Александр Демченко

Каким будет президентство Дональда Трампа, с какими проблемами он столкнётся, и сможет ли он ответить на современные вызовы, которые стоят перед его страной? В предыдущей статье мы рассмотрели пакет реформ, которые предлагает будущий президент во внутренней политике. Здесь же поговорим о политике международной – с какими вызовами столкнётся 45-й президент США за пределами своей страны и сможет и сможет ли он их преодолеть.

Нефть в руках Трампа

Во время своей речи в городе Геттисберге избранный президент США Дональд Трамп заявил, что он снимет «ограничения на разработку американских энергоресурсных резервов, включая сланцы, нефть, газ и уголь. Это 50 триллионов долларов и множество рабочих мест. Наши шахтёры должны вновь вернуться к работе».

Казалось бы, речь идёт исключительно об увеличении рабочих мест, борьбе с безработицей, о повышении уровня производства. Но всё сложнее: Трамп говорит о полноценном выходе американской нефти на мировой рынок.

Во времена президентства Барака Обамы существовали ограничения на добычу нефти для американских компаний. Скажем, выдавались специальные лицензии на добычу энергоресурсов. Таким образом правительство регулировало вопросы, связанные с открытием месторождений, разведкой, бурением и продажей. Излишняя регуляция привела к тому, что богатые на нефть США импортировали энергоресурсы.

Дональд Трамп предлагает иной вариант: снять часть ограничений, максимально увеличить добычу на открытых к использованию месторождениях и начать разведывательные работы в труднодоступных местах: на Арктическом шельфе, на дне Тихого и Атлантического океанов.

В своей книге «Изувеченная Америка: как снова сделать Америку великой», вышедшей в ноябре 2015 года, Трамп пишет: «Исследователи хьюстонского университета Райса, штат Техас, подсчитали, что у нас два триллиона баррелей сланцевой нефти, которых хватило бы на ближайшие 285 лет. За последние несколько лет технологии так изменились, что, согласно исследованию, которое провёл Goldman Sachs, к 2017 или 2019 году мы можем обогнать Саудовскую Аравию и Россию, и стать крупнейшим добытчиком нефти в мире. Нефть — прямо здесь, рядом с нами. Мы должны ее просто взять».

Действительно, если Администрация нового президента даст сигнал о переориентации рынка с импорта на экспорт энергоресурсов, то пострадают экономики России, Ирана, Саудовской Аравии. Так, согласно исследованию газеты The Wall Street Journal, расходы на баррель не превысят 23,3 доллара, а в Мексиканском заливе будут того меньше — 20,99 доллара за баррель.

Сделав такой шаг, Дональд Трамп также поможет своему будущему госсекретарю Рексу Тиллерсону вернуть убытки, полученные вследствие введения предыдущим американским правительством санкций против России (в частности, против российской компании Роснефть). Ведь известно, что бывший глава крупнейшей нефтедобывающей публичной корпорации «ExxonMobil» Рекс Тиллерсон в 2011 году подписал с руководством российского предприятия контракт на освоение огромных нефтегазовых месторождений Арктики, площадь которых больше размеров Нидерландов.

Объём инвестиций в эти проекты составлял сотни миллиардов долларов. Но после введения Администрацией уходящего президента Барака Обамы санкций против Российской Федерации в связи с аннексией Крыма, «ExxonMobil» вынужден был покинуть проект, заморозив при этом буровые работы на скважине в Карском море стоимостью 700 миллионов долларов.

Как известно, сделки с «Роснефтью» были важными для будущего американской корпорации, которая упустила свой шанс во время американского бума добычи сланцевой нефти. Однако теперь у Тиллерсона, который, вероятно, будет главным лоббистом «ExxonMobil» в правительстве Трампа, появится шанс заняться процессом разведки месторождений на территории США.

И, если Дональду Трампу не удастся снять санкции с России и вернуть «ExxonMobil» на российский рынок, то, быть может, Рекс Тиллерсон удовольствуется полученным подарком от избранного президента – монополией на экспорт американской нефти?

