская 15/14 в Киеве площадью 67,9 кв. м (рыночная стоимость на сегодняшний день — около 2 миллионов гривен). В 2014 году супруга законника зарегистрировала на себя автомобиль Toyota Venza 2013 года (подобного рода модель с пробегом стоит сегодня около 30 тысяч долларов).

Кроме того, с 2011 года Справедливым принадлежит 224 кв. м нежилых помещений на улице Костельной, 3 в Киеве. Ранее они были записаны на жену прокурора, но почти год назад этот объект переписали на его отца. Рыночная стоимость объектов подобного типа — от 60 до 136 тысяч гривен за 1 кв. м, таким образом суммарно они могут стоить на рынке около 20 миллионов гривен.

В свою очередь, руководитель Днепропетровской местной прокуратуры №3 Анатолий Кузьменко, сын люстрированного зампрокурора Днепропетровской области Сергея Кузьменко, живет в элитном комплексе закрытого типа в Днепропетровске, а в своей декларации о доходах занизил площадь принадлежащих ему апартаментов.

В 2015 году Кузьменко задекларировал квартиру площадью 274 м2 в комплексе закрытого типа «Кипарисный», что в Соборном районе Днепропетровска. При этом, согласно данным реестров, общая площадь жилья прокурора является большей на 30 «квадратов», и составляет 305 кв. м.

Эта квартира находится в трехэтажном таунхаусе с видом на Днепр, включает гараж, балкон и две террасы.

По данным имущественного реестра, стоимость приобретенного в 2011 году жилья составляет более 583 тысяч гривен. Вместе с тем, только 160 м2 третьего этажа в здании на Кипарисном переулке, 6, продаются за 270 тысяч долларов (6,7 миллиона гривен), а трехкомнатную квартиру на втором этаже риэлторы предлагают за 120 тысяч долларов (около 3 миллионов гривен).

Как следует из декларации законника, в 2015 году Кузьменко получил 322 тысячи гривен дохода, из которых 127 тысяч — это зарплата, а еще 136 тысяч поступили прокурору в результате продажи имущества. Речь идет об отчуждении автомобиля Mitsubishi Lancer 2006 года выпуска, на смену которому в мае 2015 года прокурор приобрел Volkswagen Passat 2014 года за 423 тысячи гривен.

Годом ранее Кузьменко задекларировал 109 тысяч гривен дохода, при этом положил на счета банков 300 тысяч гривен, которые хранил там и в течение прошлого года.

Отметим, что семья Кузьменко имеет прочные прокурорские корни. Так, отец руководителя Днепропетровской местной прокуратуры №3 — бывший заместитель прокурора Днепропетровской области Сергей Кузьменко, который занимал эту должность с 2008 года, а в марте 2015 года попал под действие люстрационного законодательства и был уволен.

Прочие областные прокуратуры

В Николаевской области за последние 6 лет было распределено 41 служебная квартира, из них — 22 в областном центре.

В частности, квартиру (31 кв. м. жилой площади) получил Анатолий Белза — прокурор Николаевской местной прокуратуры № 1. Судя по его электронной декларации, «законник» успел приватизировать её на себя, жену и дочь.

Еще одну квартиру жилой площадью 36 кв. м. получил прокурор той же Николаевской местной прокуратуры № 1 — Руслан Рудь, и также успел ее приватизировать. Любопытно, что согласно его декларации, на момент получения квартиры (2014 год) он уже владел жилым домом 60 кв. м. в Николаевском районе, а также квартирой 63 кв. м. в пригороде Николаева.

А вот прокурор Заводского отдела Николаевской местной прокуратуры № 1 Роман Потужник, получивший квартиру жилой площадью 30 кв. м., судя по декларации приватизировать ее не успел. Так же, как и начальник Арбузинского отдела Первомайской местной прокуратуры Николай Довбня, который еще в 2012 году получил квартиру жилой площадью 37 кв. м. Согласно его декларации, она до сих пор числится за местным советом.

Любопытно, что в 2012 году квартиру жилой площадью 34 кв. м. получил стажист прокуратуры Андрей Тулейбич. При том, что не прошло и года его работы в прокуратуре. Среди «законников» Тулейбич не задержался, и сейчас он – адвокат.

В 2010 году квартиру (48 кв. м. жилой площади) получил прокурор Снегуровского района Руслан Телечкан. Сейчас он – прокурор отдела прокуратуры Николаевской области. И у него две квартиры в областном центре (записаны на него самого и на сына).

Хотя в целом, в Николаевской области не самый высокий процент приватизированных служебных квартир. Например, согласно декларации до сих пор за государством числится квартира старшего следователя областной прокуратуры Андрея Луценко, полученная еще в 2011 году. Так же, как и квартира начальника Батского отдела Первомайской местной прокуратуры Сергей Могила, который получил квартиру в 2011 году.

Любопытно, что в Южноукраинске Николаевской области по официальной информации прокуроры за последние годы получили одну однокомнатную квартиру и одно койко-место в общежитии.

Квартира эта досталась бывшему прокурору Южноукраинска Ольге Долгокеровой – сестре Инны Долгокеровой, которая сейчас возглавляет Веселиновский райсовет той же Николаевской области.

В Закарпатской области официально было выделено две однокомнатные квартиры в 2013 году. Одна из них досталась — Владиславу Гайдамаке, который сейчас занимает должность в Военной прокуратуре. Согласно его декларации, квартира пока что числится «служебной».

По официальной информации, в Херсонской области было «вручено» три квартиры прокурорам за 6 лет. Одна – уже упомянутая выше квартира Подубинского. Получившие две другие – Ольга Абрамова и Юрий Феронов на данный момент в органах не работают.

Хотя, по утверждению представителей Тернопольской областной прокуратуры, данные о распределении жилья до 2013 года были «уничтожены неизвестными», они все же смогли предоставить отдельные сведения.

Самую большую 3-х комнатную квартиру (49 кв. м. жилой площади) получил нынешний заместитель руководителя Кременецкой местной прокуратуры Виталий Михальчишин. Согласно декларации, он успел ее успешно приватизировать на себя, жену, сына и дочь. А вот получившая квартиру в 50 кв. м. жилой площади Галина Бурлака приватизировать ее пока что не успела.

Довольно подробную информацию предоставили в Ровенской области. Всего там было выделено 14 квартир.

Самую большую квартиру (50,5 кв. м. жилой площади) получил бывший прокурор Ровенской области Василий Присяжнюк.

Должность он занимал до февраля 2014 года, а уже в октябре – был люстрирован. Ранее был прокурором г. Ковель, Одесской и Запорожской областей, г. Киева, заместителем Генпрокурора.

Указанная выше квартира по ул. Буковинская, 3 вызвала скандал еще в 2012 году.

По сообщениям местной прессы, в конце января 2012 года Ровенский горисполком согласовал выделение Присяжнюку служебной квартиры. А уже 13 ноября, на очередном заседании городского исполнительного комитета, его члены проголосовали за исключение из числа служебных этой квартиры, сделав ее государственной. Поэтому ныне действующий прокурор, который живет в теперь уже государственной квартире, имеет право на ее приватизацию.

В то же время, в проекте решения исполкома, обнародованном на сайте городского совета, которым предусматривалось исключение данной квартиры из числа служебных, никакого упоминания о собственно этой квартире не было. Чиновники при этом ссылались на то, что это – «личная информация».

Вторую «по рангу» и по площади квартиру (42 кв. м.) получила многолетний заместитель прокурора Ровного Людмила Мороз.

Кроме того, две квартиры (27 и 24 кв. м.) были выделены в Кузнецовске Ровенской области, три – в Дубровицах той же области. В частности, квартиру 47 кв. м. получил Андрей Вырва, прокурор Дубровицкого отдела Сарненской местной прокуратуры. Получив ее в 2015 году, он успел приватизировать жилплощадь на себя, жену, мать и отца.

В Хмельницкой области прокуроры за последние годы получили 23 квартиры.

Самые большие (больше 50 кв. м. жилой площади) получили начальники отделов: Андрей Косидло, Вячеслав Кобрин, а также – первый заместитель областного прокурора Руслан Мартыненко, который исполнял обязанности областного прокурора в начале 2014 года.

Мартыненко был люстрирован в октябре 2014 года.

Наконец, коснемся Киевской области. Сам регион, в виду близости к столице, отличается не только дороговизной недвижимости, но и многочисленными квартирными скандалами.

В частности, еще в 2013 году в Василькове, несмотря на снижение доли выделяемых застройщиками квадратных метров, согласно предписаниям правительства, с 10 до 2%, решили продолжить квартирный рай для чиновников, судей, прокурорских и милицейских работников. Поскольку выделяемых застройщиками квартир не хватило, то инициативное в подобных вопросах городское начальство пошло на беспрецедентные меры, оставив без жилья при сдаче дома не только льготников, но и… инвесторов, т.е. граждан, которые выделили средства на строительство дома и, естественно, готовились заселиться в выкупленные ими квартиры. Но не все из них могли это сделать, так как в их квартиры уже были поселены судья, работник прокуратуры и т.д.

Согласно официальным данным, в ней прокуроры получили 25 квартир.

Последним, в 2015 году жилье от государства получил прокурор Ирпенского отдела Киево-Святошинской местной прокуратуры Тарас Возняковский. Согласно его же электронной декларации, он успел ее приватизировать на себя и дочь.

В целом же, во всех регионах прослеживается четкая тенденция, связанная с массовой приватизацией служебного жилья с «разрешения» местных властей.

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— почему нельзя за 20 с лишним лет создать реестр недвижимости и фиксировать ее распределение среди «законников» страны?

— сколько люстрированных прокуроров получили «выходное пособие» в виде дармовой жилплощади?

— каковы успехи громких проверок получения жилья прокурорами, анонсированных как при Шокине, так и уже при Луценко?

— если прокуратура может выступать застройщиком жилья, как в Чернигове, то что дальше, «законники» будут создавать корпорации и торговать газом?

— сколько «выморочных» квартир присвоили «черные риэлторы» от прокуратуры?

— почему государственные органы отказываются предоставлять данные о квартирах прокуроров, хотя те сейчас должны их публиковать в открытом доступе в рамках «электронного декларирования»?

Прокурорская ПравдаИван Землянский

За годы независимости предусмотренное в законодательстве право прокуроров на внеочередное получение жилплощади превратилось в прибыльную схему квартирных афер и махинаций.
Для сотен тысяч украинских семей квадратные метры от государства на грани фантастики. Можно десятилетиями стоять в очереди в надежде получить бесплатное жилье. В то время, как правоохранителям, судьям, прокурорам ежегодно пачками достаются дармовые квартиры.

Сложившаяся система распределения бесплатного жилья дает простор для манипуляций. Дело в том, что выдача бесплатного жилья регулируется по разным спискам: общим, первоочередным, внеочередным. И какой «сорт» очередников получает преимущество, очевидно.

Из нормативных актов советских времен осталось в числе действующих немного, но в вопросах распределения бесплатного жилья для чиновников почти все по-прежнему. Способы, как оперативно завладеть квадратными метрами, есть.

Существует старая практика ротации кадров (причем не единичная), когда прокурор переезжает с места на место, предыдущая квартира остается детям или другим родственникам, а прибывший в столичный регион назначенец вновь претендует на жилье. Его дают в виде исключения, вне очереди, или в первую очередь. Жилье можно получить «в пользование» и перевести в постоянное. Служебную квартиру можно превратить в частную, а еще — «выбить» бесплатно землю для ведомственного строительства, или отхватить весомую долю уже построенного на средства инвесторов жилья, опять-таки, за счет других.

Самой распространенной схемой получения государственного жилья прокурорами в собственность является получение «служебного» жилья от прокуратуры с его последующим переведением в разряд «государственного», что, в свою очередь, открывает возможность для приватизации. Подобную схему используют на всех уровнях: от руководства ГПУ и до прокуроров местных прокуратур.

При этом, прокуратуры работают в полном взаимодействии с органами местного самоуправления. В частности, они обеспечивают «крышу» для сомнительных строек в обмен на «долю» в новостройках. Если учесть, что реально подобное распределение жилья толком не фиксируется — это открывает прекрасные возможности для махинаций. Если же местная власть «упирается» и не хочет делиться с прокуратурой, то последняя может припомнить ей разнообразные преступления из прошлого.

В погоне за дармовыми квадратными метрами некоторых законников не останавливает ничто. Например, зафиксированы случаи, когда прокуратура сама выступает «застройщиком», а также собирает данные о недвижимости, которая остается после смерти собственников, чтобы и на неё наложить «лапу».

При этом, даже после увольнения прокуроров, приватизированная ими жилплощадь никуда не девается. Соответственно, проведённая не так давно «люстрация» была компенсирована для многих «законников» полученными ранее квартирами.

Несмотря на то, что квартирные махинации в прокуратуре не являются ни для кого секретом, сами «законники» свято блюдут свои тайны, и всячески скрывают информацию, ссылаясь на те или иные причины. Впрочем, это не отменяет факта массовости «афер с недвижимостью» под крышей прокуратуры.

Основания «жилищного коммунизма» для прокуроров

С развалом Советского Союза, десятилетиями формировавшаяся система распределения соцжилья между очередниками, первоочередниками, внеочередниками, различными категориями льготников и государственными работниками, казалось бы, канула в Лету, но только не для «государственных мужей», для которых «коммунизм» в жилищной сфере продолжается до сих пор.

После провозглашения независимости, жилую очередь поделили на три потока: общую, первоочередную и внеочередную.

Право на первоочередное получение квартиры имеют, прежде всего, участники боевых действий, которые получили ранения или увечья в ходе этих действий, — для них предусмотрен срок два года со времени взятия на учет. В этой же категории — инвалиды первой и второй групп, лица, которые имеют особые заслуги перед Родиной. На отдельные квадратные метры должны расселять и граждан, которые имеют тяжелые хронические недуги. По закону, первоочередное жилье также должны предоставлять семьям и матерям-одиночкам с тремя и больше детьми, а также в случае рождения близнецов или детей-инвалидов.

Параллельно, согласно закону Украины «О прокуратуре», прокуроры и следователи тоже обеспечиваются жилой площадью в первоочередном порядке. Более того, местные органы власти должны обеспечить их жилыми помещениями в течение полгода. Т.е., другие категории граждан, которые имеют право на первоочередное получение помещение, могут ждать годами, а прокуроров нужно обеспечивать немедленно.

Квартиры для прокуроров, судей, правоохранителей являются своеобразнойвзяткой со стороны местной власти силовикам. Когда строительная фирма сдаёт дом, то передает местной власти определенное количество квартир, чтобы не иметь хлопот с подписанием акта о сдаче дома в эксплуатацию. А уже мэрия эти квартиры передает прокурорам.

Такая схема удовлетворяет и застройщиков, и власть, и силовиков. Городская власть предоставляет квартиру не лично прокурору, а прокуратуре или суду. А уже руководство этих структур самостоятельно решает, кому выделить это помещение.

Есть ещё одна схема. Например, горсовет выделяет бесплатно земельный участок под строительство жилья для суда или милиции. Те находят строительную фирму, которой предлагают на этом участке возвести дом, часть квартир в котором продать по рыночной цене, вместе с тем, квартиры для судей будут безвозмездными. Такая схема подходит всем. Ведь строительная фирма экономит на купле земельного участка для строительства, а владельцы этого участка получат квартиры даром. Да и проблем со сдачей в эксплуатацию судейского или милицейского дома не будет.

Например, в 2003 году решением сессии Киевского городского совета впервые было узаконено обязательство застройщиков передавать в пользу Главного управления жилищного обеспечения исполкома высчитываемый по соответствующей формуле процент квадратных метров от построенных домов — от 5 до 15% квартир, в зависимости от близости строящегося жилья к центру столицы.

Само собой, это помимо уплаты застройщиком денежных средств в местный бюджет в виде паевого взноса на создание социальной и инженерно-транспортной инфраструктуры города. Далее чиновники на своё усмотрение распределяли квартиры, что, в свою очередь, лишь поощряло коррупцию.

В 2011 году были приняты Радой и подписаны Президентом два закона, имеющих непосредственное отношение также и к проблемам взаимоотношений власти и застройщиков. Закон «О регулировании градостроительной деятельности» запретил требовать от застройщика какое-либо имущество или услуги за исключением предусмотренных законодательством паевых взносов. Следом за ним вступил в силу закон «Об основах предотвращения и противодействия коррупции», который вообще запретил органам государственной власти и местного самоуправления получать что-либо от физических и юридических лиц на бесплатной основе.

Тем не менее, результат от введения таких благих законодательных новшеств оказался практически нулевым. Если не считать того, что схемы присвоения дармовой недвижимости чиновниками стали более незаконными, наглыми и циничными. И, как это не парадоксально, гораздо упростились.

Едва ли не первой и главной заботой людей, от мала до велика, дорвавшихся до власти в Украине становится стремление, во чтобы то ни стало, разжиться дармовой недвижимостью за счет государства. Все они прекрасно понимают, насколько скоротечна власть в условиях участившейся в последние годы досрочной смены политических элит у руля страны. Отсюда — весьма распространенная сегодня практика перевода государственных (общественных) квартир в категорию служебных, с последующим восстановлением их прежнего статуса, имеет под собой более чем конкретную подоплеку. Более того, все эти рокировки являются основой успешного проведения махинаций с недвижимостью. Недаром в одной лишь столице перестают быть служебными сотни квартир ежегодно.

Схемы мошенничества просты и разнятся лишь в некоторых несущественных нюансах. Департамент строительства и жилищного обеспечения КГГА передает квартиру, допустим, прокуратуре. Затем прокуратура обращается в одну из районных администраций в Киеве с просьбой назначить квартире статус служебной, чтобы вселить в неё своего работника. В свою очередь, РГА выполняет пожелание «законников». При этом данное жилье не то чтобы не принадлежит прокуратуре, а даже не числится на балансе в КГГА. Ведь застройщик передал квартиру департаменту простым актом приема-передачи, без каких-либо отметок в Государственном реестре вещественных прав на недвижимое имущество! Проходит полгода-год, и прокуратура снова обращается в райгосадминистрацию, но уже с ходатайством о снятии статуса служебной с той же самой квартиры, которая тут же приватизируется прописанным в ней лицом. Причем, чаще всего бывает, что тот самый счастливый получатель квартиры прописывается в ней со всей своей семьей, а потому, квартира приватизируется, как правило, даже не им, а кем-то из его близких. Сам же госслужащий начинает охоту за очередной недвижимой халявой, в то время, как простые смертные десятилетиями продолжают стоять в очереди.

На практике данный процесс можно продолжать до бесконечности. Ведь мошенническая схема абсолютно не прослеживается в госреестрах, а, значит, очередной счастливый обладатель новенькой недвижимости просто не светится. Как я говорил выше, профильный департамент КГГА изначально не регистрирует право собственности на полученные им от застройщика квартиры, а, значит, попросту раздает их кому вздумается.

Необходимо отметить, что в своем отказе регистрировать вышеупомянутые операции с недвижимостью Департамент жилищного обеспечения ссылается исключительно на нормы Жилищного кодекса, которым, мол, «не предусмотрено принятие полученных от застройщика квартир в собственность с оформлением свидетельств о праве собственности на них и проведение государственной регистрации».

Но возникает вопрос: а почему тогда столь дорогостоящий актив, как квартиры, не ставится, к примеру, на бухгалтерский учет, как того требует Бюджетный кодекс? Ведь, руководствуясь логикой киевских чиновников, любое предприятие отныне может отказаться от регистрации недвижимости, избегая хотя бы той же уплаты налогов.

Впрочем, «любовь» местных властей к «прокурорским» более чем понятна. Именно последние должны «отмазывать» чиновников от ответственности. Мэры знают: дадут силовикам квартиру — и при необходимости могут надеяться на их помощь. В первую очередь, предоставляют квартиры и милиционерам, и судьям.

По мнению известного адвокатаТатьяны Монтян,предоставление силовикам квартир от городской власти — это пережиток прошлого. Ни в одной другой стране Европы такого нет. Адвокат утверждает, что квартира прокурору — это взятка от власти, которая позволяет просить «закрыть глаза» на противоправную деятельность. Например, на незаконное отчуждение земли или объектов недвижимости. Поэтому, пока это будет длиться — ни прокуратуры, ни суды у нас не будут независимыми.
Как в прокуратурах «квартирные списки» чистили

При этом, в последние годы сами «законники» несмело признают наличие проблемы, и выражают ( на словах) готовность с ней бороться. В частности, в апреле этого года после очередного скандала, связанного с квартирными аферами, в ГПУ устами прокурора Владислава Куценко было торжественно обещано осуществить масштабные проверки прокурорского служебного жилья. Он подчеркнул, что проверены будут «абсолютно все». Впрочем, результаты этой «проверки» до сих пор остаются неизвестными.

А вот попытка скрыть списки «облагодетельствованных квартирой» прокуроров вызвала скандал, о котором «Прокурорская правда» писала еще в марте этого года.

Тогда наше издание обратилось в ГПУ с просьбой предоставить информацию о количестве квартир, предоставленных сотрудникам Генеральной прокуратуры в качестве служебных с 2011 по 2015 года с разбивкой по регионам. Редакция просила уточнить площадь и статус этих квартир, количество приватизированных, а также перечень счастливчиков, которые там поселились.

Однако в надзорном ведомстве отказались предоставить такую информацию, сославшись на ее неполноту в наличии у распорядителя. В ГПУ пояснили, что по результатам служебной проверки установлено — по некоторым годам информации вообще не оказалось, а по остальным она сохранилась лишь частично. Утраченные сведения будут пытаться восстановить в ходе досудебного расследования, которое уже начато. В частности, ответственным за выделение «лишнего» жилья светит санкция ст. 367 УК Украины (служебная халатность), а чрезмерно ушлым законникам — ст. 190 УК Украины (мошенничество).

В апреле и.о. Генпрокурора Юрий Севрук подтвердил, что часть документов, касающихся получения служебных квартир сотрудниками органов прокуратуры, исчезла.

По его словам, для выявления возможных нарушений во время распределения жилья отдельным сотрудникам ГПУ была организована служебная проверка. Отметим, что в своем интервью исполняющий обязанности генпрокурора заявил, что речь идет только о столице Украины, и заранее анонсировал ряд уголовных производств по фактам мошенничества.

Вскоре появилась информация, что пятеро работников органов прокуратуры Киева и Киевской области фигурируют в уголовных производствах относительно махинаций со служебным жильем.

В частности, прокурор ГПУ Владислав Куценко заявлял, что производство касается как нынешних, так и бывших работников прокуратуры, пообещав рассказать больше деталей позже, на брифинге. По словам Куценко, на данный момент расследование проводится только по Киеву и Киевской области.

Отметим, что кроме дел в отношении прокуроров, которые могли приватизировать служебное жилье, 20 апреля в ГПУ начато уголовное производство по факту неправомерных действий должностных лиц прокуратуры Киева, которые допустили нарушения при выделении жилья своим сотрудникам.

Как уточнялось на сайте ГПУ, уголовное производство по факту неправомерных действий должностных лиц прокуратуры Киева, допустивших распределение жилья с нарушениями, а также самих сотрудников органов прокуратуры (в том числе бывших), которые незаконное получили «квадраты», расследуется по ч.2. ст.367 и ч.4 ст.190 УК Украины.

Куценко привел несколько примеров из фабул расследуемых производств. Первый эпизод касается специалиста 2 категории прокуратуры Киева, которая в 2005 года получила на состав семьи из 3 человек квартиру общей площадью свыше 77 м2 в столице. Однако уже в 2012 году она предоставила заранее оформленную справку о проживании совместно с сыном в общежитии и отсутствии собственного жилья, и была вновь поставлена на квартирный учет. В результате, в 2013 году работая в профкоме прокуратуры Киева, женщина снова получила на состав семьи из двух человек двухкомнатную квартиру площадью более 70 м2.

Кроме того, в ходе проверки установлено получение неоднократного получения жилья бывшими сотрудниками прокуратуры Киева, ныне работающими в структуре ГПУ. «Одно из этих лиц получило на протяжении 2005-2012 годов 2 квартиры», — резюмировал Куценко.

Новый этап борьбы с прокурорскими «приватизациями жилья» объявил уже Генпрокурор Юрий Луценко в начале июля 2016 года.

По его уверениям, руководителям всех прокуратур Украины запретят приватизировать предоставленное им служебное жилье.

По его словам, все прокуроры, «кто злоупотреблял правом на приватизацию, то есть приватизировал больше, чем одну служебную квартиру, будут лишены права быть прокурором».

Впрочем, пока что о прецедентах «наказания» прокуроров-квартирных мошенников «при Луценко» пока что ничего не слышно.

Необходимо отметить, что скрывают данные о выделяемом «законникам» жилье на всех уровнях прокуратуры. В частности, когда «Прокурорская правда» направила ряд запросов в области, в ряде случаев ответов или не последовало, либо же они были сделаны исключительно с целью скрыть реальное положение дел.

Например, в Донецкой области сослались на утрату данных после захвата боевиками областной прокуратуры.

Они выделили с 2014 года лишь одну квартиру — замначальника отдела областной прокуратуры Роману Штенде. У последнего в электронной декларации зафиксирована одна квартира – 65 кв. м., которая находится в частной собственности его жены и сына.

Аналогично сослались на утрату доступа к данным за прошлые годы в Луганской области.

Дескать, выделили с 2014 года 5 квартир, но данных об их площади почему-то не имеют.

Хитро подошли к ответу в Волынской области. Там указали, что выделили 30 квартир. В сумме -710 кв. м. жилой площади. Но конкретизировать «разбивку» не стали.

Аналогично поступили в прокуратуре Ивано-Франковской области. Указали общее число квартир, жилую площадь (более 1 тыс. кв. м.), фамилии некоторых прокуроров, но без конкретики.

Никак не мотивируя, отказали в предоставлении информации в Черновицкой области. Дескать, ничего не знаем, учет не ведем, и вообще — сами смотрите в реестре.

Так что, как бы не говорили в прокуратуре об «открытости» и «декларировании», данные о распределения жилья – это все тот же «страшный секрет», которым никто не спешит делиться.

Киевские квартирные истории

В июле журналисты программы «Чрезвычайные новости» провели расследование на тему получения прокурорами жилья в Киеве.

В ответе на запрос в столичном Департамент строительства и жилищного обеспечения говорится, что с 2010 года по настоящее время ведомство передало в органы прокуратуры 137 квартир общей площадью 11 768 кв.м.

Дальнейшей судьбой квадратных метров распоряжались районные администрации.

С 2010 года самой щедрой была Голосеевская РГА — предоставила прокурорам 18 квартир, Днепровская — 14 Печерская — 12 Дарницкая и Деснянская — по 11 каждая, Соломенская — 10 Подольская — 6, Святошинская — 3, Шевченковская и Оболонская выделили по две. В сумме — 89 квартир.

Однако, что-то не сходится. На бумагах куда-то исчезают 48 квартир, о которых отчитывался Департамент строительства и жилищного обеспечения КГГА. А четыре района вообще отказываются называть фамилии прокуроров, которым выделили жилье за средства налогоплательщиков.

Списки вызывают, по меньшей мере, сомнения. Голосеевская РГА почему-то не отметила в своем отчете «бриллиантового» прокурора Александра Корнийца, о котором подробно будет рассказано ниже.

Список прокурорских бездомных пополняется после повторных запросов. На Печерске было 12, а становится — полсотни. Оказывается, документы на прокурорские квартиры хранятся кое-как и могут быть где угодно, без единой электронной базы.

Так же — в Голосеевском районе, где обнаружили 17 дополнительных прокурорских помещений.

В рейтинге квартирной щедрости лидирует Печерский район, но и в нем итоговые цифры не сходятся.

Впрочем, путаница и утеря документов не помешали составить итоговый рейтинг «удачливых» прокуроров, получивших недвижимость от государства.

Возглавляет его Юрий Ударцов, прокурор г. Киев в 2010-2011 гг.

В органах прокуратуры работал с апреля 1987-го. Занимал должности прокурора Славянска Донецкой области, заместителя прокурора Донецкой области, первого заместителя прокурора Днепропетровской области, прокурора Сумской, Луганской и Донецкой областей. 2 марта 2010 года приказом Генерального прокурора Украины Александра Медведько назначен на должность прокурора города Киева. С июня 2010-го по февраль 2014-го — заместитель Генерального прокурора Украины — прокурор Киева.

Именно Ударцова называют причастным к «ремонтной афере», в ходе которой было разворовано 69 миллионов гривен бюджетных денег, выделенных на ремонт зданий ГПУ, он был главой комитета по организации конкурсных торгов.

На должности прокурора Киева он «отхватил» квартиру площадью 99 кв. м.

Кресло прокурора столицы унаследовал Анатолий Мельник. Печерский район «поздравил» нового главу прокуратуры служебной квартирой в 89 квадратных метров жилплощади. Прокурор возбудил несколько уголовных дел против СМИ и 2012-го уехал в Луганск — управлять тамошней прокуратурой. Столичную квартиру — приватизировал.

Преемник Мельника — прокурор Николай Бескишкий также получил традиционный бонус при вступлении в должность — новое жилье в центре столицы на 80 квадратных метров. Руководил прокуратурой во времена «Евромайдана» и был освобожден 24 февраля 2014-го. Квартира до сих пор остается за ним.

Уникальный случай связан с новым прокурором Киева — Романов Говдой, который получил квартиру площадью 60 кв. м. «авансом», еще до вступления в должность.

Хорошо обустраиваются в столице и заместители прокуроров. Взять хотя бы донецких друзей Артема Пшонки — сына одиозного экс-генерального прокурора. Максим Могильницкий, Александр Нестеренко и Сергей Софиев вместе с должностями заместителей прокурора Киева получили квартиры в центре площадью 98, 78 и 55 квадратных метров соответственно.

Донецкая троица была освобождена из органов, и служебные квартиры в Голосеевском районе за ними остались. Сергей Софиев свою успел официально присвоить.

Экс-заместитель генпрокурора Пшонки Виктор Войцишен, который контролировал Главное следственное управление ГПУ, приватизировал предоставленную ему служебную квартиру на Печерске в 89 квадратных метров.

Но наибольшую «хваткость» продемонстрировал уроженец Донецка Максим Ленко. За короткую карьеру в столичной прокуратуре — всего полгода — он умудрился получить сразу две квартиры: небольшую в 36 кв. м. в Печерском районе и «приличную» в 85 кв.м. в Голосеевском районе. Затем возглавил Главное следственное управление СБУ. И прокурорское жилье — не освободил.

Присутствуют в списках и некоторые другие интересные фамилии.

Например, Владимир Коцюруба (31,5 кв. м. жилой площади) — начальник отдела надзора за соблюдением законов спецподразделениями и другими учреждениями, которые ведут борьбу с организованной преступностью прокуратуры г. Киев

После окончания Харьковского юридического института с 1987 по 1997 гг. — помощник прокурора в Энергодаре. С 1997 по 2003 гг. — Каменко-Днепровский межрайонный прокурор. С 2003 г. — Бердянский природоохранный межрайонный прокурор. С 2006 г. — Бердянский межрайонный прокурор. В 2010-ом переведен в ГПУ на должность начальника отдела защиты прав граждан и интересов государства при применении законов об административном правонарушении.

В коррупционных скандалах не светился. В нескольких публикациях СМИ о нем только положительные отзывы.

Алексей Тихонов (52,2 кв. м.) — экс-начальник следственного управления прокуратуры г. Киева.

Работу в правоохранительных органах он начал в апреле 1983. В феврале 1995 с должности заместителя начальника следственной части ГУ МВД Украины в Киевской области пошел работать следователем по особо важным делам следственной части отдела надзора за соблюдением законов специальными подразделениями по борьбе с организованной преступностью прокуратуры Киева. В декабре 2004 г. Тихонов возглавил следственное управление прокуратуры столицы. В 2014 году все еще числился в прокуратуре, хоть и непонятно в какой должности. Есть упоминание о нем при вручении передачи воинам АТО от прокуратуры Киева.

Сергей Софиев, экс-заместитель прокурора г. Киев 2011-2014 гг.

Ранее занимал должность прокурора Киевского района г. Донецка. Участник «теневой прокуратуры» сына экс-генпрокурора Артема Пшонки.

Квартиру в 77 кв. м. жилой площади получил бывший заместитель прокурора Киева Александр Нестеренко, уволенный из органов 22 апреля 2014 года. Представитель «донецких», во времена Януковича он сделал просто выдающуюся карьеру, пройдя за несколько лет путь из прокуратуры Макеевки до столицы.

Впрочем, не все «прокурорско-квартирные» истории столь оптимистичны.

Анна Мамонова — сотрудница документально-экспертного отдела прокуратуры. В 2012-ом году она получила ордер на однокомнатную квартиру Киев, ул. Васильченко, 12, кв. 33. Мамонова — мать одиночка, 10 лет работала в прокуратуре, жила с дочкой в общежитии. На момент выдачи ордера, в квартире проживал некто Шапран Николай Иванович, бывший работник прокуратуры из отдела по борьбе с организованной преступностью, пребывающий на пенсии. Он, в свою очередь, должен был переехать в 3-х комнатную, на которую получил соответствующий ордер в прокуратуре. Но Шапран отказался освобождать квартиру, мотивируя это тем, что якобы делает ремонт в своей новой квартире и не может пока туда въехать, позже сообщил что его новая квартира «пропала» и порекомендовал Мамоновой подавать на него в суд с комментарием «ты у меня не выиграешь».

Продолжается эта история до сих пор. Жалобы Мамоновой во все возможные инстанции результата не принесли. По версии прокуратуры, во всем виновато некое ТОВ «Стиль-блюз», якобы нарушившее условия выделения квартир.

«Мелкие и крупные махинации с жилплощадью в районах Киева

«Прокурорская правда» обращалась в Киевскую городскую и местные прокуратуры с запросами по поводу распределения жилплощади.

Из КГГА пришла формальная «отписка» без какой-либо ценной информации, но с «пересылкой» обращения непосредственно в районы столицы.

Из РГА же пришли крайне интересные ответы. Во-первых, большинство местных администраций предпочли «откосить» от предоставления конкретной информации, ограничиваясь количеством выделенных квартир или вообще – общей выделенной жилплощадью. При этом, авторы ответов ссылались на «конфиденциальную информацию личного характера», которую они, дескать, предоставлять не могут. Во-вторых, даже когда данные о квартирах предоставляли, то писали лишь «жилую площадь», которая, как показал опыт, может быть в разы меньше реальной.

Например, вот такой ответ пришел из Голосеевского района.

По информации из Голосеевской РГА, квартиры прокурорам не предоставляются с 2013 года. Предоставленные до этого помещения – преимущественно небольшие. Исключения — квартиры упомянутых выше Ударцова и Ленко, «бриллиантового прокурора» Корнийца и Александра Нестеренко.

В Деснянском районе утверждают, что всего за последние года прокурорам было предоставлено 11 квартир общей площадью 444 кв. м., однако подробности предоставить отказались.

Днепровская РГА заявляет о предоставлении за последние годы 28 квартир общей площадью 776,23 кв. м.

Большинство квартир, указанных в списке – тоже небольшие.

Обращает на себя внимание получение квартиры площадью более чем 47 кв. м. старшим прокурором Людмилой Мухаир. Если обратиться к ее свежей электронной декларации, то видим, что как раз эта квартира в ней не зафиксирована, а лишь комната 18 кв. м. от Киевпастранса и квартира площадью 90 кв. м. от райгосадминистрации. Все – в пользовании. Куда «пропала» полученная раньше квартира – не ясно.

Получила квартиру площадью 41 кв. м. и прокурор Ксения Кольцова, однако, опять-таки, в ее электронной декларации нет. Зато есть «пользование» полученной от Днепровской РГА квартиры площадью 90 кв. м.

И снова похожая ситуация наблюдается у прокурора Татьяны Косяченко, которая якобы получила квартиру 48 кв. м., однако по ее же декларации проживает в квартире 89 кв. м. от РГА.

Все это не позволяет либо ставить официальные данные под вопрос, либо видеть признаки «схемы» с оперативным получением, продажей и получением снова еще большего жилья.

Аналогичные махинации можно проследить и на примере Оболонского района.

Согласно полученному из Оболонской РГА ответу, за последние годы там «раздали» прокурорам 13 квартир.

Впрочем, тут в ответе «скромно» указывают, что речь идет именно о «жилой площади» квартир. В частности, в 2014 году квартиру «жилой площадью» 31,5 кв. м. получила прокурор отдела Юлия Онуфриева.

Если же обратиться к ее последней декларации о доходах, то в ней мы видим уже две квартиры. Одну — площадью 63,9 кв. м., а вторую — 72 кв. м. Обе — в частной собственности, и приватизированы вместе с дочерью и мужем прокурора. Непонятно, какую квартиру она тогда получила еще пару лет назад от государства, и почему ей ее дали, если с жильем в семье — и так полный порядок.

Таким же образом, квартира прокурора Оксаны Комаровой из 10 кв. м. «жилой площади» превращается в ее же декларации в квартиру площадью 21 кв. м. Видимо, столь небольшое жилье показалось ей недостаточным, потому она строит себе дополнительную жилплощадь (36 кв м.).

В Святошинском районе осмотрительно указали лишь на то, что «раздали» 8 квартир площадью более 220 кв. м., но подробности сообщать отказались.

Аналогично поступили в Шевченковском районе, ограничившись указаниями на выделение 32 квартир.

Также «поскромничали» и в Подольском районе, где, по утверждениям РГА, было выделено лишь три квартиры за все последние годы.

Таким образом, в районных администрациях города Киева информацию о «прокурорских квартирах» оберегают как «зеницу ока», скрываясь под надуманными поводами «защиты персональных данных». Хотя все действующие прокуроры и так обязаны эти данные публиковать.
Касько: «реформатор» и квартирный аферист

В очередной раз всеобщее внимание к проблемам прокурорских квартир привлек скандал с жилплощадью, принадлежащей бывшему заместителю Генпрокурора Виталию Касько.

Впервые вопрос о том, что Виталий Касько дважды получал от государства жилплощадь в Киеве, и потом ее приватизировал, поднимался осенью 2015 года, когда сам заместитель Генпрокурора был в числе претендентов на место Антикоррупционного прокурора.

Все «перипетии» войны грантоедов и блогеров тогда подробно описывала «Прокурорская правда». Впрочем, тогда о деле быстро забыли после того, как руководство Антикоррупционной прокуратуры было сформировано, и Касько там не оказалось.

Новая активизация внимания к этой истории началось уже после ухода «младопрокурора» из ГПУ. Касько написал заявление об отставке 15 февраля, через три дня после открытия уголовного производства против него по поводу все той же недвижимости.

В конце марта — начале апреля ГПУ развернула бурную деятельность в режиме шоу, которая включала в себя: зачитывание подозрения вечером в воскресение под стенами театра, публикацию материалов дела в сети Интернет, вызовы подозреваемых на допрос через собственный сайт.

Накануне ухода с должности Генпрокурора, Виктор Шокин добился ареста квартиры Виталия Касько, которая находится на бульваре Дружбы народов, 14-16, в Киеве.

По версии следователей, Касько совершил мошенничество, предоставив недостоверную информацию об отсутствии постоянного жилья в Киеве и завысив при этом фактическое количество членов семьи. Таким образом, он, якобы, незаконно завладел квартирой в столице в 2010-2014 годах.

10 апреля представитель генпрокуратуры Владислав Куценко на специальной пресс-конференции после объявления Касько подозрения заявил, что его преследуют именно из-за квартирного вопроса.

Как писала ранее «Прокурорская правда», в 2002 году тогдашний сотрудник Генпрокуратуры Виталий Касько обзавелся первым служебным жильем, предназначавшимся для него и его матери.

Это была квартира площадью 49,5 кв. м, находящаяся в Киеве по адресу ул. Новгородская, 3. Видимо, как заботливый сын, господин Касько планировал перевезти маму, проживавшую и работающую во Львове, где у них уже была трехкомнатная квартира площадью 82 кв. м, в столицу.

Совладельцами львовской жилплощади были, кроме Виталия Викторовича и его матери, также сестра и дедушка. А сам прокурор и его мама состояли на учете как люди, нуждающиеся в улучшении жилищных условий. В 2004 году по обращению Касько решением районного совета квартира по улице Новгородской была выведена из статуса служебного жилья. А в канун Нового года мама Виталия Викторовича единолично приватизировала данную квартиру.

Касько в этой квартире некоторое время проживал один, а уже с 2006 года сдавал ее в аренду, получая прибыль. Со временем он прописал в квартире свою сестру, которая жила во Львове. При этом Касько с 2005 года уже не работал в Генпрокуратуре, а до 2007-го занимался частной адвокатской практикой.

На первых пятидесяти квадратных метрах «квартирная сага» семейства Касько не закончилась. В 2006 году супруга Касько купила трехкомнатную квартиру в столице по улице Приречной. Спустя год, вернувшись в Генпрокуратуру в статусе начальника международно-правового управления, Касько пишет заявление с просьбой «улучшить жилищные условия» себе, маме, сестре и дедушке.

Так или иначе, но в 2008 году семья Касько получает еще одну служебную квартиру по адресу бул. Дружбы народов, 14/6. На этот раз двухуровневую, площадью 155 кв. м.

В 2010 году, в очередной раз уходя из органов прокуратуры, служебное жилье «младопрокурор» не вернул. Однако в Генпрокуратуре не забыли о своем бывшем сотруднике. И в марте 2014 года тогдашний заместитель генпрокурора Николай Банчук обратился с письменной просьбой в отдел приватизации Печерской райадминистрации. Он просил оформить приватизацию вышеупомянутой квартиры на семью Касько. Свое решение мотивировал тем, что указанное служебное жилье было предоставлено семье работника ГПУ и даже сообщил, что Виталий Касько там по-прежнему трудится.

Однако Николай Банчук подал неправдивые данные, поскольку Касько на тот момент в прокуратуре не работал. Он туда действительно снова вернулся, но только в мае 2014 года. В частности, только 16 мая он был представлен коллективу ГПУ и.о. Генпрокурора Олегом Махницким.

Во всех этих эпизодах нардеп Татьяна Черновол увидела признаки служебного подлога и просила ГПУ провести расследование.

«Бриллиантовый прокурор» Корниец: в погоне за квадратными метрами

Ставший известным во всеукраинском масштабе благодаря «бриллиантовому делу» бывший заместитель прокурора Киевской области Александр Корниец тоже оказался совсем не чужд «шаровой жилплощади».

Как писала ранее «Прокурорская правда», он за время работы в органах получил 2 служебные квартиры, пользуясь традиционными для законников схемами оформления «квадратов» с помощью прописки членов своей семьи у родственников в малогабаритном жилье. Помимо квартир Киевсовет выделил «бриллиантовому прокурору» земельный участок возле аэропорта Жуляны, где возводится здание стоимостью более 400 тысяч долларов и планируется открытие отеля.

Интересно, что последнюю операцию с недвижимостью семья Корнийца провела уже после того, как его имущество было арестовано в рамках дела о бриллиантах и деньгах, найденных в его рабочем кабинете, а сам он в период оформления находился в следственном изоляторе.

Итак, в 2007 году прокуратура города Киева обратилась к руководителю управления жилищного обеспечения КГГА с просьбой предоставить служебную квартиру ее сотруднику — отцу троих детей. При этом отмечалось, что предложенное ему ранее жилье — двухкомнатная квартира на улице Саперно-Слободская (непривлекательный удаленный от центра район возле промзоны и метро Выдубичи) — семью не удовлетворяет, потому что дом должен был быть сдан в эксплуатацию в следующем году. Прокуратура просила городскую администрацию предоставить другую квартиру ее сотруднику.

Фамилия прокурора, который нуждался в служебном жилье, следует из следующего документа – письма прокуратуры, в котором говорится об успешно осуществленном обмене и выдаче квартиры сотруднику прокуратуры Корнийцу. Таким образом, в ноябре 2007 года прокурор получил первую служебную квартиру площадью более 70 м2.

Впрочем, как свидетельствуют документы, через пять лет семья прокурора снова оказалась в тяжелых жилищных условиях: шесть человек – Корниец, его жена и уже четверо детей – оказываются прописанными в крохотной однокомнатной квартире жилой площадью 12 м2 на проспекте Науки. Вероятно, семья Корнийцов прописывается у сестры прокурора Ларисы Прокопенко: именно этот адрес она указала во время регистрации частной компании, как свидетельствует реестр юрлиц.

В документе Голосеевской районной администрации утверждается, что с 2012 года прописанный в однокомнатной квартире Корниец стоит в льготной жилищной очереди работников прокуратуры.

Этим письмом за подписью председателя Голосеевской РГА прокурору Корнийцу выдается ордер на трехкомнатную квартиру в самом центре Киева, недалеко от Цирка, по улице Тургеневская, 46/11 жилой площадью 70,6 м2. По данным риелторов, трехкомнатная квартира в этом новом доме стоит под 5 миллионов гривен.

Но, как нынче рассказывает сам Корниец, 2-х комнатная квартира, которая была получена в 2007 году, была обменяна на 3-х комнатную в 2013-м вполне законно, так как родился четвёртый ребёнок.

В 2015 году после того, как 5 июля Корнийца задержали по подозрению в вымогательстве взятки, но находясь в СИЗО, он успевает переоформить элитное жилье на пятилетнюю дочь.

Согласно информации из Государственного реестра вещевых прав на недвижимое имущество, квартира по ул. Тургеневской оказалась в собственности Елизаветы Александровны Корниец утром 22 июля 2015 года. Уже через два дня после этого прокуратура наложила арест на оставшуюся недвижимость Корнийца. Ареста квартиры возле столичного цирка таким образом удалось избежать.

Кроме многочисленных участков и квартир, прокурору принадлежит несколько домов – два задекларированных и еще один, который только строится.

В декларацию Корнийца внесены роскошный трехэтажный дом, на строительство которого он взял кредит в 800 тысяч долларов (именно в нем следователи проводили «шмон» в день задержания законника), а также садовый дом под Киевом.

История третьего дома «бриллиантового прокурора» начинается в 2008 году, когда одновременно со служебной квартирой Корниец попросил КГГА выделить ему земельный участок. В следующем году его просьбу удовлетворяют, о чем свидетельствует государственный акт на землю по адресу Журавлина, 5 за подписью мэра Киева Леонида Черновецкого. Этот участок Корниец указывает в своей декларации в строке №23 – 878 м2. Сейчас на этом участке ведётся активное строительство, проезд и проход к нему перекрыты частной охраной.

Известные прокуроры, позарившиеся на «шаровую» жилплощадь

Любопытно, что главный «обвинитель» Виталия Касько в «квартирном деле», бывший и.о. Генерального прокурора Юрий Севрук сам оказался отнюдь не чужд получению «шаровой недвижимости» от государства.

За Севруком числится квартира площадью 104,5 кв. м., и он также получил указанную квартиру от государства.

Фигурантом «квартирного скандала» был заместитель прокурора Хмельницкой области Александр Мартынюк, который ранее был прокурором Тернопольской области.

Ранее «Прокурорская правда» писала, что Мартынюк был назначен заместителем прокурора Хмельницкой области приказом Луценко 5 июля 2016 июля. При этом еще до этого, 1 июля в ответ на вопросы журналистов о дальнейшей судьбе Мартынюка глава ГПУ заявил, что в отношении Тернопольского законника инициирована служебная проверка фактов, собранных против него «активистами».

Отметим, что Мартынюк в бытность его работы в надзорном ведомстве Изяслава, Шепетовки и Хмельницкого обзавелся в каждом из этих городов по квартире, которые получил от государства и вскоре приватизировал, присвоив таким нехитрым образом 232 кв. м. жилплощади.

После того, как скандал с Мартынюком вышел на всеукраинский уровень, Юрий Луценко 16 июня этого года заявил, что планирует уволить Мартынюка. Дескать, ждет решения внутренней безопасности ведомства, чтобы у Мартынюка не было потом возможности восстановиться на службе рез суд.

Видимо, «внутренняя безопасность» разбирается с этим делом до сих пор, ведь на сайте прокуратуры Хмельницкой области Мартынюк все еще значится замом прокурора.

Назначенный 6 июля прокурором Киевской области Дмитрий Чибисов в декабре 2015 года приватизировал квартиру государственного жилого фонда в Дарницком районе Киева.

Речь идет о квартире площадью 84 кв. м по ул. Григория Ващенко, 7. По этому адресу находится многоэтажка 2014 года. Свидетельство о праве собственности выдано 24 декабря 2015 года сектором приватизации государственного жилого фонда Дарницкой райгосадминистрации. Информация о собственности внесена в реестр имущественных прав 19 февраля 2016 года.

Совладельцами квартиры вместе с Чибисовым числятся его сын и дочь.

В декларации о доходах за 2014 год прокурор указал сумму 161,629 тысяч гривен. При этом в разделе «недвижимое имущество» не указаны никакие объекты, принадлежащие Чибисову. Согласно документу, члены его семьи владеют или арендуют земельный участок площадью 2500 кв. м и квартиру площадью 40,4 кв. м.

