ОЧЕРЕДНАЯ ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ КАТАСТРОФА РОССИИ: США РАЗОРВАЛИ КОНТАКТЫ С РФ ПО СИРИИОЧЕРЕДНАЯ ДИПЛОМАТИЧЕСКАЯ КАТАСТРОФА РОССИИ: США РАЗОРВАЛИ КОНТАКТЫ С РФ ПО СИРИИ

Юрий Бутусов

Вторжение в Украину стало для Путина капканом: вместо легкого блицкрига и захвата Украины Россия получила войну с большими потерями и отсутствием результатов. На РФ обрушились санкции Запада.

Чтобы выйти из пике, Путин решил спровоцировать Запад на переговоры и уступки по Украине за счет новой военной авантюры — вторжения в Сирию. Расчет был очевиден: поддержав Асада, Россия хотела вынудить США начать переговоры с Путиным и добиться согласия на вывод российских войск в обмен на признание Западом оккупации Крыма и смягчение позиции по санкциям, а оптимально — на хотя бы частичную их отмену. То есть Путин захотел принудить Америку к дружбе, показав, что если с ним не будут дружить, он способен еще много чего разбомбить и многие тысячи людей убить.

И вот пресс-секретарь президента США заявил: «Соединенным Штатам и России больше нечего обсуждать с точки зрения соглашения по Сирии. Это трагично для сирийского народа».

В переводе с дипломатического: размена не будет, и вступать в переговоры по Сирии под угрозой шантажа Америка не собирается. Цель российского вторжения в Сирию, таким образом, утрачена. Все оказалось зря. Никаких переговоров — будет еще одна горячая точка, в которой будут сгорать материальные ресурсы РФ, военнослужащие, политические позиции и соглашения.

Определять дальнейшую стратегию США по Сирии будет уже новый президент США. Но администрация демократов свое отношение к Путину высказала однозначно.

В ответ на мощнейший нокаут от Белого дома Путин, чтобы сохранить лицо перед своим собственным народом и своими прислужниками за границей, решил нанести «ответный удар». И заявил о прекращении соглашения о передаче российского оружейного плутония в США. Мол, раз не хотите с нами договариваться, тогда мы снова напомним миру, что у неадекватного политического руководства РФ в руках ядерная дубинка.

Два года Путин и все российские СМИ убеждали весь мир, что санкции США против России — это благо, это укрепление своей промышленности, это импортозамещение, это расцвет российской науки и технологий. Два года убеждали, что «контрсанкции» — запрет на импорт иностранного продовольствия и товаров — очень выгодны. Два года хвалили Путина за решительные меры в борьбе с Западом, который вот-вот приползет на коленях и сам все отменит, и сам будет умолять, чтобы восстановить связи с Россией.

А теперь бац — и Путин потребовал от США немедленно отменить санкции и «компенсировать ущерб от «контрсанкций»! А иначе Россия не будет передавать в США на утилизацию оружейный плутоний. Ужас! Программа ядерного разоружения остановлена!

Но простите, а кто кому должен платить компенсацию? Ведь санкции и контрсанкции были неимоверно полезны для РФ.

Россия требует от «тупых проклятых пиндосов»:

«отказа Соединенных Штатов Америки от недружественной политики в отношении Российской Федерации, который должен выражаться:

а) в отмене закона Соединенных Штатов Америки 2012 года («закон Сергея Магнитского») и направленных против России положений закона Соединенных Штатов Америки 2014 года о поддержке свободы Украины;

б) в отмене всех санкций, введенных Соединенными Штатами Америки в отношении отдельных субъектов Российской Федерации, российских юридических и физических лиц;

в) в компенсации ущерба, понесенного Российской Федерацией в результате введения санкций, указанных в подпункте «б» настоящего пункта, включая потери от введения вынужденных контрсанкций в отношении Соединенных Штатов Америки».

Этот жест отчаяния должен показать, что РФ якобы боксирует в одной весовой категории со сверхдержавой. Тоже кому-то грозит и чего-то требует. На самом деле все это постановка, фарс.

Если бы Путин захотел по-настоящему разорвать отношения с Западом, то, прежде всего, РФ вывела бы российские государственные активы из США, где они инвестированы в государственные ценные бумаги.

Если бы Путин хотел воевать против Америки и Евросоюза, то российская элита не проживала бы в Европе и США, не покупала бы там недвижимость, не выводила бы туда капиталы, не устраивала там своих детей.

Цензор.Нет
Юрий Бутусов

Вторжение в Украину стало для Путина капканом: вместо легкого блицкрига и захвата Украины Россия получила войну с большими потерями и отсутствием результатов. На РФ обрушились санкции Запада.

Чтобы выйти из пике, Путин решил спровоцировать Запад на переговоры и уступки по Украине за счет новой военной авантюры — вторжения в Сирию. Расчет был очевиден: поддержав Асада, Россия хотела вынудить США начать переговоры с Путиным и добиться согласия на вывод российских войск в обмен на признание Западом оккупации Крыма и смягчение позиции по санкциям, а оптимально — на хотя бы частичную их отмену. То есть Путин захотел принудить Америку к дружбе, показав, что если с ним не будут дружить, он способен еще много чего разбомбить и многие тысячи людей убить.

И вот пресс-секретарь президента США заявил: «Соединенным Штатам и России больше нечего обсуждать с точки зрения соглашения по Сирии. Это трагично для сирийского народа».

В переводе с дипломатического: размена не будет, и вступать в переговоры по Сирии под угрозой шантажа Америка не собирается. Цель российского вторжения в Сирию, таким образом, утрачена. Все оказалось зря. Никаких переговоров — будет еще одна горячая точка, в которой будут сгорать материальные ресурсы РФ, военнослужащие, политические позиции и соглашения.

Определять дальнейшую стратегию США по Сирии будет уже новый президент США. Но администрация демократов свое отношение к Путину высказала однозначно.

В ответ на мощнейший нокаут от Белого дома Путин, чтобы сохранить лицо перед своим собственным народом и своими прислужниками за границей, решил нанести «ответный удар». И заявил о прекращении соглашения о передаче российского оружейного плутония в США. Мол, раз не хотите с нами договариваться, тогда мы снова напомним миру, что у неадекватного политического руководства РФ в руках ядерная дубинка.

Два года Путин и все российские СМИ убеждали весь мир, что санкции США против России — это благо, это укрепление своей промышленности, это импортозамещение, это расцвет российской науки и технологий. Два года убеждали, что «контрсанкции» — запрет на импорт иностранного продовольствия и товаров — очень выгодны. Два года хвалили Путина за решительные меры в борьбе с Западом, который вот-вот приползет на коленях и сам все отменит, и сам будет умолять, чтобы восстановить связи с Россией.

А теперь бац — и Путин потребовал от США немедленно отменить санкции и «компенсировать ущерб от «контрсанкций»! А иначе Россия не будет передавать в США на утилизацию оружейный плутоний. Ужас! Программа ядерного разоружения остановлена!

Но простите, а кто кому должен платить компенсацию? Ведь санкции и контрсанкции были неимоверно полезны для РФ.

Россия требует от «тупых проклятых пиндосов»:

«отказа Соединенных Штатов Америки от недружественной политики в отношении Российской Федерации, который должен выражаться:

а) в отмене закона Соединенных Штатов Америки 2012 года («закон Сергея Магнитского») и направленных против России положений закона Соединенных Штатов Америки 2014 года о поддержке свободы Украины;

б) в отмене всех санкций, введенных Соединенными Штатами Америки в отношении отдельных субъектов Российской Федерации, российских юридических и физических лиц;

в) в компенсации ущерба, понесенного Российской Федерацией в результате введения санкций, указанных в подпункте «б» настоящего пункта, включая потери от введения вынужденных контрсанкций в отношении Соединенных Штатов Америки».

Этот жест отчаяния должен показать, что РФ якобы боксирует в одной весовой категории со сверхдержавой. Тоже кому-то грозит и чего-то требует. На самом деле все это постановка, фарс.

Если бы Путин захотел по-настоящему разорвать отношения с Западом, то, прежде всего, РФ вывела бы российские государственные активы из США, где они инвестированы в государственные ценные бумаги.

Если бы Путин хотел воевать против Америки и Евросоюза, то российская элита не проживала бы в Европе и США, не покупала бы там недвижимость, не выводила бы туда капиталы, не устраивала там своих детей.

Цензор.Нет

Война с Украиной приведет к изоляции России и добьет российскую экономикуВойна с Украиной приведет к изоляции России и добьет российскую экономику

Леонид Радзиховский

Российский журналист считает, что Порошенко не мог отдать приказ организовать «диверсию» в Крыму

В воскресенье 7 августа российские пограничники приостановили доступ на пропускных пунктах на админгранице Украины с Крымом. 10 августа Москва официально объяснила это тем, что Украина будто бы дважды пыталась забросить в Крым диверсионно-разведывательные группы. ФСБ также отчиталась о поимке «агентов украинской разведки» с украинскими и российскими паспортами. В Украине такие обвинения называют провокацией и поводом для очередных угроз в адрес государства. 11 августа Петр Порошенко поручил привести в повышенную боевую готовность все подразделения в районах админграницы с Крымом и на Донбассе. Впрочем, российский журналист и публицист Леонид Радзиховский полагает, что до большой войны дело не дойдет, потому что она не будет популярной среди граждан РФ, окончательно добьет российскую экономику и быстро загонит страну в изоляцию.

Украина — понятие растяжимое. Как мне кажется, вероятность того, что Порошенко отдал приказ провести теракт в Крыму, равна нулю: ему это абсолютно незачем. Если выяснится и будет доказано, что это действительно сделала Украина, Порошенко может пойти и застрелиться. Поскольку этим самым он абсолютно уничтожает моральный капитал Украины в глазах Запада. Западные партнеры Украины скажут: «ну знаете, ребята, что вы воруете кредиты, мы уже привыкли, но если вы еще и терактами занимаетесь на наши деньги — это уж извините!» Разбирайтесь, мол, с Россией сами. Порошенко — нормальный человек, и он прекрасно понимает, что было бы именно так. Поэтому абсолютно безумный приказ устроить теракт он отдать не мог.

Могли ли это делать какие-то чудики с украинской стороны? Наверное, могли — в Украине много самостийных военных образований, которые не пойми чем занимаются.

А может быть, как многие пишут, это какие-то местные инициативщики. Ведь говорят, что это была драка или стрельба с какими-то дезертирами. Или же это были какие-то отмороженные украинские патриоты в Крыму, которые непонятно зачем это делали. Теперь появилась версия, что это совершалось для того, чтобы распугать туристов. Это ведь бред сумасшедшего!

Россия, сваливая все на Украину, поднимает ставки, как в любой карточной игре. «Минск» стоит, санкции с Путина не снимают, выполнять Минские договоренности — то есть закрывать границу — президент не хочет. Почему не хочет, понять невозможно, но не хочет — хоть тресни. Значит, у него остается такой ход: раздуть эту историю, сказать, что в Минск не поедет, раз «Украина себя так ведет». Но понятно, что Меркель и компания крайне заинтересованны в том, чтобы «Минск» продолжался: они на это поставили свою репутацию и имеют с этого дивиденды.

Если Путин упрется, так сказать, с основанием, весьма вероятно, что Меркель и компания начнут в этой ситуации его уговаривать: «ну нет, ну как же, приезжайте!» Он скажет: «хорошо, приеду, но я с этого должен что-то поиметь — давите на Украину сильнее. Или отмените санкции, дорогие друзья». Не имеет никакого значения, что «Минск» юридически никак с Крымом не связан. Логика совершенно проста: «я, Владимир Путин, с террористами и бандитами за один стол не сяду».

Шансы, что Запад в связи с отказом вступать в переговоры усилит санкции против России, равны нулю. Впрочем, как и на то, что снимет санкции. Конечно, это может произойти в том случае, если Россия предъявит настоящие доказательства того, что это была террористическая диверсионная группа, заброшенная из Украины. И уже никого не будет интересовать, действовала ли группа лично по приказу Порошенко, или его обманули сумасшедшие из Генштаба и работали за его спиной. Сколько ни повторяй, что Крым принадлежит Украине, — это опять-же не будет никого волновать, поскольку де-факто это уже давно территория другого государства. В Европе сейчас отношение к терактам совершенно однозначное. Но если доказательств, что диверсии устроила Украина, Россия не предоставит, никакого эффекта вся эта болтовня иметь не будет.

С тем, что было в Польше — в Гляйвице — перед началом Второй мировой, ничего общего я не вижу. Тогда была инсценировка, через несколько часов после которой «совершенно случайно оказавшийся рядом Вермахт» всеми силами набросился на Польшу и уничтожил ее. С момента событий в Крыму прошло три или четыре дня, а никто ни на кого не напал, никто никуда не стрелял. С точки зрения здравого смысла, России сейчас вообще незачем нападать на Украину. Эта война приведет к изоляции РФ, добьет российскую экономику, будет дико непопулярной в России, потому что никто не понимает, зачем воевать с Украиной — время военного психоза давно прошло. А самое главное: у такой войны нет никакой цели. Допустим, расчленят Украину, присоединят какие-то куски. А что с ними делать?!

В 2013 году была совершенно другая ситуация. Во-первых, Крым — не Украина. Это тяжелый психоз российского и украинского общества. Никому не нужный несчастный Крым был элементом национального помешательства в России. Все тряслись, что «Крым у русских забрали» — глупейшая фраза, которая на самом деле ничего не означает. Тем не менее она была очень популярна. Но и в Украине трясутся. Никакие ее другие куски никто в России своими не считает. Во-вторых, в 2013-2014 годах Путин считал, что его кинули. Тогда договаривались о ЕврАзЭСе (Евразийском экономическом сообществе, — «Апостроф»), а его будто бы развели и обманули. И поэтому подумал: «ну, получите!» В-третьих, когда он в 2013-2014 годах все это начинал, он не знал, какой будет международная реакция. Теперь он это знает. И такая реакция ему безусловно неприятна. Вот по всем этим причинам он и не собирается нападать на Украину.

АпострофЛеонид Радзиховский

Российский журналист считает, что Порошенко не мог отдать приказ организовать «диверсию» в Крыму

В воскресенье 7 августа российские пограничники приостановили доступ на пропускных пунктах на админгранице Украины с Крымом. 10 августа Москва официально объяснила это тем, что Украина будто бы дважды пыталась забросить в Крым диверсионно-разведывательные группы. ФСБ также отчиталась о поимке «агентов украинской разведки» с украинскими и российскими паспортами. В Украине такие обвинения называют провокацией и поводом для очередных угроз в адрес государства. 11 августа Петр Порошенко поручил привести в повышенную боевую готовность все подразделения в районах админграницы с Крымом и на Донбассе. Впрочем, российский журналист и публицист Леонид Радзиховский полагает, что до большой войны дело не дойдет, потому что она не будет популярной среди граждан РФ, окончательно добьет российскую экономику и быстро загонит страну в изоляцию.

Украина — понятие растяжимое. Как мне кажется, вероятность того, что Порошенко отдал приказ провести теракт в Крыму, равна нулю: ему это абсолютно незачем. Если выяснится и будет доказано, что это действительно сделала Украина, Порошенко может пойти и застрелиться. Поскольку этим самым он абсолютно уничтожает моральный капитал Украины в глазах Запада. Западные партнеры Украины скажут: «ну знаете, ребята, что вы воруете кредиты, мы уже привыкли, но если вы еще и терактами занимаетесь на наши деньги — это уж извините!» Разбирайтесь, мол, с Россией сами. Порошенко — нормальный человек, и он прекрасно понимает, что было бы именно так. Поэтому абсолютно безумный приказ устроить теракт он отдать не мог.

Могли ли это делать какие-то чудики с украинской стороны? Наверное, могли — в Украине много самостийных военных образований, которые не пойми чем занимаются.

А может быть, как многие пишут, это какие-то местные инициативщики. Ведь говорят, что это была драка или стрельба с какими-то дезертирами. Или же это были какие-то отмороженные украинские патриоты в Крыму, которые непонятно зачем это делали. Теперь появилась версия, что это совершалось для того, чтобы распугать туристов. Это ведь бред сумасшедшего!

Россия, сваливая все на Украину, поднимает ставки, как в любой карточной игре. «Минск» стоит, санкции с Путина не снимают, выполнять Минские договоренности — то есть закрывать границу — президент не хочет. Почему не хочет, понять невозможно, но не хочет — хоть тресни. Значит, у него остается такой ход: раздуть эту историю, сказать, что в Минск не поедет, раз «Украина себя так ведет». Но понятно, что Меркель и компания крайне заинтересованны в том, чтобы «Минск» продолжался: они на это поставили свою репутацию и имеют с этого дивиденды.

Если Путин упрется, так сказать, с основанием, весьма вероятно, что Меркель и компания начнут в этой ситуации его уговаривать: «ну нет, ну как же, приезжайте!» Он скажет: «хорошо, приеду, но я с этого должен что-то поиметь — давите на Украину сильнее. Или отмените санкции, дорогие друзья». Не имеет никакого значения, что «Минск» юридически никак с Крымом не связан. Логика совершенно проста: «я, Владимир Путин, с террористами и бандитами за один стол не сяду».

Шансы, что Запад в связи с отказом вступать в переговоры усилит санкции против России, равны нулю. Впрочем, как и на то, что снимет санкции. Конечно, это может произойти в том случае, если Россия предъявит настоящие доказательства того, что это была террористическая диверсионная группа, заброшенная из Украины. И уже никого не будет интересовать, действовала ли группа лично по приказу Порошенко, или его обманули сумасшедшие из Генштаба и работали за его спиной. Сколько ни повторяй, что Крым принадлежит Украине, — это опять-же не будет никого волновать, поскольку де-факто это уже давно территория другого государства. В Европе сейчас отношение к терактам совершенно однозначное. Но если доказательств, что диверсии устроила Украина, Россия не предоставит, никакого эффекта вся эта болтовня иметь не будет.

С тем, что было в Польше — в Гляйвице — перед началом Второй мировой, ничего общего я не вижу. Тогда была инсценировка, через несколько часов после которой «совершенно случайно оказавшийся рядом Вермахт» всеми силами набросился на Польшу и уничтожил ее. С момента событий в Крыму прошло три или четыре дня, а никто ни на кого не напал, никто никуда не стрелял. С точки зрения здравого смысла, России сейчас вообще незачем нападать на Украину. Эта война приведет к изоляции РФ, добьет российскую экономику, будет дико непопулярной в России, потому что никто не понимает, зачем воевать с Украиной — время военного психоза давно прошло. А самое главное: у такой войны нет никакой цели. Допустим, расчленят Украину, присоединят какие-то куски. А что с ними делать?!

В 2013 году была совершенно другая ситуация. Во-первых, Крым — не Украина. Это тяжелый психоз российского и украинского общества. Никому не нужный несчастный Крым был элементом национального помешательства в России. Все тряслись, что «Крым у русских забрали» — глупейшая фраза, которая на самом деле ничего не означает. Тем не менее она была очень популярна. Но и в Украине трясутся. Никакие ее другие куски никто в России своими не считает. Во-вторых, в 2013-2014 годах Путин считал, что его кинули. Тогда договаривались о ЕврАзЭСе (Евразийском экономическом сообществе, — «Апостроф»), а его будто бы развели и обманули. И поэтому подумал: «ну, получите!» В-третьих, когда он в 2013-2014 годах все это начинал, он не знал, какой будет международная реакция. Теперь он это знает. И такая реакция ему безусловно неприятна. Вот по всем этим причинам он и не собирается нападать на Украину.

Апостроф

Над Россией рока нетНад Россией рока нет

Юрий Сафронов

Юрий Шевчук — о безумном времени, которому нужны другие звуки

Шевчук не хотел давать интервью. Он от них устал, они отнимают время у музыки, они не несут объема. И они — о политике.

Полчаса до парижского концерта, он ходит по узкому коридору, ведущему к гримерке старого театра, напевает свежий мотив. «Я сейчас заканчиваю тур по Европе — строчки почему-то не идут, а мелодии рождаются. Вышел на балкон — курить в гостинице нельзя, на балконе тоже нельзя, — закурил, кофеек, вдали — ржавый фаллос Эйфелевой башни, жизнерадостные туристы, полицейские и террористы нежатся на солнце, весна… и вдруг мелодия какая-то удивительная».

«А интервью — что интервью — мало толку, сейчас говорят все, и большинство друг друга не слышат. А погружение человека в музыку помогает восприятию слова, тем более что песни, надеюсь, более выверены, ведь над ними месяцами работаешь».

Напевает свежий мотив. Но вообще выглядит немного уставшим. Тринадцатый концерт тура. А тут еще этот разговор, во время которого известно же о чем спросят:

— Я думал, что я сойду с ума от этой трагедии: Россия—Украина. Беда. Я пытаюсь что-то делать, но наблюдать общую беспомощность мира перед выходом на эту новую «историческую арену»… тоска. И эти свинцовые шторы пока не раздвинуть… Поэтому я перестал «искрить интеллектом». Я понял, что должен все это пережить, перелопатить в душе своей и найти какие-то ответы на проклятые вопросы. Наверное, в 14-м и 15-м годах художник — если я им являюсь — победил во мне оратора.