Санкции: в Кремле будут разочарованы

13 января 2017 года в интервью газете «The Wall Street Journal» Трамп сообщил, что пока не будет отменять санкции против России, но, быть может, пойдёт на этот шаг, если руководство Российской Федерации окажет содействие его Администрации в борьбе с ИГИЛ. «Если мы поладим, и если Россия действительно будет нам помогать, зачем налагать санкции на кого-то, кто делает какие-то очень хорошие вещи», – заявил Трамп.

Какие же ограничительные меры в отношении российского государства может снять новоизбранный президент Трамп? И хочет ли он на самом деле пойти на компромисс с Россией?

Действительно, после прихода Дональда Трампа в Белый дом наследие Обамы начнёт таять на глазах. И речь идёт о более чем 250 президентских указах (executive orders), которые были подписаны предыдущим главой государства за две каденции. Суть этих подзаконных актов заключается в том, что для их утверждения можно не спрашивать разрешения Конгресса. Достаточно подписи президента.

Однако изъян подобного механизма состоит в том, что новый хозяин Белого дома в состоянии отменить все ранее принятые решения.

Очевидно, что часть подписанных Обамой подзаконных актов касалась и введения антироссийских санкций.

Так, в первую очередь речь идёт об указе «Е.О. 13660» от 10 марта 2014 года. Этот документ дал старт санкциям, направленным против физических лиц, поддерживающих аннексию Крыма. Далее штрафные меры усиливались и вводились секторальные санкции, которые также были частично прописаны в подзаконных актах, основу которых составлял всё тот же «Е.О. 13660». Именно этот документ использовал Барак Обама для продления санкций против России до 6 марта 2018 года.

«Действия и политические шаги правительства России, включая претензию на аннексию Крыма и применение силы в Украине, и далее представляют чрезвычайную угрозу для национальной безопасности и внешней политики США. Поэтому я решил, что необходимо продлить чрезвычайное положение, введенное указом «Е.О. 13660» в отношении Украины», – говорится в письме Обамы к главам обоих палат Конгресса.

Та же ситуация и с подзаконным актом «О блокировании собственности лиц, содействующих усугублению ситуации в Украине». Этот документ запрещает американским компаниям сотрудничать с российскими нефтедобывающими предприятиями: участвовать в совместной разработке месторождений в Арктике, делиться новыми технологиями, заниматься реэкспортом энергоресурсов, добытых в акватории России.

Кстати, именно это постановление и стало причиной ухода компании Рекса Тиллерсона «ExxonMobil» из совместного проекта с российской «Роснефтью» по добыче нефти в Арктическом шельфе.

Но эти указы вполне возможно отменить. Точно так же как и подзаконные акты, связанные с введением санкций против отдельных российских агентов и дипломатов, обвиняемых во вмешательстве в избирательную кампанию в США (хакерские атаки на серверы Демократической партии).

Тем не менее, кроме подобного рода постановлений существуют и законы, утверждённые двумя Платами Конгресса и подписанные в конечном итоге главой государства.

Таким документом, базовым по сути, регулирующим санкционную политику в отношении России, является закон «О поддержке свободы в Украине» от 18 декабря 2014 года. Здесь прописан весь спектр санкционных мер, направленных на сдерживание российской агрессии. Так, согласно тексту, штрафные меры вводятся против российской оборонной промышленности, энергетического сектора, финансовых учреждений. Закон также решает вопросы, связанные с предоставлением российским компаниям товаров двойного назначения. Кроме того, в документе чётко прописаны обязательства США перед правительством Украины относительно снабжения нашего государства военной и невоенной помощью.

Этот закон не может быть отменён Трампом в одночасье. Для запуска процедуры необходимо, чтобы подобное решение получило поддержку в двух Палатах Конгресса, а это на сегодняшний день невозможно, так как и демократы, и большая часть республиканцев выступят против подобного предложения.

Однако не факт, что это предложение от Дональда Трампа вообще последует.