Уроженец города Хмельник Винницкой области Дмитрий Чибисов работает в прокуратуре с 2000 года. В 2014-м являлся заместителем прокурора Киевской области, в феврале-апреле 2015 — прокурором Черниговской области.

Назначенный в июле этого года первым заместителем прокурора Львовской области Богдан Подубинский в бытность прокурором Херсонской области тоже «разжился» дармовыми квадратами.

Как писала ранее «Прокурорская правда», решением исполкома Херсонского горсовета от 19 августа 2014 года прокурор Херсонской области Подубинский вне очереди и бесплатно получил квартиру, которая оценивается в 27 тысяч долларов. Жилплощадь на 52 квадратных метра, которая оценивается в 27 тысяч долларов законник получил спустя полгода после своего назначения в должность. Как следует из ордера на квартиру, Подубинский прописал к себе свою пожилую мать, а также жену и сына.

Квартира прокурора находится в доме по улице Смольной, 132-а, где в начале 2000-х годов треснула стена, и жители одного из подъездов были выселены. Долгое время там жили бомжи, а жители боролись за свои права. В 2012 году городская власть заключила договор с «Таврической строительной компанией», которая вложила в реконструкцию около 1,5 миллиона гривен. Согласно заверениям чиновников, в очереди на получение квартир в этом доме должны были состоять самые незащищенные социальные категории граждан, в том числе ветераны, инвалиды.

Квартиры для «малоимущих прокуроров»

Часто, чтобы получить вожделенную «шаровую жилплощадь», прокурорам приходится, подобно персонажам Ильфа и Петрова, переквалифицироваться в «старушек».

Например, в документах о предоставлении жилья за последние 5 лет в самом дорогом районе Киева среди сирот и матерей-героинь нашли имя Виталия Харченко — бывшего прокурора Печерского района. Он единственный из этого списка, кто в 2011 году получил жилье в многоэтажке.

В реестре прав собственности есть адрес, где прокурор имеет квартиру. Квартиры в доме стоят от 130 тысяч долларов. Действительно ли именно здесь было предоставлено бесплатное жилье — доподлинно неизвестно, однако есть документ, который свидетельствует, что квартиры в этом доме действительно выдавались очередникам на жилье.

Поэтому журналисты решили наведаться в гости к экс-прокурору. Дверь открыла неизвестная женщина и заявила, что арендует квартиру. Чтобы получить квартиру, прокурор Харченко указал, что воспитывает двух детей и живет с родителями. О жене не было указано ничего, поэтому съемочная группа отправилась на ее поиски.

Менее чем в 15 км от Киева журналисты разыскали шикарный особняк. По документам, этот дом был подарен в 2006 году женщине, имя фамилия и отчество которого полностью совпадают с женой прокурора Харченко. Площадь имения — 714 квадратов, здесь есть парк, и здания, похожие на крытый бассейн и сауну. На территории имения ни души, хотя во дворе припаркован «Лексус». Стоимость такой дачи — не менее миллиона долларов.

Кроме этого, у жены прокурора есть еще один дом, только он находится на параллельной улице. Он гораздо скромнее. Здесь вместо парка — ухоженные грядки. Похоже, здесь живут садовники, ухаживающие за особняком экс-прокурора.

В центре Киева есть еще одна квартира семьи экс-прокурора. Там мраморный пол и зеркальный потолок. Журналистам удалось попасть внутрь здания, но дверь квартиры им не открыли. По документам здесь 240 квадратов. Приблизительная стоимость квартиры — 2,5 млн долларов. Жена прокурора купила его в 2011 году. В том самом, когда ему предоставили бесплатное жилье.

Есть у Харченко и еще одна элитная квартира — в том же самом дорогом районе Киева. Ее стоимость около 300 тысяч долларов. Следовательно, собственность бывшего прокурора Харченко и его жены — не менее 4 млн долларов. Почему никто не заинтересовался женой чиновника и не проверил ее состояние — остается только догадываться.

Впрочем, сам Виталий Харченко — очень любопытная личность. В частности, благодаря его семейным связям с одним из самых влиятельных кланов времен Януковича — Калетникам. Он — муж Елены Харченко (в девичестве – Калетник), которая приходится дочерью Григорию Калетнику — основателю «клана».

Любопытно, что Харченко и родственникам тоже помогал в осуществлении квартирных махинаций.

Итак, экс-главный таможенник страны, первый вице-спикер Верховной Рады и, в конце концов, соратник Януковича — Игорь Калетник в своей декларации за 2013 год указал, что получил подарков на сумму почти 70 млн. гривен от отца Григория Калетника.

Оказалось, что сын просто принял от своего отца, Григория Николаевича Калетника, в «дар» депутатскую квартиру в самом центре Киева, чья стоимость составляла 8,5 миллионов долларов США.

Григорий Калетник – экс-нардеп нескольких созывов от Партии регионов, председатель клана Калетников в Верховной Раде, одиозный ректор Аграрного университета в Виннице, а также «спиртовой магнат», получив квартиру от государства на Срибнокильской (в бытность депутатом), выменял ее на жилье на Владимирской, а после подарил квартиру своему сыну — Игорю Калетнику. Тот, в свою очередь, передал право собственности некой Анне Чернези из города Гайсин, что на Винничине. Она оказалась не чужим человеком для Калетников и передарила ее Николаю Харченко. Сын Николая Харченко, уже упомянутый выше экс-прокурор Печерского района Виталий Харченко (зять Калетника-старшего). Именно на его жене, а также дочери Григория Калетника и сестре Игоря Калетника (бывшего народного депутата) — Елене Харченко (Калетник) замыкается круг собственности депутатской квартиры.

Таким образом, бывший прокурор Харченко умудрился за короткий промежуток времени поучаствовать в громких квартирных скандалах за очень небольшой промежуток времени.

«Черниговская схема: прокуратура как застройщик

По информации местной прессы, в Чернигове на протяжении последних лет реализуется схема, в которую вовлечен местный застройщик и областная прокуратура, при «поддержке» со стороны городского совета.

Итак, областная прокуратура, которая, очевидно, выступает инициатором, обращается к застройщику с предложением помочь найти земельный участок для нового дома за определенную «мзду». Вознаграждением же выступает определенное количество квартир в новом доме. Застройщик соглашается, и прокуроры идут «решать вопросы» с местным советом для получения земельного участка под строительство, с чем, естественно, никаких проблем не возникает.

Ярким примером работы такой схемы является строительство четырех очередей домов по ул. Жабинского, 2а в Чернигове.

Решениями Черниговского городского совета от 29.11.2013 и 30.01.2014 прокуратуре области предоставлено разрешение на разработку, а в дальнейшем — утвержден проект землеустройства по отводу в постоянное пользование земельного участка площадью 1,3 га для строительства жилищно-административного комплекса.

Сведения о праве постоянного пользования земельным участком 12.02.2014 внесены в Государственный реестр прав на недвижимое имущество. Декларация о начале строительных работ зарегистрирована 23.09.2014. Исполнителем строительство этого дома является застройщик Григорий Пузан, директор ООО «Жилстройсервис».

Согласно договору №1 от 19.02.2014 о заказе Черниговской областной прокуратурой в ООО Жилбудсервис сооружения четырех очередей домов по ул. Жабинского 2а, прокуратура «решает» застройщику следующие вопросы:

— градостроительные условия и ограничения;

— разрешение государственной архитектурно-строительной инспекции на подготовительные работы по строительству;

— разрешение государственной архитектурно-строительной инспекции на строительство каждой из очередей;

— технические условия по подключению к сетям электроснабжения, газоснабжения, водоснабжения и водоотвода, отвода ливневых вод.

Со своей стороны, застройщик, ООО «Жилстройсервис» обязуется «отблагодарить» прокуроров 4 % от общей построенной площади домов. То есть, это 780 кв. м из 19500 кв. м. Исходя из площади запланированных застройщиком квартир, это 20 — однокомнатных квартир или 15 двухкомнатных.

Интересно, что руководитель Черниговской местной прокуратуры Сергей Розинка на вопрос: «откуда у прокуратуры столько денег, чтобы строить себе жилые дома?», ответил, что прокуратура, хотя и выступает заказчиком, но имеет с ООО «Жилстройсервис» определенные договорные условия, по которым после завершения строительства только определенная часть квартир перейдет в собственность черниговским прокурорам.

Любопытно, что согласно электронной декларации, сам Розинка квартиры не имеет. В его пользовании – лишь дом в г. Городня, принадлежащий местному горсовету.

Бывший пресс-секретарь областной прокуратуры Валерий Литовченко подтверждает, что за решение вопроса с землей застройщик рассчитывается с прокурорами квартирами.

Поскольку последние имеют право на служебное жилье, которое со временем приватизируется, то схема для прокуроров оказывается вообще безубыточной.

Такая схема уже реализована в Чернигове по ул. Кирпоноса 9, где по заказу областной прокуратуры застройщик построил 5-типи подъездный дом в историческом центре Чернигова.

«Прокурорская правда» получила из Черниговской области ответ на запрос о квартирах, которых были там «вручены» прокурорам.

Итак, таких за 6 лет насобиралось 20. Впрочем, Черниговские «законники» предусмотрительно скрыли имена счастливых обладателей недвижимости.

Днепровская схема: «выморочные» квартиры для прокуроров

В Днепре бесплатную квартиру, гарантированную 47 статьей Конституции, ждут более 14 тыс. семей, из которых более 3 тыс. имеют право на первоочередное получение жилья, а почти 2 тыс. — на внеочередное. Но, как оказалось, сотрудники прокуратуры иногда обходят всю эту длинную очередь и легко получают бесплатные квартиры.

В июле 2015 года и.о. управляющего делами Днепропетровского горсовета Вадим Шебанов рассказал о замечательной схеме, которая работала в местном горсовете.

По словам Шебанова, схема такая: сотрудники правоохранительных органов, узнав, что где-то умер одинокий человек, не оставив наследников (а они узнают об этом в первую очередь), сообщали об этом горсовету при условии, чтобы квартиру получил человек в погонах.

В июле 2015 года через исполком горсовета попытались провести решения о 19 таких квартирах. Разгорелся скандал, в результате которого прокуроры остались без новых квартир, а депутат горсовета Вадим Гетьман вышел из состава комиссии, которая занимается распределением недвижимости, поступающей в ведение территориальной громады.

Необходимо добавить, что Днепровская прокуратура была и ранее фигурантом «квартирных скандалов».

Так, в 2014 году сотрудников областной прокуратуры обвиняли в присвоении 30 квартир в новостройке в самом центре города. При этом, каждый из прокуроров, задействованных в «схеме», получал по две квартиры, записанные на «мертвые души», являющиеся якобы «малоимущими».

«Прокурорская правда» обращалась с запросом в Днепропетровскую областную прокуратуру по поводу распределения жилья за последние годы. Из полученного ответа следует, что эта область была одной из самых «щедрых» в плане распределения жилплощади.

В 2010-2014 годах «улучшены» условия проживания 88 сотрудников. При этом, утверждается, что с 2015 года жилье для сотрудников не предоставлялось. Кстати, именно к 2015 году относится разоблачение сомнительной «выморочной» схемы, которая была описана выше.

Из предоставленных данных следует, что большинство «розданных» квартир — сравнительно небольшой площади. Обращает на себя внимание разве что жилье прокурора отдела Андрей Химчик (70 кв. м.), который, как свидетельствует информация из МВД, в 2015 году был уже в национальной полиции, где и прошел переаттестацию.

Впрочем, манипуляции с «выморочной» жилплощадью происходят не только в Днепре.

Как свидетельствует информация из Запорожья, там с ним тоже случаются непонятные манипуляции.

Согласно реестру судебных решений, в период со второго полугодия 2008-го по настоящий момент в коммунальную собственность было передано около 50-ти выморочных квартир. Однако есть и случаи, когда представители властей демонстрируют удивительное благодушие.

В частности, 07.10.2008 г. Первая Запорожская государственная нотариальная контора обратилась в суд с просьбой признать конкретную жилплощадь (адрес и размеры в реестре не указаны) выморочной. В соответствии с законодательством, такая квартира должна была перейти в распоряжение мэрии. Однако уже через полтора месяца истец предоставил ходатайство, в котором заявил, что отказывается от всех претензий и просит закрыть дело. Заводский районный суд просьбу удовлетворил.

Аналогичная ситуация в 2008 году наблюдалась в Хортицком районе, где ПРЭЖО-8 также отозвало свой иск. В то же время, от своих требований по признанию наследства выморочным отказались и власти Ленинского района (судья Нестеренко, 15.07.2008 г.).

Непонятная коллизия вновь повторилась в Заводском суде в 2010 году. Тогда та же нотариальная контора совместно с ПРЭЖО-4 вновь заявила иск о признании выморочной квартиры в жилом доме. Судья Владимир Бобрович нашел в документе неточности и дал время для устранения недостатков. Коммунальщики предписание судьи не выполнили. Более того, они обратились с заявлением с просьбой вернуть им исковое заявление.

«Утешительная» квартира для люстрированных прокуроров

Часть квартир, которые предоставлялись как служебные, принадлежат экс-прокурорам, которые были уволены согласно Закону «Об очищении власти».

Наибольшую по площади из 37 квартир, которые были изъяты из числа служебных, приватизировал Андрей Стасив. В 2013 году он стал совладельцем квартиры на улице Бучмы, 22 площадью 164,1 кв. м. Стасив тогда работал прокурором города Львова. Его доход в 2011-2012 годах составил более 400 тыс. грн.

Согласно реестру недвижимости, квартира на Бучмы до сих пор записана на него, его жену и двух детей. В 2014 году его назначили заместителем начальника управления защиты прав и свобод граждан и интересов государства в Генпрокуратуре, и в том же году он был освобожден от занимаемой должности на основании закона «Об очищении власти» (люстрации). Сейчас 42-летний Андрей Стасив является соучредителем адвокатского объединения «Вест Партнерс».

Есть и другие львовские прокуроры, которым удалось получить квартиры от горсовета накануне люстрации. Это – экс-заместитель прокурора Львовской области (на момент люстрации работал начальником организационно-методического отдела управления внутренней безопасности ГПУ) Виктор Вольский, который приватизировал 64,4 кв. м на вул. Мучной, 23.

Или бывший заместитель прокурора Львовщины, экс-прокурор Житомирской области Дмитрий Лубчук. С последней должности его уволили согласно закону «О люстрации». Квартира во Львове площадью 76 кв. м на вул. Зубровской, 32 осталась при нем.

Кстати, на момент получения квартиры в 2009 году он уже владел домом на 369 кв. м в Жидачове, где в свое время был руководителем районной прокуратуры.

Годом позже, в 2010-м, жена Лубчука также зарегистрировала право собственности на объект незавершенного строительства с месторасположением в Моршине. Строится жена бывшего прокурора рядом с гостиницей «Минералы Карпат» в парковой зоне Моршина рядом с лесным массивом на участке площадью 0,02 га.

Бывший заместитель прокурора Львовской области (назначен в декабре 2010 года), экс-начальник управления внутренней безопасности Генеральной прокуратуры Игорь Белецкий за время пребывания во Львове успел получить и приватизировать квартиру площадью 103 кв. м на вул. Черновола, 67 Б.

Он более известен как сын также люстрованого Альфреда Белецкого – экс-заместителя начальника Киевской межрегиональной таможни, близкого друга экс-генпрокурора Святослава Пискуна. Белецкий-младший даже был помощником Пискуна в Верховной Раде V созыва.

О сегодняшнем имущественное состояние экс-законника известно немного. Однако, согласно данным реестра МВД, в марте 2016 года он зарегистрировал право собственности на новенький Volkswagen Passat 2016 г.в. средней стоимостью 1,1 млн грн. Похоже, даже будучи люстрированным, Белецкий может позволить себе дорогие покупки.

Известно также, что с августа 2006 года он является владельцем коттеджа в Крыму, расположен на территории Калиновского сельсовета в урочище «Насыр» – на берегу Азовского моря, в 30 минутах езды от Черного моря.

Интересно, что сейчас в государственных структурах остался еще один Белецкий. Самый молодой из семьи, 35-летний Олег Билецкий, сын Игоря Белецкого. Он работает первым заместителем начальника налоговой инспекции в Деснянском районе в Киеве.

Львовская схема: шантаж местных властей

За последние десять лет Львовский горсовет дала прокуратуре Львовской области 75 служебных квартир. Такой «квартирной» поддержки от мэрии не имела ни милиция, ни СБУ.

Лишь весной 2016-го года мэрия отказалась выдавать ордера на вселение прокуроров в 31 служебную квартиру и даже предложила на сессии отменить решение исполкома о предоставлении этих служебных квартир, однако в этот раз депутаты уже не поддержали чиновников.

Демарш мэрии сразу потерпел крах – прокуратура обратилась в суд, и тот заблокировал счет мэрии. Противостояние, фактически, закончилась победой прокуратуры. 29 решений судов или первой, или апелляционной инстанций по искам прокуроров уже вступили в законную силу, и город будет вынужден выдать ордера на вселение в служебное жилье.

За невыполнение решений судов на чиновников уже открыли ряд уголовных дел, по поводу чего в сети facebook возмущался львовский мэр Андрей Садовой. По его словам, 14 вызовов на допрос сотрудников мэрии связаны с отказом выделить 29 ордеров на получение квартир для «прокурорских».

Впрочем, возмущения городского головы не было слышно ни в 2012-м, когда горсовет выдала прокуратуре 29 служебных квартир, ни в 2013-м – тогда прокуратуре досталось еще 34 квартиры. Не было гнева мэра и тогда, когда исполком позволял изымать из числа служебных 37 квартир, которые в результате приватизировали прокуроры.

Не могут пожаловаться на проблемы с жильем еще несколько прокуроров, которые приватизировали служебные квартиры.

Например, Андрей Манькут, который работал начальником управления надзора в уголовном производстве прокуратуры Львовской области, а ныне является заместителем прокурора Закарпатской области, приватизировал квартиру на ул. Плуговая, 4А во Львове. Вместе с тем, его мать, Ульяна Пихурко, владеет «имением» в селе Виднов, в 23 километрах от Львова (больше 2 га).

Кроме некогда служебной квартиры, Манькут вместе с матерью владеют еще одной квартирой площадью 42,8 кв. м и подвалом на 39,8 кв. м. Матери также принадлежит нежилое помещение площадью 16,1 кв. м.

Жилой дом, несмотря на наличие служебной квартиры, скоро будет и у прокурора отдела прокуратуры Львовской области Ульяны Горин. Она приватизировала квартиру площадью 105 кв. м на проспекте Красной Калины, 58 совсем недавно. Согласно реестру недвижимости, право собственности оформила только в феврале 2016-го. В своей декларации за 2015 год она указывает, что квартира еще служебная.

В этой же декларации указано, что ее муж Владимир Горин строит в Яворове жилой дом и гараж с хозяйственными помещениями общей площадью 570 кв. м. Также, согласно реестру недвижимости, с июня 2016 года он владеет небольшим домом площадью 65,4 кв. м.

В 2013 году частный предприниматель Владимир Горин приобрел сразу два автомобиля: Nissan Juke (2013 г.в.) и Honda CR-V (2010 г.в.), а еще раньше, в 2011-м, мотоцикл Suzuki GSX-R600 (2006 г.в.).

Начальник первого следственного отдела прокуратуры Львовской области Ростислав Флис, который с 2009 года владеет домом площадью 282,2 кв. м в Каменка-Бугском районе, не отказался от приватизации квартиры площадью 69,7 кв. м во Львове на проспекте Красной Калины, 58. Его сын Виталий-Иван вместе с Лесей Солудчик являются сособственниками квартиры площадью 130,7 кв. м на ул. Генерала Чупринки во Львове.

Заместитель начальника отдела прокуратуры Львовской области Александр Теличко приватизировал квартиру на проспекте Красной Калины, 58, площадью 69,5 кв. г, которая согласно реестру недвижимости, записана не только на него, дочь и жену, а и на родственников жены.

«Прокурорская правда» получила официальные данные о жилье прокуроров со Львовщины.

Из них следует, что во Львовской области есть несколько прокурорских домов (по пр. Красной Калины 72, 72А, 58), где очень компактно проживают все местные «законники». Это неявно указывает на то, что «отжимают» недвижимость львовские «законники» целыми домами.
Оригинальные «операции»: суд за право покупки квартиры и уменьшение квартирной площади

Распространенной является практика, когда «законники» добиваются получения положенной жилплощади в судебном порядке, подавая соответствующие иски против местных властей.

Довольно скандальная «судебная» ситуация была связана с бывшим прокурором г. Луцк Сергеем Данилиным.

История эта берет начало в 2005-м году, когда Данилина перевели из Волынской области в Одессу, где он занял должность заместителя прокурора региона. Поскольку у мужчины, семья которого насчитывает аж пять человек, не было здесь своей жилплощади, город сделал для него то, что почти не делает для одесских очередников, — выделил «служебную» четырехкомнатную квартиру площадью 150 «квадратов» на ул. Педагогической вне очереди.

В 2006-м году счастливый правоохранитель приступил к обустройству семейного гнездышка. Там появились два санузла с сауной и сверхсовременным душем, оснащенным телевизором и телефоном; две спальни, а также прихожая-студия, обставленная дорогущей мебелью и новейшей бытовой техникой.

Но Данилин умудрился поссориться с городским головой Эдуардом Гурвицем, опротестовав несколько решений горсовета по земельным вопросам. Мэр города распорядился выбросить прокурора из сказочного дворца и заселить туда Галину Мартынову с ее 25-тью детьми. До этого семья ютилась на 47 кв. м в доме по улице Пантелеймоновской, неподалеку от «Привоза».

Мартынова прожила в квартире недолго. В 2010-м она переехала в пригород, а мэрия предложила заселиться на Педагогическую другому детскому дому семейного типа – Валентины Гончаренко. Однако та предпочла остаться в Коминтерновском районе. В 2011-м исполком передал жилплощадь еще одной многодетной семье – Елены Сокур.

Все это время Данилин добивался в судах возврата квартиры, хотя ранее публично обещал «не судиться с детьми». Кроме того, на момент рассмотрения иска законник уже трудился в другой области, так что никаких оснований требовать для себя служебное жилье в Одессе у него не было.

Однако в 2010-м году Приморский райсуд Одессы удовлетворил иск Сергея Данилина и отменил распоряжение Малиновской районной администрации, которым, собственно, прокурора и лишили заветной квартиры. Этот вердикт муниципалитет не обжаловал, и он вступил в силу. Однако недвижимость Данилин не получил, поскольку к тому времени появились решения исполкома о выделении этой квартиры сначала семье Гончаренко, потом Сокур. И пришлось главному защитнику законности города Луцка снова обращаться в суд – с требованием признать незаконными упомянутые акты мэрии.

2 октября 2012-го он добился положительного решения Приморского суда, 12 марта 2013-го выиграл апелляцию. Позже на сторону Данилина встал и ВАСУ.

В 2014 году Данилин вернулся в Одессу. Он был назначен на должность первого заместителя — начальника следственного управления финансовых расследований Главного управления Миндоходов в Одесской области.

Впрочем, не все «законники» занимаются только «сравнительно честным» отбором квартир у государства. Некоторые проворачивают еще более интересные «схемы».

Недавно «Прокурорская правда» писала о руководителе Киевской местной прокуратуры № 5 Дмитрии Справедливом.

Чтобы оформить на себя и свою семью квартиру в элитном новострое-небоскребе на столичном Кловском спуске, 7, он судился с застройщиком и скандальным архитектором дома Сергеем Бабушкиным.

Надзорнику должна была отойти в собственность квартира, которую проинвестировал сам Бабушкин. Справедливому пообещали 4-комнатную квартиру на 182 «квадрата», и прокурорская семья даже успела заказать дизайн-проект квартиры за 96 тысяч гривен. Однако, после сдачи дома в эксплуатацию, законнику предоставили трехкомнатную квартиру, к тому же — на 3 м2 меньше оговоренной квадратуры. Оболонский прокурор не согласился с таким решением, оспорив его в суде — служители Фемиды встали на сторону Справедливого, и, в конечном счете, ему отдали квартиру на 198 кв. м. Рыночная стоимость такого жилья с парковкой на сегодняшний день составляет около 14 миллионов гривен.

Как следует из предоставленных Справедливым документов, квартира с видом на ГПУ в декабре 2013 года обошлась ему в 3,8 миллиона гривен (свыше 400 тысяч долларов по тогдашнему курсу), а паркоместо — всего в 15 тысяч гривен. «Продавалась квартира, а парковка шла в комплекте», — отметил прокурор.

По его словам, 2,8 миллиона гривен на покупку элитной недвижимости он получил от продажи ранее полученной от государства квартиры по улице Дмитриевской. Еще 570 тысяч гривен «налом» Справедливому дала его жена Ольга — частный предприниматель; к тому же, 288 тысяч гривен супруга законника за счет своего взноса в уставный фонд фирмы «Престиж недвижимость» (ею Ольга Справедливая владела совместно с женой бывшего начальника СБУ в Ивано-Франковской области Николая Найдича). Остаток же средств на покупку квартиры на Кловском спуске прокурор якобы взял из личных сбережений.

Отметим, что помимо квартиры в небоскребе на Печерске, Справедливый также является владельцем 3-комнатной квартиры в центре Киева на бульваре Леси Украинки, 23, которую ему подарила мать.

Состоятельным оказались и родители жены оболонского прокурора. В частности, мать Ольги Справедливой подарила ей 2-комнатную квартиру по улице Васильковская 15/14 в Киеве площадью 67,9 кв. м (рыночная стоимость на сегодняшний день — около 2 миллионов гривен). В 2014 году супруга законника зарегистрировала на себя автомобиль Toyota Venza 2013 года (подобного рода модель с пробегом стоит сегодня около 30 тысяч долларов).

Кроме того, с 2011 года Справедливым принадлежит 224 кв. м нежилых помещений на улице Костельной, 3 в Киеве. Ранее они были записаны на жену прокурора, но почти год назад этот объект переписали на его отца. Рыночная стоимость объектов подобного типа — от 60 до 136 тысяч гривен за 1 кв. м, таким образом суммарно они могут стоить на рынке около 20 миллионов гривен.

В свою очередь, руководитель Днепропетровской местной прокуратуры №3 Анатолий Кузьменко, сын люстрированного зампрокурора Днепропетровской области Сергея Кузьменко, живет в элитном комплексе закрытого типа в Днепропетровске, а в своей декларации о доходах занизил площадь принадлежащих ему апартаментов.

В 2015 году Кузьменко задекларировал квартиру площадью 274 м2 в комплексе закрытого типа «Кипарисный», что в Соборном районе Днепропетровска. При этом, согласно данным реестров, общая площадь жилья прокурора является большей на 30 «квадратов», и составляет 305 кв. м.

Эта квартира находится в трехэтажном таунхаусе с видом на Днепр, включает гараж, балкон и две террасы.

По данным имущественного реестра, стоимость приобретенного в 2011 году жилья составляет более 583 тысяч гривен. Вместе с тем, только 160 м2 третьего этажа в здании на Кипарисном переулке, 6, продаются за 270 тысяч долларов (6,7 миллиона гривен), а трехкомнатную квартиру на втором этаже риэлторы предлагают за 120 тысяч долларов (около 3 миллионов гривен).

Как следует из декларации законника, в 2015 году Кузьменко получил 322 тысячи гривен дохода, из которых 127 тысяч — это зарплата, а еще 136 тысяч поступили прокурору в результате продажи имущества. Речь идет об отчуждении автомобиля Mitsubishi Lancer 2006 года выпуска, на смену которому в мае 2015 года прокурор приобрел Volkswagen Passat 2014 года за 423 тысячи гривен.

Годом ранее Кузьменко задекларировал 109 тысяч гривен дохода, при этом положил на счета банков 300 тысяч гривен, которые хранил там и в течение прошлого года.

Отметим, что семья Кузьменко имеет прочные прокурорские корни. Так, отец руководителя Днепропетровской местной прокуратуры №3 — бывший заместитель прокурора Днепропетровской области Сергей Кузьменко, который занимал эту должность с 2008 года, а в марте 2015 года попал под действие люстрационного законодательства и был уволен.

Прочие областные прокуратуры

В Николаевской области за последние 6 лет было распределено 41 служебная квартира, из них — 22 в областном центре.

В частности, квартиру (31 кв. м. жилой площади) получил Анатолий Белза — прокурор Николаевской местной прокуратуры № 1. Судя по его электронной декларации, «законник» успел приватизировать её на себя, жену и дочь.

Еще одну квартиру жилой площадью 36 кв. м. получил прокурор той же Николаевской местной прокуратуры № 1 — Руслан Рудь, и также успел ее приватизировать. Любопытно, что согласно его декларации, на момент получения квартиры (2014 год) он уже владел жилым домом 60 кв. м. в Николаевском районе, а также квартирой 63 кв. м. в пригороде Николаева.

А вот прокурор Заводского отдела Николаевской местной прокуратуры № 1 Роман Потужник, получивший квартиру жилой площадью 30 кв. м., судя по декларации приватизировать ее не успел. Так же, как и начальник Арбузинского отдела Первомайской местной прокуратуры Николай Довбня, который еще в 2012 году получил квартиру жилой площадью 37 кв. м. Согласно его декларации, она до сих пор числится за местным советом.

Любопытно, что в 2012 году квартиру жилой площадью 34 кв. м. получил стажист прокуратуры Андрей Тулейбич. При том, что не прошло и года его работы в прокуратуре. Среди «законников» Тулейбич не задержался, и сейчас он – адвокат.

В 2010 году квартиру (48 кв. м. жилой площади) получил прокурор Снегуровского района Руслан Телечкан. Сейчас он – прокурор отдела прокуратуры Николаевской области. И у него две квартиры в областном центре (записаны на него самого и на сына).

Хотя в целом, в Николаевской области не самый высокий процент приватизированных служебных квартир. Например, согласно декларации до сих пор за государством числится квартира старшего следователя областной прокуратуры Андрея Луценко, полученная еще в 2011 году. Так же, как и квартира начальника Батского отдела Первомайской местной прокуратуры Сергей Могила, который получил квартиру в 2011 году.

Любопытно, что в Южноукраинске Николаевской области по официальной информации прокуроры за последние годы получили одну однокомнатную квартиру и одно койко-место в общежитии.

Квартира эта досталась бывшему прокурору Южноукраинска Ольге Долгокеровой – сестре Инны Долгокеровой, которая сейчас возглавляет Веселиновский райсовет той же Николаевской области.

В Закарпатской области официально было выделено две однокомнатные квартиры в 2013 году. Одна из них досталась — Владиславу Гайдамаке, который сейчас занимает должность в Военной прокуратуре. Согласно его декларации, квартира пока что числится «служебной».

По официальной информации, в Херсонской области было «вручено» три квартиры прокурорам за 6 лет. Одна – уже упомянутая выше квартира Подубинского. Получившие две другие – Ольга Абрамова и Юрий Феронов на данный момент в органах не работают.

Хотя, по утверждению представителей Тернопольской областной прокуратуры, данные о распределении жилья до 2013 года были «уничтожены неизвестными», они все же смогли предоставить отдельные сведения.

Самую большую 3-х комнатную квартиру (49 кв. м. жилой площади) получил нынешний заместитель руководителя Кременецкой местной прокуратуры Виталий Михальчишин. Согласно декларации, он успел ее успешно приватизировать на себя, жену, сына и дочь. А вот получившая квартиру в 50 кв. м. жилой площади Галина Бурлака приватизировать ее пока что не успела.

Довольно подробную информацию предоставили в Ровенской области. Всего там было выделено 14 квартир.

Самую большую квартиру (50,5 кв. м. жилой площади) получил бывший прокурор Ровенской области Василий Присяжнюк.

Должность он занимал до февраля 2014 года, а уже в октябре – был люстрирован. Ранее был прокурором г. Ковель, Одесской и Запорожской областей, г. Киева, заместителем Генпрокурора.

Указанная выше квартира по ул. Буковинская, 3 вызвала скандал еще в 2012 году.

По сообщениям местной прессы, в конце января 2012 года Ровенский горисполком согласовал выделение Присяжнюку служебной квартиры. А уже 13 ноября, на очередном заседании городского исполнительного комитета, его члены проголосовали за исключение из числа служебных этой квартиры, сделав ее государственной. Поэтому ныне действующий прокурор, который живет в теперь уже государственной квартире, имеет право на ее приватизацию.

В то же время, в проекте решения исполкома, обнародованном на сайте городского совета, которым предусматривалось исключение данной квартиры из числа служебных, никакого упоминания о собственно этой квартире не было. Чиновники при этом ссылались на то, что это – «личная информация».

Вторую «по рангу» и по площади квартиру (42 кв. м.) получила многолетний заместитель прокурора Ровного Людмила Мороз.

Кроме того, две квартиры (27 и 24 кв. м.) были выделены в Кузнецовске Ровенской области, три – в Дубровицах той же области. В частности, квартиру 47 кв. м. получил Андрей Вырва, прокурор Дубровицкого отдела Сарненской местной прокуратуры. Получив ее в 2015 году, он успел приватизировать жилплощадь на себя, жену, мать и отца.

В Хмельницкой области прокуроры за последние годы получили 23 квартиры.

Самые большие (больше 50 кв. м. жилой площади) получили начальники отделов: Андрей Косидло, Вячеслав Кобрин, а также – первый заместитель областного прокурора Руслан Мартыненко, который исполнял обязанности областного прокурора в начале 2014 года.

Мартыненко был люстрирован в октябре 2014 года.

Наконец, коснемся Киевской области. Сам регион, в виду близости к столице, отличается не только дороговизной недвижимости, но и многочисленными квартирными скандалами.

В частности, еще в 2013 году в Василькове, несмотря на снижение доли выделяемых застройщиками квадратных метров, согласно предписаниям правительства, с 10 до 2%, решили продолжить квартирный рай для чиновников, судей, прокурорских и милицейских работников. Поскольку выделяемых застройщиками квартир не хватило, то инициативное в подобных вопросах городское начальство пошло на беспрецедентные меры, оставив без жилья при сдаче дома не только льготников, но и… инвесторов, т.е. граждан, которые выделили средства на строительство дома и, естественно, готовились заселиться в выкупленные ими квартиры. Но не все из них могли это сделать, так как в их квартиры уже были поселены судья, работник прокуратуры и т.д.

Согласно официальным данным, в ней прокуроры получили 25 квартир.

Последним, в 2015 году жилье от государства получил прокурор Ирпенского отдела Киево-Святошинской местной прокуратуры Тарас Возняковский. Согласно его же электронной декларации, он успел ее приватизировать на себя и дочь.

В целом же, во всех регионах прослеживается четкая тенденция, связанная с массовой приватизацией служебного жилья с «разрешения» местных властей.

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— почему нельзя за 20 с лишним лет создать реестр недвижимости и фиксировать ее распределение среди «законников» страны?

— сколько люстрированных прокуроров получили «выходное пособие» в виде дармовой жилплощади?

— каковы успехи громких проверок получения жилья прокурорами, анонсированных как при Шокине, так и уже при Луценко?

— если прокуратура может выступать застройщиком жилья, как в Чернигове, то что дальше, «законники» будут создавать корпорации и торговать газом?

— сколько «выморочных» квартир присвоили «черные риэлторы» от прокуратуры?

— почему государственные органы отказываются предоставлять данные о квартирах прокуроров, хотя те сейчас должны их публиковать в открытом доступе в рамках «электронного декларирования»?

Прокурорская Правда

«Реформирование» прокуратуры — новые инициативы из Верховной Рады«Реформирование» прокуратуры — новые инициативы из Верховной Рады

Иван Землянский

23 сентября 2016 года группа народных депутатов во главе с Валерием Карпунцовым (БПП) зарегистрировала в Верховной Раде законопроект №5177 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины в связи с принятием Закона Украины «О внесении изменений в Конституцию Украины (относительно правосудия)» (в части обеспечения реализации функций прокуратуры)».

Указанный законопроект, согласно пояснительной записке, якобы направлен на приведение действующего законодательства, регулирующего деятельность прокуратуры, в соответствии с конституционными изменениями в вопросах правосудия, принятых парламентом 2 июне, и которые вступили в силу с 30 сентября этого года.

В целом, данное обоснование выглядит логичным, поскольку действительно назрела такая необходимость — привести в соответствие с новой редакцией Основного Закона прочие нормативно-правовые акты, регулирующие работу прокуроров.

Но, вместе с определением ряда важных юридических понятий, законопроект также предусматривает и неоднозначные нормы.

С одной стороны, в нём предложено определение ряда важных юридических категорий, без которых не может полноценно функционировать правосудие в нынешних условиях. Кроме того, устраняется коллизия, которая заключается в переименовании должности главного «законника» страны из «Генерального прокурора Украины» в «Генерального прокурора». Без подобного изменения названия, ГПУ просто не сможет, например, вносить представления на снятие неприкосновенности с нардепов.

В то же время, некоторые новые нормы законодательства, фактически, поставят «рядовых» прокуроров в полную зависимость от «вышестоящих» (даже не прямых начальников), что, в свою очередь, уничтожит процессуальную независимость «законников».

Кроме того, вносятся дополнительные коллизии в организацию досудебного следствия, которые также де-факто сокращают полномочия прокуроров. В качестве «подсластителя» же прокурорам предлагаются обещания о существенном увеличении зарплат «до 2020 года».

Параллельно с этим продолжается конфликт в вопросе юрисдикции между руководством ГПУ и НАБУ. В новом законопроекте, в частности, предлагается закрепить за Генпрокурором решение вопроса о юрисдикции в «коррупционных делах». В НАБУ это воспринимают как покушение на собственные права, в то время, как Генпрокурор Юрий Луценко утверждает, что делается это исключительно ради повышения эффективности расследования коррупционных преступлений.

Помимо этого, нардеп от БПП Николай Паламарчук зарегистрировал законопроект о внесении изменений в Уголовный процессуальный кодекс, который предоставит генпрокурору право забирать у НАБУ дела.

Что хотят изменить?

Итак, согласно новой ст. 131-1 Конституции Украины, прокуратура будет осуществлять:

1) поддержание публичного обвинения в суде;

2) организацию и процессуальное руководство досудебным расследованием, решение в соответствии с законом других вопросов в ходе уголовного производства, контроль за негласными и другими следственными и розыскными действиями органов правопорядка;

3) представительство интересов государства в суде в исключительных случаях и в порядке, определенном законом.

Кроме того, согласно переходным положениям Конституции в редакции Закона от 02.06.2016, прокуратура продолжает выполнять в соответствии с действующими законами:

— функцию досудебного расследования до начала функционирования органов, которым законом будут переданы соответствующие функции;

— функцию надзора за соблюдением законов при исполнении судебных решений по уголовным делам, при применении других мер принудительного характера, связанных с ограничением личной свободы граждан — до вступления в силу закона о создании двойной системы регулярных пенитенциарных инспекций;

— функцию представительства в соответствии с законом граждан в судах по делам, производство по которым было начато до вступления в силу Закона Украины «О внесении изменений в Конституцию Украины (относительно правосудия)», до принятия в соответствующих делах окончательных судебных решений, которые не подлежат обжалованию.

В связи с этим, в Закон Украины «О прокуратуре», процессуальные кодексы и другие законодательные акты законопроектом предлагается внести изменения, которые позволят имплементировать новации Конституции.

Законопроект №5177состоит из двух разделов. Первым вносятся изменения в 13 законодательных актов Украины.

Рассмотрим изменения в УПК.

Во-первых, они определяют новые термины: «поддержание публичного обвинения»; «организация досудебного расследования»; «процессуальное руководство досудебным расследованием» и др.;

Итак, поддержание публичного обвинения – это «процессуальная деятельность прокурора от имени государства и в интересах общества, которая состоит в доказательстве перед судом обвинения с целью обеспечения неотвратимости уголовного наказания виновного в совершении криминального правонарушения лица».

Организация досудебного расследования – «деятельность прокурора по применению организационно-распорядительных и процессуально-правовых мероприятий во время досудебного расследования с целью обеспечения выполнения задач уголовного производства.

Процессуальное руководство досудебного расследования — процессуальная деятельность прокурора, направленная на обеспечение эффективного досудебного расследования в конкретном уголовном производстве.

Во-вторых, изменения уточняют полномочия прокурора в уголовном процессе в соответствии с определенными Конституцией функциями прокуратуры (изменения в ст. 36 и др.).

В-третьих, устраняют коллизии в УПК, а именно, определяют:

— основания для обжалования приговора суда на основании соглашений (изменения в ст. 394);

— сроки обращения за пересмотром приговоров Верховным Судом (изменения в ст. 447);

— решение споров о подследственности (изменения в ст. 218);

— осуществление НАБУ международного сотрудничества в ходе уголовного производства (изменения в ст. 545, 551);

— возможность рассмотрения судом вопросов применения (отказа в применении) мер поощрения или взыскания к лицам, отбывающим уголовное наказание, а также изменения условий содержания лиц, осужденных к лишению свободы (отказ в изменении условий содержания), и других решений, принятых должностными лицами учреждения или органа, исполняющего наказание (изменения в ст. 537).

Изменения в ГПК, ХПК, КАСУ и некоторые законы уточняют полномочия прокурора в соответствии с определенными Конституцией функциями прокуратуры, в т. ч. в части надзора за розыскными действиями органов правопорядка, исключения полномочий на представительство интересов граждан в суде.

Что касается изменений в Закон «О прокуратуре», то кроме непосредственно уточнения полномочий прокурора в соответствии с определенными Конституцией функциями, они также приводят нормы (изменения в ст. 81, 18, 30, 32, 43, 51, 54, 55, 64, дополнение ст. 51-1) в соответствие с антикоррупционным законодательством и определяют законодательные инструменты для урегулирования конфликта интересов; дополняют основания для дисциплинарной ответственности прокуроров такими, как: неуведомление или несвоевременное уведомление о реальном или потенциальном конфликте интересов в определенном законом порядке, указание в декларации лица, уполномоченного на выполнение функций государства или местного самоуправления, заведомо ложных сведений или умышленное неуказание сведений, предусмотренных законодательством, при отсутствии признаков коррупционного преступления или административного правонарушения, связанного с коррупцией, допущение прокурором недобросовестного поведения.

Генпрокурор, но «не Украины»

Важным нюансом является приведение в соответствии Конституции названия должности главного «законника» — Генеральный прокурор (вместо «Генеральный прокурор Украины»).

Ранее «Прокурорская правда» писала, об этой юридической коллизии.

В частности, о том, что принятые парламентариями правки в Основной закон вносят раздор в действующее законодательство, создавая юридическую коллизию, вследствие которой первое лицо ГПУ де-юре утрачивает полномочия на ряд функций.

Об этом в своем Fb писал бывший прокурор Донецкой области Олег Сюсяйло.

Итак, 30 сентября вступили в силу изменения в Конституцию, внесённые законом № 1401-VIII от 2 июня 2016 года.

С этого момента в Украине отсутствует такая должность как «Генеральный прокурор Украины», зато будет просто «Генеральный прокурор».

В то же время, лицо, назначенное на указанную должность, наделено Конституцией и Законами Украины широким спектром процессуальных полномочий. Как пример, можно рассматривать право Генерального прокурора Украины на внесение в Верховную Раду Украины представлений о даче согласия на привлечение Народных депутатов Украины к уголовной ответственности, их задержание и арест.

Только лишь лицо, находящееся на должности Генерального прокурора Украины, имеет это право. Никто другой, в том числе, и Генеральный прокурор, как конституционное нововведение, пока ещё его не имеет.

В подтверждение своих слов юрист цитирует ст.218 закона «О Регламенте Верховной Рады Украины», норма которой гласит, что «представление в отношении народного депутата должно быть поддержано и внесено в Верховную Раду Генеральным прокурором Украины (исполняющим обязанности Генерального прокурора Украины)».

Соответственно, если в данную статью закона и УПК не будут внесены изменения в части переименования должности Генерального прокурора, в Украине будет отсутствовать должностное лицо, обладающее правом инициировать снятие депутатской неприкосновенности.

Потому, внесение соответствующих изменений в закон выглядит логичным. Правда, нелогично то, что законопроект был внесен за неделю до вступления в силу обновленной редакции Основного Закона, и до сих пор еще не был рассмотрен.

Таким образом, юридическая коллизия уже возникла, и Луценко уже потерял право на внесение представлений на лишение депутатов неприкосновенности.

Вряд ли все это может быть случайностью. Скорее, норму о трансформации названия должности Генпрокурора будут использовать как «паровоз» для того, чтобы «протолкнуть» весь законопроект, и чтобы «проталкивание» происходило в ускоренном режиме – нардепы превысили все необходимые сроки законодательного процесса.

Теперь же все потенциальные критики «закона Карпунцова» будут «записываться» в число депутатов, которые бояться преследования со стороны ГПУ.

Процессуальный «кнут» и зарплатный «пряник»

Впрочем, некоторые нормы, которые предлагаются в «законопроекте Карпунцова», становятся объектом обоснованной критике в прокурорской среде.

В частности, изменения в УПК могут трактоваться в качестве нивелирования статуса процессуального руководителя как независимого прокурора, управляющего досудебным расследованием, в деятельность которого прокуроры высшего уровня могут вмешиваться только в случаях, исчерпывающий перечень которых предусмотрен УПК.

В частности, статью 36 УПК Украины планируют дополнить частью 7 следующего содержания

«Руководитель органа прокуратуры, прокурор прокуратуры высшего уровня уполномочен:

1) требовать для проверки уголовные производства, документы, материалы и иные сведения о совершенных уголовных правонарушениях, ход досудебного расследования, установления лиц, совершивших преступления;

2) отменять незаконные и необоснованные постановления следователей и прокуроров;

3) отбирать объяснения от граждан, должностных лиц государственных органов, предприятий, учреждений и организаций независимо от форм собственности по вопросам полученных заявлений и сообщений выявленных фактов нарушений закона, участников уголовного судопроизводства;

4) инициировать, при наличии оснований, вопрос о начале дисциплинарного производства в отношении следователя и прокурора, и других работников органов правопорядка;

5) проверять исполнение требований закона о приеме, регистрации и разрешении заявлений и сообщений о совершенных или готовящихся преступлениях».

О какой независимости процессуального руководителя в уголовном производстве может идти речь, если не только его непосредственный руководитель, а вообще любой прокурор прокуратуры высшего уровня может произвольно вмешиваться в процессуальную самостоятельность подчиненных прокуроров, забирать уголовные дела у прокуроров и следователей, всячески их «изучать» и давать «ценные указания» подчиненным.

Даже сейчас, несмотря на все «реформаторские потуги», вышестоящие начальники пытаются вмешиваться в деятельность подчиненных прокуроров по вопросам, касающимся уголовных производств.

Теперь же прокуроры окончательно потеряют даже законное право процессуального руководителя протестовать против вмешательства в свою независимость при осуществлении конституционных функций.

Еще одно неоднозначное предложение «слуг народа» — дополнить статью 249 УПК Украины частью шестой, в соответствии с которой:

«Руководитель прокуратуры высшего уровня, его первый заместитель и заместитель вправе принять решение о прекращении негласных следственных (розыскных) действий, если в этом отпала необходимость».

То есть, например, следователь и прокурор в каком-то уголовном производстве получили через апелляционный суд разрешение на проведение, скажем, прослушивания телефонов, идет кропотливая многочасовая работа оперативных подразделений по записи разговоров преступников, и внезапно кто-то «наверху» принимает решение о прекращении прослушивания, потому что «отпала необходимость» даже без указания мотивов принятия такого решения.

Очевидно, что это может создать массу возможностей для злоупотребления на уровне вышестоящих прокуратур служебным положением. Прокуроры же рядовые в этих условиях превращаются в исполнителей чужой воли.

Наконец, предложенные изменения создают очередные коллизии в вопросах взаимодействия прокуроров и органов досудебного расследования.

Так, если сейчас руководитель органа досудебного расследования, в силу требований пункта 3 части 2 статьи 39 УПК, уполномочен предоставлять следователю указания, которые не могут противоречить решениям и указаниям прокурора, то законопроект №5177 устраняет требование о необходимости согласованности указаний руководства следственного подразделения и указаний и решений прокуроров — процессуальных руководителей.

Есть в законопроекте и «подсластитель» для прокуроров. В частности, в свете реализации конституционных изменений в части включения прокуратуры в раздел «Правосудие» и, учитывая положения Закона «О судоустройстве и статусе судей», изменения в ст. 81 Закона предусматривают поэтапное повышение к 2020 г. уровня заработной платы прокуроров до уровня судейского вознаграждения.

Итак, в новой редакции закона сохраняется норма о том, что должностной оклад прокурора местной прокуратуры устанавливается в размере 12 минимальных заработных плат (на 2017 год).

Кроме того, в изменениях в Закон предлагается указать следующие этапы дальнейшего роста прокурорских доходов:

— с 1 января 2018 года — 16 минимальных заработных плат;

— с 1 января 2019 года — 20 минимальных заработных плат;

— с 1 января 2020 года — 24 минимальных заработных плат.

