Угрожающий кулак над Западом: зачем Путину нужна армия в БеларусиУгрожающий кулак над Западом: зачем Путину нужна армия в Беларуси

Дмитрий Орешкин

В 2017 году из России в Беларусь планируется перевезти беспрецедентно большой объем военных грузов. Так, по сравнению с 2015 годом, объемы железнодорожных перевозок увеличатся в 33 раза, а по сравнению с текущим годом — в 83 раза. Всего в 2017 году из России в Беларусь должны прибыть до 4162 вагонов с грузами военного назначения. Российский политолог Дмитрий Орешкин рассказал «Апострофу», что такими действиями Россия создает постоянную атмосферу военной угрозы, чтобы получить преимущество в переговорных отношениях с Западом, которому проигрывает экономически.

Есть три составляющих, которые следует иметь в виду. Первая, и самая главная: путинская Россия проигрывает соревнование со всем прочим миром в том, что называется soft power — мягкая сила. Имеется в виду экономика, культурное и информационное влияние, валюта, создание имиджа, привлекательного для прочих государств — это то, в чем был очень силен товарищ Сталин, на которого многие либеральные и демократические левые европейские политики смотрели как на альтернативу несправедливостям капитализма. У Путина это не получается. Поэтому он переводит плоскость соревнования с прочим миром в военное противостояние, и он все время вынужден балансировать на лезвии ножа, создавая постоянное чувство угрозы у Запада, чтобы таким образом получить преимущество в переговорных отношениях с Западом. Запад должен бояться, Запад понимает, что он выигрывает в экономическом соревновании, а Россия проигрывает. Поэтому остается единственная сфера, которую условно можно назвать паритетной — это военная. Нагнетается идеология военного противостояния, в том числе открытая, а не секретная переброска войск в Беларусь. Логика такая: если вы будете продолжать нас ограничивать, то мы будем нагнетать вооруженную опасность и вы испугаетесь.

Вторая составляющая состоит в том, что на самом деле вряд ли все это будет реализовано, потому что Путин старается не делать того, чего от него ждут. Никто не ждал, например, что он так легко нарушит международные договоренности и присоединит Крым, а он это сделал. Никто не ждал, что он будет так активно участвовать в военных событиях на территории Донецкой и Луганской областей, а он это сделал, поэтому прекрасно все понимают, что новый цикл военных действий будь то направленных против Прибалтики или против Украины вызовет еще одну, но уже совершенно жесткую волну реакции на Западе. В связи с этим, я думаю, что Путин на это не пойдет. Но он блефует, ему нужно запугивать Запад этой возможностью, и мне кажется, что всем следует это учитывать.

А третье — это внутриполитическая составляющая. Да, кругом враги а значит — надо расширять сферу политического контроля, который у Путина ассоциируется с военным. И здесь получается тоже своего рода торг, ведь Беларусь соглашается на какие-то экономические льготы от России, в том числе — в нефтегазовой торговле. В обмен же она должна предоставлять свою территорию для такого рода военных демонстраций. Но не следует это переоценивать. Да, в Беларуси будут расположены войска, но они там и так расположены, а поскольку у России сейчас период военной истерии, соответственно они усиливают свой контроль и влияние на всех доступных им территориях. Их не так уж много этих территорий, но одна из них — это Беларусь. Причем это все делается не бесплатно. Лукашенко за каждый пропущенный на свою территорию вагон потребует от России какие-то экономические льготы, потому что у Лукашенко тоже крайне неэффективная экономическая модель и его собственная экономика давно уже сидит килем на мели. И он единственное, что может сделать, это вышибать, выжимать, выпрашивать деньги у соседа с востока, у которого есть газ и нефть. Значит, это еще и такая выгода, мы тебе даем льготы, а ты позволяешь нам разместить свои вооружения. Отчасти это соответствует ужасам путинской элиты, которая сама верит в собственные мифы о том, что Запад хочет на нее напасть. А отчасти — это создание угрожающего кулака над Западом в расчете на то, что Запад испугается и пойдет на уступки.

АпострофДмитрий Орешкин

В 2017 году из России в Беларусь планируется перевезти беспрецедентно большой объем военных грузов. Так, по сравнению с 2015 годом, объемы железнодорожных перевозок увеличатся в 33 раза, а по сравнению с текущим годом — в 83 раза. Всего в 2017 году из России в Беларусь должны прибыть до 4162 вагонов с грузами военного назначения. Российский политолог Дмитрий Орешкин рассказал «Апострофу», что такими действиями Россия создает постоянную атмосферу военной угрозы, чтобы получить преимущество в переговорных отношениях с Западом, которому проигрывает экономически.

Есть три составляющих, которые следует иметь в виду. Первая, и самая главная: путинская Россия проигрывает соревнование со всем прочим миром в том, что называется soft power — мягкая сила. Имеется в виду экономика, культурное и информационное влияние, валюта, создание имиджа, привлекательного для прочих государств — это то, в чем был очень силен товарищ Сталин, на которого многие либеральные и демократические левые европейские политики смотрели как на альтернативу несправедливостям капитализма. У Путина это не получается. Поэтому он переводит плоскость соревнования с прочим миром в военное противостояние, и он все время вынужден балансировать на лезвии ножа, создавая постоянное чувство угрозы у Запада, чтобы таким образом получить преимущество в переговорных отношениях с Западом. Запад должен бояться, Запад понимает, что он выигрывает в экономическом соревновании, а Россия проигрывает. Поэтому остается единственная сфера, которую условно можно назвать паритетной — это военная. Нагнетается идеология военного противостояния, в том числе открытая, а не секретная переброска войск в Беларусь. Логика такая: если вы будете продолжать нас ограничивать, то мы будем нагнетать вооруженную опасность и вы испугаетесь.

Вторая составляющая состоит в том, что на самом деле вряд ли все это будет реализовано, потому что Путин старается не делать того, чего от него ждут. Никто не ждал, например, что он так легко нарушит международные договоренности и присоединит Крым, а он это сделал. Никто не ждал, что он будет так активно участвовать в военных событиях на территории Донецкой и Луганской областей, а он это сделал, поэтому прекрасно все понимают, что новый цикл военных действий будь то направленных против Прибалтики или против Украины вызовет еще одну, но уже совершенно жесткую волну реакции на Западе. В связи с этим, я думаю, что Путин на это не пойдет. Но он блефует, ему нужно запугивать Запад этой возможностью, и мне кажется, что всем следует это учитывать.

А третье — это внутриполитическая составляющая. Да, кругом враги а значит — надо расширять сферу политического контроля, который у Путина ассоциируется с военным. И здесь получается тоже своего рода торг, ведь Беларусь соглашается на какие-то экономические льготы от России, в том числе — в нефтегазовой торговле. В обмен же она должна предоставлять свою территорию для такого рода военных демонстраций. Но не следует это переоценивать. Да, в Беларуси будут расположены войска, но они там и так расположены, а поскольку у России сейчас период военной истерии, соответственно они усиливают свой контроль и влияние на всех доступных им территориях. Их не так уж много этих территорий, но одна из них — это Беларусь. Причем это все делается не бесплатно. Лукашенко за каждый пропущенный на свою территорию вагон потребует от России какие-то экономические льготы, потому что у Лукашенко тоже крайне неэффективная экономическая модель и его собственная экономика давно уже сидит килем на мели. И он единственное, что может сделать, это вышибать, выжимать, выпрашивать деньги у соседа с востока, у которого есть газ и нефть. Значит, это еще и такая выгода, мы тебе даем льготы, а ты позволяешь нам разместить свои вооружения. Отчасти это соответствует ужасам путинской элиты, которая сама верит в собственные мифы о том, что Запад хочет на нее напасть. А отчасти — это создание угрожающего кулака над Западом в расчете на то, что Запад испугается и пойдет на уступки.

Апостроф

Шпильки государевыШпильки государевы

Андрей Шароградский, Александр Гостев

В Минске в рамках Форума регионов России и Белоруссии состоялась двусторонняя встреча Владимира Путина и Александра Лукашенко, на которой обсуждалось развитие российско-белорусских отношений. Их Путин и Лукашенко охарактеризовали как «наиболее продвинутые на постсоветском пространстве». Однако разногласия по ряду позиций оказались очевидными для всех, кто за переговорами наблюдал.

По поводу некоторых деталей разговора Путина и Лукашенко возникли разногласия в интерпретации. Лукашенко после встречи сказал журналистам: «Раскрою небольшой секрет. В закрытом заседании он (Путин. — РС) сказал: давайте мы профинансируем сады в Белоруссии. Если есть возможность, пусть лучше ваши аграрии производят яблоки и прочее вплоть до бананов и продают в Россию. Я поддерживаю эту позицию». Однако пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков позже сказал, что это была лишь «шутка на шутку».

По данным статистики Федеральной таможенной службы, за первую половину 2015 года Белоруссия нарастила экспорт так называемого «санкционного» продовольствия в Россию. За пять месяцев минувшего года Белоруссия завезла в Россию 916,4 тыс. тонн товаров, ввоз которых ограничен из некоторых стран, против 568,3 тыс. тонн за тот же период предыдущего года, подсчитали специалисты московского Центра международной торговли. В результате доля Белоруссии по поставкам «санкционного» продовольствия в Россию выросла с 13,5 до 21%.​ Путин практически открыто дал понять Лукашенко, что в Москве понимают: речь идет о транзите через белорусскую территорию запрещенных продуктов.

По мнению обозревателя белорусской службы Радио Свобода Юрия Дракахруста, на минской встрече стороны остались, что называется, «при своих».

— ​ Начнем с формальной повестки дня форума, на котором встретились Лукашенко и Путин. О чем они должны были договариваться и о чем договорились?

— Я не думаю, что у этого форума была какая-то четкая, жесткая формальная повестка. Смысл подобных форумов, которые проходят уже в третий раз, в том, чтобы наполнить Союз Белоруссии и России региональным, гуманитарным, «народным» содержанием. Мол, вот контакты регионов, вот некое их взаимодействие… Это есть и Евросоюзе, например. В Союзе Белоруссии и России это получается не очень здорово, потому что и та, и другая страна — очень централизованные, авторитарные. И по нынешним временам в России регионы не имеют возможностей, полномочий, даже если бы они хотели, как-то специально сотрудничать с некими регионами Белоруссии. А в Белоруссии они этих полномочий никогда и не имели. Можно вспомнить, кстати, 1990-е годы, Лукашенко очень активно тогда «пасся» по российским регионам, даже какие-то слухи были о чуть ли не заговоре губернаторов против Ельцина во главе с Лукашенко. Но это все ушло в прошлое, это были ельцинские времена. А после ухода таких тяжеловесов, как Лужков, Шаймиев, в общем-то, российские губернаторы были «построены», что называется. Кроме, может быть, Кадырова, но это особый случай. И в этом смысле у меня такое впечатление, что этот форум был просто такой массовкой, чтобы два государя, так сказать, сказали свое веское слово.

​—​ При такой расплывчатой повестке дня, конечно, на первое место выходят взаимоотношения «государей». У Лукашенко имидж такого изворотливого политика, который умудряется вроде как и фрондировать перед Путиным, а с другой стороны, сохранять с ним хорошие отношения. Что-то такое происходило на этом форуме?