— Может, пойдем уже? — вступает музыкант Артем Мамай.

— Думаешь?

— Люди собрались.

Шевчук встает:

— Скажу главное, чтобы потом не забыть. Всех пленных на всех пленных надо менять. И как можно скорее. Вот это действительно будет шаг в сторону мира… Забить на амбиции… Савченко отпустить, Александрова и Ерофеева… Всех.

Программа «Акустика», на сцене трое: Юрий Шевчук, Алексей Федичев — гитара, Артем Мамай — любые другие инструменты. Полуквартирник-полуконцерт. Стихи и песни.

— Мы акустику играем, потому что мне кажется, что сейчас необходим этот уровень беседы, — объясняет Шевчук после концерта в гримерке. — Мне рок, вернее рев этот, разонравился. Нет, конечно, иногда нужны какие-то энергетические вспышки, мы без этого не можем, но рок уже не та музыка, которая адекватна нашему времени. Сейчас нужен Жак Брель, Ne me quitte pas.

Посыл такой: музыка должна помочь нам успокоиться и обрести потерянную нормальность.

— Время сейчас крутейшее, — продолжает Шевчук. — Я об этом написал несколько песен, но не понимаю, как их стилистически объединить. Наверное, это говорит о том, что время больше нас самих. Оно кипит в нас. Оно настоящее. Ты сейчас можешь за секунду стать героем или подонком. Можешь очутиться в любом положении.

Величие нашего времени в том, что вопросы, которые оно задает, — смертельны.

На сцене — старая песня про то, как начинало вызревать тесто того времени, которое сейчас выходит из берегов:

После о случившемся долго будут врать. / Расскажет ли комиссия, как трудно умирать. / Кто из нас ровесники, кто герой, кто чмо. / Капитан Колесников пишет нам письмо.

И еще одна, новая:

— Песня называется «Реальность», — говорит Шевчук зрителям. — Реальность. Реальность. А мы любим мифологию. Мифологию. Мы любим смотреть ее по Первому каналу и по второму. (Смех в зале.) Лежишь себе на диване, пивасик, мифология, все хорошо, никакой реальности. Итак, про наши отношения с этой достаточно нервной барышней:

…Мы убийственно безгреховны, наши желанья просты. / Единственное, так бы хотелось, чтобы нас полюбила ты.

* * *

Но «она ухмыльнулась, передернув затвор, и мы отползли назад».

* * *

Про то, что реальность может выйти к нам в роли актрисы-«русской весны», Шевчук говорил еще в июне 2008-го. Прилюдно спрашивал у одного телеведущего, теоретика собирания земель: «Вы на что заводите народ, на войну? Я был на всех локальных войнах… Насмотрелся (по горло)… И что вы предлагаете? Пойти войной на Украину, на Грузию?»

Так он предупреждал о нынешней реальности, которая тогда мало у кого могла поместиться в башке.

— Я все-таки знал, где мы живем. И никаких иллюзий по поводу этой власти у меня никогда не было. И в нулевые я не радовался вместе со всеми, что у нас все хорошо. Иногда был в отчаянии. Не буду говорить, что я какой-то экстрасенс, но было же понятно и видно, куда это все катится.

Теперь непонятно, как из этого выходить:

— Народ завели страшно, конечно. Об этом говорят все, так что в этом случае я буду повторяться, а повторяться мне не интересно. Причем, ты знаешь, завели со всех сторон. И в Киеве достаточно циников у власти. Я зимой был там. «Слава Украине! Слава Украине!» А у нас: «Слава России! Слава России!»

Я думаю, нам до славы — и украинцам, и россиянам — лет сто: когда наши простые люди будут жить нормально. А пока народ как жил хреново, так и живет. И в России, и на Украине. Мы вообще очень похожи. И нам долго из этого дерьма выгребать.
Выбираться можно через прощение и любовь. Иначе вряд ли выйдет:

— Любая истина, сказанная без любви, — есть ложь. Апостол Павел еще сказал. Я столько раз это на своей шкуре испытывал, в своей душе, жизни… Всем нам не хватает любви. И мне не хватает любви, ужасно не хватает.

— Как мы будем устанавливать любовь между Россией и Украиной?

— Не знаю, это просто необходимо, хотя любовь не устанавливают. Она либо приходит, либо нет. Ну как ее можно установить, старик? Это что, Конституция?

— Если пропаганда установила ненависть, наверное, она способна вернуть какую-то часть любви.

— Как сказать… «Пропаганда установила ненависть» — согласен… Но не думаю, что она настолько всесильна, как некоторые считают… И народ у нас не пропащий.

— Он такой инфантильный немножко, да?

— Он просто немножко устал думать. Не то что бы устал… есть доверчивость равнодушия… Он выживает, и у него нет сил верить в добро, потому что уже много лет наше чувство справедливости совершенно не сочетается с реальной жизнью.

Приводит строчку из новой песни «Звезда»:

Кому нужна ты в суете?
Нам светят лампочки стальные,
И не печалься, остальные
Прекрасно видят в темноте…

* * *

После концерта уходим из гримерки, и мы вчетвером — с нами Мария Дмитриева, которая занималась организацией концерта, и Елена Серветтаз, журналистка RFI, — идем искать кафе на соседней площади Республики. Кафе называется «Таверна», мы берем «вино дня» почти на всю ночь, Шевчук вспоминает первую войну, которая его перепахала… Голодных мальчишек, посланных умирать. Чудовищные следы раздолбайства и равнодушия. Нынешнего министра обороны, тогда приезжавшего в роли спасателя: он в Чечне был «хорошим человеком, который мог стесняться».

Потом Шевчук вспоминает про главный в жизни концерт:

— В 96-м мы играли в Чечне концерт мира. Написали письма Лебедю и Яндарбиеву, главная тема была — освобождение пленных… Это не очень тогда получилось, но концерт состоялся. Представляешь, стадион в Грозном. Справа сидели наши с «калашами» и гранатометами, а слева — чеченцы. И мы пели «Не стреляй в воробьев!..». Мне было не то что страшно… Любой чих — и могла быть пальба. А на поле выбежали дети — чеченцы, русские. Наше будущее… Чумазые. Танцевали. Радовались. И когда я их увидел, я понял, что мы все правильно сделали.

Я бы сейчас на Украине тоже устроил такой концерт. Обменяли бы пленных. Но стороны не готовы… Видимо, не все еще устали от ненависти и крови.

* * *

Робко, но настойчиво на соседний столик приземлилась группа почитателей ЮЮ. Одна из них, светловолосая девушка «студентка Сорбонны» лет сорока, уехавшая из России 15 лет назад, долго признавалась в любви, говорила «какая честь». Иногда употребляла заумные слова — например, «прострактное». Или: «Ельцин пропил страну».

Но Шевчук, он ведь такой большой, что объединяет совершенно разных людей, и каждый находит в песнях какой-то свой смысл: «Это я сегодня громче всех кричала: «Родина!» — говорит почитательница. И добавляет: — Юрий, у меня отец живет в Нижнем Новгороде. Он лично знает Путина… Мой отец — хозяин фабрики.

— Дай бог ему здоровья…—Шевчук улыбается.

— Путин приезжал к нему на фабрику. Когда Олимпиада или что-то, заказывают в администрации у него матрешки, сувениры…

— Ну, нормальный тренд! — говорит Шевчук одобрительно. — Кому-то хорошо у нас живется.

— Когда Путин приезжает, жена моего отца в восторге. Она говорит: такого шарма я у мужчины еще не видела.

— Прелесть, — отвечает Шевчук.

— Юрий, перестаньте, arret! — улыбается студентка Сорбонны. И спрашивает:

— Но вы же довольны тем, что сейчас в России происходит?

— Нет, я не доволен, — говорит Юрий.

— Но вы, кажется, всегда были недовольны.

— А вы довольны? В стране сажают в тюрьмы несогласных… — начал ЮЮ, но его перебили:

— …Я скажу вам как студентка исторического факультета Сорбонны. Всю нашу историю российскую мы испытываем репрессии. Мы не можем жить по-другому.

— Вы живете в Париже, — говорит Шевчук. — Вам здесь легче испытывать репрессии нашего государства. А нам в России не легче… Потому что просто нам не легче и все… Случай недавно был, в Германии на концерте: один весьма подвыпивший молодец доставал долго криками: «Родину» давай!!!» Я ему и говорю: «Хорошо, поехали с нами…» Зал грохнул, а он замолчал и растворился…

* * *

Чуть раньше Шевчук рассказывал, как ему предлагали пойти в политику — и сама власть, и «либералы».

— Двое хороших людей из оппозиции приехали ко мне в Репино и часов 6 уговаривали: «Старик, давай, у тебя хороший имидж, ты нигде ничего не украл, нигде не облажался… Мы тебя сначала в депутаты, а потом на президента выдвинем». Представляете, сидишь ты в одиночестве на берегу Балтийского моря, что-то сочиняешь — и вдруг… говорят: все, старик, идешь в политику. И ты в недоумении. Тебя не понимают. И говоришь: какая политика, ребята? У меня, дурака, новый альбом. Называется: «Иначе».

* * *

Шевчук вспоминает, как в 96-м ему предлагали петь в туре «Голосуй, или проиграешь» за 120 тысяч долларов.

— Взамен нужно было спеть одну песню… «Осень»…в пяти городах. Хотя тогда жрать было нечего, я сказал нет. Меня еще потом обзывали по-разному. Говорили: «Ты предаешь демократию». Конечно, мне было не наплевать. Но я помнил женщин, детей, парней, которых убили в 95-м в Чечне. Они до сих пор мне снятся. Они погибали абсолютно безропотно, как часто в России это бывает. Они погибали, не понимая, почему и зачем. И я не мог играть за эту власть, положившую тысячи людей. Я вообще никогда ни за какую власть не играл и не буду.

Впрочем, иногда власть настоятельно рекомендует обратное — то есть именно что не играть.

— Я перед самой перестройкой сидел в уфимском КГБ. В пять утра тебя забирают и поехали: сутки допроса. Они подсовывали мне бумагу: ты, Юрий, напиши, что больше не будешь петь песен и отрекаешься от написанных. Мне грозила серьезная статья за антисоветчину и религиозную пропаганду — это, по-моему, до 3-х лет отсидки плюс 6 лет удержания в гражданских правах… Ты сидишь и думаешь: подписать — и все, пошел домой, а не подписать — никто не знает, куда ты пойдешь. Я все же отказался. Но меня выпустили, потому что люди Уфы стали собирать подписи в мою защиту.

К сожалению, из-за меня пострадало много человек — увольнение с работы, административное наказание… Ведь когда подписывались, оставляли по наивности свои адреса… И потом мне один гэбэшник говорил: «Юрий, народ за вас, к сожалению. Так бы мы вас запаковали нах…»

— И сейчас, наверное, такой же расклад… (Общий смех.)

— Наверное. Я помню, как я, третьеклассник, шел по весенней улице в Нальчике после того, как меня приняли в пионеры. С красным галстуком на груди. Я его лично нагладил… И шел с такой мыслью, что я самый крутой. Что страна самая крутая. Что завтра уже коммунизм… И вот навстречу три хулигана.

Они говорят: «Тряпку сними». Я в ответ: «Какую тряпку?!» Была серьезная драка, получил по полной… Еле дополз до дома. А мама, суровая колымская женщина, говорит мне: «Ну что, сынок, получил за идеологию?» (Общий смех.) А я за этот галстук дрался, как герой. Я грыз их зубами… эх, мифология…
* * *

— Знаете, буддисты говорят, что если твои слова рождают ненависть, значит, ты неправильно сформулировал свою мысль. Недодумал.

Необходимо искать новые рифмы, чтобы выразить это время, войну и мир, светлое в темном у наших соотечественников, которых сейчас рвет в разные стороны. Я мучительно ищу ключ к любому сердцу, к черствому, убитому жизнью сердцу. Мне это сейчас кажется самым важным.

Ведь очень много хороших людей у нас. Из них пытаются сделать злых. Нам необходимо найти чистую ноту, которая бы противостояла этой рекламе бесчеловечности. С абсолютным пониманием того, сколько говна присутствует в этой жизни в данный момент. Ну и вчера его было много. И завтра будет достаточно. Но все-таки очень важно не добавлять зла в этот мир, не позволить мракобесам довести эту бесконечную борьбу до апокалипсиса.

Пытаться объяснить козлу: «Ну ты же хороший, блин, останься человеком». И если он не блеет, это уже немало, это огромная победа. Что еще… Людей убивать я не умею. Революции делать — тоже. Могу поддержать хорошего парня… Могу не поддержать… (Смеется.)

* * *

Тут Шевчук вспоминает протесты 2011—2012:

— Ребята стояли неровно. Многие красовались: мля, мне, мня… Шубки, губки… другой уровень должен был быть… Когда я приехал на Болотную, посмотрел на это все, то понял, что сдохнет эта харизма через два месяца. Но я там пел при этом. Потому что хотел поддержать хороших ребят.

А потом наступили праздники, и многие хорошие ребята уехали на лыжах кататься. Один очень хороший парень мне сказал: ну надо отдохнуть… Повоевали, значит. А эти два месяца решали все. Так что перелома не произошло не потому, что народ плохой, а потому что многие лидеры были мажоры…

* * *

Кафе закрылось, мы стоим на балконе шевчуковского номера с видом на площадь Республики. Французы долго дрались за свою драгоценную республику, за свои либерте-эгалите-фратерните, но Юра надеется, что нам столько не придется:

— Я думаю, что Россия все-таки выползет из этой тени. Она в сумрачной зоне. Я помню, на Колыме метель, пурга, руку раскрываешь — не видно пальцев. Вот у нас сейчас такое же время. Метель. Молоко. В этом молоке ты можешь потеряться. Ты 50 метров не дойдешь до другого дома. Но куда мы денемся — все прекратится и выйдем на свет. Потом — небольшие судороги гражданских родов — и будет солнце. Просто важно делать то, что ты должен. Искать свое место, ловить свой ветер в паруса, не подстраиваться и не пристраиваться, говорить о том, что тебя волнует, не врать, не подвергать себя цензуре, не прятаться в камуфляж «ников», чтобы тебя никто не нашел… Делай что должен, и будь что будет, но я верю в то, что будет не очень плохо. Потому что люди в основном хорошие, любящие, но просто не все про это знают (смеется). А мы им это пытаемся объяснить. Не уверен, но, кажется, иногда получается. Эх, опять всех учить жить начал…

На этих словах мы добавили в стаканы вина.

* * *

— Я вчера очень долго ходил по Парижу, ноги отваливались, поймал машину, а за рулем была таксистка Женевьева. Разговорились на ломаном английском. Я говорю: а я люблю Бреля. Я Бреля обож-жа-ю, блин… Не ме кита па. Она взяла и на своем айфоне поставила его записи, и мы с ней так и чесали до Монмартра, где мои друзья, французские музыканты, живут… И во все горло пели. И я был счастлив. И она была счастлива. Я рассказывал ей о Питере. Она меня учила французскому языку. Я учил ее русскому. И так минут за сорок мы доехали до Монмартра. И это было мое лучшее воспоминание о Париже. Женевьева, такси, Брель… И был кайф. Мне кажется, что мы преодолеем все пробки… Конечно, это не только от нас зависит… от политики на дворе, от нашего мироощущения, ценностей. Я делюсь своим. Вы — своим. Нас сегодня делят. Все сегодня делится. Завтра будет делиться. И так — пока не сдохнем… или не объединимся на основе… угадайте с трех раз.

Новая ГазетаЮрий Сафронов

Юрий Шевчук — о безумном времени, которому нужны другие звуки

Шевчук не хотел давать интервью. Он от них устал, они отнимают время у музыки, они не несут объема. И они — о политике.

Полчаса до парижского концерта, он ходит по узкому коридору, ведущему к гримерке старого театра, напевает свежий мотив. «Я сейчас заканчиваю тур по Европе — строчки почему-то не идут, а мелодии рождаются. Вышел на балкон — курить в гостинице нельзя, на балконе тоже нельзя, — закурил, кофеек, вдали — ржавый фаллос Эйфелевой башни, жизнерадостные туристы, полицейские и террористы нежатся на солнце, весна… и вдруг мелодия какая-то удивительная».

«А интервью — что интервью — мало толку, сейчас говорят все, и большинство друг друга не слышат. А погружение человека в музыку помогает восприятию слова, тем более что песни, надеюсь, более выверены, ведь над ними месяцами работаешь».

Напевает свежий мотив. Но вообще выглядит немного уставшим. Тринадцатый концерт тура. А тут еще этот разговор, во время которого известно же о чем спросят:

— Я думал, что я сойду с ума от этой трагедии: Россия—Украина. Беда. Я пытаюсь что-то делать, но наблюдать общую беспомощность мира перед выходом на эту новую «историческую арену»… тоска. И эти свинцовые шторы пока не раздвинуть… Поэтому я перестал «искрить интеллектом». Я понял, что должен все это пережить, перелопатить в душе своей и найти какие-то ответы на проклятые вопросы. Наверное, в 14-м и 15-м годах художник — если я им являюсь — победил во мне оратора.

— Может, пойдем уже? — вступает музыкант Артем Мамай.

— Думаешь?

— Люди собрались.

Шевчук встает:

— Скажу главное, чтобы потом не забыть. Всех пленных на всех пленных надо менять. И как можно скорее. Вот это действительно будет шаг в сторону мира… Забить на амбиции… Савченко отпустить, Александрова и Ерофеева… Всех.

Программа «Акустика», на сцене трое: Юрий Шевчук, Алексей Федичев — гитара, Артем Мамай — любые другие инструменты. Полуквартирник-полуконцерт. Стихи и песни.

— Мы акустику играем, потому что мне кажется, что сейчас необходим этот уровень беседы, — объясняет Шевчук после концерта в гримерке. — Мне рок, вернее рев этот, разонравился. Нет, конечно, иногда нужны какие-то энергетические вспышки, мы без этого не можем, но рок уже не та музыка, которая адекватна нашему времени. Сейчас нужен Жак Брель, Ne me quitte pas.

Посыл такой: музыка должна помочь нам успокоиться и обрести потерянную нормальность.

— Время сейчас крутейшее, — продолжает Шевчук. — Я об этом написал несколько песен, но не понимаю, как их стилистически объединить. Наверное, это говорит о том, что время больше нас самих. Оно кипит в нас. Оно настоящее. Ты сейчас можешь за секунду стать героем или подонком. Можешь очутиться в любом положении.

Величие нашего времени в том, что вопросы, которые оно задает, — смертельны.

На сцене — старая песня про то, как начинало вызревать тесто того времени, которое сейчас выходит из берегов:

После о случившемся долго будут врать. / Расскажет ли комиссия, как трудно умирать. / Кто из нас ровесники, кто герой, кто чмо. / Капитан Колесников пишет нам письмо.

И еще одна, новая:

— Песня называется «Реальность», — говорит Шевчук зрителям. — Реальность. Реальность. А мы любим мифологию. Мифологию. Мы любим смотреть ее по Первому каналу и по второму. (Смех в зале.) Лежишь себе на диване, пивасик, мифология, все хорошо, никакой реальности. Итак, про наши отношения с этой достаточно нервной барышней:

…Мы убийственно безгреховны, наши желанья просты. / Единственное, так бы хотелось, чтобы нас полюбила ты.

* * *

Но «она ухмыльнулась, передернув затвор, и мы отползли назад».

* * *

Про то, что реальность может выйти к нам в роли актрисы-«русской весны», Шевчук говорил еще в июне 2008-го. Прилюдно спрашивал у одного телеведущего, теоретика собирания земель: «Вы на что заводите народ, на войну? Я был на всех локальных войнах… Насмотрелся (по горло)… И что вы предлагаете? Пойти войной на Украину, на Грузию?»

Так он предупреждал о нынешней реальности, которая тогда мало у кого могла поместиться в башке.

— Я все-таки знал, где мы живем. И никаких иллюзий по поводу этой власти у меня никогда не было. И в нулевые я не радовался вместе со всеми, что у нас все хорошо. Иногда был в отчаянии. Не буду говорить, что я какой-то экстрасенс, но было же понятно и видно, куда это все катится.

Теперь непонятно, как из этого выходить:

— Народ завели страшно, конечно. Об этом говорят все, так что в этом случае я буду повторяться, а повторяться мне не интересно. Причем, ты знаешь, завели со всех сторон. И в Киеве достаточно циников у власти. Я зимой был там. «Слава Украине! Слава Украине!» А у нас: «Слава России! Слава России!»