16 января 2017 года в интервью немецкому изданию Bild и британской газете Times будущий хозяин Белого дома сообщил, что готов торговаться с Кремлем: снятие санкций в обмен на сокращение ядерного потенциала РФ. Это означает, что Трамп рассматривает санкции как козырь в его рукаве. Благодаря этому инструменту он рассчитывает добиться от российского руководства уступок по другим вопросам.

Кроме того, из повестки дня конгрессменов не исчезнет законопроект «Stand for Ukraine Act», который ранее блокировала компания Тиллерсона -«ExxonMobil». Этот документ предусматривает автоматическое продление штрафных мер против России на последующие пять лет, а также разрешает поставки летального оружия украинской армии. Рассмотрение этого законопроекта может возобновиться в любой момент по желанию Трампа.

Не стоит забывать также и об инициативе десяти сенаторов внести на рассмотрение верхней палаты Конгресса законопроект об ужесточении санкций против России – но уже за кибератаки на системы общественных и частных инфраструктур США. Учитывая, что законопроекта поддерживают сенаторы из обоих партий, то шансы на прохождение очень высоки. Была бы только политическая воля двигаться дальше.

Это подтверждают и слова сенатора от Республиканской партии Джона Маккейна, сказанные им в интервью немецкому изданию «Deutsche Welle»: «В Сенате этот новый пакет санкций против Владимира Путина поддерживают. У нас уже есть, как минимум, десять сенаторов, которые «за». Думаю, что мы сможем ввести эти санкции. Всё, конечно, зависит от множества факторов, в том числе от действий Путина. У президента будет выбор: наложить вето или одобрить санкции. Это то, чего мы пытаемся добиться в ответ на попытки Владимира Путина подорвать фундаментальную основу демократии – честные и свободные выборы».

Таким образом, нужно быть готовыми к тому, что президент США в будущем способен немного смягчить санкционную политику в отношении России, отменив часть подзаконных актов, то есть и часть наложенных ранее Обамой санкций. А также подписать иные по содержанию постановления. В крайнем случае хозяин Белого дома может даже закрыть глаза на сотрудничество между американскими и российскими компаниями.

Но Трампу в вопросе взаимодействия с Россией придется столкнуться с огромным противодействием как со стороны Конгресса, так и столкнуться с непониманием американской общественности.

Борьба с ИГИЛ

Трамп неоднократно заявлял, что главным врагом для американцев является международная террористическая организация ИГИЛ. При этом он не собирается делиться своими планами относительно борьбы с террористами, мол, он не хочет, как его предшественник, Барак Обама, выкладывать в открытый доступ разработанные генералами стратегии – ведь это, по словам Трампа, даёт возможность врагу подготовиться.

Будущий 45-й президент США недоволен тем, что американские войска, войдя в иракский город Мосул, – один из центров террористического движения – не смогли быстро зачистить от боевиков город, втянувшись в длительное кровавое противостояние.

В том же интервью изданиям Bild и Times Дональд Трамп говорит: «Мосул стал катастрофой, потому что мы пять месяцев назад заявили, что мы через пять месяцев войдем в Мосул. Четыре месяца назад мы сказали: «Мы готовимся», а когда мы затем вошли, к тому моменту уже слишком много об этом говорили. Так было сложно взять город». Одно уточнение: город Мосул до сих пор полностью не взят под контроль американскими войсками.

В то же время Кремль желает втянуть новую американскую Администрацию в глобальную антитеррористическую коалицию. Так, посол России в США Сергей Кисляк, в ходе телефонного разговора с генералом Майклом Флинном, советником Трампа по национальной безопасности, пригласил избранного президента принять участие в переговорах о мирном урегулировании сирийского конфликта. Переговоры пройдут в Астане, столице Казахстана, через несколько дней после инаугурации Трампа.

Дональд Трамп, быть может, и посетит Астану, однако переговорный кейс, который привезёт с собой избранный президент, вряд ли понравится другим участникам этого мероприятия.

Понятно, что власти РФ желают совместно с командой нового президента США начать боевые полномасштабные действия против ИГИЛ. Казалось бы, при этом выиграют две стороны: США победит террористов, а Россия, умилостивив таким образом американцев, будет просить снятие санкций.