— Я бы сказал, что главным образом такое и происходило. Потому что результат очень сильно не соответствовал замаху. Замах был — если бы стороны предполагали, что особых результатов не будет, можно было бы собраться в узком кругу, на очередное заседание Высшего совета Союза. А тут вот все было сделано красиво, с помпой, с кучей народу, больше дюжины российских губернаторов приехали, министры. Совсем недавно два лидера встречались в Астане, так что, казалось бы, если новая встреча проводится через такой небольшой промежуток времени, то это делается для чего-то особого. Еще накануне встречи анонсировалось, что будет обсуждаться газовый конфликт. Он уже тянется пару месяцев, обе стороны не уступают, «Газпром» уже в суд подает на Белоруссию, «Газпром» говорит о 200 миллионах долга, который Минск не признает. И казалось бы, что раз так долго не могут решить министры, премьеры, то вопрос выходит на высший уровень. И что на высшем уровне, каков результат? Тот же господин Песков сказал, что президенты решили, что этот вопрос должны обсуждать министры. Получается, что все вернулось на круги своя. Возможно, что это очень мудрое решение, может быть, так и надо. Но в любом случае на встрече в Минске результат нулевой, они не договорились, это факт. Это первое. Второе: на самом выступлении на этом форуме обе лидера говорили слова о том, что интеграция — это здорово, что белорусы и русские — братья, Александр Лукашенко даже сказал, — он более эмоционально выступал, — что «к младшим братьям вы приехали». Но если говорить о каких-то реальных вещах, то они обменялись шпильками. Путин сказал, мол, ребята, очень хорошо, вы нам продаете товары, много, и можете больше, но вот контрабанды-то не надо, санкционные товары что же вы нам гоните? И кстати, интересно, что именно в этот день, когда весь этот праздник дружбы происходил, российские таможенники конфисковали очередную партию польских яблок, которые белорусские «братья» пытались им впарить. И Путин даже немножко с угрозой сказал: знаете, если вы такими делами будете заниматься и дальше, то, вообще говоря, может, тогда у вашей сельскохозяйственной продукции будут проблемы по продаже нам. Лукашенко какие-то шуточки отпускал типа: «Да мы и бананы можем выращивать, вы нам профинансируйте…» Потом уже Песков сказал, что «нам хватает бананов и креветок» и это была «шутка на шутку». В свою очередь, Александр Лукашенко выкладывал свои козыри, которые он и в Астане выкладывал. Мол, у нас же союз, а почему столько изъятий и ограничений, почему столько барьеров? Мы же братья, где же ваше братство?

— ​ Сейчас в Польше проходят крупнейшие учения НАТО за последнее время, и Лукашенко часто называют политиком, который старается сейчас хотя бы немного, но повернуться к Западу. С другой стороны, существует, по крайней мере формально, Союз России и Белоруссии и даже какие-то объединенные вооруженные силы. Эта проблема как-то затрагивалась?

— ​ Если она и затрагивалась, то только за кулисами. Действительно, проблемы есть, и действительно, в Белоруссии сейчас обсуждается, что Россия перебросила две механизированные бригады в Брянскую область, на самую границу с Белоруссией, и зачем это… Наш корреспондент съездил в город Клинцы, поговорил там с офицерами, и один из них сказал: «Ну, это мы Лукашенко показываем, кто есть кто и что есть что в этом мире». Так что я не исключаю, что подобные разговоры велись. Но вы знаете, у меня такое впечатление, что если бы они о чем-то договорились, то Путин не отказал бы себе в удовольствии какой-то результат озвучить. Мне представляется, что результат оказался примерно такой же, как с газом. Лукашенко на самом деле этот сюжет с российскими бригадами прокомментировал за день до форума. Он выступал на вроде бы совершенно не подходящем для таких заявлений другом форуме СНГ, Форуме руководителей финансового контроля. И вдруг заговорил о военной политике. И он сказал: да, мы видим угрозу со стороны НАТО, и вообще говоря, россияне говорят, что «НАТО подходит к нашим границам». Так не к вашим, а к нашим границам оно подходит… И дальше в таком стиле, что «если уж пойдут танки, то мы им дадим бой, мы вступим в бой, а потом уже подтянутся и российские войска». То есть, с одной стороны, вроде бы все героично. Но, с другой стороны, очень интересен порядок: сначала вступят белорусы в бой, а потом подтянутся россияне в случае нападения. А если нападения не будет, то россияне никуда не подтянутся, россияне как были за границей Белоруссии, так и будут. Я не исключаю, что в этом можно прочитать позицию Лукашенко, которую он, возможно, и в частной беседе изложил Путину. Мол, если война, то мы вместе, и вы к нам приходите, чтобы нас защитить, а если не война, то вы там у себя, в России… Конечно, очень может быть, что Путин стукнет кулаком и войска придут. Но можно вспомнить всю эпопею вокруг авиационной базы, когда в середине прошлого года уже Медведев подписал распоряжение, Путин подписал распоряжение, и в Москве говорили, что база уже есть, а что там белорусы скажут, это не имеет значения. А потом Лукашенко устроил скандал: какая база?! Нет, нам базы не надо. Хотите —​ давайте самолеты, мы посадим наших летчиков, будем оборонять наше общее небо. Ну, и в итоге базы нет. И тот же Песков сказал, что вопрос базы, в общем, снят. Так что сказать, что Путин хлопнет в ладоши или ударит кулаком по столу… Ну, может, и ударит, но этот сюжет, по крайней мере, показывает, что не все хлопаньем по столу решается.

Радио СвободаАндрей Шароградский, Александр Гостев

В Минске в рамках Форума регионов России и Белоруссии состоялась двусторонняя встреча Владимира Путина и Александра Лукашенко, на которой обсуждалось развитие российско-белорусских отношений. Их Путин и Лукашенко охарактеризовали как «наиболее продвинутые на постсоветском пространстве». Однако разногласия по ряду позиций оказались очевидными для всех, кто за переговорами наблюдал.

По поводу некоторых деталей разговора Путина и Лукашенко возникли разногласия в интерпретации. Лукашенко после встречи сказал журналистам: «Раскрою небольшой секрет. В закрытом заседании он (Путин. — РС) сказал: давайте мы профинансируем сады в Белоруссии. Если есть возможность, пусть лучше ваши аграрии производят яблоки и прочее вплоть до бананов и продают в Россию. Я поддерживаю эту позицию». Однако пресс-секретарь Путина Дмитрий Песков позже сказал, что это была лишь «шутка на шутку».

По данным статистики Федеральной таможенной службы, за первую половину 2015 года Белоруссия нарастила экспорт так называемого «санкционного» продовольствия в Россию. За пять месяцев минувшего года Белоруссия завезла в Россию 916,4 тыс. тонн товаров, ввоз которых ограничен из некоторых стран, против 568,3 тыс. тонн за тот же период предыдущего года, подсчитали специалисты московского Центра международной торговли. В результате доля Белоруссии по поставкам «санкционного» продовольствия в Россию выросла с 13,5 до 21%.​ Путин практически открыто дал понять Лукашенко, что в Москве понимают: речь идет о транзите через белорусскую территорию запрещенных продуктов.

По мнению обозревателя белорусской службы Радио Свобода Юрия Дракахруста, на минской встрече стороны остались, что называется, «при своих».

— ​ Начнем с формальной повестки дня форума, на котором встретились Лукашенко и Путин. О чем они должны были договариваться и о чем договорились?

— Я не думаю, что у этого форума была какая-то четкая, жесткая формальная повестка. Смысл подобных форумов, которые проходят уже в третий раз, в том, чтобы наполнить Союз Белоруссии и России региональным, гуманитарным, «народным» содержанием. Мол, вот контакты регионов, вот некое их взаимодействие… Это есть и Евросоюзе, например. В Союзе Белоруссии и России это получается не очень здорово, потому что и та, и другая страна — очень централизованные, авторитарные. И по нынешним временам в России регионы не имеют возможностей, полномочий, даже если бы они хотели, как-то специально сотрудничать с некими регионами Белоруссии. А в Белоруссии они этих полномочий никогда и не имели. Можно вспомнить, кстати, 1990-е годы, Лукашенко очень активно тогда «пасся» по российским регионам, даже какие-то слухи были о чуть ли не заговоре губернаторов против Ельцина во главе с Лукашенко. Но это все ушло в прошлое, это были ельцинские времена. А после ухода таких тяжеловесов, как Лужков, Шаймиев, в общем-то, российские губернаторы были «построены», что называется. Кроме, может быть, Кадырова, но это особый случай. И в этом смысле у меня такое впечатление, что этот форум был просто такой массовкой, чтобы два государя, так сказать, сказали свое веское слово.

​—​ При такой расплывчатой повестке дня, конечно, на первое место выходят взаимоотношения «государей». У Лукашенко имидж такого изворотливого политика, который умудряется вроде как и фрондировать перед Путиным, а с другой стороны, сохранять с ним хорошие отношения. Что-то такое происходило на этом форуме?

— Я бы сказал, что главным образом такое и происходило. Потому что результат очень сильно не соответствовал замаху. Замах был — если бы стороны предполагали, что особых результатов не будет, можно было бы собраться в узком кругу, на очередное заседание Высшего совета Союза. А тут вот все было сделано красиво, с помпой, с кучей народу, больше дюжины российских губернаторов приехали, министры. Совсем недавно два лидера встречались в Астане, так что, казалось бы, если новая встреча проводится через такой небольшой промежуток времени, то это делается для чего-то особого. Еще накануне встречи анонсировалось, что будет обсуждаться газовый конфликт. Он уже тянется пару месяцев, обе стороны не уступают, «Газпром» уже в суд подает на Белоруссию, «Газпром» говорит о 200 миллионах долга, который Минск не признает. И казалось бы, что раз так долго не могут решить министры, премьеры, то вопрос выходит на высший уровень. И что на высшем уровне, каков результат? Тот же господин Песков сказал, что президенты решили, что этот вопрос должны обсуждать министры. Получается, что все вернулось на круги своя. Возможно, что это очень мудрое решение, может быть, так и надо. Но в любом случае на встрече в Минске результат нулевой, они не договорились, это факт. Это первое. Второе: на самом выступлении на этом форуме обе лидера говорили слова о том, что интеграция — это здорово, что белорусы и русские — братья, Александр Лукашенко даже сказал, — он более эмоционально выступал, — что «к младшим братьям вы приехали». Но если говорить о каких-то реальных вещах, то они обменялись шпильками. Путин сказал, мол, ребята, очень хорошо, вы нам продаете товары, много, и можете больше, но вот контрабанды-то не надо, санкционные товары что же вы нам гоните? И кстати, интересно, что именно в этот день, когда весь этот праздник дружбы происходил, российские таможенники конфисковали очередную партию польских яблок, которые белорусские «братья» пытались им впарить. И Путин даже немножко с угрозой сказал: знаете, если вы такими делами будете заниматься и дальше, то, вообще говоря, может, тогда у вашей сельскохозяйственной продукции будут проблемы по продаже нам. Лукашенко какие-то шуточки отпускал типа: «Да мы и бананы можем выращивать, вы нам профинансируйте…» Потом уже Песков сказал, что «нам хватает бананов и креветок» и это была «шутка на шутку». В свою очередь, Александр Лукашенко выкладывал свои козыри, которые он и в Астане выкладывал. Мол, у нас же союз, а почему столько изъятий и ограничений, почему столько барьеров? Мы же братья, где же ваше братство?