Я думаю, нам до славы — и украинцам, и россиянам — лет сто: когда наши простые люди будут жить нормально. А пока народ как жил хреново, так и живет. И в России, и на Украине. Мы вообще очень похожи. И нам долго из этого дерьма выгребать.
Выбираться можно через прощение и любовь. Иначе вряд ли выйдет:

— Любая истина, сказанная без любви, — есть ложь. Апостол Павел еще сказал. Я столько раз это на своей шкуре испытывал, в своей душе, жизни… Всем нам не хватает любви. И мне не хватает любви, ужасно не хватает.

— Как мы будем устанавливать любовь между Россией и Украиной?

— Не знаю, это просто необходимо, хотя любовь не устанавливают. Она либо приходит, либо нет. Ну как ее можно установить, старик? Это что, Конституция?

— Если пропаганда установила ненависть, наверное, она способна вернуть какую-то часть любви.

— Как сказать… «Пропаганда установила ненависть» — согласен… Но не думаю, что она настолько всесильна, как некоторые считают… И народ у нас не пропащий.

— Он такой инфантильный немножко, да?

— Он просто немножко устал думать. Не то что бы устал… есть доверчивость равнодушия… Он выживает, и у него нет сил верить в добро, потому что уже много лет наше чувство справедливости совершенно не сочетается с реальной жизнью.

Приводит строчку из новой песни «Звезда»:

Кому нужна ты в суете?
Нам светят лампочки стальные,
И не печалься, остальные
Прекрасно видят в темноте…

* * *

После концерта уходим из гримерки, и мы вчетвером — с нами Мария Дмитриева, которая занималась организацией концерта, и Елена Серветтаз, журналистка RFI, — идем искать кафе на соседней площади Республики. Кафе называется «Таверна», мы берем «вино дня» почти на всю ночь, Шевчук вспоминает первую войну, которая его перепахала… Голодных мальчишек, посланных умирать. Чудовищные следы раздолбайства и равнодушия. Нынешнего министра обороны, тогда приезжавшего в роли спасателя: он в Чечне был «хорошим человеком, который мог стесняться».

Потом Шевчук вспоминает про главный в жизни концерт:

— В 96-м мы играли в Чечне концерт мира. Написали письма Лебедю и Яндарбиеву, главная тема была — освобождение пленных… Это не очень тогда получилось, но концерт состоялся. Представляешь, стадион в Грозном. Справа сидели наши с «калашами» и гранатометами, а слева — чеченцы. И мы пели «Не стреляй в воробьев!..». Мне было не то что страшно… Любой чих — и могла быть пальба. А на поле выбежали дети — чеченцы, русские. Наше будущее… Чумазые. Танцевали. Радовались. И когда я их увидел, я понял, что мы все правильно сделали.

Я бы сейчас на Украине тоже устроил такой концерт. Обменяли бы пленных. Но стороны не готовы… Видимо, не все еще устали от ненависти и крови.

* * *

Робко, но настойчиво на соседний столик приземлилась группа почитателей ЮЮ. Одна из них, светловолосая девушка «студентка Сорбонны» лет сорока, уехавшая из России 15 лет назад, долго признавалась в любви, говорила «какая честь». Иногда употребляла заумные слова — например, «прострактное». Или: «Ельцин пропил страну».

Но Шевчук, он ведь такой большой, что объединяет совершенно разных людей, и каждый находит в песнях какой-то свой смысл: «Это я сегодня громче всех кричала: «Родина!» — говорит почитательница. И добавляет: — Юрий, у меня отец живет в Нижнем Новгороде. Он лично знает Путина… Мой отец — хозяин фабрики.

— Дай бог ему здоровья…—Шевчук улыбается.

— Путин приезжал к нему на фабрику. Когда Олимпиада или что-то, заказывают в администрации у него матрешки, сувениры…

— Ну, нормальный тренд! — говорит Шевчук одобрительно. — Кому-то хорошо у нас живется.

— Когда Путин приезжает, жена моего отца в восторге. Она говорит: такого шарма я у мужчины еще не видела.

— Прелесть, — отвечает Шевчук.

— Юрий, перестаньте, arret! — улыбается студентка Сорбонны. И спрашивает:

— Но вы же довольны тем, что сейчас в России происходит?

— Нет, я не доволен, — говорит Юрий.

— Но вы, кажется, всегда были недовольны.

— А вы довольны? В стране сажают в тюрьмы несогласных… — начал ЮЮ, но его перебили:

— …Я скажу вам как студентка исторического факультета Сорбонны. Всю нашу историю российскую мы испытываем репрессии. Мы не можем жить по-другому.

— Вы живете в Париже, — говорит Шевчук. — Вам здесь легче испытывать репрессии нашего государства. А нам в России не легче… Потому что просто нам не легче и все… Случай недавно был, в Германии на концерте: один весьма подвыпивший молодец доставал долго криками: «Родину» давай!!!» Я ему и говорю: «Хорошо, поехали с нами…» Зал грохнул, а он замолчал и растворился…

* * *

Чуть раньше Шевчук рассказывал, как ему предлагали пойти в политику — и сама власть, и «либералы».

— Двое хороших людей из оппозиции приехали ко мне в Репино и часов 6 уговаривали: «Старик, давай, у тебя хороший имидж, ты нигде ничего не украл, нигде не облажался… Мы тебя сначала в депутаты, а потом на президента выдвинем». Представляете, сидишь ты в одиночестве на берегу Балтийского моря, что-то сочиняешь — и вдруг… говорят: все, старик, идешь в политику. И ты в недоумении. Тебя не понимают. И говоришь: какая политика, ребята? У меня, дурака, новый альбом. Называется: «Иначе».

* * *

Шевчук вспоминает, как в 96-м ему предлагали петь в туре «Голосуй, или проиграешь» за 120 тысяч долларов.

— Взамен нужно было спеть одну песню… «Осень»…в пяти городах. Хотя тогда жрать было нечего, я сказал нет. Меня еще потом обзывали по-разному. Говорили: «Ты предаешь демократию». Конечно, мне было не наплевать. Но я помнил женщин, детей, парней, которых убили в 95-м в Чечне. Они до сих пор мне снятся. Они погибали абсолютно безропотно, как часто в России это бывает. Они погибали, не понимая, почему и зачем. И я не мог играть за эту власть, положившую тысячи людей. Я вообще никогда ни за какую власть не играл и не буду.

Впрочем, иногда власть настоятельно рекомендует обратное — то есть именно что не играть.

— Я перед самой перестройкой сидел в уфимском КГБ. В пять утра тебя забирают и поехали: сутки допроса. Они подсовывали мне бумагу: ты, Юрий, напиши, что больше не будешь петь песен и отрекаешься от написанных. Мне грозила серьезная статья за антисоветчину и религиозную пропаганду — это, по-моему, до 3-х лет отсидки плюс 6 лет удержания в гражданских правах… Ты сидишь и думаешь: подписать — и все, пошел домой, а не подписать — никто не знает, куда ты пойдешь. Я все же отказался. Но меня выпустили, потому что люди Уфы стали собирать подписи в мою защиту.

К сожалению, из-за меня пострадало много человек — увольнение с работы, административное наказание… Ведь когда подписывались, оставляли по наивности свои адреса… И потом мне один гэбэшник говорил: «Юрий, народ за вас, к сожалению. Так бы мы вас запаковали нах…»

— И сейчас, наверное, такой же расклад… (Общий смех.)

— Наверное. Я помню, как я, третьеклассник, шел по весенней улице в Нальчике после того, как меня приняли в пионеры. С красным галстуком на груди. Я его лично нагладил… И шел с такой мыслью, что я самый крутой. Что страна самая крутая. Что завтра уже коммунизм… И вот навстречу три хулигана.

Они говорят: «Тряпку сними». Я в ответ: «Какую тряпку?!» Была серьезная драка, получил по полной… Еле дополз до дома. А мама, суровая колымская женщина, говорит мне: «Ну что, сынок, получил за идеологию?» (Общий смех.) А я за этот галстук дрался, как герой. Я грыз их зубами… эх, мифология…
* * *

— Знаете, буддисты говорят, что если твои слова рождают ненависть, значит, ты неправильно сформулировал свою мысль. Недодумал.

Необходимо искать новые рифмы, чтобы выразить это время, войну и мир, светлое в темном у наших соотечественников, которых сейчас рвет в разные стороны. Я мучительно ищу ключ к любому сердцу, к черствому, убитому жизнью сердцу. Мне это сейчас кажется самым важным.

Ведь очень много хороших людей у нас. Из них пытаются сделать злых. Нам необходимо найти чистую ноту, которая бы противостояла этой рекламе бесчеловечности. С абсолютным пониманием того, сколько говна присутствует в этой жизни в данный момент. Ну и вчера его было много. И завтра будет достаточно. Но все-таки очень важно не добавлять зла в этот мир, не позволить мракобесам довести эту бесконечную борьбу до апокалипсиса.

Пытаться объяснить козлу: «Ну ты же хороший, блин, останься человеком». И если он не блеет, это уже немало, это огромная победа. Что еще… Людей убивать я не умею. Революции делать — тоже. Могу поддержать хорошего парня… Могу не поддержать… (Смеется.)

* * *

Тут Шевчук вспоминает протесты 2011—2012:

— Ребята стояли неровно. Многие красовались: мля, мне, мня… Шубки, губки… другой уровень должен был быть… Когда я приехал на Болотную, посмотрел на это все, то понял, что сдохнет эта харизма через два месяца. Но я там пел при этом. Потому что хотел поддержать хороших ребят.

А потом наступили праздники, и многие хорошие ребята уехали на лыжах кататься. Один очень хороший парень мне сказал: ну надо отдохнуть… Повоевали, значит. А эти два месяца решали все. Так что перелома не произошло не потому, что народ плохой, а потому что многие лидеры были мажоры…

* * *

Кафе закрылось, мы стоим на балконе шевчуковского номера с видом на площадь Республики. Французы долго дрались за свою драгоценную республику, за свои либерте-эгалите-фратерните, но Юра надеется, что нам столько не придется:

— Я думаю, что Россия все-таки выползет из этой тени. Она в сумрачной зоне. Я помню, на Колыме метель, пурга, руку раскрываешь — не видно пальцев. Вот у нас сейчас такое же время. Метель. Молоко. В этом молоке ты можешь потеряться. Ты 50 метров не дойдешь до другого дома. Но куда мы денемся — все прекратится и выйдем на свет. Потом — небольшие судороги гражданских родов — и будет солнце. Просто важно делать то, что ты должен. Искать свое место, ловить свой ветер в паруса, не подстраиваться и не пристраиваться, говорить о том, что тебя волнует, не врать, не подвергать себя цензуре, не прятаться в камуфляж «ников», чтобы тебя никто не нашел… Делай что должен, и будь что будет, но я верю в то, что будет не очень плохо. Потому что люди в основном хорошие, любящие, но просто не все про это знают (смеется). А мы им это пытаемся объяснить. Не уверен, но, кажется, иногда получается. Эх, опять всех учить жить начал…

На этих словах мы добавили в стаканы вина.

* * *

— Я вчера очень долго ходил по Парижу, ноги отваливались, поймал машину, а за рулем была таксистка Женевьева. Разговорились на ломаном английском. Я говорю: а я люблю Бреля. Я Бреля обож-жа-ю, блин… Не ме кита па. Она взяла и на своем айфоне поставила его записи, и мы с ней так и чесали до Монмартра, где мои друзья, французские музыканты, живут… И во все горло пели. И я был счастлив. И она была счастлива. Я рассказывал ей о Питере. Она меня учила французскому языку. Я учил ее русскому. И так минут за сорок мы доехали до Монмартра. И это было мое лучшее воспоминание о Париже. Женевьева, такси, Брель… И был кайф. Мне кажется, что мы преодолеем все пробки… Конечно, это не только от нас зависит… от политики на дворе, от нашего мироощущения, ценностей. Я делюсь своим. Вы — своим. Нас сегодня делят. Все сегодня делится. Завтра будет делиться. И так — пока не сдохнем… или не объединимся на основе… угадайте с трех раз.

Новая Газета

Newsweek: «Марионеточное правительство в изгнании — новый украинский гамбит Путина»Newsweek: «Марионеточное правительство в изгнании — новый украинский гамбит Путина»

Афрон Корева.

Советник бывшего министра иностранных дел Швеции Аарон Корева видит в появлении в Москве «Комитета спасения Украины» признаки того, что у России дела на украинском фронте складываются не лучшим образом

Похоже, президент России Владимир Путин проигрывает войну в Украине. В прошлом остались разговоры об отторжении от Украины так называемой Новороссии — территории от Харькова до Одессы — и сухопутном коридоре между Россией и оккупированным Крымом.

Хотя последние события дают возможность предположить, что еще возможно наступление с целью расширения территории, контролируемой Россией и пророссийскими силами, например, попытка взять Мариуполь, в Кремле понимают, что такой шаг вызовет еще более жесткие санкции против и без того разваливающейся российской экономики.

Главная проблема Путина в том, что ему необходимо продолжать действовать. Причина его вторжения в Украину — не в том, что его беспокоили права русскоязычных жителей. Скорее он хотел отвлечь внимание от проблем внутри России.

Ничто так не пугает Путина, как массовый протест. Когда он служил в резидентуре КГБ в Дрездене, он своими глазами видел, как жители Восточной Германии опрокинули деспотическую систему, сохранению которой он посвятил свою жизнь. Что, если украинский Евромайдан вдохновит россиян на такие же действия?

Когда украинцы сказали твердое «нет» попыткам бывшего президента Виктора Януковича установить «управляемую демократию» в российском стиле — то есть режим, не имеющий ничего общего с демократией, — Путину пришлось как-то дискредитировать их. Отсюда — ярлык «фашисты», который для любого, кто знаком с кремлевским «новоязом», означает «те, кто противостоит воле Кремля».

Ставшая легендарной героическая борьба России против фашизма — одна из немногих вещей, которыми жители постсоветского пространства искренне гордятся, и защита русских в Украине, а также «возвращение» Крыма выглядели идеальным способом отвлечь россиян от усиливающихся авторитарных тенденций в их государстве.

Проблема этой стратегии в том, что для привлечения всеобщего внимания нужно постоянно быть в наступлении. А это легче сказать, чем сделать, когда Украина готова к боям, санкции наносят экономике болезненные уколы, а нефтяные цены падают.

Так что же делать? И тут на сцене появляется Николай Азаров, премьер-министр Украины при президенте Януковиче. 3 августа Азаров, теперь живущий в изгнании в Москве, сформировал «Комитет спасения Украины», цель которого — смена режима в Киеве. В Украине Азаров объявлен в розыск по обвинению в ряде преступлений, включая хищение и злоупотребление властью.

Председателем комитета стал Владимир Олейник, бывший пророссийский депутат Верховной рады, один из соавторов печально известных «законов о диктатуре», принятых Верховной радой в 2014 году, которые давали Януковичу огромнейшие полномочия, чтобы сокрушить Евромайдан. Другой член комитета — Олег Царев, один из первых, кто выступил с идеей Новороссии, и бывший спикер так называемого парламента Новороссии.

Еще один интересный персонаж, связанный с комитетом, — Игорь Марков, недавно арестованный в Италии Интерполом по запросу украинского правительства за участие в организации нападения на участника протеста против установки памятника российской императрице Екатерине II в Одессе в 2007 году. Не без оттенка иронии путинский международный пропагандистский канал RT обвинил Киев в преследовании «политика-диссидента».

Нетрудно понять, почему «Комитет спасения Украины» появился именно в это время. Путину необходимо сделать новый ход, и теперь у него есть полностью сформированное марионеточное правительство Украины в изгнании, которое может предъявить права на целую страну. Россия сможет настаивать на участии комитета в будущих мирных переговорах.

Комитет может выполнять функции организатора для населения территорий, контролируемых сепаратистами, а также для украинских беженцев в России, количество которых, по утверждениям российских СМИ, превышает миллион. Азаров называет демократически избранное руководство Украины «американской марионеткой», сам же он может стать путинской марионеткой и в духе российской пропаганды заявлять, что он всего лишь представляет «другую сторону конфликта».

«Комитет спасения Украины» вызывает мрачные ассоциации с польским Комитетом национального спасения, созданным в Москве в 1944 году, чтобы помочь Сталину завоевать Польшу после окончания Второй мировой войны при участии просоветских коллаборационистов. Вместо того, чтобы присоединить новые территории к России, Путин может использовать их как троянского коня, чтобы сделать Украину фактически неуправляемой.

Последнее, что будет делать новый комитет, — это спасать Украину. Но это может стать звонком будильника для всего мира. Прежние шаги Путина мало кого шокировали или удивили, но теперь он переходит к действиям из советского арсенала; так, ярлык «фашистский переворот», применяемый к Евромайдану, — это то же самое клеймо, которое советская пропаганда использовала против демократических движений в Восточной Европе.

Столкнувшись с препятствиями, Путин пытается пойти в обход. К несчастью для него, это слишком заметно.

Оригинал статьи: Аарон Корева, «Последний украинский гамбит Путина: марионеточное правительство в изгнании», Newsweek, 20 августаАфрон Корева.

Советник бывшего министра иностранных дел Швеции Аарон Корева видит в появлении в Москве «Комитета спасения Украины» признаки того, что у России дела на украинском фронте складываются не лучшим образом

Похоже, президент России Владимир Путин проигрывает войну в Украине. В прошлом остались разговоры об отторжении от Украины так называемой Новороссии — территории от Харькова до Одессы — и сухопутном коридоре между Россией и оккупированным Крымом.

Хотя последние события дают возможность предположить, что еще возможно наступление с целью расширения территории, контролируемой Россией и пророссийскими силами, например, попытка взять Мариуполь, в Кремле понимают, что такой шаг вызовет еще более жесткие санкции против и без того разваливающейся российской экономики.

Главная проблема Путина в том, что ему необходимо продолжать действовать. Причина его вторжения в Украину — не в том, что его беспокоили права русскоязычных жителей. Скорее он хотел отвлечь внимание от проблем внутри России.

Ничто так не пугает Путина, как массовый протест. Когда он служил в резидентуре КГБ в Дрездене, он своими глазами видел, как жители Восточной Германии опрокинули деспотическую систему, сохранению которой он посвятил свою жизнь. Что, если украинский Евромайдан вдохновит россиян на такие же действия?

Когда украинцы сказали твердое «нет» попыткам бывшего президента Виктора Януковича установить «управляемую демократию» в российском стиле — то есть режим, не имеющий ничего общего с демократией, — Путину пришлось как-то дискредитировать их. Отсюда — ярлык «фашисты», который для любого, кто знаком с кремлевским «новоязом», означает «те, кто противостоит воле Кремля».

Ставшая легендарной героическая борьба России против фашизма — одна из немногих вещей, которыми жители постсоветского пространства искренне гордятся, и защита русских в Украине, а также «возвращение» Крыма выглядели идеальным способом отвлечь россиян от усиливающихся авторитарных тенденций в их государстве.

Проблема этой стратегии в том, что для привлечения всеобщего внимания нужно постоянно быть в наступлении. А это легче сказать, чем сделать, когда Украина готова к боям, санкции наносят экономике болезненные уколы, а нефтяные цены падают.

Так что же делать? И тут на сцене появляется Николай Азаров, премьер-министр Украины при президенте Януковиче. 3 августа Азаров, теперь живущий в изгнании в Москве, сформировал «Комитет спасения Украины», цель которого — смена режима в Киеве. В Украине Азаров объявлен в розыск по обвинению в ряде преступлений, включая хищение и злоупотребление властью.

Председателем комитета стал Владимир Олейник, бывший пророссийский депутат Верховной рады, один из соавторов печально известных «законов о диктатуре», принятых Верховной радой в 2014 году, которые давали Януковичу огромнейшие полномочия, чтобы сокрушить Евромайдан. Другой член комитета — Олег Царев, один из первых, кто выступил с идеей Новороссии, и бывший спикер так называемого парламента Новороссии.

Еще один интересный персонаж, связанный с комитетом, — Игорь Марков, недавно арестованный в Италии Интерполом по запросу украинского правительства за участие в организации нападения на участника протеста против установки памятника российской императрице Екатерине II в Одессе в 2007 году. Не без оттенка иронии путинский международный пропагандистский канал RT обвинил Киев в преследовании «политика-диссидента».

Нетрудно понять, почему «Комитет спасения Украины» появился именно в это время. Путину необходимо сделать новый ход, и теперь у него есть полностью сформированное марионеточное правительство Украины в изгнании, которое может предъявить права на целую страну. Россия сможет настаивать на участии комитета в будущих мирных переговорах.

Комитет может выполнять функции организатора для населения территорий, контролируемых сепаратистами, а также для украинских беженцев в России, количество которых, по утверждениям российских СМИ, превышает миллион. Азаров называет демократически избранное руководство Украины «американской марионеткой», сам же он может стать путинской марионеткой и в духе российской пропаганды заявлять, что он всего лишь представляет «другую сторону конфликта».

