Bloomberg View о мосте в Крым: фашистская предыстория и рок РотенбергаBloomberg View о мосте в Крым: фашистская предыстория и рок Ротенберга

Леонид Бершидский

Колумнист Bloomberg Леонид Бершидский — о мосте между Краснодарским краем и Крымом, который станет дорогостоящим памятником путинскому проекту возрождения советской империи

Российская аннексия Крыма должна завершиться постройкой 19-километрового моста, который соединит российский Краснодарский край с крымским городом Керчь. В начале этого месяца с установлением первой опоры моста началась заключительная фаза этого проекта, который дает понять многое о том, как работает путинская Россия и как она работала веками, достигая поразительных результатов путем хаотичных, плохо продуманных усилий.

Первыми, кто попытался построить мост через Керченский пролив, были в 1943 году нацисты — они создавали инфраструктуру для продвижения вглубь территории СССР. Планы заказал и одобрил персональный архитектор Гитлера и рейхсминистр Альберт Шпеер.

Строительство началось тогда, когда советские войска уже перешли в наступление, оттесняя нацистов. Немцам пришлось бомбить то, что они успели построить. Мост завершили в 1944 году уже Советы, но это была временная деревянная конструкция, и на следующий год мост был разрушен плавучими льдами.

С тех пор обсуждали строительство постоянного моста. Длинные очереди на паромы, курсирующие между Керчью и российской территорией, свидетельствовали о большом спросе на железнодорожное и автомобильное сообщение. Россия и Украина в 2008 году договорились о постройке моста, но дорогостоящий проект застопорился. Договоренность, достигнутую в 2014 году за месяц до украинской «революции достоинства», расторгло новое украинское правительство после аннексии Крыма.

Но для России проект стал срочной необходимостью. Крым получает воду и газ из Украины, железные дороги и шоссе тоже связывают его только с ней. Это быстро стало проблемой, когда украинские и крымскотатарские активисты установили транспортную блокаду полуострова и взорвали линии электропередачи на границе — все с негласного одобрения Киева. В то же время экономика Крыма, во многом зависимая от туризма, пострадала из-за прекращения потока украинских отдыхающих и невозможности перевезти на полуостров достаточное количество туристов из России.

Это заставило российское правительство ускорить подготовку к строительству моста. Как обычно, компания, принадлежащая бывшему спарринг-партнеру Путина по дзюдо Аркадию Ротенбергу, выиграла тендер на проектирование и строительство моста стоимостью в 384 млрд рублей ($5,8 млрд).

Это произошло меньше чем через две недели после сфальсифицированного референдума в Крыму о присоединении к России. Компания, выигравшая тендер, входила в «Стройгазмонтаж» — группу, специализирующуюся в основном на строительстве нефте- и газопроводов.

Этот бизнес, связанный с заказами преимущественно от государственных компаний, сделал Ротенберга миллиардером.

Все это выглядело смехотворно. Строительство мостов никогда не было специализацией «Стройгазмонтажа». К тому же в январе 2015 года правительство уменьшило оценочную стоимость до 212,5 млрд рублей; к тому времени счастливые для России времена высоких нефтяных цен кончились и даже самые важные политически проекты нужно было реализовывать как можно дешевле. Срок завершения строительства, который требовал Путин и назначило правительство, — 2018 год — выглядел недостижимым. В нормальных условиях только проектирование и геологические исследования — по дну Керченского пролива проходит тектонический разлом — заняли бы несколько лет.

Украинцы заявили, что проект — либо фантазия, либо средство, с помощью которого Ротенберг получит очередную порцию государственных денег. «Не будет там моста никакого. Не будет! — сказал в марте 2016 года представитель Украины в группе по урегулированию восточноукраинского конфликта Роман Бессмертный. — Россияне будут эти сваи вбивать еще не одно десятилетие. Был только один человек, который план подготовил и имел реальные, достоверные механизмы строительства там моста, — это министр строительства Германии Альберт Шпеер».

Ротенберг увяз в поставленной перед ним задаче. В интервью «Коммерсанту» он сказал, что Керченский мост будет его последним большим проектом, тем, благодаря чему ему хотелось бы остаться в памяти, и он даже не будет пытаться сделать на этом проекте деньги. Учитывая чувствительную природу проекта — кроме всего прочего, он должен стать осязаемым свидетельством заботы России о Крыме и его жителях, — Путин после таких заверений мог смело доверить строительство моста своему старому другу. Он публично дал понять, что отвечает за все Ротенберг.

Фотографируясь со строителями моста на острове Тузла, президент позвал миллиардера: «Аркадий, идите сюда, не прячьтесь. Если что, спрашивать будем с вас».

В феврале российское правительство одобрило окончательный проект, заказанный Ротенбергом на стороне, и новую оценку стоимости проекта, снова сокращенную, теперь до 211,9 млрд рублей. Над проектом какое-то время работали 800 инженеров и технических экспертов — вполне в советских традициях авральных работ, которые необходимо завершить к политически мотивированному сроку.

В видеопрезентации проект выглядит величественно, но Ротенберг здесь явно рискует, действуя наудачу. Ничего подобного этому мосту — самому длинному в России и потенциально самому длинному комбинированному автомобильно-железнодорожному мосту в Европе — никогда еще не строили. Дно Керченского пролива покрыто пятидесятиметровым слоем ила. Проект предполагает, что каждая из 595 опор моста будет держаться на пустотелых стальных трубах, вбитых в морское дно под илом с помощью особо мощных копров. Трубы длиной от 70 до 80 метров должны быть установлены под углом к плоскости дна, таким образом их потребуется меньшее количество.

Поскольку их придется сваривать на месте из более коротких труб — ни одно российское предприятие не может изготовить трубы полной требуемой длины, да и доставить их невозможно, — технические трудности для строителей становятся почти непреодолимыми.

К тому же Ротенберг, попавший под западные санкции как близкий друг Путина, не может приобрести достаточное количество копров, которые в России не выпускают.

В конце марта Ротенберг подключил к проекту единственную в России компанию, которая может попытаться осуществить проект, — «Мостотрест». Это советское предприятие, основанное в 1930 году, построило большую часть больших и сложных мостов в России. Против нее не вводили санкции, так что она имеет право закупать необходимое оборудование. Компания, в 1990-х годах приватизированная ее сотрудниками, не могла справиться с долговым бременем, и в прошлом году 94% ее акций консолидировал пенсионный фонд, принадлежащий государственной железнодорожной монополии.

Сейчас «Мостотрест» выполняет большую часть работ по строительству моста. Как рассказал мне бывший главный инженер «Мостотреста», компанию подключили к проекту на его завершающей стадии победители тендера с хорошими связями, когда они поняли, что могут потратить или украсть деньги, но так и не выполнить работу. Такое уже случалось с «Мостотрестом» на нескольких проектах в Москве, после того как он проигрывал тендеры друзьям мэра. Теперь компания энергично взялась за крымский проект.

Так же, как и гигантские инфраструктурные проекты для сочинской Олимпиады, особо важный мост строят, не обращая внимания на разумные сроки, под большим политическим давлением, финансирование контролирует близкий друг Путина, а работы выполняет контролируемая государством компания, сохранившая остатки своего наследия с советских времен.

При Путине в стране не создали ничего нового и оригинального, за исключением теневых финансовых схем. Когда нужен инженерный талант и технологии, приходится обращаться к предприятиям советской эры, которые как-то выжили в бурные 90-е годы; многие из них с тех пор были снова национализированы.

Как и инженер «Мостотреста», я считаю, что мост в конце концов будет построен. Это вряд ли удастся сделать в срок. Ввод в строй железнодорожной части теперь запланирован на 2019 год. Стоимость проекта, по-видимому, будет больше, чем ожидается, и не исключено, что Ротенбергу придется покрыть ее часть из своего кармана. Путинские пропагандистские СМИ будут петь оды героическим подвигам рабочих и инженеров, строивших мост, как когда-то делала советская пресса. Мост будет стоять, как памятник путинскому проекту возрождения советской империи и как неприятное эхо проекта нацистских оккупантов, который они начали, но не смогли закончить.

BloombergЛеонид Бершидский

Колумнист Bloomberg Леонид Бершидский — о мосте между Краснодарским краем и Крымом, который станет дорогостоящим памятником путинскому проекту возрождения советской империи

Российская аннексия Крыма должна завершиться постройкой 19-километрового моста, который соединит российский Краснодарский край с крымским городом Керчь. В начале этого месяца с установлением первой опоры моста началась заключительная фаза этого проекта, который дает понять многое о том, как работает путинская Россия и как она работала веками, достигая поразительных результатов путем хаотичных, плохо продуманных усилий.

Первыми, кто попытался построить мост через Керченский пролив, были в 1943 году нацисты — они создавали инфраструктуру для продвижения вглубь территории СССР. Планы заказал и одобрил персональный архитектор Гитлера и рейхсминистр Альберт Шпеер.

Строительство началось тогда, когда советские войска уже перешли в наступление, оттесняя нацистов. Немцам пришлось бомбить то, что они успели построить. Мост завершили в 1944 году уже Советы, но это была временная деревянная конструкция, и на следующий год мост был разрушен плавучими льдами.

С тех пор обсуждали строительство постоянного моста. Длинные очереди на паромы, курсирующие между Керчью и российской территорией, свидетельствовали о большом спросе на железнодорожное и автомобильное сообщение. Россия и Украина в 2008 году договорились о постройке моста, но дорогостоящий проект застопорился. Договоренность, достигнутую в 2014 году за месяц до украинской «революции достоинства», расторгло новое украинское правительство после аннексии Крыма.

Но для России проект стал срочной необходимостью. Крым получает воду и газ из Украины, железные дороги и шоссе тоже связывают его только с ней. Это быстро стало проблемой, когда украинские и крымскотатарские активисты установили транспортную блокаду полуострова и взорвали линии электропередачи на границе — все с негласного одобрения Киева. В то же время экономика Крыма, во многом зависимая от туризма, пострадала из-за прекращения потока украинских отдыхающих и невозможности перевезти на полуостров достаточное количество туристов из России.

Это заставило российское правительство ускорить подготовку к строительству моста. Как обычно, компания, принадлежащая бывшему спарринг-партнеру Путина по дзюдо Аркадию Ротенбергу, выиграла тендер на проектирование и строительство моста стоимостью в 384 млрд рублей ($5,8 млрд).

Это произошло меньше чем через две недели после сфальсифицированного референдума в Крыму о присоединении к России. Компания, выигравшая тендер, входила в «Стройгазмонтаж» — группу, специализирующуюся в основном на строительстве нефте- и газопроводов.