— ​ Сейчас в Польше проходят крупнейшие учения НАТО за последнее время, и Лукашенко часто называют политиком, который старается сейчас хотя бы немного, но повернуться к Западу. С другой стороны, существует, по крайней мере формально, Союз России и Белоруссии и даже какие-то объединенные вооруженные силы. Эта проблема как-то затрагивалась?

— ​ Если она и затрагивалась, то только за кулисами. Действительно, проблемы есть, и действительно, в Белоруссии сейчас обсуждается, что Россия перебросила две механизированные бригады в Брянскую область, на самую границу с Белоруссией, и зачем это… Наш корреспондент съездил в город Клинцы, поговорил там с офицерами, и один из них сказал: «Ну, это мы Лукашенко показываем, кто есть кто и что есть что в этом мире». Так что я не исключаю, что подобные разговоры велись. Но вы знаете, у меня такое впечатление, что если бы они о чем-то договорились, то Путин не отказал бы себе в удовольствии какой-то результат озвучить. Мне представляется, что результат оказался примерно такой же, как с газом. Лукашенко на самом деле этот сюжет с российскими бригадами прокомментировал за день до форума. Он выступал на вроде бы совершенно не подходящем для таких заявлений другом форуме СНГ, Форуме руководителей финансового контроля. И вдруг заговорил о военной политике. И он сказал: да, мы видим угрозу со стороны НАТО, и вообще говоря, россияне говорят, что «НАТО подходит к нашим границам». Так не к вашим, а к нашим границам оно подходит… И дальше в таком стиле, что «если уж пойдут танки, то мы им дадим бой, мы вступим в бой, а потом уже подтянутся и российские войска». То есть, с одной стороны, вроде бы все героично. Но, с другой стороны, очень интересен порядок: сначала вступят белорусы в бой, а потом подтянутся россияне в случае нападения. А если нападения не будет, то россияне никуда не подтянутся, россияне как были за границей Белоруссии, так и будут. Я не исключаю, что в этом можно прочитать позицию Лукашенко, которую он, возможно, и в частной беседе изложил Путину. Мол, если война, то мы вместе, и вы к нам приходите, чтобы нас защитить, а если не война, то вы там у себя, в России… Конечно, очень может быть, что Путин стукнет кулаком и войска придут. Но можно вспомнить всю эпопею вокруг авиационной базы, когда в середине прошлого года уже Медведев подписал распоряжение, Путин подписал распоряжение, и в Москве говорили, что база уже есть, а что там белорусы скажут, это не имеет значения. А потом Лукашенко устроил скандал: какая база?! Нет, нам базы не надо. Хотите —​ давайте самолеты, мы посадим наших летчиков, будем оборонять наше общее небо. Ну, и в итоге базы нет. И тот же Песков сказал, что вопрос базы, в общем, снят. Так что сказать, что Путин хлопнет в ладоши или ударит кулаком по столу… Ну, может, и ударит, но этот сюжет, по крайней мере, показывает, что не все хлопаньем по столу решается.

Радио Свобода

Оккупация Россией Беларуси остается вопросом времениОккупация Россией Беларуси остается вопросом времени

Юрий Фельштинский.

Александр Лукашенко, безусловно, диктатор. Двух мнений здесь быть не может. Но он не единственный диктатор в мире и, наверное, не самый страшный. Уверен, найдутся люди, которые будут аргументировано утверждать, что он – самый мягкий диктатор из ныне живущих, что жертвы его режима исчисляются единицами, а его страна не погрязла в гражданских войнах и массовом терроре, как многие другие.

Тем не менее Лукашенко-диктатор создавал для Евросоюза потенциально опасную ситуацию, так как больше всего на свете Европа боится диктаторов. Слишком дорогую цену она заплатила за попустительство диктатурам и национализму в преддверии Второй мировой войны.

В современной Европе есть две суперсилы: Россия и Евросоюз. С точки зрения военной силы тоже две: Россия и НАТО. Нынешнее российское правительство в лице высших офицеров ФСБ, управляющих государством, ставит перед собой несколько сверхзадач. Те, что имели отношение к внутренней ситуации, в целом разрешены. Власть в России захвачена ФСБ. Россия полностью контролируется засевшей в Кремле хунтой, состоящей из бывших и нынешних руководителей российских спецслужб. Свободная пресса задушена. Избирательная система узурпирована. Политическая оппозиция ликвидирована. Рыночная экономика функционирует настолько, насколько это соответствует видению, пониманию, квалификации и выгоде кремлевских узурпаторов.

Внешнеполитическая программа узурпаторов только сейчас начинает формулироваться. Основная проблема российского правительства заключается в том, что для глобальной внешней экспансии нужна не только армия, но и идеология. Однако Кремль оказался не в состоянии эту идеологию сформулировать. От советской коммунистической идеологии пришлось отказаться, потому что монополия на эту идеологию принадлежит обанкротившейся Компартии, претендующей на политический контроль над всеми, в том числе над спецслужбами. Провозгласить же фашистскую идеологию открыто невозможно из-за скомпрометированности фашистов, причем идеологию фашизма открыто использовать в России Путину мешает не собственно фашистская идеология, которую он полностью разделяет, а тот факт, что и она потерпела историческое поражение: Германия проиграла мировую войну.
Создать новую, незапатентованную ранее идеологию очень трудно. Поэтому российское руководство сталкивается с проблемой лингвистического характера: «русский мир», «русский ген», «новый мировой порядок», «патриотизм» – всё это жалкие бессмысленные потуги Путина насадить фашизм, заменив его другим словом. Но к несчастью Путина в идеологии настолько много зависит от терминов, символов, штампов и лозунгов, что в какой-то момент ему всё равно придется назвать вещи своими именами. Советским гимном, Красным знаменем, обращением «товарищ» и информагентством ТАСС тут не ограничиться.

Во внешней политике перед Путиным, как руководителем современной России, стоит несколько сверхзадач. Некоторые относятся к простым, а потому разрешимы военным путем. Например, захват территорий соседних стран. Начиная с 2008 года, Российская метрополия поглотила Абхазию, Южную Осетию и ряд украинских регионов (Крым, Луганскую и Донецкую области). Вместе с никем не признанной Приднестровской молдавской республикой, к которой в военную кампанию 2014-2015 годов Россия безуспешно пыталась пробить «сухопутный коридор» через Украину, речь идет о примерно 60 тыс. кв. км территорий с 7 млн. населением.

Реализации более широких планов российского правительства мешают сегодня Евросоюз (как политическая структура) и НАТО (как военная). Соответственно, цель российской внешней политики на современном этапе заключается в расколе Евросоюза и НАТО. Политически это достижимо, как видится из Кремля, через усиление националистических, а потому центробежных движений в Евросоюзе, прежде всего во Франции, где Кремль активно и открыто поддерживает «Национальный фронт» Марин Ле Пен. Последняя выступает за выход Франции из Евросоюза и НАТО. Одновременно Москва делает ставку на правых политиков и националистические движения в Венгрии, Словакии и Болгарии и подкупает или покупает европейских лидеров, таких как бывший премьер-министр Италии Берлускони и бывший канцлер Германии Шредер.

Политическое давление на Евросоюз и НАТО Кремль подкрепляет военным. Вскоре после вторжения в Украину российская армия начала проводить учения во всех регионах Российской Федерации, наращивать группировки своих войск вдоль российско-украинской границы, в оккупированном Крыму и Калининградской области, проводить буквально ежедневное тестирование прочности воздушных и морских рубежей всех своих соседей (в том числе не входящих в НАТО Швеции и Финляндии), США и даже не граничащей с Россией, но являющейся членом НАТО Великобританией.

Своими действиями российские власти спровоцировали дискуссию по вопросу о том, будет ли НАТО защищать своих членов в случае российской агрессии, в частности, станет ли НАТО защищать бывшие советские республики, входящие в НАТО. К этому времени уже стало понятно, что НАТО не будет защищать жертв российской агрессии, в НАТО не принятых. Одновременно жителей потенциальных жертв агрессии опрашивали, готовы ли они умереть за свою страну в случае нападения России; граждан западноевропейских государств – готовы ли они умирать за свободу, например, стран Балтии; а граждан России – готовы ли они умереть по приказу своего правительства.
Понятно, что большая часть опрошенных нигде, кроме России, умирать не соглашалась. Тем не менее руководство НАТО сумело донести до Путина, что российская экспансия против любой входящей в НАТО страны будет означать начало войны против НАТО со всеми последствиями.

С 30 сентября 2015 года Россия, не отводя 40-тысячную армию, сосредоточенную на российско-украинской границе, открыла Ближневосточный фронт и ввела «ограниченный контингент» своих войск для участия в гражданской войне в Сирии на стороне президента Асада. Перспективы раскола НАТО на этом участке фронта казались Путину более радужными из-за надежд на вовлечение в сухопутную войну в Сирии Турции, являющейся членом НАТО. В военном и политическом отношениях Турция, безусловно, самый уязвимый член Североатлантического Альянса из-за риска создания независимого курдского государства. Последнее неизбежно будет претендовать на ряд районов Турции, где проживают курды. Поэтому вмешательство России в гражданскую войну в Сирии имело основной своей целью втягивание Турции в военный конфликт и исключение Турции или выход ее из НАТО. Одновременно Россия навязывала себя как партнера на мирных переговорах по урегулированию неразрешимого в краткосрочной перспективе сирийско-курдско-турецкого конфликта.

На этом фоне заваленный многочисленными проблемами Евросоюз не мог позволить себе и далее игнорировать Беларусь и подвергать Лукашенко санкциям, толкая его таким образом в объятия Путина. Фактически полное снятие санкций с Беларуси и ее руководства – это попытка Евросоюза перетянуть Лукашенко на свою сторону в конкурентной политической борьбе с Россией. Тем не менее, снятие санкций с Беларуси может оказаться не концом проблем Лукашенко, а их началом. Если Лукашенко свернет на действительно демократический путь (во что трудно поверить), он потеряет власть на очередных выборах. Если он пойдет на открытый политический союз с ЕС, он будет свергнут Россией.

От поведения Лукашенко здесь в любом случае не много зависит. Россия только приступает к реализации своей агрессивной внешнеполитической программы, и оккупация и аннексия Беларуси является только вопросом времени. Можно даже предположить, что аннексия Беларуси Россией – это лакмусовая бумажка, пролог начала очередного витка развязываемой Россией мировой войны. Последнее, что нас будет интересовать в этот момент – останется ли Лукашенко управлять территорией, когда-то называемой Беларусью, или же главой Белорусской республики в составе Российской Федерации станет другой человек с не менее белорусской фамилией.

АпострофЮрий Фельштинский.