«Комитет спасения Украины» вызывает мрачные ассоциации с польским Комитетом национального спасения, созданным в Москве в 1944 году, чтобы помочь Сталину завоевать Польшу после окончания Второй мировой войны при участии просоветских коллаборационистов. Вместо того, чтобы присоединить новые территории к России, Путин может использовать их как троянского коня, чтобы сделать Украину фактически неуправляемой.

Последнее, что будет делать новый комитет, — это спасать Украину. Но это может стать звонком будильника для всего мира. Прежние шаги Путина мало кого шокировали или удивили, но теперь он переходит к действиям из советского арсенала; так, ярлык «фашистский переворот», применяемый к Евромайдану, — это то же самое клеймо, которое советская пропаганда использовала против демократических движений в Восточной Европе.

Столкнувшись с препятствиями, Путин пытается пойти в обход. К несчастью для него, это слишком заметно.

Оригинал статьи: Аарон Корева, «Последний украинский гамбит Путина: марионеточное правительство в изгнании», Newsweek, 20 августа

Михаил СААКАШВИЛИ: «Не знаю, кто внушает россиянам глупость о непобедимости коррупции»Михаил СААКАШВИЛИ: «Не знаю, кто внушает россиянам глупость о непобедимости коррупции»

Дмитрий Быков.

Экс-президент Грузии — о войне в Южной Осетии и на Донбассе, отношениях с Путиным и характере одесситов.

Я не знаю человека, которого в России ненавидели бы больше, чем Михаила Саакашвили. Никакие Буши, никакой Обама не вызывают столь консолидированного негатива. Тут, кажется, народ и власть едины. За ничтожным исключением даже либералы, говоря о причинах грузинской войны, возлагают равную вину на Медведева, Путина и Саакашвили. И назначение его одесским губернатором воспринимается как пиар-ход, и все, что он делает в Одессе, — как дешевый популизм, и если раньше об Одессе по телевизору говорили, что это новая Хатынь, то теперь это еще и вотчина кровавого Саакашвили, главного русофоба на всем европейском пространстве.

И вот эта зашкаливающая ненависть меня, признаюсь, смущает. Саакашвили в самом деле сконцентрировал в себе практически все, за что в России можно ненавидеть человека. Мне возразят, что он войну развязал, что из-за него в Цхинвале погибли тысячи мирных граждан, — но вообще-то его возненавидели задолго до войны. И Грузия была первым кандидатом на публичную порку — именно за демонстративную прозападность. А уж потом с Саакашвили поссорились и грузинская интеллигенция, и часть церковников, и в России ему почему-то никто не сочувствует. Я уж думал: может, причина в том, что с его помощью от русского пространства отгрызаются самые любимые, самые вкусные куски? Тбилиси, Одесса — их даже самые интеллигентные россияне считают своими, не в имперском, конечно, смысле, а в культурном. Обидно же, когда наше, так с нами связанное, так часто нами посещаемое, уходит в автономное плавание и на прощание не благодарит за все хорошее?

Это есть, конечно. И черная неблагодарность была, и отождествление всего русского со всем имперским было. Но признаем и мы, что все основания для такого отождествления мы в последние десять лет дали. И скатились в прежнюю матрицу. И, значит, правы они были, что спешили убраться от нас подальше, пока было можно. Потому что вся русская интеллигенция, вся культура, все, кто не уехал, — несут ответственность за страну, и нечего нам требовать, чтобы нас любили больше, чем власть. И это нас бесит дополнительно.

Интересно понять, как чувствует себя человек, которого так упорно и сильно не любят в России. Меня всегда занимали такие феномены — Березовский, в частности. И еще мне интересно, как его примет Одесса. Тут культ своих — даже если они давно в Германии или в Бостоне. И чужакам здесь, при всей местной космополитичности, непросто.

— В этом году было особенно много публикаций к годовщине войны 8 августа. Думаю, из-за украинского контекста. Вот Путин никогда ни в чем не раскаивается, много раз говорил об этом, — а как вы относитесь к своему тогдашнему решению нанести удар по Цхинвалу?

— Я делал все, чтобы не было войны, и хочу вам напомнить, как это было. Начнем с того, что Грузия не стала бы ввязываться в войну из-за Южной Осетии. Из-за Абхазии — понимаю, можно. Она сравнительно большая, курорт, порт, большое смешанное население. Но Южная Осетия — это грузинские и осетинские села в шахматном порядке, сорок тысяч человек, горы, и реагировать нам пришлось только потому, что, пройдя тоннель, российская армия оказалась бы на равнине и могла пойти куда угодно. Целью провокации была не Осетия и не защита ее населения — российская армия ведь всегда входит, чтобы кого-то защитить, вы заметили? — а именно Грузия, и даже не она сама как таковая, а как назидание для всех остальных. Просто показать, что бывает с теми, кто хочет развиваться самостоятельно. Путин сам говорил поначалу, что СНГ — механизм цивилизованного развода. Но со второго срока передумал — в этом и была главная динамика.

— Но если вы видели, что он хочет войны, — может, надо было договариваться любой ценой? Вы же понимали, что в этом противостоянии шансов нет.

— Я договаривался, пока это было возможно. Была встреча в Астане, саммит СНГ, приезжал Медведев и все время от меня ускользал, а я его настигал — это было бы даже забавно, если бы не контекст надвигающейся войны. А были и такие разговоры. Я звоню Медведеву, а соединяют меня вдруг с Путиным, и он говорит: вы же все равно, наверное, хотите со мной поговорить? Я отвечаю: да, Владимир Владимирович, есть вопросы. Дорогу в Абхазии вы строите без согласования с нами, на границах войска концентрируются, вот в Европе пишут, нас поддерживают… Что, говорит он, много пишут? Да, говорю, бумаг много…

— Знаю эту историю. Посоветовал бы вам свернуть эти бумаги в трубку и засунуть себе…

— Не себе, им. Но тоже не самый обнадеживающий тон.

— За что он вас так ненавидит лично? Ведь не каждого он обещал повесить за несколько мест сразу? Вы наверняка что-то сказали или сделали, чего было ни в коем случае нельзя.

— Да нет у него ко мне никакой личной ненависти. Он планировал наказать Грузию давно. Целенаправленно. У него, если вы заметили, спонтанных реакций вообще не бывает, не его стиль. И Крым он решил взять давно, я верю свидетельствам о том, что этот план давно разрабатывался. Не надо повторять эти глупости о том, что вот, если бы не Майдан, Крым был бы украинским… Янукович ни при каких обстоятельствах, ни при каком давлении и шантаже не побеждал на выборах. Значит, победили бы другие, их срочно объявили бы «бандеровцами» и точно так же отжали Крым. Я или не я был бы во главе Грузии — сценарий был бы тот же. А лично ко мне — да ничего он ко мне не чувствует, вообще мало интересуется личностями. Прагматики, они такие.

— Почему вы не позвонили ему в ночь на восьмое? Все же было понятно.

— Дмитрий, вы, вообще, помните, что было в ночь на восьмое? В России постоянно писали, что Грузия нарушит олимпийское перемирие. С начала августа из Осетии целенаправленно убирали женщин и детей — просто приезжали и настоятельно рекомендовали уехать в Россию на отдых.

— Не вижу тут ничего плохого. Вполне гуманное решение.

— Вы полагаете, это из гуманизма делалось? Это делалось ровно для того, чтобы толпа беженцев не мешала продвижению техники по тоннелю. Я прилетел в Тбилиси — половина министров в отпуске. Звоню в ООН — опять сплошные отпуска. Звоню Медведеву. Он говорит, что разговаривать сейчас не время. А с Путиным не соединяют. А наша ударная бригада в Ираке. А от Цхинавала до Тбилиси три часа танкового марша. Что я должен был делать? Открыть дорогу?

— Как вы думаете, почему проект «Новороссия» оказался слит — и слит ли он в действительности?

— Потому что Путин полагал, что у него вся аннексия юга Украины пройдет по крымскому сценарию. Может быть, он опирался на слишком оптимистичные донесения, а может быть, сам впал в эйфорию из-за Крыма, но масштабов украинского сопротивления он действительно не учел. Говоря прагматически, становясь, так сказать, на его место, — он пропустил время, потому что в апреле, наверное, Украина бы еще как следует сопротивляться не могла. Ну никто ведь не понимал, в голове это не укладывалось. В Грузии ведь тоже многие не могли это осознать. И в апреле, наверное, он мог бы сравнительно легко пробить коридор на Крым, отняв весь юг Украины, — но это была бы открытая военная операция. Он готовился, его подталкивали, Совет Федерации ему это разрешил, — но он остановился на проекте «Новороссия», решив, наверное, что так безопасней. А украинцы — надо это знать — очень упрямые. Иногда, знаете, до тупости. Украинская армия может держать оборону очень долго, в безнадежных положениях. Все знали, что их взорвут в этом Донецком аэропорту, — а они держали его второй этаж десять суток. Хотя все знали, что рано или поздно их там взорвут. Им давали коридор, а они не уходили. Их там и взорвали.

Что касается проекта «Новороссия», никакого проекта на самом деле не было. Есть российская агрессия при поддержке незначительной — до десяти процентов — части местного населения. Коллаборационисты, поддерживающие чужую агрессию, есть во всякое время. Иногда они обзаводятся государственной символикой. Чтобы не называться коллаборационистами.

— Что бы вы сейчас делали на месте Путина?

— Представления не имею. Назад уже не отыграешь. А вы?

— Вам мой ответ не понравится, но, по-моему, раз уж начал, надо идти до конца. Я бы брал Мариуполь, особенно если бы у меня экономика так проваливалась…

— Да тупик там, понимаете? Там нельзя ни назад, ни вперед. Мариуполь взять — это полгода тяжелых боев. Его в апреле прошлого года надо было брать, а теперь… Там шестьсот тысяч населения. Очень хорошо мотивированного населения. И несколько эшелонов обороны, выстроенных, кстати, не без грузинского участия. Российская агрессия сделала чудо: те убеждения, которых и во Львове не все придерживались, широко распространились даже по востоку, по самым традиционно прорусским регионам. Украина окончательно сделала западный выбор, она с Россией в обозримом будущем сближаться не намерена.

— Какова, по-вашему, судьба Луганска и Донецка в будущем?

— После Путина — я не знаю, насколько скоро, но чувствуется его большая, чисто механическая усталость, которая всегда бывает, когда все замыкаешь на себя, — после Путина в России будет два-три года хаоса. После вертикалей всегда наступает смутное время, хорошо, если не слишком кровавое. А дальше… Северный Кавказ отделится, Татария и Башкирия напомнят о себе, Дальний Восток давно тяготеет к Японии и Китаю… Будет то же, что после СССР. Ну и с Луганском, с Донецком будет то же, что с Афганистаном, когда оттуда ушли советские войска. Они будут украинскими, как и были.

— Почему до сих пор нет результатов расследования событий 2 мая в Одессе?

— Как это нет? Их в российской пропаганде, может быть, нет, а так все давно понятно. И сразу было понятно. Это совершенно не одесские события по своей стилистике. Тут и на футболе не бывает побоищ — я хожу тут на футбол, вижу атмосферу. Это была провокация, давно раскрытая, подробно расписанная, только арестованы еще не все ее участники. Когда арестуют всех — будет суд. Но в самой Одессе нет никаких сомнений насчет того, кто затеял потасовку и перестрелку в центре.

— Можно узнать, какую угрозу украинской и одесской безопасности представляли Тимати и Стас Пьеха?

— Украинской и одесской безопасности — ровно никакой. Речь об их личной безопасности. Все слышали, что они говорили. И на их выступлениях возможны были любые провокации. Так что их выступления отменены просто для того, чтобы с ними здесь не было никаких инцидентов.

— Вас сильно не любят в Одессе? Вы все-таки пришлый, привезли свою команду…

— Команда как раз в основном местная, набранная на конкурсной основе, очень прозрачно. Было шесть тысяч кандидатов, осталось 26 человек, они возглавят управы. И никакой нелюбви — я не знаю, откуда бы ей взяться? Это в Одессе, что ли, не любят чужих? В портовом открытом городе? Да Одесса — единственный в СССР настоящий melting pot, плавильный котел. Ну еще Баку, но в Баку три основных национальности, а тут сто три… Знаете три главные черты одесского населения?

— Коррупция, коррупция и коррупция.

— Ничего подобного. Когда-то, может быть… Но когда-то в мире и каннибализм был в моде, а сегодня… Нет. Три черты — талант, предприимчивость, открытость. У людей большие ожидания, я с ними встречаюсь постоянно, всех стараюсь выслушать. Ну правда, невозможно было уже это терпеть. Борьба с коррупцией — это очень легко. Не знаю, кто внушает россиянам эту глупость о ее непобедимости. Важно сделать два-три реальных шага — и люди поймут, что все сдвинулось.

— Вы и здесь намерены упразднить ГАИ?

— Фактически уже упразднил. Зачем они нужны? Патрульная полиция вполне справляется.

— Все-таки, понимаете, однозначно утверждать, что у вас все получилось в Грузии, никак нельзя. Иначе вы бы там сейчас не были в розыске. Не перессорились бы со всей командой, включая Бурджанадзе. Не восстановили бы против себя интеллигенцию…

— Никакие серьезные реформы не делаются без конфликтов с собственной командой, поэтому реформаторов, как Горбачева, и скидывают так часто свои, желающие получить власть и жить по-прежнему. Вы никогда не сохраните друзей, если намерены что-то менять. И я мог бы сейчас остаться в Грузии, у меня большая народная поддержка, у партии хороший рейтинг, но я и так несколько там пересидел. Мне не хотелось любой ценой оставаться. Новой гражданской войны не хотелось совершенно. Я считаю, что Грузии надо дать от меня отдохнуть, серьезно.

А что касается интеллигенции… Вы знаете, из-за чего я поссорился с Робертом Стуруа?

— Он сказал, что армянин не должен быть президентом Грузии.

— Он это потом сказал. Потому что сына его друзей взяли за травку. Он позвонил министру внутренних дел и сказал: знаешь, такой хороший парень, пусть отпустят… А ему сказали: мы вас глубоко уважаем, но поступим по закону. Советская интеллигенция очень удивилась — она привыкла жить по советским законам, таким дружелюбно-мафиозным… А оказалось, что это больше не проходит. Знаете, мне один крупный грузинский иерарх говорил: как вы могли выгнать воров в законе! Они так помогали, столько жертвовали на церковь… В Одессе один церковник тоже попросил за портового чиновника. Я давно к этому чиновнику присматривался, но тут снял его немедленно.

— А вот интересно: почему вас эти воры в законе не убили? Проще же, наверное, убрать одного президента, чем переносить весь бизнес…

— Они и отсюда его уже переносят. Был сходняк в Праге, принято решение. А почему не убивают… Да трусы они. Профессиональные преступники вообще чаще всего трусы, и в системе у них такая же коррупция.

— Можно попросить, чтобы нас с вами не фотографировали?

— Никто и не собирается. А вы что, боитесь, что вас следом за Гребенщиковым из истории вычеркнут?

— Мне для начала надо туда попасть.

— Да вы попали. Я вас читаю иногда.

— Вам и бог велел меня читать. Мы с вами родились практически в один день с разницей в пять часов. Я раньше, вы позже.

— А! Ну тогда понятно, почему вы все воспринимаете как трагедию, а я уже как фарс.Дмитрий Быков.

Экс-президент Грузии — о войне в Южной Осетии и на Донбассе, отношениях с Путиным и характере одесситов.

Я не знаю человека, которого в России ненавидели бы больше, чем Михаила Саакашвили. Никакие Буши, никакой Обама не вызывают столь консолидированного негатива. Тут, кажется, народ и власть едины. За ничтожным исключением даже либералы, говоря о причинах грузинской войны, возлагают равную вину на Медведева, Путина и Саакашвили. И назначение его одесским губернатором воспринимается как пиар-ход, и все, что он делает в Одессе, — как дешевый популизм, и если раньше об Одессе по телевизору говорили, что это новая Хатынь, то теперь это еще и вотчина кровавого Саакашвили, главного русофоба на всем европейском пространстве.

И вот эта зашкаливающая ненависть меня, признаюсь, смущает. Саакашвили в самом деле сконцентрировал в себе практически все, за что в России можно ненавидеть человека. Мне возразят, что он войну развязал, что из-за него в Цхинвале погибли тысячи мирных граждан, — но вообще-то его возненавидели задолго до войны. И Грузия была первым кандидатом на публичную порку — именно за демонстративную прозападность. А уж потом с Саакашвили поссорились и грузинская интеллигенция, и часть церковников, и в России ему почему-то никто не сочувствует. Я уж думал: может, причина в том, что с его помощью от русского пространства отгрызаются самые любимые, самые вкусные куски? Тбилиси, Одесса — их даже самые интеллигентные россияне считают своими, не в имперском, конечно, смысле, а в культурном. Обидно же, когда наше, так с нами связанное, так часто нами посещаемое, уходит в автономное плавание и на прощание не благодарит за все хорошее?

Это есть, конечно. И черная неблагодарность была, и отождествление всего русского со всем имперским было. Но признаем и мы, что все основания для такого отождествления мы в последние десять лет дали. И скатились в прежнюю матрицу. И, значит, правы они были, что спешили убраться от нас подальше, пока было можно. Потому что вся русская интеллигенция, вся культура, все, кто не уехал, — несут ответственность за страну, и нечего нам требовать, чтобы нас любили больше, чем власть. И это нас бесит дополнительно.

Интересно понять, как чувствует себя человек, которого так упорно и сильно не любят в России. Меня всегда занимали такие феномены — Березовский, в частности. И еще мне интересно, как его примет Одесса. Тут культ своих — даже если они давно в Германии или в Бостоне. И чужакам здесь, при всей местной космополитичности, непросто.

— В этом году было особенно много публикаций к годовщине войны 8 августа. Думаю, из-за украинского контекста. Вот Путин никогда ни в чем не раскаивается, много раз говорил об этом, — а как вы относитесь к своему тогдашнему решению нанести удар по Цхинвалу?

— Я делал все, чтобы не было войны, и хочу вам напомнить, как это было. Начнем с того, что Грузия не стала бы ввязываться в войну из-за Южной Осетии. Из-за Абхазии — понимаю, можно. Она сравнительно большая, курорт, порт, большое смешанное население. Но Южная Осетия — это грузинские и осетинские села в шахматном порядке, сорок тысяч человек, горы, и реагировать нам пришлось только потому, что, пройдя тоннель, российская армия оказалась бы на равнине и могла пойти куда угодно. Целью провокации была не Осетия и не защита ее населения — российская армия ведь всегда входит, чтобы кого-то защитить, вы заметили? — а именно Грузия, и даже не она сама как таковая, а как назидание для всех остальных. Просто показать, что бывает с теми, кто хочет развиваться самостоятельно. Путин сам говорил поначалу, что СНГ — механизм цивилизованного развода. Но со второго срока передумал — в этом и была главная динамика.

— Но если вы видели, что он хочет войны, — может, надо было договариваться любой ценой? Вы же понимали, что в этом противостоянии шансов нет.

— Я договаривался, пока это было возможно. Была встреча в Астане, саммит СНГ, приезжал Медведев и все время от меня ускользал, а я его настигал — это было бы даже забавно, если бы не контекст надвигающейся войны. А были и такие разговоры. Я звоню Медведеву, а соединяют меня вдруг с Путиным, и он говорит: вы же все равно, наверное, хотите со мной поговорить? Я отвечаю: да, Владимир Владимирович, есть вопросы. Дорогу в Абхазии вы строите без согласования с нами, на границах войска концентрируются, вот в Европе пишут, нас поддерживают… Что, говорит он, много пишут? Да, говорю, бумаг много…

— Знаю эту историю. Посоветовал бы вам свернуть эти бумаги в трубку и засунуть себе…

— Не себе, им. Но тоже не самый обнадеживающий тон.

— За что он вас так ненавидит лично? Ведь не каждого он обещал повесить за несколько мест сразу? Вы наверняка что-то сказали или сделали, чего было ни в коем случае нельзя.

— Да нет у него ко мне никакой личной ненависти. Он планировал наказать Грузию давно. Целенаправленно. У него, если вы заметили, спонтанных реакций вообще не бывает, не его стиль. И Крым он решил взять давно, я верю свидетельствам о том, что этот план давно разрабатывался. Не надо повторять эти глупости о том, что вот, если бы не Майдан, Крым был бы украинским… Янукович ни при каких обстоятельствах, ни при каком давлении и шантаже не побеждал на выборах. Значит, победили бы другие, их срочно объявили бы «бандеровцами» и точно так же отжали Крым. Я или не я был бы во главе Грузии — сценарий был бы тот же. А лично ко мне — да ничего он ко мне не чувствует, вообще мало интересуется личностями. Прагматики, они такие.

— Почему вы не позвонили ему в ночь на восьмое? Все же было понятно.