Именно здесь и начинается всё самое интересное. Во-первых, Трамп недоволен действиями России в Сирии, в частности, в городе Алеппо, который был захвачен российскими войсками. «Когда-нибудь всё закончится, но Алеппо был чудовищным. Когда видишь, как они застреливают старых женщин, которые покидают город. Они не могут долго идти, и их застреливают. Кажется, будто их застреливают просто для забавы — это ужасно, ужасное положение. Алеппо — в таком ужасном гуманитарном положении», заявил Трамп в интервью изданиям Bild и Times.

А 15 декабря 2016 года, выступая перед сторонниками в городе Херши (штат Пенсильвания), Дональд Трамп заявил, что необходимо помочь сирийскому народу, создав зоны безопасности. Предполагается, что созданием этих зон займутся страны Персидского залива. «Я заставлю их предоставить нам средства, и мы создадим или поспособствуем созданию зон безопасности в Сирии», — сказал Дональд Трамп.

Это означает, что ещё до уничтожения ИГИЛ новая администрация Белого дома планирует ввести своих военных представителей, аналитиков и частично войска на территории, ранее захваченные Россией, мол, вы хотели коалиции, пожалуйста, получите.

Кроме того, с каждым днём мнение Дональда Трампа меняется относительно поддержки сирийских повстанцев, выступающих против Башара Асада и его союзников в лице РФ и Ирана. Изначально новоизбранный президент настаивал на прекращении контактов с повстанцами и, напротив, за сохранение, пускай и временное, у власти Асада. Но со временем Трампа переубедили в необходимости сотрудничать с сирийскими повстанцами, чтобы оказывать давление на Асада.

И вряд ли Трамп хочет, чтобы Асад оставался президентом Сирии – так как это приведёт к усилению позиций Ирана на Ближнем Востоке, против которого выступает новая американская Администрация. Поэтому Кремлю, помимо его воли, вскоре может придётся выбирать с кем дружить больше: Ираном или США.

Трамп и иранские ракеты

Дональд Трамп не скрывал своего негативного отношения к Ирану. Он считает, что это государство финансирует терроризм и угрожает безопасности ключевых союзников США на Ближнем Востоке, в частности, Израиля.

Кроме того, Трамп не скрывает своего возмущения относительно подписанной ранее президентом Обамой ядерной сделки с Ираном. Речь идёт о «Совместном всеобъемлющем плане действий» (СВПД) Ирана и группы государств «5+1» (России, США, Великобритании, Франции, КНР и Германии), а также Евросоюза, который подразумевает отмену большей части экономических санкций против Ирана в обмен на отказ властей этой страны разрабатывать ядерное оружие.

Подписав этот документ, США совместно с другими странами-гарантами разморозили свыше $100 млрд. активов иранского государства. Взамен Иран пообещал постепенно (согласно различным пунктам договора, это займёт от 8 до 15 лет) сокращать ядерный потенциал.

«Но я недоволен иранским соглашением, я считаю, что это одно из худших соглашений, которое когда-либо были принято. Это одно из глупейших соглашений, которое я когда-либо видел, одно из глупейших в плане смысла сделки — когда вы возвращаете стране 150 миллиардов долларов, когда даете ей 1,7 миллиарда наличными… Вы когда-нибудь видели один миллион долларов стодолларовыми купюрами? Это много. Это целый… Это действительно много», – говорит Трамп в интервью изданиям Bild и Time.

Ясно, что сделка несовершенна, именно поэтому Дональд Трамп хочет её разорвать. С одной стороны, будущий американский президент может отменить указ, подписанный Обамой, касающийся ослабления санкций против Ирана. Но, с другой – Трамп не сможет отменить закон, проголосованный Конгрессом, который подтверждает подписанное соглашение. А это означает, что большую часть договора новой Администрации необходимо будет исполнять.

