Инна Вареница.
Заводы и шахты, кафе и магазины — часть предприятий на Донбассе, занятом боевиками, продолжают работать, несмотря на физические и экономические риски. Опустевший летом Донецк осенью стал достаточно людным, особенно днём. На дорогах города появились иномарки, а в недавно закрытых витринах — товар. Но покупательная способность населения падает. Смогут ли те части Донецкой и Луганской областей, которые остаются «за чертой» контроля власти Украины, обеспечить себя и вести бизнес?

Остановка

Первым изменения в стране и в частности на Донбассе почувствовал бизнес, связанный с рекламой.

«Когда начался Евромайдан в Киеве, естественно, весь бизнес затаился, поскольку для бизнеса изменения — это опасность. И уже в январе-феврале, когда было понятно, к чему идёт эта ситуация, мы начали чувствовать, что наши клиенты потихоньку начали замораживать деловую активность. В феврале, когда сбежал Янукович из страны, мы почувствовали, как многие компании начали замораживать инвестиционные проекты. То есть они начали с опаской тратить деньги на рекламу. Поскольку маркетинг — это не жизненно важные статьи расходов, и они попадают под сокращение первыми. В секторе услуг любой кризис является испытанием», — рассказывает Энрике Менендес, владелец компании AdFactory, которая специализируется на интернет-маркетинге. Его фирма работала в основном с донецкими клиентами.
Уже зимой начали падать продажи на всех предприятиях.

«Мы обслуживали дилеров одного из брендов по автомобилям. Продажи их сократились с 52-х в неделю по всей стране до двух в неделю по всей стране. И те сектора, которые были завязаны на потребителях премиум-класса, они начали страдать первыми. Потому что эти люди перестали тратить деньги», — продолжает бизнесмен.

Но переломным моментом для Донецка стал май, когда в местном аэропорту начались боевые действия. За месяц AdFactory потеряла 25 клиентов из 37, а к июлю их осталось четыре. Некоторые предприятия, с которыми работала компания, закрылись. Сейчас AdFactory, доход которой в 2013 году составлял 2,5 миллиона гривень, практически остановилась. Для перезапуска фирмы её владельцу придётся начать работу заново — и в другом городе.

Новые правила

В августе с рынка на территории самопровозглашённых «ДНР» и «ЛНР» ушли известные бренды одежды, магазины техники, закрылись почти все банки. Пустые витрины в Донецке на каждом шагу «извинялись» за то, что магазины временно не работают или закрываются раньше.
Но даже во время боевых действий оставались работать отдельные сети продуктовых супермаркетов, рынки и аптеки. Последние с проблемами столкнулись тоже в мае — именно тогда оптовые фирмы начали отказываться от поставок лекарств в область. И если оптовики доставляли товар бесплатно, то теперь владельцам аптек пришлось возить лекарства своим ходом и за свой счёт.

«Началось мародёрство, и они побоялись возить, — рассказывает владелец сети аптек Елена*. И они тоже люди — начались обстрелы, они боятся. У меня стояло Моспино, Иловайск, Харцызск. Месяц мы вообще не работали, потому что там шла война, боевые действия. А до этого тоже — на такси возили. Я заказываю либо в Волноваху, или в Курахово, а дальше своим путём. Это лишние растраты. Очень дорогая логистика, и бензин очень дорогой, это очень опасно — могут в любой момент либо там арестовать, либо здесь арестовать».

Часть предпринимателей при этом продолжали оплачивать налоги в казну Украины, выезжая для этого в Мариуполь.

Но осенью руководство самопровозглашённой «ДНР» начало перерегистрацию бизнеса. Чтобы продолжить работу на территории, неподконтрольной украинской власти, предпринимателю нужно открыть лицензию и оплачивать подоходный налог — 20%. Причём прибыль нужно просчитать ещё до ввоза товара, рассказывает Елена.
Вторая трудность — где хранить выручку и как заказать товар. Тем более что в декабре украинские банки должны остановить обслуживание банковских счетов, открытых на подконтрольных боевикам территориях.

«Я работаю с «ПриватБанком», вывожу деньги на территорию Украины. Я спрашивала у поставщиков: «Если я буду сдавать выручку в «Банк ДНР» (в октябре в сампровозглашённой республике открыли «Центральный банк» — ред.), вы будете вести расчёты? «Нет». (…) Я не могу положить выручку здесь. Говорят: «Не клади. Это ж твои деньги, забери их». Я объясняю, чтобы что-то продать, мне нужно что-то купить. С «наличкой» фирмы не имеют дело порядка десяти-восьми лет. Только «безнал». Положить выручку некуда. Купить товар? Покупаю — там (в Украине — ред.). Мне говорят: «Ну купи в России». Это не яблоки, не груши и не картошка. Должны быть лицензия, сертификаты качества, это самое первое».

При этом украинские оптовики требуют 100% предоплаты для того, чтобы отправить товар в приграничные районы. Ввозить лекарства с территории России труднее и дороже: во-первых, цена там выше из-за 10% НДС (в Украине на лекарства ставка НДС — 7%), во-вторых – расстояние.