Александр Лукашенко, безусловно, диктатор. Двух мнений здесь быть не может. Но он не единственный диктатор в мире и, наверное, не самый страшный. Уверен, найдутся люди, которые будут аргументировано утверждать, что он – самый мягкий диктатор из ныне живущих, что жертвы его режима исчисляются единицами, а его страна не погрязла в гражданских войнах и массовом терроре, как многие другие.

Тем не менее Лукашенко-диктатор создавал для Евросоюза потенциально опасную ситуацию, так как больше всего на свете Европа боится диктаторов. Слишком дорогую цену она заплатила за попустительство диктатурам и национализму в преддверии Второй мировой войны.

В современной Европе есть две суперсилы: Россия и Евросоюз. С точки зрения военной силы тоже две: Россия и НАТО. Нынешнее российское правительство в лице высших офицеров ФСБ, управляющих государством, ставит перед собой несколько сверхзадач. Те, что имели отношение к внутренней ситуации, в целом разрешены. Власть в России захвачена ФСБ. Россия полностью контролируется засевшей в Кремле хунтой, состоящей из бывших и нынешних руководителей российских спецслужб. Свободная пресса задушена. Избирательная система узурпирована. Политическая оппозиция ликвидирована. Рыночная экономика функционирует настолько, насколько это соответствует видению, пониманию, квалификации и выгоде кремлевских узурпаторов.

Внешнеполитическая программа узурпаторов только сейчас начинает формулироваться. Основная проблема российского правительства заключается в том, что для глобальной внешней экспансии нужна не только армия, но и идеология. Однако Кремль оказался не в состоянии эту идеологию сформулировать. От советской коммунистической идеологии пришлось отказаться, потому что монополия на эту идеологию принадлежит обанкротившейся Компартии, претендующей на политический контроль над всеми, в том числе над спецслужбами. Провозгласить же фашистскую идеологию открыто невозможно из-за скомпрометированности фашистов, причем идеологию фашизма открыто использовать в России Путину мешает не собственно фашистская идеология, которую он полностью разделяет, а тот факт, что и она потерпела историческое поражение: Германия проиграла мировую войну.
Создать новую, незапатентованную ранее идеологию очень трудно. Поэтому российское руководство сталкивается с проблемой лингвистического характера: «русский мир», «русский ген», «новый мировой порядок», «патриотизм» – всё это жалкие бессмысленные потуги Путина насадить фашизм, заменив его другим словом. Но к несчастью Путина в идеологии настолько много зависит от терминов, символов, штампов и лозунгов, что в какой-то момент ему всё равно придется назвать вещи своими именами. Советским гимном, Красным знаменем, обращением «товарищ» и информагентством ТАСС тут не ограничиться.

Во внешней политике перед Путиным, как руководителем современной России, стоит несколько сверхзадач. Некоторые относятся к простым, а потому разрешимы военным путем. Например, захват территорий соседних стран. Начиная с 2008 года, Российская метрополия поглотила Абхазию, Южную Осетию и ряд украинских регионов (Крым, Луганскую и Донецкую области). Вместе с никем не признанной Приднестровской молдавской республикой, к которой в военную кампанию 2014-2015 годов Россия безуспешно пыталась пробить «сухопутный коридор» через Украину, речь идет о примерно 60 тыс. кв. км территорий с 7 млн. населением.

Реализации более широких планов российского правительства мешают сегодня Евросоюз (как политическая структура) и НАТО (как военная). Соответственно, цель российской внешней политики на современном этапе заключается в расколе Евросоюза и НАТО. Политически это достижимо, как видится из Кремля, через усиление националистических, а потому центробежных движений в Евросоюзе, прежде всего во Франции, где Кремль активно и открыто поддерживает «Национальный фронт» Марин Ле Пен. Последняя выступает за выход Франции из Евросоюза и НАТО. Одновременно Москва делает ставку на правых политиков и националистические движения в Венгрии, Словакии и Болгарии и подкупает или покупает европейских лидеров, таких как бывший премьер-министр Италии Берлускони и бывший канцлер Германии Шредер.

Политическое давление на Евросоюз и НАТО Кремль подкрепляет военным. Вскоре после вторжения в Украину российская армия начала проводить учения во всех регионах Российской Федерации, наращивать группировки своих войск вдоль российско-украинской границы, в оккупированном Крыму и Калининградской области, проводить буквально ежедневное тестирование прочности воздушных и морских рубежей всех своих соседей (в том числе не входящих в НАТО Швеции и Финляндии), США и даже не граничащей с Россией, но являющейся членом НАТО Великобританией.

Своими действиями российские власти спровоцировали дискуссию по вопросу о том, будет ли НАТО защищать своих членов в случае российской агрессии, в частности, станет ли НАТО защищать бывшие советские республики, входящие в НАТО. К этому времени уже стало понятно, что НАТО не будет защищать жертв российской агрессии, в НАТО не принятых. Одновременно жителей потенциальных жертв агрессии опрашивали, готовы ли они умереть за свою страну в случае нападения России; граждан западноевропейских государств – готовы ли они умирать за свободу, например, стран Балтии; а граждан России – готовы ли они умереть по приказу своего правительства.
Понятно, что большая часть опрошенных нигде, кроме России, умирать не соглашалась. Тем не менее руководство НАТО сумело донести до Путина, что российская экспансия против любой входящей в НАТО страны будет означать начало войны против НАТО со всеми последствиями.

С 30 сентября 2015 года Россия, не отводя 40-тысячную армию, сосредоточенную на российско-украинской границе, открыла Ближневосточный фронт и ввела «ограниченный контингент» своих войск для участия в гражданской войне в Сирии на стороне президента Асада. Перспективы раскола НАТО на этом участке фронта казались Путину более радужными из-за надежд на вовлечение в сухопутную войну в Сирии Турции, являющейся членом НАТО. В военном и политическом отношениях Турция, безусловно, самый уязвимый член Североатлантического Альянса из-за риска создания независимого курдского государства. Последнее неизбежно будет претендовать на ряд районов Турции, где проживают курды. Поэтому вмешательство России в гражданскую войну в Сирии имело основной своей целью втягивание Турции в военный конфликт и исключение Турции или выход ее из НАТО. Одновременно Россия навязывала себя как партнера на мирных переговорах по урегулированию неразрешимого в краткосрочной перспективе сирийско-курдско-турецкого конфликта.

На этом фоне заваленный многочисленными проблемами Евросоюз не мог позволить себе и далее игнорировать Беларусь и подвергать Лукашенко санкциям, толкая его таким образом в объятия Путина. Фактически полное снятие санкций с Беларуси и ее руководства – это попытка Евросоюза перетянуть Лукашенко на свою сторону в конкурентной политической борьбе с Россией. Тем не менее, снятие санкций с Беларуси может оказаться не концом проблем Лукашенко, а их началом. Если Лукашенко свернет на действительно демократический путь (во что трудно поверить), он потеряет власть на очередных выборах. Если он пойдет на открытый политический союз с ЕС, он будет свергнут Россией.

От поведения Лукашенко здесь в любом случае не много зависит. Россия только приступает к реализации своей агрессивной внешнеполитической программы, и оккупация и аннексия Беларуси является только вопросом времени. Можно даже предположить, что аннексия Беларуси Россией – это лакмусовая бумажка, пролог начала очередного витка развязываемой Россией мировой войны. Последнее, что нас будет интересовать в этот момент – останется ли Лукашенко управлять территорией, когда-то называемой Беларусью, или же главой Белорусской республики в составе Российской Федерации станет другой человек с не менее белорусской фамилией.

Апостроф

Украина в откровениях Лукашенко. О чем никогда не признается украинская власть (ВИДЕО)Украина в откровениях Лукашенко. О чем никогда не признается украинская власть (ВИДЕО)

В интервью Александра Лукашенко Еврорадио и другим негосударственным СМИ президент Белоруссии назвал причины Революции Достоинства и открыто обвинил Турчинова и Яценюка, которые на тот момент олицетворяли власть Украины, в сдаче Крыма России. В интервью Александра Лукашенко Еврорадио и другим негосударственным СМИ президент Белоруссии назвал причины Революции Достоинства и открыто обвинил Турчинова и Яценюка, которые на тот момент олицетворяли власть Украины, в сдаче Крыма России.

На парад Победы в Москву не приедет даже ЛукашенкоНа парад Победы в Москву не приедет даже Лукашенко

Александр Лукашенко не намерен приезжать в Москву на празднования Дня Победы. Вместо этого 9 мая он примет участие в юбилейном параде Победы в Великой Отечественной войне, который традиционно проходит Минске , — об этом журналистам агентства РИА «Новости» сообщил сам лидер Белоруссии.

«Президент 9 мая будет в Минске. У нас 9 мая свой такой парад, как в Москве», — заявил он.

Лукашенко подчеркнул также, что «кроме главнокомандующего никто не может принимать парад».

Он отметил особо, что 7–8 мая, возможно, он посетит Москву во главе белорусской делегации и «продемонстрирует единство» с русским и всеми другими народами, кто ценит победу в войне. Президент Белоруссии также не исключил возможности того, что он примет участие в церемонии возложения венков к Могиле Неизвестного Солдата.

Как известно, 8 мая в столице России должны состояться мероприятия в рамках Евразийского экономического союза ОДКБ и СНГ.

«Я не могу не принять в этом участие, — подчеркнул Лукашенко. — Но я постараюсь 8 мая, пусть даже ночью, вернуться домой, а 9 мая провести парад. Я так планирую на сегодняшний день».

По словам президента Белоруссии, его администрация в настоящее время занята составлением рабочего графика.

Как известно, от посещения торжественных мероприятий в Москве отказались лидеры большинства европейских стран, а также США,

В частности, приглашения Кремля отклонили президент США Барак Обама, премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон, премьер-министр Нидерландов Марк Рютте и король Виллем-Александр, премьер Норвегии Эрна Сольберга, президент Финляндии Сауле Ниинисце.

Польский президент Бронислав Коморовский также отказался приехать в Москву. По его словам, для него неприемлемо продолжение насилия на востоке Украины, поэтому при нынешних обстоятельствах нет и возможности его участия в московских торжествах.

Бывший премьер Польши, возглавляющий сейчас Европейский Совет Дональд Туск относительно своего отказа сказал , что присутствие на военном параде «рядом с нынешними агрессорами и человеком, который применяет оружие против мирных граждан восточной Украины», выглядело бы крайне двусмысленным». Зато в эту юбилейную дату, Москву посетит Ким Чен Ын, лидер страны-изгоя КНДР, а также Махмуд Аббас, глава Палестинского государства, бывший лидер организации ФАТХ, в свое время повсеместно признанной террористической организацией.
Источник: http://rusmonitor.com/na-parad-pobedy-v-moskvu-ne-priedet-dazhe-lukashenko.htmlАлександр Лукашенко не намерен приезжать в Москву на празднования Дня Победы. Вместо этого 9 мая он примет участие в юбилейном параде Победы в Великой Отечественной войне, который традиционно проходит Минске , — об этом журналистам агентства РИА «Новости» сообщил сам лидер Белоруссии.

«Президент 9 мая будет в Минске. У нас 9 мая свой такой парад, как в Москве», — заявил он.