Этот бизнес, связанный с заказами преимущественно от государственных компаний, сделал Ротенберга миллиардером.

Все это выглядело смехотворно. Строительство мостов никогда не было специализацией «Стройгазмонтажа». К тому же в январе 2015 года правительство уменьшило оценочную стоимость до 212,5 млрд рублей; к тому времени счастливые для России времена высоких нефтяных цен кончились и даже самые важные политически проекты нужно было реализовывать как можно дешевле. Срок завершения строительства, который требовал Путин и назначило правительство, — 2018 год — выглядел недостижимым. В нормальных условиях только проектирование и геологические исследования — по дну Керченского пролива проходит тектонический разлом — заняли бы несколько лет.

Украинцы заявили, что проект — либо фантазия, либо средство, с помощью которого Ротенберг получит очередную порцию государственных денег. «Не будет там моста никакого. Не будет! — сказал в марте 2016 года представитель Украины в группе по урегулированию восточноукраинского конфликта Роман Бессмертный. — Россияне будут эти сваи вбивать еще не одно десятилетие. Был только один человек, который план подготовил и имел реальные, достоверные механизмы строительства там моста, — это министр строительства Германии Альберт Шпеер».

Ротенберг увяз в поставленной перед ним задаче. В интервью «Коммерсанту» он сказал, что Керченский мост будет его последним большим проектом, тем, благодаря чему ему хотелось бы остаться в памяти, и он даже не будет пытаться сделать на этом проекте деньги. Учитывая чувствительную природу проекта — кроме всего прочего, он должен стать осязаемым свидетельством заботы России о Крыме и его жителях, — Путин после таких заверений мог смело доверить строительство моста своему старому другу. Он публично дал понять, что отвечает за все Ротенберг.

Фотографируясь со строителями моста на острове Тузла, президент позвал миллиардера: «Аркадий, идите сюда, не прячьтесь. Если что, спрашивать будем с вас».

В феврале российское правительство одобрило окончательный проект, заказанный Ротенбергом на стороне, и новую оценку стоимости проекта, снова сокращенную, теперь до 211,9 млрд рублей. Над проектом какое-то время работали 800 инженеров и технических экспертов — вполне в советских традициях авральных работ, которые необходимо завершить к политически мотивированному сроку.

В видеопрезентации проект выглядит величественно, но Ротенберг здесь явно рискует, действуя наудачу. Ничего подобного этому мосту — самому длинному в России и потенциально самому длинному комбинированному автомобильно-железнодорожному мосту в Европе — никогда еще не строили. Дно Керченского пролива покрыто пятидесятиметровым слоем ила. Проект предполагает, что каждая из 595 опор моста будет держаться на пустотелых стальных трубах, вбитых в морское дно под илом с помощью особо мощных копров. Трубы длиной от 70 до 80 метров должны быть установлены под углом к плоскости дна, таким образом их потребуется меньшее количество.

Поскольку их придется сваривать на месте из более коротких труб — ни одно российское предприятие не может изготовить трубы полной требуемой длины, да и доставить их невозможно, — технические трудности для строителей становятся почти непреодолимыми.

К тому же Ротенберг, попавший под западные санкции как близкий друг Путина, не может приобрести достаточное количество копров, которые в России не выпускают.

В конце марта Ротенберг подключил к проекту единственную в России компанию, которая может попытаться осуществить проект, — «Мостотрест». Это советское предприятие, основанное в 1930 году, построило большую часть больших и сложных мостов в России. Против нее не вводили санкции, так что она имеет право закупать необходимое оборудование. Компания, в 1990-х годах приватизированная ее сотрудниками, не могла справиться с долговым бременем, и в прошлом году 94% ее акций консолидировал пенсионный фонд, принадлежащий государственной железнодорожной монополии.

Сейчас «Мостотрест» выполняет большую часть работ по строительству моста. Как рассказал мне бывший главный инженер «Мостотреста», компанию подключили к проекту на его завершающей стадии победители тендера с хорошими связями, когда они поняли, что могут потратить или украсть деньги, но так и не выполнить работу. Такое уже случалось с «Мостотрестом» на нескольких проектах в Москве, после того как он проигрывал тендеры друзьям мэра. Теперь компания энергично взялась за крымский проект.

Так же, как и гигантские инфраструктурные проекты для сочинской Олимпиады, особо важный мост строят, не обращая внимания на разумные сроки, под большим политическим давлением, финансирование контролирует близкий друг Путина, а работы выполняет контролируемая государством компания, сохранившая остатки своего наследия с советских времен.

При Путине в стране не создали ничего нового и оригинального, за исключением теневых финансовых схем. Когда нужен инженерный талант и технологии, приходится обращаться к предприятиям советской эры, которые как-то выжили в бурные 90-е годы; многие из них с тех пор были снова национализированы.

Как и инженер «Мостотреста», я считаю, что мост в конце концов будет построен. Это вряд ли удастся сделать в срок. Ввод в строй железнодорожной части теперь запланирован на 2019 год. Стоимость проекта, по-видимому, будет больше, чем ожидается, и не исключено, что Ротенбергу придется покрыть ее часть из своего кармана. Путинские пропагандистские СМИ будут петь оды героическим подвигам рабочих и инженеров, строивших мост, как когда-то делала советская пресса. Мост будет стоять, как памятник путинскому проекту возрождения советской империи и как неприятное эхо проекта нацистских оккупантов, который они начали, но не смогли закончить.

Bloomberg

ОФШОРЫ. ВСКРЫТИЕ. Золото партитурыОФШОРЫ. ВСКРЫТИЕ. Золото партитуры

Мировая элита прячет свои деньги за экзотическими трастами, секретными банковскими счетами и номинальными директорами — глобальное расследование лучших изданий мира приоткрывает завесу над «теневой финансовой системой» чиновников и политиков по всему свету

Почему Сергей Ролдугин, близкий друг Владимира Путина, может считаться не только музыкантом-виртуозом, но и владельцем теневой офшорной империи с активами в миллиарды долларов

24 марта 2016 года в Большом зале Консерватории выступал Академический симфонический оркестр Московской филармонии под руководством Юрия Симонова. Оркестр исполнил первую композицию (адажио для струнных Сэмюэла Барбера), после чего ведущий объявил второй номер программы — произведение Эрнеста Блоха «Шеломо» — еврейскую рапсодию для виолончели с оркестром. Музыканты встали, и на сцену вышел человек в черной атласной рубашке, с немного старомодной, но идущей ему артистичной прической. Полный зал встретил его овацией. Он занял место солиста, приладил поудобнее свою бывалую и, видимо, любимую виолончель и замер. После небольшой заминки с нотами, вызвавшей одобрительную улыбку в зале, оркестр заиграл. Виолончелист, который воплощал в этом произведении голос славного царя иудеев Соломона, играл с упоением, закрыв глаза, чтобы абстрагироваться от окружающего мира и остаться наедине с магией музыки.

Этим человеком был Сергей Ролдугин, о котором можно сказать, что он проживает две жизни. В одной из них, открытой для мира, он — признанный мастер своего дела, один из известных виолончелистов страны, народный артист России и профессор. Но другая часть его жизни до сегодняшнего дня была скрыта ото всех под завесой трастов и экзотических офшоров, которые оперировали миллиардами долларов, получали на свои счета «пожертвования» в виде невозвратных займов от богатейших бизнесменов страны и контролировали деятельность стратегических предприятий России.

И если о своей основной профессии Сергей Ролдугин, как человек, по-настоящему влюбленный в музыку, похоже, готов говорить увлеченно, то свою «другую жизнь» он обсуждает с меньшей охотой, в чем мы могли убедиться, недолго пообщавшись наедине с маэстро в его гримерке.

Как виолончелисту удалось построить такую колоссальную офшорную империю? Ответ на этот вопрос репортеры «Новой газеты» нашли в ходе совместного расследования с десятками журналистов из лучших изданий мира — Süddeutsche Zeitung, OCCRP, The Guardian, BBC, Le Monde и многими другими. Это расследование длилось более года, и именно его Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента России, анонсировал на этой неделе, назвав «информационным вбросом против Владимира Путина».

Лучший друг президента

«Володя (Путин. — Ред.) учился вместе с моим братом. Я жил в другом городе, и, когда оказался в Ленинграде, брат рассказал мне про Вовку. Он приехал к нам с братом, и мы познакомились. Это было, кажется, в 1977 году. Встретились и уже не расставались. Он мне просто как брат. Раньше, когда мне некуда было деться, я шел к нему, и у него спал и ел. Так вот, познакомились», — рассказывал о своем знакомстве с президентом России Сергей Ролдугин в главной книге-биографии Владимира Путина «От первого лица».

Ролдугин — не просто друг лидера России, к каковым (не всегда оправданно) причисляли в последние годы очень многих успешных людей в стране, но, действительно, — человек, с которым связано многое в жизни президента. В книге «От первого лица» Ролдугин — один из наиболее упоминающихся персонажей: он не просто мог наблюдать за жизнью Владимира Путина со стороны, но с юности был участником важнейших событий в судьбе президента. Они вместе проходили через уличные драки на улицах неспокойного в то время Санкт-Петербурга; вместе ходили в самоволку, пока Ролдугин служил в армии, и, распевая песни, рассекали по ночному Ленинграду на старом «Запорожце»; вместе ходили в театр с «симпатичненькой девушкой Людой», в то время еще не Путиной.

«Перед отъездом в Германию у них Маша (первая дочь Путина. — Ред.) родилась. У моего бывшего тестя была дача за Выборгом, шикарное место, и мы, когда ее из роддома забрали, поехали туда и все там жили: Володя, Люда, я с женой… Мы, конечно, праздновали рождение Маши… По вечерам такие танцы устраивали… «Держи вора, держи вора, поймать его пора!» — рассказывал Сергей Ролдугин, который стал крестным отцом первой дочери будущего президента России.

В отличие от других друзей Владимира Путина, вошедших в список Forbes за время его правления, о богатстве Сергея Ролдугина до сегодняшнего дня не было ничего известно. Хотя виолончелист и не делал секрета из дружбы с президентом, его единственный актив, о котором говорили публично, — это миноритарная доля в АКБ «Россия», известном как «банк друзей президента». «Я не бизнесмен, у меня нет миллионов», — признавался Ролдугин в интервью The New York Times в 2014 году.

Однако благодаря утечке из компании-регистратора Mossak Fonseca (MF) нам удалось узнать, что связанные с известным виолончелистом компании оперируют не просто миллионами, а миллиардами долларов: эти офшоры могли получать деньги от структур, близких семье Ротенбергов, Сулейману Керимову, Алексею Мордашову… Они зарабатывали десятки миллионов рублей в день от, как считают эксперты, сомнительных сделок с акциями российских госкомпаний; а затем инвестировали эти средства как в покупку стратегических активов в стране, так и в личные («досуговые») проекты, связанные с родственниками и друзьями президента.