— Дмитрий, вы, вообще, помните, что было в ночь на восьмое? В России постоянно писали, что Грузия нарушит олимпийское перемирие. С начала августа из Осетии целенаправленно убирали женщин и детей — просто приезжали и настоятельно рекомендовали уехать в Россию на отдых.

— Не вижу тут ничего плохого. Вполне гуманное решение.

— Вы полагаете, это из гуманизма делалось? Это делалось ровно для того, чтобы толпа беженцев не мешала продвижению техники по тоннелю. Я прилетел в Тбилиси — половина министров в отпуске. Звоню в ООН — опять сплошные отпуска. Звоню Медведеву. Он говорит, что разговаривать сейчас не время. А с Путиным не соединяют. А наша ударная бригада в Ираке. А от Цхинавала до Тбилиси три часа танкового марша. Что я должен был делать? Открыть дорогу?

— Как вы думаете, почему проект «Новороссия» оказался слит — и слит ли он в действительности?

— Потому что Путин полагал, что у него вся аннексия юга Украины пройдет по крымскому сценарию. Может быть, он опирался на слишком оптимистичные донесения, а может быть, сам впал в эйфорию из-за Крыма, но масштабов украинского сопротивления он действительно не учел. Говоря прагматически, становясь, так сказать, на его место, — он пропустил время, потому что в апреле, наверное, Украина бы еще как следует сопротивляться не могла. Ну никто ведь не понимал, в голове это не укладывалось. В Грузии ведь тоже многие не могли это осознать. И в апреле, наверное, он мог бы сравнительно легко пробить коридор на Крым, отняв весь юг Украины, — но это была бы открытая военная операция. Он готовился, его подталкивали, Совет Федерации ему это разрешил, — но он остановился на проекте «Новороссия», решив, наверное, что так безопасней. А украинцы — надо это знать — очень упрямые. Иногда, знаете, до тупости. Украинская армия может держать оборону очень долго, в безнадежных положениях. Все знали, что их взорвут в этом Донецком аэропорту, — а они держали его второй этаж десять суток. Хотя все знали, что рано или поздно их там взорвут. Им давали коридор, а они не уходили. Их там и взорвали.

Что касается проекта «Новороссия», никакого проекта на самом деле не было. Есть российская агрессия при поддержке незначительной — до десяти процентов — части местного населения. Коллаборационисты, поддерживающие чужую агрессию, есть во всякое время. Иногда они обзаводятся государственной символикой. Чтобы не называться коллаборационистами.

— Что бы вы сейчас делали на месте Путина?

— Представления не имею. Назад уже не отыграешь. А вы?

— Вам мой ответ не понравится, но, по-моему, раз уж начал, надо идти до конца. Я бы брал Мариуполь, особенно если бы у меня экономика так проваливалась…

— Да тупик там, понимаете? Там нельзя ни назад, ни вперед. Мариуполь взять — это полгода тяжелых боев. Его в апреле прошлого года надо было брать, а теперь… Там шестьсот тысяч населения. Очень хорошо мотивированного населения. И несколько эшелонов обороны, выстроенных, кстати, не без грузинского участия. Российская агрессия сделала чудо: те убеждения, которых и во Львове не все придерживались, широко распространились даже по востоку, по самым традиционно прорусским регионам. Украина окончательно сделала западный выбор, она с Россией в обозримом будущем сближаться не намерена.

— Какова, по-вашему, судьба Луганска и Донецка в будущем?

— После Путина — я не знаю, насколько скоро, но чувствуется его большая, чисто механическая усталость, которая всегда бывает, когда все замыкаешь на себя, — после Путина в России будет два-три года хаоса. После вертикалей всегда наступает смутное время, хорошо, если не слишком кровавое. А дальше… Северный Кавказ отделится, Татария и Башкирия напомнят о себе, Дальний Восток давно тяготеет к Японии и Китаю… Будет то же, что после СССР. Ну и с Луганском, с Донецком будет то же, что с Афганистаном, когда оттуда ушли советские войска. Они будут украинскими, как и были.

— Почему до сих пор нет результатов расследования событий 2 мая в Одессе?

— Как это нет? Их в российской пропаганде, может быть, нет, а так все давно понятно. И сразу было понятно. Это совершенно не одесские события по своей стилистике. Тут и на футболе не бывает побоищ — я хожу тут на футбол, вижу атмосферу. Это была провокация, давно раскрытая, подробно расписанная, только арестованы еще не все ее участники. Когда арестуют всех — будет суд. Но в самой Одессе нет никаких сомнений насчет того, кто затеял потасовку и перестрелку в центре.

— Можно узнать, какую угрозу украинской и одесской безопасности представляли Тимати и Стас Пьеха?

— Украинской и одесской безопасности — ровно никакой. Речь об их личной безопасности. Все слышали, что они говорили. И на их выступлениях возможны были любые провокации. Так что их выступления отменены просто для того, чтобы с ними здесь не было никаких инцидентов.

— Вас сильно не любят в Одессе? Вы все-таки пришлый, привезли свою команду…

— Команда как раз в основном местная, набранная на конкурсной основе, очень прозрачно. Было шесть тысяч кандидатов, осталось 26 человек, они возглавят управы. И никакой нелюбви — я не знаю, откуда бы ей взяться? Это в Одессе, что ли, не любят чужих? В портовом открытом городе? Да Одесса — единственный в СССР настоящий melting pot, плавильный котел. Ну еще Баку, но в Баку три основных национальности, а тут сто три… Знаете три главные черты одесского населения?

— Коррупция, коррупция и коррупция.

— Ничего подобного. Когда-то, может быть… Но когда-то в мире и каннибализм был в моде, а сегодня… Нет. Три черты — талант, предприимчивость, открытость. У людей большие ожидания, я с ними встречаюсь постоянно, всех стараюсь выслушать. Ну правда, невозможно было уже это терпеть. Борьба с коррупцией — это очень легко. Не знаю, кто внушает россиянам эту глупость о ее непобедимости. Важно сделать два-три реальных шага — и люди поймут, что все сдвинулось.

— Вы и здесь намерены упразднить ГАИ?

— Фактически уже упразднил. Зачем они нужны? Патрульная полиция вполне справляется.

— Все-таки, понимаете, однозначно утверждать, что у вас все получилось в Грузии, никак нельзя. Иначе вы бы там сейчас не были в розыске. Не перессорились бы со всей командой, включая Бурджанадзе. Не восстановили бы против себя интеллигенцию…

— Никакие серьезные реформы не делаются без конфликтов с собственной командой, поэтому реформаторов, как Горбачева, и скидывают так часто свои, желающие получить власть и жить по-прежнему. Вы никогда не сохраните друзей, если намерены что-то менять. И я мог бы сейчас остаться в Грузии, у меня большая народная поддержка, у партии хороший рейтинг, но я и так несколько там пересидел. Мне не хотелось любой ценой оставаться. Новой гражданской войны не хотелось совершенно. Я считаю, что Грузии надо дать от меня отдохнуть, серьезно.

А что касается интеллигенции… Вы знаете, из-за чего я поссорился с Робертом Стуруа?

— Он сказал, что армянин не должен быть президентом Грузии.

— Он это потом сказал. Потому что сына его друзей взяли за травку. Он позвонил министру внутренних дел и сказал: знаешь, такой хороший парень, пусть отпустят… А ему сказали: мы вас глубоко уважаем, но поступим по закону. Советская интеллигенция очень удивилась — она привыкла жить по советским законам, таким дружелюбно-мафиозным… А оказалось, что это больше не проходит. Знаете, мне один крупный грузинский иерарх говорил: как вы могли выгнать воров в законе! Они так помогали, столько жертвовали на церковь… В Одессе один церковник тоже попросил за портового чиновника. Я давно к этому чиновнику присматривался, но тут снял его немедленно.

— А вот интересно: почему вас эти воры в законе не убили? Проще же, наверное, убрать одного президента, чем переносить весь бизнес…

— Они и отсюда его уже переносят. Был сходняк в Праге, принято решение. А почему не убивают… Да трусы они. Профессиональные преступники вообще чаще всего трусы, и в системе у них такая же коррупция.

— Можно попросить, чтобы нас с вами не фотографировали?

— Никто и не собирается. А вы что, боитесь, что вас следом за Гребенщиковым из истории вычеркнут?

— Мне для начала надо туда попасть.

— Да вы попали. Я вас читаю иногда.

— Вам и бог велел меня читать. Мы с вами родились практически в один день с разницей в пять часов. Я раньше, вы позже.

— А! Ну тогда понятно, почему вы все воспринимаете как трагедию, а я уже как фарс.

Опубликован доклад Немцова о войне России на Донбассе: главные тезисыОпубликован доклад Немцова о войне России на Донбассе: главные тезисы

В докладе политик пытается оценить общие потери армии и бюджета России от войны в Украине.
В России соратники убитого оппозиционного политика Бориса Немцова опубликовали доклад «Путин. Война», составленный группой экспертов на основе собранных им материалов. В исследовании делаются попытки оценить общие потери армии и бюджета России от войны в Украине.
Так в боях под Дебальцево Донецкой области в январе-феврале 2015 года погибли 70 российских десантников, не менее 17 из которых – жители Иваново. И не менее 150 россиян погибли в августе 2014 года под Иловайском. Минобороны РФ участие армии в конфликте в Украине категорически отрицает, пишет РБК.
Это исследование политик собирался противопоставить официальной версии событий. «Я придумал, что делать. Надо написать доклад «Путин. Война», издать его огромным тиражом и раздавать на улицах. Расскажем, как Путин развязал эту войну. Только так мы победим пропаганду», — приводит издание слова Немцова.
В открытом доступе 64-страничный доклад Бориса Немцова о войне России на Донбассе появится днем 12-го мая после презентации.
Согласно докладу, на тот момент солдат, которых отправляли на Донбасс, стали увольнять из армии и выдавать за добровольцев. Минобороны России обещало платить компенсации за смерть и увечья, несмотря на увольнение. Однако, говорится в документе, это обещание выполнено не было.
Также в докладе указано что из российского бюджета на войну на юго-востоке Украины за десять месяцев было потрачено около 53 млрд рублей.
По мнению соавтора доклада директора по макроэкономическим исследованиям ВШЭ Сергея Алексашенко, 21 млрд руб. потребовалось на содержание 6 тыс. добровольцев, 25 млрд руб. — на поддержку 30 тыс. местных «ополченцев», 7 млрд руб. — на эксплуатацию, обслуживание и ремонт техники.
Кроме того, в докладе сообщается, что 80 млрд руб. было потрачено властями российских регионов на содержание беженцев из Донецкой и Луганской областей Украины с июля 2014 года.
В докладе отмечается, что 2 трлн руб. из своих зарплат и 750 млрд руб. из своих сбережений, по мнению Алексашенко, россияне потеряли за год после присоединения Крыма.
Экономист поясняет, что в связи с западными санкциями и ответным продуктовым эмбарго цены дополнительно выросли на 5,5%. Именно эта цифра заложена в основу расчетов.
Исследование разбито на 11 глав, они охватывают события в Украине с начала переворота, когда, по версии авторов доклада, в Кремле был разработан сценарий «возвращения Крыма», и до настоящего времени.
Предлагаем вашему вниманию самые главные тезисы расследования.
1. Не менее 150 российских солдат погибли в августе 2014 года, согласно оценкам источников Немцова. Тогда украинская армия перешла в наступление, но была остановлена под Иловайском российскими войсками. Родственники погибших военнослужащих, как сообщается в докладе, получили по 2 млн руб. и дали подписку о неразглашении относительно обстоятельств их гибели.
2. Около 70 российских солдат (в том числе не менее 17 десантников из Иваново), по утверждению Немцова, погибли в январе-феврале 2015 года под городом Дебальцево. Представители интересов родственников военнослужащих в феврале обратились к Немцову за помощью, так как не могли добиться компенсаций. В докладе говорится, что на тот момент солдат, отправляемых на Донбасс, стали увольнять из армии и выдавать за добровольцев. Минобороны России обещало платить компенсации за смерть и увечья, несмотря на увольнение. Однако, утверждается в докладе, это обещание выполнено не было.
3. Около 53 млрд руб. было потрачено из российского бюджета на войну на юго-востоке Украины за десять месяцев — такую оценку дал соавтор доклада, директор по макроэкономическим исследованиям ВШЭ Сергей Алексашенко. Он предположил, что 21 млрд руб. потребовалось на содержание 6 тыс. добровольцев, 25 млрд руб. — на поддержку 30 тыс. местных ополченцев, 7 млрд руб. — на эксплуатацию, обслуживание и ремонт техники.
4. 80 млрд руб. было потрачено властями российских регионов на содержание беженцев из Донецкой и Луганской областей Украины с июля 2014 года. Эту оценку в докладе также приводит Сергей Алексашенко.
5. Два трлн руб. из своих зарплат и 750 млрд руб. из своих сбережений, по подсчетам Алексашенко, потеряли россияне за год после присоединения Крыма. Экономист поясняет, что в связи с западными санкциями и ответным продуктовым эмбарго цены дополнительно выросли на 5,5%. Именно эта цифра заложена в основу расчетов.
Напомним, Немцов был убит в Москве в ночь на 28 февраля. Во вторник, на 40-й день после смерти политика, в Москве и других городах России прошли акции памяти с участием соратников и сторонников Немцова.
Ранее уже были опубликованы главные факты и доказательства участия кадровых российских военных в войне на Донбассе.
Источник: http://glavred.info/politika/opublikovan-doklad-nemcova-o-voyne-rossii-na-donbasse-glavnye-tezisy-317448.htmlВ докладе политик пытается оценить общие потери армии и бюджета России от войны в Украине.
В России соратники убитого оппозиционного политика Бориса Немцова опубликовали доклад «Путин. Война», составленный группой экспертов на основе собранных им материалов. В исследовании делаются попытки оценить общие потери армии и бюджета России от войны в Украине.
Так в боях под Дебальцево Донецкой области в январе-феврале 2015 года погибли 70 российских десантников, не менее 17 из которых – жители Иваново. И не менее 150 россиян погибли в августе 2014 года под Иловайском. Минобороны РФ участие армии в конфликте в Украине категорически отрицает, пишет РБК.
Это исследование политик собирался противопоставить официальной версии событий. «Я придумал, что делать. Надо написать доклад «Путин. Война», издать его огромным тиражом и раздавать на улицах. Расскажем, как Путин развязал эту войну. Только так мы победим пропаганду», — приводит издание слова Немцова.
В открытом доступе 64-страничный доклад Бориса Немцова о войне России на Донбассе появится днем 12-го мая после презентации.
Согласно докладу, на тот момент солдат, которых отправляли на Донбасс, стали увольнять из армии и выдавать за добровольцев. Минобороны России обещало платить компенсации за смерть и увечья, несмотря на увольнение. Однако, говорится в документе, это обещание выполнено не было.
Также в докладе указано что из российского бюджета на войну на юго-востоке Украины за десять месяцев было потрачено около 53 млрд рублей.
По мнению соавтора доклада директора по макроэкономическим исследованиям ВШЭ Сергея Алексашенко, 21 млрд руб. потребовалось на содержание 6 тыс. добровольцев, 25 млрд руб. — на поддержку 30 тыс. местных «ополченцев», 7 млрд руб. — на эксплуатацию, обслуживание и ремонт техники.
Кроме того, в докладе сообщается, что 80 млрд руб. было потрачено властями российских регионов на содержание беженцев из Донецкой и Луганской областей Украины с июля 2014 года.
В докладе отмечается, что 2 трлн руб. из своих зарплат и 750 млрд руб. из своих сбережений, по мнению Алексашенко, россияне потеряли за год после присоединения Крыма.
Экономист поясняет, что в связи с западными санкциями и ответным продуктовым эмбарго цены дополнительно выросли на 5,5%. Именно эта цифра заложена в основу расчетов.
Исследование разбито на 11 глав, они охватывают события в Украине с начала переворота, когда, по версии авторов доклада, в Кремле был разработан сценарий «возвращения Крыма», и до настоящего времени.
Предлагаем вашему вниманию самые главные тезисы расследования.
1. Не менее 150 российских солдат погибли в августе 2014 года, согласно оценкам источников Немцова. Тогда украинская армия перешла в наступление, но была остановлена под Иловайском российскими войсками. Родственники погибших военнослужащих, как сообщается в докладе, получили по 2 млн руб. и дали подписку о неразглашении относительно обстоятельств их гибели.
2. Около 70 российских солдат (в том числе не менее 17 десантников из Иваново), по утверждению Немцова, погибли в январе-феврале 2015 года под городом Дебальцево. Представители интересов родственников военнослужащих в феврале обратились к Немцову за помощью, так как не могли добиться компенсаций. В докладе говорится, что на тот момент солдат, отправляемых на Донбасс, стали увольнять из армии и выдавать за добровольцев. Минобороны России обещало платить компенсации за смерть и увечья, несмотря на увольнение. Однако, утверждается в докладе, это обещание выполнено не было.
3. Около 53 млрд руб. было потрачено из российского бюджета на войну на юго-востоке Украины за десять месяцев — такую оценку дал соавтор доклада, директор по макроэкономическим исследованиям ВШЭ Сергей Алексашенко. Он предположил, что 21 млрд руб. потребовалось на содержание 6 тыс. добровольцев, 25 млрд руб. — на поддержку 30 тыс. местных ополченцев, 7 млрд руб. — на эксплуатацию, обслуживание и ремонт техники.
4. 80 млрд руб. было потрачено властями российских регионов на содержание беженцев из Донецкой и Луганской областей Украины с июля 2014 года. Эту оценку в докладе также приводит Сергей Алексашенко.
5. Два трлн руб. из своих зарплат и 750 млрд руб. из своих сбережений, по подсчетам Алексашенко, потеряли россияне за год после присоединения Крыма. Экономист поясняет, что в связи с западными санкциями и ответным продуктовым эмбарго цены дополнительно выросли на 5,5%. Именно эта цифра заложена в основу расчетов.
Напомним, Немцов был убит в Москве в ночь на 28 февраля. Во вторник, на 40-й день после смерти политика, в Москве и других городах России прошли акции памяти с участием соратников и сторонников Немцова.
Ранее уже были опубликованы главные факты и доказательства участия кадровых российских военных в войне на Донбассе.
Источник: http://glavred.info/politika/opublikovan-doklad-nemcova-o-voyne-rossii-na-donbasse-glavnye-tezisy-317448.html

По некоторым версиям, роль России на Украине меняется — теперь акцент делается на обучении повстанцевПо некоторым версиям, роль России на Украине меняется — теперь акцент делается на обучении повстанцев

Наталия Васильева | AP.
Недавним весенним утром важный гость наблюдал за учениями пехоты повстанцев на полигоне в окрестностях Енакиево на Восточной Украине, утверждает журналистка Associated Press Наталия Васильева.

«Генерал весьма доволен», — сказал своим подчиненным Остап Черный, командир батальона повстанцев. «Он подразумевал фигуру в камуфляжной форме, окруженную пятью вооруженными охранниками. Этот человек, почти наверняка офицер российской армии, встревожился, увидев, что приближаются два журналиста. Его свита прикрыла его со всех сторон, предостерегая, что фотографировать запрещено, и вскоре эта группа людей умчалась в кортеже из четырех автомобилей. «Генерал» надежно укрылся в черном внедорожнике «тойота» без номерных знаков», — говорится в статье.

Присутствие россиян на Восточной Украине не назовешь незримым, считает издание. «В то же самое время тактика недавно изменилась. Похоже, это сделано для минимизации российского военного присутствия в рамках попыток склонить Запад к отмене болезненных экономических санкций», — говорится в статье.

Журналисты Associated Press посетили учебные полигоны в районе Енакиево и других местах, а также опросили десятки повстанцев. По словам автора, эти визиты и интервью «обнажили тот факт, что российские вооруженные силы шли в авангарде некоторых крупных наступательных операций сепаратистов, а затем быстро уходили, пока их не успевали заметить широкие массы».

«В недавний период, когда установилось хрупкое перемирие, Россия держала на Украине меньше войск, но расширила обучение повстанцев, чтобы удостовериться в их способности обращаться с современным российским вооружением и оборонять подконтрольную им территорию. По оценкам НАТО и независимого российского ученого, живущего в Лондоне, Россия держит на Восточной Украине несколько сотен военных инструкторов», — говорится в статье.

Со своей стороны, Кремль признает, что многие россияне воюют на Украине в качестве добровольцев, но категорично отрицает, что направляет свои войска через границу или вооружает повстанцев.

Командиры повстанцев избегают обсуждать с журналистами роль России в конфликте, но бойцы-сепаратисты часто подтверждают, что получают из России, в том числе, одежду и боеприпасы, пишет автор.

«На линии фронта западнее Донецка снайпер по кличке «Квадрат» хвастался своей новой винтовкой из России. «Дядя Вовка нам помогает», — сказал он, употребив кличку президента Путина», — говорится в статье.