Лукашенко подчеркнул также, что «кроме главнокомандующего никто не может принимать парад».

Он отметил особо, что 7–8 мая, возможно, он посетит Москву во главе белорусской делегации и «продемонстрирует единство» с русским и всеми другими народами, кто ценит победу в войне. Президент Белоруссии также не исключил возможности того, что он примет участие в церемонии возложения венков к Могиле Неизвестного Солдата.

Как известно, 8 мая в столице России должны состояться мероприятия в рамках Евразийского экономического союза ОДКБ и СНГ.

«Я не могу не принять в этом участие, — подчеркнул Лукашенко. — Но я постараюсь 8 мая, пусть даже ночью, вернуться домой, а 9 мая провести парад. Я так планирую на сегодняшний день».

По словам президента Белоруссии, его администрация в настоящее время занята составлением рабочего графика.

Как известно, от посещения торжественных мероприятий в Москве отказались лидеры большинства европейских стран, а также США,

В частности, приглашения Кремля отклонили президент США Барак Обама, премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон, премьер-министр Нидерландов Марк Рютте и король Виллем-Александр, премьер Норвегии Эрна Сольберга, президент Финляндии Сауле Ниинисце.

Польский президент Бронислав Коморовский также отказался приехать в Москву. По его словам, для него неприемлемо продолжение насилия на востоке Украины, поэтому при нынешних обстоятельствах нет и возможности его участия в московских торжествах.

Бывший премьер Польши, возглавляющий сейчас Европейский Совет Дональд Туск относительно своего отказа сказал , что присутствие на военном параде «рядом с нынешними агрессорами и человеком, который применяет оружие против мирных граждан восточной Украины», выглядело бы крайне двусмысленным». Зато в эту юбилейную дату, Москву посетит Ким Чен Ын, лидер страны-изгоя КНДР, а также Махмуд Аббас, глава Палестинского государства, бывший лидер организации ФАТХ, в свое время повсеместно признанной террористической организацией.
Источник: http://rusmonitor.com/na-parad-pobedy-v-moskvu-ne-priedet-dazhe-lukashenko.html

Беларуские миротворцы на Донбассе. Игра Лукашенко началасьБеларуские миротворцы на Донбассе. Игра Лукашенко началась

Игорь Тышкевич.
Президент Украины ввел в действие решение СНБО о привлечении миротворцев. Верховная Рада оперативно приняла соответствующее обращение к ЕС. Начались консультации и по формату «голубых касок ООН».

С точки зрения Украины вполне логично. В вероятность выполнения Минских соглашений никто не верит. А Киев не имеет пока сил, чтобы решить вопрос силовым путём. Более того, война оттягивает ресурсы, крайне необходимые на реформирование страны. Причём не только и не столько денежные, сколько временные. Если не приступить к созданию новой системы функционирования государства, через год-два фронтовикам уже нечего будет защищать. На это, кстати рассчитывают в Кремле, поддерживая тлеющий конфликт в Луганской и Донецкой областях.

Миротворческий контингент для Киева в таких условиях становится инструментом, позволяющим добиться прорыва сразу по нескольким направлениям:

Конфликт сразу выходит из активной фазы.

Выборы, прописанные в минских соглашении, всё же происходят. И проводятся не под контролем российских штыков. Ведь безопасность и подсчёт голосов обеспечивают внешние игроки.
Контроль над границей переходит пусть и не к украинским пограничникам, но и РФ теряет возможность провоза танков своим ходом. «военторг» Вынужденно закроется. Или, в худшем случае, существенно поубавиться ассортимент.

Разоружаться сепаратистам так же придётся. А миротворческий контингент невольно будет задавать вопросы «откуда техника» — проявится множество занимательных подробностей.

Всё это даёт Украине время и возможности заняться наконец реформами. В том числе резкими и болезненными. На первый взгляд всё хорошо. Да вот беда, реакция внешних игроков достаточно сдержанна. Сразу несколько стран выступили против миротворческой миссии. Реакция России прогнозируема. Единственный приемлемый для Кремля формат – ВС РФ в голубых касках.

Но кроме Путина, против миссии уже успели высказаться глава МИД Словакии и ряд влиятельных политиков ЕС. Да и позицию США однозначной назвать трудно. Таким образом лёгкого и быстрого решения не предвидится. Ни внутри Европейского Союза ни тем более в ООН. Но даже если такое будет принято, первые подразделения появятся под Донецком не раньше осени.

Получаем занимательный расклад:

РФ если и согласиться на миротворцев, то под своим контролем или с внушительным своим участием.

Для Украины критично, чтобы миротворческий контингент никоим образом не зависел от России

Страны ЕС такое развитие событий воспринимают неоднозначно. Есть как сторонники, так и активные противники миссии. Взваливать на себя ворох чужих проблем никому не хочется. Да и дорого это.

США пока занимает выжидательную позицию. Тем более, что американские солдаты в Украинских степях маловероятны. Вашингтон это чудесно понимает.

Но обращение Украины есть. Его необходимо рассматривать. Более того, формально все перечисленные игроки выступают за мир. И при определённых условиях все готовы проголосовать за. Проблема в том, что условия у каждого свои. И точек соприкосновения мало. Ключевой вопрос: кто и каким образом будет следить за миром. Маячит перспектива Минска-3. В этот раз посвящённого миротворческому контингенту. И тут как чёрт из табакерки проявляется личность хозяина Минска – Лукашенко.

Значение успеха Украины для Лукашенко?

Смею утверждать, что президент Беларуси внимательнейшим образом следить за развитием событий вокруг «миротворческого контингента». И при первом же удобном случае предложит услуги вооружённых сил Республики Беларусь в этой роли. И причины тому лежат в основном во внутренних проблемах «синеокой».

2015 год — год президентских выборов. Все без исключения предыдущие электоральные кампании в Беларуси проходили на фоне роста национальной экономики. Что позволяло власти «играть в популизм» — инициировать существенное повышение уровня зарплат и социальных выплат. Этот год исключение. Выборы впервые пройдут на фоне спада экономики и обесценивания национальной валюты.

Лукашенко крайне необходимы деньги. Желательно не кредитные. Или, в крайнем случае длинные и дешёвые. Россия в этом не помощник. Любой кредит из РФ оплачивается собственностью или политическими уступками.

Основной кредитор — Россия — вряд ли способна покрыть все запросы союзника. Брать у Китая — себе дороже. Остаётся «западный мир». И тут работа ведётся сразу по нескольким направлениям.

И Украина занимает в этом раскладе ключевую позицию.

Во-первых, благодаря хорошим отношениям с Киевом, Беларусь обходит санкции. Просто выводит свои товары на европейский и американский рынки с помощью «украинского посредника». Схема была разработана ещё в 2011. Но практическая аппробация пошла сейчас. Интересная динамика: сразу после открытия европейского рынка для Украины, беларуская сторона увеличила поставки своей продукции южному соседу. В том числе по позициям, которые ранее не поставлялись на берега Днепра. Парадокс, но на фоне экономического кризиса Украина «купила» в 2014 году беларуских товаров на 12% больше, чем в 2013.

Во-вторых усиление сотрудничества с Украиной (а через неё с Европой) уравновешивает российское влияние внутри страны. Что уже хорошо. Как в близкой перспективе для Лукашенко. Так и стратегически для государства «Республика Беларусь» — независимо от того, кто является его руководителем.

В третьих победа Украины выгодна Беларуси в любом случае. Начиная от получения дополнительных «конфеток» из Кремля ради поддержания политики «лозунги о братской любви в обмен на бабло». И заканчивая возвратом к возможности выбора внешнеполитического курса. Тут, позиция страны как посредника в разрешении кризиса уже приносит свои дивиденты.

Но об этом чуть позже. Пока поговорим о мотивации Лукашенко.

Зачем президенту Беларуси посылать миротворцев в Украину?

Лукашенко понимает, что в случае поражения Украины следующий он. Более того, вероятность «сброса Лукашенко» велика и при замораживании конфликта. Путину нужна будет маленькая победа. И свой новый президент Беларуси может стать такой палочкой-выручалочкой. Как, к слову, было в 1996 году. России после поражения в Чечне нужна была хоть какая победа. Интеграция с Беларусью быстро переключила внимание обывателя.

Подобный сценарий возможен и теперь. Всё просто: спровоцировать волнения. (хотя, их и провоцировать особо не надо — беларуское общество готово к смене лиц) А дальше, пользуясь слабостью и разобщённостью оппонентов Лукашенко привести к власти «сговорчивого демократа». Так сказать «майдан за Россию». Картинка будет что надо: спасли братский народ от происков запада. А новый президент за это расплатится «кусочком независимости». Все довольны.

Подобные варианты просчитывает и Лукашенко. Он понимает, что в одиночку противостоять Кремлю не сможет. Сильных союзников, увы, нет. ЕС и США, конечно, в случае чего будут возмущаться аннексии Беларуси. Но до практических шагов дело не дойдёт — слишком уж испорчены отношения за последние десятилетия. Кроме того одно дело помогать «народу, сражающемуся за демократию», и совсем другое «сохранять трон для последнего диктатора Европы». На первый взгляд, позиция безрадостна. Но Лукашенко привык балансировать на стыке интересов. И сейчас он пытается выжать максимум из ситуации. И стать «неприкасаемым» по крайней мере на ближайшие год-два. То есть сделать актуальной по отношению к нему известную фразу Рузвельта о Самосе: «Может быть, он и сукин сын, но это наш сукин сын». Своим стать не получится, а вот незаменимым — вполне.

Чтобы убедиться достаточно проанализировать действия Лукашенко в 2014 году.

Слил информацию о передвижениях российских военных Киеву. За это Украинское правительство выступило за проведение в Минске переговоров между ТС и ЕС по Украине. Помните, летняя абсолютно бесполезная встреча для всех. Но она была весьма кстати для Лукашенко. Тот показал, что может быть надёжным посредником.

Далее Минск-1, Минск-2. Инициативы «принять технику» из Украины. Лукашенко, естественно гарантировал бы что она не выстрелит и останется где-то под Жлобиным. Правда умолчал, что тот же МЗКТ активно поставляет свою продукцию в Украину. Да так, что прибыль предприятия за 3 квартал 2014 года превышает показатели за весь 2013. То же самое по деталям для беспилотников. Аналогично по электронике и системам наведения для артиллерийского оружия и ПТРК. Если уж на то пошло, что в СКИФЕ ракета украинская, электроника и система прицеливания беларуские. Поставка на поток производства означает одно из двух: или Беларусь активно поставляет свои блоки или передала технологию.

И наконец, «просто» торговля. Вот пару фактов:

Беларусь Увеличила поставки нефтепродуктов в Украину. Причём в начале войны перешла на «отсрочку платежа» с одновременным увеличением объёмов.

Только официально Беларусь за 3 квартала 2014 поставила в Украину прицелов, оптики и другого такого мирного оптического оборудования более чем на 3 миллиона долларов. Это в 2 раза больше, чем в 2013. Сюда же стоит добавить интересную позицию «детали летательных аппаратов». Беда, но в Украине нет своих наработок по БЛПА. В Беларуси есть. В Украине нет авиадвигателей для СУ. У Беларуси свой завод по модернизации. Не догадываетесь чьи детали стоят на «восстановленных» СУ-27 и МИГ-29 ВСУ?