Между тем, даже если команда избранного президента договорится с Конгрессом и отменит это соглашение, выйти из договора сразу не удастся. Ведь кроме США документ подписали ещё четыре страны и ЕС, а само соглашение было утверждено резолюцией Совета безопасности ООН, поэтому ни одно правительство не имеет возможности изменить текст документа или разорвать договор в единоличном порядке.

Однако даже если бы такая возможность и была, то пришлось бы проходить довольно сложную процедуру выхода из соглашения, которая предусмотрена в теле договора.

В общем-то, Трамп готов защищать Израиль. Входящие в силовой блок нового правительства генералы настроены против Ирана.

«Иран — это не национальное государство, это революционный проект, направленный на распространение хаоса», — заявил будущий министр обороны генерал Мэттис 22 апреля 2016 года в Центре Стратегических и международных исследований.

А советник Трампа по национальной безопасности Майк Флинн поддерживает свержение иранского режима, утверждая, что Иран является «стержневым центром» антиамериканской оси.

В то же время генералы Трампа отличаются нелюбовью и к России. И если Кремль продолжит поддерживать Иран, снабжать его оружием российского производства и выступать за сохранения режима аятолл, то силовики из нового американского правительства получат очередной весомый повод поссориться с Кремлем.

Торговые войны с Китаем

Кроме Ирана, избранный президент США выступает и против Китая, который, как он считает, ведёт агрессивную торговую войну в отношении американских производителей, девальвируя (снижая реальный курс) национальную валюту – юань. Кроме того, будущего хозяина Белого дома заботит ситуация в нейтральных водах Южно-китайского моря, где власти КНР решили создавать искусственные острова, что в свою очередь угрожает захвату ключевых торговых путей в Тихом и Индийском океанах.

«Разве Китай спросил нас, хорошо ли девальвировать их валюту (чтобы нашим компаниям было труднее конкурировать), облагать высокими налогами наши товары, поступающие к ним в страну (США же с них налоги не берут), или строить масштабный военный комплекс посреди Южно-Китайского моря? Я так не думаю»
— Дональд Трамп в Twitter
Не вступив в должность президента, Трамп начал действовать. Во-первых, он огласил о немедленном введении 45% пошлин на китайские товары, что может привести со временем к потере китайского ВВП на уровне 4,82%. Подобное снижение ВВП означает ухудшение уровня жизни для новой генерации китайцев, что в принципе может повлечь социальное недовольство и, соответственно, протестные движения.

«В некоторых случаях тарифы необходимы, потому что они должны понимать, что мы больше не играем в игры»,— сказал американский лидер во Флориде.

Также Трамп, невзирая на исторические договорённости, достигнутые США и Китаем, ответил на звонок президента Тайваня, который хотел поздравить его. Это вызвало протест Пекина, так как китайские власти считают Тайвань территорией китайского государства. Именно отказ Вашингтона в 1979 году от признания Тайваня и согласие следовать политике «Единого Китая» помог возобновить дипломатические отношения между двумя странами.

Сам Трамп сделал подобный шаг – ответил на телефонный звонок президента Тайваня – преднамеренно. Отвечая на вопрос корреспондента газеты The Wall Street Journal о том, поддерживает ли он политику «Единого Китая» в отношении Тайваня, Дональд Трамп ответил: «Все можно обсудить, включая принцип «Единый Китай».

А говоря о Тайване, будущий президент США обозначил: «В прошлом году мы продали им военное оборудование на два миллиарда долларов. Мы можем продать им лучшее, новейшее военное оборудование на два миллиарда, но нам нельзя ответить на телефонный звонок. Во-первых, не отвечать на телефонный звонок было бы очень грубо».

И хотя президент Китая Си Цзиньпин, выступая с речью на экономическом форуме в швейцарском городе Давосе, акцентировал внимание на том, что «в торговых войнах не бывает победителей», заместитель министра финансов Китая Чжу Гуанъяо ранее заявил: «В случае наступления торговых войн Китай прибегнет к ответным мерам, которые приведут к сокращению рабочихмест в США. Однако мы не хотим, чтобы это произошло, ведь это нанесет урон обеим сторонам».