Офшорная империя

В коридоре консерватории, после того как Сергей Ролдугин исполнил свою часть музыкальной программы, к нему выстроилась очередь из бывших учеников и поклонников. Перед репортерами «Новой газеты» к маэстро подошел молодой человек — то ли бывший ученик, то ли сын знакомого. «Я сейчас финансами занимаюсь, работаю во Внешэкономбанке», — начал было он… «Ну что вы, я далек от этого: видите, у меня даже виолончель подержанная», — ответил Ролдугин. А затем он познакомился с нами и пригласил в свою гримерку.

Когда мы спросили его об офшорных компаниях с оборотом в миллиарды долларов, он не закрылся (открытость, похоже, — одно из его главных положительных качеств), но ушел от ответа так, как будто и вправду не сильно погружен в эту тему: «Ребята, я, честно говоря, сейчас никакие комментарии не могу давать. Я должен посмотреть и понять, что можно говорить, что — нельзя. Я просто боюсь давать интервью. Когда я одним немцам отказался давать интервью, так они написали, что Путин настолько запугал своих знакомых и друзей, что они боятся говорить. Вот в таком виде меня выставляют. Я понимаю, что здесь очень важные вещи. Занимаешься бизнесом или не занимаешься? Откуда деньги? Чьи? Это я все знаю. Это деликатные вещи», — согласился виолончелист.

Тогда мы сообщили маэстро Ролдугину названия офшорных компаний, а также их сделки со стратегическим активами в стране, в частности «КАМАЗом», «АВТОВАЗом», «Видео Интернешнл» (ключевым игроком на рынке ТВ-рекламы), и прямо спросили, имел ли он к ним отношение. «Я был связан с этим бизнесом давно-давно. Еще до перестройки. Так получилось. И потом это стало развиваться, и получились такие вот вещи. Из этих денег в том числе субсидируется Дом музыки (который Ролдугин возглавляет в Санкт-Петербурге. — Ред.). Это предмет отдельного разговора», — сказал музыкант, положив запрос от «Новой газеты» в футляр с виолончелью и пообещав поговорить с нами через несколько дней. Но на наши телефонные звонки он затем не ответил.

Впрочем, судя по документам, офшоры, о которых идет речь, были зарегистрированы не до перестройки, а в 2006—2009 годах, и просуществовали до 2014—2015 годов (затем были закрыты). Основными в этой истории будут четыре компании, две из которых принадлежали российскому виолончелисту напрямую, остальные — связанным с ним людям.

В частности, Ролдугин был собственником Sonnette Overseas с Британских Виргинских островов и International Media Overseas (IMO) из Панамы. В этих компаниях интересы друга президента представляли предприниматели из Санкт-Петербурга Олег Гордин и Александр Плехов (оба связаны с банком «Россия»). Они, в свою очередь, были акционерами Sandalwood Continental и Sunbarn Ltd (см. схему).

Судя по тем сделкам, что нам удалось отследить, у каждого из этих офшоров была своя роль. Какие-то без всякого обеспечения получали сотни миллионов долларов от кипрского RCB Bank (значительную долю в нем контролирует государственный ВТБ), а затем распределяли эти средства другим компаниям на различные нужды. Иные использовались для контроля крупных пакетов акций в российских предприятиях. Третьи играли роль технических фирм, через которые прогонялись деньги или списывались невозвратные долги.

Но вместе их можно считать частью одной схемы: дела от их имени вели одни и те же сотрудники; их документы отправлялись одним пакетом; многие сделки проводились и подписывались в один день. И управлялись эти компании тоже из одного места — банка «Россия».

Откуда деньги?

Судя по документам из базы данных MF, общий оборот по банковским счетам только Sandalwood Continental составил около 2 млрд долларов, а в отчетах за 2009 год указано, что стоимость ее активов — 18 млрд рублей. Обороты других компаний из схемы, насколько мы можем судить по доступным нам документам, меньше, но тоже исчислялись сотнями миллионов долларов. Откуда у них такие деньги?

Источники финансирования для связанной с Ролдугиным группы офшоров можно условно разделить на три группы:

а) сомнительные внебиржевые сделки с акциями крупнейших госкомпаний России — «Роснефти» и «Газпрома»;

б) «пожертвования» от крупных российских бизнесменов;

в) льготные займы от кипрского RCB Bank.

«ТОРГОВЛЯ» АКЦИЯМИ

Например, в 2010 году принадлежащая Ролдугину компания IMO должна была заключить сделку на покупку акций «Роснефти» у другой офшорной структуры. В базе MF есть два договора. Один — на покупку акций, а второй — на прекращение этого соглашения. В чем смысл? Компания Ролдугина за срыв договора тут же получила компенсацию — 750 тысяч долларов.

Нам удалось найти много подобных сделок и с другими компаниями, связанными с Сергеем Ролдугиным. Такие операции позволяли зарабатывать миллионы долларов просто из воздуха. (Любопытно, что такой же способ — неисполнение договоров купли-продажи акций — использовали мошенники в «деле Магнитского», чтобы создать фиктивные обязательства и затем похитить из бюджета налог на прибыль.)

В некоторых случаях соглашения все-таки исполнялись, но музыканту все равно раз за разом несказанно везло. Его компании покупали акции российских предприятий, а на следующий день продавали ровно те же пакеты ровно тем, у кого их купили вчера, но со значительной прибылью, что позволяло им зарабатывать по 400—500 тысяч долларов. Контрагенты Ролдугина в этих операциях все время проигрывали. Ими были компании, связанные сначала с инвестиционном фондом «Тройка Диалог», а затем Сбербанком (после покупки последним «Тройки»). В «Тройке» и Сбербанке отказались комментировать эти сделки.

Менеджеры Сергея Ролдугина как будто наперед знали, как поведет себя рынок и как будет меняться стоимость акций. Но никакой магии здесь нет.

Опрошенные нами эксперты полагают, что в реальности эти сделки могли не проводиться и, видимо, лишь служили документальным основанием для платежей из других источников. В пользу этой версии говорит и то, что некоторые договоры закрывались задним числом, когда колебания рынка были уже известны.

Документы по этим сделкам репортеры швейцарской газеты Sonntagszeitung показали Марку Питу, профессору по уголовному праву и криминологии в университете Базеля, бывшему члену Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ). «Эти транзакции очень подозрительны. Они должны были поднять красный флаг для банка», — сказал эксперт.

Почему на эти транзакции не реагировали банки? В случае с Сергеем Ролдугиным это объясняется просто. Компании музыканта держали деньги в зарубежных «дочках» российских банков, которые, судя по документам, не очень тщательно следовали процедурам проверки клиентов.

Например, когда в 2014 году компания IMO открывала счет в швейцарском подразделении Газпромбанка, Сергею Ролдугину как бенефициару необходимо было указать, является ли он «пепом» (человеком с политическими связями) или знаком с другим «пепом». В обоих случаях российский виолончелист ответил «нет», хотя в то время информация о его дружбе с Владимиром Путиным была открыта.

По словам эксперта Марка Пита, Газпромбанк по швейцарским законам был обязан проверить утверждения Ролдугина. «Но я не вижу признаков, что это было сделано. В противном случае банк, скорее всего, отказался бы открывать счет клиенту. Если банк принял недостоверную декларацию о данных клиента, то он нарушил швейцарские законы», — говорит Пит.

«ПОЖЕРТВОВАНИЯ» ОТ БИЗНЕСМЕНОВ

Сделки крупных российских предпринимателей с компаниями Сергея Ролдугина в некотором смысле могут напомнить те, о которых в 2010 году рассказал Сергей Колесников, ранее работавший с другими близкими друзьями президента России. После того как Колесников покинул Россию, он в открытом письме тогдашнему президенту Дмитрию Медведеву написал, что российские олигархи осуществляли пожертвования в адрес друзей президента, а 35% от этих денег оседали на офшорных счетах. В случае с Ролдугиным речь идет не о пожертвованиях в прямом смысле этого слова, но о платежах с неясной экономической целесообразностью. Вот наиболее яркие примеры.

В июле 2007 года компания Сергея Ролдугина Sonnette Overseas получила в долг от другой офшорной структуры, Levens Trading, 6 млн долларов под 2% годовых. А уже через пару месяцев заимодавец за «вознаграждение» в 1 доллар простил этот долг другу президента. Levens Trading может быть связана с российским бизнесменом Алексеем Мордашовым: по данным ЕГРЮЛ, этой офшорной компании принадлежало 100% в «Северсталь-втормет».

Структуры, видимо, близкие Мордашову, платили и другим компаниям, связанным с Ролдугиным. Например, в 2009—2010 годах Sunbarn Ltd заключила несколько типовых договоров на консультационные услуги на общую сумму 30 млн долларов с офшорами Jabiru Consultants и Pearl Kite Trading. По условиям этих соглашений Sunbarn Ltd должна была предоставлять информацию «о возможностях инвестиций в России». По крайней мере один из плательщиков, Jabiru Consultants, ранее был акционером в структурах «Северстали».

Алексей Мордашов упоминался и в письме Сергея Колесникова как один из бизнесменов, осуществлявших пожертвования друзьям президента Путина. Алексей Мордашов отказался обсуждать с нами сделки с Сергеем Ролдугиным.

В базе данных MF есть также соглашения о предоставлении займов компании Sunbarn Ltd от трех офшорных структур Аркадия Ротенберга и его сына Игоря. Все они датированы одним днем (25 апреля 2013-го), по их условиям Sunbarn Ltd могла получить от бывшего спарринг-партнера Владимира Путина по дзюдо 185 млн долларов на 10 лет под 2% годовых. Но необходимо отметить, что других документов на этот счет в базе нет, поэтому нам неизвестно, были ли исполнены эти соглашения, а сам Ротенберг на вопросы «Новой газеты» не ответил.

Напомним: в 2016 году Аркадий Ротенберг занял первое место в рейтинге российского Forbes «Короли госзаказа» с суммой господрядов — 555 млрд рублей.

Процветанию офшоров, связанных с Сергеем Ролдугиным, помогли и структуры, близкие Сулейману Керимову. В результате только двух сложных сделок офшоры Ролдугина получили права требования на 4 млрд рублей и 200 млн долларов соответственно, заплатив за это ни много ни мало — 2 доллара. Как такое стало возможным?