Автор также утверждает: 19 февраля, когда сепаратисты взяли Дебальцево, «истинные победители давно ушли».

«Нам помогли наши друзья», — сказал повстанец Андрей. Он сказал, что в отличие от его части, где самой новой техникой был танк «Т-72», у россиян имелись современные «Т-90».

«Андрей и другой боец, Алексей, сказали, что российские войска специально штурмовали укрепленный район в окрестностях Дебальцево, который повстанцы пытались захватить несколько недель», — говорится в статье.

Когда Алексея спросили о предполагаемом присутствии россиян под Иловайском прошлым летом, он ответил: «Всего пара танков пробилось». «Но когда его спросили о россиянах в битве за Дебальцево, он оживился: «Я не буду этого скрывать: россияне здесь были. Они вошли и быстро ушли», — говорится в статье.

Старший научный сотрудник Royal United Services Institute (Лондон) Игорь Сутягин составил список боевых формирований, направленных на Украину. По его словам, «перманентной чертой конфликта», начиная с августа, является присутствие многочисленных российских военных, а максимум численности (около 9 тыс. военнослужащих) был в конце февраля, в финале сражения за Дебальцево. По его оценкам, сейчас на Украине остается несколько сотен российских военных, которые обучают повстанцев и координируют действия их сил.

На взгляд Сутягина, Россия создала нечто вроде регулярных сил, которые «более-менее» способны оборонять ДНР и ЛНР.

«Теперь одна из важнейших задач — сохранить эти республики как возможный рычаг давления на Украину, — сказал он. — Поэтому им нужно уберечь эти республики, подготовить их к бою, а одновременно устроить, чтобы санкции против России были отменены».

Источник: APНаталия Васильева | AP.
Недавним весенним утром важный гость наблюдал за учениями пехоты повстанцев на полигоне в окрестностях Енакиево на Восточной Украине, утверждает журналистка Associated Press Наталия Васильева.

«Генерал весьма доволен», — сказал своим подчиненным Остап Черный, командир батальона повстанцев. «Он подразумевал фигуру в камуфляжной форме, окруженную пятью вооруженными охранниками. Этот человек, почти наверняка офицер российской армии, встревожился, увидев, что приближаются два журналиста. Его свита прикрыла его со всех сторон, предостерегая, что фотографировать запрещено, и вскоре эта группа людей умчалась в кортеже из четырех автомобилей. «Генерал» надежно укрылся в черном внедорожнике «тойота» без номерных знаков», — говорится в статье.

Присутствие россиян на Восточной Украине не назовешь незримым, считает издание. «В то же самое время тактика недавно изменилась. Похоже, это сделано для минимизации российского военного присутствия в рамках попыток склонить Запад к отмене болезненных экономических санкций», — говорится в статье.

Журналисты Associated Press посетили учебные полигоны в районе Енакиево и других местах, а также опросили десятки повстанцев. По словам автора, эти визиты и интервью «обнажили тот факт, что российские вооруженные силы шли в авангарде некоторых крупных наступательных операций сепаратистов, а затем быстро уходили, пока их не успевали заметить широкие массы».

«В недавний период, когда установилось хрупкое перемирие, Россия держала на Украине меньше войск, но расширила обучение повстанцев, чтобы удостовериться в их способности обращаться с современным российским вооружением и оборонять подконтрольную им территорию. По оценкам НАТО и независимого российского ученого, живущего в Лондоне, Россия держит на Восточной Украине несколько сотен военных инструкторов», — говорится в статье.

Со своей стороны, Кремль признает, что многие россияне воюют на Украине в качестве добровольцев, но категорично отрицает, что направляет свои войска через границу или вооружает повстанцев.

Командиры повстанцев избегают обсуждать с журналистами роль России в конфликте, но бойцы-сепаратисты часто подтверждают, что получают из России, в том числе, одежду и боеприпасы, пишет автор.

«На линии фронта западнее Донецка снайпер по кличке «Квадрат» хвастался своей новой винтовкой из России. «Дядя Вовка нам помогает», — сказал он, употребив кличку президента Путина», — говорится в статье.

Автор также утверждает: 19 февраля, когда сепаратисты взяли Дебальцево, «истинные победители давно ушли».

«Нам помогли наши друзья», — сказал повстанец Андрей. Он сказал, что в отличие от его части, где самой новой техникой был танк «Т-72», у россиян имелись современные «Т-90».

«Андрей и другой боец, Алексей, сказали, что российские войска специально штурмовали укрепленный район в окрестностях Дебальцево, который повстанцы пытались захватить несколько недель», — говорится в статье.

Когда Алексея спросили о предполагаемом присутствии россиян под Иловайском прошлым летом, он ответил: «Всего пара танков пробилось». «Но когда его спросили о россиянах в битве за Дебальцево, он оживился: «Я не буду этого скрывать: россияне здесь были. Они вошли и быстро ушли», — говорится в статье.

Старший научный сотрудник Royal United Services Institute (Лондон) Игорь Сутягин составил список боевых формирований, направленных на Украину. По его словам, «перманентной чертой конфликта», начиная с августа, является присутствие многочисленных российских военных, а максимум численности (около 9 тыс. военнослужащих) был в конце февраля, в финале сражения за Дебальцево. По его оценкам, сейчас на Украине остается несколько сотен российских военных, которые обучают повстанцев и координируют действия их сил.

На взгляд Сутягина, Россия создала нечто вроде регулярных сил, которые «более-менее» способны оборонять ДНР и ЛНР.

«Теперь одна из важнейших задач — сохранить эти республики как возможный рычаг давления на Украину, — сказал он. — Поэтому им нужно уберечь эти республики, подготовить их к бою, а одновременно устроить, чтобы санкции против России были отменены».

Источник: AP

Сценарий третьей мировойСценарий третьей мировой

В конфликт на юго-востоке Украины вмешиваются добровольцы США и Западной Европы
Михаил Ходаренок
Придется еще раз повторить: заявления, время от времени озвучиваемые российскими политиками ультралиберальных взглядов типа «проблема военного решения не имеет» и «все войны заканчиваются миром», к действительности отношения не имеют. Войны заканчиваются только одним – сокрушительными поражениями одних и блистательными победами других. Если же появилось словосочетание «военного решения нет», значит, у одной из сторон конфликта попросту нет сил для победоносного завершения войны. А если какое-то вооруженное противоборство и заканчивается вроде как вничью, так это разве что за полным истощением военных возможностей обеих сторон. Разумеется, возможны в
Подробнее: http://vpk-news.ru/articles/24284арианты с некимии весьма незначительными отклонениями от этой генеральной линии.

Вначале о ближайших и дальнейших задачах сторон конфликта на юго-востоке Украины.

Для киевского руководства и ближайшей, и дальнейшей, и неизменной целью на исторически обозримый срок является только одно: восстановление территориальной целостности страны любым путем, в первую очередь военным. Стратегическая задача – смести с лица земли вооруженные формирования юго-востока. Ожидание переговоров, изменения конституции Украины в нужном для непризнанных территорий ключе, федерализации юго-востока – все это из области исключительно предположений и игры воображения. Карфаген (то есть сепаратистский юго-восток) должен быть разрушен – и этот тезис, без всякого сомнения, будет главенствующим во всей украинской внешней и внутренней политике. Придерживаться сегодня иных взглядов среди элиты незалежной означает немедленное политическое самоубийство. Пока сил и средств, чтобы решить проблему военным путем, у Киева нет. Но это вовсе не означает отказ украинского руководства от политики военного сокрушения юго-востока.

“ На юго-востоке Украины сражаются две советские армии: одна – образца 1991 года, другая – несколько модернизированный вариант ”
Надо прямо сказать, что в целом внешне- и внутриполитические задачи Украины на юго-востоке понятны и логичны.

Сложнее с непризнанным юго-востоком. Тут все гораздо туманнее. Требовать самоопределения этих территорий можно, но что дальше? Как жить на этом клочке суши, если практически невозможно обеспечить экономическую, финансовую и всякую другую независимость юго-востока (а точнее, двух рваных и исключительно фигуристых кусков Донецкой и Луганской областей)? Требовать федерализации тоже теоретически допустимо, но ее никогда и ни при каких обстоятельствах не предоставит официальный Киев. Возвращаться в незалежную? Но уже пролито столько крови, масштаб разрушения инфраструктуры региона просто потрясает и пропасть между сторонами конфликта так велика, что вряд ли это возможно без последующих погромов и массовых расстрелов инсургентов со стороны центральной украинской власти. В общем, полный цугцванг – что делать, неясно никому, и каждый следующий шаг может только ухудшить положение. Похоже, политическая линия у юго-востока в этих условиях может быть только одна – прикрываясь словесным флером, тянуть время. А там, глядишь, что-нибудь и произойдет.

В этой связи не стоит забывать об одном важном обстоятельстве. В прогнозировании будущего футурологами всех мастей зачастую используется один и тот же прием. С точки зрения представителя зенитных ракетных войск, каковым в прошлом являлся автор, – это гипотеза о прямолинейном и равномерном движении цели. Значительная часть прогнозов строится именно на этом постулате.

Но есть и теория «Черного лебедя». Ее автор – Нассим Николас Талеб, написавший о ней книгу «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости». Теория рассматривает труднопрогнозируемые и редкие события, которые влекут значительные последствия.

Иными словами, процессы реального мира невозможно описать с точки зрения одной лишь математики, применяя даже самые совершенные модели. С какого-то момента все и вся может пойти вопреки прогнозам, исключительно наперекосяк. Похоже, именно на этом строится невысказанная политическая линия юго-востока – выждать. А там видно будет. Хорошо это или плохо – покажет только время.

Сценарий третьей мировой

Сегодня на юго-востоке Украины действует режим прекращения огня. Но все стороны конфликта, похоже, отдают себе отчет в том, что это далеко не конец, а скорее всего лишь пауза перед летней кампанией.

Теперь перейдем к гипотетическим сценариям развития обстановки на юго-востоке Украины (подчеркнем особо – сценариям исключительно из области гипотез и предположений).

Что представляет собой война на юго-востоке с точки зрения военного искусства? По сути дела сражаются две советские армии. Одна – образца 1991 года (это вооруженные силы Украины), другая – несколько модернизированный вариант все той же Советской армии – лучше подготовленной в оперативно-тактическом отношении, укомплектованной более грамотными специалистами, качественнее управляемой. Причем с последнего времени вооруженное противоборство осуществляется исключительно на земле – силами только общевойсковых частей и подразделений. Своих военно-воздушных сил у юго-востока нет, а украинские – и прежде немногочисленные – ВВС в ходе конфликта постепенно сошли на нет. Исправных самолетов и подготовленных летчиков у незалежной практически не осталось. Немало подобному развитию обстановки поспособствовали добровольцы юго-востока на штатной технике ПВО. Иногда в этих же целях умело и достаточно незаметно действовали и отпускники на своих самолетах. Но с точки зрения военного искусства вооруженное противоборство на юго-востоке – всего лишь несколько модернизированный вариант Второй мировой на ее заключительном этапе. Ни та, ни другая сторона не явила ни нового вооружения и военной техники, ни новых приемов и способов ведения вооруженной борьбы.

Как известно, на стороне юго-востока сражаются добровольцы-отпускники. Как правило – на своем штатном вооружении. А теперь предположим такой вариант (опять-таки чисто гипотетически, почему нет), что в состав вооруженных сил Украины начали прибывать добровольцы и отпускники из США и Западной Европы, причем тоже на своем штатном вооружении.

Начнем с военно-воздушных сил. Предположим, на аэродромы Харькова, Полтавы, Днепропетровска, Запорожья стали приземляться F-15, F-16, F-22, А-10, «Панавиа Торнадо», Е-8А, Е-3А. Прежние опознавательные знаки и бортовые номера закрашены, на их место нанесены трезубцы и желто-голубые знамена Украины. До этого многочисленными эшелонами на украинские авиабазы завезены топливо и самые современные авиационные средства поражения.

Сценарий третьей мировой

В Черном море у берегов на протяжении последних 140 лет проституирующей в политическом отношении Болгарии развернуты три АУГ (авианосные ударные группы). Типовой состав каждой – один атомный ударный авианосец, два-три крейсера УРО, три-четыре эсминца УРО, три-четыре ударные АПЛ.

В районе Мариуполя, Павлограда, Изюма, Лозовой разгрузились бронетанковые и механизированные дивизии добровольцев с Запада, укомплектованные танками «Абрамс», «Леопард», «Леклерк», БМП «Мардер» и «Брэдли», современной артиллерией.

Кроме того, следует упомянуть про добровольческие части и подразделения (тоже укомплектованные отпускниками США и Западной Европы) РЭБ, связи, беспилотных летательных аппаратов и пр., и пр. Не забудем также про добровольческие части тыла и технического обеспечения, без которых немыслима современная война.

Теперь вопрос. Долго ли продержатся вооруженные формирования юго-востока, если в войну вступит качественно иной противник, на соединения и части ЛНР и ДНР обрушится град современных авиационных средств поражения – противобункерных бомб, бомб с лазерным и спутниковым наведением, боевых частей крылатых ракет воздушного и морского базирования? Если боевые порядки будут атакованы новейшими боевыми бронированными машинами и артиллерией? А действия всего этого военного великолепия станут обеспечиваться не имеющей даже приблизительного мирового аналога американской разведкой всех видов? Причем самолеты добровольцев Запада будут гоняться за каждыми БМП, орудием, танком частей и соединений юго-востока, бомбить отдельно взятый окоп, огневую точку, позицию миномета. И поражать цели с промахами, соизмеримыми с размерами самого окопа.

Повторим вопрос: сколько продержатся вооруженные формирования юго-востока? Сутки? Двое? Неделю? Ответ, к сожалению, такой: хорошо, если несколько часов.

Конечно, добровольцев с юго-востока могут поддержать их старшие товарищи – Вооруженные Силы Российской Федерации. И вот именно в этот момент – пожалуйте бриться – начало третьей мировой войны.

Такой вариант событий – хрустальная мечта современного украинского руководства. Но англосаксонская кровь слишком дорога, чтобы проливать ее за будущее счастье каких-то полудиких украинцев. Поэтому подобный вариант развития событий все же следует оценивать как игру слишком разогретого воображения.

А если все-таки продолжить фантазировать и попробовать представить, как может выглядеть развитие подобного конфликта на Юго-Западном стратегическом направлении, если в него под тем или иным флагом включатся все заинтересованные стороны.

Сразу скажем – успех вооруженного противоборства с применением только обычных средств поражения в этом случае очевиден. Он, безусловно, будет на стороне Запада. К сожалению, современная Российская армия еще мало чем качественно отличается от советской предшественницы образца 1991 года. И новейшего вооружения, отвечающего высоким требованиям XXI века, в ней не так уж и много.

К примеру, у нас до сих пор нет ни одного оперативного объединения ВВС (впрочем, уже нет и самих ВВС как вида Вооруженных Сил), укомплектованного современными самолетами с запасом новейших авиационных средств поражения хотя бы на 30 суток ведения боевых действий.

Черноморский флот сегодня, к большому сожалению, – филиал Центрального военно-морского музея. По кораблям ЧФ можно изучать историю советского кораблестроения 60–70-х годов.

Да и общевойсковых соединений и частей, если собрать все, что есть на территории бывшего СКВО, получится не более 1,5 армейского корпуса (по западным стандартам). 1-й Украинский фронт из имеющегося комплекта сил и средств явно не сформируешь. Резервов оперативного характера на территории округа нет. То есть оперативно-стратегические задачи имеющимся на ЮЗСН соединениям и частям явно не по силам.

Добавим для понимания остроты ситуации только одно: если на каждом американском авианосце по четыре – шесть специализированных самолетов РЭБ, то у нас во всех ВВС нет ни одной подобной машины.

Следует отметить еще один очень важный момент – оперативное оборудование театра военных действий на Юго-Западном стратегическом направлении весьма мало отвечает задачам успешного ведения боевых действий. Аэродромная сеть, количество и качество шоссейных и железных дорог далеко не в полной мере отвечают требованиям ведения вооруженного противоборства. Достаточно заметить, что некоторые железные дороги проходят по территории Украины и именно на ЮЗСН находится знаменитый четырехугольник, в котором вообще нет железных дорог. Словом, первая рокадная железная дорога идет через Украину, а следующая – только через Волгоград. А как известно, где заканчивается железная дорога, там и заканчивается война.

Что касается расквартирования соединений, частей и подразделений ВС РФ на ЮЗСН, то они располагаются в основном на фондах СКВО советского времени. В те времена это был округ в глубоком тылу с небольшим набором частей и соединений сокращенного состава и кадра. Положение в этом плане с 1991 года изменилось незначительно. Но теперь соседом округа является наиболее воинственно и антироссийски настроенная страна – современная Украина.

Возникает вполне закономерный вопрос: чем занимались последние 20 лет? Этот период в жизни отечественных Вооруженных Сил еще ждет своего беспристрастного историка. Пока конспективно можно сказать следующее. Вся сила в 1990–2000 годах, пожалуй, ушла в непрерывные организационно-штатные мероприятия. Типа: сформировать, затем то же самое расформировать, потом его же восстановить, снова расформировать, а попутно с целями исключительно оптимизации и улучшения организационной структуры обнулить военную науку и образование, срубить под корень военные академии под благовидным предлогом их передислокации, в ходе непрерывных сокращений и переформирований растерять ценные кадры. Всего два слова – «реформа» и «оптимизация» – по вредоносности воздействия на жизнь Вооруженных Сил сравнимы, пожалуй, только с последствиями нанесения серии МРАУ (массированного ракетно-авиационного удара).

Пожалуй, если смотреть на дело критически, качественно нового так ничего и не создали (во всяком случае это вопрос дискуссионный). Топтались, по сути дела, более 20 лет на месте, в то время как другие страны совершили рывок в военном деле. Если и наметилась положительная динамика, то только с приходом в Минобороны Сергея Шойгу.

И кто-то же за это должен отвечать – хотя бы в плане объективного анализа состояния дел. Попробуем перебрать министров обороны последних лет – от Павла Грачева до Анатолия Сердюкова.

Кого из них можно назвать «видным строителем Вооруженных Сил современной России»? Или вписать строчку в служебную аттестацию: «Талантливый военный теоретик, внес существенный вклад в укрепление оборонного могущества государства»? Наконец, «разработал, учредил, ввел, принял на вооружение»?

Попытаемся включить в их характеристики следующие строчки:

«необыкновенная собранность, пытливый ум, аналитические способности, умение делать правильные опережающие выводы»;
«творческий ум и замечательная память, умение быстро схватывать обстановку, предвидеть развитие событий»;
«обладал богатым боевым опытом, широкой эрудицией, высокой оперативно-стратегической подготовкой, отдавал все силы подготовке и воспитанию военных кадров, развитию военной науки»;
«отличался глубоким знанием дела, упорным повседневным трудом, высокой культурой и личным обаянием»;
«преданность делу, высокий профессионализм, интеллигентность».

Представив линейку вышеупомянутых руководителей, можно констатировать – практически ничего не подходит, однако. Или подходит, но очень мало. В лучшем случае все перечисленные персоны занимались только одним – «слить-разлить», а потом и сократить. Но суд истории беспристрастен – как бы ни раздувал щеки и лохматил брови имярек в прошлом, характеристику ему будут писать отнюдь не генералы для особых поручений из его ближайшего окружения.

В качестве заключения. Что же делать отечественным Вооруженным Силам в случае подобного развития конфликта? Заявить об угрозе применения тактического ядерного оружия? Типа: если не остановитесь, мы ударим по украинским АЭС, объектам химической промышленности, каскаду ГЭС на Днепре с целью создания зон затопления и разрушения. Но это, как известно, палка о двух концах. Да и дальнобойных средств доставки ТЯО не так уж много. Ведь своими же руками уничтожили наиболее нужный класс ракет для обороны страны – РСМД.

Разумеется, все описанное и перечисленное не более чем домыслы, фантазии и гипотезы.

А вывод из украинского кризиса может быть только один – ни при каких обстоятельствах нельзя допустить втягивания в конфликт на юго-востоке Вооруженных Сил Российской Федерации. Наша страна, армия и флот, надо объективно заметить, еще не готовы к масштабному вооруженному противоборству с применением только обычных средств поражения. Если перебрать все критерии готовности государства к войне (подготовка Вооруженных Сил, подготовка экономики страны, подготовка территории страны в интересах ВС РФ, подготовка населения страны к обороне), то по большинству из них имеются весьма существенные проблемы.
Источник: http://vpk-news.ru/articles/24284В конфликт на юго-востоке Украины вмешиваются добровольцы США и Западной Европы
Михаил Ходаренок
Придется еще раз повторить: заявления, время от времени озвучиваемые российскими политиками ультралиберальных взглядов типа «проблема военного решения не имеет» и «все войны заканчиваются миром», к действительности отношения не имеют. Войны заканчиваются только одним – сокрушительными поражениями одних и блистательными победами других. Если же появилось словосочетание «военного решения нет», значит, у одной из сторон конфликта попросту нет сил для победоносного завершения войны. А если какое-то вооруженное противоборство и заканчивается вроде как вничью, так это разве что за полным истощением военных возможностей обеих сторон. Разумеется, возможны в
Подробнее: http://vpk-news.ru/articles/24284арианты с некимии весьма незначительными отклонениями от этой генеральной линии.

Вначале о ближайших и дальнейших задачах сторон конфликта на юго-востоке Украины.

Для киевского руководства и ближайшей, и дальнейшей, и неизменной целью на исторически обозримый срок является только одно: восстановление территориальной целостности страны любым путем, в первую очередь военным. Стратегическая задача – смести с лица земли вооруженные формирования юго-востока. Ожидание переговоров, изменения конституции Украины в нужном для непризнанных территорий ключе, федерализации юго-востока – все это из области исключительно предположений и игры воображения. Карфаген (то есть сепаратистский юго-восток) должен быть разрушен – и этот тезис, без всякого сомнения, будет главенствующим во всей украинской внешней и внутренней политике. Придерживаться сегодня иных взглядов среди элиты незалежной означает немедленное политическое самоубийство. Пока сил и средств, чтобы решить проблему военным путем, у Киева нет. Но это вовсе не означает отказ украинского руководства от политики военного сокрушения юго-востока.

“ На юго-востоке Украины сражаются две советские армии: одна – образца 1991 года, другая – несколько модернизированный вариант ”
Надо прямо сказать, что в целом внешне- и внутриполитические задачи Украины на юго-востоке понятны и логичны.

Сложнее с непризнанным юго-востоком. Тут все гораздо туманнее. Требовать самоопределения этих территорий можно, но что дальше? Как жить на этом клочке суши, если практически невозможно обеспечить экономическую, финансовую и всякую другую независимость юго-востока (а точнее, двух рваных и исключительно фигуристых кусков Донецкой и Луганской областей)? Требовать федерализации тоже теоретически допустимо, но ее никогда и ни при каких обстоятельствах не предоставит официальный Киев. Возвращаться в незалежную? Но уже пролито столько крови, масштаб разрушения инфраструктуры региона просто потрясает и пропасть между сторонами конфликта так велика, что вряд ли это возможно без последующих погромов и массовых расстрелов инсургентов со стороны центральной украинской власти. В общем, полный цугцванг – что делать, неясно никому, и каждый следующий шаг может только ухудшить положение. Похоже, политическая линия у юго-востока в этих условиях может быть только одна – прикрываясь словесным флером, тянуть время. А там, глядишь, что-нибудь и произойдет.

В этой связи не стоит забывать об одном важном обстоятельстве. В прогнозировании будущего футурологами всех мастей зачастую используется один и тот же прием. С точки зрения представителя зенитных ракетных войск, каковым в прошлом являлся автор, – это гипотеза о прямолинейном и равномерном движении цели. Значительная часть прогнозов строится именно на этом постулате.

Но есть и теория «Черного лебедя». Ее автор – Нассим Николас Талеб, написавший о ней книгу «Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости». Теория рассматривает труднопрогнозируемые и редкие события, которые влекут значительные последствия.

Иными словами, процессы реального мира невозможно описать с точки зрения одной лишь математики, применяя даже самые совершенные модели. С какого-то момента все и вся может пойти вопреки прогнозам, исключительно наперекосяк. Похоже, именно на этом строится невысказанная политическая линия юго-востока – выждать. А там видно будет. Хорошо это или плохо – покажет только время.

Сценарий третьей мировой

Сегодня на юго-востоке Украины действует режим прекращения огня. Но все стороны конфликта, похоже, отдают себе отчет в том, что это далеко не конец, а скорее всего лишь пауза перед летней кампанией.

Теперь перейдем к гипотетическим сценариям развития обстановки на юго-востоке Украины (подчеркнем особо – сценариям исключительно из области гипотез и предположений).

Что представляет собой война на юго-востоке с точки зрения военного искусства? По сути дела сражаются две советские армии. Одна – образца 1991 года (это вооруженные силы Украины), другая – несколько модернизированный вариант все той же Советской армии – лучше подготовленной в оперативно-тактическом отношении, укомплектованной более грамотными специалистами, качественнее управляемой. Причем с последнего времени вооруженное противоборство осуществляется исключительно на земле – силами только общевойсковых частей и подразделений. Своих военно-воздушных сил у юго-востока нет, а украинские – и прежде немногочисленные – ВВС в ходе конфликта постепенно сошли на нет. Исправных самолетов и подготовленных летчиков у незалежной практически не осталось. Немало подобному развитию обстановки поспособствовали добровольцы юго-востока на штатной технике ПВО. Иногда в этих же целях умело и достаточно незаметно действовали и отпускники на своих самолетах. Но с точки зрения военного искусства вооруженное противоборство на юго-востоке – всего лишь несколько модернизированный вариант Второй мировой на ее заключительном этапе. Ни та, ни другая сторона не явила ни нового вооружения и военной техники, ни новых приемов и способов ведения вооруженной борьбы.

Как известно, на стороне юго-востока сражаются добровольцы-отпускники. Как правило – на своем штатном вооружении. А теперь предположим такой вариант (опять-таки чисто гипотетически, почему нет), что в состав вооруженных сил Украины начали прибывать добровольцы и отпускники из США и Западной Европы, причем тоже на своем штатном вооружении.

Начнем с военно-воздушных сил. Предположим, на аэродромы Харькова, Полтавы, Днепропетровска, Запорожья стали приземляться F-15, F-16, F-22, А-10, «Панавиа Торнадо», Е-8А, Е-3А. Прежние опознавательные знаки и бортовые номера закрашены, на их место нанесены трезубцы и желто-голубые знамена Украины. До этого многочисленными эшелонами на украинские авиабазы завезены топливо и самые современные авиационные средства поражения.

Сценарий третьей мировой

В Черном море у берегов на протяжении последних 140 лет проституирующей в политическом отношении Болгарии развернуты три АУГ (авианосные ударные группы). Типовой состав каждой – один атомный ударный авианосец, два-три крейсера УРО, три-четыре эсминца УРО, три-четыре ударные АПЛ.

В районе Мариуполя, Павлограда, Изюма, Лозовой разгрузились бронетанковые и механизированные дивизии добровольцев с Запада, укомплектованные танками «Абрамс», «Леопард», «Леклерк», БМП «Мардер» и «Брэдли», современной артиллерией.

Кроме того, следует упомянуть про добровольческие части и подразделения (тоже укомплектованные отпускниками США и Западной Европы) РЭБ, связи, беспилотных летательных аппаратов и пр., и пр. Не забудем также про добровольческие части тыла и технического обеспечения, без которых немыслима современная война.

Теперь вопрос. Долго ли продержатся вооруженные формирования юго-востока, если в войну вступит качественно иной противник, на соединения и части ЛНР и ДНР обрушится град современных авиационных средств поражения – противобункерных бомб, бомб с лазерным и спутниковым наведением, боевых частей крылатых ракет воздушного и морского базирования? Если боевые порядки будут атакованы новейшими боевыми бронированными машинами и артиллерией? А действия всего этого военного великолепия станут обеспечиваться не имеющей даже приблизительного мирового аналога американской разведкой всех видов? Причем самолеты добровольцев Запада будут гоняться за каждыми БМП, орудием, танком частей и соединений юго-востока, бомбить отдельно взятый окоп, огневую точку, позицию миномета. И поражать цели с промахами, соизмеримыми с размерами самого окопа.

Повторим вопрос: сколько продержатся вооруженные формирования юго-востока? Сутки? Двое? Неделю? Ответ, к сожалению, такой: хорошо, если несколько часов.

Конечно, добровольцев с юго-востока могут поддержать их старшие товарищи – Вооруженные Силы Российской Федерации. И вот именно в этот момент – пожалуйте бриться – начало третьей мировой войны.

Такой вариант событий – хрустальная мечта современного украинского руководства. Но англосаксонская кровь слишком дорога, чтобы проливать ее за будущее счастье каких-то полудиких украинцев. Поэтому подобный вариант развития событий все же следует оценивать как игру слишком разогретого воображения.

А если все-таки продолжить фантазировать и попробовать представить, как может выглядеть развитие подобного конфликта на Юго-Западном стратегическом направлении, если в него под тем или иным флагом включатся все заинтересованные стороны.

Сразу скажем – успех вооруженного противоборства с применением только обычных средств поражения в этом случае очевиден. Он, безусловно, будет на стороне Запада. К сожалению, современная Российская армия еще мало чем качественно отличается от советской предшественницы образца 1991 года. И новейшего вооружения, отвечающего высоким требованиям XXI века, в ней не так уж и много.

К примеру, у нас до сих пор нет ни одного оперативного объединения ВВС (впрочем, уже нет и самих ВВС как вида Вооруженных Сил), укомплектованного современными самолетами с запасом новейших авиационных средств поражения хотя бы на 30 суток ведения боевых действий.

Черноморский флот сегодня, к большому сожалению, – филиал Центрального военно-морского музея. По кораблям ЧФ можно изучать историю советского кораблестроения 60–70-х годов.

Да и общевойсковых соединений и частей, если собрать все, что есть на территории бывшего СКВО, получится не более 1,5 армейского корпуса (по западным стандартам). 1-й Украинский фронт из имеющегося комплекта сил и средств явно не сформируешь. Резервов оперативного характера на территории округа нет. То есть оперативно-стратегические задачи имеющимся на ЮЗСН соединениям и частям явно не по силам.

Добавим для понимания остроты ситуации только одно: если на каждом американском авианосце по четыре – шесть специализированных самолетов РЭБ, то у нас во всех ВВС нет ни одной подобной машины.

Следует отметить еще один очень важный момент – оперативное оборудование театра военных действий на Юго-Западном стратегическом направлении весьма мало отвечает задачам успешного ведения боевых действий. Аэродромная сеть, количество и качество шоссейных и железных дорог далеко не в полной мере отвечают требованиям ведения вооруженного противоборства. Достаточно заметить, что некоторые железные дороги проходят по территории Украины и именно на ЮЗСН находится знаменитый четырехугольник, в котором вообще нет железных дорог. Словом, первая рокадная железная дорога идет через Украину, а следующая – только через Волгоград. А как известно, где заканчивается железная дорога, там и заканчивается война.

Что касается расквартирования соединений, частей и подразделений ВС РФ на ЮЗСН, то они располагаются в основном на фондах СКВО советского времени. В те времена это был округ в глубоком тылу с небольшим набором частей и соединений сокращенного состава и кадра. Положение в этом плане с 1991 года изменилось незначительно. Но теперь соседом округа является наиболее воинственно и антироссийски настроенная страна – современная Украина.

Возникает вполне закономерный вопрос: чем занимались последние 20 лет? Этот период в жизни отечественных Вооруженных Сил еще ждет своего беспристрастного историка. Пока конспективно можно сказать следующее. Вся сила в 1990–2000 годах, пожалуй, ушла в непрерывные организационно-штатные мероприятия. Типа: сформировать, затем то же самое расформировать, потом его же восстановить, снова расформировать, а попутно с целями исключительно оптимизации и улучшения организационной структуры обнулить военную науку и образование, срубить под корень военные академии под благовидным предлогом их передислокации, в ходе непрерывных сокращений и переформирований растерять ценные кадры. Всего два слова – «реформа» и «оптимизация» – по вредоносности воздействия на жизнь Вооруженных Сил сравнимы, пожалуй, только с последствиями нанесения серии МРАУ (массированного ракетно-авиационного удара).

Пожалуй, если смотреть на дело критически, качественно нового так ничего и не создали (во всяком случае это вопрос дискуссионный). Топтались, по сути дела, более 20 лет на месте, в то время как другие страны совершили рывок в военном деле. Если и наметилась положительная динамика, то только с приходом в Минобороны Сергея Шойгу.

И кто-то же за это должен отвечать – хотя бы в плане объективного анализа состояния дел. Попробуем перебрать министров обороны последних лет – от Павла Грачева до Анатолия Сердюкова.

Кого из них можно назвать «видным строителем Вооруженных Сил современной России»? Или вписать строчку в служебную аттестацию: «Талантливый военный теоретик, внес существенный вклад в укрепление оборонного могущества государства»? Наконец, «разработал, учредил, ввел, принял на вооружение»?

Попытаемся включить в их характеристики следующие строчки:

«необыкновенная собранность, пытливый ум, аналитические способности, умение делать правильные опережающие выводы»;
«творческий ум и замечательная память, умение быстро схватывать обстановку, предвидеть развитие событий»;
«обладал богатым боевым опытом, широкой эрудицией, высокой оперативно-стратегической подготовкой, отдавал все силы подготовке и воспитанию военных кадров, развитию военной науки»;
«отличался глубоким знанием дела, упорным повседневным трудом, высокой культурой и личным обаянием»;
«преданность делу, высокий профессионализм, интеллигентность».

Представив линейку вышеупомянутых руководителей, можно констатировать – практически ничего не подходит, однако. Или подходит, но очень мало. В лучшем случае все перечисленные персоны занимались только одним – «слить-разлить», а потом и сократить. Но суд истории беспристрастен – как бы ни раздувал щеки и лохматил брови имярек в прошлом, характеристику ему будут писать отнюдь не генералы для особых поручений из его ближайшего окружения.

В качестве заключения. Что же делать отечественным Вооруженным Силам в случае подобного развития конфликта? Заявить об угрозе применения тактического ядерного оружия? Типа: если не остановитесь, мы ударим по украинским АЭС, объектам химической промышленности, каскаду ГЭС на Днепре с целью создания зон затопления и разрушения. Но это, как известно, палка о двух концах. Да и дальнобойных средств доставки ТЯО не так уж много. Ведь своими же руками уничтожили наиболее нужный класс ракет для обороны страны – РСМД.

Разумеется, все описанное и перечисленное не более чем домыслы, фантазии и гипотезы.

А вывод из украинского кризиса может быть только один – ни при каких обстоятельствах нельзя допустить втягивания в конфликт на юго-востоке Вооруженных Сил Российской Федерации. Наша страна, армия и флот, надо объективно заметить, еще не готовы к масштабному вооруженному противоборству с применением только обычных средств поражения. Если перебрать все критерии готовности государства к войне (подготовка Вооруженных Сил, подготовка экономики страны, подготовка территории страны в интересах ВС РФ, подготовка населения страны к обороне), то по большинству из них имеются весьма существенные проблемы.
Источник: http://vpk-news.ru/articles/24284

Вахтанг Кикабидзе: Я не стану петь для страны, танки которой — угроза моей РодинеВахтанг Кикабидзе: Я не стану петь для страны, танки которой — угроза моей Родине

Вахтанг Кикабидзе — человек, которому посвящено множество статей. Его называют легендой кино и эстрады. Для меня легенда – что-то далекое и закостенелое, что давно уже в прошлом, как, например, Кобзон. А Кикабидзе — это сейчас, это Гуру, слова которого воспринимаются не на слух, а сердцем, которому веришь и понимаешь, что на свете есть мудрость и правда, и они обязательно восторжествуют. Сейчас, когда в Украине война, он приехал поддержать нас, рассказать, как это было в Грузии, и как он все бросил в России и уехал, потому что не может петь для страны, танки которой «утюжили» его маленькую Грузию. Кикабидзе готов жить в Украине, ходить с нами на Майдан и давать концерты в АТО. Он верит в победу справедливости и обещает дожить до того времени когда путинская Россия падет. Об этом он рассказал украинским журналистам накануне своего концерта в Киеве.
— Вахтанг Константинович, в этот юбилейный год вы ездите с концертами по миру, планируете посетить Россию?
— Я считаю, что если тебя бьют, ты после этого не должен иметь ничего общего с тем, кто это сделал. Это неэтично, ты сам себя оскорбляешь. Если российский танк входит в мою маленькую страну, и после этого я езжу и там устраиваю концерты — это очень неправильно и некрасиво перед моей страной.
В 2008 году я отказался от концертов в России и после этого семь лет ни в одном российском городе не был. Это мое решение. И делать вид, что политика отдельно, а искусство отдельно, неправильно. Все взаимосвязано — нефть, песня, хлеб, и война — все связано между собой. Я знаю, что безнаказанности не бывает в жизни. Мы просто должны до того времени дожить, чтобы увидеть и успокоиться за наших внуков, детей.
Никто не дает право Путину ущемлять права слабого. Ему это так не пройдет. Если мы все возьмемся за руки — все будет хорошо, потому что не может быть, чтобы все время Путин выигрывал. Всем сейчас нужна выдержка в это тяжелое время. А потом все наладится.
Грузинский артист Вахтанг Кикабидзе
— Как вы относитесь к тому, что в правительстве Украины много грузин?
— У вас хорошая команда собралась, это я могу со всей ответственностью сказать. Например, Эка Згуладзе (первый заместитель министра внутренних дел Украины) — такая умница.
Я моей супруге, шутя, сказал: давай попросим политическое убежище в Украине. Я маленькую квартиру куплю, на старости лет будем жить там и митинговать, мы все равно привыкли к этому делу. А она говорит: я подумаю. Так что все может быть.
— О чем Вы мечтаете?
— О мире, наверное, потому, что больше ничего и не надо человеку. Когда я молодым был, не понимал, почему первый тост поднимают в Грузии «За мир». Теперь понимаю, что это главное, а все остальное не имеет значения.
Еще мечтаю дожить до того дня, когда наступит спокойная жизнь. Мой отец был журналистом, у него были проблемы со зрением и из-за этого его не брали в армию, он сам настоял и пошел. Он пришел домой и маме сказал: мне стыдно ходить по улице, ушел и погиб в Керчи в 1942. Он ушел воевать за Родину, за ту которая, как сейчас выяснилось, может тебя растоптать.
Вахтанг Кикабидзе
— Вахтанг Константинович, какие сейчас у Вас отношения с кино?
— Сейчас я закончил сценарий короткометражного фильма «Диагноз — грузины» из пяти новелл. Я очень люблю маленькое, короткометражное кино. Приглашений сниматься у меня много, но все сериалы, а это меня не устраивает.
В прошлом году было очень хорошее приглашение с Украины — замечательный сценарий прислали. По сюжету события происходили в Закарпатье, где два брата между собой не ладили. Очень интересный пласт судьбы двух мужиков таких, жестких, интересных. Но, к сожалению, меня врачи не пустили.
— Что бы Вы хотели пожелать своим поклонникам, в частности, ребятам, которые защищают нашу Родину?
— Я хочу, чтобы они были здоровы и все вернулись к семьям. В любое время готов им дать концерт.
— Сейчас много провокационной информации об Украине, как в свое время о Грузии, как с этим бороться?
— Когда у меня очень плохое настроение я включаю Россию 24 и смотрю, и там такие вещи говорят, что «волосы дыбом» становятся. Здравомыслящие люди знают, что аннексия идет против Украины. А что дураки говорят, вам это неинтересно и мне тоже. В свое время Лавров (министр иностранных дел России) вышел в 2008 году и сказал, что Грузия объявила войну России. Ну, как здравомыслящий человек может в это поверить, вот такая маленькая Грузия и огромная Россия. Будем надеяться, что мир будет очень скоро и украинский, и грузинский народ будут счастливы.
***
Вахтанг Кикабидзе выступит с концертами в Киеве 19 марта, Харькове — 22, Одессе — 24 марта.
Яна Лемешенко, Киев.
Источник: http://www.ukrinform.ua/rus/news/vahtang_kikabidze_ya_ne_stanu_pet_dlya_strani_tanki_kotoroy___ugroza_moey_rodine_1725465Вахтанг Кикабидзе — человек, которому посвящено множество статей. Его называют легендой кино и эстрады. Для меня легенда – что-то далекое и закостенелое, что давно уже в прошлом, как, например, Кобзон. А Кикабидзе — это сейчас, это Гуру, слова которого воспринимаются не на слух, а сердцем, которому веришь и понимаешь, что на свете есть мудрость и правда, и они обязательно восторжествуют. Сейчас, когда в Украине война, он приехал поддержать нас, рассказать, как это было в Грузии, и как он все бросил в России и уехал, потому что не может петь для страны, танки которой «утюжили» его маленькую Грузию. Кикабидзе готов жить в Украине, ходить с нами на Майдан и давать концерты в АТО. Он верит в победу справедливости и обещает дожить до того времени когда путинская Россия падет. Об этом он рассказал украинским журналистам накануне своего концерта в Киеве.
— Вахтанг Константинович, в этот юбилейный год вы ездите с концертами по миру, планируете посетить Россию?
— Я считаю, что если тебя бьют, ты после этого не должен иметь ничего общего с тем, кто это сделал. Это неэтично, ты сам себя оскорбляешь. Если российский танк входит в мою маленькую страну, и после этого я езжу и там устраиваю концерты — это очень неправильно и некрасиво перед моей страной.
В 2008 году я отказался от концертов в России и после этого семь лет ни в одном российском городе не был. Это мое решение. И делать вид, что политика отдельно, а искусство отдельно, неправильно. Все взаимосвязано — нефть, песня, хлеб, и война — все связано между собой. Я знаю, что безнаказанности не бывает в жизни. Мы просто должны до того времени дожить, чтобы увидеть и успокоиться за наших внуков, детей.
Никто не дает право Путину ущемлять права слабого. Ему это так не пройдет. Если мы все возьмемся за руки — все будет хорошо, потому что не может быть, чтобы все время Путин выигрывал. Всем сейчас нужна выдержка в это тяжелое время. А потом все наладится.
Грузинский артист Вахтанг Кикабидзе
— Как вы относитесь к тому, что в правительстве Украины много грузин?
— У вас хорошая команда собралась, это я могу со всей ответственностью сказать. Например, Эка Згуладзе (первый заместитель министра внутренних дел Украины) — такая умница.
Я моей супруге, шутя, сказал: давай попросим политическое убежище в Украине. Я маленькую квартиру куплю, на старости лет будем жить там и митинговать, мы все равно привыкли к этому делу. А она говорит: я подумаю. Так что все может быть.
— О чем Вы мечтаете?
— О мире, наверное, потому, что больше ничего и не надо человеку. Когда я молодым был, не понимал, почему первый тост поднимают в Грузии «За мир». Теперь понимаю, что это главное, а все остальное не имеет значения.
Еще мечтаю дожить до того дня, когда наступит спокойная жизнь. Мой отец был журналистом, у него были проблемы со зрением и из-за этого его не брали в армию, он сам настоял и пошел. Он пришел домой и маме сказал: мне стыдно ходить по улице, ушел и погиб в Керчи в 1942. Он ушел воевать за Родину, за ту которая, как сейчас выяснилось, может тебя растоптать.
Вахтанг Кикабидзе
— Вахтанг Константинович, какие сейчас у Вас отношения с кино?
— Сейчас я закончил сценарий короткометражного фильма «Диагноз — грузины» из пяти новелл. Я очень люблю маленькое, короткометражное кино. Приглашений сниматься у меня много, но все сериалы, а это меня не устраивает.
В прошлом году было очень хорошее приглашение с Украины — замечательный сценарий прислали. По сюжету события происходили в Закарпатье, где два брата между собой не ладили. Очень интересный пласт судьбы двух мужиков таких, жестких, интересных. Но, к сожалению, меня врачи не пустили.
— Что бы Вы хотели пожелать своим поклонникам, в частности, ребятам, которые защищают нашу Родину?
— Я хочу, чтобы они были здоровы и все вернулись к семьям. В любое время готов им дать концерт.
— Сейчас много провокационной информации об Украине, как в свое время о Грузии, как с этим бороться?
— Когда у меня очень плохое настроение я включаю Россию 24 и смотрю, и там такие вещи говорят, что «волосы дыбом» становятся. Здравомыслящие люди знают, что аннексия идет против Украины. А что дураки говорят, вам это неинтересно и мне тоже. В свое время Лавров (министр иностранных дел России) вышел в 2008 году и сказал, что Грузия объявила войну России. Ну, как здравомыслящий человек может в это поверить, вот такая маленькая Грузия и огромная Россия. Будем надеяться, что мир будет очень скоро и украинский, и грузинский народ будут счастливы.
***
Вахтанг Кикабидзе выступит с концертами в Киеве 19 марта, Харькове — 22, Одессе — 24 марта.
Яна Лемешенко, Киев.
Источник: http://www.ukrinform.ua/rus/news/vahtang_kikabidze_ya_ne_stanu_pet_dlya_strani_tanki_kotoroy___ugroza_moey_rodine_1725465