Наконец, предлагается изменение коэффициентов для должностных окладов других прокуроров (относительно оклада прокурора местной прокуратуры):

1) прокурора региональной прокуратуры — 1,5 (было 1,2);

2) прокурора Генеральной прокуратуры Украины — 1,8 (было 1,5).

Изменяются и коэффициенты расчета окладов для административных должностей в ГПУ.

Для Генерального прокурора — 3,5 должностного оклада прокурора ГПУ (было 1,5);

Для первого заместителя Генерального прокурора Украины — 3,2 должностного оклада прокурора ГПУ (было 1,4);

Для заместителя Генерального прокурора Украины — 3,0 должностного оклада прокурора ГПУ (было 1,3);

Для руководителя подразделения Генеральной прокуратуры Украины — 1,7-1,4 должностного оклада прокурора Генеральной прокуратуры Украины (было 1,27-1,2).

Для прочих категорий коэффициенты не меняются. Из чего можно сделать вывод, что законопроект предусматривает создание особо привилегированного положения для сотрудников именно ГПУ.

«Прокурорская правда» ранее уже затрагивала вопрос с зарплатами «законников». Необходимо отметить, что в нашем государстве нормы о зарплатах, даже закрепленные на уровне закона, невыполнимы без соответствующего обеспечения в Бюджете. Потому, все обещания о существенном повышении прокурорских зарплат, пока что оставались на уровне красивых сказок.

Фактически, у прокуроров забирают процессуальную независимость уже сейчас, и пытаются «отделаться» обещаниями высоких зарплат «потом», что не выглядит законным, или справедливым «обменом».

Решение спора о подследственности?

Также необходимо упомянуть, что в последний законопроект за авторством Карпунцова и коллег «перекочевала» норма из его предыдущей законодательной инициативы – законопроекта № 5097 от 08.09.2016.

В нем, в частности, предлагалось внести изменения в статью 218 УПК, и закрепить, что только Генпрокурор (а не его заместитель, которым является руководитель Специализированной антикоррупционной прокуратуры) определяет подследственность дел, которые могут находиться в ведении НАБУ.

Не сложно догадаться, что все это существенно меняет баланс в прокуратуре, усиливая Генпрокурора а также его влияние на НАБУ, которое, таким образом, теряет право на эксклюзивность в «борьбе с коррупцией».

Во время пресс-конференции от 28 сентября, Генпрокурор Юрий Луценко заявил, что НАБУ не может самостоятельно справиться с коррупционерами, потому и инициируется прекращение споров о подследственности.

По мнению Генпрокурора, отдать исключительное право на борьбу с преступностью на высших должностях одному небольшому правоохранительному органу — неэффективно. При этом Луценко считает, что таким образом не уменьшит полномочий НАБУ и САП. Генпрокурор заявил, что будет сам решать, какие дела отдавать в НАБУ.

По мнению экс-первого заместителя председателя СБУ Виктора Трепака, заявление Луценко об инициировании законопроекта о прекращении споров о подследственности между НАБУ и другими правоохранительными органами ознаменовало начало нового этапа затяжного противостояния между НАБУ и ГПУ.

Якобы принятие этих изменений будет означать существенное сужение компетенции НАБУ и постепенное оттеснение его от ключевых процессов противодействия элитной коррупции.

Трепак считает, что предлагаемые изменения будут означать «откат» назад ещё и потому, что будет нивелировано главную идею создания НАБУ как специализированного независимого антикоррупционного органа.

Еще более резко отреагировали в самом НАБУ.

Как заявили в пресс-службе ведомства, идея ревизовать Уголовный процессуальный кодекс Украины в части предоставления Генеральному прокурору права определять подследственность преступлений снизит эффективность борьбы с коррупцией и может навредить международному имиджу Украины.

В случае принятия изменений, в НАБУ грозят «хаосом». Якобы отказ от «четкой подследственности» позволит оперативным подразделениям всех правоохранительных органов (ГПУ, Национальной полиции, Государственной фискальной службы, СБУ) направлять материалы о задокументированных преступлениях, расследование которых относится к компетенции НАБУ, по собственном усмотрению, в зависимости от взаимоотношений с определенными следственными подразделениями.

По мнению ведомства, такой подход подрывает базовые основы функционирования Национального антикоррупционного бюро, одной из которых является его независимость.

В ответ, сам автор предложенных изменений в законодательство Валерий Карпунцов парировал все обвинения заявлением, что, мол, никто на полномочия НАБУ не покушается.

По его словам, сотрудники НАБУ отказываются расследовать предоставляемые Генпрокуратурой дела. В частности, ГПУ передавала НАБУ около 400 дел. Они забрали 28, но потом 20 из них вернули обратно. В итоге — взяли всего восемь дел. При этом, НАБУ пока что вообще не может похвастаться наличием приговоров в делах, которые они вели. Также нардеп акцентировал внимание на том, что представители НАБУ расследуют преступления, совершенные своими же сотрудниками.

В развитие указанных выше инициатив, 3 октября депутат от БПП Николай Паламарчук зарегистрировал в Раде законопроект о внесении изменений в Уголовный процессуальный кодекс, который предоставит генпрокурору право забирать у НАБУ дела.

Документом предусматривается, что «в исключительных случаях с целью обеспечения оперативности и эффективности уголовного производства» Генпрокурор или исполняющий его обязанности вправе поручить расследование дела НАБУ «органу, которому это правонарушение не подследственно, но который начал в отношении него досудебное расследование».

«Спор о подследственности в данном случае не допускается», — сказано также в документе. Если в других случаях могут возникать споры о подследственности, решать их сможет только генпрокурор.

Согласно пояснительной записке, сейчас «механизм определения подследственности преступлений, в частности, Национального антикоррупционного бюро Украины является слишком перегруженным дополнительными требованиями».

Право расследовать преступления, совершенные членами Национального агентства по предотвращению коррупции, предлагается предоставить детективам еще не созданного Государственного бюро расследований.

Таким образом, «ползучее наступление» на полномочия «антикоррупционеров» со стороны ГПУ продолжается.

Впрочем, как бы не завершилось рассмотрение данной юридической коллизии, пока ясно, что до завершения споров о юрисдикции в отношениях прокуратуры и антикоррупционеров пока что далеко.

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— почему в парламенте затянули с рассмотрением законодательного обеспечения для конституционной «реформы правосудия», и не будет ли это использовано для того, чтобы заставить парламент принять изменения в ряд важных законов «не глядя», по «ускоренной процедуре»?

— в чем смысл «реформирования прокуратуры», если, в результате, прокуроров превращают из процессуально-независимых субъектов в «холопов», полностью зависящих от вышестоящих должностных лиц?

— зачем на законодательном уровне создавать конфликтные ситуации между административными и процессуальными руководителями следствия?

Прокурорская ПравдаИван Землянский

23 сентября 2016 года группа народных депутатов во главе с Валерием Карпунцовым (БПП) зарегистрировала в Верховной Раде законопроект №5177 «О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины в связи с принятием Закона Украины «О внесении изменений в Конституцию Украины (относительно правосудия)» (в части обеспечения реализации функций прокуратуры)».

Указанный законопроект, согласно пояснительной записке, якобы направлен на приведение действующего законодательства, регулирующего деятельность прокуратуры, в соответствии с конституционными изменениями в вопросах правосудия, принятых парламентом 2 июне, и которые вступили в силу с 30 сентября этого года.

В целом, данное обоснование выглядит логичным, поскольку действительно назрела такая необходимость — привести в соответствие с новой редакцией Основного Закона прочие нормативно-правовые акты, регулирующие работу прокуроров.

Но, вместе с определением ряда важных юридических понятий, законопроект также предусматривает и неоднозначные нормы.

С одной стороны, в нём предложено определение ряда важных юридических категорий, без которых не может полноценно функционировать правосудие в нынешних условиях. Кроме того, устраняется коллизия, которая заключается в переименовании должности главного «законника» страны из «Генерального прокурора Украины» в «Генерального прокурора». Без подобного изменения названия, ГПУ просто не сможет, например, вносить представления на снятие неприкосновенности с нардепов.

В то же время, некоторые новые нормы законодательства, фактически, поставят «рядовых» прокуроров в полную зависимость от «вышестоящих» (даже не прямых начальников), что, в свою очередь, уничтожит процессуальную независимость «законников».

Кроме того, вносятся дополнительные коллизии в организацию досудебного следствия, которые также де-факто сокращают полномочия прокуроров. В качестве «подсластителя» же прокурорам предлагаются обещания о существенном увеличении зарплат «до 2020 года».

Параллельно с этим продолжается конфликт в вопросе юрисдикции между руководством ГПУ и НАБУ. В новом законопроекте, в частности, предлагается закрепить за Генпрокурором решение вопроса о юрисдикции в «коррупционных делах». В НАБУ это воспринимают как покушение на собственные права, в то время, как Генпрокурор Юрий Луценко утверждает, что делается это исключительно ради повышения эффективности расследования коррупционных преступлений.

Помимо этого, нардеп от БПП Николай Паламарчук зарегистрировал законопроект о внесении изменений в Уголовный процессуальный кодекс, который предоставит генпрокурору право забирать у НАБУ дела.

Что хотят изменить?

Итак, согласно новой ст. 131-1 Конституции Украины, прокуратура будет осуществлять:

1) поддержание публичного обвинения в суде;

2) организацию и процессуальное руководство досудебным расследованием, решение в соответствии с законом других вопросов в ходе уголовного производства, контроль за негласными и другими следственными и розыскными действиями органов правопорядка;

3) представительство интересов государства в суде в исключительных случаях и в порядке, определенном законом.

Кроме того, согласно переходным положениям Конституции в редакции Закона от 02.06.2016, прокуратура продолжает выполнять в соответствии с действующими законами:

— функцию досудебного расследования до начала функционирования органов, которым законом будут переданы соответствующие функции;

— функцию надзора за соблюдением законов при исполнении судебных решений по уголовным делам, при применении других мер принудительного характера, связанных с ограничением личной свободы граждан — до вступления в силу закона о создании двойной системы регулярных пенитенциарных инспекций;

— функцию представительства в соответствии с законом граждан в судах по делам, производство по которым было начато до вступления в силу Закона Украины «О внесении изменений в Конституцию Украины (относительно правосудия)», до принятия в соответствующих делах окончательных судебных решений, которые не подлежат обжалованию.

В связи с этим, в Закон Украины «О прокуратуре», процессуальные кодексы и другие законодательные акты законопроектом предлагается внести изменения, которые позволят имплементировать новации Конституции.

Законопроект №5177состоит из двух разделов. Первым вносятся изменения в 13 законодательных актов Украины.

Рассмотрим изменения в УПК.

Во-первых, они определяют новые термины: «поддержание публичного обвинения»; «организация досудебного расследования»; «процессуальное руководство досудебным расследованием» и др.;

Итак, поддержание публичного обвинения – это «процессуальная деятельность прокурора от имени государства и в интересах общества, которая состоит в доказательстве перед судом обвинения с целью обеспечения неотвратимости уголовного наказания виновного в совершении криминального правонарушения лица».

Организация досудебного расследования – «деятельность прокурора по применению организационно-распорядительных и процессуально-правовых мероприятий во время досудебного расследования с целью обеспечения выполнения задач уголовного производства.

Процессуальное руководство досудебного расследования — процессуальная деятельность прокурора, направленная на обеспечение эффективного досудебного расследования в конкретном уголовном производстве.

Во-вторых, изменения уточняют полномочия прокурора в уголовном процессе в соответствии с определенными Конституцией функциями прокуратуры (изменения в ст. 36 и др.).

В-третьих, устраняют коллизии в УПК, а именно, определяют:

— основания для обжалования приговора суда на основании соглашений (изменения в ст. 394);

— сроки обращения за пересмотром приговоров Верховным Судом (изменения в ст. 447);

— решение споров о подследственности (изменения в ст. 218);

— осуществление НАБУ международного сотрудничества в ходе уголовного производства (изменения в ст. 545, 551);

— возможность рассмотрения судом вопросов применения (отказа в применении) мер поощрения или взыскания к лицам, отбывающим уголовное наказание, а также изменения условий содержания лиц, осужденных к лишению свободы (отказ в изменении условий содержания), и других решений, принятых должностными лицами учреждения или органа, исполняющего наказание (изменения в ст. 537).

Изменения в ГПК, ХПК, КАСУ и некоторые законы уточняют полномочия прокурора в соответствии с определенными Конституцией функциями прокуратуры, в т. ч. в части надзора за розыскными действиями органов правопорядка, исключения полномочий на представительство интересов граждан в суде.

Что касается изменений в Закон «О прокуратуре», то кроме непосредственно уточнения полномочий прокурора в соответствии с определенными Конституцией функциями, они также приводят нормы (изменения в ст. 81, 18, 30, 32, 43, 51, 54, 55, 64, дополнение ст. 51-1) в соответствие с антикоррупционным законодательством и определяют законодательные инструменты для урегулирования конфликта интересов; дополняют основания для дисциплинарной ответственности прокуроров такими, как: неуведомление или несвоевременное уведомление о реальном или потенциальном конфликте интересов в определенном законом порядке, указание в декларации лица, уполномоченного на выполнение функций государства или местного самоуправления, заведомо ложных сведений или умышленное неуказание сведений, предусмотренных законодательством, при отсутствии признаков коррупционного преступления или административного правонарушения, связанного с коррупцией, допущение прокурором недобросовестного поведения.

Генпрокурор, но «не Украины»

Важным нюансом является приведение в соответствии Конституции названия должности главного «законника» — Генеральный прокурор (вместо «Генеральный прокурор Украины»).

Ранее «Прокурорская правда» писала, об этой юридической коллизии.

В частности, о том, что принятые парламентариями правки в Основной закон вносят раздор в действующее законодательство, создавая юридическую коллизию, вследствие которой первое лицо ГПУ де-юре утрачивает полномочия на ряд функций.

Об этом в своем Fb писал бывший прокурор Донецкой области Олег Сюсяйло.

Итак, 30 сентября вступили в силу изменения в Конституцию, внесённые законом № 1401-VIII от 2 июня 2016 года.

С этого момента в Украине отсутствует такая должность как «Генеральный прокурор Украины», зато будет просто «Генеральный прокурор».

В то же время, лицо, назначенное на указанную должность, наделено Конституцией и Законами Украины широким спектром процессуальных полномочий. Как пример, можно рассматривать право Генерального прокурора Украины на внесение в Верховную Раду Украины представлений о даче согласия на привлечение Народных депутатов Украины к уголовной ответственности, их задержание и арест.

Только лишь лицо, находящееся на должности Генерального прокурора Украины, имеет это право. Никто другой, в том числе, и Генеральный прокурор, как конституционное нововведение, пока ещё его не имеет.

В подтверждение своих слов юрист цитирует ст.218 закона «О Регламенте Верховной Рады Украины», норма которой гласит, что «представление в отношении народного депутата должно быть поддержано и внесено в Верховную Раду Генеральным прокурором Украины (исполняющим обязанности Генерального прокурора Украины)».

Соответственно, если в данную статью закона и УПК не будут внесены изменения в части переименования должности Генерального прокурора, в Украине будет отсутствовать должностное лицо, обладающее правом инициировать снятие депутатской неприкосновенности.

Потому, внесение соответствующих изменений в закон выглядит логичным. Правда, нелогично то, что законопроект был внесен за неделю до вступления в силу обновленной редакции Основного Закона, и до сих пор еще не был рассмотрен.

Таким образом, юридическая коллизия уже возникла, и Луценко уже потерял право на внесение представлений на лишение депутатов неприкосновенности.

Вряд ли все это может быть случайностью. Скорее, норму о трансформации названия должности Генпрокурора будут использовать как «паровоз» для того, чтобы «протолкнуть» весь законопроект, и чтобы «проталкивание» происходило в ускоренном режиме – нардепы превысили все необходимые сроки законодательного процесса.

Теперь же все потенциальные критики «закона Карпунцова» будут «записываться» в число депутатов, которые бояться преследования со стороны ГПУ.

Процессуальный «кнут» и зарплатный «пряник»

Впрочем, некоторые нормы, которые предлагаются в «законопроекте Карпунцова», становятся объектом обоснованной критике в прокурорской среде.

В частности, изменения в УПК могут трактоваться в качестве нивелирования статуса процессуального руководителя как независимого прокурора, управляющего досудебным расследованием, в деятельность которого прокуроры высшего уровня могут вмешиваться только в случаях, исчерпывающий перечень которых предусмотрен УПК.

В частности, статью 36 УПК Украины планируют дополнить частью 7 следующего содержания

«Руководитель органа прокуратуры, прокурор прокуратуры высшего уровня уполномочен:

1) требовать для проверки уголовные производства, документы, материалы и иные сведения о совершенных уголовных правонарушениях, ход досудебного расследования, установления лиц, совершивших преступления;

2) отменять незаконные и необоснованные постановления следователей и прокуроров;

3) отбирать объяснения от граждан, должностных лиц государственных органов, предприятий, учреждений и организаций независимо от форм собственности по вопросам полученных заявлений и сообщений выявленных фактов нарушений закона, участников уголовного судопроизводства;

4) инициировать, при наличии оснований, вопрос о начале дисциплинарного производства в отношении следователя и прокурора, и других работников органов правопорядка;

5) проверять исполнение требований закона о приеме, регистрации и разрешении заявлений и сообщений о совершенных или готовящихся преступлениях».

О какой независимости процессуального руководителя в уголовном производстве может идти речь, если не только его непосредственный руководитель, а вообще любой прокурор прокуратуры высшего уровня может произвольно вмешиваться в процессуальную самостоятельность подчиненных прокуроров, забирать уголовные дела у прокуроров и следователей, всячески их «изучать» и давать «ценные указания» подчиненным.

Даже сейчас, несмотря на все «реформаторские потуги», вышестоящие начальники пытаются вмешиваться в деятельность подчиненных прокуроров по вопросам, касающимся уголовных производств.

Теперь же прокуроры окончательно потеряют даже законное право процессуального руководителя протестовать против вмешательства в свою независимость при осуществлении конституционных функций.

Еще одно неоднозначное предложение «слуг народа» — дополнить статью 249 УПК Украины частью шестой, в соответствии с которой:

«Руководитель прокуратуры высшего уровня, его первый заместитель и заместитель вправе принять решение о прекращении негласных следственных (розыскных) действий, если в этом отпала необходимость».

То есть, например, следователь и прокурор в каком-то уголовном производстве получили через апелляционный суд разрешение на проведение, скажем, прослушивания телефонов, идет кропотливая многочасовая работа оперативных подразделений по записи разговоров преступников, и внезапно кто-то «наверху» принимает решение о прекращении прослушивания, потому что «отпала необходимость» даже без указания мотивов принятия такого решения.

Очевидно, что это может создать массу возможностей для злоупотребления на уровне вышестоящих прокуратур служебным положением. Прокуроры же рядовые в этих условиях превращаются в исполнителей чужой воли.

Наконец, предложенные изменения создают очередные коллизии в вопросах взаимодействия прокуроров и органов досудебного расследования.

Так, если сейчас руководитель органа досудебного расследования, в силу требований пункта 3 части 2 статьи 39 УПК, уполномочен предоставлять следователю указания, которые не могут противоречить решениям и указаниям прокурора, то законопроект №5177 устраняет требование о необходимости согласованности указаний руководства следственного подразделения и указаний и решений прокуроров — процессуальных руководителей.

Есть в законопроекте и «подсластитель» для прокуроров. В частности, в свете реализации конституционных изменений в части включения прокуратуры в раздел «Правосудие» и, учитывая положения Закона «О судоустройстве и статусе судей», изменения в ст. 81 Закона предусматривают поэтапное повышение к 2020 г. уровня заработной платы прокуроров до уровня судейского вознаграждения.

Итак, в новой редакции закона сохраняется норма о том, что должностной оклад прокурора местной прокуратуры устанавливается в размере 12 минимальных заработных плат (на 2017 год).

Кроме того, в изменениях в Закон предлагается указать следующие этапы дальнейшего роста прокурорских доходов:

— с 1 января 2018 года — 16 минимальных заработных плат;

— с 1 января 2019 года — 20 минимальных заработных плат;

— с 1 января 2020 года — 24 минимальных заработных плат.

Наконец, предлагается изменение коэффициентов для должностных окладов других прокуроров (относительно оклада прокурора местной прокуратуры):

1) прокурора региональной прокуратуры — 1,5 (было 1,2);

2) прокурора Генеральной прокуратуры Украины — 1,8 (было 1,5).

Изменяются и коэффициенты расчета окладов для административных должностей в ГПУ.

Для Генерального прокурора — 3,5 должностного оклада прокурора ГПУ (было 1,5);

Для первого заместителя Генерального прокурора Украины — 3,2 должностного оклада прокурора ГПУ (было 1,4);

Для заместителя Генерального прокурора Украины — 3,0 должностного оклада прокурора ГПУ (было 1,3);

Для руководителя подразделения Генеральной прокуратуры Украины — 1,7-1,4 должностного оклада прокурора Генеральной прокуратуры Украины (было 1,27-1,2).

Для прочих категорий коэффициенты не меняются. Из чего можно сделать вывод, что законопроект предусматривает создание особо привилегированного положения для сотрудников именно ГПУ.

«Прокурорская правда» ранее уже затрагивала вопрос с зарплатами «законников». Необходимо отметить, что в нашем государстве нормы о зарплатах, даже закрепленные на уровне закона, невыполнимы без соответствующего обеспечения в Бюджете. Потому, все обещания о существенном повышении прокурорских зарплат, пока что оставались на уровне красивых сказок.

Фактически, у прокуроров забирают процессуальную независимость уже сейчас, и пытаются «отделаться» обещаниями высоких зарплат «потом», что не выглядит законным, или справедливым «обменом».

Решение спора о подследственности?

Также необходимо упомянуть, что в последний законопроект за авторством Карпунцова и коллег «перекочевала» норма из его предыдущей законодательной инициативы – законопроекта № 5097 от 08.09.2016.

В нем, в частности, предлагалось внести изменения в статью 218 УПК, и закрепить, что только Генпрокурор (а не его заместитель, которым является руководитель Специализированной антикоррупционной прокуратуры) определяет подследственность дел, которые могут находиться в ведении НАБУ.

Не сложно догадаться, что все это существенно меняет баланс в прокуратуре, усиливая Генпрокурора а также его влияние на НАБУ, которое, таким образом, теряет право на эксклюзивность в «борьбе с коррупцией».

Во время пресс-конференции от 28 сентября, Генпрокурор Юрий Луценко заявил, что НАБУ не может самостоятельно справиться с коррупционерами, потому и инициируется прекращение споров о подследственности.

По мнению Генпрокурора, отдать исключительное право на борьбу с преступностью на высших должностях одному небольшому правоохранительному органу — неэффективно. При этом Луценко считает, что таким образом не уменьшит полномочий НАБУ и САП. Генпрокурор заявил, что будет сам решать, какие дела отдавать в НАБУ.

По мнению экс-первого заместителя председателя СБУ Виктора Трепака, заявление Луценко об инициировании законопроекта о прекращении споров о подследственности между НАБУ и другими правоохранительными органами ознаменовало начало нового этапа затяжного противостояния между НАБУ и ГПУ.

Якобы принятие этих изменений будет означать существенное сужение компетенции НАБУ и постепенное оттеснение его от ключевых процессов противодействия элитной коррупции.

Трепак считает, что предлагаемые изменения будут означать «откат» назад ещё и потому, что будет нивелировано главную идею создания НАБУ как специализированного независимого антикоррупционного органа.

Еще более резко отреагировали в самом НАБУ.

Как заявили в пресс-службе ведомства, идея ревизовать Уголовный процессуальный кодекс Украины в части предоставления Генеральному прокурору права определять подследственность преступлений снизит эффективность борьбы с коррупцией и может навредить международному имиджу Украины.

В случае принятия изменений, в НАБУ грозят «хаосом». Якобы отказ от «четкой подследственности» позволит оперативным подразделениям всех правоохранительных органов (ГПУ, Национальной полиции, Государственной фискальной службы, СБУ) направлять материалы о задокументированных преступлениях, расследование которых относится к компетенции НАБУ, по собственном усмотрению, в зависимости от взаимоотношений с определенными следственными подразделениями.

По мнению ведомства, такой подход подрывает базовые основы функционирования Национального антикоррупционного бюро, одной из которых является его независимость.

В ответ, сам автор предложенных изменений в законодательство Валерий Карпунцов парировал все обвинения заявлением, что, мол, никто на полномочия НАБУ не покушается.

По его словам, сотрудники НАБУ отказываются расследовать предоставляемые Генпрокуратурой дела. В частности, ГПУ передавала НАБУ около 400 дел. Они забрали 28, но потом 20 из них вернули обратно. В итоге — взяли всего восемь дел. При этом, НАБУ пока что вообще не может похвастаться наличием приговоров в делах, которые они вели. Также нардеп акцентировал внимание на том, что представители НАБУ расследуют преступления, совершенные своими же сотрудниками.

В развитие указанных выше инициатив, 3 октября депутат от БПП Николай Паламарчук зарегистрировал в Раде законопроект о внесении изменений в Уголовный процессуальный кодекс, который предоставит генпрокурору право забирать у НАБУ дела.

Документом предусматривается, что «в исключительных случаях с целью обеспечения оперативности и эффективности уголовного производства» Генпрокурор или исполняющий его обязанности вправе поручить расследование дела НАБУ «органу, которому это правонарушение не подследственно, но который начал в отношении него досудебное расследование».

«Спор о подследственности в данном случае не допускается», — сказано также в документе. Если в других случаях могут возникать споры о подследственности, решать их сможет только генпрокурор.

Согласно пояснительной записке, сейчас «механизм определения подследственности преступлений, в частности, Национального антикоррупционного бюро Украины является слишком перегруженным дополнительными требованиями».

Право расследовать преступления, совершенные членами Национального агентства по предотвращению коррупции, предлагается предоставить детективам еще не созданного Государственного бюро расследований.

Таким образом, «ползучее наступление» на полномочия «антикоррупционеров» со стороны ГПУ продолжается.

Впрочем, как бы не завершилось рассмотрение данной юридической коллизии, пока ясно, что до завершения споров о юрисдикции в отношениях прокуратуры и антикоррупционеров пока что далеко.

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— почему в парламенте затянули с рассмотрением законодательного обеспечения для конституционной «реформы правосудия», и не будет ли это использовано для того, чтобы заставить парламент принять изменения в ряд важных законов «не глядя», по «ускоренной процедуре»?

— в чем смысл «реформирования прокуратуры», если, в результате, прокуроров превращают из процессуально-независимых субъектов в «холопов», полностью зависящих от вышестоящих должностных лиц?

— зачем на законодательном уровне создавать конфликтные ситуации между административными и процессуальными руководителями следствия?

Прокурорская Правда

Украина: Провал «реформаторов» Авакова и Луценко. Пугающая статистика, впечатляющая неэффективность и «показушные» переменыУкраина: Провал «реформаторов» Авакова и Луценко. Пугающая статистика, впечатляющая неэффективность и «показушные» перемены

Иван Землянский

Спустя год после начала «серьёзных реформ» в правоохранительной системе, органы, отвечающие за правопорядок, могут впечатлить лишь падением показателей.

Несмотря на то, что за первое полугодие 2016 года, согласно статистике прокуратуры, количество зарегистрированных преступлений выросло лишь на сравнительно небольшие 5%, реальные показатели криминогенной ситуации в стране являются более «впечатляющими».

Согласно официальным данным, снизилось лишь количество особо тяжких преступлений, что, однако, не может быть причиной для всеобщего ликования, ибо речь идёт о стабилизации ситуации в «зоне АТО», не более. Что же до всех иных групп преступлений, то там наблюдается уверенный рост количества зафиксированных случаев преступления закона.

При этом, поразительный застой наблюдается с фиксацией преступлений в сфере организованной преступности и коррупции, что совпало с ликвидацией УБОП и созданием НАБУ (а также ряда других антикоррупционных органов).

Похожая ситуация и с «патрульной полицией», создание которой декларируется в качестве главного достижения «реформы правоохранителей». Однако статистика преступлений на дорогах показывает, что «селфи-копы» только ухудшили ситуацию.

Но ещё более удручающей выглядит ситуация с раскрываемостью преступлений на фоне роста их количества. Если сравнивать даже со сложными 2014 и 2015 годами, то очевидным становится резкое падение количества уголовных дел, по которым вручены подозрения, а также тех дел, по которым обвинительные акты направлены в суд.

В Национальной полиции завершается переаттестация сотрудников. Однако, как свидетельствует практика, номинальность данного действа ещё большая, чем во время прошлогоднего «реформирования местных прокуратур». В то время, как многие профессионалы ушли из полиции, наиболее отъявленные коррупционеры успешно избежали очищения при помощи тех или иных методов. Руководство же МВД тщательно скрывает статистику по аттестации.

В ситуации, когда отрицать очевидный крах правоохранительной системы далее нельзя, её руководители принимаются обвинять друг друга. В частности, Генпрокурор Юрий Луценко во время последнего заседания парламентского комитета по вопросам законодательного обеспечения правоохранительной деятельности обвинил руководство «Национальной полиции» в управленческой дезорганизации, в провале борьбы с оборотом наркотиков. Кроме того, причины проблем Генпрокурор видит в поспешной ликвидации некоторых правоохранительных структур и принятии сомнительных законодательных актов (в т.ч.,т.наз «Закона Савченко»).

В числе причин происходящего можно назвать и «чистку» правоохранительных органов от настоящих профессионалов с многолетним опытом работы, которых, по сути, вытеснили при помощи новомодных систем «конкурсного отбора». Последние теоретически должны были «очистить» органы от коррупционеров, а очистили от специалистов.

В результате проведенных «реформ» были существенно сужены полномочия прокуратуры, которая из органа, следящего за поддержанием законности, превратилась в «придаток» к структурам, отвечающим за досудебное следствие, чем, фактически, «реформаторы» существенно ограничили права граждан.

Кроме того, «мудрый законодатель» создал массу новых правоохранительных органов, функции которых пересекаются, что порождает нездоровую конкуренцию и противостояние на ровном месте.

В результате же «реформы полиции», была фактически уничтожена оперативно-розыскная деятельность из-за ликвидации соответствующих подразделений, а сами следователи были наделены несвойственными им обязанностями — «негласной оперативно-розыскной деятельности».

В комплексе с нестабильной социально-политической ситуацией, всё это привело к разрушительным последствиям в системе правоохранительных органов Украины.

Как изменилась ситуация с регистрацией преступлений в стране?

Если проанализировать криминогенную ситуацию в стране за первое полугодие 2016 года (в сравнении с прошлыми годами), то вырисовывается очень интересная картина, которая нуждается в дополнительном анализе. И хотя формальный рост числа преступлений является невысоким (около 5%), это не должно никого вводить в заблуждение, ибо внутренняя структура статистики позволяет делать отнюдь не радужные выводы.

Для понимания статистики, необходимо указать ещё и на то, что в каждом третьем зарегистрированном уголовном правонарушении (34,6%) принято решение о закрытии по реабилитирующим основаниям — 195791, в то время как за 6 месяцев в 2015 году решение о закрытии по реабилитирующим основаниям было принято по 232 389 делам (43,5%), а в 2014 году — в каждом втором правонарушении 276636 (47,4%).

Причем скачок криминогенности случился в январе-феврале этого года, когда количество уголовных преступлений достигло 65-70 тыс в месяц.

То есть, фактически, учтено 369644 уголовных преступлений, что на 17,7% больше, чем в прошлом году (301 450) и на 17,3% больше чем в 2014 году (305 656 ).

По количеству уголовных преступлений, скорректированных на число жителей в Украине (население значительно уменьшилось за последние 20 лет), сегодня уровень преступности в Украине даже выше пиковых значений середины 1990-х.

От преступников в 2016 году пострадало 275 288 человек, в том числе 4985 детей, из которых 3857 человек погибли, что больше чем за весь период проведения на Востоке антитеррористической операции.

Формально положительной тенденцией является уменьшение количества особо тяжких преступлений, совершенных за первое полугодие 2016 года.

Но следует учесть, что уменьшение наблюдается, в первую очередь, в Донецкой (с 3553 до 1338, или -62,3%), Луганской (с 1043 до 432, или -58,6%) областях.

Фактически, особо тяжких преступлений стало меньше за счет уменьшения активности боевиков в Донецкой и Луганской областях.

В свою очередь, по тяжким преступлениям ситуация уже не выглядит столь оптимистично.

Наиболее негативная динамика зафиксирована в Одесской (+ 52,1%), Житомирской (+ 47,1%), Ровенской (+ 46,9%), Черниговской (+ 45,8%), Волынской (+ 39,1%), Харьковской (+ 38,2%) областях и в г. Киеве (+ 39,0%).

Количество преступлений средней и небольшой тяжести за год увеличилась почти на четверть (с 126 885 до 156 525 и с 72280 до 87631 соответственно).

Кроме этого, растет и уровень уголовных преступлений на 10 тыс. населения: если за шесть месяцев в 2014 году он составлял 67,1, то в 2015 году — 70,1, а в 2016 году этот показатель достиг отметки 86,4.

Возросло количество совершенных умышленных убийств (в 2015 году их количество составляло 5133, а в текущем году — 5313).

В 2014 году общее количество уголовных преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности личности составило 505, в 2015 году их количество несколько уменьшилось до 399, однако уже в 2016 году этот показатель достиг 580 (+ 45,4% по сравнению с прошлым годом).

Присутствует негативная тенденция к росту таких общественно опасных правонарушений как изнасилование (141 в 2015 году, 229 -2016 году).

В первом полугодии 2014 года общее количество зарегистрированных правонарушений в сфере общественного порядка составляло 6152, в аналогичном периоде 2015 года — 5058, а в 2016 — 4 718.

В частности, уменьшилось и количество фактов хулиганства (в 2014 году их количество составляло 3279, а уже в 2016 году уменьшилась до 2599).

Объяснение подобной статистики, впрочем, тоже отнюдь не «радужное».

Во-первых, мы сравниваем статистику с «революционным» 2014 годом, когда показатели хулиганства просто зашкаливали. Вполне логично, что со временем количество хулиганских действий пошло на убыль. Обращает на себя внимание и тот факт, что фиксация хулиганства – работа новой «патрульной полиции». Отсюда можно сделать некоторые выводы об эффективности ее работы.

Количество преступлений в сфере собственности продолжает увеличиваться в течение последних двух лет.

В 2014 году было зафиксировано 179 184 правонарушений, в 2015 году показатель увеличился до 187 046, а в 2016 году вообще достиг отметки 250 460, что почти вдвое больше, чем 2 года назад.

Самая серьезная динамика роста таких преступлений в городе Киеве (+ 95,5%), Харьковской (+ 66,4%), Одесской (+ 63,5%), Николаевской (+ 55,7%), Волынской (+ 55,3%), Ровенской (+ 54,0%) областях.

В том числе, увеличилось количество краж, из которых квартирные кражи выросли с 8556 до 12905, соответственно.

Наблюдается рост разбойных нападений.

Значительно увеличилось и число грабежей (в 2014 -10024, в 2015 — 9442, в 2016 — 13 364).

Нужно отметить и рост фактов мошенничества.Если в 2014 году общегосударственный показатель составлял 25 660, то в 2016 году количество таких правонарушений составило уже 31 027, что на четверть больше, чем за аналогичные периоды прошлых лет.

И здесь, опять-таки, все вопросы к «новой полиции», неспособность которой адекватно реагировать на подобные преступления, очевидно, и стимулировала их рост.

Количество раскрытых преступлений в сфере хозяйственной деятельности продолжает быть незначительной по сравнению со всеми учтенными правонарушениями: в 2014 и 2015 годах их доля составляла лишь 1,6%, а в текущем периоде вообще упала до отметки 1,2%.

В структуре уголовных правонарушений в этой сфере за 6 месяцев 2016 раскрыто лишь 109 фактов легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем (против 203 в 2014 году и 120 в 2015 году), только 41 факт мошенничества с финансовыми ресурсами (против 193 в 2014 году и 88 в 2015 году), всего 6 фактов незаконной приватизации государственного, коммунального имущества (на 13 в 2014 году и 26 в 2015 году), 12 фактов нецелевого использования бюджетных средств (на 21 в 2014 году и 7 в 2015 году) и 930 случаев уклонения от уплаты налогов (против 1508 в 2014 году и 1057 в 2015 году).

Таким образом, противодействие финансовым и налоговым махинациям в стране существенно ухудшилось, особенно по сравнению с аналогичным периодом 2014 года, несмотря на различные «реформы» в налоговой и таможенной сферах, а также в системе правоохранительных органов по борьбе с экономической преступностью.

Если же говорить проуголовные преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта, то и тут прослеживается негативная тенденция к увеличению их количества.

В том числе, увеличилось число нарушений безопасности движения или эксплуатации транспорта лицами, которые управляют транспортными средствами (с 5605 в 2014 году до 6376 в 2016 году), в том числе и количество таких правонарушений, повлекших смерть потерпевшего (в 2015 году 805, а в 2016 уже 936 смертельных случаев).

Эти показатели существенно выросли в части регионов страны (в 2,2 раза в Киеве, в Одесской, Житомирской, Черниговской, Львовской областях с + 60% до + 86%).

Кроме роста преступности, реформа МВД сопровождается и увеличением количества дорожно-транспортных происшествий, которые ежедневно уносят жизни украинцев. В этом году произошло на 22% больше «пьяных» ДТП, чем в прошлом. А вот в Тернопольской области количество аварий, совершенных нетрезвыми водителями, за год увеличилось и вовсе в 3,5 раза.

Самое интересное, что новые полицейские также часто фигурируют в сводках ДТП. Больше половины служебных автомобилей киевских патрульных уже побывали в авариях (всего «на службе» 235 «Тойот Приус»).

Продолжает расти и количество угонов транспортных средств.

Все это наталкивает на вопросы о целесообразности замены ГАИ новыми «селфи-копами», которые, очевидно, с вопросами безопасности на дорогах элементарно не справляются.

Количество выявленных преступлений в сфере незаконного оборота наркотических веществ с каждым годом продолжает снижаться.

Стоит отметить, что за 2 последних года критически снизился показатель выявления фактов незаконного производства, изготовления, приобретения, хранения или сбыта наркотических средств (если в 2014 году таких случаев было зафиксировано 5169, а в 2015 году — 4509, то уже в этом году их было выявлено всего 1213, что почти в 5 раз меньше, чем 2 года назад).

Количество учтенных уголовных преступлений против свободы, чести и достоинства личности постоянно колеблется.

Кроме этого, количество зарегистрированных фактов незаконного лишения свободы или похищения человека за год уменьшилось с 524 до 321, а торговли людей — с 93 до 61.

Впрочем, если учесть реалии АТО и пост-революционной Украины со слабо контролируемыми властями вооруженными формированиями, то вряд ли вся эта статистика соответствует действительности.

Если проанализировать статистику зарегистрированных преступлений в сфере служебной деятельности и профессиональной деятельности, связанные с предоставлением публичных услуг (без результатов работы НАБУ), то стоит отметить, что количество выявленных злодеяний только уменьшается.

В частности, в этой категории правонарушений в текущем году правоохранителями было обнаружено только 2991 случай служебного подлога, в то время, как в 2015 году количество выявленных таких правонарушений составляла 3951, а в 2014 году — 4 716. Кроме этого, по фактам превышения власти или служебных полномочий за шесть месяцев этого года было зарегистрировано только 952 случая, в то время как в 2015 году их количество составляло 1 096.

Число выявленных фактов злоупотребления властью или служебным положением также несколько уменьшилось, поскольку в 2014 году таких правонарушений было зафиксировано 2047, в то время как в 2015 и 2016 годах — 1961 и 1962 соответственно. Уровень выявленных правонарушений, касается фактов взяточничества за последние 2 года остается почти неизменным.

Так, в 2014 году было зафиксировано 1161 случай принятия предложения, обещания или получения неправомерной выгоды и 300 случаев предложения или предоставление неправомерной выгоды, в 2015 году — 1051 и 181, а уже в 2016 году — 1168 и 270, соответственно.

Также показательна ситуация в Киеве. Если сравнить количество преступлений за шесть месяцев 2016 и 2015 года, получим такие цифры: количество грабежей выросло в 2,5 раза, разбоев — в 1,5 раза, изнасилований — в 2,5 раза. Ситуация с кражами и вовсе катастрофическая, к примеру, карманные выросли на треть.

В целом, ситуация с ростом преступности не может не вызывать обеспокоенности. С одной стороны, растет количество преступлений по всем ключевым направлениям, а статистика все сильнее напоминает статистику разгула криминала в «лихие 90-е», с другой стороны, даже по тем направлениям, где данные якобы демонстрируют улучшение ситуации, сами граждане его не ощущают, поскольку все это «улучшение» выражается в неспособности обновленных «правоохранителей» элементарно фиксировать совершенные преступления, а также тем, что их фиксировать банально некому (как в случае с организованной преступностью).

Плачевное состояние расследований преступлений

Впрочем, рост или падение данных, зафиксированных в сухой статистике — это, как говорится, лишь полбеды. Главная проблема заключается в эффективности расследования преступлений, и тут, как раз, правоохранителям хвалиться нечем.

В этом контексте, любопытный анализ провёл бывший прокурор Донецкой области (а ныне адвокат) Олег Сюсяйло.

Он справедливо указывает, что сами по себе статические показатели малоинформативны. Потому он взял за основу статистическую информацию судебных органов о количестве лиц, осуждённых за совершение того или иного вида преступлений.

В основе анализа — данные о количестве лиц, осуждённых судами Украины по ряду статей уголовного кодекса: 368 (взятка/получение незаконного вознаграждения); 191 (присвоение чужого (государственного) имущества); 209 (отмывание имущества, добытого преступным путём); 212 (уклонение от уплаты налогов); 365 (превышение служебных полномочий сотрудником правоохранительного органа).

Статьи эти были взяты по следующим причинам: 368 — это наиболее опасный вид коррупционных действий, а у нас в стране приоритетной является борьба с коррупцией; 191, 209, 212 — статьи, предусматривающие ответственность за преступления, причиняющие бюджету Украины наибольший ущерб; 365 — статья, в большинстве своём, применяемая к фактам «полицейского» беспредела.

Как видим, несмотря на все реляции о борьбе с коррупцией, реальное расследование коррупционных преступлений находится в упадочном состоянии.

Еще более плачевная ситуация с расследованием преступлений в сфере неуплаты налогов, что неплохо иллюстрирует «европейские реформы», которые якобы сейчас проводятся в стране.

Аналогичная ситуация с расследованием преступлений, связанных с «отмыванием денег». Вот только тут кризис стабильно продолжается с 2015 года.

На плачевное состояние с раскрытием преступлений указывает и бывший заместитель Генпрокурора Алексей Баганец.

В частности, он указывает на то, что за 6 месяцев 2016 сообщений о подозрении вручено меньше чем в 2015 году — только 94 172 (против 115 972) по уголовным правонарушениям.

Из них учтенных в отчетном периоде — 74 697 (против 97 513 в 2015 году).

Удельный вес таких преступлений, в которых лицам сообщено о подозрении, тоже существенно снизился в этом году и составляет всего 20,2% против 32,3% в прошлом году.

Все это свидетельствует о падении эффективности органов досудебного следствия.

Как закономерное следствие, постепенно уменьшается и количество уголовных производств, направленных в суд.

Так, за 6 месяцев 2016 годав суд направлено уголовные производства всего по 94 172 преступлениям, из которых по 63 806 заявления и сообщения поступили в текущем году.

Таким образом, за 6 месяцев 2016 года только 17,3% от всех учтенных преступлений были направлены в суд, в то время как за 6 месяцев 2015 году до суда было направлено уголовных производств по 111 930 преступлениям, из которых по 83 565 заявления и сообщения поступили в 2015 году.

Для сравнения, в 2014 году за первое полугодие в суд были направлены дела по 29,2% учтенных преступлений.

Далее, на конец отчетного периода правоохранителями не принято окончательного решения в 302539 уголовных правонарушениях, что составляет 81,8% от общего количества учтенных правонарушений.

В том числе, следователями не принято решение по 4914 фактам смерти и исчезновения без вести, из них и в 613 очевидных умышленных убийствах, а также в 606 случаях причинения умышленных телесных повреждений, из которых в 171 случае, повлекших смерть потерпевших, в 164 138 кражах, в 10627 грабежах и 1347 разбоях.

Аналогичные показатели 2015 и 2014 годы свидетельствовали о несколько лучшей ситуации, нежели в текущем году (в 2014 году не принято окончательного решения в 69,8% преступлений, в 2015 году — в 70,7%).

Также следует отметить и то, что за год в Украине снизился и процент раскрываемости уголовных преступлений, учтенных в отчетном периоде, по законченным уголовным производствами — 24,2% (против 39,4% в 2015 году, 43, 5% в 2014 году).

Как видно из этих данных, абсолютно по всем видам преступлений возрастание их количества сопровождается резким падением количества дел, которые попадают в суд.

Например, только 6% дел по умышленным убийствам, зарегистрированным за первое полугодие, дошли до суда. По остальным направлениям ситуация не лучше.

Кроме того, после ликвидации УБОП, проблемной тенденцией является стремительное уменьшение количества выявленных устойчивых преступных группировок до 73, по сравнению с предыдущими годами (89 в 2015 году и 112 в 2014 году).

В 2016 году не раскрыто ни одной преступной группировки в сфере приватизации, металлургической и угольной промышленности, электроэнергетическом комплексе.

Ухудшается и эффективность работы правоохранительных органов на этом направлении, поскольку в течение 6 месяцев 2016-ого года закончено расследование (с повторными) и направлено в суд с обвинительными актами всего 96 производств этой категории (против 144 в 2014 году и 119 в 2015 году).

Несмотря на то, что более семидесяти процентов производств этой категории закончено органами полиции (69), их количество все равно почти на треть меньше прошлогодних показателей (119 в 2014 году и 99 в 2015 году). Преступлениями этой категории нанесён ущерб на сумму более 41,3 млн. грн. против 268 млн. грн. в 2014 году, из которых в ходе досудебного расследования возмещено лишь 15,4 млн. грн. (против 58,1 млн. грн. в 2014 году).

Кстати, на отсутствие результатов в плане борьбы с ОПГ согласным данной самой прокуратуры указывает и упомянутый выше Олег Сюсяйло.

Несмотря на то, что про борьбу с коррупцией говорят везде, по этому направлению тоже достижений не наблюдается.

В течение января-июня 2016 правоохранительными органами государства разоблачены всего 1045 коррупционных правонарушений, против 1434 в 2015 году.

По результатам расследования направлено в суд с обвинительным актом еще меньше — 893 уголовных производства (против 945 в 2015 году и 1506 в 2014 году) о коррупционных деяниях относительно 1025 человек, из которых взято под стражу лишь 160 человек, что дает основания говорить, прежде всего, о том, что подозреваемые занимали невысокие должности, а также о небольших суммах неправомерной выгоды и низкомуровне проведенного предварительного расследования и процессуального руководства со стороны прокуроров.

Кроме того, к ответственности привлечено лишь двое таких должностных лиц органов местного самоуправления и государственных служащих 1-2 категории (в 2015 году — 6 человек).

Уголовными коррупционными правонарушениями в 2016 году нанесён ущерб на сумму 781 млн. 901 тыс. грн, из которых возмещено лишь 24 млн. 195 тыс. грн., что составляет всего 3,1%.

Кроме того, судами оправдано 14 человек и возвращено прокурору 43 уголовных производства в порядке ст. 314 УПК Украины (точнее — возвращено обвинительных актов, ходатайств о применении принудительных мер медицинского или воспитательного характера прокурору, которые не соответствуют требованиям УПК Украины), что также указывает на качество работы «борцов с коррупцией».

Также стоит уделить внимание и состоянию противодействия коррупции со стороны Национального антикоррупционного бюро, поскольку именно это ведомство сегодня, в первую очередь, призвано выявлять и предупреждать коррупцию в её наиболее угрожающих формах.

По фактам присвоения, растраты имущества или завладения им путем злоупотребления служебным положением, детективами НАБУ было зарегистрировано 36 производств, из которых только 2 направлены в суд, и по ним до сих пор нет ни одного судебного решения.

По фактам принятия предложения, обещания или получения неправомерной выгоды детективами НАБУ зарегистрировано 60 производств, из которых лишь 11 направлено в суд с обвинительным актом, и только 4 суд рассмотрел.

Кроме этого, по фактам незаконного обогащения Антикоррупционное бюро зарегистрировало 4 производства, из которых ни одного не было направлено в суд.

Вот и получается, что НАБУ, которое вроде бы постоянно «работает» и создает информационные поводы, на самом деле, на втором году своего существования смогло довести до суда лишь 4 уголовных производства. Следовательно, эффективность его работы близка к статистической погрешности.