В 2007 году офшор Tokido Holdings предоставил в долг 4 млрд рублей ОАО «Национальные телекоммуникации» («НТК»), крупнейшему российскому оператору кабельного ТВ и интернета. В то время «НТК», согласно их годовому отчету, контролировалась группой компаний «Нафта» Сулеймана Керимова. В 2008 году акции «НТК» были проданы «Национальной Медиа Группе», принадлежащей банку «Россия». Однако долг перед Tokido Holdings на тот момент еще не был погашен.

И вот в один день, 20 сентября 2010 года, были совершены две сделки: сначала Tokido Holdings по договору цессии передала право требования 4 млрд рублей c «НТК» другому офшору — Desmin Holdings; а Desmin в тот же день за 1 доллар передал это же право Sandalwood Continental, компании связанной с Сергеем Ролдугиным. В 2011—2012 годах «НТК» была приобретена государственной компанией «Ростелеком». И именно госкомпания в итоге рассчиталась по старым долгам, заплатив 4 млрд рублей.

Примерно такая же схема была реализована и с другим займом на 200 млн долларов от той же компании Tokido Holdings. В том же 2010 году этот долг также переходил от одного офшора к другому, пока в итоге не достался Sandalwood Continental. Компания, связанная с Ролдугиным, заплатив всего 1 доллар, получила право требовать 200 млн долларов.

По поводу этих сделок представитель Керимова пояснил, что «в условиях сложных экономических реалий после кризиса 2008 года управляющая проектом компания приняла решение о списании рассрочки платежа по сделке, в связи с ухудшением возможностей развития компании по сравнению с заявленными планами. Сделка осталась в рамках приемлемого уровня доходности».

Кроме того, представитель Керимова сообщил, что он как член Совета Федерации бизнесом не занимается, информация о сделках ему неизвестна, а с Сергеем Ролдугиным он не знаком и не состоял ни в каких отношениях.

Компания, связанная с Ролдугиным, заплатив всего 1 доллар, получила право требовать 200 млн долларов
В базе MF есть документы и о других похожих случаях. Например, в 2011 году IMO, принадлежащая Ролдугину, за тот же 1 доллар «купила» право требования еще на 200 млн долларов у другого офшора — Ove Financial Corp. К сожалению, нам не удалось узнать, кто стоит за этой структурой.

БАНКОВСКИЕ КРЕДИТЫ

Другим важнейшим источником финансирования офшорной группы Ролдугина были кредиты от кипрского RCB Bank, который контролировался государственным ВТБ. Документы говорят о том, что для Sandalwood Continental в 2010—2012-м была открыта кредитная линия на как минимум 650 млн долларов. Это значит, что офшор мог в любой момент использовать RCB Bank как огромный денежный мешок, откуда в необходимое время можно было доставать средства на финансирование самых разных проектов.

При этом некоторые кредитные соглашения были составлены таким образом, что даже у юристов MF возникали вопросы о том, будут ли возвращены деньги банку. В документах видно, что сотрудники MF настороженно относились к тому, следует ли вообще подписывать такие договоры, в которых четко не прописаны ни цели кредита, ни порядок погашения.

Такое же мнение и у эксперта по отмыванию денег Марка Пита: «У этих кредитов, похоже, нет коммерческой составляющей. В них не указано адекватное обеспечение, что обычно присутствует в нормальных соглашениях». И действительно: в большинстве кредитных договоров, которые есть в базе, ни о каком обеспечении речь не идет — компания, связанная с Ролдугиным, без всякого риска получала сотни миллионов долларов от «дочки» российского госбанка. Сам банк категорически отрицает подобную точку зрения.

Представитель RCB Bank заявил ICIJ, что банк в своей деятельности следует всем требованиям законодательства, поэтому «предположение, что RCB Bank — так называемый «кошелек» для высокопоставленных российских чиновников, не имеет под собой никаких оснований и не соответствует текущему положению дел». Более того, в банке заверили, что добровольно передали запрос от ICIJ в орган, занимающийся борьбой с отмыванием денег на Кипре, для независимого расследования.

На что тратили?

Часть средств, которые аккумулировались в офшорах, затем инвестировались в Россию. Эти вложения можно условно разделить на две группы — «для отдыха» и для покупки стратегических активов.

КУРОРТЫ, ЯХТ-КЛУБЫ, ДВОРЦЫ

В 2011 году связанная с Сергеем Ролдугиным компания Sandalwood Continental выдала около 200 млн рублей двумя займами российской фирме «Озон». У этих соглашений были «дружеские» условия: один из займов был на 10 лет, другой — на 20, и оба под 1% годовых.

В следующем году, 2012-м, «Озон» стал собственником большого участка земли в Приозерском районе Ленинградской области. На этом участке расположен горнолыжный курорт «Игора». В прошлом году агентство Reuters сообщило, что якобы в этом месте в феврале 2013-го состоялась свадьба дочери президента.

В том же 2011 году Sandalwood Continental выдала на тех же «джентльменских» условиях 40 млн рублей в качестве займа компании «Лагуна». У «Лагуны» тот же адрес, что и у горнолыжного курорта «Игора». А самой компании принадлежит яхт-клуб на берегу Ладожского озера.

Компания, связанная с Сергеем Ролдугиным, на льготных условиях предоставила около 50 млн рублей российской фирме «Норд Хауз», которой принадлежали участки земли и гостиничный комплекс в городе Сортавала Республики Карелия. Сегодня этой недвижимостью, по данным Росреестра, владеет ООО «Дача Винтера». В этом живописном месте, на берегу Ладоги, в окружении хвойных лесов, сегодня располагается отель класса «премиум» с таким же названием — «Дача Винтера».

Все эти российские компании так или иначе связаны с банком «Россия» и его совладельцем Юрием Ковальчуком. Представители Ковальчука отказались отвечать на вопросы ICIJ.

СТРАТЕГИЧЕСКИЕ АКТИВЫ

Офшорные компании, связанные с Сергеем Ролдугиным, контролировали доли и в крупнейших предприятиях страны в самых разных сферах экономики — от производства грузовиков до продажи ТВ-рекламы.

«Видео Интернешнл» (Vi) — крупнейший продавец телевизионной рекламы в стране. К созданию компании имел отношение недавно скончавшийся в США Михаил Лесин, бывший министр по делам печати и советник президента.

В 2010 году все деловые СМИ России сообщили, что Vi перешла под контроль структур, связанных с банком «Россия». Этому приобретению предшествовали законодательные инициативы, которые могли значительно повлиять на рыночную стоимость компании. В то время Vi контролировала 70% рекламного рынка, но затем были приняты поправки к закону «О рекламе», ограничившие долю одного селлера до 35%. И вот на плохих новостях, что обычно приводит к существенному снижению стоимости актива, стало известно, что компанию приобрели структуры банка «Россия». Но среди этих структур были и офшоры, принадлежавшие Сергею Ролдугину.

Что любопытно: после того, как Vi перешла к новым влиятельным владельцам, доход компании, несмотря на законодательные ограничения, не уменьшился — просто вместо прямых договоров с каналами стали заключаться консультационные соглашения.

По данным Росстата, 20% Vi принадлежит кипрской компании Med Media Network. В базе данных MF есть решение единственного акционера Med Media Network от 15 декабря 2010 года о приобретении 12,5% акций Vi за 20 млн долларов. (Когда эта доля была доведена до 20%, нам не удалось уточнить.) Этим единственным акционером Med Media Network был офшор IMO, бенефициар которого — Сергей Ролдугин. Когда IMO открывала счет в швейцарском Газпромбанке, Med Media Network была указана как единственная «дочка» компании. Более того, в заявлении об открытии счета была написано, что Med Media Network должна выплатить почти 270 млн рублей дивидендов своей материнской структуре.

В Vi на наши вопросы не ответили.

На протяжении многих лет крупным пакетом акций в «КАМАЗе» владела кипрская компания Avtoinvest Ltd, принадлежавшая «Тройке Диалог». В 2008 году структурам «Тройки», по сообщениям СМИ, даже удалось довести свою долю в крупнейшем производителе грузовиков в России до почти 51%. Эта информация косвенно подтверждается и документами из базы MF: судя по ним, «Тройка» с помощью нескольких скрытых соглашений могла действовать всего лишь как агент в интересах гораздо более влиятельных игроков. Одним из этих игроков был и Сергей Ролдугин.

Дело в том, что с 2007 года «Тройка» передала все права по управлению своей компанией Avtoinvest Ltd некоему офшору Avto Holdings Ltd. По соглашению, Avto Holdings получала право участвовать в собраниях акционеров Avtoinvest, назначать и увольнять директора и забирать 95% дивидендов. То есть фактически один из основных акционеров «КАМАЗа» подчинялся ранее неизвестному офшору. И 15% этого неизвестного офшора принадлежали виолончелисту Сергею Ролдугину через его компанию Sonnette Overseas.

Более того, у Avto Holdings был десятилетний опцион на покупку 100% Avtoinvest: офшор, совладельцем которого был Сергей Ролдугин, имел право всего за 100 тыс. долларов получить контроль над одним из крупнейших акционеров «КАМАЗа».

Аналогичные договоренности между «Тройкой» и офшорами, связанными с Ролдугиным, были и по поводу акций «АВТОВАЗа». В этих соглашениях отличались только даты, названия компаний, доли и суммы. Но смысл оставался тем же: у офшоров, близких Ролдугину, были привилегированные права на управление крупными пакетами акций в стратегических предприятиях страны, на получение дивидендов и покупку этих пакетов за смехотворные суммы.

В Кремле отказались отвечать на вопросы, связанные с этим расследованием. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков созвал специальный брифинг, где предупредил о готовящейся, по его мнению, «атаке на президента». «Мы получили бумаги от организации, которая именует себя международным консорциумом журналистских расследований, в который входят разные СМИ и журналисты разных стран. Мы уверены, что не только журналисты, но и представители других организаций и служб. Они собираются в ближайшие дни в ФРГ, США, Великобритании, Франции, Швейцарии, России и нескольких других странах опубликовать очередные опусы, которые мы считаем очевидной «заказухой», — заявил Песков.

Человек, знающий Ролдугина, подтвердил нам особую роль музыканта: «Для решения оперативных, а порой непубличных задач Владимир Путин опирался на круг бизнесменов, основу которого составляли друзья по питерскому периоду жизни. Но многие утратили его доверие, скажем так, из-за ненасытности. Президенту был необходим человек, которому можно доверять без сомнений, чтобы через его «доли» смотреть за реальным положением дел. Кроме того, Ролдугин никогда ничего не взял, его не прельщает роскошная жизнь. В нашем кругу его называют князем Мышкиным».

Другой человек из окружения известного российского виолончелиста на просьбу «Новой газеты» охарактеризовать его одним словом отреагировал молниеносно: «Называйте его «хранителем». Это будет точно».