На стоимость лекарств покупатели нарекают уже сейчас, говорит предприниматель. Они отказываются от дорогих препаратов, которые принимали раньше постоянно, ищут дешёвые и не всегда равные по эффективности украинские аналоги.

В аптеках, которые после летнего перерыва открылись осенью, дончане ищут «остатки» — лекарства, закупленные ранее по более низкой цене.

Помимо аптек, в городе с «притоком» людей вновь заработали небольшие магазины. В основном, с продуктами и товарами первой необходимости. Есть и с «безделушками»: «Украинский сувенир» на бульваре Пушкина, например. В названии на вывеске, правда, теперь отсутствует прилагательное. Прибыльность своего дела и возможность работать дальше владельцы магазинов не берутся прогнозировать.
Пути расходятся

Проблемой для дальнейшей деятельности самопровозглашённых республик доктор Института международных дел Варшавского университета Анджей Шептицкий считает их непризнанный статус и открытый военный конфликт.

«Если взять другие примеры, особенно замороженных конфликтов на постсоветском пространстве, — там войны нет, там есть только проблема статуса — Приднестровья, Абхазии, Осетии. Ну и, к примеру, Приднестровье. Ведётся бизнес. Украина — один из крупнейших партнёров Приднестровья. И это можно делать, только здесь появляются юридические ограничения. Молдова, например, долго пыталась убедить Украину, чтобы она признала интегральность таможенной Молдовы. То есть, чтобы импорт или экспорт из Приднестровья имел Молдавский документ или сертификат. Но это люди тоже как-то делают, потому что они, мне кажется, регистрировали приднестровские фирмы в Кишиневе или как-то так. Как раз этой проблемы «ДНР» и «ЛНР» не имеют, так как они граничат с Россией. Я думаю, что Россия, скажем так, не будет иметь проблем, чтобы делать бизнес. То есть российское направление уже имеют открытым».
Не исключает политолог и возможности торговли оружием, а также контрабанды даже на территорию Украины. Особенно, если последняя присоединится к ЕС — тогда в стране цены на продукты будут выше.

Европейские же государства, скорее всего, с самопровозглашёнными республиками дел вести не будут.

Несмотря на отдельную «бизнес-активность», возможность самостоятельно вести экономику на занятых боевиками территориях экономист Александр Пасхавер даже не рассматривает. Самопровозглашённым республикам нужен «хозяин» — то есть примкнуть к России либо жить и работать в составе Украины.

«Там возможно Средневековье, это будет голод, если Россия не возьмёт в себя, а она, скорее всего, не возьмёт. Но даже если Россия — можно вообразить, сказала, ну давайте, я вам (Украине — ред.) отдам эти территории, то деньги, которые нужны на их восстановление — просто немерено. У нас нет таких денег. Это вопрос не политики, это вопрос денег. Может быть, нам дадут эти деньги. Но с точки зрения «Россия отдаст» — для неё это очень важно, чтобы мы были недееспособны».
С остановкой соцвыплат для жителей территорий, подконтрольных боевикам, покупательная способность упадёт ещё ниже. К тому же, Украине придётся вывести оттуда госпредприятия либо прекратить их деятельность. А это — также рабочие места.

«Где вы видели оккупированные территории — чтобы там были учреждения у проигравшего государства? Это ж совершенно нелепая история. Так не бывает. Они хотели самостоятельно жить, значит, они должны самостоятельно жить. А возвращение произойдёт вовсе не потому, что им хочется. В мире море стран, где живёт население, которому хочется уйти из данной страны. Но никакая страна их не отпускает. Где вы видели такое? Такого нету, наоборот. Ирландия силой принуждена, Каталония силой принуждена. Это самые европейские страны. Их никто не спрашивает, хотят ли они жить или нет. Почему вы считаете, что мы должны спрашивать этих людей? Мы что, более гуманны, чем Испания или Великобритания?» — говорит Александр Пасхавер.
Экономические ограничения по отношению к мирным жителям оба эксперта считают слишком жёсткими. Будут голодные бунты, говорит Пасхавер. Но политически такие решения оправданы, говорит Шептицкий.

«Мне кажется, что в этой ситуации, особенно после выборов, и на политическом, и на экономическом уровне трудно было бы объяснить другую политику. То есть ещё платить на те территории — это было бы признание российской политики, — утверждает Анджей Шептицкий. — Долго обсуждали, что Порошенко такую ​​мягкую политику избрал, скажем, в отношении России. Но сейчас мне кажется, что на политическом уровне и также на экономическом это совсем оправдано. Но эта жёсткая политика подтверждает, что Украина не пытается, не думает, что Донбасс быстро вернётся в Украину. Это курс на отделение этой территории».

Материал подготовлен в рамках Школы Международной Журналистики УКУ.

Автор: Инна Вареница
Источник: http://www.mediaport.ua/biznes-na-donbasse-kuda-vedut-dorogi

Comments

comments