В целом, эффективность досудебного следствия в стране в результате проведенных реформ упала ниже уровня «плинтуса», что видно даже на основании официальной (а, следовательно, многократно «правленой» статистики). На фоне возрастающего количества преступлений, в разы упало не просто количество преступлений, которые были доведены органами следствия до суда, но даже тех, по которым элементарно было вручено подозрение. Основная масса преступлений остаётся в виде «мертвого груза», умножающего беззаконие в стране. При этом, совершенно «аховая» ситуация складывается с коррупционными преступлениями на фоне формальной «борьбы с коррупцией». Например, совершенно отсутствуют дела против высокопоставленных коррупционеров, а разрекламированное НАБУ работает «вхолостую».

Причины кризиса правоохранительных органов: мнения и факты

21 сентября произошло заседание комитета по вопросам правоохранительной деятельности Верховной Рады.

На заседании комитета по вопросам законодательного обеспечения правоохранительной деятельности Генеральный прокурор Юрий Луценко озвучил данные о росте преступности. В частности, он сообщил, что за семь месяцев 2016 года зарегистрировано 410 тысяч преступлений, что на 25% больше, чем за аналогичный период прошлого года.

70% преступлений были направлены против имущества украинцев. За 7 месяцев было зарегистрировано 221 тыс. краж и 16 тыс. грабежей.

Больше всего преступлений в прокуратуре зарегистрировали в Житомирской, Одесской, Львовской областях, а также в городе Киеве.

Особенно ухудшилась статистика в столице. В общественных местах Киева — парках, скверах — за 7 месяцев зарегистрировали 25 тысяч преступлений.

Юрий Луценко выделил 5 главных причин, которые объясняют увеличение уровня преступности в Украине, которые, позднее были указаны в специальной публикации от имени Генпрокурора.

1. Наплыв большого количества оружия из зоны АТО. По мнению генпрокурора, война на Донбассе криминализировала Украину. Из зоны АТО на мирные территории попало огромное количество оружия и боеприпасов. Результатом этого является увеличение уровня преступности.

2. Бюрократия в районных управлениях полиции. По мнению Луценко, она забирает до 70% времени следователей. На одного следователя приходится в среднем 200 криминальных производств. В Генеральной прокуратуре считают, что эту проблему можно решить, внеся изменения в 14 статью Криминального кодекса. «Все преступления, санкция статьи которых предусматривает менее 2 лет лишения свободы, мы предлагаем назвать криминальными проступками. Это означает, что по ним не будут открывать криминального дела. Все будет решаться на уровне протокола. После этого виновника будут направлять в суд. Это значительно облегчит работу следователям», — говорит Луценко. Он также пообещал, что уже на следующей неделе предоставит в Верховную Раду проект такого закона.

3. «Закон Савченко». По словам генерального прокурора, этот закон угрожает криминализацией страны. По нему на свободу вышло большое количество преступников и рецидивистов. Такой закон действовал в Советском Союзе до 1937 года. Тогда два дня лагерей приравнивались одному дню в тюрьме. С началом сталинских репрессий его отменили. Луценко предлагает не отменять «закон Савченко», но внести в него изменения. «Закон должен стать более избирательным. Под его действие не должны подпадать абсолютно все. Убийцы, рецидивисты и лица, которые совершили преступления против человека, не должны выходить на свободу по «закону Савченко», — сказал генпрокурор. Впрочем, в случае Закона №3413 «Об усовершенствовании порядка засчитывания судом предварительного заключения в срок наказания» (известного как «Закон Савченко»), то любопытным является тот фак, что, критикующий его сейчас Юрий Луценко, сам за него проголосовал, будучи нардепом и лидером фракции «Блок Петра Порошенко». Более того, принятие закона было бы невозможным без активного голосования фракции БПП, отдавшей за него 104 голоса (из 139 депутатов). Кроме того, за Закон проголосовали и 61 депутат от Народного фронта. Того самого, который в правительстве представляет Арсен Аваков, требующий сейчас отмены «Закона Савченко». Подобная непоследовательность понятна, если учесть, что согласно требованиям данного нормативно-правового акта (по данным руководителя криминальной полиции Вадима Трояна) на свободу уже вышло около 9 тыс. преступников. Из них 700 человек были повторно задержаны по подозрению в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, и 300 человек – арестовано. Так что ничего удивительного нет в том, что в правоохранительных органах задумались об отмене этого сомнительного закона. Правда, где была голова Луценко, его однопартийцев и однопартийцев Авакова, когда они за все это голосовали?

4. Управленческая дезорганизация в Национальной полиции. По словам Луценко, начальник областного управления полиции почти не имеет власти над своими подчиненными. «Он руководит только уголовным розыском. Патруль и управление борьбы с наркотиками ему не подчиняются. Это приводит к тому, что в два раза уменьшилось количество выявлений наркопритонов. Это особенно опасно, поскольку каждое третье преступление связано с наркотиками», — уточнил Ю. Луценко.

5. Ошибки при ликвидации УБОПа. По мнению генпрокурора, решение о ликвидации этого подразделения было правильным, но в то же время были допущено много ошибок. «Многие специалисты были уволены из УБОПа без альтернативного предложения. Хотя многие из них могли бы работать в уголовном розыске, управлении по борьбе с наркотиками», — считает Юрий Луценко.

Впрочем, аргументация Генпрокурора у многих вызывает неоднозначную реакцию

Например, журналист Владимир Бойко на своей страничке в facebook указал на то, что Луценко, по сути, не понимает элементарных юридических терминов. Например, даже не способен дать корректное определение понятия «грабеж».

Во время того же заседания парламентского комитета Глава Национальной полиции Украины Хатия Деканоидзетакже указала и на другие причины увеличения уровня преступности. В их числе она назвала «кадровый голод» в связи с уходом из органов большого количества следователей. В частности, полиция недоукомплектована на 23%.

Впрочем, с желанием переложить ответственность на подчиненных, согласны не все.

Юрист Елена Тищенко указывает на то, что непрофессионализм подчиненных невозможно преодолеть при тотальном непрофессионализме самих «реформаторов».

Причины роста преступности он видит в развале и дезорганизации правоохранительных органов заключаются, прежде всего, в неспособности «новой» полиции справляться со своими задачами. Ничего удивительного в этом нет, поскольку сама полиция изначально была «политическим проектом», возглавляемым сторонними для правоохранительных структур фигурами (такими как Арсен Аваков и Хатия Деканоидзе), которые в принципе не способны понять специфику управляемых ими структур.

Кроме того, принципы набора новых полицейских сегодня наглядно продемонстрировали, что таким образом невозможно сформировать структуру, способную профессионально противостоять преступности, а тем более — предупреждать ее. Из-за огромного непрофессионализма новых «копов» почти все доведенные до суда дела касаются, как правило, только тех ситуаций, в которых преступники были задержаны в момент совершения преступления.

Непрофессионализм полицейских приводит к эффекту «снежного кома», когда нерасследованные дела «накапливаются» и становятся «мертвым грузом».

При этом продолжается массовый «исход» старых кадров из полиции. Буквально ежедневно во всех подразделениях всех регионов страны пишутся рапорта об увольнении. Кто может – уходит на пенсию, кто-то находит более удобный способ заработать на хлеб.

Первая волна ухода из полиции началась вместе с аттестациями, когда началось «смешивание с грязью» старших и опытных кадров. На тех, кто прошел это «чистилище» навалился вал работы, которую приходилось выполнять «за себя и того парня». В результате, во многих райцентрах осталось по одному следователю и по одному участковому.

В Киеве, столичном регионе, ряде других городов объявлен конкурс на замещение вакантных должностей следователей. Однако пока что речь идет об отборе кандидатов для полугодичного обучения, что является слишком долгим сроком в нынешних кризисных условиях.Ведь чем меньше будет раскрываемость преступлений, а она почти сведена сейчас к нулю, тем больше обнаглеют уголовники.

Кроме того, следователя невозможно подготовить без длительного периода наставничества со стороны профессионала. Да вот профессионалов в полиции уже, фактически, не осталось. И не стоит забывать, что с каждым, кто уходил, таяли и тайные поставщики информации. Так называемые, агенты из уголовного мира. Таким образом, кроме подготовки полицейских, придется еще тратить время на формирование новых агентурных «сетей».

Таким образом, у нас пытаются в очередной раз изобрести велосипед. К тому же – не самый лучший.

Яркий пример популизма и безответственности в кадровой политике – увольнение бывшего главного сыщика страны Василия Паскала, который был вынужден уйти, напомним, по требованию активно настроенной общественности – в рамках одиозного закона о люстрации. Сейчас увольнение Паскала называют серьезной ошибкой.

Но самое парадоксальное то, что 4 августа 2016 Национальная полиция Украина праздновала годовщину своей деятельности, хотя Закон Украины «О Национальной полиции» вступил в силу в начале ноября 2015 года (6.11.2015), но только в июне этого года (18.06.2016) полицейские получили законное право осуществлять оперативно-розыскную деятельность.

Существуя год, Национальная полиция, фактически, была лишена оперативно-розыскных полномочий, конечно негативно отразилось на состоянии расследования преступлений и привело к ухудшению криминогенной обстановки в стране, где образовался настоящий вакуум правопорядка.

Кроме того, в стране, были фактически уничтожены оперативно-розыскные подразделения, которые теперь не имеют права заниматься оперативно-розыскной деятельностью на стадии досудебного расследования, а могут лишь по поручению следователя и прокурора проводить негласные следственные (розыскные) мероприятия, то есть не в рамках ОРД.

Не будем забывать, что в результате бездумной деятельности законодателей, следователи были наделены несвойственными им функциями проведения негласных следственных (розыскных) действий.Профессиональные прокуроры и следователи отвлекаются от расследования преступлений ради выполнения требований ст. 214 УПК Украины об обязательности регистрации всех без исключения заявлений и сообщений о преступлениях, в т.ч. и откровенной клеветы, неподтвержденных данных, или выдумок психически больных людей, и проверки их именно следственным путем.

В результате сейчас вопрос поднимается не только о возврате «старых» кадров в правоохранительные органы, но и о возврате старых принципов организации их работы.

Например, во время упомянутого выше заседания парламентского комитета Юрий Луценко заявил, что сейчас просто необходим приказ руководителя Национальной полиции.

Что это означает? А то, что ранее начальник области или района руководил всеми службами – от патрулей до уголовного розыска. В свете реформ отдельные подразделения – как-то патрульную, экономическую полицию, борцов с нарко- и киберпреступностю вывели в линейное руководство. Непосредственное начальство сидит в МВД и «рулит» своими людьми на местах. Райотдел полиции они как бы обслуживают, но напрямую его начальнику не подчиняются. Вроде как по-новому, по-модному, а система взяла и разболталась. Юрий Луценко назвал это «управленческой дезорганизацией».

Таким образом, после длительного периода экспериментов, правоохранительные структуры просто вынуждены возвращаться к проверенным моделям, однако в большинстве из них разрушение уже зашло слишком далеко, чтобы все можно было вернуть и сделать «как в старые добрые времена».
Результаты аттестации

Переаттестация сотрудников полиции закончится уже в конце сентября, что по мнению руководства «полицаев» свидетельствует о ее успешности.

Впрочем, существует и другой взгляд на эту проблему. Например, политический эксперт Руслан Бортник считает, что переаттестация провалена. В судах — более тысячи исков бывших правоохранителей, по оценкам экспертов, всего 5% правоохранителей были уволены.

Ранее на одном из телешоу о провале реформы в МВД говорил и экс-генпрокурор Виталий Ярема. По его словам, в структуре разогнали всех профессионалов, которые даже не причастны к майдановским преступлениям, опираясь на основную риторику — так называемое реформирование.

Каковы результаты реформы? Официальных данных нет. А вот в сети приводят такие цифры: за год уволили около 4,5 тысяч сотрудников полиции. Около тысячи увольнение оспорили в судах. И большинство — восстановились в должности.

Журналист одного из региональных изданий описал на примере Винницы, как именно проходила аттестация сотрудников полиции.

Итак, для переаттестации работников Винницкой области создали 14 комиссий. Журналиста включили в комиссию для аттестации работников третьей категории (от рядового и до майора). Руководителей и замов переаттестовывали без прессы.

В каждой комиссии было по три работника полиции (12 из Национальной полиции и 6 из патрульной) и по три активиста (18 человек из 12 организаций). Председательствовал офицер управления Нацполиции. Его голос был решающим.

Списки приглашенных на собеседование можно было увидеть на сайте областной полиции без деления на комиссии. Кто попал в какую комиссию, заранее не знали. Списки присылали из Киева. И приглашение на тестирование и на собеседование полицейским рассылали в СМС.

Полицейские проходили два теста — профессиональный и на общий уровень знаний. В каждом было по 60 вопросов. Всего можно было набрать 120 баллов. Но большинство не смогло ответить и на половину вопросов.

Для членов комиссий был подготовлен пакет документов с аттестационным листом, который готовили кадровики и непосредственные руководители кандидата.

В нём была указана следующая информация:

1.Послужной список с результатами служебной деятельности в соответствии с функциональными обязанностями (случалось, что человек числится на одной должности, а выполняет другие функции).

2.Характеристика (отрицательная была у единиц, например, из-за конфликтности или неравнодушия к алкоголю).

3.Результаты зачетов о физической подготовке, умение владеть оружием, спецсредствами, приемами рукопашного боя (в большинстве итоговая оценка была «удовлетворительно», случалось «неудовлетворительно». Сотрудники говорили, что такие оценки неправдивы. За ненадлежащую физическую форму не увольняли).

4.Список взысканий и поощрений за все годы службы в органах.

5.Результаты тестирования (средний балл был ниже, чем у патрульных полицейских, набранных с улицы. За плохие результаты на тестах увольнений не было).

6.Декларация (у большинства работников декларация была с прочерками во всех графах, кроме зарплаты).

На полицейском сайте есть ресурс для сообщения информации о нечестных работниках. С этого ресурса комиссиям ни разу не предоставили данных об аттестуемых полицейских. Активисты руководствовались собственными источниками, полицейские — информацией от коллег.

Офицеры полиции были нацелены поддержать вывод руководителя, подписавшего характеристику.

Комиссия могла вынести четыре варианта решения:

— оставить в должности (в основном в аттестационных листах было написано «занимаемой должности соответствует»);

— повысить (редко встречалось «заслуживает высокую должность»);

— освободить (очень редко руководитель писал «занимаемой должности не соответствует, подлежит освобождению»);

— понизить (подобных рекомендаций не было, но такое решение комиссии выносили чаще, чем об увольнении);

Чтобы комиссия могла отправить работника на «детектор лжи», он должен был дать согласие. После полиграфа было необходимо повторное собеседование.

Вправе подать апелляцию был только тот работник, который набрал не менее 60 баллов на тестировании.

Потому более популярен был вариант опротестования конкурса в суде.

Активисты, которые принимали участие в аттестации полицейских руководящего звена, говорят: суды принимают решения в пользу истцов. Проблема в том, что нормативные документы, которыми регламентирована аттестация, противоречат Закону «О полиции».

Потому нет ничего удивительного в том, что в МВД скрывают списки переаттестованных сотрудников полиции. Персональные результаты аттестации не публикуются. И узнать, кто действительно переаттестован, кто экзамен проигнорировал, а кто оспорил результат в суде — невозможно. На сайте Нацполиции в разделе с соответствующим названием — только 173 фамилии.

Об этом, в частности, пишет на своей странице в Facebook Роман Синицын, бывший член аттестационной комиссии.

Он указывает на то, что в Департаменте кадрового обеспечения Нацполиции имеются некоторые сведения, однако сегодня самой большой тайной для общественности являются данные об аттестации даже отдельных сотрудников, а на запросы журналистов отвечают крайне неохотно.

Общего списка по каком регионе или отдельного райотдела — нет.

Причины этого Синицын видит в том, что в случае обнародования подобной информации окажется, что процент уволенных в результате аттестации настолько мал, что реформой это назвать как-то и неудобно, а аттестацию вообще не проходило несколько процентов сотрудников, и не будут. Причем, речь идет о «ключевых» сотрудниках. Кроме того, аттестацию через различные «13-е комиссии» проходили довольно сомнительные персонажи. Наконец, сотрудников «Беркута» никто из полиции и не думал выгонять.

Любопытный «кейс» как откосить от переаттестации продемонстрировал начальник Ровенского УБОЗ, которому также приписывают связи с «янтарной мафией» (об этом ранее писала «Прокурорская правда»), — Вячеслав Ефтений.

Любителя бриллиантовых украшений Ефтения можно по праву считать автором лайфхака — «как избежать аттестации». Начальник Управления защиты экономики Нацполиции в Ровенской области на аттестацию попросту не являлся якобы из-за болезни и, «лежа в стационаре», ходил на работу.

Ничего удивительного, что в МВД очень не хотят того, чтобы данная информация стала достоянием общественности.

Министр внутренних дел Арсен Аваков уверяет, что результаты аттестации сотрудников Национальной полиции Украины будут обнародованы после 26 сентября (сейчас уже говорят — в начале октября).

В ответ на широкую критику проведенной «реформы», заместитель руководителя Национальной полиции Константин Бушуев уверяет, что сама по себе аттестация не является панацеей.

В частности, он подчеркивает, что «Национальная полиция» — это созданная с нуля структура. При этом, даже «грузинский опыт» реформирования не предусматривал одномоментного тотального увольнения сотрудников, чтобы не было полного вакуума в правоохранительной системе. К тому же, по мнению Бушуева, аттестация — не единственный из элементов восстановления и создания эффективной структуры, а те механизмы и пути, которые определены Законом Украины «О Национальной полиции» к дальнейшему обновлению и повышению эффективности работы полиции, постепенно реализуются.

Особенно многого Бушуев ожидает от работы т.наз. «полицейской комиссии» — органа, который образуется при каждом территориальном подразделении Нацполиции. В её состав вошли представители общественности, которые были выбраны голосованием в областном совете, представители Нацполиции, представители МВД, представитель территориального подразделения.

По словам замначальника Нацполиции, на сегодня успешно начали свою работу комиссии в Киеве, в Киевской области, в Хмельницком, в Одессе, в Николаеве, а также комиссия, которая осуществляет донабор в патрульную полицию.

При этом, сама аттестация находится на завершающем этапе. Что же до ее результатов, то, по словам Бушуева, полная статистика результатов аттестации будет опубликована в первых числах октября.

Впрочем, большинство экспертов все же рассматривают проведенную в Нацполиции аттестацию как провал.

Эксперт Реанимационного пакета реформ Борис Малышев указывает на то, что аттестация была задумана как инструмент для очищения рядов сотрудников МВД, избавления от людей, деятельность которых привела к тому, что в последние годы уровень доверия к милиции был меньше 10%, а после Майдана опустился ниже 5%. Чтобы добиться этого, нужно было уволить 25–30% сотрудников милиции, а на их место набрать новых людей по конкурсу либо сократить эти должности, чего не произошло.

Малышев указывает на провал аттестации как минимум в трёх аспектах. Во-первых, в процессе отсеялось немного людей: меньше 15% из тех, кто проходил аттестацию. Второй провал — в юридической плоскости. Положение, на основании которого проводилась аттестация, было утверждено приказом министра МВД Арсена Авакова. То ли умышленно, то ли из-за непрофессионализма, в нём было много нюансов, которые использовали уволенные сотрудники полиции при подаче исков в суды, и в большинстве случаев суды вполне обоснованно становились на сторону уволенных полицейских.В-третьих, эта аттестация дискредитировала участие общественных организаций в подобных процедурах.

Эксперт Центра политико-правовых реформ Александр Банчук указывает на то, что аттестация сотрудников МВД не справилась с поставленной задачей, а сам процесс аттестации привёл к тому, что сняли только худших, но в системе МВД осталось много тех, кто не должен там работать. Причины этого Банчук видит в том, что министр внутренних дел не рискнул пойти против системы, сотен тысяч сотрудников.

Адвокат и член аттестационной комиссии в Киеве Евгения Закревская добавляет к сказанному, что уже на первом этапе аттестации были обнаружены проблемные места ее проведения. Среди этих проблем она называет: недостаток информации о кандидатах, недостаток времени для рассмотрения материалов, не всегда сбалансированные комиссии, проблемы с полиграфом, разная мотивация членов комиссий. Все это снизило эффективность аттестации.

Так что вся эта аттестация оказалась очередной попыткой создания видимости. С одной стороны, под ее шумок убрали многих «неудобных» профессионалов (еще больше – ушли сами), с другой – все коррупционеры остались на местах и ждут не дождутся продолжить свое участие в «реформах».

Персональные результаты аттестации не публикуются. Узнать, кто из действующих сотрудников действительно переаттестован, кто восстановился через суд, а кто воспользовался дырами в процессе и вообще избежал переаттестации — практически невозможно.

Таким образом, сама идея построения «новой и открытой» полиции была дискредитирована уже на самом первом этапе ее существования.

Теоретически, главной целью аттестации было получение руководством полиции доверия граждан, достаточного для продолжения реформы, закрепление определенного статуса кво. Обеспечиваться это должно было при помощи привлечения общества к процессу фильтрации правоохранителей. Это должно было обеспечить кредит доверия для проведения дальнейших реформ.

Фактически, речь шла о возвращении легитимности органов принуждения украинского государства без чего невозможно обеспечение в стране законности и правопорядка. Эта легитимность была подорвана в результате гражданского противостояния 2014 года, и потому в качестве рецепта была предложена «перезагрузка» милиции, которая предусматривала не только ее переименование в полицию, но и замену кадров, поскольку старые сотрудники прочно ассоциировались с нарушением гражданских прав и коррупцией.

Однако из-за качества аттестации эта цель не была достигнута. Как и все прочие «реформы», в данном случае все закончилось конкурсным набором «селфи-копов» за счет иностранной финансовой помощи. В дальнейшем кадры существенно не менялись, поскольку заменить их в полном составе было невозможно в принципе, но чтобы создать видимость «реформирования», жизнь оставшихся сотрудников полиции усложнялась постоянными «инновациями» и перераспределениями полномочий.

В результате мы имеем организационно разбалансированную новую полицию, которая в принципе не может решать задачи, связанные с поддержанием общественного порядка в стране.

С одной стороны, среди «копов» осталось достаточно старых «ментов», которые будут дискредитировать саму идею реформы, а также «перезагрузки» правоохранительных органов, с другой – из органов ушло слишком много профессионалов, чтобы они могли продолжать полноценную работу.

Аттестация в принципе не могла быть эффективной в виду достаточно низкого уровня рядовых сотрудников в регионах страны, которые часто не владеют даже элементарными юридическими понятиями. Вместе с тем, отказаться от них в МВС тоже не могут, поскольку создавшийся вакуум власти моментально приведет к дальнейшему разгулу криминала. Следовательно, в большинстве случаев аттестация превратилась в фарс, когда явно неспособные выполнять свои функции сотрудники МВД успешно «переутверждались».

При этом, в руководстве МВД говорят о том, что «аттестации» будут продолжены, так же, как и «очищение», что может лишь усугубить сложившееся положение дел.Впрочем, разговоры об «углублении реформы» циркулируют с легкой руки разнообразных «общественных активистов», которые успели за прошедшее время сформировать настоящий социальный класс – «профессиональных аттестаторов». Ничего удивительного нет в том, что они всячески пытаются сохранить свой статус, и участвовать в предложении «банкета» под названием переаттестация, и, тем самым, присоединиться к соответствующему очередному «распилу бабла». Одновременно в руководстве силовиков растет понимание того, что без возвращения профессионалов времен «злочиннойвлады» их может в самое ближайшее время ожидать полный и всеобъемлющий крах. Отсюда – рекомендации со стороны Луценко вернуть в полицию Василия Паскала. Очевидно, что это первый «пробный камень», и если Паскала и правда получится вернуть, то за ним могут последовать и другие – разгребать оставшиеся от «реформаторов» Авгиевы конюшни.

Впрочем, сами «реформаторы» оказались заложниками собственной риторики, которая строилась на резкой критике «старой милиции», ее сотрудников, методов работы и организационных принципов. Однако вместо этой «старины», реформаторы не смогли предложить ничего реально-работающего, а потому, вынуждены постоянно «скрещивать» старое и новое в безуспешных попытках добиться хоть чего-то работоспособного. Мало того, что добиться реальной борьбы с преступностью, таким образом, нельзя, так реформаторы ещё и превращаются в объект критики со всех сторон. От кого-то – за незавершенные изменения, от кого-то – за тотальный развал правоохранительной системы.

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— означает ли резкое ухудшение показателей по преступлениям в сфере дорожного транспорта то, что замена «коррумпированной Госавтоинспекции» на современных «селфи-копов», по сути, провалилась?

— когда в МВД покажут «сверхсекретные данные» переаттестации сотрудников?

— почему Юрий Луценко «прозрел» сейчас по поводу «дезорганизации правоохранителей», а не думал об этом, когда принимал соответствующую законодательную базу в парламенте?

— как так получается, что во время «лютой» войны с коррупцией количество задержанных коррупционеров только уменьшается?

— чем занимается НАБУ, не способное довести до суда за год работы хоть с полдюжины дел?

Прокурорская ПравдаИван Землянский

Спустя год после начала «серьёзных реформ» в правоохранительной системе, органы, отвечающие за правопорядок, могут впечатлить лишь падением показателей.

Несмотря на то, что за первое полугодие 2016 года, согласно статистике прокуратуры, количество зарегистрированных преступлений выросло лишь на сравнительно небольшие 5%, реальные показатели криминогенной ситуации в стране являются более «впечатляющими».

Согласно официальным данным, снизилось лишь количество особо тяжких преступлений, что, однако, не может быть причиной для всеобщего ликования, ибо речь идёт о стабилизации ситуации в «зоне АТО», не более. Что же до всех иных групп преступлений, то там наблюдается уверенный рост количества зафиксированных случаев преступления закона.

При этом, поразительный застой наблюдается с фиксацией преступлений в сфере организованной преступности и коррупции, что совпало с ликвидацией УБОП и созданием НАБУ (а также ряда других антикоррупционных органов).

Похожая ситуация и с «патрульной полицией», создание которой декларируется в качестве главного достижения «реформы правоохранителей». Однако статистика преступлений на дорогах показывает, что «селфи-копы» только ухудшили ситуацию.

Но ещё более удручающей выглядит ситуация с раскрываемостью преступлений на фоне роста их количества. Если сравнивать даже со сложными 2014 и 2015 годами, то очевидным становится резкое падение количества уголовных дел, по которым вручены подозрения, а также тех дел, по которым обвинительные акты направлены в суд.

В Национальной полиции завершается переаттестация сотрудников. Однако, как свидетельствует практика, номинальность данного действа ещё большая, чем во время прошлогоднего «реформирования местных прокуратур». В то время, как многие профессионалы ушли из полиции, наиболее отъявленные коррупционеры успешно избежали очищения при помощи тех или иных методов. Руководство же МВД тщательно скрывает статистику по аттестации.

В ситуации, когда отрицать очевидный крах правоохранительной системы далее нельзя, её руководители принимаются обвинять друг друга. В частности, Генпрокурор Юрий Луценко во время последнего заседания парламентского комитета по вопросам законодательного обеспечения правоохранительной деятельности обвинил руководство «Национальной полиции» в управленческой дезорганизации, в провале борьбы с оборотом наркотиков. Кроме того, причины проблем Генпрокурор видит в поспешной ликвидации некоторых правоохранительных структур и принятии сомнительных законодательных актов (в т.ч.,т.наз «Закона Савченко»).

В числе причин происходящего можно назвать и «чистку» правоохранительных органов от настоящих профессионалов с многолетним опытом работы, которых, по сути, вытеснили при помощи новомодных систем «конкурсного отбора». Последние теоретически должны были «очистить» органы от коррупционеров, а очистили от специалистов.

В результате проведенных «реформ» были существенно сужены полномочия прокуратуры, которая из органа, следящего за поддержанием законности, превратилась в «придаток» к структурам, отвечающим за досудебное следствие, чем, фактически, «реформаторы» существенно ограничили права граждан.

Кроме того, «мудрый законодатель» создал массу новых правоохранительных органов, функции которых пересекаются, что порождает нездоровую конкуренцию и противостояние на ровном месте.

В результате же «реформы полиции», была фактически уничтожена оперативно-розыскная деятельность из-за ликвидации соответствующих подразделений, а сами следователи были наделены несвойственными им обязанностями — «негласной оперативно-розыскной деятельности».

В комплексе с нестабильной социально-политической ситуацией, всё это привело к разрушительным последствиям в системе правоохранительных органов Украины.

Как изменилась ситуация с регистрацией преступлений в стране?

Если проанализировать криминогенную ситуацию в стране за первое полугодие 2016 года (в сравнении с прошлыми годами), то вырисовывается очень интересная картина, которая нуждается в дополнительном анализе. И хотя формальный рост числа преступлений является невысоким (около 5%), это не должно никого вводить в заблуждение, ибо внутренняя структура статистики позволяет делать отнюдь не радужные выводы.

Для понимания статистики, необходимо указать ещё и на то, что в каждом третьем зарегистрированном уголовном правонарушении (34,6%) принято решение о закрытии по реабилитирующим основаниям — 195791, в то время как за 6 месяцев в 2015 году решение о закрытии по реабилитирующим основаниям было принято по 232 389 делам (43,5%), а в 2014 году — в каждом втором правонарушении 276636 (47,4%).

Причем скачок криминогенности случился в январе-феврале этого года, когда количество уголовных преступлений достигло 65-70 тыс в месяц.

То есть, фактически, учтено 369644 уголовных преступлений, что на 17,7% больше, чем в прошлом году (301 450) и на 17,3% больше чем в 2014 году (305 656 ).

По количеству уголовных преступлений, скорректированных на число жителей в Украине (население значительно уменьшилось за последние 20 лет), сегодня уровень преступности в Украине даже выше пиковых значений середины 1990-х.

От преступников в 2016 году пострадало 275 288 человек, в том числе 4985 детей, из которых 3857 человек погибли, что больше чем за весь период проведения на Востоке антитеррористической операции.

Формально положительной тенденцией является уменьшение количества особо тяжких преступлений, совершенных за первое полугодие 2016 года.

Но следует учесть, что уменьшение наблюдается, в первую очередь, в Донецкой (с 3553 до 1338, или -62,3%), Луганской (с 1043 до 432, или -58,6%) областях.

Фактически, особо тяжких преступлений стало меньше за счет уменьшения активности боевиков в Донецкой и Луганской областях.

В свою очередь, по тяжким преступлениям ситуация уже не выглядит столь оптимистично.

Наиболее негативная динамика зафиксирована в Одесской (+ 52,1%), Житомирской (+ 47,1%), Ровенской (+ 46,9%), Черниговской (+ 45,8%), Волынской (+ 39,1%), Харьковской (+ 38,2%) областях и в г. Киеве (+ 39,0%).

Количество преступлений средней и небольшой тяжести за год увеличилась почти на четверть (с 126 885 до 156 525 и с 72280 до 87631 соответственно).

Кроме этого, растет и уровень уголовных преступлений на 10 тыс. населения: если за шесть месяцев в 2014 году он составлял 67,1, то в 2015 году — 70,1, а в 2016 году этот показатель достиг отметки 86,4.

Возросло количество совершенных умышленных убийств (в 2015 году их количество составляло 5133, а в текущем году — 5313).

В 2014 году общее количество уголовных преступлений против половой свободы и половой неприкосновенности личности составило 505, в 2015 году их количество несколько уменьшилось до 399, однако уже в 2016 году этот показатель достиг 580 (+ 45,4% по сравнению с прошлым годом).

Присутствует негативная тенденция к росту таких общественно опасных правонарушений как изнасилование (141 в 2015 году, 229 -2016 году).

В первом полугодии 2014 года общее количество зарегистрированных правонарушений в сфере общественного порядка составляло 6152, в аналогичном периоде 2015 года — 5058, а в 2016 — 4 718.

В частности, уменьшилось и количество фактов хулиганства (в 2014 году их количество составляло 3279, а уже в 2016 году уменьшилась до 2599).

Объяснение подобной статистики, впрочем, тоже отнюдь не «радужное».

Во-первых, мы сравниваем статистику с «революционным» 2014 годом, когда показатели хулиганства просто зашкаливали. Вполне логично, что со временем количество хулиганских действий пошло на убыль. Обращает на себя внимание и тот факт, что фиксация хулиганства – работа новой «патрульной полиции». Отсюда можно сделать некоторые выводы об эффективности ее работы.

Количество преступлений в сфере собственности продолжает увеличиваться в течение последних двух лет.

В 2014 году было зафиксировано 179 184 правонарушений, в 2015 году показатель увеличился до 187 046, а в 2016 году вообще достиг отметки 250 460, что почти вдвое больше, чем 2 года назад.

Самая серьезная динамика роста таких преступлений в городе Киеве (+ 95,5%), Харьковской (+ 66,4%), Одесской (+ 63,5%), Николаевской (+ 55,7%), Волынской (+ 55,3%), Ровенской (+ 54,0%) областях.

В том числе, увеличилось количество краж, из которых квартирные кражи выросли с 8556 до 12905, соответственно.

Наблюдается рост разбойных нападений.

Значительно увеличилось и число грабежей (в 2014 -10024, в 2015 — 9442, в 2016 — 13 364).

Нужно отметить и рост фактов мошенничества.Если в 2014 году общегосударственный показатель составлял 25 660, то в 2016 году количество таких правонарушений составило уже 31 027, что на четверть больше, чем за аналогичные периоды прошлых лет.

И здесь, опять-таки, все вопросы к «новой полиции», неспособность которой адекватно реагировать на подобные преступления, очевидно, и стимулировала их рост.

Количество раскрытых преступлений в сфере хозяйственной деятельности продолжает быть незначительной по сравнению со всеми учтенными правонарушениями: в 2014 и 2015 годах их доля составляла лишь 1,6%, а в текущем периоде вообще упала до отметки 1,2%.

В структуре уголовных правонарушений в этой сфере за 6 месяцев 2016 раскрыто лишь 109 фактов легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем (против 203 в 2014 году и 120 в 2015 году), только 41 факт мошенничества с финансовыми ресурсами (против 193 в 2014 году и 88 в 2015 году), всего 6 фактов незаконной приватизации государственного, коммунального имущества (на 13 в 2014 году и 26 в 2015 году), 12 фактов нецелевого использования бюджетных средств (на 21 в 2014 году и 7 в 2015 году) и 930 случаев уклонения от уплаты налогов (против 1508 в 2014 году и 1057 в 2015 году).

Таким образом, противодействие финансовым и налоговым махинациям в стране существенно ухудшилось, особенно по сравнению с аналогичным периодом 2014 года, несмотря на различные «реформы» в налоговой и таможенной сферах, а также в системе правоохранительных органов по борьбе с экономической преступностью.

Если же говорить проуголовные преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта, то и тут прослеживается негативная тенденция к увеличению их количества.

В том числе, увеличилось число нарушений безопасности движения или эксплуатации транспорта лицами, которые управляют транспортными средствами (с 5605 в 2014 году до 6376 в 2016 году), в том числе и количество таких правонарушений, повлекших смерть потерпевшего (в 2015 году 805, а в 2016 уже 936 смертельных случаев).

Эти показатели существенно выросли в части регионов страны (в 2,2 раза в Киеве, в Одесской, Житомирской, Черниговской, Львовской областях с + 60% до + 86%).

Кроме роста преступности, реформа МВД сопровождается и увеличением количества дорожно-транспортных происшествий, которые ежедневно уносят жизни украинцев. В этом году произошло на 22% больше «пьяных» ДТП, чем в прошлом. А вот в Тернопольской области количество аварий, совершенных нетрезвыми водителями, за год увеличилось и вовсе в 3,5 раза.

Самое интересное, что новые полицейские также часто фигурируют в сводках ДТП. Больше половины служебных автомобилей киевских патрульных уже побывали в авариях (всего «на службе» 235 «Тойот Приус»).

Продолжает расти и количество угонов транспортных средств.

Все это наталкивает на вопросы о целесообразности замены ГАИ новыми «селфи-копами», которые, очевидно, с вопросами безопасности на дорогах элементарно не справляются.

Количество выявленных преступлений в сфере незаконного оборота наркотических веществ с каждым годом продолжает снижаться.

Стоит отметить, что за 2 последних года критически снизился показатель выявления фактов незаконного производства, изготовления, приобретения, хранения или сбыта наркотических средств (если в 2014 году таких случаев было зафиксировано 5169, а в 2015 году — 4509, то уже в этом году их было выявлено всего 1213, что почти в 5 раз меньше, чем 2 года назад).

Количество учтенных уголовных преступлений против свободы, чести и достоинства личности постоянно колеблется.

Кроме этого, количество зарегистрированных фактов незаконного лишения свободы или похищения человека за год уменьшилось с 524 до 321, а торговли людей — с 93 до 61.

Впрочем, если учесть реалии АТО и пост-революционной Украины со слабо контролируемыми властями вооруженными формированиями, то вряд ли вся эта статистика соответствует действительности.

Если проанализировать статистику зарегистрированных преступлений в сфере служебной деятельности и профессиональной деятельности, связанные с предоставлением публичных услуг (без результатов работы НАБУ), то стоит отметить, что количество выявленных злодеяний только уменьшается.

В частности, в этой категории правонарушений в текущем году правоохранителями было обнаружено только 2991 случай служебного подлога, в то время, как в 2015 году количество выявленных таких правонарушений составляла 3951, а в 2014 году — 4 716. Кроме этого, по фактам превышения власти или служебных полномочий за шесть месяцев этого года было зарегистрировано только 952 случая, в то время как в 2015 году их количество составляло 1 096.

Число выявленных фактов злоупотребления властью или служебным положением также несколько уменьшилось, поскольку в 2014 году таких правонарушений было зафиксировано 2047, в то время как в 2015 и 2016 годах — 1961 и 1962 соответственно. Уровень выявленных правонарушений, касается фактов взяточничества за последние 2 года остается почти неизменным.

Так, в 2014 году было зафиксировано 1161 случай принятия предложения, обещания или получения неправомерной выгоды и 300 случаев предложения или предоставление неправомерной выгоды, в 2015 году — 1051 и 181, а уже в 2016 году — 1168 и 270, соответственно.

Также показательна ситуация в Киеве. Если сравнить количество преступлений за шесть месяцев 2016 и 2015 года, получим такие цифры: количество грабежей выросло в 2,5 раза, разбоев — в 1,5 раза, изнасилований — в 2,5 раза. Ситуация с кражами и вовсе катастрофическая, к примеру, карманные выросли на треть.

В целом, ситуация с ростом преступности не может не вызывать обеспокоенности. С одной стороны, растет количество преступлений по всем ключевым направлениям, а статистика все сильнее напоминает статистику разгула криминала в «лихие 90-е», с другой стороны, даже по тем направлениям, где данные якобы демонстрируют улучшение ситуации, сами граждане его не ощущают, поскольку все это «улучшение» выражается в неспособности обновленных «правоохранителей» элементарно фиксировать совершенные преступления, а также тем, что их фиксировать банально некому (как в случае с организованной преступностью).

Плачевное состояние расследований преступлений

Впрочем, рост или падение данных, зафиксированных в сухой статистике — это, как говорится, лишь полбеды. Главная проблема заключается в эффективности расследования преступлений, и тут, как раз, правоохранителям хвалиться нечем.

В этом контексте, любопытный анализ провёл бывший прокурор Донецкой области (а ныне адвокат) Олег Сюсяйло.

Он справедливо указывает, что сами по себе статические показатели малоинформативны. Потому он взял за основу статистическую информацию судебных органов о количестве лиц, осуждённых за совершение того или иного вида преступлений.

В основе анализа — данные о количестве лиц, осуждённых судами Украины по ряду статей уголовного кодекса: 368 (взятка/получение незаконного вознаграждения); 191 (присвоение чужого (государственного) имущества); 209 (отмывание имущества, добытого преступным путём); 212 (уклонение от уплаты налогов); 365 (превышение служебных полномочий сотрудником правоохранительного органа).

Статьи эти были взяты по следующим причинам: 368 — это наиболее опасный вид коррупционных действий, а у нас в стране приоритетной является борьба с коррупцией; 191, 209, 212 — статьи, предусматривающие ответственность за преступления, причиняющие бюджету Украины наибольший ущерб; 365 — статья, в большинстве своём, применяемая к фактам «полицейского» беспредела.

Как видим, несмотря на все реляции о борьбе с коррупцией, реальное расследование коррупционных преступлений находится в упадочном состоянии.

Еще более плачевная ситуация с расследованием преступлений в сфере неуплаты налогов, что неплохо иллюстрирует «европейские реформы», которые якобы сейчас проводятся в стране.

Аналогичная ситуация с расследованием преступлений, связанных с «отмыванием денег». Вот только тут кризис стабильно продолжается с 2015 года.

На плачевное состояние с раскрытием преступлений указывает и бывший заместитель Генпрокурора Алексей Баганец.

В частности, он указывает на то, что за 6 месяцев 2016 сообщений о подозрении вручено меньше чем в 2015 году — только 94 172 (против 115 972) по уголовным правонарушениям.

Из них учтенных в отчетном периоде — 74 697 (против 97 513 в 2015 году).

Удельный вес таких преступлений, в которых лицам сообщено о подозрении, тоже существенно снизился в этом году и составляет всего 20,2% против 32,3% в прошлом году.

Все это свидетельствует о падении эффективности органов досудебного следствия.

Как закономерное следствие, постепенно уменьшается и количество уголовных производств, направленных в суд.

Так, за 6 месяцев 2016 годав суд направлено уголовные производства всего по 94 172 преступлениям, из которых по 63 806 заявления и сообщения поступили в текущем году.

Таким образом, за 6 месяцев 2016 года только 17,3% от всех учтенных преступлений были направлены в суд, в то время как за 6 месяцев 2015 году до суда было направлено уголовных производств по 111 930 преступлениям, из которых по 83 565 заявления и сообщения поступили в 2015 году.

Для сравнения, в 2014 году за первое полугодие в суд были направлены дела по 29,2% учтенных преступлений.

Далее, на конец отчетного периода правоохранителями не принято окончательного решения в 302539 уголовных правонарушениях, что составляет 81,8% от общего количества учтенных правонарушений.

В том числе, следователями не принято решение по 4914 фактам смерти и исчезновения без вести, из них и в 613 очевидных умышленных убийствах, а также в 606 случаях причинения умышленных телесных повреждений, из которых в 171 случае, повлекших смерть потерпевших, в 164 138 кражах, в 10627 грабежах и 1347 разбоях.

Аналогичные показатели 2015 и 2014 годы свидетельствовали о несколько лучшей ситуации, нежели в текущем году (в 2014 году не принято окончательного решения в 69,8% преступлений, в 2015 году — в 70,7%).

Также следует отметить и то, что за год в Украине снизился и процент раскрываемости уголовных преступлений, учтенных в отчетном периоде, по законченным уголовным производствами — 24,2% (против 39,4% в 2015 году, 43, 5% в 2014 году).

Как видно из этих данных, абсолютно по всем видам преступлений возрастание их количества сопровождается резким падением количества дел, которые попадают в суд.

Например, только 6% дел по умышленным убийствам, зарегистрированным за первое полугодие, дошли до суда. По остальным направлениям ситуация не лучше.

Кроме того, после ликвидации УБОП, проблемной тенденцией является стремительное уменьшение количества выявленных устойчивых преступных группировок до 73, по сравнению с предыдущими годами (89 в 2015 году и 112 в 2014 году).

В 2016 году не раскрыто ни одной преступной группировки в сфере приватизации, металлургической и угольной промышленности, электроэнергетическом комплексе.

Ухудшается и эффективность работы правоохранительных органов на этом направлении, поскольку в течение 6 месяцев 2016-ого года закончено расследование (с повторными) и направлено в суд с обвинительными актами всего 96 производств этой категории (против 144 в 2014 году и 119 в 2015 году).

Несмотря на то, что более семидесяти процентов производств этой категории закончено органами полиции (69), их количество все равно почти на треть меньше прошлогодних показателей (119 в 2014 году и 99 в 2015 году). Преступлениями этой категории нанесён ущерб на сумму более 41,3 млн. грн. против 268 млн. грн. в 2014 году, из которых в ходе досудебного расследования возмещено лишь 15,4 млн. грн. (против 58,1 млн. грн. в 2014 году).

Кстати, на отсутствие результатов в плане борьбы с ОПГ согласным данной самой прокуратуры указывает и упомянутый выше Олег Сюсяйло.

Несмотря на то, что про борьбу с коррупцией говорят везде, по этому направлению тоже достижений не наблюдается.

В течение января-июня 2016 правоохранительными органами государства разоблачены всего 1045 коррупционных правонарушений, против 1434 в 2015 году.

По результатам расследования направлено в суд с обвинительным актом еще меньше — 893 уголовных производства (против 945 в 2015 году и 1506 в 2014 году) о коррупционных деяниях относительно 1025 человек, из которых взято под стражу лишь 160 человек, что дает основания говорить, прежде всего, о том, что подозреваемые занимали невысокие должности, а также о небольших суммах неправомерной выгоды и низкомуровне проведенного предварительного расследования и процессуального руководства со стороны прокуроров.

Кроме того, к ответственности привлечено лишь двое таких должностных лиц органов местного самоуправления и государственных служащих 1-2 категории (в 2015 году — 6 человек).

Уголовными коррупционными правонарушениями в 2016 году нанесён ущерб на сумму 781 млн. 901 тыс. грн, из которых возмещено лишь 24 млн. 195 тыс. грн., что составляет всего 3,1%.

Кроме того, судами оправдано 14 человек и возвращено прокурору 43 уголовных производства в порядке ст. 314 УПК Украины (точнее — возвращено обвинительных актов, ходатайств о применении принудительных мер медицинского или воспитательного характера прокурору, которые не соответствуют требованиям УПК Украины), что также указывает на качество работы «борцов с коррупцией».

Также стоит уделить внимание и состоянию противодействия коррупции со стороны Национального антикоррупционного бюро, поскольку именно это ведомство сегодня, в первую очередь, призвано выявлять и предупреждать коррупцию в её наиболее угрожающих формах.

По фактам присвоения, растраты имущества или завладения им путем злоупотребления служебным положением, детективами НАБУ было зарегистрировано 36 производств, из которых только 2 направлены в суд, и по ним до сих пор нет ни одного судебного решения.

По фактам принятия предложения, обещания или получения неправомерной выгоды детективами НАБУ зарегистрировано 60 производств, из которых лишь 11 направлено в суд с обвинительным актом, и только 4 суд рассмотрел.

Кроме этого, по фактам незаконного обогащения Антикоррупционное бюро зарегистрировало 4 производства, из которых ни одного не было направлено в суд.

Вот и получается, что НАБУ, которое вроде бы постоянно «работает» и создает информационные поводы, на самом деле, на втором году своего существования смогло довести до суда лишь 4 уголовных производства. Следовательно, эффективность его работы близка к статистической погрешности.

В целом, эффективность досудебного следствия в стране в результате проведенных реформ упала ниже уровня «плинтуса», что видно даже на основании официальной (а, следовательно, многократно «правленой» статистики). На фоне возрастающего количества преступлений, в разы упало не просто количество преступлений, которые были доведены органами следствия до суда, но даже тех, по которым элементарно было вручено подозрение. Основная масса преступлений остаётся в виде «мертвого груза», умножающего беззаконие в стране. При этом, совершенно «аховая» ситуация складывается с коррупционными преступлениями на фоне формальной «борьбы с коррупцией». Например, совершенно отсутствуют дела против высокопоставленных коррупционеров, а разрекламированное НАБУ работает «вхолостую».

Причины кризиса правоохранительных органов: мнения и факты

21 сентября произошло заседание комитета по вопросам правоохранительной деятельности Верховной Рады.

На заседании комитета по вопросам законодательного обеспечения правоохранительной деятельности Генеральный прокурор Юрий Луценко озвучил данные о росте преступности. В частности, он сообщил, что за семь месяцев 2016 года зарегистрировано 410 тысяч преступлений, что на 25% больше, чем за аналогичный период прошлого года.

70% преступлений были направлены против имущества украинцев. За 7 месяцев было зарегистрировано 221 тыс. краж и 16 тыс. грабежей.

Больше всего преступлений в прокуратуре зарегистрировали в Житомирской, Одесской, Львовской областях, а также в городе Киеве.

Особенно ухудшилась статистика в столице. В общественных местах Киева — парках, скверах — за 7 месяцев зарегистрировали 25 тысяч преступлений.

Юрий Луценко выделил 5 главных причин, которые объясняют увеличение уровня преступности в Украине, которые, позднее были указаны в специальной публикации от имени Генпрокурора.

1. Наплыв большого количества оружия из зоны АТО. По мнению генпрокурора, война на Донбассе криминализировала Украину. Из зоны АТО на мирные территории попало огромное количество оружия и боеприпасов. Результатом этого является увеличение уровня преступности.

2. Бюрократия в районных управлениях полиции. По мнению Луценко, она забирает до 70% времени следователей. На одного следователя приходится в среднем 200 криминальных производств. В Генеральной прокуратуре считают, что эту проблему можно решить, внеся изменения в 14 статью Криминального кодекса. «Все преступления, санкция статьи которых предусматривает менее 2 лет лишения свободы, мы предлагаем назвать криминальными проступками. Это означает, что по ним не будут открывать криминального дела. Все будет решаться на уровне протокола. После этого виновника будут направлять в суд. Это значительно облегчит работу следователям», — говорит Луценко. Он также пообещал, что уже на следующей неделе предоставит в Верховную Раду проект такого закона.

3. «Закон Савченко». По словам генерального прокурора, этот закон угрожает криминализацией страны. По нему на свободу вышло большое количество преступников и рецидивистов. Такой закон действовал в Советском Союзе до 1937 года. Тогда два дня лагерей приравнивались одному дню в тюрьме. С началом сталинских репрессий его отменили. Луценко предлагает не отменять «закон Савченко», но внести в него изменения. «Закон должен стать более избирательным. Под его действие не должны подпадать абсолютно все. Убийцы, рецидивисты и лица, которые совершили преступления против человека, не должны выходить на свободу по «закону Савченко», — сказал генпрокурор. Впрочем, в случае Закона №3413 «Об усовершенствовании порядка засчитывания судом предварительного заключения в срок наказания» (известного как «Закон Савченко»), то любопытным является тот фак, что, критикующий его сейчас Юрий Луценко, сам за него проголосовал, будучи нардепом и лидером фракции «Блок Петра Порошенко». Более того, принятие закона было бы невозможным без активного голосования фракции БПП, отдавшей за него 104 голоса (из 139 депутатов). Кроме того, за Закон проголосовали и 61 депутат от Народного фронта. Того самого, который в правительстве представляет Арсен Аваков, требующий сейчас отмены «Закона Савченко». Подобная непоследовательность понятна, если учесть, что согласно требованиям данного нормативно-правового акта (по данным руководителя криминальной полиции Вадима Трояна) на свободу уже вышло около 9 тыс. преступников. Из них 700 человек были повторно задержаны по подозрению в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, и 300 человек – арестовано. Так что ничего удивительного нет в том, что в правоохранительных органах задумались об отмене этого сомнительного закона. Правда, где была голова Луценко, его однопартийцев и однопартийцев Авакова, когда они за все это голосовали?

4. Управленческая дезорганизация в Национальной полиции. По словам Луценко, начальник областного управления полиции почти не имеет власти над своими подчиненными. «Он руководит только уголовным розыском. Патруль и управление борьбы с наркотиками ему не подчиняются. Это приводит к тому, что в два раза уменьшилось количество выявлений наркопритонов. Это особенно опасно, поскольку каждое третье преступление связано с наркотиками», — уточнил Ю. Луценко.

5. Ошибки при ликвидации УБОПа. По мнению генпрокурора, решение о ликвидации этого подразделения было правильным, но в то же время были допущено много ошибок. «Многие специалисты были уволены из УБОПа без альтернативного предложения. Хотя многие из них могли бы работать в уголовном розыске, управлении по борьбе с наркотиками», — считает Юрий Луценко.

Впрочем, аргументация Генпрокурора у многих вызывает неоднозначную реакцию

Например, журналист Владимир Бойко на своей страничке в facebook указал на то, что Луценко, по сути, не понимает элементарных юридических терминов. Например, даже не способен дать корректное определение понятия «грабеж».

Во время того же заседания парламентского комитета Глава Национальной полиции Украины Хатия Деканоидзетакже указала и на другие причины увеличения уровня преступности. В их числе она назвала «кадровый голод» в связи с уходом из органов большого количества следователей. В частности, полиция недоукомплектована на 23%.

Впрочем, с желанием переложить ответственность на подчиненных, согласны не все.

Юрист Елена Тищенко указывает на то, что непрофессионализм подчиненных невозможно преодолеть при тотальном непрофессионализме самих «реформаторов».

Причины роста преступности он видит в развале и дезорганизации правоохранительных органов заключаются, прежде всего, в неспособности «новой» полиции справляться со своими задачами. Ничего удивительного в этом нет, поскольку сама полиция изначально была «политическим проектом», возглавляемым сторонними для правоохранительных структур фигурами (такими как Арсен Аваков и Хатия Деканоидзе), которые в принципе не способны понять специфику управляемых ими структур.

Кроме того, принципы набора новых полицейских сегодня наглядно продемонстрировали, что таким образом невозможно сформировать структуру, способную профессионально противостоять преступности, а тем более — предупреждать ее. Из-за огромного непрофессионализма новых «копов» почти все доведенные до суда дела касаются, как правило, только тех ситуаций, в которых преступники были задержаны в момент совершения преступления.

Непрофессионализм полицейских приводит к эффекту «снежного кома», когда нерасследованные дела «накапливаются» и становятся «мертвым грузом».

При этом продолжается массовый «исход» старых кадров из полиции. Буквально ежедневно во всех подразделениях всех регионов страны пишутся рапорта об увольнении. Кто может – уходит на пенсию, кто-то находит более удобный способ заработать на хлеб.

Первая волна ухода из полиции началась вместе с аттестациями, когда началось «смешивание с грязью» старших и опытных кадров. На тех, кто прошел это «чистилище» навалился вал работы, которую приходилось выполнять «за себя и того парня». В результате, во многих райцентрах осталось по одному следователю и по одному участковому.

В Киеве, столичном регионе, ряде других городов объявлен конкурс на замещение вакантных должностей следователей. Однако пока что речь идет об отборе кандидатов для полугодичного обучения, что является слишком долгим сроком в нынешних кризисных условиях.Ведь чем меньше будет раскрываемость преступлений, а она почти сведена сейчас к нулю, тем больше обнаглеют уголовники.

Кроме того, следователя невозможно подготовить без длительного периода наставничества со стороны профессионала. Да вот профессионалов в полиции уже, фактически, не осталось. И не стоит забывать, что с каждым, кто уходил, таяли и тайные поставщики информации. Так называемые, агенты из уголовного мира. Таким образом, кроме подготовки полицейских, придется еще тратить время на формирование новых агентурных «сетей».

Таким образом, у нас пытаются в очередной раз изобрести велосипед. К тому же – не самый лучший.

Яркий пример популизма и безответственности в кадровой политике – увольнение бывшего главного сыщика страны Василия Паскала, который был вынужден уйти, напомним, по требованию активно настроенной общественности – в рамках одиозного закона о люстрации. Сейчас увольнение Паскала называют серьезной ошибкой.

Но самое парадоксальное то, что 4 августа 2016 Национальная полиция Украина праздновала годовщину своей деятельности, хотя Закон Украины «О Национальной полиции» вступил в силу в начале ноября 2015 года (6.11.2015), но только в июне этого года (18.06.2016) полицейские получили законное право осуществлять оперативно-розыскную деятельность.

Существуя год, Национальная полиция, фактически, была лишена оперативно-розыскных полномочий, конечно негативно отразилось на состоянии расследования преступлений и привело к ухудшению криминогенной обстановки в стране, где образовался настоящий вакуум правопорядка.

Кроме того, в стране, были фактически уничтожены оперативно-розыскные подразделения, которые теперь не имеют права заниматься оперативно-розыскной деятельностью на стадии досудебного расследования, а могут лишь по поручению следователя и прокурора проводить негласные следственные (розыскные) мероприятия, то есть не в рамках ОРД.

Не будем забывать, что в результате бездумной деятельности законодателей, следователи были наделены несвойственными им функциями проведения негласных следственных (розыскных) действий.Профессиональные прокуроры и следователи отвлекаются от расследования преступлений ради выполнения требований ст. 214 УПК Украины об обязательности регистрации всех без исключения заявлений и сообщений о преступлениях, в т.ч. и откровенной клеветы, неподтвержденных данных, или выдумок психически больных людей, и проверки их именно следственным путем.

В результате сейчас вопрос поднимается не только о возврате «старых» кадров в правоохранительные органы, но и о возврате старых принципов организации их работы.

Например, во время упомянутого выше заседания парламентского комитета Юрий Луценко заявил, что сейчас просто необходим приказ руководителя Национальной полиции.

Что это означает? А то, что ранее начальник области или района руководил всеми службами – от патрулей до уголовного розыска. В свете реформ отдельные подразделения – как-то патрульную, экономическую полицию, борцов с нарко- и киберпреступностю вывели в линейное руководство. Непосредственное начальство сидит в МВД и «рулит» своими людьми на местах. Райотдел полиции они как бы обслуживают, но напрямую его начальнику не подчиняются. Вроде как по-новому, по-модному, а система взяла и разболталась. Юрий Луценко назвал это «управленческой дезорганизацией».

Таким образом, после длительного периода экспериментов, правоохранительные структуры просто вынуждены возвращаться к проверенным моделям, однако в большинстве из них разрушение уже зашло слишком далеко, чтобы все можно было вернуть и сделать «как в старые добрые времена».
Результаты аттестации

Переаттестация сотрудников полиции закончится уже в конце сентября, что по мнению руководства «полицаев» свидетельствует о ее успешности.

Впрочем, существует и другой взгляд на эту проблему. Например, политический эксперт Руслан Бортник считает, что переаттестация провалена. В судах — более тысячи исков бывших правоохранителей, по оценкам экспертов, всего 5% правоохранителей были уволены.

Ранее на одном из телешоу о провале реформы в МВД говорил и экс-генпрокурор Виталий Ярема. По его словам, в структуре разогнали всех профессионалов, которые даже не причастны к майдановским преступлениям, опираясь на основную риторику — так называемое реформирование.

Каковы результаты реформы? Официальных данных нет. А вот в сети приводят такие цифры: за год уволили около 4,5 тысяч сотрудников полиции. Около тысячи увольнение оспорили в судах. И большинство — восстановились в должности.

Журналист одного из региональных изданий описал на примере Винницы, как именно проходила аттестация сотрудников полиции.

Итак, для переаттестации работников Винницкой области создали 14 комиссий. Журналиста включили в комиссию для аттестации работников третьей категории (от рядового и до майора). Руководителей и замов переаттестовывали без прессы.

В каждой комиссии было по три работника полиции (12 из Национальной полиции и 6 из патрульной) и по три активиста (18 человек из 12 организаций). Председательствовал офицер управления Нацполиции. Его голос был решающим.

Списки приглашенных на собеседование можно было увидеть на сайте областной полиции без деления на комиссии. Кто попал в какую комиссию, заранее не знали. Списки присылали из Киева. И приглашение на тестирование и на собеседование полицейским рассылали в СМС.

Полицейские проходили два теста — профессиональный и на общий уровень знаний. В каждом было по 60 вопросов. Всего можно было набрать 120 баллов. Но большинство не смогло ответить и на половину вопросов.

Для членов комиссий был подготовлен пакет документов с аттестационным листом, который готовили кадровики и непосредственные руководители кандидата.

В нём была указана следующая информация:

1.Послужной список с результатами служебной деятельности в соответствии с функциональными обязанностями (случалось, что человек числится на одной должности, а выполняет другие функции).

2.Характеристика (отрицательная была у единиц, например, из-за конфликтности или неравнодушия к алкоголю).

3.Результаты зачетов о физической подготовке, умение владеть оружием, спецсредствами, приемами рукопашного боя (в большинстве итоговая оценка была «удовлетворительно», случалось «неудовлетворительно». Сотрудники говорили, что такие оценки неправдивы. За ненадлежащую физическую форму не увольняли).

4.Список взысканий и поощрений за все годы службы в органах.

5.Результаты тестирования (средний балл был ниже, чем у патрульных полицейских, набранных с улицы. За плохие результаты на тестах увольнений не было).

6.Декларация (у большинства работников декларация была с прочерками во всех графах, кроме зарплаты).

На полицейском сайте есть ресурс для сообщения информации о нечестных работниках. С этого ресурса комиссиям ни разу не предоставили данных об аттестуемых полицейских. Активисты руководствовались собственными источниками, полицейские — информацией от коллег.

Офицеры полиции были нацелены поддержать вывод руководителя, подписавшего характеристику.

Комиссия могла вынести четыре варианта решения:

— оставить в должности (в основном в аттестационных листах было написано «занимаемой должности соответствует»);

— повысить (редко встречалось «заслуживает высокую должность»);

— освободить (очень редко руководитель писал «занимаемой должности не соответствует, подлежит освобождению»);

— понизить (подобных рекомендаций не было, но такое решение комиссии выносили чаще, чем об увольнении);

Чтобы комиссия могла отправить работника на «детектор лжи», он должен был дать согласие. После полиграфа было необходимо повторное собеседование.

Вправе подать апелляцию был только тот работник, который набрал не менее 60 баллов на тестировании.

Потому более популярен был вариант опротестования конкурса в суде.

Активисты, которые принимали участие в аттестации полицейских руководящего звена, говорят: суды принимают решения в пользу истцов. Проблема в том, что нормативные документы, которыми регламентирована аттестация, противоречат Закону «О полиции».

Потому нет ничего удивительного в том, что в МВД скрывают списки переаттестованных сотрудников полиции. Персональные результаты аттестации не публикуются. И узнать, кто действительно переаттестован, кто экзамен проигнорировал, а кто оспорил результат в суде — невозможно. На сайте Нацполиции в разделе с соответствующим названием — только 173 фамилии.

Об этом, в частности, пишет на своей странице в Facebook Роман Синицын, бывший член аттестационной комиссии.

Он указывает на то, что в Департаменте кадрового обеспечения Нацполиции имеются некоторые сведения, однако сегодня самой большой тайной для общественности являются данные об аттестации даже отдельных сотрудников, а на запросы журналистов отвечают крайне неохотно.

Общего списка по каком регионе или отдельного райотдела — нет.

Причины этого Синицын видит в том, что в случае обнародования подобной информации окажется, что процент уволенных в результате аттестации настолько мал, что реформой это назвать как-то и неудобно, а аттестацию вообще не проходило несколько процентов сотрудников, и не будут. Причем, речь идет о «ключевых» сотрудниках. Кроме того, аттестацию через различные «13-е комиссии» проходили довольно сомнительные персонажи. Наконец, сотрудников «Беркута» никто из полиции и не думал выгонять.

Любопытный «кейс» как откосить от переаттестации продемонстрировал начальник Ровенского УБОЗ, которому также приписывают связи с «янтарной мафией» (об этом ранее писала «Прокурорская правда»), — Вячеслав Ефтений.

Любителя бриллиантовых украшений Ефтения можно по праву считать автором лайфхака — «как избежать аттестации». Начальник Управления защиты экономики Нацполиции в Ровенской области на аттестацию попросту не являлся якобы из-за болезни и, «лежа в стационаре», ходил на работу.

Ничего удивительного, что в МВД очень не хотят того, чтобы данная информация стала достоянием общественности.

Министр внутренних дел Арсен Аваков уверяет, что результаты аттестации сотрудников Национальной полиции Украины будут обнародованы после 26 сентября (сейчас уже говорят — в начале октября).

В ответ на широкую критику проведенной «реформы», заместитель руководителя Национальной полиции Константин Бушуев уверяет, что сама по себе аттестация не является панацеей.

В частности, он подчеркивает, что «Национальная полиция» — это созданная с нуля структура. При этом, даже «грузинский опыт» реформирования не предусматривал одномоментного тотального увольнения сотрудников, чтобы не было полного вакуума в правоохранительной системе. К тому же, по мнению Бушуева, аттестация — не единственный из элементов восстановления и создания эффективной структуры, а те механизмы и пути, которые определены Законом Украины «О Национальной полиции» к дальнейшему обновлению и повышению эффективности работы полиции, постепенно реализуются.

Особенно многого Бушуев ожидает от работы т.наз. «полицейской комиссии» — органа, который образуется при каждом территориальном подразделении Нацполиции. В её состав вошли представители общественности, которые были выбраны голосованием в областном совете, представители Нацполиции, представители МВД, представитель территориального подразделения.

По словам замначальника Нацполиции, на сегодня успешно начали свою работу комиссии в Киеве, в Киевской области, в Хмельницком, в Одессе, в Николаеве, а также комиссия, которая осуществляет донабор в патрульную полицию.

При этом, сама аттестация находится на завершающем этапе. Что же до ее результатов, то, по словам Бушуева, полная статистика результатов аттестации будет опубликована в первых числах октября.

Впрочем, большинство экспертов все же рассматривают проведенную в Нацполиции аттестацию как провал.

Эксперт Реанимационного пакета реформ Борис Малышев указывает на то, что аттестация была задумана как инструмент для очищения рядов сотрудников МВД, избавления от людей, деятельность которых привела к тому, что в последние годы уровень доверия к милиции был меньше 10%, а после Майдана опустился ниже 5%. Чтобы добиться этого, нужно было уволить 25–30% сотрудников милиции, а на их место набрать новых людей по конкурсу либо сократить эти должности, чего не произошло.

Малышев указывает на провал аттестации как минимум в трёх аспектах. Во-первых, в процессе отсеялось немного людей: меньше 15% из тех, кто проходил аттестацию. Второй провал — в юридической плоскости. Положение, на основании которого проводилась аттестация, было утверждено приказом министра МВД Арсена Авакова. То ли умышленно, то ли из-за непрофессионализма, в нём было много нюансов, которые использовали уволенные сотрудники полиции при подаче исков в суды, и в большинстве случаев суды вполне обоснованно становились на сторону уволенных полицейских.В-третьих, эта аттестация дискредитировала участие общественных организаций в подобных процедурах.

Эксперт Центра политико-правовых реформ Александр Банчук указывает на то, что аттестация сотрудников МВД не справилась с поставленной задачей, а сам процесс аттестации привёл к тому, что сняли только худших, но в системе МВД осталось много тех, кто не должен там работать. Причины этого Банчук видит в том, что министр внутренних дел не рискнул пойти против системы, сотен тысяч сотрудников.

Адвокат и член аттестационной комиссии в Киеве Евгения Закревская добавляет к сказанному, что уже на первом этапе аттестации были обнаружены проблемные места ее проведения. Среди этих проблем она называет: недостаток информации о кандидатах, недостаток времени для рассмотрения материалов, не всегда сбалансированные комиссии, проблемы с полиграфом, разная мотивация членов комиссий. Все это снизило эффективность аттестации.

Так что вся эта аттестация оказалась очередной попыткой создания видимости. С одной стороны, под ее шумок убрали многих «неудобных» профессионалов (еще больше – ушли сами), с другой – все коррупционеры остались на местах и ждут не дождутся продолжить свое участие в «реформах».

Персональные результаты аттестации не публикуются. Узнать, кто из действующих сотрудников действительно переаттестован, кто восстановился через суд, а кто воспользовался дырами в процессе и вообще избежал переаттестации — практически невозможно.

Таким образом, сама идея построения «новой и открытой» полиции была дискредитирована уже на самом первом этапе ее существования.

Теоретически, главной целью аттестации было получение руководством полиции доверия граждан, достаточного для продолжения реформы, закрепление определенного статуса кво. Обеспечиваться это должно было при помощи привлечения общества к процессу фильтрации правоохранителей. Это должно было обеспечить кредит доверия для проведения дальнейших реформ.

Фактически, речь шла о возвращении легитимности органов принуждения украинского государства без чего невозможно обеспечение в стране законности и правопорядка. Эта легитимность была подорвана в результате гражданского противостояния 2014 года, и потому в качестве рецепта была предложена «перезагрузка» милиции, которая предусматривала не только ее переименование в полицию, но и замену кадров, поскольку старые сотрудники прочно ассоциировались с нарушением гражданских прав и коррупцией.

Однако из-за качества аттестации эта цель не была достигнута. Как и все прочие «реформы», в данном случае все закончилось конкурсным набором «селфи-копов» за счет иностранной финансовой помощи. В дальнейшем кадры существенно не менялись, поскольку заменить их в полном составе было невозможно в принципе, но чтобы создать видимость «реформирования», жизнь оставшихся сотрудников полиции усложнялась постоянными «инновациями» и перераспределениями полномочий.

В результате мы имеем организационно разбалансированную новую полицию, которая в принципе не может решать задачи, связанные с поддержанием общественного порядка в стране.

С одной стороны, среди «копов» осталось достаточно старых «ментов», которые будут дискредитировать саму идею реформы, а также «перезагрузки» правоохранительных органов, с другой – из органов ушло слишком много профессионалов, чтобы они могли продолжать полноценную работу.

Аттестация в принципе не могла быть эффективной в виду достаточно низкого уровня рядовых сотрудников в регионах страны, которые часто не владеют даже элементарными юридическими понятиями. Вместе с тем, отказаться от них в МВС тоже не могут, поскольку создавшийся вакуум власти моментально приведет к дальнейшему разгулу криминала. Следовательно, в большинстве случаев аттестация превратилась в фарс, когда явно неспособные выполнять свои функции сотрудники МВД успешно «переутверждались».

При этом, в руководстве МВД говорят о том, что «аттестации» будут продолжены, так же, как и «очищение», что может лишь усугубить сложившееся положение дел.Впрочем, разговоры об «углублении реформы» циркулируют с легкой руки разнообразных «общественных активистов», которые успели за прошедшее время сформировать настоящий социальный класс – «профессиональных аттестаторов». Ничего удивительного нет в том, что они всячески пытаются сохранить свой статус, и участвовать в предложении «банкета» под названием переаттестация, и, тем самым, присоединиться к соответствующему очередному «распилу бабла». Одновременно в руководстве силовиков растет понимание того, что без возвращения профессионалов времен «злочиннойвлады» их может в самое ближайшее время ожидать полный и всеобъемлющий крах. Отсюда – рекомендации со стороны Луценко вернуть в полицию Василия Паскала. Очевидно, что это первый «пробный камень», и если Паскала и правда получится вернуть, то за ним могут последовать и другие – разгребать оставшиеся от «реформаторов» Авгиевы конюшни.

Впрочем, сами «реформаторы» оказались заложниками собственной риторики, которая строилась на резкой критике «старой милиции», ее сотрудников, методов работы и организационных принципов. Однако вместо этой «старины», реформаторы не смогли предложить ничего реально-работающего, а потому, вынуждены постоянно «скрещивать» старое и новое в безуспешных попытках добиться хоть чего-то работоспособного. Мало того, что добиться реальной борьбы с преступностью, таким образом, нельзя, так реформаторы ещё и превращаются в объект критики со всех сторон. От кого-то – за незавершенные изменения, от кого-то – за тотальный развал правоохранительной системы.

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— означает ли резкое ухудшение показателей по преступлениям в сфере дорожного транспорта то, что замена «коррумпированной Госавтоинспекции» на современных «селфи-копов», по сути, провалилась?

— когда в МВД покажут «сверхсекретные данные» переаттестации сотрудников?

— почему Юрий Луценко «прозрел» сейчас по поводу «дезорганизации правоохранителей», а не думал об этом, когда принимал соответствующую законодательную базу в парламенте?

— как так получается, что во время «лютой» войны с коррупцией количество задержанных коррупционеров только уменьшается?

— чем занимается НАБУ, не способное довести до суда за год работы хоть с полдюжины дел?

Прокурорская Правда

100 ДНЕЙ ЛУЦЕНКО НА РЕЗНИЦКОЙ: САМЫЕ КРУПНЫЕ ЛАЖИ КУМА ПРЕЗИДЕНТА100 ДНЕЙ ЛУЦЕНКО НА РЕЗНИЦКОЙ: САМЫЕ КРУПНЫЕ ЛАЖИ КУМА ПРЕЗИДЕНТА

Иван Землянский

Вспоминая предшественника «главного законника страны» и «юриста» Юрия Луценка на этой должности за сто дней работы — Виктора Шокина, тяжело не отметить разительное отличие в подходах к работе ведомства. Если опытный следак Шокин «танцевал под дудку» Администрации Президента и пытался всем своим видом и работой показать общественности, что Генпрокуратура — это ещё и орган, который пиарит такое высокое государственное лицо, как Президент Украины, то картавый неюрист Луценко не то, что превзошел в этом плане, а доказал за столь короткий срок, что надзорное ведомство ни стоит абсолютно ничего.

Начиная от кадровых рокировок генпрокурора, которые проводились по принципу расставления своих людей из системы МВД в ведомстве, а также диктовались политической целесообразностью — эти ребята от «Народного фронта» — туда, эти — от «БПП» — сюда, а с этими — можно поторговаться, заканчивая скандалом с Национальным антикоррупционным бюро, в котором Юрий Луценко проявил свои наилучшие «лидерские» качества, можно с уверенностью заявлять, что с легкой руки покровителей прокуратуру превращают в посмешище и бутафорию.

Судите сами: не уволены работники прокуратуры, которые блокировали или закрывали резонансные дела; не люстрированы прокуроры, подпадающие под действие закона «Об очищении власти»; ГПУ стала еще больше зависеть от политиков и бизнесменов (более, того, даже создан специальный департамент для этого); при том, что в ГПУ стал заходить огромный капитал от этих заказчиков, «простым смертным» прокурорам ничего не перепало и зарплаты остаются низкими; произошла полная «лажа» с уголовными делами на Александра Ефремова, Александра Лавриновича, Александра Онищенко, Владислава Каськива и гнусная попытка прижучить кого-то за сепаратизм, чего не удалось Шокину — связать Александра Клименко с главарем ЛНР Игорем Плотницким.

Да чего уж там, если даже алюминиевая кружка из Лукьяновского СИЗО, с которой Юрий Витальевич здесь сидел, а также в Менской колонии — и та не стоит на рабочем столе, как обещал генпрокурор изначально, якобы чтобы продемонстрировать свою «принципову позицію» в отношении политических заказов в ведомстве.

Дело Онищенко, или кто кого перехитрит

У экс-генпрокурора Виктора Шокина «делом чести» было довести до логического завершения «дела Гонгадзе», которое он благополучно передал Юрию Витальевичу. Последний пообещал еще 30 мая, что в течении месяца он расскажет о том, что происходит в деле заказчиков убийства журналиста. В конце июня общественность ничего не получила, а в пресс-службе Генпрокурора сослались на то, что вон смотрите, и так дел по горло, чего стоит только «дело Онищенко».

Напомним, что в середине июня глава САП Назар Холодницкий передал генпрокурору материалы для представления на привлечение к уголовной ответственности, задержание и арест нардепа Александра Онищенко. В начале июля Рада сняла с него неприкосновенность, а также дала разрешение на его арест. Его подозревают в незаконном присвоении средств путем создания «газовой схемы». По мнению следователей НАБУ, Онищенко, находясь на должности зампредседателя комитета ВР по вопросам топливно-энергетического комплекса, ядерной политики и ядерной безопасности, «имея полный контроль над деятельностью» предприятий ООО «Надра Геоцентр», ООО Фирма «Хас» и ООО «Карпатнедроинвест», являющимися операторами согласно договоров о совместной деятельности с ПАО «Укргаздобыча», якобы «принял решение о личном обогащении путем завладения денежными средствами» указанного выше публичного акционерного общества. В чем именно «полный контроль» выражался со стороны Онищенко — в тексте подозрения не указано.

На схеме, представленной в НАБУ, есть существенные недочеты в части неуплаты рентной платы, убытков для госбюджета и выведения денег через фиктивные фирмы. Осуществлялась совместная деятельность ПАТ «Укргаздобыча» и Александром Онищенко. Предприятие владеет рядом скважин, Онищенко уплатил ренту, добыл газ (50% которого отошли государству), а остальной «товар» оставил себе, поскольку именно такими были условия сделки. Государство почему-то ранее не возражало против такого сотрудничества и использования ресурсов.

После добычи газ поступал на биржу, оттуда как пишут в НАБУ — «победителям биржевых торгов» хотя проще было бы сказать — газотрейдерам, и уже затем он попадает к «конечным потребителям». Онищенко инкриминируют то, что биржи реализовывали газ победителям торгов по заниженной цене. Надо бы, как следует из картинок НАБУ, продавать его по 7057 гривен за тысячу кубов, тогда как биржи торговали по 2640. При этом, свои обязательства перед государством Онищенко выполнил: ренту Онищенко уплатил, 50% добытого газа государству предоставил. И после того, как он расплатился с государством за то, что был допущен к недрам, добытый из этих самых недр продукт принадлежит единолично разработчику газовых скважин — Александру Онищенко, как частное лицо, которому не предъявляли требование устанавливать нижнюю границу цены на газ. Грубо говоря, не существует такого закона, который запрещал бы товарной бирже продавать газ по 2640 гривен. Теоретически она могла бы реализовывать его и по две копейки, ведь все, что не запрещено, то разрешено. То есть, следователям из НАБУ именно показалось это несправедливым, а то, что это вопрос к ВРУ — никого не волнует.

Это, как говорится, «взагалі», а по сути, в деле Онищенко, как «создателя преступной группировки» особую роль играла его 80-летняя мать — Инесса Кадырова, которая определяла направления легализации средств, полученных преступным путем. Важно отметить и то, что наравне с этой пожилой женщиной, в спайке с Онищенко действовал и глава ГФС Роман Насиров. Якобы «рассрочку» в уплате ренты на добытый газ Онищенко получал именно от уполномоченного лица — Насирова, который, к слову, является родственником главы Нацбанка Валерии Гонтаревой. Его допросило НАБУ лишь 18 августа и… отпустило.

У Сытника и его подчиненных не было четких и вразумительных экономических оснований для выдвижения обвинений Онищенко. Зато были основания «мочить» нардепа-олигарха в связи с голосованием за нужные законопроекты от политсилы Юлии Тимошенко, влияние на которую имеет Александр Онищенко.

13 июля руководитель Специализированной антикоррупционной прокуратуры Назар Холодницкй заявил о том, что на Резницкой более недели возятся с текстом переданного им уведомления о подозрении нардепу Александру Онищенко (5 июля Верховная Рада дала согласие на привлечение к ответственности, задержание и арест Онищенко).

Холодницкий пожаловался, что в результате этого исключается возможность объявления парламентария в розыск. На следующий день стало известно, что Генпрокурор Луценко назвал текст уведомления о подозрении некачественным, мол не соответствует требованиям и нормам УПК.

Это говорит о том, что в ГПУ искали возможности для продления нахождения на свободе Онищенко, и более того, дали ему возможность беспрепятственно покинуть страну.

Как пример, еще 17 июня журналист – нардеп Сергей Лещенко сообщил о том, что Онищенко не собираются сажать в тюрьму.

Лишь 27 июля на сайте ведомства появилась информация, что Генпрокурор подписал сообщение о подозрении народному депутату Онищенко в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 255, ч. 4 ст.28 ч. 5 ст. 191, ч. 4 ст. 28 ч. 2 ст. 205, ч. 4 ст. 28 ч. 3 ст. 209, ч. 4 ст. 28 ч. 2 ст. 364-1, ч. 4 ст. 28 ч. 2 ст. 366 УК Украины. Данное сообщение передали защите и родственникам Онищенко 28 июля.

То бишь, Луценко 20 дней не подписывал подозрение нардепу, тем самым, его не объявили в международный розыск, тем самым, ему дали возможность пересидеть в Лондоне и легализоваться там и с уверенностью заявить, что он не собирается слагать депутатский мандат, а намерен доводить свою невиновность в суде и выиграть этот процесс.

Тем временем, Генпрокурор «лапшает» общественности, что Онищенко из Лондона легче достать чем из Москвы :

«Я утверждаю, что на две степени выше вероятность экстрадиции из города Лондона. Я утверждаю, что подписано ли и не подписано ли подозрение — не влияет на получение разрешения на постоянное проживание Онищенко в Лондоне», — сказал он.

Луценко добавил, что ему не известны случаи, когда бы Лондон отказывался при обоснованных условиях выдать Украине преступника.

Однако по такой схеме сбежали из Украины экс-глава «УкрСпецЭкспорта» Сергей Бондарчук и экс-руководитель «УкрТрансНафты» Александр Лазорко: глава МВД Аваков не подавал документы на Лазорко в международный розыск до тех пор, пока тот не попросил убежище в Британии.

При всём при этом, адвокат Онищенко передал в Национальное антикоррупционное бюро документы, подтверждающие его «готовность сотрудничать со следствием, находясь на территории Великобритании», в том числе, координаты и контакты, по которым следователи могут с ним связаться. Более того, адвокат также допустил, что детективы могут выехать в Великобританию для проведения следственных мероприятий с Онищенко.

Эвона как. А Луценко всё так же вопит, что ГПУ проделывает колоссальные потуги в направлении осуществления экстрадиции Онищенко. Хотя нет, через неделю он уже перевалил ответственность за «дело Онищенко» на плечи САП и НАБУ: «только от действий НАБУ и САП зависит, смогут ли они убедить лондонский суд в достаточности доказательств для экстрадиции в Украину».

Кстати сам народный депутат Онищенко, которого НАБУ публично несколько раз вызвало на допрос, заявлял, что не получал повестку.

Что имеем в итоге: Онищенко объявлен во всеукраинский розыск, Холодницкий ждёт до 6 сентября – даты объявления с международный, ну а пока, чтобы уж не совсем скучать, «НАБУины» объявили в розыск и мать Онищенко Инессу Кадырову. Вот это действительно уровень работы бюро и следователей прокуратуры!

А пока Генеральный прокурор не дремлет и снабжает публику новой информацией — обещаниями подать в парламент представления о привлечении к ответственности нардепов по подозрению в государственной измене.

Удобный обвиняемый, или как показать, что «режимные» будут наказаны отпущены
Показательным в этом плане является случай с Александром Ефремовым.

«Вы все хорошо знаете, что ГПУ за три месяца моего управления вышла на результат, который позволил задержать и арестовать экс-нардепа, руководителя фракции «Партии регионов» Ефремова и ряда его людей», — похвастался Луценко. «Крупная рыба», которая была упущена ещё Виктором Шокиным, снова «на плаву» в ГПУ.

Дело в том, что в августе прошлого года Главное следственное управление ГПУ активизировало расследование в рамках уголовного производства, открытого ещё в июле 2014 года. Это было сделано с подачи общественной организации «Центр противодействия коррупции», которая просила расследовать факт присвоения бюджетных средств и вывода их за границу Ефремовым. Шокиным были получены все данные, однако, почему-то дело экс-председателя «ПР» в суд так и не дошло.

Тогда он подозревался в совершении уголовных преступлений, предусмотренных ч.2 ст.364 и ч.2 ст.366 Уголовного кодекса Украины — «злоупотребление служебным положением при отягчающих обстоятельствах» и «служебный подлог» в принятии законов 16 января 2014 года.

30 ноября Печерский райсуд Киева вернул обвинительный акт прокуратуры в отношении экс-нардепа Александра Ефремова по делу о «диктаторских законах». Прокуратура не оформила надлежащим образом ходатайство об избрании меры пресечения, а также не обосновала риски для досудебного следствия, из-за которых необходимо было бы избрать меру пресечения.

И вот те на: ГПУ закрыла уголовное производство против бывшего председателя фракции Партии регионов в ВРУ Александра Ефремова, открытое по подозрению в разжигании межнациональной розни весной этого года: в определении Печерского суда от 24 марта говорится, что 16 февраля 2016 года прокурор Валерий Зимогляд закрыл уголовное производство против Ефремова в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.161 УК Украины (нарушение равноправия граждан в зависимости от их расовой, национальной принадлежности, то есть разжигание межнациональной розни, повлекшее тяжкие последствия). Защита экс-депутата обратилась в суд с просьбой вернуть залог в сумме 60,9 тысяч гривен, внесенный ранее, суд обратил внимание, что производство закрыто по реабилитирующим обстоятельствам и вернул его.

30 июля генпрокурор заявил, что в посягательстве на территориальную целостность и неприкосновенность Украины задержан экс-руководитель фракции «ПР» Александр Ефремов.

Под постом генпрокурора в комментарии просили довести начатое Шокиным производство до логического завершения — судебного приговора, а то как-то уж неудобно стало постоянно «ловить» и отпускать Ефремова.

Особенно интересно это слышать в разрезе расхождения ориентированных на пиар позиций генпрокурора и старой гвардии Шокина, работающей в ГПУ: 1 апреля сего года начальник управления специальных расследований ГПУ Сергей Горбатюк подтвердил, что уголовное дело против экс-регионала Александра Ефремова по разжиганию межнациональной вражды закрыто, поскольку судебная экспертиза не увидела в его высказываниях данных признаков.

Как пишет журналист Владимир Бойко, «Ефремов был задержан без каких-либо оснований, предусмотренных ст. 208 УПК Украины, и отправлен за решетку, где он будет находиться до тех пор, пока не покается, не подпишет соглашение со следствием и сам не расскажет под протокол, что он такого преступного совершил или мог совершить, или собирался совершить». Кодекс предусматривает задержание лица следователями без соответствующего судебного решения на срок до 72 часов, если его застали непосредственно в момент совершения преступления, либо постфактум, но только в том случае, если есть признаки, свидетельствующие о совершении преступления только что, о чем имеются соответствующие заявления свидетелей, либо потерпевших. В новом «деле Ефремова» же данных обстоятельств не присутствовало, поскольку ему инкриминируются действия, по которым уголовное производство было открыто еще 16 июля 2014 года.

Зачем же Луценко снова «взял на крючок» Ефремова?

Или основание – «открыл двери войне в Украине» — достаточно емко и аргументированно объясняет действия ГПУ? Любое литературное выражение Луценко – как считать? Тогда с таким же успехом можно и Президента Петра Порошенко сажать.

Виктор Шокин, аплодировав стоя терпиле с Банковой, заявил: «Я уверен, что генпрокурор Юрий Луценко человек настойчивый. Поэтому дело Ефремова будет иметь ход, его доведут до суда и будет приговор. Арест должен быть без возможности внесения залога».

Владимир Бойко пишет, что, поскольку, исходя из отсутствия законных оснований процессуальных действий в отношении Ефремова, Юрий Луценко пообещал тому следователю, который отправит Ефремова в СИЗО, сделать заместителем прокурора Киева. На это согласился лишь Андрей Андреев – экс- зам прокурора Луганской области. Цикаво.. ЛНР… Ефремова судят за сепаратизм, расследует прокурор, который в период «режима Януковича» отметился работой в должности начальника следственного управления, а затем зама прокурора Луганской области.

И таки да: приказом генерального прокурора Юрия Луценко от 15 августа 2016 года на должность заместителя прокурора Киева назначен Андрей Андреев.

«А с тем, чтобы никто не подумал, что судья Печерского райсуда Владимир Карабань, который арестовал Ефремова, обслуживает новую власть с таким же упорством, с которым он обслуживал старую, Луценко теперь имеет «общественный актив» Генпрокуратуры, который за небольшие деньги устраивает митинги под судами с требованием вынести то или иное нужно Юрию Витальевичу решение» — пишет Бойко. И 1 августа 2016 года постановлением Печерского райсуда Ефремов был арестован без права внесения залога на 60 дней.

Но мы то знаем…

Не пришей кобыле хвост, а Клименко — сепаратизм

Пожалуй, «самый сок» был выжат новым генпрокурором Луценко в попытках привязать к сепаратизму как можно больше людей времён правления Януковича и сделать картинку для СМИ после операции «сбушников» по задержанию бывшего заместителя экс-главы Государственной налоговой службы Украины Андрея Головача и еще четырех чиновников за незаконное возмещение подконтрольным Виктору Януковичу фирмам более трех миллиардов гривен налога на добавленную стоимость.

Задержание и обыск экс-чиновников времен Януковича проводили сотрудники военной прокуратуры и СБУ. При обыске у Головача также нашли бюст беглого экс-президента.

«Суд согласовал его арест с возможностью залога в 200 миллионов гривен», — написал Юрий Луценко у себя в фейсбуке.

И позже генпрокурора решил, что надо публику удивить и выдал следующий пост:

«Бюст Януковича оказался не единственным предметом, который заинтересовал прокуроров при обыске у экс-заместителя Клименко. Телефон (ну конечно же Vertu) генерал-налоговика Головача содержит весьма показательную фамилию Плотницкий». Это должно было ударить, как минимум по репутации Клименко, а как максимум — уголовным делом.

СМИ тут же расструбили важную новость от Генпрокурора: у экс-заместителя Клименко нашли телефон с номером главаря ЛНР Игоря Плотницкого. Но только не того…

Через два часа Луценко признал допущение своей мелкой оплошности и заявил, что номер телефона принадлежит не главарю террористов Игорю Плотницкому, а его однофамильцу — Борису Плотницкому, работавшему главой хозяйственного суда Донецкой области, а после Майдана ставшему председателем Львовского апелляционного хозяйственного суда.

Однако дошло это до него только лишь после того, как Андрей Портнов у себя в Фейсбуке аккуратно подметил: «арестованный бывший начальник налоговой милиции Украины Андрей Головач сегодня был публично обвинён Генеральной прокуратурой Украины в связях с сепаратистами и показанный ГПУ номер телефона принадлежит Борису Плотницкому, работавшему главой хозяйственного суда Донецкой области, а при новых властях главой Львовской апелляции http://goo.gl/zWsLbt. Думаю, ему не трудно было позвонить или посмотреть азимуты и биллинговые данные», — написал юрист.

Тут возникает вопрос: а какими функциями в нынешней ГПУ наделены следователи, если не проверяют, что приносят с обысков и материалы дела?

Минер ошибается один раз, а Генеральному прокурору Украины Юрию Луценко можно постоянно. Только увидев фамилию Плотницкий, он поспешил обрадовать страну о раскрытом новом заговоре, но … оказалось, что Плотницких в Украине много, и не все они являются лидерами непризнанных республик.

Генпрокурор не сдаётся – игра с цифрами Клименко

18 августа сего года на брифинге Генпрокурор Юрий Луценко заявил, что дело экс-министра доходов и сборов Александра Клименко тянет на 100 млрд гривен.

Однако уже через несколько дней, в на другой совей пресс-конференции Генпрокурор уточнил, что проанализирована деятельность только половины связанных с Александром Клименко фирм и что экс- министр доходов и сборов и бизнесмен Сергей Курченко нанесли Украине убытков на сумму 198 млрд гривен.

Еще через несколько дней на сайте Генпрокуратуры появилось сообщение о том, что «ОПГ», в которой участвует Клименко, нанесла ущерба государству на сумму 3,1 млрд гривен.

«Главной военной прокуратурой Генпрокуратуры в настоящее время проводится расследование в уголовном производстве в отношении бывших высокопоставленных должностных лиц государства, в том числе А. Клименко, который подозревается в совершении уголовных преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 255, ч. 4 ст. 28 ч. 5 ст. 191, ч. 4 ст. 28 ч. 2 ст. 205, ч. 4 ст. 28 ч. 1 ст. 366 УК Украины. А именно: участие в организованной преступной организации, совершенные в ее составе особо тяжкого преступления против государственной собственности, преступлений средней и небольшой тяжести в сфере хозяйственной и служебной деятельности, причинившее тяжкие последствия в виде материального ущерба государству в размере 3, 1 млрд грн, то есть в особо крупных размерах» — говорится в сообщении.

Если было насчитано 198 млрд ущерба, то почему сейчас осталось только 3,1? Неплохой показатель подсчета за два года работы ГПУ по делу Клименко…

Тем временем, адвокат экс-министра заявляет, что наложен арест на счета на общую сумму около 300 тыс. гривен, но ещё в 2014 году.

«Дело Лавриновича» — посадите хоть кого-то из «режимных»!

18 августа в ГПУ сообщили «о подозрении в окончательной формулировке экс-Министру юстиции Украины Александру Лавриновичу. Бывший министр юстиции подозревается в том, что в 2013 году, по предварительному сговору группой лиц, совершил растрату бюджетных средств в сумме более одного миллиона долларов США в пользу иностранной юридической фирмы, с которой безосновательно, в нарушение действующего законодательства, был заключен договор на закупку Министерством юстиции Украины услуг по исследованию соблюдения принципов верховенства права и практики Европейского суда по правам человека по делу в отношении Ю. Тимошенко. Вследствие этих противоправных действий государству нанесен ущерб. Действия Лавриновича квалифицированы по ч. 5 ст. 191 (растрата имущества в особо крупных размерах) и ч. 1 ст. 366 УК Украины (служебная подделка) Уголовного кодекса Украины».

Но сам Лавринович тут же прокомментировал данное сообщение: «сегодня утром мне заменили предыдущее подозрение, которое было вручено более года назад на новое, где были исправлены ошибки. Ну, или полную чушь, которая там была написана, уже на более цивильное подозрение, новый текст и сказали, что с понедельника я могу знакомиться с материалами дела», — заявил он.

В прошлом году ГПУ сообщала так: 8,5 млн гривен Лавринович потратил «на привлечение иностранной фирмы с целью сокрытия фактов преступного нарушения законодательства правоохранительными органами и судом» во время расследования и судебного рассмотрения дела Юлии Тимошенко. А именно, перечислено 95 тыс. грн., а в 2013-м году еще 8 5 млн гривен на услуги иностранных юристов, юридической компании из США «Skadden, Arps, Slate, Meagher & Flom» для защиты государства Украина по уголовному делу «Тимошенко против Украины», которая была на рассмотрении в Европейском суде по правам человека.

Лавринович объяснил, что речь идет о привлечении американской юридической компании к делу по защите интересов Украины в Европейском суде по правам человека, на что из бюджета было потрачено 8,5 млн гривен. Он называет обвинения безосновательными.

Кстати, 30 июля 2015 Печерский районный суд Киева назначил залог в размере 1,2 млн гривен, который был внесен 7 августа.

Из-за такого повторного вручения подозрения Лавринович сказал, что даже из страны убегать не будет и причиной вручения ему подозрения может быть желание власти «отчитаться о достижениях».

Туда же — дело Каськива

В тот же день — 18 августа — попал под раздачу и экс-главы Нацагентства «по инвестициям» Владислав Каськив. Причем, задержали чиновника времён Януковича в Панаме. По сообщению ведомства, бывший председатель Государственного агентства по инвестициям и управлению национальными проектами Украины разыскивается по ч. 5 ст. 191 УК Украины (завладение чужим имуществом путем злоупотребления служебным лицом своим служебным положением, совершенное по предварительному сговору группой лиц, в особо крупных размерах) и ч.2 ст. 366 УК Украины (служебная подделка, повлекшее тяжкие последствия).

Однако, в деле есть одно существенное «но»: выдать Каськива Панама не может, так как запрашиваемая сторона- Украина — не готова предоставить весь необходимый для этого перечень документов. В частности, речь идёт о несоблюдении ст. 7 п. 3 двухстороннего договора между Украиной и Республикой Панама о выдаче правонарушителей (от 04.11.2003), где написано «К запросу о выдаче для исполнения приговора, кроме информации и документации, указанных в пункте 1 настоящей статьи, прилагается копия приговора, вступившего в законную силу». Такой копии у следствия и министерства юстиций нет и быть не может, так как известно, что по состоянию на 24 августа 2016 г. прокуратура не направляла «дело Каськива» в суд. Почему прокуратура не посчитала необходимым задействовать суд на данном этапе расследования неизвестно, но причина тому банальна — отсутствие у следствия доказательств причастности Каськива к инкриминируемых ему статьям УК.

Более того, сам Каськив говорит о том, что его не задерживали и не арестовывали правоохранители Панамы.

«Уже несколько дней наблюдаю за попытками различных официальных лиц объяснить ляп с сообщением о моем аресте в Панаме. Не затягивая интригу, сообщаю: ничего из того, что было сказано официальными лицами Украины, не соответствует действительности: меня нигде не задерживали и, тем более, никогда не арестовывали ни в Панаме, ни где-либо еще», — отметил Каськив, выставив фото с полицейским с улыбкой на лице. И добавил, что на него также нет карточки «Интерпола», а информация о его преступлениях существует «исключительно у политически мотивированных украинских правоохранителей».

По информации журналиста-депутата Лещенко, Каськив — человек, который работал на Фирташа. Отсюда следует, что задержание Каськива связано с продолжением войны против Фирташа уже привычной нам прокурорской гвардии в стенах ГПУ через департамент, что подтверждает истину о том, что Луценко работает исключительно исполнителем повелеваний Банковой, которая в последнее время противостоит с новосозданными грантоедскими органами, типа НАБУ.

Не обещай любить, а обещай кормить

Впрочем, каким бы ни был генпрокурор балаболом в делах чиновников прошлого режима, и какое бы место не занимал в противостоянии правоохранительных органов в стране, выдающихся «успехов» он добился в деле повышения заработной платы прокурорским работникам.

«Низкие зарплаты прокуроров являются мифом» — имел неосторожность сказать Луценко и вызвал на себя целый вагон нецензурных комментариев, тяжело проехавшись по идеально выстроенному изначально имиджу генпрокурора.

«Я также недавно говорил, что нельзя найти честных прокуроров на две с половиной тысячи гривен. Я потребовал данные о том, сколько получают на руки работники прокурорских структур. Например, моя зарплата — 35 тысяч гривен. Это серьезный рост зарплаты после Верховной Рады». Низовой прокурор получает не менее 12 тысяч гривен» — рассуждал в июне Луценко.

Луценко проявил некомпетентность, сделав абсолютно поспешное и не соответствующее действительности заявление. Но кто же будет извиняться? Просто через какое-то время можно сказать совсем другое.

В интервью «ПЛ» на вопрос о кадровой политике генпрокурор ответил: со следствием беда и в МВД, и в Генпрокуратуре. Но не потому, что кого-то вычистили, а потому, что зарплата следователя МВД около 3000 гривен, а в ГПУ — около 7000 гривен. Это огромная проблема. Месячная зарплата прокурора меньше, чем недельная зарплата адвоката, поэтому обновление прокуратуры должно начаться с местной прокуратуры».

Ах вот оно – прозрение! Может стоит продолжить генпрокурору строить свою «Третью украинскую республику» и не лезть в дела прокуратуры, иначе «юрист» за сто дней пребывания в должности уже много чего настроил.

Исходя из этого, у «Прокурорской правды» возник такой вопрос:

— почему у Юрия Луценко получается много шума без результатов, с выборочными показательными арестами, но многих чиновников, связанных с коррупцией, никто так не задерживает?

Прокурорская ПравдаИван Землянский

Вспоминая предшественника «главного законника страны» и «юриста» Юрия Луценка на этой должности за сто дней работы — Виктора Шокина, тяжело не отметить разительное отличие в подходах к работе ведомства. Если опытный следак Шокин «танцевал под дудку» Администрации Президента и пытался всем своим видом и работой показать общественности, что Генпрокуратура — это ещё и орган, который пиарит такое высокое государственное лицо, как Президент Украины, то картавый неюрист Луценко не то, что превзошел в этом плане, а доказал за столь короткий срок, что надзорное ведомство ни стоит абсолютно ничего.

Начиная от кадровых рокировок генпрокурора, которые проводились по принципу расставления своих людей из системы МВД в ведомстве, а также диктовались политической целесообразностью — эти ребята от «Народного фронта» — туда, эти — от «БПП» — сюда, а с этими — можно поторговаться, заканчивая скандалом с Национальным антикоррупционным бюро, в котором Юрий Луценко проявил свои наилучшие «лидерские» качества, можно с уверенностью заявлять, что с легкой руки покровителей прокуратуру превращают в посмешище и бутафорию.

Судите сами: не уволены работники прокуратуры, которые блокировали или закрывали резонансные дела; не люстрированы прокуроры, подпадающие под действие закона «Об очищении власти»; ГПУ стала еще больше зависеть от политиков и бизнесменов (более, того, даже создан специальный департамент для этого); при том, что в ГПУ стал заходить огромный капитал от этих заказчиков, «простым смертным» прокурорам ничего не перепало и зарплаты остаются низкими; произошла полная «лажа» с уголовными делами на Александра Ефремова, Александра Лавриновича, Александра Онищенко, Владислава Каськива и гнусная попытка прижучить кого-то за сепаратизм, чего не удалось Шокину — связать Александра Клименко с главарем ЛНР Игорем Плотницким.

Да чего уж там, если даже алюминиевая кружка из Лукьяновского СИЗО, с которой Юрий Витальевич здесь сидел, а также в Менской колонии — и та не стоит на рабочем столе, как обещал генпрокурор изначально, якобы чтобы продемонстрировать свою «принципову позицію» в отношении политических заказов в ведомстве.

Дело Онищенко, или кто кого перехитрит

У экс-генпрокурора Виктора Шокина «делом чести» было довести до логического завершения «дела Гонгадзе», которое он благополучно передал Юрию Витальевичу. Последний пообещал еще 30 мая, что в течении месяца он расскажет о том, что происходит в деле заказчиков убийства журналиста. В конце июня общественность ничего не получила, а в пресс-службе Генпрокурора сослались на то, что вон смотрите, и так дел по горло, чего стоит только «дело Онищенко».

Напомним, что в середине июня глава САП Назар Холодницкий передал генпрокурору материалы для представления на привлечение к уголовной ответственности, задержание и арест нардепа Александра Онищенко. В начале июля Рада сняла с него неприкосновенность, а также дала разрешение на его арест. Его подозревают в незаконном присвоении средств путем создания «газовой схемы». По мнению следователей НАБУ, Онищенко, находясь на должности зампредседателя комитета ВР по вопросам топливно-энергетического комплекса, ядерной политики и ядерной безопасности, «имея полный контроль над деятельностью» предприятий ООО «Надра Геоцентр», ООО Фирма «Хас» и ООО «Карпатнедроинвест», являющимися операторами согласно договоров о совместной деятельности с ПАО «Укргаздобыча», якобы «принял решение о личном обогащении путем завладения денежными средствами» указанного выше публичного акционерного общества. В чем именно «полный контроль» выражался со стороны Онищенко — в тексте подозрения не указано.

На схеме, представленной в НАБУ, есть существенные недочеты в части неуплаты рентной платы, убытков для госбюджета и выведения денег через фиктивные фирмы. Осуществлялась совместная деятельность ПАТ «Укргаздобыча» и Александром Онищенко. Предприятие владеет рядом скважин, Онищенко уплатил ренту, добыл газ (50% которого отошли государству), а остальной «товар» оставил себе, поскольку именно такими были условия сделки. Государство почему-то ранее не возражало против такого сотрудничества и использования ресурсов.

После добычи газ поступал на биржу, оттуда как пишут в НАБУ — «победителям биржевых торгов» хотя проще было бы сказать — газотрейдерам, и уже затем он попадает к «конечным потребителям». Онищенко инкриминируют то, что биржи реализовывали газ победителям торгов по заниженной цене. Надо бы, как следует из картинок НАБУ, продавать его по 7057 гривен за тысячу кубов, тогда как биржи торговали по 2640. При этом, свои обязательства перед государством Онищенко выполнил: ренту Онищенко уплатил, 50% добытого газа государству предоставил. И после того, как он расплатился с государством за то, что был допущен к недрам, добытый из этих самых недр продукт принадлежит единолично разработчику газовых скважин — Александру Онищенко, как частное лицо, которому не предъявляли требование устанавливать нижнюю границу цены на газ. Грубо говоря, не существует такого закона, который запрещал бы товарной бирже продавать газ по 2640 гривен. Теоретически она могла бы реализовывать его и по две копейки, ведь все, что не запрещено, то разрешено. То есть, следователям из НАБУ именно показалось это несправедливым, а то, что это вопрос к ВРУ — никого не волнует.

Это, как говорится, «взагалі», а по сути, в деле Онищенко, как «создателя преступной группировки» особую роль играла его 80-летняя мать — Инесса Кадырова, которая определяла направления легализации средств, полученных преступным путем. Важно отметить и то, что наравне с этой пожилой женщиной, в спайке с Онищенко действовал и глава ГФС Роман Насиров. Якобы «рассрочку» в уплате ренты на добытый газ Онищенко получал именно от уполномоченного лица — Насирова, который, к слову, является родственником главы Нацбанка Валерии Гонтаревой. Его допросило НАБУ лишь 18 августа и… отпустило.

У Сытника и его подчиненных не было четких и вразумительных экономических оснований для выдвижения обвинений Онищенко. Зато были основания «мочить» нардепа-олигарха в связи с голосованием за нужные законопроекты от политсилы Юлии Тимошенко, влияние на которую имеет Александр Онищенко.

13 июля руководитель Специализированной антикоррупционной прокуратуры Назар Холодницкй заявил о том, что на Резницкой более недели возятся с текстом переданного им уведомления о подозрении нардепу Александру Онищенко (5 июля Верховная Рада дала согласие на привлечение к ответственности, задержание и арест Онищенко).

Холодницкий пожаловался, что в результате этого исключается возможность объявления парламентария в розыск. На следующий день стало известно, что Генпрокурор Луценко назвал текст уведомления о подозрении некачественным, мол не соответствует требованиям и нормам УПК.

Это говорит о том, что в ГПУ искали возможности для продления нахождения на свободе Онищенко, и более того, дали ему возможность беспрепятственно покинуть страну.

Как пример, еще 17 июня журналист – нардеп Сергей Лещенко сообщил о том, что Онищенко не собираются сажать в тюрьму.

Лишь 27 июля на сайте ведомства появилась информация, что Генпрокурор подписал сообщение о подозрении народному депутату Онищенко в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 255, ч. 4 ст.28 ч. 5 ст. 191, ч. 4 ст. 28 ч. 2 ст. 205, ч. 4 ст. 28 ч. 3 ст. 209, ч. 4 ст. 28 ч. 2 ст. 364-1, ч. 4 ст. 28 ч. 2 ст. 366 УК Украины. Данное сообщение передали защите и родственникам Онищенко 28 июля.

То бишь, Луценко 20 дней не подписывал подозрение нардепу, тем самым, его не объявили в международный розыск, тем самым, ему дали возможность пересидеть в Лондоне и легализоваться там и с уверенностью заявить, что он не собирается слагать депутатский мандат, а намерен доводить свою невиновность в суде и выиграть этот процесс.

Тем временем, Генпрокурор «лапшает» общественности, что Онищенко из Лондона легче достать чем из Москвы :

«Я утверждаю, что на две степени выше вероятность экстрадиции из города Лондона. Я утверждаю, что подписано ли и не подписано ли подозрение — не влияет на получение разрешения на постоянное проживание Онищенко в Лондоне», — сказал он.

Луценко добавил, что ему не известны случаи, когда бы Лондон отказывался при обоснованных условиях выдать Украине преступника.

Однако по такой схеме сбежали из Украины экс-глава «УкрСпецЭкспорта» Сергей Бондарчук и экс-руководитель «УкрТрансНафты» Александр Лазорко: глава МВД Аваков не подавал документы на Лазорко в международный розыск до тех пор, пока тот не попросил убежище в Британии.

При всём при этом, адвокат Онищенко передал в Национальное антикоррупционное бюро документы, подтверждающие его «готовность сотрудничать со следствием, находясь на территории Великобритании», в том числе, координаты и контакты, по которым следователи могут с ним связаться. Более того, адвокат также допустил, что детективы могут выехать в Великобританию для проведения следственных мероприятий с Онищенко.

Эвона как. А Луценко всё так же вопит, что ГПУ проделывает колоссальные потуги в направлении осуществления экстрадиции Онищенко. Хотя нет, через неделю он уже перевалил ответственность за «дело Онищенко» на плечи САП и НАБУ: «только от действий НАБУ и САП зависит, смогут ли они убедить лондонский суд в достаточности доказательств для экстрадиции в Украину».

Кстати сам народный депутат Онищенко, которого НАБУ публично несколько раз вызвало на допрос, заявлял, что не получал повестку.

Что имеем в итоге: Онищенко объявлен во всеукраинский розыск, Холодницкий ждёт до 6 сентября – даты объявления с международный, ну а пока, чтобы уж не совсем скучать, «НАБУины» объявили в розыск и мать Онищенко Инессу Кадырову. Вот это действительно уровень работы бюро и следователей прокуратуры!

А пока Генеральный прокурор не дремлет и снабжает публику новой информацией — обещаниями подать в парламент представления о привлечении к ответственности нардепов по подозрению в государственной измене.

Удобный обвиняемый, или как показать, что «режимные» будут наказаны отпущены
Показательным в этом плане является случай с Александром Ефремовым.

«Вы все хорошо знаете, что ГПУ за три месяца моего управления вышла на результат, который позволил задержать и арестовать экс-нардепа, руководителя фракции «Партии регионов» Ефремова и ряда его людей», — похвастался Луценко. «Крупная рыба», которая была упущена ещё Виктором Шокиным, снова «на плаву» в ГПУ.

Дело в том, что в августе прошлого года Главное следственное управление ГПУ активизировало расследование в рамках уголовного производства, открытого ещё в июле 2014 года. Это было сделано с подачи общественной организации «Центр противодействия коррупции», которая просила расследовать факт присвоения бюджетных средств и вывода их за границу Ефремовым. Шокиным были получены все данные, однако, почему-то дело экс-председателя «ПР» в суд так и не дошло.

Тогда он подозревался в совершении уголовных преступлений, предусмотренных ч.2 ст.364 и ч.2 ст.366 Уголовного кодекса Украины — «злоупотребление служебным положением при отягчающих обстоятельствах» и «служебный подлог» в принятии законов 16 января 2014 года.

30 ноября Печерский райсуд Киева вернул обвинительный акт прокуратуры в отношении экс-нардепа Александра Ефремова по делу о «диктаторских законах». Прокуратура не оформила надлежащим образом ходатайство об избрании меры пресечения, а также не обосновала риски для досудебного следствия, из-за которых необходимо было бы избрать меру пресечения.

И вот те на: ГПУ закрыла уголовное производство против бывшего председателя фракции Партии регионов в ВРУ Александра Ефремова, открытое по подозрению в разжигании межнациональной розни весной этого года: в определении Печерского суда от 24 марта говорится, что 16 февраля 2016 года прокурор Валерий Зимогляд закрыл уголовное производство против Ефремова в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.161 УК Украины (нарушение равноправия граждан в зависимости от их расовой, национальной принадлежности, то есть разжигание межнациональной розни, повлекшее тяжкие последствия). Защита экс-депутата обратилась в суд с просьбой вернуть залог в сумме 60,9 тысяч гривен, внесенный ранее, суд обратил внимание, что производство закрыто по реабилитирующим обстоятельствам и вернул его.

30 июля генпрокурор заявил, что в посягательстве на территориальную целостность и неприкосновенность Украины задержан экс-руководитель фракции «ПР» Александр Ефремов.

Под постом генпрокурора в комментарии просили довести начатое Шокиным производство до логического завершения — судебного приговора, а то как-то уж неудобно стало постоянно «ловить» и отпускать Ефремова.

Особенно интересно это слышать в разрезе расхождения ориентированных на пиар позиций генпрокурора и старой гвардии Шокина, работающей в ГПУ: 1 апреля сего года начальник управления специальных расследований ГПУ Сергей Горбатюк подтвердил, что уголовное дело против экс-регионала Александра Ефремова по разжиганию межнациональной вражды закрыто, поскольку судебная экспертиза не увидела в его высказываниях данных признаков.

Как пишет журналист Владимир Бойко, «Ефремов был задержан без каких-либо оснований, предусмотренных ст. 208 УПК Украины, и отправлен за решетку, где он будет находиться до тех пор, пока не покается, не подпишет соглашение со следствием и сам не расскажет под протокол, что он такого преступного совершил или мог совершить, или собирался совершить». Кодекс предусматривает задержание лица следователями без соответствующего судебного решения на срок до 72 часов, если его застали непосредственно в момент совершения преступления, либо постфактум, но только в том случае, если есть признаки, свидетельствующие о совершении преступления только что, о чем имеются соответствующие заявления свидетелей, либо потерпевших. В новом «деле Ефремова» же данных обстоятельств не присутствовало, поскольку ему инкриминируются действия, по которым уголовное производство было открыто еще 16 июля 2014 года.

Зачем же Луценко снова «взял на крючок» Ефремова?

Или основание – «открыл двери войне в Украине» — достаточно емко и аргументированно объясняет действия ГПУ? Любое литературное выражение Луценко – как считать? Тогда с таким же успехом можно и Президента Петра Порошенко сажать.

Виктор Шокин, аплодировав стоя терпиле с Банковой, заявил: «Я уверен, что генпрокурор Юрий Луценко человек настойчивый. Поэтому дело Ефремова будет иметь ход, его доведут до суда и будет приговор. Арест должен быть без возможности внесения залога».

Владимир Бойко пишет, что, поскольку, исходя из отсутствия законных оснований процессуальных действий в отношении Ефремова, Юрий Луценко пообещал тому следователю, который отправит Ефремова в СИЗО, сделать заместителем прокурора Киева. На это согласился лишь Андрей Андреев – экс- зам прокурора Луганской области. Цикаво.. ЛНР… Ефремова судят за сепаратизм, расследует прокурор, который в период «режима Януковича» отметился работой в должности начальника следственного управления, а затем зама прокурора Луганской области.

И таки да: приказом генерального прокурора Юрия Луценко от 15 августа 2016 года на должность заместителя прокурора Киева назначен Андрей Андреев.

«А с тем, чтобы никто не подумал, что судья Печерского райсуда Владимир Карабань, который арестовал Ефремова, обслуживает новую власть с таким же упорством, с которым он обслуживал старую, Луценко теперь имеет «общественный актив» Генпрокуратуры, который за небольшие деньги устраивает митинги под судами с требованием вынести то или иное нужно Юрию Витальевичу решение» — пишет Бойко. И 1 августа 2016 года постановлением Печерского райсуда Ефремов был арестован без права внесения залога на 60 дней.

Но мы то знаем…

Не пришей кобыле хвост, а Клименко — сепаратизм

Пожалуй, «самый сок» был выжат новым генпрокурором Луценко в попытках привязать к сепаратизму как можно больше людей времён правления Януковича и сделать картинку для СМИ после операции «сбушников» по задержанию бывшего заместителя экс-главы Государственной налоговой службы Украины Андрея Головача и еще четырех чиновников за незаконное возмещение подконтрольным Виктору Януковичу фирмам более трех миллиардов гривен налога на добавленную стоимость.

Задержание и обыск экс-чиновников времен Януковича проводили сотрудники военной прокуратуры и СБУ. При обыске у Головача также нашли бюст беглого экс-президента.

«Суд согласовал его арест с возможностью залога в 200 миллионов гривен», — написал Юрий Луценко у себя в фейсбуке.

И позже генпрокурора решил, что надо публику удивить и выдал следующий пост:

«Бюст Януковича оказался не единственным предметом, который заинтересовал прокуроров при обыске у экс-заместителя Клименко. Телефон (ну конечно же Vertu) генерал-налоговика Головача содержит весьма показательную фамилию Плотницкий». Это должно было ударить, как минимум по репутации Клименко, а как максимум — уголовным делом.

СМИ тут же расструбили важную новость от Генпрокурора: у экс-заместителя Клименко нашли телефон с номером главаря ЛНР Игоря Плотницкого. Но только не того…

Через два часа Луценко признал допущение своей мелкой оплошности и заявил, что номер телефона принадлежит не главарю террористов Игорю Плотницкому, а его однофамильцу — Борису Плотницкому, работавшему главой хозяйственного суда Донецкой области, а после Майдана ставшему председателем Львовского апелляционного хозяйственного суда.

Однако дошло это до него только лишь после того, как Андрей Портнов у себя в Фейсбуке аккуратно подметил: «арестованный бывший начальник налоговой милиции Украины Андрей Головач сегодня был публично обвинён Генеральной прокуратурой Украины в связях с сепаратистами и показанный ГПУ номер телефона принадлежит Борису Плотницкому, работавшему главой хозяйственного суда Донецкой области, а при новых властях главой Львовской апелляции http://goo.gl/zWsLbt. Думаю, ему не трудно было позвонить или посмотреть азимуты и биллинговые данные», — написал юрист.

Тут возникает вопрос: а какими функциями в нынешней ГПУ наделены следователи, если не проверяют, что приносят с обысков и материалы дела?

Минер ошибается один раз, а Генеральному прокурору Украины Юрию Луценко можно постоянно. Только увидев фамилию Плотницкий, он поспешил обрадовать страну о раскрытом новом заговоре, но … оказалось, что Плотницких в Украине много, и не все они являются лидерами непризнанных республик.

Генпрокурор не сдаётся – игра с цифрами Клименко

18 августа сего года на брифинге Генпрокурор Юрий Луценко заявил, что дело экс-министра доходов и сборов Александра Клименко тянет на 100 млрд гривен.

Однако уже через несколько дней, в на другой совей пресс-конференции Генпрокурор уточнил, что проанализирована деятельность только половины связанных с Александром Клименко фирм и что экс- министр доходов и сборов и бизнесмен Сергей Курченко нанесли Украине убытков на сумму 198 млрд гривен.

Еще через несколько дней на сайте Генпрокуратуры появилось сообщение о том, что «ОПГ», в которой участвует Клименко, нанесла ущерба государству на сумму 3,1 млрд гривен.

«Главной военной прокуратурой Генпрокуратуры в настоящее время проводится расследование в уголовном производстве в отношении бывших высокопоставленных должностных лиц государства, в том числе А. Клименко, который подозревается в совершении уголовных преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 255, ч. 4 ст. 28 ч. 5 ст. 191, ч. 4 ст. 28 ч. 2 ст. 205, ч. 4 ст. 28 ч. 1 ст. 366 УК Украины. А именно: участие в организованной преступной организации, совершенные в ее составе особо тяжкого преступления против государственной собственности, преступлений средней и небольшой тяжести в сфере хозяйственной и служебной деятельности, причинившее тяжкие последствия в виде материального ущерба государству в размере 3, 1 млрд грн, то есть в особо крупных размерах» — говорится в сообщении.

Если было насчитано 198 млрд ущерба, то почему сейчас осталось только 3,1? Неплохой показатель подсчета за два года работы ГПУ по делу Клименко…

Тем временем, адвокат экс-министра заявляет, что наложен арест на счета на общую сумму около 300 тыс. гривен, но ещё в 2014 году.

«Дело Лавриновича» — посадите хоть кого-то из «режимных»!

18 августа в ГПУ сообщили «о подозрении в окончательной формулировке экс-Министру юстиции Украины Александру Лавриновичу. Бывший министр юстиции подозревается в том, что в 2013 году, по предварительному сговору группой лиц, совершил растрату бюджетных средств в сумме более одного миллиона долларов США в пользу иностранной юридической фирмы, с которой безосновательно, в нарушение действующего законодательства, был заключен договор на закупку Министерством юстиции Украины услуг по исследованию соблюдения принципов верховенства права и практики Европейского суда по правам человека по делу в отношении Ю. Тимошенко. Вследствие этих противоправных действий государству нанесен ущерб. Действия Лавриновича квалифицированы по ч. 5 ст. 191 (растрата имущества в особо крупных размерах) и ч. 1 ст. 366 УК Украины (служебная подделка) Уголовного кодекса Украины».

Но сам Лавринович тут же прокомментировал данное сообщение: «сегодня утром мне заменили предыдущее подозрение, которое было вручено более года назад на новое, где были исправлены ошибки. Ну, или полную чушь, которая там была написана, уже на более цивильное подозрение, новый текст и сказали, что с понедельника я могу знакомиться с материалами дела», — заявил он.

В прошлом году ГПУ сообщала так: 8,5 млн гривен Лавринович потратил «на привлечение иностранной фирмы с целью сокрытия фактов преступного нарушения законодательства правоохранительными органами и судом» во время расследования и судебного рассмотрения дела Юлии Тимошенко. А именно, перечислено 95 тыс. грн., а в 2013-м году еще 8 5 млн гривен на услуги иностранных юристов, юридической компании из США «Skadden, Arps, Slate, Meagher & Flom» для защиты государства Украина по уголовному делу «Тимошенко против Украины», которая была на рассмотрении в Европейском суде по правам человека.

Лавринович объяснил, что речь идет о привлечении американской юридической компании к делу по защите интересов Украины в Европейском суде по правам человека, на что из бюджета было потрачено 8,5 млн гривен. Он называет обвинения безосновательными.

Кстати, 30 июля 2015 Печерский районный суд Киева назначил залог в размере 1,2 млн гривен, который был внесен 7 августа.

Из-за такого повторного вручения подозрения Лавринович сказал, что даже из страны убегать не будет и причиной вручения ему подозрения может быть желание власти «отчитаться о достижениях».

Туда же — дело Каськива

В тот же день — 18 августа — попал под раздачу и экс-главы Нацагентства «по инвестициям» Владислав Каськив. Причем, задержали чиновника времён Януковича в Панаме. По сообщению ведомства, бывший председатель Государственного агентства по инвестициям и управлению национальными проектами Украины разыскивается по ч. 5 ст. 191 УК Украины (завладение чужим имуществом путем злоупотребления служебным лицом своим служебным положением, совершенное по предварительному сговору группой лиц, в особо крупных размерах) и ч.2 ст. 366 УК Украины (служебная подделка, повлекшее тяжкие последствия).

Однако, в деле есть одно существенное «но»: выдать Каськива Панама не может, так как запрашиваемая сторона- Украина — не готова предоставить весь необходимый для этого перечень документов. В частности, речь идёт о несоблюдении ст. 7 п. 3 двухстороннего договора между Украиной и Республикой Панама о выдаче правонарушителей (от 04.11.2003), где написано «К запросу о выдаче для исполнения приговора, кроме информации и документации, указанных в пункте 1 настоящей статьи, прилагается копия приговора, вступившего в законную силу». Такой копии у следствия и министерства юстиций нет и быть не может, так как известно, что по состоянию на 24 августа 2016 г. прокуратура не направляла «дело Каськива» в суд. Почему прокуратура не посчитала необходимым задействовать суд на данном этапе расследования неизвестно, но причина тому банальна — отсутствие у следствия доказательств причастности Каськива к инкриминируемых ему статьям УК.

Более того, сам Каськив говорит о том, что его не задерживали и не арестовывали правоохранители Панамы.

«Уже несколько дней наблюдаю за попытками различных официальных лиц объяснить ляп с сообщением о моем аресте в Панаме. Не затягивая интригу, сообщаю: ничего из того, что было сказано официальными лицами Украины, не соответствует действительности: меня нигде не задерживали и, тем более, никогда не арестовывали ни в Панаме, ни где-либо еще», — отметил Каськив, выставив фото с полицейским с улыбкой на лице. И добавил, что на него также нет карточки «Интерпола», а информация о его преступлениях существует «исключительно у политически мотивированных украинских правоохранителей».

По информации журналиста-депутата Лещенко, Каськив — человек, который работал на Фирташа. Отсюда следует, что задержание Каськива связано с продолжением войны против Фирташа уже привычной нам прокурорской гвардии в стенах ГПУ через департамент, что подтверждает истину о том, что Луценко работает исключительно исполнителем повелеваний Банковой, которая в последнее время противостоит с новосозданными грантоедскими органами, типа НАБУ.

Не обещай любить, а обещай кормить

Впрочем, каким бы ни был генпрокурор балаболом в делах чиновников прошлого режима, и какое бы место не занимал в противостоянии правоохранительных органов в стране, выдающихся «успехов» он добился в деле повышения заработной платы прокурорским работникам.

«Низкие зарплаты прокуроров являются мифом» — имел неосторожность сказать Луценко и вызвал на себя целый вагон нецензурных комментариев, тяжело проехавшись по идеально выстроенному изначально имиджу генпрокурора.

«Я также недавно говорил, что нельзя найти честных прокуроров на две с половиной тысячи гривен. Я потребовал данные о том, сколько получают на руки работники прокурорских структур. Например, моя зарплата — 35 тысяч гривен. Это серьезный рост зарплаты после Верховной Рады». Низовой прокурор получает не менее 12 тысяч гривен» — рассуждал в июне Луценко.

Луценко проявил некомпетентность, сделав абсолютно поспешное и не соответствующее действительности заявление. Но кто же будет извиняться? Просто через какое-то время можно сказать совсем другое.

В интервью «ПЛ» на вопрос о кадровой политике генпрокурор ответил: со следствием беда и в МВД, и в Генпрокуратуре. Но не потому, что кого-то вычистили, а потому, что зарплата следователя МВД около 3000 гривен, а в ГПУ — около 7000 гривен. Это огромная проблема. Месячная зарплата прокурора меньше, чем недельная зарплата адвоката, поэтому обновление прокуратуры должно начаться с местной прокуратуры».

Ах вот оно – прозрение! Может стоит продолжить генпрокурору строить свою «Третью украинскую республику» и не лезть в дела прокуратуры, иначе «юрист» за сто дней пребывания в должности уже много чего настроил.

Исходя из этого, у «Прокурорской правды» возник такой вопрос:

— почему у Юрия Луценко получается много шума без результатов, с выборочными показательными арестами, но многих чиновников, связанных с коррупцией, никто так не задерживает?

Прокурорская Правда

ПЕРСПЕКТИВЫ «ДЕЛА ОНИЩЕНКО»: КУДА ВЫВЕДУТ ПОЛИТИЧЕСКИЕ РАСКЛАДЫ?ПЕРСПЕКТИВЫ «ДЕЛА ОНИЩЕНКО»: КУДА ВЫВЕДУТ ПОЛИТИЧЕСКИЕ РАСКЛАДЫ?

Иван Землянский

15 июня прошла серия обысков в помещениях, принадлежащих нардепу Александру Онищенко, и в тот же день антикоррупционный прокурор Назар Холодницкий подготовил и передал генпрокурору материалы для представления на привлечение к уголовной ответственности, задержание и арест народного избранника. Он пояснил, что представление на дачу согласия о привлечении к ответственности Онищенко подготовлено в рамках расследования уголовного производства о злоупотреблениях при реализации газа, добытого во время совместной деятельности с ПАО «Укргазвыдобування».

16 июня генеральный прокурор Юрий Луценко обнародовал текст подписанного им обращения. В самом документе указывается, что к нему прилагается дополнение на 86 страницах с материалами. В пресс-службе Генпрокуратуры сообщили, что данное представление будет внесено в парламент в первой половине четверга.

Нардепу инкриминируют махинации с продажей газа, добытого через «подконтрольные» ему компании по заниженным ценам, а также уклонение от уплаты ренты. Впрочем, последнее не могло быть осуществлено без поддержки со стороны руководителя фискальной службы Романа Насирова, который, впрочем, в самом деле не фигурирует.

Детективы НАБУ начали преследование окружения Онищенко, высказав подозрения даже пожилой матери нардепа, и осуществив задержание 10 человек. Тем временем, не смотря на всеобщие ожидания, сам Онищенко вернулся в Украину и развернул агрессивную пиар-кампанию, которая должна представить его «украинским Ходорковским».

Уверенности нардепу прибавляют сложные процессы в украинском парламенте, которые могут помешать прокуратуре собрать необходимые 226 голосов за снятие с него депутатской неприкосновенности.

Развитие событий

Утром 15 июня 2016 года журналист Дмитрий Гнап публикует у себя на страничке в сети facebook сообщение о том, что по его информации готовится представление на лишение нардепа Александра Онищенко депутатской неприкосновенности.

Буквально в течении часа поступила информация о том, что НАБУ проводит обыски в помещениях, принадлежащих нардепу.

Позже в сети появилось видео, как сотрудники Бюро выламывают двери в помещении, которое имеет статус приемной нардепа Онищенко.

Вскоре информацию о том, что в ГПУ поступило представление о снятии неприкосновенности подтвердила пресс-секретарь Генпрокурора Лариса Сарган. Попутно она обвинила Гнапа в том, что тот «предупредил» Онищенко.

Более подробно ситуацию позднее разъяснил Антикоррупционной прокурор Назар Холодницкий, который подтвердил, что подготовил и уже передал генпрокурору Юрию Луценко материалы для представления на привлечение к уголовной ответственности, задержание и арест народного депутата Александра Онищенко.

По его словам, им, как процессуальным руководителем, было подготовлено и уже в 9.45 доставлено в приемную генпрокурора представление в Верховную Раду о даче согласия на привлечение к уголовной ответственности, задержание и арест народного депутата.

Он пояснил, что представление на дачу согласия на привлечение к ответственности Онищенко подготовлено в рамках расследования уголовного производства о злоупотреблениях при реализации газа, добытого во время совместной деятельности с ПАО «Укргаздобыча».

Кроме того, была обнародована схема, описывающая всю незаконную деятельность, в которой обвиняют народного депутата.

В свою очередь, глава НАБУ Артем Сытник заявил, что по данному производству проведено 37 обысков, и сейчас они продолжаются.

По словам «главного антикоррупционера», обыски проводились во Львове, Днепропетровске и в Киеве. Изъято более 500 тыс. долл. Начинается процедура ареста имущества, которое находится в собственности у участников преступной организации. При этом, якобы уже задержано 10 участников «группировки».

В ночь на 16 июня Генпрокурор Юрий Луценко опубликовал на своей страничке в сети facebook представление на снятие неприкосновенности с Онищенко.

Что инкриминируют Онищенко?

Согласно представлению, внесенному в Верховную Раду Генпрокурором Юрием Луценко, Национальное антикоррупционное бюро осуществляет досудебное расследование в уголовном производстве под № 52015000000000002 от 04.12.2015. Нардепу, в частности, инкриминируют преступления, указанные в ст. 191 Уголовного кодекса Украины (Присвоение, растрата или овладение чужим имуществом путем злоупотребления служебным лицом своим служебным положением), ст. 255 (Создание преступной организации с целью совершения тяжкого или особо тяжкого преступления, а также руководство такой организацией или участие в ней), ст. 205 (Фиктивное предпринимательство, т.е. создание или приобретение субъектов предпринимательской деятельности (юридических лиц) с целью прикрытия незаконной деятельности или осуществление видов деятельности, относительно которых есть запрет).

Все преступления постулируются совершенными преступной организацией.

Любопытный момент. Период времени, охваченный досудебным следствием, начинается с января 2013 года. Таким образом, он охватывает лишь год президентства Виктора Януковича, и больше двух лет — правления Петра Порошенко.

Итак, по мнению следователей, Онищенко, находясь на должности зампредседателя комитета ВР по вопросам топливно-энергетического комплекса, ядерной политики и ядерной безопасности, «имея полный контроль над деятельностью» предприятий ООО «Надра Геоцентр», ООО Фирма «Хас» и ООО «Карпатнедроинвест», являющимися операторами согласно договоров о совместной деятельности с ПАО «Укргаздобыча», якобы «принял решение о личном обогащении путем завладения денежными средствами» указанного выше публичного акционерного общества.

Нужно отметить формулировку о «полном контроле над деятельностью» фирм со стороны Онищенко. В чем именно этот «контроль» выражался, и чем обосновывается — никто не указал. Это просто постулируется как данность.

Для того, чтобы осуществить свой «хитрый план», Онищенко, якобы, опираясь на своих ближайших «подельников», в качестве которых следователи НАБУ назвали Валерия Постного и Инессу Кадырову, создал настоящую преступную группу, в которую также вошли: Александр Сергиенко, Сергей Свиченко, Дмитрий Кравченко, Сергей Кабаев, Евгений Быстрицкий, Юрий Смаглюк, Владимир Фисун, Марьяна Гречанюк, Никита Иванов, Олег Рябошапка, Леся Железняк, Екатерина Гарчева, Александр Канцелярук, Павел Жицкий, Василий Пигуляк, Игорь Копчук, Владислав Куприяненко и Роман Якимащенко.

Целью группировки было «незаконное завладение» средствами, полученными от реализации природного газа, добытого названными выше компаниями. Опять-таки, пока что не очень понятно, что в данном случае незаконного, если эти компании «контролируются» Онищенко. То есть, выходит, что он «завладел» собственными деньгами?

При этом, как ни странно, «вторым человеком» ОПГ названа Инесса Кадырова, без малого, — 80-летняя мать нардепа. Якобы, именно через нее он и отдавал свои «преступные приказания». Хотя не понятно, зачем нужно было привлекать к деятельности «банды» столь пожилого и близкого человека, и тем более – «отдавать» через нее указания прочим участникам группировки.

Далее, указанные в деле личности создали «внутренне и внешне стойкую, иерархическую преступную группировку», но и это ещё не все. Они якобы создали единый план преступных действий, четко распределив между собой функции.

При этом, саму группировку характеризовали: безусловный авторитет Онищенко как нардепа; подключение к осуществлению преступлений «близких родственников»; разработка особых «неформальных правил поведения» внутри группировки; иерархичность. Неясно правда, как именно он использовал свой «безусловный авторитет нардепа». Депутатским значком гипнотизировал?

Также можно обнаружить и сам «план», якобы осуществляемый данной иерархической ОПГ. В частности, он включал в себя «для избежания разоблачения и недопущения в офис проверяющих — маскировку под видом приемной народного депутата», создание «фиктивных предприятий» для закупки у ООО «Надра Геоцентр», ООО Фирма «Хас» и ООО «Карпатнедроинвест» газа по заниженной цене, поиск и подключение представителей товарных бирж для проведения фиктивных аукционов по продаже газа по заниженным ценам.

Еще два интересных пункта преступного плана: обеспечение «неформального сотрудничества» с представителями «Укргаздобычи» и НАК «Нефтегаз Украины» и «получение от ГФС Украины рассрочки налогового долга и налоговых обязательств по оплате рентных платежей.

Сказать, что подобная версия выглядит маловразумительным бредом – значит, не сказать ничего. Скорее всего, следователи просто выстроили всю свою «схему», опираясь на источник – «потолок».

В частности, в деле упомянутая выше Инесса Кадырова (мать нардепа) предстает форменным мафиози, который: «лично подчиняется лишь руководителю преступной группировки, осуществляет руководство делами подконтрольных предприятий, обеспечивает существование ОПГ, распределяет между участниками группировки функциональные обязанности, определяет направления легализации средств» и т.д.

Неплохо для пожилой женщины. Впрочем, очевидно, детективы НАБУ просто взяли перечень формальных собственников ряда предприятий, выдумали между ними определенные связи, выдумали иерархию и во главе всего этого организма «поставили» Онищенко. Сделать подобный вывод позволяет то, что во всех материалах досудебного следствия невозможно найти какое-либо подтверждение указанных там домыслов. Просто постулируются некие тезисы, но как-то обосновывать их никто не спешит.

Еще хуже – с составом преступления. Понять его, исходя из материалов дела, не представляется возможным. Онищенко обвиняют в том, что он контролировал некие структуры. Подтверждений этого «контроля» нет, как и понимания, что означает «контроль» в данном случае. Контролируя эти структуры, он якобы продавал свой газ по заниженной цене. Очевидно, по логике вещей, неся убытки. В чем преступный замысел наносить себе убытки — следователи не уточняют. Конечно, нельзя исключать и подобных вариантов, но тогда, очевидно, детективы должны были как-то внятнее обосновать «преступный замысел».

Нужно напомнить один важный аспект. В публикуемых ранее материалах, кроме названных выше, фигурировала еще и фирма «Пласт», которая, впрочем, исчезла из итогового дела.

Проблема в том, что только фирма «Пласт» на данный момент официально принадлежит Онищенко и у нее все в порядке с лицензиями и прочей документацией. Предъявить по ней нардепу нечего, а вот по другим фирмам невозможно доказать причастность к ним Онищенко. Потому и используется формулировка о «контроле» компаний.

След Кононенко и Насирова

Еще один любопытный момент заключается в косвенной причастности к «делу Онищенко» ряда лиц, близких к президенту Петру Порошенко. Прежде всего, следует упомянуть о том, что в «плане злодейств» Онищенко (по версии НАБУ) фигурирует «получение рассрочки» от Государственной фискальной службы на уплату ренты за добытый газ.

Эту тему, в частности, вынужден был затронуть в своем последнем интервью Роман Насиров, возглавляющий ГФС. Глава ГФС уверяет, что рассрочка выдавалась почти всем компаниям в газовой отрасли.

Комментируя тот факт, что Государственная фискальная служба в мае этого года предоставила компании народного депутата Александра Онищенко повторную за полгода реструктуризацию по выплатам 2 млрд гривен долга государства, несмотря на что, что компания после первой отсрочки не совершила ни одной выплаты, Насиров заявил, что не помнит, когда это было и ему нужно уточнить цифры.

«Я в день подписываю 800-900 документов, иногда больше 1000… Я стараюсь помнить все, но каждый подписанный документ или рассрочку, конкретные сроки и цифры не так-то легко прокомментировать», — аргументировал он. Правда, следом добавил, что комментировать ситуацию не может.

«Наш формат предписывает воздержание от комментариев конкретных налогоплательщиков. Просто скажу, что практически по всей газовой отрасли в течение осени-зимы мы давали рассрочки. Рассрочка предусмотрена Налоговым кодексом Украины. Дается под 36% годовых.

При этом он заверил, что рассрочка Онищенко не связана с тем, что он поддержал в Раде нужные банковой законопроекты.

Необходимо отметить, что феноменальная карьера Романа Насирова связывается с тем, что он является родственником главы Нацбанка Валерии Гонтаревой. Последняя же давно и плотно связана с президентом Петром Порошенко. Очевидно, ставили Насирова на его нынешний пост, в том числе, и для того, чтобы реализовывать политические интересы своего «покровителя» с Банковой. В том числе, и путем «правильных», с политической точки зрения, принципов налогообложения.

Впрочем, главное не это. Главное то, что нардепу Онищенко вменяется то, что он, якобы, добывал себе «рассрочку» в уплате ренты на добытый газ. Однако, рассрочку он придумывал себе не сам, а получал от уполномоченного лица — Насирова. И если в этих действиях было что-то незаконное, то, очевидно, и отвечать за это все должно именно то лицо, которое выдавало соответствующие документы.

Это, в частности, подчеркивала и нардеп Татьяна Черновол, которая является одним из самых последовательных «преследователей» Онищенко. В частности, она требует от НАБУ расследования еще и незаконных, по ее мнению, действий Насирова.

Буквально за несколько дней до появления информации по делу Онищенко Чорновол занесла в НАБУ очередное заявление на руководителя государственной фискальной службы Романа Насирова.

Там она отмечает, что Онищенко безнаказанно в течение полутора лет не платил ренту, потому что долги перед бюджетом ему реструктуризировали в ГФС. Относительно крупных сумм решение может принимать только лично руководитель — Роман Насиров. Его преступление, по словам Чорновол, состояло в том, что после очередной «росписи» долгов, фирмы Онищенко их не гасили, а наоборот, еще больше накапливали долг.

«В частности, для ООО «Надра геоцентр» в январе 2015 было реструктуризировано 1 млрд. грн. долга, за 5 месяцев в 2016 было оплачено лишь 9 тыс. грн. Это просто издевательство! Однако это не помешало Насирову подписать дополнительное рассрочки уже на 1 миллиард 460 млн. грн», — пишет нардеп.

«Как он мог это сделать, ведь речь идет о недополучении бюджетом миллиардов? Это, не иначе, как сознательное участие в преступных схемах Онищенко. Если Насирова кто-то заставлял, пусть дает показания», — считает Чорновол.

Вот только может ли кто-то представить расследование НАБУ по поводу Насирова? Пока что это выглядит фантастикой.

Еще один момент, связанный с близким «армейским другом» президента (и по совместительству – нардепом) Игорем Кононенко озвучил главный «радикал» Олег Ляшко.

Он считает, что вместе с представлением на Онищенко, в раду должно последовать аналогичное представление о снятии депутатской неприкосновенности с Кононенко.

Обосновывает свою позицию он тем, что именно Кононенко является собственником 51% акций ООО «Надра Геоцентр».

В этом контексте необходимо вспомнить, что возглавлявший компанию Укргаздобыча (до 2015 года) Сергей Костюк был весьма близок к группе Континиум (Степан Ивахив и покойный Игорь Еремеев), в тесных отношениях с которыми был и народный депутат от БПП Игорь Кононенко. Тогда все становится на свои места.

Ведь само дело по поводу Онищенко не дает ответов на вопросы, в чем именно был состав преступления, как оно осуществлялось. Более-менее внятную модель можно построить только в том случае, если вписать в схему фамилии Кононенко и Насирова. Тогда все просто. «Друг президента» делает бизнес, а «родственник ставленника президента» его прикрывает. Все просто и понятно, но в НАБУ, очевидно, это никто так сформулировать не сможет.

След Тимошенко

Любопытный момент всего происходящего заключается в том, что нардеп Онищенко был отнюдь не «чужим» для действующего президента Петра Порошенко, и был одним из немногих с правом доступа в президентский кабинет.

Кроме того, неоднократно звучали подозрения в том, что Онищенко имеет влияние на Юлию Тимошенко и ее политическую силу. В частности, он якобы отвечал за поддержку со стороны «Батькивщины» нужных Банковой законопроектов. В этом контексте не лишним будет вспомнить, что нынешний виток атаки на «нардепа-кавалериста» начался как раз после того, как Верховная Рада наконец приняла изменения в Конституцию, которые касаются т.наз. «судебной реформы». Не смотря на критические заявления со стороны самой Тимошенко, новая редакция Основного Закона была утверждена при поддержке, в том числе, и ее политической силы. И сразу после этого у Онищенко начались проблемы, которые, похоже, связаны с тем, что на Банковой его более не считают «полезным».

Сам подозреваемый в многомиллионных хищениях депутат утверждает, что следом за ним, также и другие украинские депутаты вскоре будут «если не арестованы, то привлечены к уголовному производству».

«Точно знаю, что всех инакомыслящих подвесят за крючок, каждого — по разным поводам. Потому что времени мало, а многие вопросы в стране нужно решать. Еще одна задача, которую эти товарищи перед собой ставят – у всех отобрать бизнес, чтобы не было никакого финансирования. Это я понял из общения с гонцами-вымогателями, которые не так давно приходили ко мне в гости с неприличными предложениями», — сказал Александр Онищенко.

Онищенко также сообщил, что таких депутатов около 20 человек. На вопрос, правда ли, что атака на него в конечном итоге — это удар, в том числе, и по Юлии Тимошенко, опытный политик и бизнесмен не стал ничего отрицать, но ушел от прямого ответа.

В целом, версия о «следе Тимошенко» в деле Онищенко рассматривается многими наблюдателями. В частности, ситуацию можно рассматривать в качестве своеобразной новой истории «Юлька-воровка 3». Благодаря новым уголовным делам против депутатов, Банковая может решать несколько задач: 1) создает ситуацию «выжженной земли» вокруг Юлии Тимошенко, демонстрируя влиятельным бизнесменам, что сотрудничество с оппозицией президенту может быть чревато; 2) использует ситуацию для непосредственных политических атак на оппонентов; 3) осуществляет дальнейшее давление на депутатов с целью укрепления лично преданного президенту парламентского большинства.

Наконец, существует версия, что при помощи «дела Онищенко» Тимошенко просто «принуждают к миру», или, по крайней мере, к прекращению «раскачивания ситуации».

Однако фактом является то, что обыски в деле нардепа-мажоритарщика послужили своеобразной командой «фас» для ряда «певцов режима Порошенко», и они начали «вброс» компромата на одного из самых рейтинговых политиков нынешней Украины.

Например, экс-нардеп, а ныне – лояльный Банковой «политический эксперт» Тарас Черновил прямо назвал Тимошенко «вдохновителем схем Онищенко».

Поспешил обвинить Тимошенко в связях с Онищенко и другой известный своей поддержкой Петра Порошенко комментатор – Павел Нусс.

Не вызывает сомнений, что попытки дальнейшей «привязки» Юлии Тимошенко к резонансному делу будут только нарастать.

Аресты и астрономические залоги

Тем временем, продолжались масштабные аресты «подельников Онищенко», или тех, кого таковыми назначили в НАБУ.

Обоснование для задержания 10 человек послужило то, что, якобы, определенные лица обещали подозреваемым в деле о хищении украинского газа, что в случае привлечения к уголовной ответственности они будут вывезены за пределы Украины на территорию Российской федерации.

Об этом в эфире сообщил прокурор специализированной антикоррупционной прокуратуры Владимир Кривенко. По его словам, по этой причине было принято решение установить общую сумму залога десяти подозреваемым в размере ущерба 3 млрд грн, нанесенного государству в результате разоблаченной газовой схемы. В отношении семи лиц прокуратура просит суд установить сумму залога 200 млн грн, двоим 250 млн и одному, соорганизатору преступной организации 1 млрд 600 млн грн.

Суды принимали, впрочем, разные решения в этих вопросах по каждому из фигурантов, чем не преминул возмутится Антикоррупционный прокурор Назар Холодницкий.

Например, Владиславу Куприяненко, подозреваемому в «разворовыванию газа украинской добычи» суд установил меру пресечения в виде содержания под стражей в течение двух месяцев с возможностью выйти под залог в 50 млн. грн. Аналогичный залог установлен и для Никиты Иванова. Кому-то повезло меньше – с залогом в 200 млн. грн.

По результатам рассмотрения ходатайств детективов НАБУ, согласованных с прокурорами САП, в отношении 10 фигурантов «газового дела», задержанных в ходе обысков 15 июня, избрана мера пресечения в виде содержания под стражей сроком на 60 дней.

Как сообщила пресс-службу НАБУ, суммарный размер залога составляет 1,003 млрд грн.

«По крайней мере, два постановления в ближайшее время будут оспариваться со стороны Специализированной антикоррупционной прокуратуры, поскольку суммы залога, назначенные судом, не являются соизмеримыми причиненному ущербу», — сказано в сообщении.

Тезисы об «опасности бегства в Россию» никого особо не должны вводить в заблуждение. Реальный смысл невиданных ранее в Украине сумм залога выглядит несколько иным, чем пытаются подать в НАБУ.

Как уже было указано выше, доказательная база в «газовом деле» выглядит очень слабой, и, по сути, сводится к набору определенных констатаций, что «кто-то создал ОПГ», кто-то кому-то подчинялся, кто-то строил преступные замыслы и т.д.

Доказать это все можно лишь в одном случае – если сами фигуранты дадут соответствующие показания. Потому цель следствия пока что выглядит такой – «взять» как можно больше людей и попытаться выбить у них как можно больше показаний, для чего не допускать их освобождения.

Перспективы снятия неприкосновенности

16 июня Председатель Верховной Рады Андрей Парубий поручил парламентскому комитету по вопросам регламента и организации работы безотлагательно рассмотреть представление на снятие депутатской неприкосновенности, задержание и арест депутата от группы «Воля народа» Александра Онищенко.

Позже он же заявил, что все «процедурные вопросы» в «деле Онищенко» займут порядка 10 дней, после чего парламент сможет решить вопрос о снятии неприкосновенности.

Глава «Народного фронта» в парламенте Максим Бурбак поспешил заявить, что его политическая сила будет голосовать за снятие неприкосновенности с Онищенко, но только после того, как будут улажены все «процедурные вопросы».

Комментируя представление ГПУ о разрешении на арест Онищенко Евгений Рыбчинский заявил, что в группе будут принимать решение относительно своего коллеги только после того, как увидят и изучат материалы дела: «Мы фактов пока что не видели. Дайте факты, и мы будем ориентироваться и знать… если факты будут доказаны, то вся группа проголосует за его исключение».

Вместе с тем, Рыбчинский выразил уверенность, что решение по поводу Онищенко принимается на Банковой: «Решение принимает Банковая, и это все прекрасно знают. Все прекрасно понимают, что у господина Онищенко очень мощный бизнес, и это, возможно, какие-то бизнес-разборки. Если бы это было не так, то Клюев сидел бы в тюрьме, и Ефремов сидел бы в тюрьме».

Впрочем, не смотря на столь осторожные заявление, все же кажется маловероятным, что «родная» группа «сдаст» Онищенко, и дело тут отнюдь не в эмоциях. «Воля народа» объединяет, в основном, бизнесменов-мажоритарщиков, которые привыкли играть собственные политические партии, опираясь на наличие значительных финансовых ресурсов. Очевидно, что любой из них может оказаться на месте «опального коллеги», и они это сами прекрасно понимают, а потому им совсем не нужно «терять штыки».

Еще один важный момент. На данный момент группа «Воля народа» имеет минимально-необходимое количество депутатов в своем составе – 19. Если каким-то образом Онищенко лишат неприкосновенности, то следующим этапом может быть и лишение мандата. А это означает, что группа рискует «выпасть» из политических раскладов, а, значит, и из «бюджетных торгов» в том числе. Очевидно, что этого никто не захочет допустить.

Довольно однозначно высказался по вопросу лишения неприкосновенности Онищенко один из неформальных лидеров «Оппозиционного блока» Сергей Левочкин. Он заявил, что данная политическая сила не будет голосовать в поддержку этого вопроса, поскольку считает все это «разборками во власти», которые оппозицию не касаются.

Кроме того, не стоит забывать, что параллельно развиваются еще и другие, не менее интересные уголовные дела.

Вслед за арестом приближенного к младоолигарху «режима Януковича» Сергею Курченко Андрея Кошеля, 17 июня в Киеве был задержан бывший заместитель главы правения НАК «Нефтегаз Украины» и экс-глава «Черноморнефтегаза» Александр Кацуба, который считался одним из ключевых менеджеров Курченко.

Ошарашенному Кацубе около 17.00 зачитали подозрение возле его дома в столице и одели наручники. На следующий день суд вынес решение о его аресте с возможностью внесения залога в 450 млн.грн.

Источники в Генеральной прокуратуре называют две причины.

Первая – общая политика Юрия Луценко по активизации расследования дел против «Семьи» Януковича.

Вторая причина — политическая. Группу Хомутынника или мэра Харькова Геннадия Кернеса после «Майдана» взял под опеку олигарх Игорь Коломойский. На основе бывших регионалов «под крылом у Бени» была сформирована депутатская группа «Возрождение». И Кацуба к этой когорте также принадлежал: его отец — депутат в группе «Возрождение». Активизация дела против Кацубы в сентябре 2015 года совпала с пиком противостояния Коломойского и Банковой, а его закрытие — с налаживанием отношений Коломойского и президента на почве переговоров о формировании нового правительства. И вот буквально совсем недавно сверху поступила команда снова работать по Коломойскому.

Об ухудшении отношений Коломойского и президента говорит и один из близких к олигарху людей, уточнив, что произошло оно буквально «на днях». Косвенным подтверждением этой информации можно считать недавний обыск, который провело Национальное антикоррупционное бюро (НАБУ) в офисе близкой к Коломойскому компании «Международные авиалинии Украины» (МАУ) по делу о задолженности компании перед государством в размере 150 миллионов гривен.

По неофициальной информации, Коломойский обещал Онищенко разнообразную поддержку. В том числе – за счет мощного медийного ресурса. Так что, похоже, на голоса группы «Возрождение» опальный нардеп тоже может рассчитывать.

О фракции «Батькивщина» уже было сказано выше. Но не все однозначно и с президентским «Блоком Порошенко».

Ни для кого не секрет, что давние дружеские отношения у Онищенко сложились с семейством Кличко. Нардеп, в частности, является кумом младшего брата мэра Киева – Владимира Кличко.

Это позволяет рассчитывать на поддержку около 20 «штыков» из президентской партии в парламенте.

Кроме того, ни для кого не секрет, что сейчас очень сложные отношения складываются у «Банковой» с мэром Львова Андреем Садовым, травлю которого по «мусорному делу» инициировало окружение президента.

Не сильно положительно восприняли во Львове и недавнее назначение нового прокурора области – Юрия Квятковского. В частности, прозвучавшие тогда обещания «разобраться» с местными лишь усилили неприятие и взаимное недоверие между окружением президента и лидером партии «Самопомощь», потому высока вероятность, что фракция данной партии в парламенте не будет поддерживать представление из ГПУ против Онищенко.

Потому вероятность того, что «Банковая» сможет собрать 226 голосов за лишение неприкосновенности депутата из «Воли народа», пока что кажется не очень высокой.

Контратака Онищенко

Ключевой момент «атаки на Онищенко» заключался в том, что ее инициаторы, очевидно, предполагали, что нардеп предпочтет «отсидеться заграницей», полностью развязав им руки.

17 июня 2016 года от имени Юрия Луценко его пресс-секретарь Лариса Сарган озвучила обращение к Онищенко с предложением «добровольно вернуться» в Украину, угрожая в обратном случае «применить экстрадицию из ЕС».

Самое интересное, что Онищенко очень оперативно «прислушался» к рекомендациям Генпрокурора и вечером того же дня был замечен в Киеве.

Нардеп Сергей Лещенко, комментируя произошедшее, выразил мнение, что, мол, Онищенко вернулся в день, когда заседаний парламента не планируется, и может покинуть страну, когда Рада снова заработает, и, соответственно, сможет лишить его неприкосновенности.

Однако после возвращения в Украину, Онищенко вел себя совсем не «тихо» и поспешил сделать ряд важных и громких заявлений.

Прежде всего о том, что у него вымогали взятку в размере 500 тыс. долларов в НАБУ за закрытие дела.

Сам он себя считает «украинским Ходорковским», недвусмысленно намекая, что кто-то, в свою очередь, является «украинским Путиным». Целью операции против него он назвал «уничтожение бизнеса».

В дальнейшем натиск со стороны нардепа лишь усиливался.

21 июня он лично прибыл в НАБУ на встречу с его главой Артемом Сытником. Журналистам Онищенко сказал, что не видел своего дела и не получал никаких официальных уведомлений.

От «антикоррупционеров» Онищенко публично потребовал следующее: 1) придерживаться презумпции невиновности; 2) предоставить документальные доказательства его вины.

Он напомнил, что на него оказывают «опосредованное давление», что выражается в аресте его юриста и заведении уголовного дела на мать. Нардеп добавил, что страна входит «в режим 37-го года, когда арестовывают десятками людей, сажают их в тюрьму и у всех выбиваются показания».

Прорывался нардеп в НАБУ «с боями».

После проведенного допроса, Онищенко заявил, что никаких обвинений ему не было предъявлено, а сам он не находится в статусе обвиняемого.

В ответ пресс-секретарь НАБУ Дарья Манжура парировала эти утверждения тем фактом, что, мол, они не могут проводить следственные действия до тех пор, пока не будет снята неприкосновенность с нардепа.

Впрочем, вряд ли кто-то будет отрицать то, что в НАБУ оказались явно не готовы к избранной Онищенко линии поведения, при которой он предпочел не прятаться заграницей, а осуществлять собственную активную пиар-кампанию, которая может иметь неприятные последствия для такого «пиар-ведомства» как «антикоррупционное бюро».

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— почему очередной виток «дело Онищенко» приобрело после того, как Верховная Рада успешно проголосовала изменения в Конституцию в вопросе «судебной реформы»?

— какова вероятность того, что «дело Онищенко» дойдет до суда, если на суде не могут не всплыть имена Игоря Кононенко и Романа Насирова?

— понимали ли в ГПУ, внося представление на Онищенко, насколько мала вероятность снятия неприкосновенности?

Прокурорская ПравдаИван Землянский

15 июня прошла серия обысков в помещениях, принадлежащих нардепу Александру Онищенко, и в тот же день антикоррупционный прокурор Назар Холодницкий подготовил и передал генпрокурору материалы для представления на привлечение к уголовной ответственности, задержание и арест народного избранника. Он пояснил, что представление на дачу согласия о привлечении к ответственности Онищенко подготовлено в рамках расследования уголовного производства о злоупотреблениях при реализации газа, добытого во время совместной деятельности с ПАО «Укргазвыдобування».

16 июня генеральный прокурор Юрий Луценко обнародовал текст подписанного им обращения. В самом документе указывается, что к нему прилагается дополнение на 86 страницах с материалами. В пресс-службе Генпрокуратуры сообщили, что данное представление будет внесено в парламент в первой половине четверга.

Нардепу инкриминируют махинации с продажей газа, добытого через «подконтрольные» ему компании по заниженным ценам, а также уклонение от уплаты ренты. Впрочем, последнее не могло быть осуществлено без поддержки со стороны руководителя фискальной службы Романа Насирова, который, впрочем, в самом деле не фигурирует.

Детективы НАБУ начали преследование окружения Онищенко, высказав подозрения даже пожилой матери нардепа, и осуществив задержание 10 человек. Тем временем, не смотря на всеобщие ожидания, сам Онищенко вернулся в Украину и развернул агрессивную пиар-кампанию, которая должна представить его «украинским Ходорковским».

Уверенности нардепу прибавляют сложные процессы в украинском парламенте, которые могут помешать прокуратуре собрать необходимые 226 голосов за снятие с него депутатской неприкосновенности.

Развитие событий

Утром 15 июня 2016 года журналист Дмитрий Гнап публикует у себя на страничке в сети facebook сообщение о том, что по его информации готовится представление на лишение нардепа Александра Онищенко депутатской неприкосновенности.

Буквально в течении часа поступила информация о том, что НАБУ проводит обыски в помещениях, принадлежащих нардепу.

Позже в сети появилось видео, как сотрудники Бюро выламывают двери в помещении, которое имеет статус приемной нардепа Онищенко.

Вскоре информацию о том, что в ГПУ поступило представление о снятии неприкосновенности подтвердила пресс-секретарь Генпрокурора Лариса Сарган. Попутно она обвинила Гнапа в том, что тот «предупредил» Онищенко.

Более подробно ситуацию позднее разъяснил Антикоррупционной прокурор Назар Холодницкий, который подтвердил, что подготовил и уже передал генпрокурору Юрию Луценко материалы для представления на привлечение к уголовной ответственности, задержание и арест народного депутата Александра Онищенко.

По его словам, им, как процессуальным руководителем, было подготовлено и уже в 9.45 доставлено в приемную генпрокурора представление в Верховную Раду о даче согласия на привлечение к уголовной ответственности, задержание и арест народного депутата.

Он пояснил, что представление на дачу согласия на привлечение к ответственности Онищенко подготовлено в рамках расследования уголовного производства о злоупотреблениях при реализации газа, добытого во время совместной деятельности с ПАО «Укргаздобыча».

Кроме того, была обнародована схема, описывающая всю незаконную деятельность, в которой обвиняют народного депутата.

В свою очередь, глава НАБУ Артем Сытник заявил, что по данному производству проведено 37 обысков, и сейчас они продолжаются.

По словам «главного антикоррупционера», обыски проводились во Львове, Днепропетровске и в Киеве. Изъято более 500 тыс. долл. Начинается процедура ареста имущества, которое находится в собственности у участников преступной организации. При этом, якобы уже задержано 10 участников «группировки».

В ночь на 16 июня Генпрокурор Юрий Луценко опубликовал на своей страничке в сети facebook представление на снятие неприкосновенности с Онищенко.

Что инкриминируют Онищенко?

Согласно представлению, внесенному в Верховную Раду Генпрокурором Юрием Луценко, Национальное антикоррупционное бюро осуществляет досудебное расследование в уголовном производстве под № 52015000000000002 от 04.12.2015. Нардепу, в частности, инкриминируют преступления, указанные в ст. 191 Уголовного кодекса Украины (Присвоение, растрата или овладение чужим имуществом путем злоупотребления служебным лицом своим служебным положением), ст. 255 (Создание преступной организации с целью совершения тяжкого или особо тяжкого преступления, а также руководство такой организацией или участие в ней), ст. 205 (Фиктивное предпринимательство, т.е. создание или приобретение субъектов предпринимательской деятельности (юридических лиц) с целью прикрытия незаконной деятельности или осуществление видов деятельности, относительно которых есть запрет).

Все преступления постулируются совершенными преступной организацией.

Любопытный момент. Период времени, охваченный досудебным следствием, начинается с января 2013 года. Таким образом, он охватывает лишь год президентства Виктора Януковича, и больше двух лет — правления Петра Порошенко.

Итак, по мнению следователей, Онищенко, находясь на должности зампредседателя комитета ВР по вопросам топливно-энергетического комплекса, ядерной политики и ядерной безопасности, «имея полный контроль над деятельностью» предприятий ООО «Надра Геоцентр», ООО Фирма «Хас» и ООО «Карпатнедроинвест», являющимися операторами согласно договоров о совместной деятельности с ПАО «Укргаздобыча», якобы «принял решение о личном обогащении путем завладения денежными средствами» указанного выше публичного акционерного общества.

Нужно отметить формулировку о «полном контроле над деятельностью» фирм со стороны Онищенко. В чем именно этот «контроль» выражался, и чем обосновывается — никто не указал. Это просто постулируется как данность.

Для того, чтобы осуществить свой «хитрый план», Онищенко, якобы, опираясь на своих ближайших «подельников», в качестве которых следователи НАБУ назвали Валерия Постного и Инессу Кадырову, создал настоящую преступную группу, в которую также вошли: Александр Сергиенко, Сергей Свиченко, Дмитрий Кравченко, Сергей Кабаев, Евгений Быстрицкий, Юрий Смаглюк, Владимир Фисун, Марьяна Гречанюк, Никита Иванов, Олег Рябошапка, Леся Железняк, Екатерина Гарчева, Александр Канцелярук, Павел Жицкий, Василий Пигуляк, Игорь Копчук, Владислав Куприяненко и Роман Якимащенко.

Целью группировки было «незаконное завладение» средствами, полученными от реализации природного газа, добытого названными выше компаниями. Опять-таки, пока что не очень понятно, что в данном случае незаконного, если эти компании «контролируются» Онищенко. То есть, выходит, что он «завладел» собственными деньгами?

При этом, как ни странно, «вторым человеком» ОПГ названа Инесса Кадырова, без малого, — 80-летняя мать нардепа. Якобы, именно через нее он и отдавал свои «преступные приказания». Хотя не понятно, зачем нужно было привлекать к деятельности «банды» столь пожилого и близкого человека, и тем более – «отдавать» через нее указания прочим участникам группировки.

Далее, указанные в деле личности создали «внутренне и внешне стойкую, иерархическую преступную группировку», но и это ещё не все. Они якобы создали единый план преступных действий, четко распределив между собой функции.

При этом, саму группировку характеризовали: безусловный авторитет Онищенко как нардепа; подключение к осуществлению преступлений «близких родственников»; разработка особых «неформальных правил поведения» внутри группировки; иерархичность. Неясно правда, как именно он использовал свой «безусловный авторитет нардепа». Депутатским значком гипнотизировал?

Также можно обнаружить и сам «план», якобы осуществляемый данной иерархической ОПГ. В частности, он включал в себя «для избежания разоблачения и недопущения в офис проверяющих — маскировку под видом приемной народного депутата», создание «фиктивных предприятий» для закупки у ООО «Надра Геоцентр», ООО Фирма «Хас» и ООО «Карпатнедроинвест» газа по заниженной цене, поиск и подключение представителей товарных бирж для проведения фиктивных аукционов по продаже газа по заниженным ценам.

Еще два интересных пункта преступного плана: обеспечение «неформального сотрудничества» с представителями «Укргаздобычи» и НАК «Нефтегаз Украины» и «получение от ГФС Украины рассрочки налогового долга и налоговых обязательств по оплате рентных платежей.

Сказать, что подобная версия выглядит маловразумительным бредом – значит, не сказать ничего. Скорее всего, следователи просто выстроили всю свою «схему», опираясь на источник – «потолок».

В частности, в деле упомянутая выше Инесса Кадырова (мать нардепа) предстает форменным мафиози, который: «лично подчиняется лишь руководителю преступной группировки, осуществляет руководство делами подконтрольных предприятий, обеспечивает существование ОПГ, распределяет между участниками группировки функциональные обязанности, определяет направления легализации средств» и т.д.

Неплохо для пожилой женщины. Впрочем, очевидно, детективы НАБУ просто взяли перечень формальных собственников ряда предприятий, выдумали между ними определенные связи, выдумали иерархию и во главе всего этого организма «поставили» Онищенко. Сделать подобный вывод позволяет то, что во всех материалах досудебного следствия невозможно найти какое-либо подтверждение указанных там домыслов. Просто постулируются некие тезисы, но как-то обосновывать их никто не спешит.

Еще хуже – с составом преступления. Понять его, исходя из материалов дела, не представляется возможным. Онищенко обвиняют в том, что он контролировал некие структуры. Подтверждений этого «контроля» нет, как и понимания, что означает «контроль» в данном случае. Контролируя эти структуры, он якобы продавал свой газ по заниженной цене. Очевидно, по логике вещей, неся убытки. В чем преступный замысел наносить себе убытки — следователи не уточняют. Конечно, нельзя исключать и подобных вариантов, но тогда, очевидно, детективы должны были как-то внятнее обосновать «преступный замысел».

Нужно напомнить один важный аспект. В публикуемых ранее материалах, кроме названных выше, фигурировала еще и фирма «Пласт», которая, впрочем, исчезла из итогового дела.

Проблема в том, что только фирма «Пласт» на данный момент официально принадлежит Онищенко и у нее все в порядке с лицензиями и прочей документацией. Предъявить по ней нардепу нечего, а вот по другим фирмам невозможно доказать причастность к ним Онищенко. Потому и используется формулировка о «контроле» компаний.

След Кононенко и Насирова

Еще один любопытный момент заключается в косвенной причастности к «делу Онищенко» ряда лиц, близких к президенту Петру Порошенко. Прежде всего, следует упомянуть о том, что в «плане злодейств» Онищенко (по версии НАБУ) фигурирует «получение рассрочки» от Государственной фискальной службы на уплату ренты за добытый газ.

Эту тему, в частности, вынужден был затронуть в своем последнем интервью Роман Насиров, возглавляющий ГФС. Глава ГФС уверяет, что рассрочка выдавалась почти всем компаниям в газовой отрасли.

Комментируя тот факт, что Государственная фискальная служба в мае этого года предоставила компании народного депутата Александра Онищенко повторную за полгода реструктуризацию по выплатам 2 млрд гривен долга государства, несмотря на что, что компания после первой отсрочки не совершила ни одной выплаты, Насиров заявил, что не помнит, когда это было и ему нужно уточнить цифры.

«Я в день подписываю 800-900 документов, иногда больше 1000… Я стараюсь помнить все, но каждый подписанный документ или рассрочку, конкретные сроки и цифры не так-то легко прокомментировать», — аргументировал он. Правда, следом добавил, что комментировать ситуацию не может.

«Наш формат предписывает воздержание от комментариев конкретных налогоплательщиков. Просто скажу, что практически по всей газовой отрасли в течение осени-зимы мы давали рассрочки. Рассрочка предусмотрена Налоговым кодексом Украины. Дается под 36% годовых.

При этом он заверил, что рассрочка Онищенко не связана с тем, что он поддержал в Раде нужные банковой законопроекты.

Необходимо отметить, что феноменальная карьера Романа Насирова связывается с тем, что он является родственником главы Нацбанка Валерии Гонтаревой. Последняя же давно и плотно связана с президентом Петром Порошенко. Очевидно, ставили Насирова на его нынешний пост, в том числе, и для того, чтобы реализовывать политические интересы своего «покровителя» с Банковой. В том числе, и путем «правильных», с политической точки зрения, принципов налогообложения.

Впрочем, главное не это. Главное то, что нардепу Онищенко вменяется то, что он, якобы, добывал себе «рассрочку» в уплате ренты на добытый газ. Однако, рассрочку он придумывал себе не сам, а получал от уполномоченного лица — Насирова. И если в этих действиях было что-то незаконное, то, очевидно, и отвечать за это все должно именно то лицо, которое выдавало соответствующие документы.

Это, в частности, подчеркивала и нардеп Татьяна Черновол, которая является одним из самых последовательных «преследователей» Онищенко. В частности, она требует от НАБУ расследования еще и незаконных, по ее мнению, действий Насирова.

Буквально за несколько дней до появления информации по делу Онищенко Чорновол занесла в НАБУ очередное заявление на руководителя государственной фискальной службы Романа Насирова.

Там она отмечает, что Онищенко безнаказанно в течение полутора лет не платил ренту, потому что долги перед бюджетом ему реструктуризировали в ГФС. Относительно крупных сумм решение может принимать только лично руководитель — Роман Насиров. Его преступление, по словам Чорновол, состояло в том, что после очередной «росписи» долгов, фирмы Онищенко их не гасили, а наоборот, еще больше накапливали долг.

«В частности, для ООО «Надра геоцентр» в январе 2015 было реструктуризировано 1 млрд. грн. долга, за 5 месяцев в 2016 было оплачено лишь 9 тыс. грн. Это просто издевательство! Однако это не помешало Насирову подписать дополнительное рассрочки уже на 1 миллиард 460 млн. грн», — пишет нардеп.

«Как он мог это сделать, ведь речь идет о недополучении бюджетом миллиардов? Это, не иначе, как сознательное участие в преступных схемах Онищенко. Если Насирова кто-то заставлял, пусть дает показания», — считает Чорновол.

Вот только может ли кто-то представить расследование НАБУ по поводу Насирова? Пока что это выглядит фантастикой.

Еще один момент, связанный с близким «армейским другом» президента (и по совместительству – нардепом) Игорем Кононенко озвучил главный «радикал» Олег Ляшко.

Он считает, что вместе с представлением на Онищенко, в раду должно последовать аналогичное представление о снятии депутатской неприкосновенности с Кононенко.

Обосновывает свою позицию он тем, что именно Кононенко является собственником 51% акций ООО «Надра Геоцентр».

В этом контексте необходимо вспомнить, что возглавлявший компанию Укргаздобыча (до 2015 года) Сергей Костюк был весьма близок к группе Континиум (Степан Ивахив и покойный Игорь Еремеев), в тесных отношениях с которыми был и народный депутат от БПП Игорь Кононенко. Тогда все становится на свои места.

Ведь само дело по поводу Онищенко не дает ответов на вопросы, в чем именно был состав преступления, как оно осуществлялось. Более-менее внятную модель можно построить только в том случае, если вписать в схему фамилии Кононенко и Насирова. Тогда все просто. «Друг президента» делает бизнес, а «родственник ставленника президента» его прикрывает. Все просто и понятно, но в НАБУ, очевидно, это никто так сформулировать не сможет.

След Тимошенко

Любопытный момент всего происходящего заключается в том, что нардеп Онищенко был отнюдь не «чужим» для действующего президента Петра Порошенко, и был одним из немногих с правом доступа в президентский кабинет.

Кроме того, неоднократно звучали подозрения в том, что Онищенко имеет влияние на Юлию Тимошенко и ее политическую силу. В частности, он якобы отвечал за поддержку со стороны «Батькивщины» нужных Банковой законопроектов. В этом контексте не лишним будет вспомнить, что нынешний виток атаки на «нардепа-кавалериста» начался как раз после того, как Верховная Рада наконец приняла изменения в Конституцию, которые касаются т.наз. «судебной реформы». Не смотря на критические заявления со стороны самой Тимошенко, новая редакция Основного Закона была утверждена при поддержке, в том числе, и ее политической силы. И сразу после этого у Онищенко начались проблемы, которые, похоже, связаны с тем, что на Банковой его более не считают «полезным».

Сам подозреваемый в многомиллионных хищениях депутат утверждает, что следом за ним, также и другие украинские депутаты вскоре будут «если не арестованы, то привлечены к уголовному производству».

«Точно знаю, что всех инакомыслящих подвесят за крючок, каждого — по разным поводам. Потому что времени мало, а многие вопросы в стране нужно решать. Еще одна задача, которую эти товарищи перед собой ставят – у всех отобрать бизнес, чтобы не было никакого финансирования. Это я понял из общения с гонцами-вымогателями, которые не так давно приходили ко мне в гости с неприличными предложениями», — сказал Александр Онищенко.

Онищенко также сообщил, что таких депутатов около 20 человек. На вопрос, правда ли, что атака на него в конечном итоге — это удар, в том числе, и по Юлии Тимошенко, опытный политик и бизнесмен не стал ничего отрицать, но ушел от прямого ответа.

В целом, версия о «следе Тимошенко» в деле Онищенко рассматривается многими наблюдателями. В частности, ситуацию можно рассматривать в качестве своеобразной новой истории «Юлька-воровка 3». Благодаря новым уголовным делам против депутатов, Банковая может решать несколько задач: 1) создает ситуацию «выжженной земли» вокруг Юлии Тимошенко, демонстрируя влиятельным бизнесменам, что сотрудничество с оппозицией президенту может быть чревато; 2) использует ситуацию для непосредственных политических атак на оппонентов; 3) осуществляет дальнейшее давление на депутатов с целью укрепления лично преданного президенту парламентского большинства.

Наконец, существует версия, что при помощи «дела Онищенко» Тимошенко просто «принуждают к миру», или, по крайней мере, к прекращению «раскачивания ситуации».

Однако фактом является то, что обыски в деле нардепа-мажоритарщика послужили своеобразной командой «фас» для ряда «певцов режима Порошенко», и они начали «вброс» компромата на одного из самых рейтинговых политиков нынешней Украины.

Например, экс-нардеп, а ныне – лояльный Банковой «политический эксперт» Тарас Черновил прямо назвал Тимошенко «вдохновителем схем Онищенко».

Поспешил обвинить Тимошенко в связях с Онищенко и другой известный своей поддержкой Петра Порошенко комментатор – Павел Нусс.

Не вызывает сомнений, что попытки дальнейшей «привязки» Юлии Тимошенко к резонансному делу будут только нарастать.

Аресты и астрономические залоги

Тем временем, продолжались масштабные аресты «подельников Онищенко», или тех, кого таковыми назначили в НАБУ.

Обоснование для задержания 10 человек послужило то, что, якобы, определенные лица обещали подозреваемым в деле о хищении украинского газа, что в случае привлечения к уголовной ответственности они будут вывезены за пределы Украины на территорию Российской федерации.

Об этом в эфире сообщил прокурор специализированной антикоррупционной прокуратуры Владимир Кривенко. По его словам, по этой причине было принято решение установить общую сумму залога десяти подозреваемым в размере ущерба 3 млрд грн, нанесенного государству в результате разоблаченной газовой схемы. В отношении семи лиц прокуратура просит суд установить сумму залога 200 млн грн, двоим 250 млн и одному, соорганизатору преступной организации 1 млрд 600 млн грн.

Суды принимали, впрочем, разные решения в этих вопросах по каждому из фигурантов, чем не преминул возмутится Антикоррупционный прокурор Назар Холодницкий.

Например, Владиславу Куприяненко, подозреваемому в «разворовыванию газа украинской добычи» суд установил меру пресечения в виде содержания под стражей в течение двух месяцев с возможностью выйти под залог в 50 млн. грн. Аналогичный залог установлен и для Никиты Иванова. Кому-то повезло меньше – с залогом в 200 млн. грн.

По результатам рассмотрения ходатайств детективов НАБУ, согласованных с прокурорами САП, в отношении 10 фигурантов «газового дела», задержанных в ходе обысков 15 июня, избрана мера пресечения в виде содержания под стражей сроком на 60 дней.

Как сообщила пресс-службу НАБУ, суммарный размер залога составляет 1,003 млрд грн.

«По крайней мере, два постановления в ближайшее время будут оспариваться со стороны Специализированной антикоррупционной прокуратуры, поскольку суммы залога, назначенные судом, не являются соизмеримыми причиненному ущербу», — сказано в сообщении.

Тезисы об «опасности бегства в Россию» никого особо не должны вводить в заблуждение. Реальный смысл невиданных ранее в Украине сумм залога выглядит несколько иным, чем пытаются подать в НАБУ.

Как уже было указано выше, доказательная база в «газовом деле» выглядит очень слабой, и, по сути, сводится к набору определенных констатаций, что «кто-то создал ОПГ», кто-то кому-то подчинялся, кто-то строил преступные замыслы и т.д.

Доказать это все можно лишь в одном случае – если сами фигуранты дадут соответствующие показания. Потому цель следствия пока что выглядит такой – «взять» как можно больше людей и попытаться выбить у них как можно больше показаний, для чего не допускать их освобождения.

Перспективы снятия неприкосновенности

16 июня Председатель Верховной Рады Андрей Парубий поручил парламентскому комитету по вопросам регламента и организации работы безотлагательно рассмотреть представление на снятие депутатской неприкосновенности, задержание и арест депутата от группы «Воля народа» Александра Онищенко.

Позже он же заявил, что все «процедурные вопросы» в «деле Онищенко» займут порядка 10 дней, после чего парламент сможет решить вопрос о снятии неприкосновенности.

Глава «Народного фронта» в парламенте Максим Бурбак поспешил заявить, что его политическая сила будет голосовать за снятие неприкосновенности с Онищенко, но только после того, как будут улажены все «процедурные вопросы».

Комментируя представление ГПУ о разрешении на арест Онищенко Евгений Рыбчинский заявил, что в группе будут принимать решение относительно своего коллеги только после того, как увидят и изучат материалы дела: «Мы фактов пока что не видели. Дайте факты, и мы будем ориентироваться и знать… если факты будут доказаны, то вся группа проголосует за его исключение».

Вместе с тем, Рыбчинский выразил уверенность, что решение по поводу Онищенко принимается на Банковой: «Решение принимает Банковая, и это все прекрасно знают. Все прекрасно понимают, что у господина Онищенко очень мощный бизнес, и это, возможно, какие-то бизнес-разборки. Если бы это было не так, то Клюев сидел бы в тюрьме, и Ефремов сидел бы в тюрьме».

Впрочем, не смотря на столь осторожные заявление, все же кажется маловероятным, что «родная» группа «сдаст» Онищенко, и дело тут отнюдь не в эмоциях. «Воля народа» объединяет, в основном, бизнесменов-мажоритарщиков, которые привыкли играть собственные политические партии, опираясь на наличие значительных финансовых ресурсов. Очевидно, что любой из них может оказаться на месте «опального коллеги», и они это сами прекрасно понимают, а потому им совсем не нужно «терять штыки».

Еще один важный момент. На данный момент группа «Воля народа» имеет минимально-необходимое количество депутатов в своем составе – 19. Если каким-то образом Онищенко лишат неприкосновенности, то следующим этапом может быть и лишение мандата. А это означает, что группа рискует «выпасть» из политических раскладов, а, значит, и из «бюджетных торгов» в том числе. Очевидно, что этого никто не захочет допустить.

Довольно однозначно высказался по вопросу лишения неприкосновенности Онищенко один из неформальных лидеров «Оппозиционного блока» Сергей Левочкин. Он заявил, что данная политическая сила не будет голосовать в поддержку этого вопроса, поскольку считает все это «разборками во власти», которые оппозицию не касаются.

Кроме того, не стоит забывать, что параллельно развиваются еще и другие, не менее интересные уголовные дела.

Вслед за арестом приближенного к младоолигарху «режима Януковича» Сергею Курченко Андрея Кошеля, 17 июня в Киеве был задержан бывший заместитель главы правения НАК «Нефтегаз Украины» и экс-глава «Черноморнефтегаза» Александр Кацуба, который считался одним из ключевых менеджеров Курченко.

Ошарашенному Кацубе около 17.00 зачитали подозрение возле его дома в столице и одели наручники. На следующий день суд вынес решение о его аресте с возможностью внесения залога в 450 млн.грн.

Источники в Генеральной прокуратуре называют две причины.

Первая – общая политика Юрия Луценко по активизации расследования дел против «Семьи» Януковича.

Вторая причина — политическая. Группу Хомутынника или мэра Харькова Геннадия Кернеса после «Майдана» взял под опеку олигарх Игорь Коломойский. На основе бывших регионалов «под крылом у Бени» была сформирована депутатская группа «Возрождение». И Кацуба к этой когорте также принадлежал: его отец — депутат в группе «Возрождение». Активизация дела против Кацубы в сентябре 2015 года совпала с пиком противостояния Коломойского и Банковой, а его закрытие — с налаживанием отношений Коломойского и президента на почве переговоров о формировании нового правительства. И вот буквально совсем недавно сверху поступила команда снова работать по Коломойскому.

Об ухудшении отношений Коломойского и президента говорит и один из близких к олигарху людей, уточнив, что произошло оно буквально «на днях». Косвенным подтверждением этой информации можно считать недавний обыск, который провело Национальное антикоррупционное бюро (НАБУ) в офисе близкой к Коломойскому компании «Международные авиалинии Украины» (МАУ) по делу о задолженности компании перед государством в размере 150 миллионов гривен.

По неофициальной информации, Коломойский обещал Онищенко разнообразную поддержку. В том числе – за счет мощного медийного ресурса. Так что, похоже, на голоса группы «Возрождение» опальный нардеп тоже может рассчитывать.

О фракции «Батькивщина» уже было сказано выше. Но не все однозначно и с президентским «Блоком Порошенко».

Ни для кого не секрет, что давние дружеские отношения у Онищенко сложились с семейством Кличко. Нардеп, в частности, является кумом младшего брата мэра Киева – Владимира Кличко.

Это позволяет рассчитывать на поддержку около 20 «штыков» из президентской партии в парламенте.

Кроме того, ни для кого не секрет, что сейчас очень сложные отношения складываются у «Банковой» с мэром Львова Андреем Садовым, травлю которого по «мусорному делу» инициировало окружение президента.

Не сильно положительно восприняли во Львове и недавнее назначение нового прокурора области – Юрия Квятковского. В частности, прозвучавшие тогда обещания «разобраться» с местными лишь усилили неприятие и взаимное недоверие между окружением президента и лидером партии «Самопомощь», потому высока вероятность, что фракция данной партии в парламенте не будет поддерживать представление из ГПУ против Онищенко.

Потому вероятность того, что «Банковая» сможет собрать 226 голосов за лишение неприкосновенности депутата из «Воли народа», пока что кажется не очень высокой.

Контратака Онищенко

Ключевой момент «атаки на Онищенко» заключался в том, что ее инициаторы, очевидно, предполагали, что нардеп предпочтет «отсидеться заграницей», полностью развязав им руки.

17 июня 2016 года от имени Юрия Луценко его пресс-секретарь Лариса Сарган озвучила обращение к Онищенко с предложением «добровольно вернуться» в Украину, угрожая в обратном случае «применить экстрадицию из ЕС».

Самое интересное, что Онищенко очень оперативно «прислушался» к рекомендациям Генпрокурора и вечером того же дня был замечен в Киеве.

Нардеп Сергей Лещенко, комментируя произошедшее, выразил мнение, что, мол, Онищенко вернулся в день, когда заседаний парламента не планируется, и может покинуть страну, когда Рада снова заработает, и, соответственно, сможет лишить его неприкосновенности.

Однако после возвращения в Украину, Онищенко вел себя совсем не «тихо» и поспешил сделать ряд важных и громких заявлений.

Прежде всего о том, что у него вымогали взятку в размере 500 тыс. долларов в НАБУ за закрытие дела.

Сам он себя считает «украинским Ходорковским», недвусмысленно намекая, что кто-то, в свою очередь, является «украинским Путиным». Целью операции против него он назвал «уничтожение бизнеса».

В дальнейшем натиск со стороны нардепа лишь усиливался.

21 июня он лично прибыл в НАБУ на встречу с его главой Артемом Сытником. Журналистам Онищенко сказал, что не видел своего дела и не получал никаких официальных уведомлений.

От «антикоррупционеров» Онищенко публично потребовал следующее: 1) придерживаться презумпции невиновности; 2) предоставить документальные доказательства его вины.

Он напомнил, что на него оказывают «опосредованное давление», что выражается в аресте его юриста и заведении уголовного дела на мать. Нардеп добавил, что страна входит «в режим 37-го года, когда арестовывают десятками людей, сажают их в тюрьму и у всех выбиваются показания».

Прорывался нардеп в НАБУ «с боями».

После проведенного допроса, Онищенко заявил, что никаких обвинений ему не было предъявлено, а сам он не находится в статусе обвиняемого.

В ответ пресс-секретарь НАБУ Дарья Манжура парировала эти утверждения тем фактом, что, мол, они не могут проводить следственные действия до тех пор, пока не будет снята неприкосновенность с нардепа.

Впрочем, вряд ли кто-то будет отрицать то, что в НАБУ оказались явно не готовы к избранной Онищенко линии поведения, при которой он предпочел не прятаться заграницей, а осуществлять собственную активную пиар-кампанию, которая может иметь неприятные последствия для такого «пиар-ведомства» как «антикоррупционное бюро».

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— почему очередной виток «дело Онищенко» приобрело после того, как Верховная Рада успешно проголосовала изменения в Конституцию в вопросе «судебной реформы»?

— какова вероятность того, что «дело Онищенко» дойдет до суда, если на суде не могут не всплыть имена Игоря Кононенко и Романа Насирова?

— понимали ли в ГПУ, внося представление на Онищенко, насколько мала вероятность снятия неприкосновенности?

Прокурорская Правда

ТРАДИЦИИ «ТЕНЕВЫХ ПРОКУРАТУР» ОТ ПШОНКИ ДО ЛУЦЕНКОТРАДИЦИИ «ТЕНЕВЫХ ПРОКУРАТУР» ОТ ПШОНКИ ДО ЛУЦЕНКО

Иван Землянский

Со времён Генпрокурорства Виктора Пшонки «хорошим тоном» стало создание в прокуратуре неформальных структур, призванных выполнять «грязную работу» для влиятельных людей

Система, которая предполагала выделение разнообразного нелегального бизнеса в отдельную «юрисдикцию» под руководством особо доверенных лиц (детей, родственников, кумовей) практиковалась «донецкими» давно и небезуспешно. Достаточно вспомнить бизнес-империю Александра Януковича, известного в народе как «Саша-стоматолог», а также его «зиц-председателя» Сергея Курченко.

Не удивительно, что кум Януковича Виктор Пшонка после своего назначения Генпрокурором также использовал данную «патентованную» схему, чтобы правильно организовать работу «надзорного ведомства». В то время, как сам Генеральный формально занимался исключительно выполнением собственных законных полномочий, его сын – Артем, находящийся на тот момент в статусе нардепа, осуществлял неформальное руководство прокуратурой. Сфера интересов «краматорского вундеркинда» была широкой: от продажи административных должностей в прокуратуре до «крышевания» бизнеса, а также его сравнительно честного отъема.

«Сказка» закончилась с известными событиями конца 2013-2014 года, после которых семейство Пшонок было вынуждено покинуть страну. Однако идея с «теневой прокуратурой» оказалась настолько удачной, что её в том или ином виде возрождали и в «обновленной прокуратуре». Причем, кадры из офиса Артема Пшонки на Гончара также быстро нашли себя в новых реалиях. В частности, прокурор Виталий Опанасенко смог даже прослыть «младореформатором».

Во время прокурорства Виктора Шокина «теневая прокуратура» реинкарнировала в нескольких «ипостасях». В качестве таковой мы можем назвать группировку Василия Черникова, занимавшего не самый высокий пост в ГПУ, однако, благодаря личным связям с Шокиным, контролировавшим назначения в областях. Эта ОПГ, как показывают недавние события, отвечала за сбор дани с местных прокуратур, которые, в свою очередь, зарабатывали на закрытии уголовных дел.

Отдельная тема – «теневая прокуратура», подчиненная нардепу Александру Грановскому. Он курирует от имени Администрации Президента все «правоохранительные органы» (от институтов Минюста, осуществляющих экспертизы, и до судов). В прокуратуре Грановскому неформально подчинялся специально созданный департамент по расследованию и надзору в уголовных процессах в сфере государственной службы и собственности. В частности, он был замечен в выполнении многочисленных «заказов» ближайшего окружения президента.

Теневая прокуратура Пшонки

Известно, что теневой прокуратурой во времена Виктора Януковича управлял сын генпрокурора Виктора Пшонки Артем. Эта «подпольная ГПУ» зарабатывала миллиарды.

Здание, в котором еще совсем недавно находилась теневая Генпрокуратура, расположено на улице Олеся Гончара, 35. В одном из офисов этого огромного бизнес-центра, зарегистрированного на дочь Игоря Суркиса, все еще красуется вывеска общественной приемной народного депутата Артема Пшонки. Все ключевые решения по кадровым назначениям в системе прокуратуры, «наездах» на бизнесменов, а также возбуждениям и прекращениям нужных уголовных дел, принимались именно здесь.

По информации журналиста Владимира Бойко, в подвале офиса было обустроено хранилище, где Пшонка-младший якобы держал наличные и золото в слитках. В то время, когда милиция с самообороной майдана обыскала этот офис, подвал почему-то остался без внимания. Этим, по словам Бойко, воспользовалась одна из сотрудниц Пшонки, у которой был ключ от хранилища. Договорившись с инкассаторами, она буквально из-под носа милиции увела 60 млн грн и несколько десятков золотых слитков.

Как пишет Бойко, эта история всплыла из-за жадности руководителя теневой фирмы ГПУ. Оказалось, что за спасенные богатства рисковая женщина попросила у своего шефа премию, но получила отказ.

В то же время, как рассказал один из парламентских друзей Пшонки-младшего, пожелавший остаться инкогнито, сын генпрокурора и руководитель «теневой фирмы ГПУ» мог потратить на туристический тур 300 тыс. евро и хвастался, что для него миллиард наличными — вообще ничто.

Сейчас следствие проверяет версию и о том, что руководящие должности в прокуратуре могли раздавать не только по принципу лояльности. «Жирные» места якобы можно было купить: за 50 тысяч долларов – кресло следователя районной прокуратуры Киева, за 2 миллиона долларов – областного прокурора.

Самой дорогой коррупционной сделкой, по имеющейся у следствия информации, оказалась покупка должности прокурора Одесской области за 7 миллионов долларов.

Впрочем, тайный офис на Гончара зарабатывал не только на назначениях прокуроров. Предприимчивые дельцы, говорят сыщики ГПУ, получали деньги и за избавление от неугодных.

По самым скромным подсчетам, «теневая прокуратура» Пшонки-младшего за три года заработала около 5-7 млрд долларов.

О существовании тайной ГПУ было известно лишь очень узкому кругу людей, в который входили ключевые политики, бизнесмены, адвокаты и прокуроры страны. Знал об этом и бывший первый заместитель генпрокурора Ренат Кузьмин, в чем и признался журналистам. В частности, он рассказал, что «офис на Гончара, 35» действительно влиял на работу органов прокуратуры. Впрочем, как именно – Кузьмин не уточнил.

Практически все главы областных прокуратур и прокуроры Киева, за исключением 4-5 руководителей, были назначены через сына экс-главы ГПУ. Так, заместителем генпрокурора, курирующего силовые ведомства, работал давний друг и кум Пшонки-младшего Роман Андреев. Другой заместитель, Виталий Белоус, в конце 90-х трудился вместе с Артемом Пшонкой в Краматорской прокуратуре. А Наталья Марчук, до того, как возглавить прокуратуру Днепропетровской области, работала прокурором Горловки, где первым ее замом был все тот же Артем Пшонка.

Показательно, что огромное влияние у Пшонки-младшего было не только в системе прокуратуры. Преданных людей сын генпрокурора умудрялся расставлять и на ключевые должности в государственных нефтегазовых и энергетических компаниях. Благодаря этому секретной ГПУ удавалось контролировать финансовые потоки и госзакупки «Укрзализныци», «Укртрансгаза», «Укргазвидобування».

Без пристального внимания теневой ГПУ не остался и бизнес. За три года работы данной структуры схема заработка на предпринимателях была доведена до автоматизма. На первых порах собственнику приглянувшейся компании за деньги предлагали прокурорскую «крышу», и если бизнесмен соглашался, его оставляли в покое. В противном случае с помощью прокурорских проверок бизнес отбирали. И лишь некоторым предпринимателям, согласившимся уступить минимум 50% своих активов компаниям, связанным с сыном экс-генпрокурора, часть бизнеса удавалось спасти.

Одной из жертв данной схемы стал николаевский миллионер Аркадий Корнацкий, у которого умельцы теневой ГПУ пытались отобрать 16 тыс. га земли. По его словам, к нему пришел некий Олег Жигир, представился кумом Артема Пшонки и предложил для «Агрофирмы Корнацких» покровительство правоохранителей. Когда же тот отказался, против него по указке прокуратуры были брошены силы контролирующих и инспектирующих органов.

В офисе на Гончара не брезговали и весьма специфическим коррупционным заработком – сперва создавали для бизнесменов проблемы в виде прокурорских проверок, а затем, как ни в чем не бывало, предлагали их решить. Разумеется, за определенную плату. Среди «клиентов» оказалась Никопольская птицефабрика, работа которой в 2013 году была заблокирована многочисленными прокурорскими проверками. После этого руководству фабрики озвучили сумму для избавления от головной боли – $1 млн. Деньги были уплачены, проверки тут же прекратились, а уголовные дела закрыли.

Еще одним источником дохода теневой ГПУ был подпольный игорный бизнес. Только в Киеве работало несколько десятков подпольных казино. За собственную безопасность все они якобы ежемесячно отстегивали до полумиллиона долларов. А вот владельцы обычных игральных автоматов, работающих под видом интернет-кафе и лотерейных клубов, за беспрепятственную деятельность раскошеливались на $800-$1000 в месяц за один терминал.

Команда Пшонки также прикрывала от контролирующих и правоохранительных органов компании, возводившие жилые дома в Киеве якобы без отвода земли и прочих разрешительных документов. В материалах дела фигурируют десятки действующих и строящихся в Киеве жилищных комплексов, среди которых в прокуратуре называют «Жемчужина Троещины», «Сосновый бор», «Мега Сити».

Характерно, что уже после «падения» клана Пшонок, указанные выше стройки были остановлены в 2015 году как незаконные.

«Птенцы гнезда Пшонки»

Впрочем, после ухода руководства «тайной прокуратуры» как из ГПУ, так, в общем, и из страны, их подчиненные, в основном, продолжили свои успешные карьеры в различных «правоохранительных органах».

Интересна в этом контексте история прокурора Виталия Опанасенко.

После прихода в ГПУ Давида Сакварелидзе, он стал сотрудником команды «младореформаторов». Хотя ранее он участвовал в работе «теневого офиса» ведомства бывшего нардепа Артема Пшонки. В частности, при «грузинах» он был заместителем начальника отдела процессуального руководства в уголовных производствах относительно работников прокуратуры.

По информации нардепа Евгения Дейдея, в недалеком прошлом Опанасенко работал от Артема Пшонки, все в том же офисе на ул. Гончара, где проводил половину рабочего времени. Непосредственно он «замыкался» на Максима Могильницкого (бывший зампрокурора Киева, который был «смотрящим» от Артема Пшонки). После победы Майдана Опанасенко перевелся в Генеральную, и стал «бороться с коррупцией».

О «художествах» Опанасенко после того, как он стал «реформатором», уже неоднократно писала «Прокурорская правда». В частности, он особенно выделялся любовью к «красивой жизни», а потому, коллекционировал ювелирные изделия. В конечном счете, Опанасенко стал жертвой разборок «шокинских» и «грузинских», очевидно, в этот раз прогадав с теми, на кого было нужно ставить.

Упомянутый выше офис на Гончара бал некогда рабочим местом и Владимира Рыбачука — ныне занимающим руководящую должность СБУ. Это имя и ранее всплывало в новостных лентах и связано оно было с громкими делами того же «офиса имени Пшонки», в 2011-2013 фигурировавшего в делах: о попытке присвоения зерноперерабатывающего терминала — части морского порта г. Херсон; завладения участками Никитского ботанического сада; присвоения имущества ресторанов «Мак Чикен», TOB «Агрофирма Корнацких», ГП «Национальная атомная энергогенерирующая компания» Энергоатом» и многих других.

Иными словами, Рыбачук ранее занимался деятельностью, принуждавшей владельцев крупных и мелких компаний к отчуждению своей собственности в пользу третьих лиц, инициацией прекращения или открытия уголовных производств, всевозможных проверок и других действий, которые формулировались как «превышение полномочий».

Владимиру Рыбачуку уже не раз предъявлялись неофициальные обвинения в проведении нужных лиц на судейские посты, как за материальные выгоды, так и для обеспечения контроля над судебными процессами. Так же присутствуют факты содействия Рыбачука судьям, попавшимся на нарушении закона и правил ведения судебных разбирательств, таких как принятия полученных незаконным образом улик или недоказанных сведений.

Еще некоторые фамилии всплыли во время прошлогоднего конкурса в «Антикоррупционную прокуратуру», о чем тогда писала «Прокурорская правда».

Одним из кандидатов на должность руководителя Антикоррупционной прокуратуры тогда была старший помощник заместителя главы ГПУ Наталья Бабенко, которая ранее работала помощницей Романа Андреева, бывшего зама генпрокурора Виктора Пшонки. Данные факты из своей биографии сообщила сама Бабенко во время собеседования с конкурсной комиссией.

В частности, с октября 2013 по июль 2014 года Бабенко работала сначала старшим прокурором отдела обеспечения деятельности руководства ГПУ, а 18 июля 2014 года была назначена старшим помощником заместителя генпрокурора. Бывший руководитель Бабенко — Роман Андреев в октябре 2013 года был назначен заместителем Пшонки. По сообщениям СМИ, именно он якобы курировал работу «теневой прокуратуры» сына экс-главы ГПУ Артема Пшонки.

Вася «Ягодка» и его «богатыри»

Подобно всем уважающим себя «Генеральным», Виктор Шокин тоже не мог не создать в ГПУ теневую структуру, которая бы руководила важными и доходными направлениями. Курировать ее он поручил своему давнишнему другу — Василию Черникову.

Уроженец села Хорлы Херсонской области, Василий Черников начинал работу в прокуратуре Херсонщины следователем, затем сделал стремительную карьеру в ГПУ и «дорос» там до поста первого заместителя начальника Главного следственного управления — начальника управления по расследованию уголовных дел следственными органами прокуратуры.

«Прокурорская правда» уже писала, что весь период работы на Херсонщине Черникова в должности облпрокурора связан с наиболее крупными земельными скандалами и произволом ОПГ, к деятельности которой он был причастен. С оппонентами поступали просто – фабриковали дела и убирали их с пути, открывая уголовные дела.

«Крышуя» «автобусного рейдера» № 1 в Украине Владислава Дрегера, «Ягодка» получал ежемесячно 10 миллионов гривен отката.

После назначения Генеральным прокурором Виктора Шокина, Черников получил заметное влияние на назначения в прокуратурах областного уровня. Фактически, многие кадровые вопросы решались именно через это «доверенное лицо» Шокина.

Например, Сергей Попов, долго трудившийся заместителем прокурора Херсонской области, получил назначение прокурором в область Полтавскую. И до сих пор занимает этот пост.

Первым делом, он, по заведенной традиции, начал подтягивать своих людей. Например, приказом генерального прокурора Виктора Шокина от 13 октября, заместителем прокурора Полтавской области назначен Валерий Хараим. Последний является относительно новым лицом для прокурорского ведомства — в 2013 он работал на руководящих постах в структуре управления внутренней безопасности Херсонского облуправления Министерства доходов и сборов, где прославился «крышеванием» обналички.

В контексте «крышевания» конвертационных центров интересна другая, не менее знаковая фигура из числа «херсонских» — Анатолий Корж, назначенный 7 мая 2015 заместителем прокурора Киева, который остается на этом посту по сей день.

Через экс-прокурора Херсонской области Андрея Кузьменко со всей указанной выше компанией связан и нынешний прокурор Днепропетровской области Виктор Матвийчук — известная в прокурорских кругах личность. Он сделал неплохую карьеру в прокуратуре Херсонщины, вплоть до должности первого зама прокурора. В марте 2014 года пытался скрыться от люстрации в областном СБУ, но был уволен через месяц. Впрочем, после года «простоя», он снова оказался в прокуратуре и даже с «повышением».

В целом, в ГПУ сформировалась целая группировка «херсонских», «щупальца» которой вышли далеко за пределы надзорного ведомства.

«Прокурорская правда» писала, что одним из самых доходных направлений для «херсонских» было крышевание автобусных перевозок все того же Дрегера, которые осуществлялись, в том числе, и на неподконтрольную Украине территорию Донбасса.

Впрочем, всевластие Черникова держалось исключительно на его связях с экс-генпрокурором Виктором Шокиным. После ухода последнего из ведомства и «захода» Юрия Луценко, «Ягодка» оказался в числе первых кандидатур на вылет.

И сразу же зашаталась отлаженная система, о масштабах которой дает некое представление громкое «херсонское дело» мая 2016 года, когда задержанным при передаче части взятки в размере 25 тысяч долларов за закрытие ряда уголовных производств оказался прокурор Херсонской местной прокуратуры Денис Прохоренко. Карьера этого законника резко пошла вгору в середине 2000-х годов в период, когда кресло прокурора Херсонской области занимал все тот же Василий Черников.

И только последнего «попросили» из ГПУ — как Прохоренко задержали на получении взятки. Это позволяет небезосновательно предполагать, что именно «Вася-Ягодка» из ГПУ прикрывал незаконные действия Прохоренко, и, очевидно, не задаром.

Остается лишь гадать, сколько еще подобных «агентов» оставил Василий Черников на разных уровнях прокуратуры.

Нардепы и «Лысые птицы»

Как уверяет нардеп Сергей Лещенко, куратором Генеральной прокуратуры в окружении президента Петра Порошенко является нардеп Александр Грановский.

Также Грановский якобы занимается разными деликатными делами и поручениями во взаимодействии с Юрием Столярчуком, заместителем генерального прокурора.

Родился Александр Грановский в Киеве в 1979 году, окончил элитную языковую школу №86 на Круглоуниверситетской, потом изучал юриспруденцию в США и Израиле. А потом, вдруг, в 22 года становится управляющим торгово-развлекательного центра «Караван». Взлету, по некоторым данным, способствовала близость к небезызвестным Виктору Медведчуку и Григорию Суркису. Грановский был так же весьма тесно связан с когда-то дружной компанией киевских застройщиков Григорием Корогодским, Александром Меламудой, Олегом Крапивиной («Бакинский») и Валентином Исаком.

С июня 2014 года — депутат Киевского городского совета, член Постоянной комиссии по вопросам бюджета и социально-экономического развития. С ноября 2014 года народный депутат Верховной Рады Украины VIII созыва. И тут, опять-таки, помогли связи. В частности, с ближайшим другом президента Петра Порошенко – Игорем Кононенко.

Благодаря подобным связям, Грановский, фактически, становится «смотрящим» за всеми правоохранителями.

Ранее Лещенко на своей странице в Facebook также отметил, что журналисту Дмитрию Гнапу удалось сделать фото, которое доказывает связь между «смотрящим» в ГПУ от Кононенко Александром Грановским и одиозным прокурором Лысенко из группировки «Лысые птицы».

Лещенко утверждает, что Лысенко также является одним из «кураторов» «карманного» управления Генпрокуратуры «под Столярчуком».

Кроме того, по странному стечению обстоятельств, Лысенко трудился в прокуратуре Днепровского района, а в суде Днепровского района работает на «коротком поводке» судья Чаус, который арестовывал Корбана и снимал с розыска Юрия Иванющенко.

Нардеп также добавил, что с недавних пор Грановский стал главным юристом Банковой, перенимая на себя деликатные вопросы, которые раньше были в сфере ответственности зама главы АП Алексея Филатова.

По информации из источников в прокуратуре города Киева именно Александр Грановский способствовал тому, что подлежащий люстрации первый заместитель прокурора города Киева Олег Валендюк был назначен исполняющим обязанности прокурора города Киева, а о назначении нового прокурора на протяжении полутора лет даже не идет речи. Взамен за это прокуратура города Киева проявляет лояльность к интересам Александра Грановского. Именно сотрудников прокуратуры обвиняют в содействии Александру Грановскому в ситуации с ТРЦ SkyMall.

Лишь по чистой случайности были уволены прокурор прокуратуры Днепровского района города Киева Артем Тендитный и прокурор прокуратуры города Киева Сергей Лысенко после скандала с СМС — перепиской, которая доказывает о том, что прокуратура действует на стороне интересов Александра Грановского.

Журналисту удалось сфотографировать переписку прокурора Тендитного А.П. во время заседания в Днепровском райсуде. Из переписки ясно, что они решали, как будут расправляться с «неугодными им лицами».

Как видно на фотографии, переписка велась в закрытой группе «Лысые птицы» в Viber между между прокурором прокуратуры Днепровского района Киева Артемом Тендитным, старшим прокурором отдела процессуального руководства досудебным расследованием и поддержанием государственного обвинения прокуратуры Киева Сергеем Лысенко и прокурором прокуратуры Днепровского района Киева Денисом Соловьем.

При этом, сотрудник прокуратуры Днепровского района города Киева Антон Дрозд, причастный к скандальной СМС – переписке, продолжает работать и защищать интересы Александра Грановского в ТРЦ SkyMall и других вопросах.

Впрочем, и для Лысенко и Соловья все закончилось неплохо.

Как стало известно в мае 2016 года, окружной административный суд города Киева восстановил в должности скандальных прокуроров Днепровской прокуратуры

Информация об этом появилась в Едином реестре судебных решений 26.04.2015. Такое решение Суд (судья Келеберда В.И. и судья Ищук И.А.) мотивировал тем, что в момент увольнения прокуроры Лысенко и Дрозд находились «на больничном».

При этом в решении по делу Соловья, вынесенному судьей Ищуком, сказано, что «решение о привлечении к дисциплинарной ответственности недостаточно мотивировано и не соответствует степени тяжести проступка».

Кроме того, после решения судов первой инстанции ожидались апелляции от прокуратуры г. Киева и ГПУ. По делу Лысенко суд оставил апелляционную жалобу без движения. Это означает, что подготовлена она была изначально с такими недостатками, которые не позволили ее допускать к слушаниям в суде. В этом несложно обнаружить признаки умысла.

Защиту интересов Александра Грановского в деле ТРЦ SkyMall приписывают также заместителю начальника Главного следственного управления МВД Украины Григорию Мамке, который, по имеющейся информации, блокирует расследование уголовных производств, связанных с ТРЦ SkyMall. 25 декабря 2015 года губернатор Одесской области Михеил Саакашвили сообщил о том, что Григорий Мамка был уволен с занимаемой должности.

Впрочем, уже 7 апреля 2016 года Окружной административный суд Киева завершил рассмотрение дела по иску Григория Мамки, уволенного с должности заместителя начальника Главного следственного управления (ГСУ) — начальника управления Национальной полиции Украины.

Вновь о «кураторстве» Грановского над «правоохранителями» вспомнили после сюжета программы «Схемы», который появился в конце мая 2016 года.

В нем, были зафиксированы встречи Грановского с рядом должностных лиц в киевском ресторане «Инк».

В частности, это директор Киевского института судебных экспертиз при Минюсте Александр Рувин, а также Председатель Окружного административного суда г. Киева Павел Вовк.

Подобные «неформальные» встречи подтверждают имидж «куратора Грановского».

По сообщениям журналиста Натальи Седлецкой, Грановский пытался запретить публикацию информации о своих «неофициальных встречах».

«Департамент Кононенко-Грановского»

Однако наиболее известным эпизодом влияния Грановского на прокуратуру оказалась история с деятельностью департамента по расследованию и надзору в уголовных процессах в сфере государственной службы и собственности, который был создан решением Виктора Шокина 5 февраля 2016 года, и сразу получил неформальное название «департамента Кононенко-Грановского». Мотивацию образования данного подразделения ранее уже подробно анализировала «Прокурорская правда».

Начальником департамента является Владимир Гуцуляк, а куратором (как отвечающий за все следствие) -заместитель генпрокурора Юрий Столярчук. До этого Столярчук работал первым заместителем начальника Главного следственного управления Генеральной прокуратуры Украины.

Департамент создавался изначально как самостоятельная единица, которую в срочном порядке разместили в отдельном здании в городе Киеве по адресу: улица Симона Петлюры, 7/9. Хотя формально данное подразделение ГПУ и не имело никакого особого статуса либо же «автономного положения» в структуре ведомства.

Тогда же журналист Юрий Бутусов выразил мнение, что решение о создании нового подразделения в ГПУ пролоббировал бизнес-партнер Кононенко, нардеп Александр Грановский. Дескать он, как организатор многих судебных процессов и расследований, убедился, что те сотрудники ГПУ, которые соглашаются выполнять приказы по политическим делам — малокомпетентные и неграмотные люди. Закрепить в суде их процессуальные решения крайне сложно, а обжаловать или отменить — наоборот легко. Потому он создал «под себя» частную прокуратуру, в которой будут трудиться наиболее квалифицированные сотрудники.

9 февраля руководителем Департамента госсобственности Виктор Шокин назначил Владимира Гуцуляка, который не смотря на свою молодость, успел стать одиозной фигурой даже по меркам отечественной прокуратуры. Ранее он зарабатывал, закрывая уголовные производства, обеспечивая возврат арестованного имущества. На должность заместителя Гуцуляка была назначена еще одна одиозная фигура – Дмитрий Сус, который расследовал резонансные дела по известной компанией «Укргазвидобування». Начальником управления в департаменте стала Ольга Варченко, ранее «прославившаяся» организацией «кидалова« с чужим автотранспортом.

Также «Прокурорская правда» рассказывала уже об истории, как сотрудники «департамента Грановского» Владимир Гуцуляк, Дмитрий Сус, Сергей Стороженко и Владимир Рыкун смогли избежать проверки на предмет коррупционных доходов, хотя и жили явно не по средствам. Также сотрудники департамента Александр Грицай и Денис Ковин были замешаны в скандалах с рукоприкладством и управлением автомобилем в нетрезвом виде соответственно, однако все этим «избранным прокурорам» сходило с рук.

Отдельно следует коснуться темы о причинах, почему этим «элитным прокурорам» все сходило с рук. Очевидно потому, что они выполняли самые ответственные поручения от самых влиятельных людей.

По словам Сергея Лещенко, в производстве указанного «карманного» департамента, всё дело в производстве указанного «карманного» департамента. В том числе, дело Виталия Касько, которое ведет заместитель руководителя этого департамента, Дмитрий Сус. Также в данном департаменте занимаются различными уголовными производствами, где присутствует деликатный интерес или президента или его окружения».

В марте 2016 года следователи департамента занялись «Центром противодействия коррупции» — грантоедской структурой, которая раннее выступала последовательным защитником стороны «младопрокуроров» Давида Сакварелидзе и Виталия Касько в их конфликте с Генпрокурором Виктором Шокиным, о чем, в частности, упоминал нардеп Сергей Лещенко.

Далее, уже в мае 2016 года департамент оказался втянут в новый скандал — обыски в Одесской областной администрации.

26 мая Следователи Генеральной прокуратуры и столичного управления СБУ проводили обыски в кабинете и доме помощника-советника губернатора Одесской области, бывшего генконсула Грузии Теймураза Нишнианидзе, а также по месту регистрации фонда «На благо Одессы».

Следственные действия проводились в рамках нескольких уголовных производств. Так, одно из них открыто по факту незаконного возмещения налога на добавленную стоимость должностным лицам Генерального консульства Грузии в 2012-2013 годах. Согласно материалам дела, дипломаты получили почти 20 миллионов гривен за якобы приобретенные в киевских магазинах брендовые вещи и одежду.

Как утверждает нардеп Сергей Лещенко, обысками занимался все тот же «Департамент Кононенко-Грановского».

Сам Губернатор Одесской области объявил обыски попыткой запугать и скомпрометировать его команду.

Впрочем, Генпрокурор Луценко в ответ возразил, что все следственные действия проводились законно.

Уже 30 мая во время своей пресс-конференции посвященной кадровым вопросам он сказал, что «сохранил» департамент по расследованию преступлений в отношении имущества и госслужбы, который называют департаментом «Кононенко-Грановского».

Луценко заявил, что департамент потерял свой «особый статус».

По словам Луценко, Департамент будет заниматься экономическими преступлениями, в том числе и действующих чиновников. Однако все же верится с трудом, что неформальные «кураторы» ведомства вот так вот мгновенно потеряют власть и влияние.

Кроме того, беглый экс-замгенпрокурора Ренат Кузьмин думает, что у Луценко нет иного пути, кроме повторения действий своих предшественников.

В частности, один из наиболее одиозных сотрудников в истории ГПУ считает, что Юрий Луценко сделает следующее:

1. Создаст офис по подобию печально известного офиса на Гончара, 35 (где, по слухам, находилась «теневая прокуратура» Артема Пшонки и принимались заказы на устранение путем открытия уголовных производств на конкурентов — Авт.).

2. Уволит всех неугодных прокуроров и тех, кто не сможет заплатить, чтобы остаться. На их места будут назначены «нужные» люди и те, кто заплатит за должность.

3. Активизирует старые, в т. ч. прекращенные уголовные дела в отношении представителей прежней власти и бизнесменов.

4. Януковича и бывших чиновников в очередной раз объявит врагами украинского народа. Под шум громких докладов об успехах будут тихо прекращены дела в отношении тех, кто сможет заплатить.

5. Вредителями и контрреволюционерами будут объявлены неугодные власти судьи. Будет объявлено об экстренной необходимости проведения судебной реформы и увольнения всех «неправильных» служителей Фемиды.

При этом Луценко не сказал, будет ли оставаться в составе департамента следователь Дмитрий Сус, который вел дела экс-заместителя Генпрокурора Касько.

P.S. После выхода публикации на связь вышел Виталий Опанасенко, который высказал свою версию «причастности» к «офису Пшонки».

Он ссылается он на то, что работу в органах прокуратуры Украины начал в августе 2012 года, стажером. При этом, отвечал за надзор за законностью в сфере социальных выплат в прокуратуре Голосеевского района. В дальнейшем, с приходом нового прокурора Голосеевского района, он был переведен в следствие прокуратуры.

В ноябре 2013 он был откомандирован в следственную группу Следственного управления прокуратуры г. Киева, и только в 2015 году все же назначен прокурором в ГПУ, что подтверждается «объективкой» на сотрудника надзорного ведомства. Опанасенко считает, что у него, таким образом, не было ни влияния, ни веса в ГПУ, чтобы называть его «смотрящим» от Пшонки.

Кроме того, в своих обвинениях депутат Дейдей ссылается на некого Александра Пащенко, который утверждает, что Опанасенко «крышевал» его летнюю площадку. Однако «обвиняемый» называет все это клеветой, а аккаунт, с которого было сделано сообщение – фейковым.

В конечном счете, Опанасенко был уволен из ГПУ в апреле 2016 года, что стало закономерным итогом войны «клана Шокина» и «младореформаторов».

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— что поменялось в прокуратуре со времен Пшонки, если теперь работает не одна «теневая прокуратура», а несколько?

— как мог Юрий Луценко «забрать» у Грановского департамент ГПУ, который формально ему никогда и не подчинялся, и как мог лишить это подразделение Генпрокуратуры «особого статуса», если этого статуса никогда и не было?

— сколько по местным прокуратурам рассадил своих людей «куратор» Василий Черников, и сколько они ему засылали «доли» от закрытия уголовных дел?

Прокурорская ПравдаИван Землянский

Со времён Генпрокурорства Виктора Пшонки «хорошим тоном» стало создание в прокуратуре неформальных структур, призванных выполнять «грязную работу» для влиятельных людей

Система, которая предполагала выделение разнообразного нелегального бизнеса в отдельную «юрисдикцию» под руководством особо доверенных лиц (детей, родственников, кумовей) практиковалась «донецкими» давно и небезуспешно. Достаточно вспомнить бизнес-империю Александра Януковича, известного в народе как «Саша-стоматолог», а также его «зиц-председателя» Сергея Курченко.

Не удивительно, что кум Януковича Виктор Пшонка после своего назначения Генпрокурором также использовал данную «патентованную» схему, чтобы правильно организовать работу «надзорного ведомства». В то время, как сам Генеральный формально занимался исключительно выполнением собственных законных полномочий, его сын – Артем, находящийся на тот момент в статусе нардепа, осуществлял неформальное руководство прокуратурой. Сфера интересов «краматорского вундеркинда» была широкой: от продажи административных должностей в прокуратуре до «крышевания» бизнеса, а также его сравнительно честного отъема.

«Сказка» закончилась с известными событиями конца 2013-2014 года, после которых семейство Пшонок было вынуждено покинуть страну. Однако идея с «теневой прокуратурой» оказалась настолько удачной, что её в том или ином виде возрождали и в «обновленной прокуратуре». Причем, кадры из офиса Артема Пшонки на Гончара также быстро нашли себя в новых реалиях. В частности, прокурор Виталий Опанасенко смог даже прослыть «младореформатором».

Во время прокурорства Виктора Шокина «теневая прокуратура» реинкарнировала в нескольких «ипостасях». В качестве таковой мы можем назвать группировку Василия Черникова, занимавшего не самый высокий пост в ГПУ, однако, благодаря личным связям с Шокиным, контролировавшим назначения в областях. Эта ОПГ, как показывают недавние события, отвечала за сбор дани с местных прокуратур, которые, в свою очередь, зарабатывали на закрытии уголовных дел.

Отдельная тема – «теневая прокуратура», подчиненная нардепу Александру Грановскому. Он курирует от имени Администрации Президента все «правоохранительные органы» (от институтов Минюста, осуществляющих экспертизы, и до судов). В прокуратуре Грановскому неформально подчинялся специально созданный департамент по расследованию и надзору в уголовных процессах в сфере государственной службы и собственности. В частности, он был замечен в выполнении многочисленных «заказов» ближайшего окружения президента.

Теневая прокуратура Пшонки

Известно, что теневой прокуратурой во времена Виктора Януковича управлял сын генпрокурора Виктора Пшонки Артем. Эта «подпольная ГПУ» зарабатывала миллиарды.

Здание, в котором еще совсем недавно находилась теневая Генпрокуратура, расположено на улице Олеся Гончара, 35. В одном из офисов этого огромного бизнес-центра, зарегистрированного на дочь Игоря Суркиса, все еще красуется вывеска общественной приемной народного депутата Артема Пшонки. Все ключевые решения по кадровым назначениям в системе прокуратуры, «наездах» на бизнесменов, а также возбуждениям и прекращениям нужных уголовных дел, принимались именно здесь.

По информации журналиста Владимира Бойко, в подвале офиса было обустроено хранилище, где Пшонка-младший якобы держал наличные и золото в слитках. В то время, когда милиция с самообороной майдана обыскала этот офис, подвал почему-то остался без внимания. Этим, по словам Бойко, воспользовалась одна из сотрудниц Пшонки, у которой был ключ от хранилища. Договорившись с инкассаторами, она буквально из-под носа милиции увела 60 млн грн и несколько десятков золотых слитков.

Как пишет Бойко, эта история всплыла из-за жадности руководителя теневой фирмы ГПУ. Оказалось, что за спасенные богатства рисковая женщина попросила у своего шефа премию, но получила отказ.

В то же время, как рассказал один из парламентских друзей Пшонки-младшего, пожелавший остаться инкогнито, сын генпрокурора и руководитель «теневой фирмы ГПУ» мог потратить на туристический тур 300 тыс. евро и хвастался, что для него миллиард наличными — вообще ничто.

Сейчас следствие проверяет версию и о том, что руководящие должности в прокуратуре могли раздавать не только по принципу лояльности. «Жирные» места якобы можно было купить: за 50 тысяч долларов – кресло следователя районной прокуратуры Киева, за 2 миллиона долларов – областного прокурора.

Самой дорогой коррупционной сделкой, по имеющейся у следствия информации, оказалась покупка должности прокурора Одесской области за 7 миллионов долларов.

Впрочем, тайный офис на Гончара зарабатывал не только на назначениях прокуроров. Предприимчивые дельцы, говорят сыщики ГПУ, получали деньги и за избавление от неугодных.

По самым скромным подсчетам, «теневая прокуратура» Пшонки-младшего за три года заработала около 5-7 млрд долларов.

О существовании тайной ГПУ было известно лишь очень узкому кругу людей, в который входили ключевые политики, бизнесмены, адвокаты и прокуроры страны. Знал об этом и бывший первый заместитель генпрокурора Ренат Кузьмин, в чем и признался журналистам. В частности, он рассказал, что «офис на Гончара, 35» действительно влиял на работу органов прокуратуры. Впрочем, как именно – Кузьмин не уточнил.

Практически все главы областных прокуратур и прокуроры Киева, за исключением 4-5 руководителей, были назначены через сына экс-главы ГПУ. Так, заместителем генпрокурора, курирующего силовые ведомства, работал давний друг и кум Пшонки-младшего Роман Андреев. Другой заместитель, Виталий Белоус, в конце 90-х трудился вместе с Артемом Пшонкой в Краматорской прокуратуре. А Наталья Марчук, до того, как возглавить прокуратуру Днепропетровской области, работала прокурором Горловки, где первым ее замом был все тот же Артем Пшонка.

Показательно, что огромное влияние у Пшонки-младшего было не только в системе прокуратуры. Преданных людей сын генпрокурора умудрялся расставлять и на ключевые должности в государственных нефтегазовых и энергетических компаниях. Благодаря этому секретной ГПУ удавалось контролировать финансовые потоки и госзакупки «Укрзализныци», «Укртрансгаза», «Укргазвидобування».

Без пристального внимания теневой ГПУ не остался и бизнес. За три года работы данной структуры схема заработка на предпринимателях была доведена до автоматизма. На первых порах собственнику приглянувшейся компании за деньги предлагали прокурорскую «крышу», и если бизнесмен соглашался, его оставляли в покое. В противном случае с помощью прокурорских проверок бизнес отбирали. И лишь некоторым предпринимателям, согласившимся уступить минимум 50% своих активов компаниям, связанным с сыном экс-генпрокурора, часть бизнеса удавалось спасти.

Одной из жертв данной схемы стал николаевский миллионер Аркадий Корнацкий, у которого умельцы теневой ГПУ пытались отобрать 16 тыс. га земли. По его словам, к нему пришел некий Олег Жигир, представился кумом Артема Пшонки и предложил для «Агрофирмы Корнацких» покровительство правоохранителей. Когда же тот отказался, против него по указке прокуратуры были брошены силы контролирующих и инспектирующих органов.

В офисе на Гончара не брезговали и весьма специфическим коррупционным заработком – сперва создавали для бизнесменов проблемы в виде прокурорских проверок, а затем, как ни в чем не бывало, предлагали их решить. Разумеется, за определенную плату. Среди «клиентов» оказалась Никопольская птицефабрика, работа которой в 2013 году была заблокирована многочисленными прокурорскими проверками. После этого руководству фабрики озвучили сумму для избавления от головной боли – $1 млн. Деньги были уплачены, проверки тут же прекратились, а уголовные дела закрыли.

Еще одним источником дохода теневой ГПУ был подпольный игорный бизнес. Только в Киеве работало несколько десятков подпольных казино. За собственную безопасность все они якобы ежемесячно отстегивали до полумиллиона долларов. А вот владельцы обычных игральных автоматов, работающих под видом интернет-кафе и лотерейных клубов, за беспрепятственную деятельность раскошеливались на $800-$1000 в месяц за один терминал.

Команда Пшонки также прикрывала от контролирующих и правоохранительных органов компании, возводившие жилые дома в Киеве якобы без отвода земли и прочих разрешительных документов. В материалах дела фигурируют десятки действующих и строящихся в Киеве жилищных комплексов, среди которых в прокуратуре называют «Жемчужина Троещины», «Сосновый бор», «Мега Сити».

Характерно, что уже после «падения» клана Пшонок, указанные выше стройки были остановлены в 2015 году как незаконные.

«Птенцы гнезда Пшонки»

Впрочем, после ухода руководства «тайной прокуратуры» как из ГПУ, так, в общем, и из страны, их подчиненные, в основном, продолжили свои успешные карьеры в различных «правоохранительных органах».

Интересна в этом контексте история прокурора Виталия Опанасенко.

После прихода в ГПУ Давида Сакварелидзе, он стал сотрудником команды «младореформаторов». Хотя ранее он участвовал в работе «теневого офиса» ведомства бывшего нардепа Артема Пшонки. В частности, при «грузинах» он был заместителем начальника отдела процессуального руководства в уголовных производствах относительно работников прокуратуры.

По информации нардепа Евгения Дейдея, в недалеком прошлом Опанасенко работал от Артема Пшонки, все в том же офисе на ул. Гончара, где проводил половину рабочего времени. Непосредственно он «замыкался» на Максима Могильницкого (бывший зампрокурора Киева, который был «смотрящим» от Артема Пшонки). После победы Майдана Опанасенко перевелся в Генеральную, и стал «бороться с коррупцией».

О «художествах» Опанасенко после того, как он стал «реформатором», уже неоднократно писала «Прокурорская правда». В частности, он особенно выделялся любовью к «красивой жизни», а потому, коллекционировал ювелирные изделия. В конечном счете, Опанасенко стал жертвой разборок «шокинских» и «грузинских», очевидно, в этот раз прогадав с теми, на кого было нужно ставить.

Упомянутый выше офис на Гончара бал некогда рабочим местом и Владимира Рыбачука — ныне занимающим руководящую должность СБУ. Это имя и ранее всплывало в новостных лентах и связано оно было с громкими делами того же «офиса имени Пшонки», в 2011-2013 фигурировавшего в делах: о попытке присвоения зерноперерабатывающего терминала — части морского порта г. Херсон; завладения участками Никитского ботанического сада; присвоения имущества ресторанов «Мак Чикен», TOB «Агрофирма Корнацких», ГП «Национальная атомная энергогенерирующая компания» Энергоатом» и многих других.

Иными словами, Рыбачук ранее занимался деятельностью, принуждавшей владельцев крупных и мелких компаний к отчуждению своей собственности в пользу третьих лиц, инициацией прекращения или открытия уголовных производств, всевозможных проверок и других действий, которые формулировались как «превышение полномочий».

Владимиру Рыбачуку уже не раз предъявлялись неофициальные обвинения в проведении нужных лиц на судейские посты, как за материальные выгоды, так и для обеспечения контроля над судебными процессами. Так же присутствуют факты содействия Рыбачука судьям, попавшимся на нарушении закона и правил ведения судебных разбирательств, таких как принятия полученных незаконным образом улик или недоказанных сведений.

Еще некоторые фамилии всплыли во время прошлогоднего конкурса в «Антикоррупционную прокуратуру», о чем тогда писала «Прокурорская правда».

Одним из кандидатов на должность руководителя Антикоррупционной прокуратуры тогда была старший помощник заместителя главы ГПУ Наталья Бабенко, которая ранее работала помощницей Романа Андреева, бывшего зама генпрокурора Виктора Пшонки. Данные факты из своей биографии сообщила сама Бабенко во время собеседования с конкурсной комиссией.

В частности, с октября 2013 по июль 2014 года Бабенко работала сначала старшим прокурором отдела обеспечения деятельности руководства ГПУ, а 18 июля 2014 года была назначена старшим помощником заместителя генпрокурора. Бывший руководитель Бабенко — Роман Андреев в октябре 2013 года был назначен заместителем Пшонки. По сообщениям СМИ, именно он якобы курировал работу «теневой прокуратуры» сына экс-главы ГПУ Артема Пшонки.

Вася «Ягодка» и его «богатыри»

Подобно всем уважающим себя «Генеральным», Виктор Шокин тоже не мог не создать в ГПУ теневую структуру, которая бы руководила важными и доходными направлениями. Курировать ее он поручил своему давнишнему другу — Василию Черникову.

Уроженец села Хорлы Херсонской области, Василий Черников начинал работу в прокуратуре Херсонщины следователем, затем сделал стремительную карьеру в ГПУ и «дорос» там до поста первого заместителя начальника Главного следственного управления — начальника управления по расследованию уголовных дел следственными органами прокуратуры.

«Прокурорская правда» уже писала, что весь период работы на Херсонщине Черникова в должности облпрокурора связан с наиболее крупными земельными скандалами и произволом ОПГ, к деятельности которой он был причастен. С оппонентами поступали просто – фабриковали дела и убирали их с пути, открывая уголовные дела.

«Крышуя» «автобусного рейдера» № 1 в Украине Владислава Дрегера, «Ягодка» получал ежемесячно 10 миллионов гривен отката.

После назначения Генеральным прокурором Виктора Шокина, Черников получил заметное влияние на назначения в прокуратурах областного уровня. Фактически, многие кадровые вопросы решались именно через это «доверенное лицо» Шокина.

Например, Сергей Попов, долго трудившийся заместителем прокурора Херсонской области, получил назначение прокурором в область Полтавскую. И до сих пор занимает этот пост.

Первым делом, он, по заведенной традиции, начал подтягивать своих людей. Например, приказом генерального прокурора Виктора Шокина от 13 октября, заместителем прокурора Полтавской области назначен Валерий Хараим. Последний является относительно новым лицом для прокурорского ведомства — в 2013 он работал на руководящих постах в структуре управления внутренней безопасности Херсонского облуправления Министерства доходов и сборов, где прославился «крышеванием» обналички.

В контексте «крышевания» конвертационных центров интересна другая, не менее знаковая фигура из числа «херсонских» — Анатолий Корж, назначенный 7 мая 2015 заместителем прокурора Киева, который остается на этом посту по сей день.

Через экс-прокурора Херсонской области Андрея Кузьменко со всей указанной выше компанией связан и нынешний прокурор Днепропетровской области Виктор Матвийчук — известная в прокурорских кругах личность. Он сделал неплохую карьеру в прокуратуре Херсонщины, вплоть до должности первого зама прокурора. В марте 2014 года пытался скрыться от люстрации в областном СБУ, но был уволен через месяц. Впрочем, после года «простоя», он снова оказался в прокуратуре и даже с «повышением».

В целом, в ГПУ сформировалась целая группировка «херсонских», «щупальца» которой вышли далеко за пределы надзорного ведомства.

«Прокурорская правда» писала, что одним из самых доходных направлений для «херсонских» было крышевание автобусных перевозок все того же Дрегера, которые осуществлялись, в том числе, и на неподконтрольную Украине территорию Донбасса.

Впрочем, всевластие Черникова держалось исключительно на его связях с экс-генпрокурором Виктором Шокиным. После ухода последнего из ведомства и «захода» Юрия Луценко, «Ягодка» оказался в числе первых кандидатур на вылет.

И сразу же зашаталась отлаженная система, о масштабах которой дает некое представление громкое «херсонское дело» мая 2016 года, когда задержанным при передаче части взятки в размере 25 тысяч долларов за закрытие ряда уголовных производств оказался прокурор Херсонской местной прокуратуры Денис Прохоренко. Карьера этого законника резко пошла вгору в середине 2000-х годов в период, когда кресло прокурора Херсонской области занимал все тот же Василий Черников.

И только последнего «попросили» из ГПУ — как Прохоренко задержали на получении взятки. Это позволяет небезосновательно предполагать, что именно «Вася-Ягодка» из ГПУ прикрывал незаконные действия Прохоренко, и, очевидно, не задаром.

Остается лишь гадать, сколько еще подобных «агентов» оставил Василий Черников на разных уровнях прокуратуры.

Нардепы и «Лысые птицы»

Как уверяет нардеп Сергей Лещенко, куратором Генеральной прокуратуры в окружении президента Петра Порошенко является нардеп Александр Грановский.

Также Грановский якобы занимается разными деликатными делами и поручениями во взаимодействии с Юрием Столярчуком, заместителем генерального прокурора.

Родился Александр Грановский в Киеве в 1979 году, окончил элитную языковую школу №86 на Круглоуниверситетской, потом изучал юриспруденцию в США и Израиле. А потом, вдруг, в 22 года становится управляющим торгово-развлекательного центра «Караван». Взлету, по некоторым данным, способствовала близость к небезызвестным Виктору Медведчуку и Григорию Суркису. Грановский был так же весьма тесно связан с когда-то дружной компанией киевских застройщиков Григорием Корогодским, Александром Меламудой, Олегом Крапивиной («Бакинский») и Валентином Исаком.

С июня 2014 года — депутат Киевского городского совета, член Постоянной комиссии по вопросам бюджета и социально-экономического развития. С ноября 2014 года народный депутат Верховной Рады Украины VIII созыва. И тут, опять-таки, помогли связи. В частности, с ближайшим другом президента Петра Порошенко – Игорем Кононенко.

Благодаря подобным связям, Грановский, фактически, становится «смотрящим» за всеми правоохранителями.

Ранее Лещенко на своей странице в Facebook также отметил, что журналисту Дмитрию Гнапу удалось сделать фото, которое доказывает связь между «смотрящим» в ГПУ от Кононенко Александром Грановским и одиозным прокурором Лысенко из группировки «Лысые птицы».

Лещенко утверждает, что Лысенко также является одним из «кураторов» «карманного» управления Генпрокуратуры «под Столярчуком».

Кроме того, по странному стечению обстоятельств, Лысенко трудился в прокуратуре Днепровского района, а в суде Днепровского района работает на «коротком поводке» судья Чаус, который арестовывал Корбана и снимал с розыска Юрия Иванющенко.

Нардеп также добавил, что с недавних пор Грановский стал главным юристом Банковой, перенимая на себя деликатные вопросы, которые раньше были в сфере ответственности зама главы АП Алексея Филатова.

По информации из источников в прокуратуре города Киева именно Александр Грановский способствовал тому, что подлежащий люстрации первый заместитель прокурора города Киева Олег Валендюк был назначен исполняющим обязанности прокурора города Киева, а о назначении нового прокурора на протяжении полутора лет даже не идет речи. Взамен за это прокуратура города Киева проявляет лояльность к интересам Александра Грановского. Именно сотрудников прокуратуры обвиняют в содействии Александру Грановскому в ситуации с ТРЦ SkyMall.

Лишь по чистой случайности были уволены прокурор прокуратуры Днепровского района города Киева Артем Тендитный и прокурор прокуратуры города Киева Сергей Лысенко после скандала с СМС — перепиской, которая доказывает о том, что прокуратура действует на стороне интересов Александра Грановского.

Журналисту удалось сфотографировать переписку прокурора Тендитного А.П. во время заседания в Днепровском райсуде. Из переписки ясно, что они решали, как будут расправляться с «неугодными им лицами».

Как видно на фотографии, переписка велась в закрытой группе «Лысые птицы» в Viber между между прокурором прокуратуры Днепровского района Киева Артемом Тендитным, старшим прокурором отдела процессуального руководства досудебным расследованием и поддержанием государственного обвинения прокуратуры Киева Сергеем Лысенко и прокурором прокуратуры Днепровского района Киева Денисом Соловьем.

При этом, сотрудник прокуратуры Днепровского района города Киева Антон Дрозд, причастный к скандальной СМС – переписке, продолжает работать и защищать интересы Александра Грановского в ТРЦ SkyMall и других вопросах.

Впрочем, и для Лысенко и Соловья все закончилось неплохо.

Как стало известно в мае 2016 года, окружной административный суд города Киева восстановил в должности скандальных прокуроров Днепровской прокуратуры

Информация об этом появилась в Едином реестре судебных решений 26.04.2015. Такое решение Суд (судья Келеберда В.И. и судья Ищук И.А.) мотивировал тем, что в момент увольнения прокуроры Лысенко и Дрозд находились «на больничном».

При этом в решении по делу Соловья, вынесенному судьей Ищуком, сказано, что «решение о привлечении к дисциплинарной ответственности недостаточно мотивировано и не соответствует степени тяжести проступка».

Кроме того, после решения судов первой инстанции ожидались апелляции от прокуратуры г. Киева и ГПУ. По делу Лысенко суд оставил апелляционную жалобу без движения. Это означает, что подготовлена она была изначально с такими недостатками, которые не позволили ее допускать к слушаниям в суде. В этом несложно обнаружить признаки умысла.

Защиту интересов Александра Грановского в деле ТРЦ SkyMall приписывают также заместителю начальника Главного следственного управления МВД Украины Григорию Мамке, который, по имеющейся информации, блокирует расследование уголовных производств, связанных с ТРЦ SkyMall. 25 декабря 2015 года губернатор Одесской области Михеил Саакашвили сообщил о том, что Григорий Мамка был уволен с занимаемой должности.

Впрочем, уже 7 апреля 2016 года Окружной административный суд Киева завершил рассмотрение дела по иску Григория Мамки, уволенного с должности заместителя начальника Главного следственного управления (ГСУ) — начальника управления Национальной полиции Украины.

Вновь о «кураторстве» Грановского над «правоохранителями» вспомнили после сюжета программы «Схемы», который появился в конце мая 2016 года.

В нем, были зафиксированы встречи Грановского с рядом должностных лиц в киевском ресторане «Инк».

В частности, это директор Киевского института судебных экспертиз при Минюсте Александр Рувин, а также Председатель Окружного административного суда г. Киева Павел Вовк.

Подобные «неформальные» встречи подтверждают имидж «куратора Грановского».

По сообщениям журналиста Натальи Седлецкой, Грановский пытался запретить публикацию информации о своих «неофициальных встречах».

«Департамент Кононенко-Грановского»

Однако наиболее известным эпизодом влияния Грановского на прокуратуру оказалась история с деятельностью департамента по расследованию и надзору в уголовных процессах в сфере государственной службы и собственности, который был создан решением Виктора Шокина 5 февраля 2016 года, и сразу получил неформальное название «департамента Кононенко-Грановского». Мотивацию образования данного подразделения ранее уже подробно анализировала «Прокурорская правда».

Начальником департамента является Владимир Гуцуляк, а куратором (как отвечающий за все следствие) -заместитель генпрокурора Юрий Столярчук. До этого Столярчук работал первым заместителем начальника Главного следственного управления Генеральной прокуратуры Украины.

Департамент создавался изначально как самостоятельная единица, которую в срочном порядке разместили в отдельном здании в городе Киеве по адресу: улица Симона Петлюры, 7/9. Хотя формально данное подразделение ГПУ и не имело никакого особого статуса либо же «автономного положения» в структуре ведомства.

Тогда же журналист Юрий Бутусов выразил мнение, что решение о создании нового подразделения в ГПУ пролоббировал бизнес-партнер Кононенко, нардеп Александр Грановский. Дескать он, как организатор многих судебных процессов и расследований, убедился, что те сотрудники ГПУ, которые соглашаются выполнять приказы по политическим делам — малокомпетентные и неграмотные люди. Закрепить в суде их процессуальные решения крайне сложно, а обжаловать или отменить — наоборот легко. Потому он создал «под себя» частную прокуратуру, в которой будут трудиться наиболее квалифицированные сотрудники.

9 февраля руководителем Департамента госсобственности Виктор Шокин назначил Владимира Гуцуляка, который не смотря на свою молодость, успел стать одиозной фигурой даже по меркам отечественной прокуратуры. Ранее он зарабатывал, закрывая уголовные производства, обеспечивая возврат арестованного имущества. На должность заместителя Гуцуляка была назначена еще одна одиозная фигура – Дмитрий Сус, который расследовал резонансные дела по известной компанией «Укргазвидобування». Начальником управления в департаменте стала Ольга Варченко, ранее «прославившаяся» организацией «кидалова« с чужим автотранспортом.

Также «Прокурорская правда» рассказывала уже об истории, как сотрудники «департамента Грановского» Владимир Гуцуляк, Дмитрий Сус, Сергей Стороженко и Владимир Рыкун смогли избежать проверки на предмет коррупционных доходов, хотя и жили явно не по средствам. Также сотрудники департамента Александр Грицай и Денис Ковин были замешаны в скандалах с рукоприкладством и управлением автомобилем в нетрезвом виде соответственно, однако все этим «избранным прокурорам» сходило с рук.

Отдельно следует коснуться темы о причинах, почему этим «элитным прокурорам» все сходило с рук. Очевидно потому, что они выполняли самые ответственные поручения от самых влиятельных людей.

По словам Сергея Лещенко, в производстве указанного «карманного» департамента, всё дело в производстве указанного «карманного» департамента. В том числе, дело Виталия Касько, которое ведет заместитель руководителя этого департамента, Дмитрий Сус. Также в данном департаменте занимаются различными уголовными производствами, где присутствует деликатный интерес или президента или его окружения».

В марте 2016 года следователи департамента занялись «Центром противодействия коррупции» — грантоедской структурой, которая раннее выступала последовательным защитником стороны «младопрокуроров» Давида Сакварелидзе и Виталия Касько в их конфликте с Генпрокурором Виктором Шокиным, о чем, в частности, упоминал нардеп Сергей Лещенко.

Далее, уже в мае 2016 года департамент оказался втянут в новый скандал — обыски в Одесской областной администрации.

26 мая Следователи Генеральной прокуратуры и столичного управления СБУ проводили обыски в кабинете и доме помощника-советника губернатора Одесской области, бывшего генконсула Грузии Теймураза Нишнианидзе, а также по месту регистрации фонда «На благо Одессы».

Следственные действия проводились в рамках нескольких уголовных производств. Так, одно из них открыто по факту незаконного возмещения налога на добавленную стоимость должностным лицам Генерального консульства Грузии в 2012-2013 годах. Согласно материалам дела, дипломаты получили почти 20 миллионов гривен за якобы приобретенные в киевских магазинах брендовые вещи и одежду.

Как утверждает нардеп Сергей Лещенко, обысками занимался все тот же «Департамент Кононенко-Грановского».

Сам Губернатор Одесской области объявил обыски попыткой запугать и скомпрометировать его команду.

Впрочем, Генпрокурор Луценко в ответ возразил, что все следственные действия проводились законно.

Уже 30 мая во время своей пресс-конференции посвященной кадровым вопросам он сказал, что «сохранил» департамент по расследованию преступлений в отношении имущества и госслужбы, который называют департаментом «Кононенко-Грановского».

Луценко заявил, что департамент потерял свой «особый статус».

По словам Луценко, Департамент будет заниматься экономическими преступлениями, в том числе и действующих чиновников. Однако все же верится с трудом, что неформальные «кураторы» ведомства вот так вот мгновенно потеряют власть и влияние.

Кроме того, беглый экс-замгенпрокурора Ренат Кузьмин думает, что у Луценко нет иного пути, кроме повторения действий своих предшественников.

В частности, один из наиболее одиозных сотрудников в истории ГПУ считает, что Юрий Луценко сделает следующее:

1. Создаст офис по подобию печально известного офиса на Гончара, 35 (где, по слухам, находилась «теневая прокуратура» Артема Пшонки и принимались заказы на устранение путем открытия уголовных производств на конкурентов — Авт.).

2. Уволит всех неугодных прокуроров и тех, кто не сможет заплатить, чтобы остаться. На их места будут назначены «нужные» люди и те, кто заплатит за должность.

3. Активизирует старые, в т. ч. прекращенные уголовные дела в отношении представителей прежней власти и бизнесменов.

4. Януковича и бывших чиновников в очередной раз объявит врагами украинского народа. Под шум громких докладов об успехах будут тихо прекращены дела в отношении тех, кто сможет заплатить.

5. Вредителями и контрреволюционерами будут объявлены неугодные власти судьи. Будет объявлено об экстренной необходимости проведения судебной реформы и увольнения всех «неправильных» служителей Фемиды.

При этом Луценко не сказал, будет ли оставаться в составе департамента следователь Дмитрий Сус, который вел дела экс-заместителя Генпрокурора Касько.

P.S. После выхода публикации на связь вышел Виталий Опанасенко, который высказал свою версию «причастности» к «офису Пшонки».

Он ссылается он на то, что работу в органах прокуратуры Украины начал в августе 2012 года, стажером. При этом, отвечал за надзор за законностью в сфере социальных выплат в прокуратуре Голосеевского района. В дальнейшем, с приходом нового прокурора Голосеевского района, он был переведен в следствие прокуратуры.

В ноябре 2013 он был откомандирован в следственную группу Следственного управления прокуратуры г. Киева, и только в 2015 году все же назначен прокурором в ГПУ, что подтверждается «объективкой» на сотрудника надзорного ведомства. Опанасенко считает, что у него, таким образом, не было ни влияния, ни веса в ГПУ, чтобы называть его «смотрящим» от Пшонки.

Кроме того, в своих обвинениях депутат Дейдей ссылается на некого Александра Пащенко, который утверждает, что Опанасенко «крышевал» его летнюю площадку. Однако «обвиняемый» называет все это клеветой, а аккаунт, с которого было сделано сообщение – фейковым.

В конечном счете, Опанасенко был уволен из ГПУ в апреле 2016 года, что стало закономерным итогом войны «клана Шокина» и «младореформаторов».

Исходя из изложенного выше, у «Прокурорской правды» возникло несколько вопросов:

— что поменялось в прокуратуре со времен Пшонки, если теперь работает не одна «теневая прокуратура», а несколько?

— как мог Юрий Луценко «забрать» у Грановского департамент ГПУ, который формально ему никогда и не подчинялся, и как мог лишить это подразделение Генпрокуратуры «особого статуса», если этого статуса никогда и не было?

— сколько по местным прокуратурам рассадил своих людей «куратор» Василий Черников, и сколько они ему засылали «доли» от закрытия уголовных дел?

Прокурорская Правда