Новая Газета

Мировая элита прячет свои деньги за экзотическими трастами, секретными банковскими счетами и номинальными директорами — глобальное расследование лучших изданий мира приоткрывает завесу над «теневой финансовой системой» чиновников и политиков по всему свету

Почему Сергей Ролдугин, близкий друг Владимира Путина, может считаться не только музыкантом-виртуозом, но и владельцем теневой офшорной империи с активами в миллиарды долларов

24 марта 2016 года в Большом зале Консерватории выступал Академический симфонический оркестр Московской филармонии под руководством Юрия Симонова. Оркестр исполнил первую композицию (адажио для струнных Сэмюэла Барбера), после чего ведущий объявил второй номер программы — произведение Эрнеста Блоха «Шеломо» — еврейскую рапсодию для виолончели с оркестром. Музыканты встали, и на сцену вышел человек в черной атласной рубашке, с немного старомодной, но идущей ему артистичной прической. Полный зал встретил его овацией. Он занял место солиста, приладил поудобнее свою бывалую и, видимо, любимую виолончель и замер. После небольшой заминки с нотами, вызвавшей одобрительную улыбку в зале, оркестр заиграл. Виолончелист, который воплощал в этом произведении голос славного царя иудеев Соломона, играл с упоением, закрыв глаза, чтобы абстрагироваться от окружающего мира и остаться наедине с магией музыки.

Этим человеком был Сергей Ролдугин, о котором можно сказать, что он проживает две жизни. В одной из них, открытой для мира, он — признанный мастер своего дела, один из известных виолончелистов страны, народный артист России и профессор. Но другая часть его жизни до сегодняшнего дня была скрыта ото всех под завесой трастов и экзотических офшоров, которые оперировали миллиардами долларов, получали на свои счета «пожертвования» в виде невозвратных займов от богатейших бизнесменов страны и контролировали деятельность стратегических предприятий России.

И если о своей основной профессии Сергей Ролдугин, как человек, по-настоящему влюбленный в музыку, похоже, готов говорить увлеченно, то свою «другую жизнь» он обсуждает с меньшей охотой, в чем мы могли убедиться, недолго пообщавшись наедине с маэстро в его гримерке.

Как виолончелисту удалось построить такую колоссальную офшорную империю? Ответ на этот вопрос репортеры «Новой газеты» нашли в ходе совместного расследования с десятками журналистов из лучших изданий мира — Süddeutsche Zeitung, OCCRP, The Guardian, BBC, Le Monde и многими другими. Это расследование длилось более года, и именно его Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента России, анонсировал на этой неделе, назвав «информационным вбросом против Владимира Путина».

Лучший друг президента

«Володя (Путин. — Ред.) учился вместе с моим братом. Я жил в другом городе, и, когда оказался в Ленинграде, брат рассказал мне про Вовку. Он приехал к нам с братом, и мы познакомились. Это было, кажется, в 1977 году. Встретились и уже не расставались. Он мне просто как брат. Раньше, когда мне некуда было деться, я шел к нему, и у него спал и ел. Так вот, познакомились», — рассказывал о своем знакомстве с президентом России Сергей Ролдугин в главной книге-биографии Владимира Путина «От первого лица».

Ролдугин — не просто друг лидера России, к каковым (не всегда оправданно) причисляли в последние годы очень многих успешных людей в стране, но, действительно, — человек, с которым связано многое в жизни президента. В книге «От первого лица» Ролдугин — один из наиболее упоминающихся персонажей: он не просто мог наблюдать за жизнью Владимира Путина со стороны, но с юности был участником важнейших событий в судьбе президента. Они вместе проходили через уличные драки на улицах неспокойного в то время Санкт-Петербурга; вместе ходили в самоволку, пока Ролдугин служил в армии, и, распевая песни, рассекали по ночному Ленинграду на старом «Запорожце»; вместе ходили в театр с «симпатичненькой девушкой Людой», в то время еще не Путиной.

«Перед отъездом в Германию у них Маша (первая дочь Путина. — Ред.) родилась. У моего бывшего тестя была дача за Выборгом, шикарное место, и мы, когда ее из роддома забрали, поехали туда и все там жили: Володя, Люда, я с женой… Мы, конечно, праздновали рождение Маши… По вечерам такие танцы устраивали… «Держи вора, держи вора, поймать его пора!» — рассказывал Сергей Ролдугин, который стал крестным отцом первой дочери будущего президента России.

В отличие от других друзей Владимира Путина, вошедших в список Forbes за время его правления, о богатстве Сергея Ролдугина до сегодняшнего дня не было ничего известно. Хотя виолончелист и не делал секрета из дружбы с президентом, его единственный актив, о котором говорили публично, — это миноритарная доля в АКБ «Россия», известном как «банк друзей президента». «Я не бизнесмен, у меня нет миллионов», — признавался Ролдугин в интервью The New York Times в 2014 году.

Однако благодаря утечке из компании-регистратора Mossak Fonseca (MF) нам удалось узнать, что связанные с известным виолончелистом компании оперируют не просто миллионами, а миллиардами долларов: эти офшоры могли получать деньги от структур, близких семье Ротенбергов, Сулейману Керимову, Алексею Мордашову… Они зарабатывали десятки миллионов рублей в день от, как считают эксперты, сомнительных сделок с акциями российских госкомпаний; а затем инвестировали эти средства как в покупку стратегических активов в стране, так и в личные («досуговые») проекты, связанные с родственниками и друзьями президента.

Офшорная империя

В коридоре консерватории, после того как Сергей Ролдугин исполнил свою часть музыкальной программы, к нему выстроилась очередь из бывших учеников и поклонников. Перед репортерами «Новой газеты» к маэстро подошел молодой человек — то ли бывший ученик, то ли сын знакомого. «Я сейчас финансами занимаюсь, работаю во Внешэкономбанке», — начал было он… «Ну что вы, я далек от этого: видите, у меня даже виолончель подержанная», — ответил Ролдугин. А затем он познакомился с нами и пригласил в свою гримерку.

Когда мы спросили его об офшорных компаниях с оборотом в миллиарды долларов, он не закрылся (открытость, похоже, — одно из его главных положительных качеств), но ушел от ответа так, как будто и вправду не сильно погружен в эту тему: «Ребята, я, честно говоря, сейчас никакие комментарии не могу давать. Я должен посмотреть и понять, что можно говорить, что — нельзя. Я просто боюсь давать интервью. Когда я одним немцам отказался давать интервью, так они написали, что Путин настолько запугал своих знакомых и друзей, что они боятся говорить. Вот в таком виде меня выставляют. Я понимаю, что здесь очень важные вещи. Занимаешься бизнесом или не занимаешься? Откуда деньги? Чьи? Это я все знаю. Это деликатные вещи», — согласился виолончелист.

Тогда мы сообщили маэстро Ролдугину названия офшорных компаний, а также их сделки со стратегическим активами в стране, в частности «КАМАЗом», «АВТОВАЗом», «Видео Интернешнл» (ключевым игроком на рынке ТВ-рекламы), и прямо спросили, имел ли он к ним отношение. «Я был связан с этим бизнесом давно-давно. Еще до перестройки. Так получилось. И потом это стало развиваться, и получились такие вот вещи. Из этих денег в том числе субсидируется Дом музыки (который Ролдугин возглавляет в Санкт-Петербурге. — Ред.). Это предмет отдельного разговора», — сказал музыкант, положив запрос от «Новой газеты» в футляр с виолончелью и пообещав поговорить с нами через несколько дней. Но на наши телефонные звонки он затем не ответил.

Впрочем, судя по документам, офшоры, о которых идет речь, были зарегистрированы не до перестройки, а в 2006—2009 годах, и просуществовали до 2014—2015 годов (затем были закрыты). Основными в этой истории будут четыре компании, две из которых принадлежали российскому виолончелисту напрямую, остальные — связанным с ним людям.

В частности, Ролдугин был собственником Sonnette Overseas с Британских Виргинских островов и International Media Overseas (IMO) из Панамы. В этих компаниях интересы друга президента представляли предприниматели из Санкт-Петербурга Олег Гордин и Александр Плехов (оба связаны с банком «Россия»). Они, в свою очередь, были акционерами Sandalwood Continental и Sunbarn Ltd (см. схему).

Судя по тем сделкам, что нам удалось отследить, у каждого из этих офшоров была своя роль. Какие-то без всякого обеспечения получали сотни миллионов долларов от кипрского RCB Bank (значительную долю в нем контролирует государственный ВТБ), а затем распределяли эти средства другим компаниям на различные нужды. Иные использовались для контроля крупных пакетов акций в российских предприятиях. Третьи играли роль технических фирм, через которые прогонялись деньги или списывались невозвратные долги.

Но вместе их можно считать частью одной схемы: дела от их имени вели одни и те же сотрудники; их документы отправлялись одним пакетом; многие сделки проводились и подписывались в один день. И управлялись эти компании тоже из одного места — банка «Россия».

Откуда деньги?

Судя по документам из базы данных MF, общий оборот по банковским счетам только Sandalwood Continental составил около 2 млрд долларов, а в отчетах за 2009 год указано, что стоимость ее активов — 18 млрд рублей. Обороты других компаний из схемы, насколько мы можем судить по доступным нам документам, меньше, но тоже исчислялись сотнями миллионов долларов. Откуда у них такие деньги?

Источники финансирования для связанной с Ролдугиным группы офшоров можно условно разделить на три группы:

а) сомнительные внебиржевые сделки с акциями крупнейших госкомпаний России — «Роснефти» и «Газпрома»;

б) «пожертвования» от крупных российских бизнесменов;

в) льготные займы от кипрского RCB Bank.

«ТОРГОВЛЯ» АКЦИЯМИ

Например, в 2010 году принадлежащая Ролдугину компания IMO должна была заключить сделку на покупку акций «Роснефти» у другой офшорной структуры. В базе MF есть два договора. Один — на покупку акций, а второй — на прекращение этого соглашения. В чем смысл? Компания Ролдугина за срыв договора тут же получила компенсацию — 750 тысяч долларов.

Нам удалось найти много подобных сделок и с другими компаниями, связанными с Сергеем Ролдугиным. Такие операции позволяли зарабатывать миллионы долларов просто из воздуха. (Любопытно, что такой же способ — неисполнение договоров купли-продажи акций — использовали мошенники в «деле Магнитского», чтобы создать фиктивные обязательства и затем похитить из бюджета налог на прибыль.)