И китайцам действительно есть, чем ответить. Например, можно говорить о продаже правительством КНР американских долговых облигаций. И не стоит говорить, что это маловероятный сценарий, ведь в 2015 году Китай уже продал облигаций США почти на 356 миллиардов долларов, оставив в запасе у Китайского Народного Банка ещё $900 млрд.

Для США это означает увеличение годовых выплат по процентам, а для мира – затяжной экономический кризис, из которого многие страны могут и не выбраться.

К слову, Трамп не первым избрал Китай своим врагом. Нынешний американский президент использует опыт своих предшественников – президентов: Никсона, Картера и Форда.

Альянсы и союзы

В июле прошлого года в интервью газете The New York Times Дональд Трамп сказал,что не станет автоматически продлевать гарантии безопасности для 28 стран-членов НАТО. Также будущий американский президент неоднократно заявлял, что каждый участник альянса должен увеличить бюджет на оборону до уровня 2% ВВП, как это было договорено ранее на саммите в Уэльсе в 2014 году.

Так, американский лидер собирается обязать страны НАТО платить больше за поддержку США.

«У нас есть НАТО и есть множество стран, которые не платят за то, за что должны платить. Они задолжали нам огромные суммы денег, и у них они есть. Но они не платят. Знаете, почему?Потому что они думают, что мы тупые»
— сказал Трамп в интервью американскому телеканалу NBC
А уже в интервью всё тем же Bild и Time будущий президент США подчеркнул, что «оно (НАТО) устарело, потому что не уделяло внимания терроризму. Давление на меня длилось два дня, а потом они начали говорить, что Трамп прав. А сейчас — это было на обложке Wall Street Journal, у них целый отдел, который занимается исключительно темой терроризма. Это хорошо.Другое дело, что страны не платят честно ту часть, которую должны платить. То есть мы должны защищать эти страны, но многие из них не платят того, что должны платить. Это очень нечестно по отношению к Соединенным Штатам. Но, несмотря на это, я считаю НАТО очень важным».

Другими словами, президент Трамп даём странам – участникам договора прямой сигнал: США не собирается выходить из альянса, но, будьте добры, платите больше.

Сложнее обстоят дела у Трампа с другим союзником – ЕС. Недавно он признал, что поддерживает решение Великобритании выйти из состава Содружества: «Я считаю, что «Брексит», в конце концов,обернется великолепным образом», – говорит он в интервью Bild и Time. Также он намеревается заключить как можно скорее отдельное торговое отношение с правительством Британии. Правда, пока неясно каким образом он это собирается делать, ведь для этого сам Лондон должен сначала окончательно покинуть европейский дом.

Также Трамп критикует миграционную политику ЕС: «Люди стремятся к собственной идентичности. И если вы действительно спрашиваете мое мнение, то мне действительно кажется, что другие страны будут выходить из состава ЕС».

Эти заявления могут повлечь лишь усиление праворадикальных течений в Европе и подорвать лидерство таких стран, как Германия, и таких лидеров, как Ангела Меркель. Хотя немецкого канцлера будущий 45-й президент США «уважает», но не уверен, что поддержит её на будущих выборах.

Более того, Дональд Трамп устраивает встречи с представителями праворадикальных партий Европы прямо в своём отеле-небоскрёбе «Башне Трампа». Так, подобные встречи уже состоялись с Найджелом Фаражем, лидером Партия независимости Соединённого Королевства и ярым сторонником выхода Британии из ЕС, а также с лидером французской политической партии «Национальный фронт», которая, как известно, получает деньги из Кремля.

Подобные встречи не случайны. Они, вероятнее всего, инициируются советником Дональда Трампа по стратегическим вопросам Стивеном Бэнноном. Этот человек выступает за создание «Правой христианской коалиции», которая бы объединила США, Россию и лидеров праворадикальных течений Европы в борьбе с исламистами.

Что ж, Европе действительно есть чего опасаться, ведь Трамп может оказаться другом совсем для других европейских лидеров.

Лівий Берег

Comments

comments