И это только то, что есть в открытых источниках — платёжном балансе и данных статистики двух стран.

Но всё это — просто посредническая деятельность. Она даёт деньги но не даёт гарантий безопасности для Лукашенко. И, в случае «аккуратной» смены власти в Минске новый фаворит Кремля спокойно сможет делать вид, что проводит аналогичную политику. До поры до времени. Лукашенко не хочет «операции революция». Ему нужны гарантии. Гарантии от «сильных мира сего». Таковой может стать участие в миротворческой миссии.

Демонстративная нейтральность, естественно, не будет нравится Кремлю. Но во-первых беларуские миротворцы для российского электората воспринимаются лучше, чем сводные подразделения НАТО. Во-вторых, вероятность того, что ЕС и США будут предпринимать действия против разворачивания российского сценария смены власти увеличиваются. Защищать диктатора не хорошо. А вот миротворца — благородно. Если вдобавок к этому с России не снимут санкции (и конфликт будет тлеть хотя бы до осени), позиции Лукашенко на выборах существенно усиливаются. Не в смысле проголосуют ли за него. Что отмечено на бюллетенях граждан официальный Минск не интересует уже лет так 20 — главное правильно посчитать. А в смысле того, кто из внешних игроков и каким образом пойдёт на вмешательство в выборы Александра Лукашенко.

Лукашенко, естественно, аккуратно предлагает свои услуги. Но, извините, тут уже о простых намёках речь не идёт. 6 марта после почти что двухлетнего перерыва прошли переговоры представителей НАТО с МО Беларуси. Официальный пресс-релиз говорит, что беларуские военные «отчитались» о реформировании вооружённых сил. Но давайте вспомним недавнюю историю. В 2010 году, во время кратковременного потепления отношений Беларуси и ЕС» один знакомый дипломат сказал мне интересную фразу «Если Беларусь захочет вступить в НАТО — она это сделает. Власти в Минске быстро выполняют договора, если им это интересно. И этим они отличаются от Киева». Откуда это пошло. В том же 2010 году Беларуские вооружённые силы совместно с НАТО создали миротворческую роту. Которая, несмотря на «нейтральный статус» Беларуси уже успела поработать в миссиях ООН. Следующим этапом в планах был совместный батальон Беларусь-НАТО. А потом, возможно и корпус численным составом до бригады. Но случился разгон протестов в декабре, начались санкции.

Так вот, сразу после визита «вражеских военных» на официальном сайте Министерства обороны появились материалы о миротворцах и их деятельности. (http://belarmy.by/)

Дальше-больше. 19 марта журналисты беларуского телевидения якобы сами задают вопрос о миротворцах генсекретарю ОДКБ Николаю Бордюже. И тот прямым текстом заявляет, что считает приемлемым и возможным отправку на Донбасс миротворцев из Беларуси и Казахстана. Причём о РФ ни слова.

Что касается санкций, тут так же всё меняется. США вдруг отменяют санкции в отношении «Беларусьнефти». Это, извините, один из ключевых поставщиков валюты в страну. Компания перерабатывает нефть в Беларуси, добывает её в Венесуэле, Иране и других странах. Продаёт. Но интересна не сама отмена, а мотивировка. Вот две цитаты: «В 2011 году власти США добавили «Белоруснефть» в список компаний, нарушающих действующие против Ирана санкции. Тогда американская сторона заявила, что «Белоруснефть» в 2007 году подписала контракт на 500 миллионов долларов с компанией NaftIran Intertrade, касающийся разработки нефтяного месторождения Джофеир в Иране. Между тем годом ранее США ввели санкции против этой компании, заявив, что Иран использует доходы от продажи нефти для реализации ядерной программы.» А вот мотивировка отмены: «компания более не занимается деятельностью, которая подпадает под санкционные ограничения». Извините, но Беларусьнефть работает на Иранском рынке. Разве что сменила партнёров. То есть США поверили Лукашенко «на слово» в том, что «он будет хорошим»!

Поэтому смею утверждать, что при очередных консультациях Беларуские власти не преминут упомянуть, что они готовы стать удобным для всех решением проблемы. А именно разделить своими вооружёнными силами стороны конфликта на Донбассе. Или даже взять мятежный регион «под свой контроль». При этом Беларусь решит сразу несколько задач. В том числе «неявных»:

Политическая — окончательный выход из под санкций или по крайней мере обеспечения выгодной позиции для переговоров с Европой и США.
Военная — подготовка ВС. Тот же сайт МО Беларуси обращает внимание на необходимость переподготовки армии для «гибридной войны». А это делать лучше всего на месте событий. Да ещё за чужие деньги.
Военно-экономическая. Беларусь уже форсировала военное сотрудничество с Украиной. Помощь Киеву в решении Донецко-Луганской проблемы станет лишним аргументом для развития взаимовыгодных контактов.
Экономическая. Про экономико-политические соображения писалось выше. Лукашенко не был бы Лукашенко, если бы не думал о финансовой выгоде. И смею утверждать, что Беларусь сможет выжать финансовый профит даже в зоне конфликта. Что такое Донбасс. Это бывший промышленный регион. Промышленность развивать надо. Но в условиях замороженного конфликта сомнительно, что украинским компаниям (и правительству) будет легко действовать в регионе без посредников. А вот решение проблемы с помощью «беларуских гражданских специалистов» при условии «беларуского миротворческого контингента» реально. Естественно, что Республика Беларусь получит свои «посреднические проценты».
Кстати, украинская схема не единственная. В Минске вдруг вспомнили, что первые переговоры по Нагорному Карабаху проходили в Беларуси. И министр иностранных дел страны уже успел предложить вновь предоставить «площадку для переговоров» (http://newcaucasus.com/index.php?newsid=7216).
А теперь о совпадениях: все перечисленные новости датируются первой половиной марта 2015 года. То есть в Беларуси «вдруг», «случайно» произошли несколько якобы независимых друг от друга события. Совпадение господа. Такое, говорят, бывает.

Можно ли верить чёрту из табакерки?

Возникает вопрос: верить ли Лукашенко? Полностью доверять в политике нельзя никому. Тем более, что кроме ценностей, слов есть интересы стран и правящих элит. Украинцы в этом убеждаются и на примере России и на примере «союзников» с Запада. Говоря о Лукашенко можно утверждать одно: ему сегодня выгодно помочь Украине. В его системе координат поставлено на карту нечто большее чем судьба страны — личная власть. Теперешняя и будущая. И тут, у РФ просто нет столько денег, чтобы «перекупить союзника». И по крайней мере до конца 2015 года. Да и дальше, если ЕС и США продолжат работу по плавному ослаблению санкций в отношении Беларуси.
Источник: http://hvylya.net/analytics/geopolitics/belaruskie-mirotvortsyi-na-donbasse-igra-lukashenko-nachalas.htmlИгорь Тышкевич.
Президент Украины ввел в действие решение СНБО о привлечении миротворцев. Верховная Рада оперативно приняла соответствующее обращение к ЕС. Начались консультации и по формату «голубых касок ООН».

С точки зрения Украины вполне логично. В вероятность выполнения Минских соглашений никто не верит. А Киев не имеет пока сил, чтобы решить вопрос силовым путём. Более того, война оттягивает ресурсы, крайне необходимые на реформирование страны. Причём не только и не столько денежные, сколько временные. Если не приступить к созданию новой системы функционирования государства, через год-два фронтовикам уже нечего будет защищать. На это, кстати рассчитывают в Кремле, поддерживая тлеющий конфликт в Луганской и Донецкой областях.

Миротворческий контингент для Киева в таких условиях становится инструментом, позволяющим добиться прорыва сразу по нескольким направлениям:

Конфликт сразу выходит из активной фазы.

Выборы, прописанные в минских соглашении, всё же происходят. И проводятся не под контролем российских штыков. Ведь безопасность и подсчёт голосов обеспечивают внешние игроки.
Контроль над границей переходит пусть и не к украинским пограничникам, но и РФ теряет возможность провоза танков своим ходом. «военторг» Вынужденно закроется. Или, в худшем случае, существенно поубавиться ассортимент.

Разоружаться сепаратистам так же придётся. А миротворческий контингент невольно будет задавать вопросы «откуда техника» — проявится множество занимательных подробностей.

Всё это даёт Украине время и возможности заняться наконец реформами. В том числе резкими и болезненными. На первый взгляд всё хорошо. Да вот беда, реакция внешних игроков достаточно сдержанна. Сразу несколько стран выступили против миротворческой миссии. Реакция России прогнозируема. Единственный приемлемый для Кремля формат – ВС РФ в голубых касках.

Но кроме Путина, против миссии уже успели высказаться глава МИД Словакии и ряд влиятельных политиков ЕС. Да и позицию США однозначной назвать трудно. Таким образом лёгкого и быстрого решения не предвидится. Ни внутри Европейского Союза ни тем более в ООН. Но даже если такое будет принято, первые подразделения появятся под Донецком не раньше осени.

Получаем занимательный расклад:

РФ если и согласиться на миротворцев, то под своим контролем или с внушительным своим участием.

Для Украины критично, чтобы миротворческий контингент никоим образом не зависел от России

Страны ЕС такое развитие событий воспринимают неоднозначно. Есть как сторонники, так и активные противники миссии. Взваливать на себя ворох чужих проблем никому не хочется. Да и дорого это.

США пока занимает выжидательную позицию. Тем более, что американские солдаты в Украинских степях маловероятны. Вашингтон это чудесно понимает.

Но обращение Украины есть. Его необходимо рассматривать. Более того, формально все перечисленные игроки выступают за мир. И при определённых условиях все готовы проголосовать за. Проблема в том, что условия у каждого свои. И точек соприкосновения мало. Ключевой вопрос: кто и каким образом будет следить за миром. Маячит перспектива Минска-3. В этот раз посвящённого миротворческому контингенту. И тут как чёрт из табакерки проявляется личность хозяина Минска – Лукашенко.

Значение успеха Украины для Лукашенко?

Смею утверждать, что президент Беларуси внимательнейшим образом следить за развитием событий вокруг «миротворческого контингента». И при первом же удобном случае предложит услуги вооружённых сил Республики Беларусь в этой роли. И причины тому лежат в основном во внутренних проблемах «синеокой».

2015 год — год президентских выборов. Все без исключения предыдущие электоральные кампании в Беларуси проходили на фоне роста национальной экономики. Что позволяло власти «играть в популизм» — инициировать существенное повышение уровня зарплат и социальных выплат. Этот год исключение. Выборы впервые пройдут на фоне спада экономики и обесценивания национальной валюты.

Лукашенко крайне необходимы деньги. Желательно не кредитные. Или, в крайнем случае длинные и дешёвые. Россия в этом не помощник. Любой кредит из РФ оплачивается собственностью или политическими уступками.

Основной кредитор — Россия — вряд ли способна покрыть все запросы союзника. Брать у Китая — себе дороже. Остаётся «западный мир». И тут работа ведётся сразу по нескольким направлениям.

И Украина занимает в этом раскладе ключевую позицию.