В некоторых случаях соглашения все-таки исполнялись, но музыканту все равно раз за разом несказанно везло. Его компании покупали акции российских предприятий, а на следующий день продавали ровно те же пакеты ровно тем, у кого их купили вчера, но со значительной прибылью, что позволяло им зарабатывать по 400—500 тысяч долларов. Контрагенты Ролдугина в этих операциях все время проигрывали. Ими были компании, связанные сначала с инвестиционном фондом «Тройка Диалог», а затем Сбербанком (после покупки последним «Тройки»). В «Тройке» и Сбербанке отказались комментировать эти сделки.

Менеджеры Сергея Ролдугина как будто наперед знали, как поведет себя рынок и как будет меняться стоимость акций. Но никакой магии здесь нет.

Опрошенные нами эксперты полагают, что в реальности эти сделки могли не проводиться и, видимо, лишь служили документальным основанием для платежей из других источников. В пользу этой версии говорит и то, что некоторые договоры закрывались задним числом, когда колебания рынка были уже известны.

Документы по этим сделкам репортеры швейцарской газеты Sonntagszeitung показали Марку Питу, профессору по уголовному праву и криминологии в университете Базеля, бывшему члену Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ). «Эти транзакции очень подозрительны. Они должны были поднять красный флаг для банка», — сказал эксперт.

Почему на эти транзакции не реагировали банки? В случае с Сергеем Ролдугиным это объясняется просто. Компании музыканта держали деньги в зарубежных «дочках» российских банков, которые, судя по документам, не очень тщательно следовали процедурам проверки клиентов.

Например, когда в 2014 году компания IMO открывала счет в швейцарском подразделении Газпромбанка, Сергею Ролдугину как бенефициару необходимо было указать, является ли он «пепом» (человеком с политическими связями) или знаком с другим «пепом». В обоих случаях российский виолончелист ответил «нет», хотя в то время информация о его дружбе с Владимиром Путиным была открыта.

По словам эксперта Марка Пита, Газпромбанк по швейцарским законам был обязан проверить утверждения Ролдугина. «Но я не вижу признаков, что это было сделано. В противном случае банк, скорее всего, отказался бы открывать счет клиенту. Если банк принял недостоверную декларацию о данных клиента, то он нарушил швейцарские законы», — говорит Пит.

«ПОЖЕРТВОВАНИЯ» ОТ БИЗНЕСМЕНОВ

Сделки крупных российских предпринимателей с компаниями Сергея Ролдугина в некотором смысле могут напомнить те, о которых в 2010 году рассказал Сергей Колесников, ранее работавший с другими близкими друзьями президента России. После того как Колесников покинул Россию, он в открытом письме тогдашнему президенту Дмитрию Медведеву написал, что российские олигархи осуществляли пожертвования в адрес друзей президента, а 35% от этих денег оседали на офшорных счетах. В случае с Ролдугиным речь идет не о пожертвованиях в прямом смысле этого слова, но о платежах с неясной экономической целесообразностью. Вот наиболее яркие примеры.

В июле 2007 года компания Сергея Ролдугина Sonnette Overseas получила в долг от другой офшорной структуры, Levens Trading, 6 млн долларов под 2% годовых. А уже через пару месяцев заимодавец за «вознаграждение» в 1 доллар простил этот долг другу президента. Levens Trading может быть связана с российским бизнесменом Алексеем Мордашовым: по данным ЕГРЮЛ, этой офшорной компании принадлежало 100% в «Северсталь-втормет».

Структуры, видимо, близкие Мордашову, платили и другим компаниям, связанным с Ролдугиным. Например, в 2009—2010 годах Sunbarn Ltd заключила несколько типовых договоров на консультационные услуги на общую сумму 30 млн долларов с офшорами Jabiru Consultants и Pearl Kite Trading. По условиям этих соглашений Sunbarn Ltd должна была предоставлять информацию «о возможностях инвестиций в России». По крайней мере один из плательщиков, Jabiru Consultants, ранее был акционером в структурах «Северстали».

Алексей Мордашов упоминался и в письме Сергея Колесникова как один из бизнесменов, осуществлявших пожертвования друзьям президента Путина. Алексей Мордашов отказался обсуждать с нами сделки с Сергеем Ролдугиным.

В базе данных MF есть также соглашения о предоставлении займов компании Sunbarn Ltd от трех офшорных структур Аркадия Ротенберга и его сына Игоря. Все они датированы одним днем (25 апреля 2013-го), по их условиям Sunbarn Ltd могла получить от бывшего спарринг-партнера Владимира Путина по дзюдо 185 млн долларов на 10 лет под 2% годовых. Но необходимо отметить, что других документов на этот счет в базе нет, поэтому нам неизвестно, были ли исполнены эти соглашения, а сам Ротенберг на вопросы «Новой газеты» не ответил.

Напомним: в 2016 году Аркадий Ротенберг занял первое место в рейтинге российского Forbes «Короли госзаказа» с суммой господрядов — 555 млрд рублей.

Процветанию офшоров, связанных с Сергеем Ролдугиным, помогли и структуры, близкие Сулейману Керимову. В результате только двух сложных сделок офшоры Ролдугина получили права требования на 4 млрд рублей и 200 млн долларов соответственно, заплатив за это ни много ни мало — 2 доллара. Как такое стало возможным?

В 2007 году офшор Tokido Holdings предоставил в долг 4 млрд рублей ОАО «Национальные телекоммуникации» («НТК»), крупнейшему российскому оператору кабельного ТВ и интернета. В то время «НТК», согласно их годовому отчету, контролировалась группой компаний «Нафта» Сулеймана Керимова. В 2008 году акции «НТК» были проданы «Национальной Медиа Группе», принадлежащей банку «Россия». Однако долг перед Tokido Holdings на тот момент еще не был погашен.

И вот в один день, 20 сентября 2010 года, были совершены две сделки: сначала Tokido Holdings по договору цессии передала право требования 4 млрд рублей c «НТК» другому офшору — Desmin Holdings; а Desmin в тот же день за 1 доллар передал это же право Sandalwood Continental, компании связанной с Сергеем Ролдугиным. В 2011—2012 годах «НТК» была приобретена государственной компанией «Ростелеком». И именно госкомпания в итоге рассчиталась по старым долгам, заплатив 4 млрд рублей.

Примерно такая же схема была реализована и с другим займом на 200 млн долларов от той же компании Tokido Holdings. В том же 2010 году этот долг также переходил от одного офшора к другому, пока в итоге не достался Sandalwood Continental. Компания, связанная с Ролдугиным, заплатив всего 1 доллар, получила право требовать 200 млн долларов.

По поводу этих сделок представитель Керимова пояснил, что «в условиях сложных экономических реалий после кризиса 2008 года управляющая проектом компания приняла решение о списании рассрочки платежа по сделке, в связи с ухудшением возможностей развития компании по сравнению с заявленными планами. Сделка осталась в рамках приемлемого уровня доходности».

Кроме того, представитель Керимова сообщил, что он как член Совета Федерации бизнесом не занимается, информация о сделках ему неизвестна, а с Сергеем Ролдугиным он не знаком и не состоял ни в каких отношениях.

Компания, связанная с Ролдугиным, заплатив всего 1 доллар, получила право требовать 200 млн долларов
В базе MF есть документы и о других похожих случаях. Например, в 2011 году IMO, принадлежащая Ролдугину, за тот же 1 доллар «купила» право требования еще на 200 млн долларов у другого офшора — Ove Financial Corp. К сожалению, нам не удалось узнать, кто стоит за этой структурой.

БАНКОВСКИЕ КРЕДИТЫ

Другим важнейшим источником финансирования офшорной группы Ролдугина были кредиты от кипрского RCB Bank, который контролировался государственным ВТБ. Документы говорят о том, что для Sandalwood Continental в 2010—2012-м была открыта кредитная линия на как минимум 650 млн долларов. Это значит, что офшор мог в любой момент использовать RCB Bank как огромный денежный мешок, откуда в необходимое время можно было доставать средства на финансирование самых разных проектов.

При этом некоторые кредитные соглашения были составлены таким образом, что даже у юристов MF возникали вопросы о том, будут ли возвращены деньги банку. В документах видно, что сотрудники MF настороженно относились к тому, следует ли вообще подписывать такие договоры, в которых четко не прописаны ни цели кредита, ни порядок погашения.

Такое же мнение и у эксперта по отмыванию денег Марка Пита: «У этих кредитов, похоже, нет коммерческой составляющей. В них не указано адекватное обеспечение, что обычно присутствует в нормальных соглашениях». И действительно: в большинстве кредитных договоров, которые есть в базе, ни о каком обеспечении речь не идет — компания, связанная с Ролдугиным, без всякого риска получала сотни миллионов долларов от «дочки» российского госбанка. Сам банк категорически отрицает подобную точку зрения.

Представитель RCB Bank заявил ICIJ, что банк в своей деятельности следует всем требованиям законодательства, поэтому «предположение, что RCB Bank — так называемый «кошелек» для высокопоставленных российских чиновников, не имеет под собой никаких оснований и не соответствует текущему положению дел». Более того, в банке заверили, что добровольно передали запрос от ICIJ в орган, занимающийся борьбой с отмыванием денег на Кипре, для независимого расследования.

На что тратили?

Часть средств, которые аккумулировались в офшорах, затем инвестировались в Россию. Эти вложения можно условно разделить на две группы — «для отдыха» и для покупки стратегических активов.

КУРОРТЫ, ЯХТ-КЛУБЫ, ДВОРЦЫ

В 2011 году связанная с Сергеем Ролдугиным компания Sandalwood Continental выдала около 200 млн рублей двумя займами российской фирме «Озон». У этих соглашений были «дружеские» условия: один из займов был на 10 лет, другой — на 20, и оба под 1% годовых.

В следующем году, 2012-м, «Озон» стал собственником большого участка земли в Приозерском районе Ленинградской области. На этом участке расположен горнолыжный курорт «Игора». В прошлом году агентство Reuters сообщило, что якобы в этом месте в феврале 2013-го состоялась свадьба дочери президента.

В том же 2011 году Sandalwood Continental выдала на тех же «джентльменских» условиях 40 млн рублей в качестве займа компании «Лагуна». У «Лагуны» тот же адрес, что и у горнолыжного курорта «Игора». А самой компании принадлежит яхт-клуб на берегу Ладожского озера.

Компания, связанная с Сергеем Ролдугиным, на льготных условиях предоставила около 50 млн рублей российской фирме «Норд Хауз», которой принадлежали участки земли и гостиничный комплекс в городе Сортавала Республики Карелия. Сегодня этой недвижимостью, по данным Росреестра, владеет ООО «Дача Винтера». В этом живописном месте, на берегу Ладоги, в окружении хвойных лесов, сегодня располагается отель класса «премиум» с таким же названием — «Дача Винтера».

Все эти российские компании так или иначе связаны с банком «Россия» и его совладельцем Юрием Ковальчуком. Представители Ковальчука отказались отвечать на вопросы ICIJ.

СТРАТЕГИЧЕСКИЕ АКТИВЫ

Офшорные компании, связанные с Сергеем Ролдугиным, контролировали доли и в крупнейших предприятиях страны в самых разных сферах экономики — от производства грузовиков до продажи ТВ-рекламы.

«Видео Интернешнл» (Vi) — крупнейший продавец телевизионной рекламы в стране. К созданию компании имел отношение недавно скончавшийся в США Михаил Лесин, бывший министр по делам печати и советник президента.

В 2010 году все деловые СМИ России сообщили, что Vi перешла под контроль структур, связанных с банком «Россия». Этому приобретению предшествовали законодательные инициативы, которые могли значительно повлиять на рыночную стоимость компании. В то время Vi контролировала 70% рекламного рынка, но затем были приняты поправки к закону «О рекламе», ограничившие долю одного селлера до 35%. И вот на плохих новостях, что обычно приводит к существенному снижению стоимости актива, стало известно, что компанию приобрели структуры банка «Россия». Но среди этих структур были и офшоры, принадлежавшие Сергею Ролдугину.

Что любопытно: после того, как Vi перешла к новым влиятельным владельцам, доход компании, несмотря на законодательные ограничения, не уменьшился — просто вместо прямых договоров с каналами стали заключаться консультационные соглашения.

По данным Росстата, 20% Vi принадлежит кипрской компании Med Media Network. В базе данных MF есть решение единственного акционера Med Media Network от 15 декабря 2010 года о приобретении 12,5% акций Vi за 20 млн долларов. (Когда эта доля была доведена до 20%, нам не удалось уточнить.) Этим единственным акционером Med Media Network был офшор IMO, бенефициар которого — Сергей Ролдугин. Когда IMO открывала счет в швейцарском Газпромбанке, Med Media Network была указана как единственная «дочка» компании. Более того, в заявлении об открытии счета была написано, что Med Media Network должна выплатить почти 270 млн рублей дивидендов своей материнской структуре.

В Vi на наши вопросы не ответили.

На протяжении многих лет крупным пакетом акций в «КАМАЗе» владела кипрская компания Avtoinvest Ltd, принадлежавшая «Тройке Диалог». В 2008 году структурам «Тройки», по сообщениям СМИ, даже удалось довести свою долю в крупнейшем производителе грузовиков в России до почти 51%. Эта информация косвенно подтверждается и документами из базы MF: судя по ним, «Тройка» с помощью нескольких скрытых соглашений могла действовать всего лишь как агент в интересах гораздо более влиятельных игроков. Одним из этих игроков был и Сергей Ролдугин.

Дело в том, что с 2007 года «Тройка» передала все права по управлению своей компанией Avtoinvest Ltd некоему офшору Avto Holdings Ltd. По соглашению, Avto Holdings получала право участвовать в собраниях акционеров Avtoinvest, назначать и увольнять директора и забирать 95% дивидендов. То есть фактически один из основных акционеров «КАМАЗа» подчинялся ранее неизвестному офшору. И 15% этого неизвестного офшора принадлежали виолончелисту Сергею Ролдугину через его компанию Sonnette Overseas.

Более того, у Avto Holdings был десятилетний опцион на покупку 100% Avtoinvest: офшор, совладельцем которого был Сергей Ролдугин, имел право всего за 100 тыс. долларов получить контроль над одним из крупнейших акционеров «КАМАЗа».

Аналогичные договоренности между «Тройкой» и офшорами, связанными с Ролдугиным, были и по поводу акций «АВТОВАЗа». В этих соглашениях отличались только даты, названия компаний, доли и суммы. Но смысл оставался тем же: у офшоров, близких Ролдугину, были привилегированные права на управление крупными пакетами акций в стратегических предприятиях страны, на получение дивидендов и покупку этих пакетов за смехотворные суммы.

В Кремле отказались отвечать на вопросы, связанные с этим расследованием. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков созвал специальный брифинг, где предупредил о готовящейся, по его мнению, «атаке на президента». «Мы получили бумаги от организации, которая именует себя международным консорциумом журналистских расследований, в который входят разные СМИ и журналисты разных стран. Мы уверены, что не только журналисты, но и представители других организаций и служб. Они собираются в ближайшие дни в ФРГ, США, Великобритании, Франции, Швейцарии, России и нескольких других странах опубликовать очередные опусы, которые мы считаем очевидной «заказухой», — заявил Песков.

Человек, знающий Ролдугина, подтвердил нам особую роль музыканта: «Для решения оперативных, а порой непубличных задач Владимир Путин опирался на круг бизнесменов, основу которого составляли друзья по питерскому периоду жизни. Но многие утратили его доверие, скажем так, из-за ненасытности. Президенту был необходим человек, которому можно доверять без сомнений, чтобы через его «доли» смотреть за реальным положением дел. Кроме того, Ролдугин никогда ничего не взял, его не прельщает роскошная жизнь. В нашем кругу его называют князем Мышкиным».

Другой человек из окружения известного российского виолончелиста на просьбу «Новой газеты» охарактеризовать его одним словом отреагировал молниеносно: «Называйте его «хранителем». Это будет точно».

Новая Газета

Reuters о Ротенберге, Тихоновой, сестре и бабушке КабаевойReuters о Ротенберге, Тихоновой, сестре и бабушке Кабаевой

Стивен Грей, Джек Стаббз

История из жизни 47-летнего партнера Аркадия Ротенберга, который передавал недвижимость сестре и бабушке Алины Кабаевой, а также предполагаемой дочери Путина Катерине Тихоновой и студентке, позировавшей для календаря ко дню рождения Путина

Переведенный нами материал вызвал бурную реакцию Дмитрия Пескова. Дескать, это «один из» тех самых информационных вбросов, о которых он предупреждал несколько дней назад, но кто такой главный герой расследования Григорий Баевский, он знать не знает и комментировать не может. Песков имел в виду статью агентства Reuters, основанную на расследовании Organized Crime and Corruption Reporting Project. Мы публикуем эту статью, общественный интерес к которой так мастерски подогрел Песков

Малоизвестный предприниматель из Санкт-Петербурга передавал недвижимость нескольким женщинам, у которых общее лишь одно — они связаны с Владимиром Путиным.

Одна из этих женщин — младшая дочь Путина, две другие — близкие родственницы особы, которую российские медиа называли любовницей президента, хотя сам он упорно отрицал какую-либо связь с ней. А четвертая — студентка, которая позировала для календаря, выпущенного ко дню рождения президента. Вся недвижимость находится в элитарных закрытых комплексах в Москве и ее пригородах.

По официальной информации, Григорий Баевский, 47-летний бизнес-партнер старого друга Путина, продал или передал недвижимость трем женщинам. Еще в одном случае младшая дочь Путина Катерина Тихонова указала адрес квартиры, принадлежащей Баевскому, как свой собственный при регистрации компании.

Это дополняет картину широкого круга связей Путина и того, как эти люди стирают границы между государственным и частным бизнесом. В прошлом году Reuters рассказывало, что личным советником дочери Путина Катерины Тихоновой, занимающей высокую должность в МГУ, является один из старых друзей президента. Кроме того, она замужем за Кириллом Шамаловым, сыном миллиардера Николая Шамалова, партнера Путина.

Раевский работал помощником другого близкого друга Путина — его партнера по дзюдо Аркадия Ротенберга.

Согласно официальной информации, строительные компании, частично принадлежащие Баевскому, за последние два года получили государственные контракты по меньшей мере на 6 млрд рублей.

До этого Баевский не привлекал к себе особого внимания. Его связь с Путиным обнаружил журналист Роман Анин в ходе расследования, которое он проводил для восточноевропейской группы Organized Crime and Corruption Reporting Project.

Баевский в прошлом был менеджером по недвижимости в петербургской государственной компании. В 2006 году он совместно с Аркадием Ротенбергом и его братом Борисом основал дачный кооператив под Петербургом. С 2011 года он сотрудничает с братьями Ротенбергами в бизнесе. Согласно корпоративным документам, до 2014 года работал директором инвестиционной компании Аркадия Ротенберга — «Русской холдинговой компании». Также является аффилированным лицом СМП-банка, подконтрольного братьям.

Аркадий Ротенберг — один из первых российских бизнесменов, попавших под западные персональные санкции после аннексии Крыма. По данным Министерства финансов США, братья Ротенберги заработали миллиарды долларов на контрактах, предоставленных им Путиным. Братья отрицают, что Путин помогал им в их бизнесе.

Reuters направил запросы о сделках с недвижимостью Баевскому (по его последнему известному домашнему адресу) и принадлежащим ему компаниям, но ответа не получил.

Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков сказал Reuters: «Мы ничего не знаем о том, кто такой Баевский. Президент с ним также не знаком».

Недавно Песков сообщил корреспондентам по конференц-связи, что Кремль получил серию запросов от зарубежных СМИ о связях Путина с его друзьями детства и о том, как они получали государственные контракты. Он заявил, что не будет это комментировать, поскольку Кремль считает эти запросы частью политически мотивированной кампании по дискредитации Путина.

Пресс-секретарь Ротенберга сказал, что у предпринимателя нет никакой информации о сделках Баевского с недвижимостью.

На вопрос о том, действовал ли Баевский в интересах Ротенберга и были ли эти сделки как-то связаны с дружбой Ротенберга и Путина, пресс-секретарь ответил: «Конечно, нет. Эти утверждения абсурдны».

Он также заявил, что Баевский не работает ни в одной из компаний или холдингов, принадлежащих Аркадию Ротенбергу.

Дурацкие вопросы?

О роли Баевского стало известно, когда Organized Crime and Corruption Reporting Project — проект, финансируемый, в том числе, Open Society Institute, USAID и швейцарским правительством, — обнаружил, что Катерина Тихонова задекларировала в качестве своего адреса квартиру, принадлежащую бизнесмену.

Как сообщало в прошлом году Reuters, Тихонова — 29-летняя дочь Путина. В ноябре 2012 года она воспользовалась этим адресом при заполнении документов, когда регистрировалась в качестве сооснователя и владельца частной компании «Фонд междисциплинарных инициатив в области естественных и гуманитарных наук».

Reuters ознакомился с регистрационными документами компании Тихоновой и официальными записями, подтверждающими, что квартира принадлежит Баевскому. Неизвестно, жила ли в ней Тихонова и платила ли за ее аренду. Квартира расположена на расстоянии 6,5 км от официальной резиденции Путина.

На вопросы об использовании этого адреса Тихонова не ответила.

Помимо случая с Тихоновой, документы показывают, что в 2013 году Раевский передал дом с земельным участком в Успенском под Москвой в собственность Анне Зацепилиной. Успенское — один из самых дорогих в России пригородных поселков.

Зацепилина — 81-летняя бабушка Алины Кабаевой, олимпийской чемпионки по художественной гимнастике, публично поддерживающей Путина.

В 2008 году газета «Московский корреспондент» назвала Кабаеву любовницей Путина. Путин отрицает это предположение; независимого подтверждения Reuters найти не может. Вскоре после публикации статьи газета была закрыта.

Зацепилина недоступна для комментариев. Дом в Успенском находится в закрытом поселке, охрана которого не позволила корреспондентам Reuters пройти на территорию или поговорить с кем-либо из его жителей.

Раньше, в 2009 году, согласно официальным записям, Раевский передал квартиру на улице Вересаева на окраине Москвы в собственность Лейсан Кабаевой, сестре бывшей гимнастки Алины.

Пресс-секретарь компании, которой владеет и управляет Лейсан Кабаева, отказалась отвечать на вопрос о том, каким образом она приобрела недвижимость у Баевского.

На вопрос о связях Алины Кабаевой с Путиным и о сделках Баевского с ее родственниками пресс-секретарь бывшей гимнастки ответила: «Все они взрослые люди, отвечают сами перед собой и живут своими жизнями. Алина Маратовна Кабаева не связана ни с одним из этих вопросов».

В прошлом году Раевский передал еще одну квартиру в высокотехнологичном закрытом комплексе в Москве Алисе Харчевой, 23-летней бывшей студентке, изучавшей международные отношения. Сумма сделки не раскрывается.

В 2010 году группа студенток и предполагаемых студенток МГУ отметила день рождения Путина созданием календаря с их фотографиями. Харчева была в этом календаре девушкой апреля.

Через два года Харчева поместила в своем блоге, где она превозносит лидерские качества президента, фотографию с кошкой и его портретом под названием «Киска для Путина».

Фотография из календаря 2010 года также опубликована в блоге.

На вопрос о том, как получилось, что она купила квартиру у Баевского, Харчева ответила, что это была обычная сделка, проведенная через агентство недвижимости. Она сказала, что с бизнесменом не знакома.

«Мы купили эту квартиру с помощью ипотечного кредита. И до сих пор его погашаем», — сказала она. На вопрос о том, помогла ли ей купить квартиру у Раевского связь с Путиным, Харчева ответила: «Никто еще не задавал мне таких дурацких вопросов».

Оригинал статьи: Стивен Грей, Джек Стаббз, «Управляющий недвижимостью и друзья Путина», Reuters, 31 марта
Стивен Грей, Джек Стаббз

История из жизни 47-летнего партнера Аркадия Ротенберга, который передавал недвижимость сестре и бабушке Алины Кабаевой, а также предполагаемой дочери Путина Катерине Тихоновой и студентке, позировавшей для календаря ко дню рождения Путина

Переведенный нами материал вызвал бурную реакцию Дмитрия Пескова. Дескать, это «один из» тех самых информационных вбросов, о которых он предупреждал несколько дней назад, но кто такой главный герой расследования Григорий Баевский, он знать не знает и комментировать не может. Песков имел в виду статью агентства Reuters, основанную на расследовании Organized Crime and Corruption Reporting Project. Мы публикуем эту статью, общественный интерес к которой так мастерски подогрел Песков

Малоизвестный предприниматель из Санкт-Петербурга передавал недвижимость нескольким женщинам, у которых общее лишь одно — они связаны с Владимиром Путиным.

Одна из этих женщин — младшая дочь Путина, две другие — близкие родственницы особы, которую российские медиа называли любовницей президента, хотя сам он упорно отрицал какую-либо связь с ней. А четвертая — студентка, которая позировала для календаря, выпущенного ко дню рождения президента. Вся недвижимость находится в элитарных закрытых комплексах в Москве и ее пригородах.

По официальной информации, Григорий Баевский, 47-летний бизнес-партнер старого друга Путина, продал или передал недвижимость трем женщинам. Еще в одном случае младшая дочь Путина Катерина Тихонова указала адрес квартиры, принадлежащей Баевскому, как свой собственный при регистрации компании.

Это дополняет картину широкого круга связей Путина и того, как эти люди стирают границы между государственным и частным бизнесом. В прошлом году Reuters рассказывало, что личным советником дочери Путина Катерины Тихоновой, занимающей высокую должность в МГУ, является один из старых друзей президента. Кроме того, она замужем за Кириллом Шамаловым, сыном миллиардера Николая Шамалова, партнера Путина.

Раевский работал помощником другого близкого друга Путина — его партнера по дзюдо Аркадия Ротенберга.

Согласно официальной информации, строительные компании, частично принадлежащие Баевскому, за последние два года получили государственные контракты по меньшей мере на 6 млрд рублей.

До этого Баевский не привлекал к себе особого внимания. Его связь с Путиным обнаружил журналист Роман Анин в ходе расследования, которое он проводил для восточноевропейской группы Organized Crime and Corruption Reporting Project.

Баевский в прошлом был менеджером по недвижимости в петербургской государственной компании. В 2006 году он совместно с Аркадием Ротенбергом и его братом Борисом основал дачный кооператив под Петербургом. С 2011 года он сотрудничает с братьями Ротенбергами в бизнесе. Согласно корпоративным документам, до 2014 года работал директором инвестиционной компании Аркадия Ротенберга — «Русской холдинговой компании». Также является аффилированным лицом СМП-банка, подконтрольного братьям.

Аркадий Ротенберг — один из первых российских бизнесменов, попавших под западные персональные санкции после аннексии Крыма. По данным Министерства финансов США, братья Ротенберги заработали миллиарды долларов на контрактах, предоставленных им Путиным. Братья отрицают, что Путин помогал им в их бизнесе.

Reuters направил запросы о сделках с недвижимостью Баевскому (по его последнему известному домашнему адресу) и принадлежащим ему компаниям, но ответа не получил.

Пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков сказал Reuters: «Мы ничего не знаем о том, кто такой Баевский. Президент с ним также не знаком».

Недавно Песков сообщил корреспондентам по конференц-связи, что Кремль получил серию запросов от зарубежных СМИ о связях Путина с его друзьями детства и о том, как они получали государственные контракты. Он заявил, что не будет это комментировать, поскольку Кремль считает эти запросы частью политически мотивированной кампании по дискредитации Путина.

Пресс-секретарь Ротенберга сказал, что у предпринимателя нет никакой информации о сделках Баевского с недвижимостью.

На вопрос о том, действовал ли Баевский в интересах Ротенберга и были ли эти сделки как-то связаны с дружбой Ротенберга и Путина, пресс-секретарь ответил: «Конечно, нет. Эти утверждения абсурдны».

Он также заявил, что Баевский не работает ни в одной из компаний или холдингов, принадлежащих Аркадию Ротенбергу.

Дурацкие вопросы?

О роли Баевского стало известно, когда Organized Crime and Corruption Reporting Project — проект, финансируемый, в том числе, Open Society Institute, USAID и швейцарским правительством, — обнаружил, что Катерина Тихонова задекларировала в качестве своего адреса квартиру, принадлежащую бизнесмену.

Как сообщало в прошлом году Reuters, Тихонова — 29-летняя дочь Путина. В ноябре 2012 года она воспользовалась этим адресом при заполнении документов, когда регистрировалась в качестве сооснователя и владельца частной компании «Фонд междисциплинарных инициатив в области естественных и гуманитарных наук».

Reuters ознакомился с регистрационными документами компании Тихоновой и официальными записями, подтверждающими, что квартира принадлежит Баевскому. Неизвестно, жила ли в ней Тихонова и платила ли за ее аренду. Квартира расположена на расстоянии 6,5 км от официальной резиденции Путина.

На вопросы об использовании этого адреса Тихонова не ответила.

Помимо случая с Тихоновой, документы показывают, что в 2013 году Раевский передал дом с земельным участком в Успенском под Москвой в собственность Анне Зацепилиной. Успенское — один из самых дорогих в России пригородных поселков.

Зацепилина — 81-летняя бабушка Алины Кабаевой, олимпийской чемпионки по художественной гимнастике, публично поддерживающей Путина.

В 2008 году газета «Московский корреспондент» назвала Кабаеву любовницей Путина. Путин отрицает это предположение; независимого подтверждения Reuters найти не может. Вскоре после публикации статьи газета была закрыта.

Зацепилина недоступна для комментариев. Дом в Успенском находится в закрытом поселке, охрана которого не позволила корреспондентам Reuters пройти на территорию или поговорить с кем-либо из его жителей.

Раньше, в 2009 году, согласно официальным записям, Раевский передал квартиру на улице Вересаева на окраине Москвы в собственность Лейсан Кабаевой, сестре бывшей гимнастки Алины.

Пресс-секретарь компании, которой владеет и управляет Лейсан Кабаева, отказалась отвечать на вопрос о том, каким образом она приобрела недвижимость у Баевского.

На вопрос о связях Алины Кабаевой с Путиным и о сделках Баевского с ее родственниками пресс-секретарь бывшей гимнастки ответила: «Все они взрослые люди, отвечают сами перед собой и живут своими жизнями. Алина Маратовна Кабаева не связана ни с одним из этих вопросов».

В прошлом году Раевский передал еще одну квартиру в высокотехнологичном закрытом комплексе в Москве Алисе Харчевой, 23-летней бывшей студентке, изучавшей международные отношения. Сумма сделки не раскрывается.

В 2010 году группа студенток и предполагаемых студенток МГУ отметила день рождения Путина созданием календаря с их фотографиями. Харчева была в этом календаре девушкой апреля.

Через два года Харчева поместила в своем блоге, где она превозносит лидерские качества президента, фотографию с кошкой и его портретом под названием «Киска для Путина».

Фотография из календаря 2010 года также опубликована в блоге.

На вопрос о том, как получилось, что она купила квартиру у Баевского, Харчева ответила, что это была обычная сделка, проведенная через агентство недвижимости. Она сказала, что с бизнесменом не знакома.

«Мы купили эту квартиру с помощью ипотечного кредита. И до сих пор его погашаем», — сказала она. На вопрос о том, помогла ли ей купить квартиру у Раевского связь с Путиным, Харчева ответила: «Никто еще не задавал мне таких дурацких вопросов».

Оригинал статьи: Стивен Грей, Джек Стаббз, «Управляющий недвижимостью и друзья Путина», Reuters, 31 марта