По ком горят колоколаПо ком горят колокола

Федор Клименко.
В ночь с 14 на 15 марта 2004 года, прямо у стен Кремля бушевал грандиозный пожар. Только что избранный президентом России Владимир Путин обращался к нации, невольно озираясь назад, бросая взгляды на багрово-красное зарево за своей спиной.
Ровно 11 лет спустя, когда кажется, что если хорошо прислушаться, то уже слышен в Москве гул артиллерийской канонады, – смысл предзнаменования неотвратимо ясен.
Эра Путина началась с пожара в Манеже, закончится пожаром в России.
Сэмюэл Хангтингтон, в начале 90-тых годов писал о ельцинской России, как о расколотой стране. Двадцать лет спустя, по итогам титанического «вставания с колен», расколотая страна превратилась в пороховой погреб с искрящей электропроводкой.
И не стоит задаваться вопросом, рванет, или нет. Рванет и скоро.
В 70-тые годы прошлого века на Западе вышла нашумевшая книга Сорбонского профессора Элен Каррер Д’Анкосс, которая так и называлась – «Расколотая империя».
В ней потомок белоэмигрантов писала о том, что, как и всем прошлым многонациональным империям, России (СССР) также не избежать распада.
Д’Анкосс утверждала, что главным драйвером процесса станет рост самосознания мусульманских народов и их религиозный ренессанс.
СССР действительно развалился довольно скоро, однако, развалили его отнюдь не мусульмане, которым советский атеистический режим не позволял жить по шариату, а прибалты, которые хотели в Европу.
Казалось, что главный её прогноз не сбылся – большинство восточных в цивилизационном отношении регионов либо остались в составе РФ, либо находились в сфере влияния России до степени, за которой уже начинается отсутствие суверенитета.
Однако всему свое время – сегодня становится очевидным, что Д’Анкосс и Хангтингтон были правы: линия разлома России будет проходить по межрелигиозному водоразделу.
Во многом повторяя сценарий распада Югославии. Причем, надо понимать что, в ходе двух чеченских войн, первый акт драмы уже сыгран.
Второй разгорелся на Донбассе. Третий, судя по событиям в Москве, уже не за горами.
Чеченский узел
Довольно призрачный шанс на бескровный демонтаж империи был упущен, когда Россия развязала войну, чтобы удержать Чечню в своем составе. Это ей удалось.
Но в качестве побочного эффекта «победы» – вместо светской и дружественной к России страны, которую хотел построить чеченский лидер Джохар Дудаев, на Кавказе появляется мощное повстанческое движение, ориентированное на исламский интернационал.
Оно давно вышло далеко за пределы Чечни, являясь одним из определяющих политику факторов в Дагестане, и пустило глубокие корни в других регионах РФ – Татарстане и особенно в Башкирии.
Сегодняшний кризис в Кремле говорит о том, что не за горами то время, когда к этому движению могут присоединиться и тяжеловооруженные отряды Кадырова.
Пусть на первый взгляд это и кажется совершенно нереальным сценарием.
Кадыров все еще считается ставленником Москвы, и чуть ли не верным псом Путина. Однако, не все так однозначно.
О взаимной «симпатии» между кадыровцами и силовиками из славян было известно давно. Открытых конфликтов не возникало лишь потому, что Путин всегда принимал сторону кадыровцев.
После убийства Немцова этого он уже сделать не сможет.
Станислав Белковский пишет, что у Путина нет иллюзий по поводу того, кто убил Немцова. Но если он признает это публично и сдаст Кадырова, на Северном Кавказе может произойти дестабилизация.
«Силовики впервые открыто пошли в атаку на Кадырова, и если Путин будет его жестко прикрывать, и не даст довести дело до конца, то конфликт будет очень серьезным», – считает Белковский.
А в этой ситуации Кадыров оказывается один на один с вооруженным подпольем, которое, судя по декабрьскому нападению на Грозный, не преминет воспользоваться ситуацией. И на два фронта Кадырову воевать будет не с руки.
Надо полагать, что ему известна судьба товарища Наджибуллы, афганского ставленника СССР. И самое главное, как прервалась его жизнь: говорят, что взявшие Кабул талибы разорвали его между двумя автомобилями. А останки таскали по всему городу на бампере.
Однако в отличие от Наджибуллы, которого ненавидели в Афганистане буквально все, и который без опоры на русские штыки был стопроцентно обречен, не стоит недооценивать уровень популярности Кадырова в Чечне, да и в целом Кавказе.
О контактах Кадырова с саудитами, которые были основными спонсорами антироссийского сопротивления на Кавказе во времена первой и второй чеченских войн, известно всем.
В последние несколько лет дружба Кадырова с саудовским домом стала особенно тесной. А в 2014 году общение стало вызывающе частым.
Совпадение, наверное. Но все же не стоит слишком уж доверять заверениям Кадырова в верности России и Путину лично.
В тот самый момент, когда лидер Чечни поймет, что его связь с Кремлем уже не гарантирует ему ничего кроме проблем, он может превратиться в одного из главных сепаратистов, а может и джихадистов на Кавказе.
Ведь именно в этом качестве Кадыров и начинал свою стремительную политическую карьеру – почему бы не вспомнить прошлое.
Новую войну на Кавказе, Россия, у которой, как оказалось, недостаточно ни материальных, ни человеческих ресурсов даже на захват Донбасса, выиграть просто не в состоянии.
Ситуацию отягощает тот факт, что на Кавказе раньше с Россией воевали только чеченцы, а война носила характер национально-освободительной и не особо затрагивали другие кавказские народы.
Новая война будет иметь религиозный характер.
И не только выйдет за пределы Чечни – прежде всего в Дагестан. Она подожжет и другие мусульманские регионы РФ, где за последние 10 лет салафитский ислам распространялся пугающими темпами.
Впрочем, не только мусульманские – Москва и другие города-миллионники сегодня – это потенциальный очаг исламского радикализма.
В Московском регионе, куда за последние 10 лет въехало не менее 3 миллионов иммигрантов из беднейших стран Центральной Азии, уровень распространения салафизма существенно выше, чем на их родине.
Местные священнослужители сетуют на то, что их прихожане, уезжая в Москву на заработки «традиционными» мусульманами, домой возвращаются «ваххабитами».
Последний гвоздь в крышку гроба Империи
Война – это особое состояние сознания, которое уже заразило миллионы людей в России стараниями кремлевской пропагандистской машины.
По данным издания Jane’s Defence Weekly, не менее ста тысяч граждан России инфицированы войной уже в прямом смысле, – именно в такое число оценивают эксперты россиян, которые успели в той или иной роли принять участие в войне на Донбассе.
Накачка военной истерии в связи с конфликтом на Донбассе в России достигла таких масштабов, что эта энергия разрушения должна будет найти выход. Но канализировать ее, «стравить пар» в Украине не удается.
Украина оказалась сильнее, чем она о себе думала, а Россия слабее, чем думали о ней. Поэтому колоссальный заряд разрушительной энергии, как бумеранг вернется туда, откуда был послан.
Ростовская область, ближайший к Кавказу регион РФ, превращенный в военный лагерь для вторжения в Украину, станет плацдармом для другой войны.
Национализм крупнейшего имперского народа чаще всего и выступает в роли тарана, сокрушающего государство – вне зависимости от того, чего добиваются сами националисты – его сохранения или распада.
Попытка крупнейшей имперской нации построить собственный национальный проект, неизбежно вступает в противоречие с национальными проектами других народов.
Россию ожидает период распада, в котором и русский национализм обязательно отыграет свою ключевую партию.
Справедливости ради стоит сказать, что почти нигде этот процесс не обходился без войны. И, по иронии судьбы, в те моменты, когда нужен был Ганди, у руля оказывались милошевичи, ельцины и путины.
Роль русских праворадикалов в конфликте на Донбассе, особенно на его первоначальном этапе, известна. В конфликте внутри России исламофобия и ксенофобия являются определяющими факторами.
Посему, где бы ни воевали будущие участники гражданской войны в РФ – в Айдаре или в отряде у Моторолы, вернувшись в Россию, они будут готовы к схватке с противником.
У украинского читателя может возникнуть вопрос: «каким образом гражданский и межнациональный конфликт в России может касаться Украины?».
Есть опасения, самым прямым.
В 1618 году войско украинского гетмана Сагайдачного вместе с запорожскими казаками брало приступом Москву со стороны Арбатских ворот.
Как раз неподалеку от озарившего своим пламенем путинский президентский срок сгоревшего в 2004 году Манежа.
Кто знает, как оно еще обернется в будущем.
Федор Клименко, главный редактор «Русского монитора», для УП
Источник: http://www.pravda.com.ua/rus/articles/2015/03/16/7061673/
Федор Клименко.
В ночь с 14 на 15 марта 2004 года, прямо у стен Кремля бушевал грандиозный пожар. Только что избранный президентом России Владимир Путин обращался к нации, невольно озираясь назад, бросая взгляды на багрово-красное зарево за своей спиной.
Ровно 11 лет спустя, когда кажется, что если хорошо прислушаться, то уже слышен в Москве гул артиллерийской канонады, – смысл предзнаменования неотвратимо ясен.
Эра Путина началась с пожара в Манеже, закончится пожаром в России.
Сэмюэл Хангтингтон, в начале 90-тых годов писал о ельцинской России, как о расколотой стране. Двадцать лет спустя, по итогам титанического «вставания с колен», расколотая страна превратилась в пороховой погреб с искрящей электропроводкой.
И не стоит задаваться вопросом, рванет, или нет. Рванет и скоро.
В 70-тые годы прошлого века на Западе вышла нашумевшая книга Сорбонского профессора Элен Каррер Д’Анкосс, которая так и называлась – «Расколотая империя».
В ней потомок белоэмигрантов писала о том, что, как и всем прошлым многонациональным империям, России (СССР) также не избежать распада.
Д’Анкосс утверждала, что главным драйвером процесса станет рост самосознания мусульманских народов и их религиозный ренессанс.
СССР действительно развалился довольно скоро, однако, развалили его отнюдь не мусульмане, которым советский атеистический режим не позволял жить по шариату, а прибалты, которые хотели в Европу.
Казалось, что главный её прогноз не сбылся – большинство восточных в цивилизационном отношении регионов либо остались в составе РФ, либо находились в сфере влияния России до степени, за которой уже начинается отсутствие суверенитета.
Однако всему свое время – сегодня становится очевидным, что Д’Анкосс и Хангтингтон были правы: линия разлома России будет проходить по межрелигиозному водоразделу.
Во многом повторяя сценарий распада Югославии. Причем, надо понимать что, в ходе двух чеченских войн, первый акт драмы уже сыгран.
Второй разгорелся на Донбассе. Третий, судя по событиям в Москве, уже не за горами.
Чеченский узел
Довольно призрачный шанс на бескровный демонтаж империи был упущен, когда Россия развязала войну, чтобы удержать Чечню в своем составе. Это ей удалось.
Но в качестве побочного эффекта «победы» – вместо светской и дружественной к России страны, которую хотел построить чеченский лидер Джохар Дудаев, на Кавказе появляется мощное повстанческое движение, ориентированное на исламский интернационал.
Оно давно вышло далеко за пределы Чечни, являясь одним из определяющих политику факторов в Дагестане, и пустило глубокие корни в других регионах РФ – Татарстане и особенно в Башкирии.
Сегодняшний кризис в Кремле говорит о том, что не за горами то время, когда к этому движению могут присоединиться и тяжеловооруженные отряды Кадырова.
Пусть на первый взгляд это и кажется совершенно нереальным сценарием.
Кадыров все еще считается ставленником Москвы, и чуть ли не верным псом Путина. Однако, не все так однозначно.
О взаимной «симпатии» между кадыровцами и силовиками из славян было известно давно. Открытых конфликтов не возникало лишь потому, что Путин всегда принимал сторону кадыровцев.
После убийства Немцова этого он уже сделать не сможет.
Станислав Белковский пишет, что у Путина нет иллюзий по поводу того, кто убил Немцова. Но если он признает это публично и сдаст Кадырова, на Северном Кавказе может произойти дестабилизация.
«Силовики впервые открыто пошли в атаку на Кадырова, и если Путин будет его жестко прикрывать, и не даст довести дело до конца, то конфликт будет очень серьезным», – считает Белковский.
А в этой ситуации Кадыров оказывается один на один с вооруженным подпольем, которое, судя по декабрьскому нападению на Грозный, не преминет воспользоваться ситуацией. И на два фронта Кадырову воевать будет не с руки.
Надо полагать, что ему известна судьба товарища Наджибуллы, афганского ставленника СССР. И самое главное, как прервалась его жизнь: говорят, что взявшие Кабул талибы разорвали его между двумя автомобилями. А останки таскали по всему городу на бампере.
Однако в отличие от Наджибуллы, которого ненавидели в Афганистане буквально все, и который без опоры на русские штыки был стопроцентно обречен, не стоит недооценивать уровень популярности Кадырова в Чечне, да и в целом Кавказе.
О контактах Кадырова с саудитами, которые были основными спонсорами антироссийского сопротивления на Кавказе во времена первой и второй чеченских войн, известно всем.
В последние несколько лет дружба Кадырова с саудовским домом стала особенно тесной. А в 2014 году общение стало вызывающе частым.
Совпадение, наверное. Но все же не стоит слишком уж доверять заверениям Кадырова в верности России и Путину лично.
В тот самый момент, когда лидер Чечни поймет, что его связь с Кремлем уже не гарантирует ему ничего кроме проблем, он может превратиться в одного из главных сепаратистов, а может и джихадистов на Кавказе.
Ведь именно в этом качестве Кадыров и начинал свою стремительную политическую карьеру – почему бы не вспомнить прошлое.
Новую войну на Кавказе, Россия, у которой, как оказалось, недостаточно ни материальных, ни человеческих ресурсов даже на захват Донбасса, выиграть просто не в состоянии.
Ситуацию отягощает тот факт, что на Кавказе раньше с Россией воевали только чеченцы, а война носила характер национально-освободительной и не особо затрагивали другие кавказские народы.
Новая война будет иметь религиозный характер.
И не только выйдет за пределы Чечни – прежде всего в Дагестан. Она подожжет и другие мусульманские регионы РФ, где за последние 10 лет салафитский ислам распространялся пугающими темпами.
Впрочем, не только мусульманские – Москва и другие города-миллионники сегодня – это потенциальный очаг исламского радикализма.
В Московском регионе, куда за последние 10 лет въехало не менее 3 миллионов иммигрантов из беднейших стран Центральной Азии, уровень распространения салафизма существенно выше, чем на их родине.
Местные священнослужители сетуют на то, что их прихожане, уезжая в Москву на заработки «традиционными» мусульманами, домой возвращаются «ваххабитами».
Последний гвоздь в крышку гроба Империи
Война – это особое состояние сознания, которое уже заразило миллионы людей в России стараниями кремлевской пропагандистской машины.
По данным издания Jane’s Defence Weekly, не менее ста тысяч граждан России инфицированы войной уже в прямом смысле, – именно в такое число оценивают эксперты россиян, которые успели в той или иной роли принять участие в войне на Донбассе.
Накачка военной истерии в связи с конфликтом на Донбассе в России достигла таких масштабов, что эта энергия разрушения должна будет найти выход. Но канализировать ее, «стравить пар» в Украине не удается.
Украина оказалась сильнее, чем она о себе думала, а Россия слабее, чем думали о ней. Поэтому колоссальный заряд разрушительной энергии, как бумеранг вернется туда, откуда был послан.
Ростовская область, ближайший к Кавказу регион РФ, превращенный в военный лагерь для вторжения в Украину, станет плацдармом для другой войны.
Национализм крупнейшего имперского народа чаще всего и выступает в роли тарана, сокрушающего государство – вне зависимости от того, чего добиваются сами националисты – его сохранения или распада.
Попытка крупнейшей имперской нации построить собственный национальный проект, неизбежно вступает в противоречие с национальными проектами других народов.
Россию ожидает период распада, в котором и русский национализм обязательно отыграет свою ключевую партию.
Справедливости ради стоит сказать, что почти нигде этот процесс не обходился без войны. И, по иронии судьбы, в те моменты, когда нужен был Ганди, у руля оказывались милошевичи, ельцины и путины.
Роль русских праворадикалов в конфликте на Донбассе, особенно на его первоначальном этапе, известна. В конфликте внутри России исламофобия и ксенофобия являются определяющими факторами.
Посему, где бы ни воевали будущие участники гражданской войны в РФ – в Айдаре или в отряде у Моторолы, вернувшись в Россию, они будут готовы к схватке с противником.
У украинского читателя может возникнуть вопрос: «каким образом гражданский и межнациональный конфликт в России может касаться Украины?».
Есть опасения, самым прямым.
В 1618 году войско украинского гетмана Сагайдачного вместе с запорожскими казаками брало приступом Москву со стороны Арбатских ворот.
Как раз неподалеку от озарившего своим пламенем путинский президентский срок сгоревшего в 2004 году Манежа.
Кто знает, как оно еще обернется в будущем.
Федор Клименко, главный редактор «Русского монитора», для УП
Источник: http://www.pravda.com.ua/rus/articles/2015/03/16/7061673/