Во-первых, благодаря хорошим отношениям с Киевом, Беларусь обходит санкции. Просто выводит свои товары на европейский и американский рынки с помощью «украинского посредника». Схема была разработана ещё в 2011. Но практическая аппробация пошла сейчас. Интересная динамика: сразу после открытия европейского рынка для Украины, беларуская сторона увеличила поставки своей продукции южному соседу. В том числе по позициям, которые ранее не поставлялись на берега Днепра. Парадокс, но на фоне экономического кризиса Украина «купила» в 2014 году беларуских товаров на 12% больше, чем в 2013.

Во-вторых усиление сотрудничества с Украиной (а через неё с Европой) уравновешивает российское влияние внутри страны. Что уже хорошо. Как в близкой перспективе для Лукашенко. Так и стратегически для государства «Республика Беларусь» — независимо от того, кто является его руководителем.

В третьих победа Украины выгодна Беларуси в любом случае. Начиная от получения дополнительных «конфеток» из Кремля ради поддержания политики «лозунги о братской любви в обмен на бабло». И заканчивая возвратом к возможности выбора внешнеполитического курса. Тут, позиция страны как посредника в разрешении кризиса уже приносит свои дивиденты.

Но об этом чуть позже. Пока поговорим о мотивации Лукашенко.

Зачем президенту Беларуси посылать миротворцев в Украину?

Лукашенко понимает, что в случае поражения Украины следующий он. Более того, вероятность «сброса Лукашенко» велика и при замораживании конфликта. Путину нужна будет маленькая победа. И свой новый президент Беларуси может стать такой палочкой-выручалочкой. Как, к слову, было в 1996 году. России после поражения в Чечне нужна была хоть какая победа. Интеграция с Беларусью быстро переключила внимание обывателя.

Подобный сценарий возможен и теперь. Всё просто: спровоцировать волнения. (хотя, их и провоцировать особо не надо — беларуское общество готово к смене лиц) А дальше, пользуясь слабостью и разобщённостью оппонентов Лукашенко привести к власти «сговорчивого демократа». Так сказать «майдан за Россию». Картинка будет что надо: спасли братский народ от происков запада. А новый президент за это расплатится «кусочком независимости». Все довольны.

Подобные варианты просчитывает и Лукашенко. Он понимает, что в одиночку противостоять Кремлю не сможет. Сильных союзников, увы, нет. ЕС и США, конечно, в случае чего будут возмущаться аннексии Беларуси. Но до практических шагов дело не дойдёт — слишком уж испорчены отношения за последние десятилетия. Кроме того одно дело помогать «народу, сражающемуся за демократию», и совсем другое «сохранять трон для последнего диктатора Европы». На первый взгляд, позиция безрадостна. Но Лукашенко привык балансировать на стыке интересов. И сейчас он пытается выжать максимум из ситуации. И стать «неприкасаемым» по крайней мере на ближайшие год-два. То есть сделать актуальной по отношению к нему известную фразу Рузвельта о Самосе: «Может быть, он и сукин сын, но это наш сукин сын». Своим стать не получится, а вот незаменимым — вполне.

Чтобы убедиться достаточно проанализировать действия Лукашенко в 2014 году.

Слил информацию о передвижениях российских военных Киеву. За это Украинское правительство выступило за проведение в Минске переговоров между ТС и ЕС по Украине. Помните, летняя абсолютно бесполезная встреча для всех. Но она была весьма кстати для Лукашенко. Тот показал, что может быть надёжным посредником.

Далее Минск-1, Минск-2. Инициативы «принять технику» из Украины. Лукашенко, естественно гарантировал бы что она не выстрелит и останется где-то под Жлобиным. Правда умолчал, что тот же МЗКТ активно поставляет свою продукцию в Украину. Да так, что прибыль предприятия за 3 квартал 2014 года превышает показатели за весь 2013. То же самое по деталям для беспилотников. Аналогично по электронике и системам наведения для артиллерийского оружия и ПТРК. Если уж на то пошло, что в СКИФЕ ракета украинская, электроника и система прицеливания беларуские. Поставка на поток производства означает одно из двух: или Беларусь активно поставляет свои блоки или передала технологию.

И наконец, «просто» торговля. Вот пару фактов:

Беларусь Увеличила поставки нефтепродуктов в Украину. Причём в начале войны перешла на «отсрочку платежа» с одновременным увеличением объёмов.

Только официально Беларусь за 3 квартала 2014 поставила в Украину прицелов, оптики и другого такого мирного оптического оборудования более чем на 3 миллиона долларов. Это в 2 раза больше, чем в 2013. Сюда же стоит добавить интересную позицию «детали летательных аппаратов». Беда, но в Украине нет своих наработок по БЛПА. В Беларуси есть. В Украине нет авиадвигателей для СУ. У Беларуси свой завод по модернизации. Не догадываетесь чьи детали стоят на «восстановленных» СУ-27 и МИГ-29 ВСУ?

И это только то, что есть в открытых источниках — платёжном балансе и данных статистики двух стран.

Но всё это — просто посредническая деятельность. Она даёт деньги но не даёт гарантий безопасности для Лукашенко. И, в случае «аккуратной» смены власти в Минске новый фаворит Кремля спокойно сможет делать вид, что проводит аналогичную политику. До поры до времени. Лукашенко не хочет «операции революция». Ему нужны гарантии. Гарантии от «сильных мира сего». Таковой может стать участие в миротворческой миссии.

Демонстративная нейтральность, естественно, не будет нравится Кремлю. Но во-первых беларуские миротворцы для российского электората воспринимаются лучше, чем сводные подразделения НАТО. Во-вторых, вероятность того, что ЕС и США будут предпринимать действия против разворачивания российского сценария смены власти увеличиваются. Защищать диктатора не хорошо. А вот миротворца — благородно. Если вдобавок к этому с России не снимут санкции (и конфликт будет тлеть хотя бы до осени), позиции Лукашенко на выборах существенно усиливаются. Не в смысле проголосуют ли за него. Что отмечено на бюллетенях граждан официальный Минск не интересует уже лет так 20 — главное правильно посчитать. А в смысле того, кто из внешних игроков и каким образом пойдёт на вмешательство в выборы Александра Лукашенко.

Лукашенко, естественно, аккуратно предлагает свои услуги. Но, извините, тут уже о простых намёках речь не идёт. 6 марта после почти что двухлетнего перерыва прошли переговоры представителей НАТО с МО Беларуси. Официальный пресс-релиз говорит, что беларуские военные «отчитались» о реформировании вооружённых сил. Но давайте вспомним недавнюю историю. В 2010 году, во время кратковременного потепления отношений Беларуси и ЕС» один знакомый дипломат сказал мне интересную фразу «Если Беларусь захочет вступить в НАТО — она это сделает. Власти в Минске быстро выполняют договора, если им это интересно. И этим они отличаются от Киева». Откуда это пошло. В том же 2010 году Беларуские вооружённые силы совместно с НАТО создали миротворческую роту. Которая, несмотря на «нейтральный статус» Беларуси уже успела поработать в миссиях ООН. Следующим этапом в планах был совместный батальон Беларусь-НАТО. А потом, возможно и корпус численным составом до бригады. Но случился разгон протестов в декабре, начались санкции.

Так вот, сразу после визита «вражеских военных» на официальном сайте Министерства обороны появились материалы о миротворцах и их деятельности. (http://belarmy.by/)

Дальше-больше. 19 марта журналисты беларуского телевидения якобы сами задают вопрос о миротворцах генсекретарю ОДКБ Николаю Бордюже. И тот прямым текстом заявляет, что считает приемлемым и возможным отправку на Донбасс миротворцев из Беларуси и Казахстана. Причём о РФ ни слова.

Что касается санкций, тут так же всё меняется. США вдруг отменяют санкции в отношении «Беларусьнефти». Это, извините, один из ключевых поставщиков валюты в страну. Компания перерабатывает нефть в Беларуси, добывает её в Венесуэле, Иране и других странах. Продаёт. Но интересна не сама отмена, а мотивировка. Вот две цитаты: «В 2011 году власти США добавили «Белоруснефть» в список компаний, нарушающих действующие против Ирана санкции. Тогда американская сторона заявила, что «Белоруснефть» в 2007 году подписала контракт на 500 миллионов долларов с компанией NaftIran Intertrade, касающийся разработки нефтяного месторождения Джофеир в Иране. Между тем годом ранее США ввели санкции против этой компании, заявив, что Иран использует доходы от продажи нефти для реализации ядерной программы.» А вот мотивировка отмены: «компания более не занимается деятельностью, которая подпадает под санкционные ограничения». Извините, но Беларусьнефть работает на Иранском рынке. Разве что сменила партнёров. То есть США поверили Лукашенко «на слово» в том, что «он будет хорошим»!

Поэтому смею утверждать, что при очередных консультациях Беларуские власти не преминут упомянуть, что они готовы стать удобным для всех решением проблемы. А именно разделить своими вооружёнными силами стороны конфликта на Донбассе. Или даже взять мятежный регион «под свой контроль». При этом Беларусь решит сразу несколько задач. В том числе «неявных»:

Политическая — окончательный выход из под санкций или по крайней мере обеспечения выгодной позиции для переговоров с Европой и США.
Военная — подготовка ВС. Тот же сайт МО Беларуси обращает внимание на необходимость переподготовки армии для «гибридной войны». А это делать лучше всего на месте событий. Да ещё за чужие деньги.
Военно-экономическая. Беларусь уже форсировала военное сотрудничество с Украиной. Помощь Киеву в решении Донецко-Луганской проблемы станет лишним аргументом для развития взаимовыгодных контактов.
Экономическая. Про экономико-политические соображения писалось выше. Лукашенко не был бы Лукашенко, если бы не думал о финансовой выгоде. И смею утверждать, что Беларусь сможет выжать финансовый профит даже в зоне конфликта. Что такое Донбасс. Это бывший промышленный регион. Промышленность развивать надо. Но в условиях замороженного конфликта сомнительно, что украинским компаниям (и правительству) будет легко действовать в регионе без посредников. А вот решение проблемы с помощью «беларуских гражданских специалистов» при условии «беларуского миротворческого контингента» реально. Естественно, что Республика Беларусь получит свои «посреднические проценты».
Кстати, украинская схема не единственная. В Минске вдруг вспомнили, что первые переговоры по Нагорному Карабаху проходили в Беларуси. И министр иностранных дел страны уже успел предложить вновь предоставить «площадку для переговоров» (http://newcaucasus.com/index.php?newsid=7216).
А теперь о совпадениях: все перечисленные новости датируются первой половиной марта 2015 года. То есть в Беларуси «вдруг», «случайно» произошли несколько якобы независимых друг от друга события. Совпадение господа. Такое, говорят, бывает.

Можно ли верить чёрту из табакерки?

Возникает вопрос: верить ли Лукашенко? Полностью доверять в политике нельзя никому. Тем более, что кроме ценностей, слов есть интересы стран и правящих элит. Украинцы в этом убеждаются и на примере России и на примере «союзников» с Запада. Говоря о Лукашенко можно утверждать одно: ему сегодня выгодно помочь Украине. В его системе координат поставлено на карту нечто большее чем судьба страны — личная власть. Теперешняя и будущая. И тут, у РФ просто нет столько денег, чтобы «перекупить союзника». И по крайней мере до конца 2015 года. Да и дальше, если ЕС и США продолжат работу по плавному ослаблению санкций в отношении Беларуси.
Источник: http://hvylya.net/analytics/geopolitics/belaruskie-mirotvortsyi-na-donbasse-igra-lukashenko-nachalas.html

Даже авторитарным союзникам Путина надоела бедствующая российская экономика («The New Republic», США)Даже авторитарным союзникам Путина надоела бедствующая российская экономика («The New Republic», США)

Кейси Мичел (Casey Michel).
Чтобы понять, почему мир в этом месяце отреагировал на начало работы Евразийского экономического союза оглушительным молчанием, надо вернуться назад в конец августа. Когда Россия начала свой марш к экономическому краху, российский президент Владимир Путин ответил на один вопрос, находясь в молодежном лагере на Селигере. Одна девушка попросила президента поделиться мыслями о геополитических волнениях вокруг России. Отметив, что «существуют трудности с адекватным восприятием российской политической риторики казахами», и что президент Казахстана Нурсултан Назарбаев является самым важным «сдерживающим фактором» якобы имеющего место казахского национализма, она спросила Путина, стоит ли им «ожидать развития украинского сценария в случае, если господин Назарбаев покинет пост президента».

Путин ответил на ее вопрос, хотя и весьма своеобразно. Он не стал отрицать утверждения об усилении в Казахстане антироссийских настроений, которые стали обоснованием для российского вторжения на Украину. Вместо этого он предложил спонтанное наблюдение, отдающее геополитическим шовинизмом под маркой беспристрастного мнения. До 1991 года, заявил президент, «у казахов никогда не было государственности».

Ответ из Казахстана не заставил себя долго ждать. Стареющий автократ и единственный президент, которого знал современный Казахстан, незамедлительно объявил, что в 2015 году его страна будет отмечать 550-ю годовщину своей государственности, которая началась с основания Казахского ханства (далеко не та 24-я годовщина, о которой говорил Путин). Увидев, как Россия запугивает Украину под лживым предлогом о необходимости защищать русскоязычное население, и как Москва нагло аннексировала территорию, которую ее руководство считало утраченной, Казахстан начал проявлять признаки демонстративного неповиновения. Одновременно с этим его отношения с Россией ухудшились намного серьезнее, чем за все время после распада Советского Союза.

Такое смятение – это лишь одна из причин, по которым Евразийский экономический союз, начавший работу в январе, не сопровождал это событие пышными церемониями, и по которой внутрисоюзная напряженность вызвала такое разочарование. ЕАЭС, основанный тройкой диктаторов, которые больше известны своими гипермужественными наклонностями, нежели стремлением к сотрудничеству, оказался переполненным разногласиями и тестостероном, а вот особыми достижениями не отличается. Вместо того, чтобы развивать постсоветскую интеграцию, Путин попытался через ЕАЭС официально утвердить российскую гегемонию. Но вместо неоимперского успеха, на который надеялся российский лидер, он увидел лишь натянутые улыбки, бессодержательные договоры и пустые столы, за которыми заседали автократы, четко давшие понять, что заседают они без особого удовольствия.

Когда Назарбаев в 1994 году первым предложил создать Евразийский союз, президент хотел увидеть равный брак и в большей степени Европейский Союз, нежели Советский Союз в новой инкарнации. Путин подхватил эту идею и изложил свою мечту о Евразийском союзе в статье от 2011 года. Выросший из Таможенного союза Белоруссии, Казахстана и России, Евразийский союз должен был вернуть Москве великодержавный статус, которым она обладала до распада СССР. Таков был великий внешнеполитический проект Путина, превосходивший по масштабам все то, что он пытался сделать до того. Евразийский союз, полагал он, станет новым геополитическим полюсом. Его создание должно было открыть новую эпоху. Не Запад и не Восток, а третий, евразийский путь.

Какое-то время казалось, что ЕАЭС действительно справится с возложенным на него бременем. В отличие от других пустых постсоветских объединений, которые ограничивались заседаниями, фотосессиями и объятиями, складывалось впечатление, что ЕАЭС способен действовать. Многочисленные технократы начали составлять экономические предложения. Москва успокаивала тревожившихся за свой суверенитет, обещая, что голоса всех будут услышаны в равной мере. Министры из трех государств-учредителей хором говорили правильные вещи, делали правильные шаги, правильно играли свои роли. Даже когда на Украине произошел кризис и революция, а Евромайдан наложил вето на попытки бывшего президента Виктора Януковича вступить в путинский союз, ЕАЭС продвигался вперед, преисполненный решимости обойтись без украинских рынков и производственной базы.

Но вот в феврале прошлого года на территории Крыма начали сосредотачиваться маленькие зеленые человечки – неофициальные российские силы, которые окружили аэропорты и начали похищать правозащитников и украинских патриотов. Неистовые русские националисты перевернули вверх дном и разграбили крымский парламент. Произошел всплеск национализма, и Кремль решил, что подписанные ранее международные договоры можно проигнорировать, как того хотелось Москве. Не успело пройти геополитическое головокружение, как Крым стал частью России.

Этот момент поставил крест на Евразийском союзе. Путин, похоже, этого не понял, но аннексия стала пирровой победой. Захват территории вместо создания нового геополитического полюса, Крымский полуостров взамен экономического союза 170 миллионов человек. Занавес неоимпериализма поднялся, и путинизм предстал во всей своей красе, плюнув на соседей, на планы и обязательства. «Решение присоединить Крым все изменило», – сказал мне преподаватель центральноазиатских исследований из университета города Глазго Лука Ансеши (Luca Anceschi). Внезапно Евразийский союз превратился в «вечеринку, идти на которую никому не хотелось, как на тот пресловутый ужасный семейный обед».

Россия продолжала свои авантюры на Украине, и санкции были расширены, охватив не только путинское окружение, но также банки и целые отрасли. Поддержанные Россией силы почти наверняка уничтожили 298 ни в чем не повинных людей, сбив над полями восточной Украины малайзийский авиалайнер. И Евразийский союз начал разваливаться кирпич за кирпичом. Экономика этого объединения всегда строилась с предпочтительным отношением к России, и приемлемой она могла быть лишь до тех пор, пока Москва сохраняла здоровый бюджет. Но когда санкции усилили боль от снижения нефтяных цен, экономическое согласие и дружба рухнули. Российский бизнес в то время уже начинал наводнять казахстанскую коммерцию, и членство в союзе привело к задержке со вступлением Казахстана во Всемирную торговую организацию. Но когда российская экономика начала проваливаться, а Кремль не предпринимал никаких действий по ее спасению, Назарбаев осудил позицию Москвы, отметив, что самая большая опасность для Евразийского союза исходит не от западных санкций, а от российских компаний, удушающих местную промышленность. Между тем, объем торговли между Казахстаном и тандемом Россия-Белоруссия в 2014 году снизился почти на 20%.

Белоруссия тоже выступила против зашоренной экономической политики России. Когда Кремль в прошлом году ввел встречные санкции, запретив импорт многочисленных западных товаров, Белоруссия придумала остроумную идею и начала отправлять в Россию определенные виды западных товаров, но в своей упаковке (белорусские устрицы – как вам это?). Россия все поняла и попыталась ограничить потоки тунца и креветок из этой не имеющей выхода к морю страны. В ответ белорусский президент Александр Лукашенко восстановил таможенные посты вдоль границы с Россией и по сути дела, свел на нет сам смысл существования Таможенного союза. Чтобы разложить все по полочкам и довести свою мысль до адресата, Лукашенко добавил, что российская политика ответных санкций – «глупая и безмозглая», и что белорусы «не щенки, чтобы нас за шиворот водить».

Что примечательно, по мере расширения союза он умудрился еще больше ослабить себя изнутри. В начале января в него вступила Армения – несмотря на то, что правилами ЕАЭС запрещено принимать страны, у которых есть неразрешенные территориальные споры. Она решила не создавать таможенные посты в Нагорном Карабахе – на оккупированной Арменией территории Азербайджана. Еще один новобранец – Киргизия – не проявляет особого желания вводить новые правила союза на границе с Китаем, поскольку это помешает реэкспорту, доходы от которого составляют примерно 30% киргизского ВВП. «Мы должны готовиться к худшему», – сказал премьер-министр Киргизии по поводу вступления в ЕАЭС. К его словам присоединился киргизский президент: «Без обид, но мы выбираем меньшее из двух зол. Иного выбора у нас нет». Похоже, что пессимизм – штука заразная.

Когда начали накапливаться проблемы, Казахстан и Белоруссия сделали все возможное для противодействия последствиям от формирования союза. Кремлевские планы по созданию евразийского парламента, евразийского паспорта и общей системы евразийской безопасности рухнули. Российские руководители продолжают настаивать на введении общей валюты и на отказе от доллара и евро во внутрисоюзной торговле. Это необходимая мера, заявил один российский представитель, потому что «нельзя исключить крах американской экономики». Чем ответил Лукашенко? Теперь вся торговля между Белоруссией и Россией будет вестись исключительно на доллары и евро.

Призрак национализма усиливается с каждым месяцем. В северном Казахстане живет больше всего русских за пределами России, и у него ярко выраженные сепаратистские настроения, появившиеся задолго до путинского ирредентизма (один мой живущий там русский знакомый недавно сказал, что он считает свою страну «Бантустаном», где полно людей, которые до сих пор были бы неграмотными кочевниками, если бы не российская колонизация). В Казахстане антиевразийские силы приобрели явный этнический оттенок, и казахи первыми выступают против вступления. Как отметил недавно Назарбаев, выступая в преддверии празднования (кхе-кхе) 550-й годовщины казахского государства, предки призывали каждого казаха (не казахстанца, а казаха) «защищать Казахстан до последней капли крови».

Вместо того, чтобы праздновать в 2015 году создание союза, на формирование которого ушло 20 лет, Казахстан в этом году будет расхваливать свою древнюю государственность, которой, по словам Путина, не существует. Такой вот он, Евразийский союз, второстепенная и запоздалая идея, сталкивающаяся с такими силами как экономика, национализм и сфабрикованные годовщины. Объявление о начале его работы в этом месяце не нашло особого освещения в СМИ и не имело серьезных последствий. Видимо, поняв, что его начинание закончилось неудачей, Путин в своей широко разрекламированной трехчасовой пресс-конференции в декабре посвятил ЕАЭС в целом пять предложений. Такой он – величайший геополитический проект Путина. Прошло две недели его существования, а у него уже появились все признаки величайшего геополитического разочарования.

Кейси Мичел – аспирант Института Гарримана при Колумбийском университете, освещающий евразийские дела в издании The Diplomat. Его статьи появлялись в Foreign Policy, Atlantic и Al Jazeera.
Оригинал публикации: Even Vladimir Putin’s Authoritarian Allies Are Fed Up With Russia’s Crumbling Economy

Читать далее: http://inosmi.ru/sngbaltia/20150120/225682320.html#ixzz3PL7pV71o
Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook